Дело № 66RS0005-01-2023-005353-85

Производство № 2-2015/2024

Мотивированное 

решение

 изготовлено 17 мая 2024 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 мая 2024 года г. Екатеринбург

Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Марковой Н. А., при секретаре Мельниковой Е. Н., 

с участием истца,

представителя ответчика ФИО1 – ФИО2, действующего на основании доверенности 66 АА *** от 28.02.2024, 

представителя ответчика АО «АльфаСтрахование» - ФИО3, действующего на основании доверенности № 0059/24N от 09.01.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО1, акционерному обществу «АльфаСтрахование» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскании компенсации морального вреда. 

В обоснование заявленных требований указала, что 03.10.2020 в 09:40 по адресу: ***, ФИО1, при управлении транспортным средством «Ситроен С4», гос. номер ***, допустила наезд на собаку. В рамках дорожно-транспортного происшествия, ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ и ей назначено административное наказание в виде лишения права управления транспортным средством на срок 1 год. 

17.05.2015 согласно договору купли-продажи, истцом приобреталась собака породы «Померанский шпиц», кличка «Инфант Из Эден Роуз» (Фунтик), цвет – кремовый, дата рождения – 23.01.2015, клеймо – AVZ 5834, родословная – РКФ 415 1841, стоимость – 60000 руб. 

В связи с виновными действиями ответчика, истец просила возместить имущественный ущерб и компенсировать моральный вред, который выразился в нравственных страданиях и переживаниях. Потеря собаки являлась для истца и членов ее семьи невосполнимой утратой, она приравнивалась к полноценному члену семьи, смерть которой сказалась на эмоциональном и физическом состоянии. Собака была как ребенок и до сих пор вся семья скорбит об ее утрате. 

Автомобиль и гражданская ответственность ФИО1 на момент ДТП была застрахована в АО «АльфаСтрахование», полис ХХХ 0139072477. 

На основании изложенного, истец просила взыскать имущественный ущерб, причиненный в результате ДТП, в размере 60000 руб., компенсацию морального вреда 160000 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 5400 руб. 

В ходе подготовки дела к судебному разбирательству, к участию в деле в качестве соответчика привлечено АО «АльфаСтрахование».

Определением суда от 08.05.2024 исковые требования ФИО4 к ФИО1, АО «АльфаСтрахование» в части возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, – оставлены без рассмотрения. 

В судебном заседании истец на удовлетворении исковых требований настаивала в полном объеме, дополнительно поддержал письменные пояснения. 

Представитель ответчика ФИО1 – ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований, просил отказать по доводам письменного отзыва. Указал, что истцом не доказан факт ДТП, наличие виновных действий со стороны ответчика. 

Представитель ответчика АО «АльфаСтрахование» - ФИО3 в требованиях к страховой компании просил отказать. 

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, каждое представленное доказательство в отдельности и все в совокупности, суд приходит к следующему. 

В силу ст. ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

На основании ст. 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации непредставление ответчиком доказательств и возражений не препятствует рассмотрению дела по имеющимся в деле доказательствам.

Статьей 46 Конституции Российской Федерации установлено, что каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

На основании ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Для наступления деликтной ответственности, являющейся видом гражданско-правовой ответственности, необходимо наличие состава правонарушения, включающего: 1) наступление вреда, 2) противоправность поведения причинителя вреда, 3) причинную связь между двумя названными элементами, 4) вину причинителя вреда.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Судом установлено и следует из материалов дела, что за ФИО1 зарегистрировано право собственности на автомобиль «Ситроен С4», VIN ***, темно-синего цвета, гос. номер *** (л.д. 51).

Из представленного истцом свидетельства о происхождении (выписка из всероссийской единой родословной книги РКФ) № 188264 следует, что истец являлась собственником собаки породы «немецкий цвергшпиц/померанский шпиц», кобель, по кличке «Инфант из эден роуз», родословная РКФ 4151841, клеймо: AVZ 5834, окрас: крем (л.д. 103-104).

Также, согласно акту купли-продажи, ФИО4 приобретен щенок породы «немецкий цвергшпиц/померанский шпиц», кобель, по кличке «Инфант из эден роуз», родословная РКФ 4151841, окрас: кремовый, рождение 23.01.2015 (л.д. 107).

Как следует из материалов дела, 03.10.2020 в 09:40 около дома № *** по *** водитель ФИО1, управляя автомобилем «Ситроен С4», гос. номер ***, при движении допустила наезд на собаку, принадлежащую ФИО4, после чего в нарушение пункта 2.5 Правил дорожного движения оставила место дорожно-транспортного происшествия, чем совершила административное правонарушение, предусмотренное частью 2 статьи 12.27 КоАП РФ. 

В связи с установленными обстоятельствами по административному делу, ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и ей назначено наказание в виде лишения права управления транспортным средством сроком на один год (постановление мирового судьи судебного участка № 9 Кировского судебного района от 18.12.2020 (л.д. 16-17). Судебный акт вступил в законную силу 19.02.2021 (л.д. 18-23).

В соответствии с ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

При таких обстоятельствах, суд находит установленным факт дорожно-транспортного происшествия 03.10.2020, в результате которого водитель ФИО1, управляя автомобилем «Ситроен С4», гос. номер ***, при движении по *** в г. Екатеринбурге допустила наезд на собаку. 

Доводы ответчика об отсутствии факта дорожно-транспортного происшествия, суд находит несостоятельными. Помимо того, вопреки доводам стороны об отсутствии ее вины и о нарушении правил выгула собаки существенного значения не имеет, в силу положений статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный источником повышенной опасности, возмещается его владельцем независимо от вины, за исключением указанных в пункте 3 этой статьи случаев причинения вреда владельцам источников повышенной опасности в результате их взаимодействия.

Обращаясь с настоящими требованиями, истец указала, что в результате действий ответчика, допустившей наезд на принадлежащую ей собаку, последняя скончалась. Собака жила в семье 5 лет, фактически к ней относились как к члену семьи, ее гибель причинила истцу нравственные страдания.

Согласно выписке из истории болезни клиники ветеринарной медицины «Доктор Айболит», 03.10.2020 на прием поступила собака по кличке «Фунтик», возраст 5 лет, без признаков жизни. При осмотре установлено отсутствие признаков жизнедеятельности, предварительный диагноз: автомобильная травма, болевой шок, ушибы внутренних органов (л.д. 24).

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18 Конституции Российской Федерации).

В связи с этим законом охраняются как имущественные права человека и гражданина, так и его неимущественные права и принадлежащие ему нематериальные блага.

Предусматривая ответственность в виде компенсации морального вреда за нарушение неимущественного права гражданина или принадлежащего ему нематериального блага, ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации не устанавливает какой-либо исчерпывающий перечень таких нематериальных благ и способы, какими они могут быть нарушены.

Закрепляя в п. 1 с. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации общий принцип компенсации морального вреда, причиненного действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, законодатель не установил каких-либо ограничений в отношении действий, которые могут рассматриваться как основание для такой компенсации.

Исходя из этого, Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что компенсация морального вреда как самостоятельный способ защиты гражданских прав, будучи одновременно и мерой гражданско-правовой ответственности, правовая природа которой является единой независимо от того, в какой сфере отношений - публично- или частноправовой - причиняется такой вред, не исключает возможности возложения судом на правонарушителя обязанности денежной компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием), ущемляющими в том числе имущественные права гражданина, - в тех случаях и в тех пределах, в каких использование такого способа защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (в частности, Постановление от 26 октября 2021 года N 45-П, Постановление от 8 июня 2015 года N 14-П, Определение от 27 октября 2015 года N 2506-О и др.).

В частности, Конституционным Судом Российской Федерации указано, что действующее правовое регулирование не предполагает безусловного отказа в компенсации морального вреда лицу, которому физические или нравственные страдания были причинены в результате преступления, в силу одного лишь факта квалификации данного деяния как посягающего на имущественные права (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 26 октября 2021 года N 45-П).

В пунктах 2, 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее по тексту – Пленум № 33) разъяснено, что отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Судам следует учитывать, что в случаях, если действия (бездействие), направленные против имущественных прав гражданина, одновременно нарушают его личные неимущественные права или посягают на принадлежащие ему нематериальные блага, причиняя этим гражданину физические или нравственные страдания, компенсация морального вреда взыскивается на общих основаниях.

Из приведенных положений закона и актов его толкования следует, что посягательством на имущественные права гражданина могут одновременно нарушаться и его неимущественные права и принадлежащие ему нематериальные блага.

Распространяя на животных общие правила об имуществе, положения ст. 137 Гражданского кодекса Российской Федерации, тем не менее, отличают их от прочего имущества, устанавливая, в частности, запрет на жестокое отношение, противоречащее принципам гуманности.

Кроме того, за жестокое обращение с животными установлена и уголовная ответственность в соответствии со ст. 245 Уголовного кодекса Российской Федерации, находящейся в главе 25 данного Кодекса «Преступления против здоровья населения и общественной нравственности».

Из этого следует, что запрет на жестокое обращение с животными, содержащийся как в уголовном, так и в гражданском законодательстве, направлен не на охрану имущества как такового, а на охрану отношений нравственности.

Применение законодателем по отношению к животным таких категорий, как жестокость, нравственность, гуманизм свидетельствует о том, что при определенных обстоятельствах травмирование животных может причинять их владельцу не только имущественный вред, но и нравственные страдания, в частности в силу эмоциональной привязанности, психологической зависимости, потребности в общении по отношению к конкретному животному, что не исключает возложение на причинителя вреда обязанности компенсировать не только имущественный ущерб, но и моральный вред.

Наличие или отсутствие таких оснований должно устанавливаться в каждом конкретном случае с учетом всех обстоятельств дела. (п. 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2023) (утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19 июля 2023 года).

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В пункте 30 Постановления Пленума № 33 разъяснено, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем, исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

При разрешении требований суд исходит, что собака длительное время проживала в семье истца – пять лет, она осуществляла за ней надлежащий уход, воспитание, лечение, что свидетельствует об эмоциональной привязанности, психологической зависимости, потребности в общении с данным животным.

Суд принимает во внимание, что гибель собаки сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата животного как члена семьи рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам. Помимо того, судом учтено, что гибель животного произошла на глазах несовершеннолетнего ребенка, который осуществлял выгул питомца на придомовой территории. В свою очередь, сторона ответчика после произошедшего события оставила место происшествия, не оказала соответствующую помощь собаке и несовершеннолетнему ребенку. В последующем, также никаких мер по принесению извинений, оказании помощи потерпевшей стороне не оказывалось. 

Одновременно судом при определении размера компенсации морального вреда учитывается наличие ни иждивении ответчика несовершеннолетней дочери ***11. (л.д. 85) и нетрудоспособного родителя ***10., *** г.р. (л.д. 86, 89), а также наличие выгула собаки несовершеннолетним лицом. 

На основании изложенного, суд, не умаляя степень нравственных страданий истца, приходит к выводу о необходимости частичного удовлетворения требований и взыскании с ответчика ФИО5 компенсации морального вреда в размере 120 000 руб. 

Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п. 1 ч. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с учетом удовлетворения неимущественных требований, с ответчика в пользу ФИО4 в счёт возмещения расходов по оплате государственной пошлины суд взыскивает сумму в размере 300 руб. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

исковые требования ФИО4 к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО1 (паспорт *** № ***) в пользу ФИО4 (паспорт *** № ***) компенсацию морального вреда в размере 120000 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей. 

В удовлетворении остальной части иска – отказать. 

Решение суда может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд г. Екатеринбурга.

Судья /подпись/ Н. А. Маркова

Верно

Судья Н. А. Маркова