Дело № 22-266/2025

Судья Липатов Д.А.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тамбов 

06 марта 2025 года 

Тамбовский областной суд в составе председательствующего судьи Глистина Н.А., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ивановой А.А.,

с участием прокурора Королевой Л.В.,

защитника-адвоката Аршанского С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционное представление заместителя прокурора Октябрьского района г. Тамбова Новрузова С.Н. на постановление Ленинского районного суда г. Тамбова от 18 декабря 2024 года, которым уголовное дело в отношении 

П.М.Р., *** года рождения, уроженца ***, гражданина РФ, не судимого, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 187 УК РФ, 

возвращено прокурору Октябрьского района г. Тамбова по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Заслушав доклад судьи Глистина Н.А., кратко изложившего содержание постановления и существо апелляционного представления, выслушав прокурора, поддержавшего доводы представления, обвиняемого и адвоката, полагавших необходимым оставить постановление без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного расследования П.М.Р. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 187 УК РФ. 

Постановлением Ленинского районного суда г. Тамбова от 18 декабря 2024 года уголовное дело в отношении П.М.Р., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 187 УК РФ, возвращено прокурору Октябрьского района г. Тамбова по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

В апелляционном представлении заместитель прокурора Октябрьского района г. Тамбова Новрузов С.Н. полагает, что суд, возвращая уголовное дело прокурору, не обосновал надлежащим образом принятое решение. 

Отмечает, что согласно материалам уголовного дела, обвинительное заключение содержит все данные, необходимые для установления обстоятельств, указанных в ст. 73 УПК РФ и соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, обвинительное заключение содержит все необходимые сведения, на основании которых возможно принять итоговое решение по уголовному делу.

Считает, что доводы суда относительно того, что предъявленное обвинение не содержит данных о том, что умыслом обвиняемого охватывалось, что приобретенные и переданные (сбытые) им электронные средства, электронные носители информации позволяли третьим лицам неправомерно осуществлять, распоряжаться счетами, нельзя признать обоснованными, поскольку согласно заключаемых П.М.Р. договорах банковского обслуживания, правом распоряжаться расчетными счетами, а также корпоративными банковскими картами имел только единоличный исполнительный орган юридического лица ООО «***» - генеральный директор П.М.Р.

Апеллянт, подробно описав процедуру открытия и пользования расчетными счетами и корпоративными банковскими картами в банковских учреждениях, отмечает, что при заключении договоров банковского обслуживания в различных банковских учреждениях генеральный директор ООО «***» в банковских документах не указывал каких-либо третьих лиц, которым было предоставлено право на распоряжение расчетными счетами, открытыми для ООО «***» в различных банковских организациях, соответственно право на распоряжение указанными расчетными счетами имел только единоличный исполнительной орган данной Организации, то есть генеральный директор П.М.Р. В связи с изложенным автор представления делает вывод, что любая операция по осуществлению приема, выдачи, перевода денежных средств, совершенная не П.М.Р. по расчетным счетам, открытым для ООО «***» в различных банковских учреждениях, считается совершенной неправомерно.

Кроме того, при заключении договоров банковского обслуживания на открытие расчетных счетов и выпуск корпоративных банковских карт для ООО «***», П.М.Р. подписывались банковские документы, согласно которых при подписании договоров банковского обслуживания Клиент (в данном случае П.М.Р.) подтверждает, что Он был ознакомлен с правилами банковского обслуживания, согласен с указанными правилами и обязуется их выполнять. Среди прочего в данных банковских документах закреплена обязанность клиента исключить возможность передачи корпоративных банковских карт, аутентификационных данных третьим лицам, а также установлен порядок действий клиента, в случае установления факта использования корпоративных банковских карт и расчетного счета третьими лицами. Данный порядок предусматривает собой обязанность клиента своевременно уведомить банк об установлении случаев неправомерного использования третьими лицами корпоративных банковских карт и расчетных счетов. Однако Согласно материалам уголовного дела, от П.М.Р. в банковские учреждения не поступали уведомления такого рода. Также в данных банковских документах указано, что Банк не несет ответственности за операции, совершенные по расчетным счетам клиента третьими лицам, которые стали возможны в виду компрометации (то есть получения доступа третьих лиц к аутентификационным данным клиента), в случае не подачи соответствующего уведомления о факте компрометации. Из этого следует, что П.М.Р., как генеральный директор ООО «***», подписывая банковские документы по открытию расчетных счетов и выпуску корпоративных банковских карт, подтверждал факт ознакомления с банковскими документами, регламентирующими правила банковского обслуживания, соответственно был осведомлен, что факт компрометации, то есть получение доступа третьими лицами к аутентификационным данным может повлечь за собой совершение действий, направленных на неправомерное осуществление приема, выдачи, перевода денежных средств.

Указанные обстоятельства доводятся до сведения сотрудниками банковских учреждений в процессе беседы с клиентом, при оформлении пакета документов на открытие корпоративных банковских карт и расчетных счетов, клиенту сообщается о недопустимости передачи третьим лицам корпоративных банковских карт, а также аутентификацционных данных, дающих доступ к системе личного кабинета системы ДБО. Это свидетельствует о том, что П.М.Р. был осведомлен о том, что не имеет права передавать третьим лицам корпоративные банковские карты и аутентификационные данные, дающие доступ к системе личного кабинета системы ДБО.

Отмечает, что указанные обстоятельства нашли отражение в предъявленном П.М.Р. обвинении. 

Кроме того, указание П.М.Р. при составлении банковских документов абонентских номеров и адресов электронной почты, которые не находились у него в пользовании и доступа к которым он не имел, а также передача им после получения корпоративных банковских карт и PIN- конвертов к ним третьим лицам, подразумевает то, что П.М.Р. изначально осознавал, что распоряжаться расчетными счетами и корпоративными банковскими картами будет не он, как генеральный директор ООО «***», а третьи лица.

При этом П.М.Р. осуществил сбыт электронных средств (логин и пароль от личного кабинета системы ДБО), которые позволяют без ведома владельца счета (клиента банка) и в обход используемых банком систем идентификации клиента и (или) защиты компьютерной информации осуществлять прием, выдачу, перевод денежных средств, так как сбыт был осуществлен путем указания в банковских документах абонентских номеров и адресов электронной почты, которые не находились в пользовании у П.М.Р. и у которого не было к ним доступа, соответственно П.М.Р. (то есть клиент банка) не мог быть осведомлен о совершении приема, выдачи и перевода денежных средств, так как коды подтверждения, необходимые для совершения операций по расчетным счетам, направляются на абонентский номер, указанный в банковских документах, при открытии расчетных счетов. В системе Банка указанные транзакции отображаются как операции, совершаемые уполномоченным на то лицом, согласно банковским документам, так как уведомления в банк о факте компрометации П.М.Р. не направлялись, соответственно система идентификации и защиты компьютерной информации банка одобряет совершаемую транзакцию, так как данной операции придается законный вид. Аналогичная ситуация с использованием корпоративных банковских карт - П.М.Р. после получения от сотрудников банка корпоративных банковских карт с PIN-конвертами, содержащими пароли к данным банковским картам, передавал указанные предметы третьим лицам, в связи с чем не мог быть осведомлен о том, когда совершаются Операции с использованием корпоративных банковских карт, а система банка вновь видит совершаемые операции от имени уполномоченного лица, поэтому одобряет совершаемые операции.

Считает, что указанные судом доводы не препятствуют рассмотрению уголовного дела по существу предъявленного обвинения и вынесению законного и обоснованного решения. Просит постановление отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.

Проверив представленные материалы уголовного дела, заслушав участников судебного разбирательства, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отмене обжалуемого постановления в связи с существенными нарушениями уголовного-процессуального закона. 

Возвращая уголовное дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, суд указал, что обвинительное заключение составлено с нарушением уголовно-процессуального закона, а именно: 

- обвинение не содержит данных о том, что умыслом обвиняемого охватывалось, что приобретенные и переданные (сбытые) им электронные средства, электронные носители информации позволяли третьим лицам неправомерно осуществлять, распоряжаться счетами ООО «Мегатрон», в обход используемых банком систем идентификации клиента и защиты компьютерной информации;

- обвинение не содержит сведений, что с использованием полученных от П.М.Р. электронных средств и электронных носителей информации неправомерно осуществлялись прием, выдача и переводы денежных средств.

При этом судом первой инстанции указано, что данные нарушения исключают возможность вынесения решения на основании данного обвинительного заключения.

Апелляционная инстанция не согласна с таким выводом по следующим основаниям.

По смыслу п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ существенными нарушениями при составлении обвинительного заключения признаются неустранимые судом нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные на стадии предварительного следствия, которые влекут невозможность постановления приговора либо вынесения иного решения на основе такого обвинительного заключения.

Как верно отмечено прокурором, формулировка обвинения, изложенная в обвинительном заключении, соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ. 

Изложенное в обвинительном заключении описание преступного деяния вполне конкретно указывает на то, за какие действия П.М.Р. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 187 УК РФ, в той мере, в которой они установлены в ходе предварительного расследования. 

В обвинительном заключении указано, что П.М.Р. зарегистрировал на свое имя ООО «***» и открыл в различных банковских учреждениях счета и выпустил корпоративные банковские карты, распоряжаться которыми был вправе только он сам. При этом П.М.Р. передал третьим лицам сведения, необходимые для доступа к указанным счетам, что противоречит заключенным договорам с банковскими учреждениями. 

Вопреки выводам суда первой инстанции, в обвинительном заключении имеется указание на обстоятельства, предусмотренные ст. 220 УПК РФ, в том числе на место, время, способ, мотивы, цели совершения общественно-опасного деяния, форму вины и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

Суд апелляционной инстанции считает, что существенных нарушений, не позволяющих вынести окончательное судебное решение на основании данного обвинительного заключения, в постановлении суда не приведено.

При изложенных обстоятельствах у суда не имелось правовых оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, вследствие чего состоявшееся решение не может быть признано законным, обоснованным и мотивированным, то есть соответствующим требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

С учетом всего вышеперечисленного, постановление подлежит отмене, а уголовное дело – направлению на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Ленинского районного суда г. Тамбова от 18 декабря 2024 года в отношении П.М.Р. отменить, направив уголовное дело на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда.

Апелляционное постановление может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в соответствии с положениями главы 47.1 УПК РФ. В случае подачи кассационных жалоб и представлений обвиняемый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий