РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

03 мая 2018 года с. Ивановка

Ивановский районный суд Амурской области в составе:

Председательствующего судьи Скобликовой Н.Г.

При секретаре Холодковой С.Г.

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2 – 11/2018 по иску ФИО1 к ООО «С Технология» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск, расходов, произведенных за счет собственных средств, и компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «С Технология» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск, расходов, произведенных за счет собственных средств, и компенсации морального вреда, в обоснование удовлетворения иска, указав следующие обстоятельства. 

На основании приказа № 3-к от 16.05.2013 она была принята на работу в ООО «С Технология» на должность помощника руководителя с 16.05.2013.

14.08.2017 она уволена с работы по сокращению штата работников, при этом ответчик не произвел с ней расчет в полном объеме. 

В период работы в ООО «С Технология» на неё в соответствии с приказом № П – 110/1 от 07.11.2016 возлагалось исполнение обязанности специалиста по кадрам в период с 07 ноября 2016 года по 18 ноября 2016 года. Несмотря на то, что она фактически в указанный период времени выполняла работу специалиста по кадрам, доплата за совмещение ей до настоящего времени не произведена по мотиву отсутствия финансовых средств. Она давала согласие на совмещение должности специалиста по кадрам при условии оплаты 50 % должностного оклада начальника отдела кадров, размер которого составляет 

<

данные изъяты> рублей. Размер доплаты за совмещение должностей в течение за 10 рабочих дней составил 

<

данные изъяты> рублей. 

Из-за финансовых трудностей общества не были возмещены и расходы, произведенные ею за счет собственных средств по оплате задолженности за электроэнергию Филиалу ПАО «ДЭК» Амурэнергосбыт» за ООО «С Технология» в сумме 

<

данные изъяты> рублей. Работодателем не возмещены и расходы на ГСМ в связи с разъездным характером работы в сумме 

<

данные изъяты> рублей. Она письменно предлагала работодателю сделать сверку по авансовым отчетам и выплаченным суммам, однако сверка не сделана, затраты на сумму 

<

данные изъяты> рублей по оплате ГСМ в связи с разъездным характером её работы и использованием личного автомобиля в служебных целях до настоящего времени не возмещены. На сумму 

<

данные изъяты> рублей ею были сданы в бухгалтерию авансовые отчеты, которые приняты бухгалтерий без замечаний, однако оплата расходов на приобретение ГСМ не произведена. 

Ответчик имеет перед ней задолженность по предоставлению ежегодного оплачиваемого отпуска за период её работы с 16 мая 2013 года по 15 июня 2017 года. Общая продолжительность ежегодного оплачиваемого отпуска равна 36 календарным дням. 

На основании приказа № 78 от 11.08.2015 за период работы с 16.05.2014 по 15.05.2015 ей предоставлен ежегодный основной оплачиваемый отпуск в количестве 10 календарных дней (с 12.08.2015 по 21.08.2015). 

На основании приказа № 141 от 20.11.2015 за период работы с 16.05.2014 по 15.05.2015 ей был предоставлен ежегодный основной оплачиваемый отпуск в количестве 5 календарных дней и ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск в количестве 8 календарных дней (с 01.12.2015 по 31.12.2015).

На основании приказа № О-91 от 29.08.2016 за период с 16.05.2014 по 16.05.2015 предоставлен ежегодный основной оплачиваемый отпуск в количестве 33 календарных дней (с 12.09.2016 по 14.10.2016).

На основании приказа № О – 241 от 13.06.2017 за период работы с 16 мая 2016 года по 15 мая 2017 года ей предоставлен ежегодный основной оплачиваемый отпуск в количестве 13 календарных дней и ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск в количестве 8 календарных дней; за период работы с 16 мая 2017 года по 15 мая 2017 года ей был предоставлен ежегодный основной оплачиваемый отпуск в количестве 6 календарных дней, всего – 27 календарных дней (с 10.07.2017 по 05.08.2017).

Всего, за период работы с 16 мая 2013 года по 14 августа 2017 года работодатель предоставил ей 85 дней ежегодного основного оплачиваемого отпуска, вместо 112 дней, и 16 дней дополнительного отпуска, вместо 32 дней. 

Таким образом, работодателем не предоставлено 43 календарных дня отпуска, из них 27 дней основного оплачиваемого отпуска (112 – 85 = 27) и 16 дней дополнительного оплачиваемого отпуска (32 – 16 = 16).

Статьей 126 ТК РФ предусмотрено право замены части ежегодного оплачиваемого отпуска, превышающей 28 календарных дней, денежной компенсацией. При этом при суммировании ежегодных оплачиваемых отпусков или перенесение ежегодного оплачиваемого отпуска на следующий рабочий год денежной компенсацией могут быть заменены часть каждого ежегодного оплачиваемого отпуска, превышающая 28 календарных дней, или любое количество дней из этой части. 

Размер денежной компенсации за не предоставленный в срок ежегодный оплачиваемый отпуск в количестве 43 календарных дней составляет 

<

данные изъяты> рублей (расчет данной суммы приводится в исковом заявлении). 

Неправомерными действиями ответчика, выразившимися в нарушении её трудовых прав, ей причинен моральный вред, который подлежит компенсации в размере 

<

данные изъяты> рублей. 

На основании обстоятельств, указанных в исковом заявлении, истица просила суд взыскать с ответчика в её пользу задолженность по заработной плате за период совмещения должности специалиста по кадрам с 07.11.2016 по 18.11.2016 в сумме 

<

данные изъяты> рублей; понесенные ею расходы на оплату электроэнергии и ГСМ в общей сумме 

<

данные изъяты> рублей; компенсацию за неиспользованный отпуск в сумме 

<

данные изъяты> рублей и компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Впоследствии, после неоднократных уточнений/изменений и дополнений исковых требований и обстоятельств, которыми обоснованы исковые требования, истица 02.02.2018 представила заявление, в котором указала следующее: 

Ежегодный основной отпуск за период с 16.05.2013 по 15.05.2014 был фактически предоставлен ей в августе 2015 года на основании приказа № 78 от 11.08.2015 в количестве 10 календарных дней с 12.08.2015 по 21.08.2015, а не за период, указанный в данном приказе, - с 16.05.2014 по 15.05.2015. Оставшаяся часть ежегодного основного отпуска за период работы с 16.03.2013 по 15.05.2014 в количестве 18 календарных дней с 01.12.2015 по 18.12.2015 и ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска за период работы с 16.05.2013 по 15.05.2014 в количестве 8 календарных дней с 19.12.2015 по 26.12.2015 была предоставлена на основании приказа № 141 от 20.11.2015, что составило 36 календарных дней отпуска за период с 16.05.2013 по 15.05.2014. 

Предоставленные дни отпуска в количестве 5 календарных дней на основании приказа № 141 от 20.11.2015 с 27.12.2015 по 31.12.2015 были предоставлены уже в счет ежегодного основного отпуска за период работы с 16.05.2014 по 15.05.2015. 

Затем, на основании приказа № О-91 от 29.08.2016, ей была предоставлена оставшаяся часть ежегодного основного отпуска за период работы с 16.05.2014 по 15.05.2015 в количестве 23 календарных дней и ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска за период с 16.05.2014 по 16.05.2015 в количестве 8 календарных дней, что составило в общем 36 календарных дней отпуска за период работы с 16.05.2014 по 15.05.2015.

Оставшихся 2 календарных дня из 33 календарных дней согласно приказа № О – 91 от 29.08.2016 «перешли» на ежегодный основной отпуск за период работы с 16.05.2015 по 15.05.2016. 

Затем, согласно приказа № О – 236 от 25.04.2017 ей был предоставлен ежегодный основной оплачиваемый отпуск за период с 16.05.2015 по 15.05.2016 в количестве 13 календарных дней.

Далее, согласно приказа № О-241 от 13.06.2017 ей была предоставлена оставшаяся часть ежегодного основного оплачиваемого отпуска в количестве 13 календарных дней. Также согласно приказа № О-241 от 13.06.2017 ей был предоставлен ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск за период с 16.05.2015 по 15.05.2016 в количестве 8 календарных дней, что составило в общем 36 календарных дней за период с 16.05.2015 по 15.05.2016. 

Ежегодный основной оплачиваемый отпуск в количестве 6 календарных дней, предоставленный на основании приказа № О-241 от 13.06.2017, был предоставлен фактически за период 16.05.2016 по 15.05.2017. 

Итого ею не использовано за период с 16.05.2016 по 15.05.2017 22 календарных дня ежегодного основного оплачиваемого отпуска и 8 календарных дней дополнительного оплачиваемого отпуска. 

За период работы с 16.05.2017 по день увольнения ею не использован ежегодный оплачиваемый отпуск в количестве 7 календарных дней и дополнительный оплачиваемый отпуск в количестве 2 календарных дней. За три дня отпуска ей была выдана компенсация за неиспользованный отпуск при увольнении в сумме 

<

данные изъяты> рублей.

С учетом положений ст. 124 ТК РФ работодатель обязан предоставить работнику ежегодный основной оплачиваемый отпуск. Кроме этого, работодатель не вправе предоставлять отпуск работнику за текущий год, если последним не использован отпуск за предыдущий год. 

Таким образом, в нарушение ст. 127 ТК РФ, при увольнении ей не была выплачена денежная компенсация за неиспользованный отпуск за период 16.05.2016 по 14.08.2017 в количестве 30 дней в сумме 

<

данные изъяты> рублей и за период с 16.05.2017 по 14.08.2017 в количестве 6 дней в размере 

<

данные изъяты> рублей, на общую сумму 

<

данные изъяты> рублей.

В период работы в ООО «С Технология» в соответствии с приказом № П-110/1 от 07.11.2016 с 07.11.2016 по 18.11.2016 на неё было возложено исполнение обязанностей специалиста по кадрам, в нарушение ч.2 ст. 67 ТК РФ работодатель не заключил письменное дополнительное соглашение о совмещении должностей, предусматривающее размер оплаты за исполнение обязанностей отсутствующего работника, соответствующая доплата ей произведена не была, что противоречит положениям ч.3 ст. 37 Конституции Российской Федерации. 

Оплата труда работника за совмещение профессий (должностей) с учетом положений действующего законодательства: ст. 60.2 и ст. 151 ТК РФ, является обязанностью работодателя в силу прямого указания закона и не освобождает работодателя от обязанности произвести указанную доплату, несмотря на то обстоятельство, что в приказе отсутствует условие о размере доплаты при совмещении должностей. 

Вместе с тем, оплата за совмещение профессий (должностей) установлена Положением об оплате труда для сотрудников, утв. генеральным директором ООО «С Технология» ДД.ММ.ГГГГ, согласно п. 4.5. которого за выполнение обязанностей временно отсутствующего работника устанавливается доплата в размере от 20 до 50 % оклада (должностного оклада) по основной работе, либо от оклада (должностного оклада) временно отсутствующего (замещаемого) работника. Указанная доплата выплачивается в течение всего периода выполнения обязанностей временно отсутствующего работника. 

В соответствии с п. 4.7. Положения об оплате труда начисление и выплата доплат, перечисленных в п. 4.2.-4.6. Положения об оплате труда, производится ежемесячно в соответствии с табелями учета рабочего времени. При расчете взыскиваемой доплаты за совмещение профессий (должностей) ею берется 50 % должностного оклада по основной работе (то есть предельный процент доплаты, установленной работодателем за совмещение профессий (должностей), который в соответствии с дополнительным соглашением № 3/3о от 31.01.2015 к её трудовому договору (контракту) № 3 от 16.05.2013 составляет с 01.02.2015 – 

<

данные изъяты> рублей. Размер взыскиваемой доплаты за совмещение профессий (должностей) составляет 

<

данные изъяты> рублей. 

На основании выше изложенного и положений ст. ст. 60.2, 126, 151, 168.1, 234, 236, 237, 391, 395 ТК РФ, просила взыскать с ООО «С Технология» в её пользу: 

- денежную компенсацию за неиспользованный отпуск за период с 16.05.2016 по 14.08.2017 в размере 

<

данные изъяты> рублей;

- проценты за нарушение работодателем установленного срока выплаты компенсации за неиспользованный отпуск за период с 15.08.2017 по 02.02.2018 в размере 

<

данные изъяты> рублей;

- проценты за нарушение работодателем установленного срока выплаты компенсации за неиспользованный отпуск за период с 03.02.2018 по день фактического расчета включительно;

- задолженность по заработной плате за период совмещения должности специалиста по кадрам с 07.11.2016 по 18.11.2016 в сумме 

<

данные изъяты> рублей;

- проценты за нарушение работодателем установленного срока выплаты доплаты за совмещение должности специалиста по кадрам за период с 06.12.2016 по 02.02.2018 в размере 

<

данные изъяты> рублей;

- проценты за нарушение работодателем установленного срока выплаты доплаты за совмещение должности специалиста по кадрам за период с 02.02.2018 по день фактического расчета включительно;

- произведенные за счет собственных средств расходы по оплате электроэнергии в сумме 

<

данные изъяты> рублей;

- компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Расчеты сумм имущественных требований, перечисленных выше, истицей приводились отдельно в приложениях к заявлению от 02.02.2018. 

Генеральным директором ООО «С Технология» ФИО2 представлен отзыв на иск, в котором выражено не согласие с заявленными требованиями, аргументированное следующим. 

У Общества отсутствуют обязательства по оплате ФИО1 зарплаты за период совмещения должности специалиста по кадрам, поскольку 07.11.2016 генеральным директором ООО «С Технология» ФИО9 издан приказ № П-110/1 о возложении обязанностей специалиста по кадрам на помощника генерального директора ФИО1 на период с 07.11.16 по 18.11.16, при этом, соглашения о размере доплаты за совмещение должностей работодатель с работником не заключал, в приказе отсутствует условие о размере доплаты при совмещении, то есть, условия исполнения истцом трудовых обязанностей на период отсутствия основного работника и соответствующий размер доплаты за выполнение дополнительной работы работодателем с работником не были согласованы. С данным приказом ФИО1 была ознакомлена под роспись, то есть, выразила свое согласие о совмещении обязанностей без согласования доплаты. Кроме того, каких - либо вопросов, претензий о доплате по данному приказу у нее не возникало. С ноября 2016 года истец не обращалась к работодателю с претензией по поводу невыплаты заработной платы за совмещение.

Согласно ч.4 ст. 60.2 ТК РФ, ФИО1, не согласовав с работодателем условия и размер доплаты за совмещение, имела право отказаться от выполнения дополнительной работы, однако, данное право истцом не было реализовано.

Довод ФИО1 о том, что она давала согласие на совмещение должности специалиста отдела кадров не обоснован, поскольку согласие именно о доплате в размере 50% документально нигде не отражено, и опровергается подписью ФИО1 в приказе № П-110/1 от 07.11.2016 в редакции без указания размера доплаты.

Кроме этого, бухгалтерией начисление заработной платы по данному приказу не производилось, что подтверждается расчетной ведомостью и расчетным листом за ноябрь 2016 года.

В соответствии с ч.1 ст.151 ТК РФ при совмещении профессий (должностей), расширение зон обслуживания, увеличения объема работы или исполнении обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику производится доплата.

Вместе с тем, из абз.2 ч.1 этой же статьи следует, что размер доплаты устанавливается по соглашению сторон трудового договора с учетом содержания и (или) объема дополнительной работы (ст.60.2 настоящего Кодекса).

Суд не обладает полномочиями по императивному установлению размера доплаты за совмещение должностей, поскольку данная оплата должна устанавливаться по соглашению сторон, чего сторонами согласовано не было.

В виду отсутствия согласованного сторонами условия о доплате, у ООО «С Технология» не возникло в силу ст. 151 ТК РФ обязанности по выплате доплаты.

Вместе с тем, ООО «С Технология» заявляет о пропуске истцом срока для обращения в суд за разрешением данного индивидуального трудового спора, по следующим основаниям:

Со дня получения ФИО1 заработной платы за первый проработанный месяц (декабрь 2016 года), после возложения на нее дополнительных обязанностей, она узнала или должна была узнать, что ей не начислена и не выплачивается доплата за совмещение, а, следовательно, течение срока исковой давности, предусмотренного ч.1 392 ТК РФ, в данном случае началось с декабря 2016 года и закончилось в марте 2017 года.

При этом, годичный срок обращения для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора в соответствии с ч.2 ст.392 ТК РФ применяется к начисленным выплатам, с установленным сроком выплаты, но не выплаченным.

Требование о понесенных расходах на оплату электроэнергии и расходы на приобретение ГСМ в общей сумме 

<

данные изъяты> рублей несостоятельно. Истец считает, что за счет собственных средств оплатила 

<

данные изъяты> рублей за электроэнергию. Однако истец, обманным путем пытается приобрести за счет ООО «С Технология» денежную сумму в размере 

<

данные изъяты> рублей.

В январе 2017 года ФИО1 была выдана денежная сумма в размере 

<

данные изъяты> рублей, для погашения задолженности ООО «С Технология» перед филиалом ПАО «ДЭК» Амурэнергосбыт» согласно уведомления от 16.01.2017 года № 17- 17/110.

Денежная сумма была выдана лично в руки ФИО1 гражданином КНР, работником ООО «С Технология» ФИО4, по распоряжению директора завода ООО «С Технология» гражданина КНР ФИО23, расходный кассовый ордер либо расписка не составлялись. Данный факт могут подтвердить гр-не КНР: ФИО4 и ФИО24.

ФИО1, являясь на тот момент работником ООО «С Технология» в должности помощника генерального директора, 31.01.2017 оплатила задолженность ООО «С Технология» перед филиалом ПАО «ДЭК» Амурэнергосбыт», и теперь обманным путем пытается приобрести за счет ООО «С Технология» денежную сумму в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Требование ФИО1 о взыскании с ООО «С Технология» компенсации за неиспользованный отпуск необоснованно, так как у общества отсутствует задолженность перед истцом по оплате ежегодного оплачиваемого отпуска за период работы с 16.05.2013 по 14.08.2017.

На основании приказа № К-169 от 14.08.2017 ФИО1 была уволена 14.08.2017 в связи с сокращением штата работников, п. 2 ч.1 ст.81 ТК РФ, за период работы с 16.05.2013 ей были предоставлены следующие ежегодные оплачиваемые отпуска:

- за период (16.05.13 - 15.05.14) - 36 календарных дней с 10.11.14 по 15.12.14 на основании приказа № 1 от 28.10.14, произведена оплата - 

<

данные изъяты> рублей (расходный кассовый ордер № 95 от 26.11.14);

- за период (16.05.14-15.05.15) - 10 календарных дней с 12.08.15 по 21.08.15 на основании приказа № 78 от 11.08.15, произведена оплата 

<

данные изъяты> рублей (расходный кассовый ордер №176 от 11.08.15);

- за период (16.05.14-15.05.2015 и 16.05.2015 по 15.05.2016) - 31 календарный день (26 и 5) с 01.12.2015 по 26.12.2015 на основании приказа № 141 от 20.11.2015, произведена оплата в размере 

<

данные изъяты> рублей (платежное поручение № 636 от 30.12.2015);

- за период (16.05.2015 – 15.05.2016) - 33 календарных дня с 12.09.2016 по 14.10.2016 на основании приказа № О - 91 от 29.08.2016, произведена оплата 

<

данные изъяты> рублей (платежное поручение № 447 от 15.09.2016);

- за период (16.05.2016 по 15.05.2017) – 13 календарных дней с 25.05.2017 по 06.06.2017 на основании приказа № О – 236 от 25.04.2017, произведена оплата 

<

данные изъяты> рублей (платежная ведомость № 47 от 22.05.2017);

- за период (16.05.2016 по 15.05.2017) – 21 календарный день с 10.07.2017 по 30.07.2017 и за период (с 16.05.2016 по 15.05.2017) – 6 календарных дней с 31.07.2017 по 05.08.2017 на основании приказа № О – 241 от 13.06.2017, произведена оплата в сумме 

<

данные изъяты> рублей (расходный кассовый ордер № 95 от 06.07.2017);

За 3 дня на основании приказа № К – 169 от 14.08.2017 выплачена компенсация за неиспользованный отпуск при увольнении в сумме 

<

данные изъяты> рублей (расходный кассовый ордер № 136 от 14.08.2017).

Истцу за период работы с 16.05.13 по 14.08.17 полагается 153 дня отпуска, а именно: 144 дня за период с 16.05.13 по 15.05.17 ((28 дней основного отпуска х 4 года =112) + (8 дней дополнительного отпуска х 4 года =32) + (3 дня х 3 месяца (за период с 16.05.17 по 14.08.2017 = 9 дней)).

Таким образом, работодатель за период работы ФИО1 с 16.05.13 по 14.08.17 при суммировании ежегодных отпусков предоставил и оплатил отпуск в количестве 150 дней + 3 дня компенсация за неиспользованный отпуск при увольнении, итого 153 дня.

Факт начисления отпускных подтверждается расчетными листками и расчетными ведомостями ООО «С Технология». Факт получения истцом ежегодных оплачиваемых отпусков подтверждается расходными кассовыми ордерами, платежным поручением и платежной ведомостью. 

Указанный отзыв поступил в Ивановский районный суд 02.10.2017 (то есть до предоставления истицей заявления от 02.02.2018). 

Впоследствии – 23.04.2018 данный отзыв дополнен, тем, что 20.04.2018 ООО «С Технология» представило приказ № 3- к от 28.10.2014 о предоставлении ФИО1 отпуска. Данным приказом ФИО1 был предоставлен отпуск в количестве 36 календарных дней с 10.11.2014 по 15.12.2014. С приказом ФИО1 ознакомлена под роспись, письменных возражений относительно приказа не выразила, доказательств отзыва ее из отпуска не представила. У ответчика указанные документы также отсутствуют, поскольку не издавались.

Никаких доказательств о том, что ФИО1 работала в ноябре 2014 года ею не предоставлено, аналогично у ответчика также отсутствуют документы, подтверждающие факт работы ФИО1 в период отпуска.

Прямым доказательством нахождения ФИО1 в отпуске является приказ № 3-к от 28.10.014, косвенным доказательством нахождения ФИО1 в отпуске, является имеющиеся в бухгалтерии предприятия расчетные листки за ноябрь, декабрь 2014 г. и расчетные ведомости за ноябрь, декабрь 2014 г.; расчетная ведомость за ноябрь 2014 г., из которой видно, что рассчитаны отпускные в размере 

<

данные изъяты> рублей, а не заработная плата.

Из расчетной ведомости за декабрь 2014 г. видно, что в данном месяце ФИО1 начислена заработная плата за 13 рабочих дней в сумме 

<

данные изъяты> рублей, что даже при отсутствии табеля учета рабочего времени подтверждает нахождение истца в отпуске согласно приказу № 3-к от 28.10.2014. 3аработная плата за декабрь 2014 года была получена истцом по расходному кассовому ордеру № 111 от 25.12.2014 в сумме 

<

данные изъяты> рублей и расходным кассовым ордером № 112 от 25.12.2014 в сумме 

<

данные изъяты> рублей как доплата по зарплате. Никаких претензий от ФИО1 по неправильному начислению заработной платы за ноябрь, декабрь 2014 г. не поступало.

В связи с изложенным, и с учетом результатов экспертизы, которая установила, что подпись в расходном кассовом ордере № 95 от 26.11.2014 ФИО1 не принадлежит, истцом в любом случае пропущен срок исковой давности для обращения в суд по оплате отпуска, предоставленного приказом № 3-к от 28.10.2014.

То обстоятельство, что ответчик не смог документально подтвердить факт получения ФИО1 отпускных еще не означает, что она их не получала. Однако, в суд за защитой своих прав истец в установленный законом трехмесячный срок не обратилась.

В судебном заседании 20.04.2018 истец заявила что отпускные должны быть выданы работнику за три дня до предоставления отпуска, следовательно, срок исковой давности для нее за взысканием отпускных выплат начал течь с 07.11.2014 и закончился 07.02.2015. Уважительных причин пропуска срока исковой давности истец не представила. Пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием в отказе в исковом требовании.

16.11.2017 истицей на заявление ответчика о пропуске срока на обращение в суд по требованию о взыскании доплаты за совмещение представлено ходатайство о восстановлении срока на обращение в суд, мотивированное тем, что приказом № П -110/1 от 07.11.2016 ей установлена доплата. В соответствии с п. 4.6. Положения об оплате труда для сотрудников ООО «С Технология» за совмещение профессий (должностей) по решению работодателя устанавливается доплата в размере от 20 до 50 процентов оклада по основной работе. Перед изданием приказа было согласовано, что доплата будет составлять 50 процентов. Если в приказе размер процентов не указан, при начислении доплаты бухгалтерия пишет докладную руководителю и размер доплаты начисляется по его письменному распоряжению. Генеральный директор ФИО9, издавший приказ № П-110/1 от 07.11.2016, не оплатил совмещение должностей из-за трудного финансового положения организации и отсутствии на счете организации денежных средств. В связи с увольнением руководителя ФИО9, издавшего приказ № П-110/1 от 07.11.2016, доплата за совмещение должностей ей не была начислена и выплачена со ссылкой на выплату денежных средств вновь назначенным руководителем. Финансовое положение организации продолжало быть трудным, в первую очередь оплачивались основная заработная плата, так как за задержку заработной платы, отпускных и расчета при увольнении, руководитель мог быть привлечен к ответственности. Являясь помощником руководителя, она знала о финансовых трудностях и согласилась ожидать стабилизации финансового положения организации. Произошло массовое сокращение работников, в их число попала и она, будучи уволенной по сокращению штатов. О том, что ей не будет произведена доплата, она узнала только после получения уведомления от 19.06.2017 о сокращении её должности и предстоящем увольнении. До увольнения она надеялась на то, что при наличии приказа и в связи с фактически выполненной работой, обязательства работодателем будут выполнены, в связи с чем, не обращалась в суд за взысканием доплаты за совмещение должностей. При получении расчета в августе 2017 года она обнаружила, что обязательства по начислению и выплате доплаты за совмещение должностей в 2016 году работодателем не исполнены, в связи с чем, вынуждена взыскивать доплату в суде. 

В связи с изложенным, срок на обращение в суд за разрешением спора пропущен ею по уважительной причине – трудным финансовым положением ООО «С Технология», отсутствием денежных средств на расчетном счете и сменой руководителей общества.

02.02.2018 истицей на заявление ответчика о пропуске истицей срока на обращение в суд по требованию о взыскании доплаты за совмещение должностей, представлены возражения, согласно которым ч.2 ст. 392 ТК РФ установлено, что за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

В соответствии с п. 9.6. Правил внутреннего трудового распорядка ООО «С Технология», утвержденных генеральным директором ООО «С Технология» 23.05.2016, заработная плата выплачивается работникам каждые полмесяца: 5-го и 20-го числа каждого месяца: 20-го числа выплачивается первая часть заработной платы работника за текущий месяц в сумме не менее 50 % должностного оклада; 5-го числа месяца, следующего за расчетным, производится полный расчет с работником.

С учетом положений ст. 129 ТК РФ, доплата за совмещение профессий (должностей) является составной частью заработной платы.

Таким образом, доплата за совмещение профессий (должностей) должна была быть ей полностью выплачена в срок до 05.12.2016, то есть в день, когда работодателем должен производиться полный расчет с работником по заработной плате за ноябрь 2016 года. Однако, 05.12.2016 заработная плата не выплачивалась истице, задолженность по заработной плате за октябрь, ноябрь, декабрь была выплачена общей суммой только лишь 16.01.2017, без расчетных листков. В суд с иском она обратилась 11.07.2017, то есть в пределах срока, установленного ч.2 ст. 392 ТК РФ, и, следовательно, срок на обращение в суд ею не пропущен. 

От представителя истицы – адвоката Третьяк Т.В. 20.04.2018 поступили возражения относительно заявления ответчика о пропуске срока на обращение в суд, которые по своему содержанию идентичны позиции истицы, изложенной в заявлении от 02.02.2018, и дополнительным указанием на неверное толкование ответчиком положений ст. 392 ТК РФ, а также на то, что о не начислении доплаты истица узнала лишь 26.06.2017, когда обратилась 09.06.2017 с заявлением (исх. № 262) к работодателю о выдаче бухгалтерских документов, подтверждающих начисление сумм, подлежащих выплате. Запрашиваемые истицей документы были представлены ответчиком с нарушением установленного законом срока - 26.06.2017. Таким образом, получив на руки расчетные документы от работодателя в указанную дату, истица узнала, что доплата за совмещение профессий (должностей) ей не начислена и не выплачена.

Доводы ответчика о пропуске срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, в части взыскания денежной компенсации за неиспользованный отпуск за период с 16.05.2016 по 14.08.2017 в размере 

<

данные изъяты> рублей, не основаны на законе. 

В силу ч. 1 ст. 127 ТК РФ при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Согласно ч. 1 ст. 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника.

Следуя буквальному толкованию и смыслу указанных норм права в их взаимосвязи, денежная компенсация должна выплачиваться работнику за все неиспользованные отпуска (все дни неиспользованных отпусков) за общий период его работы в данной организации, в день его увольнения, независимо от того, за какой период, у работника имеется неиспользованный отпуск и какова продолжительность неиспользованных отпусков. Таким правом обладает работник именно при увольнении.

Даже если судом при рассмотрении настоящего дела будут приняты доводы ответчика о том, что взыскиваемая компенсация заявлена истицей за неиспользованный отпуск не за 2016 года, а за 2013 год, что якобы свидетельствует о пропуске срока, то и в данном случае срок на обращение в суд за такой компенсацией следует исчислять со дня увольнения с учетом положений ст. 127 ТК РФ. Довод ответчика, в данном случае, о том, что ФИО1 утратила право на отпуск, не предоставленный ей своевременно, является ошибочным. Существование нормативно закрепленного срока для фактического предоставления отпуска не означает, что с момента его нарушения работодателем должен исчисляться срок для обращения в суд с иском о взыскании денежной компенсации за этот отпуск. Поскольку истцом заявлены требования о компенсации за неиспользованный отпуск с учетом ст. 127 ТК РФ, а не о предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска.

Так, на сайте, созданного Рострудом электронного сервиса «Онлайнинспекция.РФ», в разделе «Популярные вопросы» размещен ответ следующего содержания: «Даже если по каким-то причинам отпуск не был предоставлен работнику в течение нескольких лет, никакого «сгорания» отпусков не происходит. Работодатель должен предоставить работнику все неиспользованные отпуска». Заместитель руководителя ФИО3 в ходе Всероссийского онлайн-семинара, проведенного компанией «Гарант» в августе 2015 года, также с уверенностью заявил, что неиспользованные отпуска не «сгорают». Он добавил также, что при их возникновении работодателей привлекают к ответственности и обязывают предоставить работнику все накопленные дни отдыха.

Таким образом, компенсация за неиспользованный отпуск за период с 16.05.2016 по 14.08.2017 должна была быть выплачена ответчиком в день увольнения ФИО1, чего ответчиком сделано не было.

С учетом изложенного, срок на обращение в суд с требованием о взыскании денежной компенсации за неиспользованный отпуск за период с 16.05.2016 по 14.08.2017 в размере 

<

данные изъяты> рублей надлежит исчислять со дня увольнения истицы - 14.08.2017 (начало течения годичного срока).

С учетом заявленных истцом требований, а также положений статей 127, 392 ТК РФ в ее новой редакции, срок (1 год) на обращение в суд по настоящему спору истекает 14.08.2018. Однако истица обратилась в суд с иском 11.07.2017, то есть в установленный ст. 392 ТК РФ годичный срок.

Истица ФИО1 в ходе судебных заседаний, состоявшихся по делу, на удовлетворении иска настаивала. 

Дополнительно к доводам, изложенным в исковом заявлении, заявлениях об уточнении/дополнении исковых требований дала следующие пояснения. 

Относительно компенсации за неиспользованный отпуск:

На расходном кассовом ордере № 95 от 26.11.2014 о выдаче денежных средств в сумме 

<

данные изъяты> рублей, представленным ответчиком в материалы дела в качестве доказательства оплаты отпуска, и соответственно его предоставления, подпись выполнена не ею. 

Она предполагает, что эти деньги она не получала. 

Она ранее не ставила перед ответчиком вопрос о взыскании заработной платы за ноябрь 2014 года, так как были иные платежи со стороны работодателя. На тот момент ею был написан бизнес - план для ООО «С Технология», и выплаченных работодателем денег на тот момент ей было достаточно, то есть не обратила на это внимание. 

Поскольку на тот период на предприятии было мало людей, то приходилось выполнять свою работу… 

На вопрос суда отзывали ли её из отпуска, ответить не смогла. 

Обращалась ли она с заявлением к работодателю о компенсации, пояснила, что на тот период времени они очень много ездили на Харбинскую ярмарку, участвовали в Хэйхейской международной ярмарке, готовили документы по приоритетным проектам. Они договорились о том, что эти периоды…. Для неё самой было интересно, смогут ли они какой - нибудь результат получить, поэтому у неё и не было возражений (судебное заседание от 18.12.2017). 

Подпись на приказе № 3 от 28.10.2014 выполнена ею, но данный приказ сделали, но не пустили в производство (судебное заседание 20.04.2018). 

По требованию об оплате электроэнергии:

Директор завода ФИО25, в устной форме, поручил ей заплатить задолженность общества за электроэнергию из её собственных средств. Денежные средства в размере 

<

данные изъяты> рублей у неё были в наличии, поскольку она работала в ООО «С Технология» и ежемесячная заработная плата её составляет 

<

данные изъяты> рублей, начиная с 2013 года. Помимо этого в «АС Компании» ею выполнялась работа по написанию бизнес плана, общая сумма услуг 

<

данные изъяты> рублей, также она писала бизнес план для ООО «С Технология», помимо этого она занимается репетиторством. На период весны 2017 года у неё была накоплена определенная сумма, она намеривалась заключить договор долевого строительства с ООО «Великая стена» для приобретения квартиры. Она не участник общества, но становление цементного завода было начато при ней, и, если бы не было оплаты задолженности, то система отопления завода была бы переморожена, что соответственно вызвало большие убытки по сравнению с долгом…

Подлинник чека – ордера она принесла в бухгалтерию и положила…Как это оформлялось в бухгалтерии она не знает. Проблему об оплате ей 

<

данные изъяты> рублей перед бухгалтерией она не озвучивала, предприятие управляется китайскими гражданами и поэтому решение по деятельности предприятия, указания даются именно представителями китайских инвесторов (судебное заседание от 27.10.2017).

Подлинник чека - ордера она отдала ФИО26.

Впоследствии на уточняющий вопрос о том, почему ранее были иные пояснения, указала, что значит, оставила в бухгалтерии на столе. Свидетель ФИО11 присутствовала при оплате ею долга за общество, она может и подтвердить факт нахождения у неё (истицы) денежных средств, внесенных в качестве оплаты за электроэнергию. Насколько ей известно, ФИО11 подала в Ивановский районный суд иск к ООО «С Технология» о взыскании заработной платы (судебное заседание от 17.11.2017). 

Переписка по вотсапу может быть скорректирована, в неё можно внести изменения. В переписке между ней и ФИО27, представленной стороной ответчика, некоторые фразы были удалены. На её телефоне переписка в вотсапе не сохранилась. 

В настоящее время у них с ФИО28 личные неприязненные отношения, поскольку помимо работы их связывают и другие отношения, и она была переводчиком в других бизнес проектах. Одна компания обратилась с просьбой к 

<

данные изъяты>, и получилось, что 

<

данные изъяты> взял очень большую сумму денег, и сейчас эта русская компания имеет претензии к ней, поскольку она была переводчиком, познакомила и передавала эти деньги (

<

данные изъяты> рублей) ему. Сун Чжиго испытывает к ней неприязнь, так как она была посредником, и передала ему деньги под расписку….

По требованию о взыскании доплаты за совмещение должностей: 

Приказ о совмещении она видела, но на то, что ей не была установлена доплата за совмещение, она не обратила внимание. Когда получила заработную плату за ноябрь 2016 года, ей сказали, что доплата за совмещение будет произведена в порядке премирования в другой форме, к Новому году, или чуть позже, конкретно срок не указывался, когда появятся деньги, то эта сумма будет возмещена. Об этом её заверил генеральный директор ФИО29. Потом ей премии не выдавались. Когда представили приказ о сокращении, то поняла, что эта сумма выплачена не будет. 

Она уже не помнит, кто давал обещание по выплате доплаты. О том, что существуют сроки, она не знала (судебное заседание от 27.10.2017). 

Заработная плата за каждый месяц у неё была одинаковая (

<

данные изъяты> рублей), получив задолженность по заработной плате за ноябрь, декабрь 2016 года в январе 2017 года, ей было известно о том, что оплата за совмещение должностей не была произведена…(судебное заседание: от 18.12.2017 и от 16.01.2018). 

В судебном заседании – 16.01.2018 ФИО1 пояснила, что когда в январе выплачивали деньги за октябрь, то ей было сказано о том, что она останется работать, её не будут сокращать. Поскольку данные денежные средства в первую очередь необходимо было выплатить увольняемым по сокращению, чтобы закрыть требования прокуратуры, то работник бухгалтерии - ФИО12 и ФИО30 её попросили... Именно ФИО31 сказал, что денег нет, как деньги появятся, тогда и оплатят. Она надеялась, что деньги ей выплатят. ФИО32 назвал апрель месяц, поскольку к апрелю с «Манлайн Синхе» должны поступить деньги и будет произведен закуп клинкера, возможно, начнется деятельность завода, и что к апрелю все вопросы решатся. О том, что доплата будет в размере 50 %, ей сказал ФИО33, поскольку он фактически являлся финансовым директором. 

Третьяк Т.В. полагала, что исковые требования ФИО1 являются правомерными и обоснованными, а позиция ответчика несостоятельна, не основана на материалах дела. Вместе с тем, если суд не согласится со стороной истца о том, что срок на обращение в суд не пропущен, то просила рассмотреть ходатайство о его восстановлении.

Пояснила, что заработную плату, указанную ответчиком как отпускные за 2013-2014 г.г., истица получала, были иные документы о выплате заработной платы, они находятся у ответчика (это либо платежные ведомости, либо расходные кассовые ордера). 

Из отпуска ФИО1 не отозвали, просто сказали, что сейчас много работы, предприятие только начинает работать, никаких отпусков. 

За большой давностью событий истица допускает, что приказ № 3 от 28.10.2014 мог быть составлен фиктивно по просьбе ген. директора ФИО5, на случай проведения проверки, и соответственно у организации были бы доказательства соблюдения обязанностей работодателя. ФИО1 говорит, что на предприятии были случаи, когда эти приказы составлялись, но фактически в отпуск не ходили. Сказать точно, как было 28.10.2014 сейчас очень сложно, с учетом того, что приказ был предоставлен только сегодня (20.04.2018). Данный приказ был формальным. 

О вызове свидетеля ФИО20 в судебном заседании 23.04.2018 сторона истца ходатайствует, поскольку данный свидетель 31.01.2017 была в отделении Сбербанка, где находилась ФИО1 в момент оплаты из своих личных средств задолженности за электроэнергию за ООО «С Технология», и может пояснить, что ФИО1 производила оплату из своих собственных денежных средств и находилась в здании Сбербанка одна в момент оплаты. 

На данный момент отношения между ФИО1 и ФИО34 не являются доверительными, отношения у них испортились в связи с увольнением ФИО1, поскольку она считала, что её необоснованно сократили. ФИО35 является одним из учредителей общества, и у него есть финансовый интерес – списать задолженность в сумме свыше 

<

данные изъяты> рублей. 

Представители ответчика: ФИО6, ФИО7 и ФИО8 выразили не согласие с доводами истицы, возражения, представленные на иск, поддержали. 

ФИО8 утверждала, что приказ на совмещение должностей печатала сама ФИО1 ФИО1 работала в отделе кадров. 17.10.2017 был суд в Благовещенском городском суде по восстановлению ФИО1 на работе, ФИО1 достала подлинные документы и предоставила суду, а в обществе их нет. Общество и сейчас не может найти некоторые подлинные документы…Подлинника приказа № п-110/1 в обществе нет, есть подозрение, что он у истицы. 

ФИО6 пояснила, что ФИО1 работала помощником ген.директора, но в основном она работу вела с директором завода – ФИО36, гражданином КНР. Она вошла в его доверие и по его распоряжению другой работник – ФИО4 ей передал деньги для оплаты электроэнергии, не оформив никаких бухгалтерских документов, расписку. От подписи в расходном кассовом ордере ФИО1 отказалась в свое время. Документ был составлен позже, подписать его она отказалась (она в тот момент не присутствовала). Денежные средства – это был возврат подотчетных сумм от ФИО37, в кассовой книге это все отражено. Об отказе ФИО1 подписать расходный кассовый ордер она доложила ген. директору. Почему в январе не были оформлены сразу все документы, сказать не может, так как в обществе работает только с апреля 2017 года, предыдущий бухгалтер уволился 31.01.2017 или 01.02.2017. Главный бухгалтер отсутствовал, поэтому, как она полагает, и не составлялись документы. Ей известно, что расходный кассовый ордер (распечатанный) был, и ФИО1 предлагали расписаться, но она отказывалась его подписывать. При увольнении она повторно отказалась это сделать. На тот момент времени (январь 2017 года) перечислить безналичным расчетом задолженность по оплате электроэнергии не было возможности, так как счет был заблокирован налоговой, за неуплату долгов.

В расходно-кассовом ордере № 95 сумма в размере 

<

данные изъяты> рублей – это не только отпускные за период с мая 2013 г. по май 2014 г., но и заработная плата за ноябрь (с 01 по 10 ноября 2014 года).

Приказа, заявления ФИО1 на отпуск за период с 16.05.2013 по 15.05.2014 нет, есть только приказ на отпуск в Программе 1С, его создавала работающий на тот момент времени начальник отдела кадров. На тот момент, когда была уволена специалист по кадрам ФИО11, карточки формы Т2 не велись, она это аргументировала тем, что программа лицензионная, и она не могла внести их, хотя эти карточки должны вестись на бумажном носителе. В связи с тем, что у ФИО1 был доступ к документам, можно предположить, что они были изъяты (данные пояснения даны ФИО6 до предоставления обществом приказа № 3-к от 28.10.2014). 

Приказ № 0-231 от 20.04.2017 о предоставлении помощнику генерального директора ФИО1 ежегодного оплачиваемого отпуска в количестве 79 календарных дней за период работы с 16.05.2016 по 15.05.2019 с 22 мая 2017 года по 09 августа 2017 года был издан через три дня после её прихода на работу в ООО «С Технология», и ген. директор ФИО10 спросил, что по отпуску, что начислено (по ФИО1), она ему пообещала посмотреть по дням, как начислено. Буквально накануне ФИО1 подошла к ней и сказала, что ей нужно посмотреть был ли ей оплачен отпуск за 2013 год (спорный отпуск), когда она увидела этот приказ (№ 1 от 28.10.2014, без подписи ген.директора и ФИО1 об ознакомлении с приказом), то сказала ФИО10, что этот отпуск был оплачен и не может быть 79 дней задолженности у ФИО1 и соответственно этот приказ отменили.

Окончательный расчет за октябрь, ноябрь и декабрь 2016 года ФИО1 получила в январе 2017 года, это подтверждается кассовыми ведомостями. Расчетные листки не выдавались, но когда работники общества получают задолженность, они прекрасно знают, какую зарплату они получают, даже не получая расчетные листки. ФИО1, получая любую зарплату, всегда проверяла расчеты: сидела и высчитывала, проверяя сумму. 

ФИО7 пояснила, что приказ № 3-к от 28.10.2014 о предоставлении отпуска ФИО1 был найден накануне судебного заседания 20.04.2018, табеля учета рабочего времени на 2014 год, заявление ФИО1 на предоставление данного отпуска, как и приказы на отзыв ФИО1 из данного отпуска отсутствуют.

В Государственную инспекцию труда в Амурской области, которая рассматривала обращение ФИО1 от 19.06.2017, данный приказ не был направлен, так как на тот период времени он не был найден, и соответственно в карточке Формы Т2, составленной по запросу инспекции, данный период не был указан. Документы в трудовую инспекцию – карточку формы Т2 завела ФИО13 (бывший работник Амурской энергетической компании) после поступления соответствующего запроса из Трудовой инспекции. Она переписала туда все приказы (по отпуску), которые были на тот момент в наличии. 

Третье лицо – Государственная инспекция труда по Амурской области о дате, времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, в него не явилась, сведений о причинах неявки суду не предоставило.

Суд, руководствуясь ч.3 ст. 167 ГПК РФ, рассмотрел дело по существу в отсутствие представителя третьего лица. 

Заслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей и изучив материалы дела, суд установил следующее.

16.05.2013 ФИО1 принята на должность помощника генерального директора ООО «С Технология» (приказ № 3-К от 16.05.2013). 

На основании приказа № К – 169 от 14.08.2017 ФИО1 уволена по п.2 ч.1 ст. 81 ТК РФ (расторжение договора в связи с сокращением штата работников), с выплатой выходного пособия в размере среднего месячного заработка и компенсации за 3 дня неиспользованного отпуска. 

Не согласившись с увольнением, ФИО1 обратилась в Благовещенский городской суд с иском о восстановлении на работе и оплате времени вынужденного прогула, компенсации морального вреда. 

Решением Благовещенского городского суда от 21.12.2017, вступившим в законную силу 06.04.2018, ФИО1 в удовлетворении исковых требований отказано. 

В соответствии с ст. 84.1 ТК РФ в день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчет в соответствии со ст. 140 ТК РФ.

14.08.2017 ФИО1 получила трудовую книжку и с ней произведен расчет (что следует из отзыва ответчика и не оспаривается истицей).

Вместе с тем, по мнению ФИО1, ответчиком произведена компенсация за неиспользованный отпуск не в полном объеме, не выплачена заработная плата за совмещение должностей и оплату ею задолженности по электроэнергии за общество, в связи с чем, она вынуждена обратиться в суд (при этом иск направлен ФИО1 08.07.2017 через отделение почтовой связи). 

Рассматривая требование истицы, заявленное как взыскание задолженности по заработной плате за период совмещения должности специалиста по кадрам с 07.11.2016 по 18.11.2016 в сумме 

<

данные изъяты> рублей, судом установлены следующие обстоятельства. 

В соответствии с приказом № П – 110/1 от 07.11.2016 на ФИО1 возлагалось исполнение обязанностей специалиста по кадрам в период с 07 ноября 2016 года по 18 ноября 2016 года.

Данным приказом доплата за совмещение должностей ФИО1 установлена не была.

Согласно ст. 60.2 ТК РФ с письменного согласия работника ему может быть поручено выполнение в течение установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительной работы по другой или такой же профессии (должности) за дополнительную оплату. Срок в течение которого работник будет выполнять дополнительную работу, ее содержание и объем устанавливаются работодателем с письменного согласия работника.

Поручаемая работнику дополнительная работа по другой профессии (должности) может осуществляться путем совмещения профессий (должностей). Поручаемая работнику дополнительная работа по такой же профессии (должности) может осуществляться путем расширения зон обслуживания, увеличения объема работ. Для исполнения обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику может быть поручена дополнительная работа как по другой, так и по такой же профессии (должности).

Срок, в течение которого работник будет выполнять дополнительную работу, ее содержание и объем устанавливаются работодателем с письменного согласия работника.

Работник имеет право досрочно отказаться от выполнения дополнительной работы, а работодатель - досрочно отменить поручение о ее выполнении, предупредив об этом другую сторону в письменной форме не позднее чем за три рабочих дня.

Частью первой статьи 151 ТК РФ предусмотрено, что при совмещении профессий (должностей), расширении зон обслуживания, увеличении объема работы или исполнении обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику производится доплата.

Согласно ч.2 ст. 151 ТК РФ размер доплаты устанавливается по соглашению сторон трудового договора с учетом содержания и (или) объема дополнительной работы ст. 60.2 ТК РФ).

Как судом указано выше, размер доплаты за совмещение ФИО1 должностей приказом, соглашением сторон установлен не был.

Предъявляя требование о взыскании задолженности по заработной плате за период совмещения должностей, ФИО1 ссылается на п. 4.5. Положением об оплате труда для сотрудников, утв. генеральным директором ООО «С Технология» 01.04.2016, согласно которого за выполнение обязанностей временно отсутствующего работника устанавливается доплата в размере от 20 до 50 % оклада (должностного оклада) по основной работе, либо от оклада (должностного оклада) временно отсутствующего (замещаемого) работника, положив в основу расчета 50 % от оклада, установленного дополнительным соглашением к её трудовому договору от 16.05.2013, – 

<

данные изъяты> рублей. 

Ответчиком оспаривалось наличие достигнутой договоренности об оплате ФИО1 обязанностей специалиста по кадрам в период с 07 ноября 2016 года по 18 ноября 2016 года, в том числе и в размере 50 % от должностного оклада помощника генерального директора, и обещание произвести данную выплату, и, кроме того, указывалось на то, что истицей пропущен срок на обращение в суд за взысканием доплаты. 

Согласно п. 5 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», вопрос о пропуске истцом срока обращения в суд может разрешаться судом при условии, если об этом заявлено ответчиком.

От ответчика соответствующее заявление поступило. 

В силу положений ч.1 ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении (ч.2 ст. 392 ТК РФ). 

Поскольку в рассматриваемом случае истицей заявлено требование о взыскании оплаты за исполнение обязанности специалиста по кадрам, которая не была оговорена сторонами, и соответственно установлена соглашением между ними, то применению подлежит ч.1 ст. 392 ТК РФ, и, следовательно, срок для обращения в суд с требованием об оплате дополнительной работы составляет три месяца, со дня, когда истица узнала или должна была узнать о нарушении своего права.

С приказом № П -110/1 от 07.11.2016 ФИО1 ознакомлена 07.11.2016, о чем свидетельствует подпись ФИО1 под фразой следующего содержания «с приказом ознакомлена, не возражаю: «07 ноября 2016 год».

Принадлежность подписи на данном приказе ФИО1 не оспаривала. 

О фактическом отсутствии доплаты за совмещение ФИО1, подписавшей приказ 07.11.2016, стало известно при окончательном расчете за ноябрь 2016 года (то есть за месяц, в котором имело место быть совмещение). 

В соответствии с п. 9.6. Правил внутреннего трудового распорядка ООО «С Технология», утв. генеральным директором ООО «С Технология» 23.05.2016, заработная плата выплачивается работникам каждые полмесяца: 5-го и 20-го числа каждого месяца: 20-го числа выплачивается первая часть заработной платы работника за текущий месяц в сумме не менее 50 % должностного оклада; 5-го числа месяца, следующего за расчетным, производится полный расчет с работником. 

Вместе с тем, как следует из пояснений истицы и не оспаривается стороной ответчика, задолженность по заработной плате за ноябрь 2016 года выплачена работникам общества, в том числе и истице 16.01.2017. 

Данная позиция сторон подтверждается материалами дела – платежной ведомостью № 1 от 16.01.2017. 

Таким образом, об отсутствии доплаты за совмещение должности ФИО1 стало известно 16 января 2017 года.

Довод представителя истицы о том, что об отсутствии /не начислении доплаты истица узнала лишь 26.06.2017, когда обратилась 09.06.2017 с заявлением (исх. № 262) к работодателю о выдаче бухгалтерских документов, подтверждающих начисление сумм, подлежащих выплате, и истицы о том, что ей не будет произведена доплата она узнала только после получения уведомления от 19.06.2017 о сокращении её должности, опровергается пояснениями самой истицы, данных в судебных заседаниях: 18.12.2017 и 16.01.2018, согласно которых заработная плата за каждый месяц у неё была одинаковая (

<

данные изъяты> рублей), получив задолженность по заработной плате за ноябрь, декабрь 2016 года в январе 2017 года, ей было известно о том, что оплата за совмещение должностей не была произведена…

Таким образом, и в отсутствие расчетных листков, истица знала о составляющих своей заработной платы, а также о том, что 16.01.2017 оплата за совмещение ей не произведена. 

Следовательно, с требованием о понуждении ООО «С Технология» к производству доплаты за совмещение должностей ФИО1 должна была обратиться не позднее 17 апреля 2017 года. 

Иск ФИО1 направлен в суд через организацию почтовой связи – 08.07.2017 (согласно отметки на почтовом конверте), то есть с пропуском срока, установленного ч.1 ст. 392 ТК РФ. 

В соответствии с ч.4 ст. 392 ТК РФ пропущенный по уважительной причине срок на обращение в суд подлежит восстановлению. 

ФИО1 в качестве причин пропуска срока на обращение в суд указывается на трудное финансовое положение ООО «С Технология», отсутствие денежных средств на расчетном счете общества и смену руководителей общества (заявление от 02.02.2018) и обещание ФИО39, директора цементного завода ООО «С Технология» произвести оплату за совмещение должностей к апрелю 2017 года (на что было указано истицей в судебном заседании 16.01.2018). 

Суд, оценивая доводы, приведенные истицей в обоснование восстановления срока на обращение в суд, установил следующее.

Свидетель ФИО15 показала суду, что в ноябре 2016 года она уходила в отпуск без содержания и просила руководство, чтобы ФИО1 исполняла за неё обязанности, они согласовали этот вопрос, был сделан приказ, который ФИО1 изготовила сама. Она не указала сумму в приказе, сколько ей должны компенсировать, но договор был на 50 % от её (свидетеля) зарплаты. Договаривались они с ФИО1 с ФИО40, что условия будут такие… В дальнейшем приказ уточняющего характера (по доплате) не был издан, так как ФИО1 сказали, что заплатят наличными денежными средствами и не будут проводить этот приказ вообще. Это было сказано ФИО41. Он ей обещал сначала 

<

данные изъяты> рублей на операцию, помощь от учредителей и компании. Также ей обещал премию в 

<

данные изъяты> рублей. Приказ за совмещение обещали, там порядка 

<

данные изъяты> рублей. Потом ей обещали по договору на оказание услуг 

<

данные изъяты> рублей или 

<

данные изъяты> рублей. Она насчитала, что около миллиона рублей ей обещали оплатить, и в конце так и не оплатили. В настоящее время (на 18.12.2017) в Благовещенском городском суде рассматривается её иск к ООО «С Технология» о восстановлении на работе, а в Ивановском районном суде её иск к обществу о взыскании задолженности по заработной плате. 

Однако, в должностные обязанности Сун Чжиго, как директора цементного завода, не входит установление доплаты за совмещение должностей (согласно раздела 2 должностной инструкции директора завода, утв. председателем общего собрания участников ООО «С Технология» 06.09.2016), полномочиями по принятию на работу и увольнением с работы сотрудников, заключению и расторжению трудового договора с работниками общества, утверждением должностных инструкций и других локальных нормативных актов обладает генеральный директор общества (раздел 2 должностей инструкции генерального директора ООО «С Технология», утв. председателем общего собрания участников ООО «С Технология» 06.09.2016). 

Между тем, материалами дела не подтверждается, что генеральным директором общества ФИО9, издавшим приказ № П-110/1 от 07.11.2016, ФИО1 была обещана доплата за совмещение должностей, и её выплата в апреле 2017 года. 

При этом, как установлено решением Благовещенского городского суда от 21.12.2017, принятого по иску ФИО1 к ООО «С Технология» о восстановлении на работе, и имеющего преюдициальное значение для дела, в силу положений ч.2 ст. 61 ГПК РФ, прекращение полномочий генерального директора ФИО9 и избрание ФИО2 новым генеральным директором произошло 29.06.2017, что не свидетельствует о «частой смене руководителей общества».

Стороной ответчика утверждения истицы об обещании ей доплаты в размере 50 % от её оклада за совмещение должностей не подтверждаются, как и то, что данная выплата должна была быть произведена к апрелю 2017 года. 

Оценив пояснения истицы, показания свидетеля ФИО11, позицию стороны ответчика, и учитывая разъяснения, данные Верховным Судом РФ в п. 5 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» относительно причин, которые могут быть признаны судом в качестве уважительных при разрешении вопроса о восстановлении срока на обращение в суд, суд приходит к выводу, что уважительные причины пропуска срока на обращение в суд у ФИО1 с требованием о взыскании соответствующей доплаты за совмещение должностей отсутствуют. 

В соответствии с п. 5 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» пропуск срока обращения в суд без уважительных причин является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Учитывая выше изложенное, суд считает необходимым в удовлетворении требования о взыскания доплаты за совмещение должностей – отказать, в связи с пропуском срока на обращения в суд, предусмотренного ст. 392 ТК РФ. 

В виду отказа в удовлетворении основного требования (взыскание доплаты за совмещение должностей), основания для применения положений ст. 236 ТК РФ отсутствуют. 

Рассматривая требование ФИО1 о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, суд установил следующее. 

В соответствии с ст. 127 ТК РФ при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

По письменному заявлению работника неиспользованные отпуска могут быть предоставлены ему с последующим увольнением (за исключением случаев увольнения за виновные действия). При этом днем увольнения считается последний день отпуска.

В силу положений ст. 115 ТК РФ, п. 4.3 трудового договора, заключенного ООО «С Технология» с ФИО1, продолжительность ежегодного оплачиваемого отпуска истицы равна 36 календарным дням (28 дней основного и 8 дней дополнительного отпуска).

С учетом того обстоятельства, что ФИО1 принята на работу в ООО «С Технология» 16 мая 2013 и уволена 14 августа 2017 года, продолжительность ежегодных оплачиваемых отпусков составила 153 дня, из них 144 дня за период с 16.05.2013 по 15.05.2017 (36 дней х 4 года) и 9 дней за период с 16.05.2017 по 14.08.2017 (3 дня (36:12) х 3 месяца).

Из представленных ответчиком приказов на отпуск за период работы ФИО1 в ООО «С Технология» следует, что ежегодные оплачиваемые отпуска истицы имели место быть: 

- с 10 ноября 2014 года по 15 декабря 2014 года, в количестве 36 календарных дней за период с 16.05.2013 по 15.05.2014 (приказ № 3 – к от 28.10.2014);

- с 12 августа 2015 года по 21 августа 2015 года, в количестве 10 календарных дней, за период с 16.05.2014 по 15.05.2015 (приказ № 78 от 11.08.2015);

- с 01 декабря 2015 года по 31 декабря 2015 года, в количестве 31 календарного дня, за период с 16.05.2014 по 15.05.2015: 18 календарных дней основного оплачиваемого отпуска, 8 календарных дней дополнительного, и с 16.05.2015 по 15.05.2016 (5 календарных дней основного отпуска (приказ № 141 от 20.11.2015);

- с 12 сентября 2016 года по 14 октября 2016 года, в количестве 33 календарных дней, за период с 16.05.2015 по 15.05.2016 (приказ № О – 91 от 29.08.2016);

- с 25 мая 2017 по 06 июня 2017, в количестве 13 календарных дней, за период с 16.05.2016 по 15.05.2017 (приказ № О – 236 от 25.04.2017);

- с 10 июля 2017 по 05 августа 2017 года, в количестве 27 календарных дней, за периоды: с 16.05.2016 по 15.05.2017 и с 16.05.2016 по 15.05.2017 (приказ № О – 241 от 13.06.2017). 

Согласно перечисленных выше приказов, за период времени с 16 мая 2013 года по 15 мая 2017 ФИО1 предоставлено 150 дней отдыха (36+10+31+33+13+27).

На основании приказа № К-169 от 14.08.2017 ФИО1 выплачена компенсация за 3 дня неиспользованного отпуска. 

С учетом предоставления 150 календарных дней отпуска за период работы с 16.05.2013 по 15.05.2017, основания для выплаты компенсации за большее количество дней, чем установлено приказом № К-169 от 14.08.2017 у работодателя отсутствовали.

Довод истицы о не предоставлении ей ежегодного оплачиваемого отпуска в период с 10 ноября 2014 года по 15 декабря 2014 года опровергается приказом № 3 – к от 28 октября 2014 года «О предоставлении отпуска ФИО1», с текстом следующего содержания «Предоставить ежегодный оплачиваемый отпуск, ФИО1, помощнику генерального директора ООО «С Технология», в количестве 36 календарных дня, с 10 ноября 2014 года по 15 декабря 2014 года. Приступить к исполнению трудовых обязанностей с 16 декабря 2014 года. 

Бухгалтеру ООО «С Технология» произвести начисление и выплату сумм, в установленном порядке и размерах. Ознакомить с приказом всех заинтересованных лиц. Основание: Заявление ФИО1 от 28 октября 2014 года». 

На указанном приказе после фразы «С приказом ознакомлены: 28.10.2014» стоит подпись ФИО1 

В судебном заседании – 20.04.2018 ФИО1 подтвердила, что данная подпись выполнена ею. 

Не сохранение ответчиком заявления ФИО1 о предоставлении отпуска от 28.10.2014, как и отсутствие табеля учета рабочего времени за 2014 год не свидетельствует о не предоставлении данного отпуска.

Привлечение Государственной инспекцией труда в Амурской области ООО «С Технология» к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 5.27 КоАП РФ, то есть за нарушение трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, на основании постановления от 20.09.2017, в том числе и за не предоставление отпуска в количестве 30 календарных дней ФИО1, в силу положений ст. 61 ГПК РФ, преюдициального значения для данного дела не имеет, а должно оцениваться наравне с иными доказательствами.

Как следует из пояснений представителей ответчика, в Государственную инспекцию труда в Амурской области, которая рассматривала обращение ФИО1 от 19.06.2017, данный приказ не был направлен, так как на тот период времени он не был найден, и соответственно в карточке Формы Т2, составленной по запросу инспекции, данный период не был указан.

Пояснения стороны ответчика по данному вопросу были стабильны, подтверждены пояснениями истицы, указавшей на принадлежность подписи в приказе именно ей. 

В тоже время пояснения ФИО1 относительно спорного правоотношения были противоречивы; пояснить суду, отзывали ли её из отпуска, истица не смогла. 

Между тем, согласно ст. ст. 125, 126 ТК РФ отзыв работника из отпуска допускается только с его согласия; неиспользованная в связи с этим часть отпуска должна быть предоставлена по выбору работника в удобное для него время в течение текущего рабочего года или присоединена к отпуску за следующий рабочий год.

Заявительный характер носит и перенесение ежегодного оплачиваемого отпуска на другой срок, в случае, если работнику своевременно не была произведена оплата за время ежегодного оплачиваемого отпуска либо работник был предупрежден о времени начала этого отпуска позднее чем за две недели до его начала (ч.2 ст. 124 ТК РФ). 

Однако, подавая заявление о предоставлении части ежегодного оплачиваемого отпуска за 2015 год – 10.08.2015, ФИО1 не указывалось на предоставление неиспользованного отпуска за период с 16.05.2013 по 15.05.2014. 

Утверждение стороны истицы о неверном указании ответчиком в приказах на отпуск периодов, за которые они предоставляются (согласно заявления от 02.02.2018 и приложении к нему, имевшего место до предоставления стороной ответчика спорного приказа № 3 – К от 28.10.2014), также не свидетельствует о не предоставлении обществом ФИО1 ежегодного оплачиваемого отпуска в период с 10 ноября 2014 года по 15 декабря 2014 года.

Кроме того, данный довод истицы опровергается содержанием выше перечисленных приказов: № 3 – к от 28.10.2014, № 78 от 11.08.2015, № 141 от 20.11.2015, № О – 91 от 29.08.2016, № О – 236 от 25.04.2017 и № О – 241 от 13.06.2017, в каждом из которых прописаны периоды, за которые предоставляется ежегодный оплачиваемый отпуск, количество дней основного и дополнительного отпусков.

Со всеми перечисленными приказами ФИО1 была работодателем ознакомлена, о чем свидетельствует её подпись на каждом приказе, после фразы «с приказом ознакомлена». Принадлежность подписи именно ей на данных приказах ФИО1 не оспаривалась. 

Получив 25.12.2014 заработную плату за декабрь 2014 года всего за 13 рабочих дней (с учетом нахождения в отпуске на основании приказа № 3 – К от 28.10.2014, с 01.12.2014 по 15.12.2014), ФИО1 к работодателю с вопросами/претензией относительно начисления заработной платы всего за 13 рабочих дней не обращалась. 

Наличие приказа № 0-231 от 20.04.2017 о предоставлении помощнику генерального директора ФИО1 ежегодного оплачиваемого отпуска в количестве 79 календарных дней за период работы с 16.05.2016 по 15.05.2019 (так в тексте приказа) с 22 мая 2017 года по 09 августа 2017 года, также не подтверждает довод истицы о наличии неиспользованного у неё отпуска на период увольнения в количестве 36 календарных дней, поскольку как следует из пояснений представителя ответчика ФИО6 этот приказ был издан ошибочно, без проверки всех документов. 

Ставить под сомнение пояснения ФИО6 у суда нет оснований, поскольку в последующем генеральным директором общества ФИО9 25.04.2017 изданы приказ № О – 236 от 25.04.2017, согласно которого ФИО1 предоставлен ежегодный оплачиваемый отпуск с 25 мая 2017 по 06 июня 2017, в количестве 13 календарных дней (за период с 16.05.2016 по 15.05.2017) и приказ № О – 241 от 06.06.2017 о предоставлении ФИО1 ежегодного оплачиваемого отпуска с 10 июля 2017 по 05 августа 2017 года, в количестве 27 календарных дней (за периоды: с 16.05.2016 по 15.05.2017 и с 16.05.2016 по 15.05.2017), всего 40 календарных дней.

Выполнение подписи в приходном кассовом ордере № 95 от 26 ноября 2014 года о выплате ФИО1 

<

данные изъяты> рублей, которые, по утверждению стороны ответчика, являлись отпускными, в графе «получил» не ФИО1, а иным лицом, согласно заключения эксперта № 7 от 15.03.2018 ФИО17, не свидетельствует о не предоставлении обществом ФИО1 ежегодного оплачиваемого отпуска в период с 10 ноября 2014 года по 15 декабря 2014 года, в количестве 36 календарных дней, в виду наличия приказа № 3-к от 28.10.2014. 

Кроме того, как следует из пояснений представителя истицы Третьяк Т.В. заработную плату - 

<

данные изъяты> рублей ФИО1 получала, но по другому платежному документу, который находится у ответчика…

Сама истица поясняла, что она ранее не ставила перед ответчиком вопрос о взыскании заработной платы за ноябрь 2014 года, так как были иные платежи со стороны работодателя… на тот момент ей денег было достаточно, то есть не обратила на это внимание. 

Отпуск за период с 16.05.2016 по 15.05.2017 был предоставлен истице на основании приказов: № О – 236 от 25.04.2017 и № О – 241 от 13.06.2017, о чем судом выше было указано.

На основании выше изложенного, суд приходит к выводу о необходимости отказа в удовлетворении требования о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск за период с 16.05.2016 по 14.08.2017 в сумме 

<

данные изъяты> рублей и, как следствие этого, основания для возложения на ответчика ответственности, предусмотренной ст. 236 ТТК РФ, отсутствуют. 

При этом, суд считает необходимым указать, что заявление ответчика о пропуске истицей срока на обращение в суд по оплате отпускных за период с 10.11.2014 по 15.12.2014 судом не было рассмотрено, поскольку данное требование истицей не заявлялось. Требование истицы – это взыскание компенсации за неиспользованный отпуск, при рассмотрении которого, суду надлежало установить, имелась ли у работодателя (ответчика) на момент увольнения работника (истца) задолженность перед последним по предоставлению отпуска (ов) за весь период работы у данного работодателя. 

В удовлетворении требования истицы о взыскании с ООО «С Технология» в её пользу суммы в размере 

<

данные изъяты> рублей, следует отказать, в виду ниже следующего. 

Согласно копии чека – ордера от 31.01.2017 ФИО1 произведена оплата задолженности за электроэнергию по уведомлению 17-17/110 от 16.02.2017 за ООО «С Технология» филиалу ПАО «ДЭК» Амурэнергосбыт в сумме 

<

данные изъяты> рублей. 

За совершение данной операции ФИО1 банку (Благовещенское отделение № 8636 филиал № 152) заплачена комиссия в сумме 

<

данные изъяты> рублей.

Как следует из материалов дела: кассы за январь 2017 года, 31.01.2017 обществом от ФИО42. принят возврат неиспользованной суммы в размере 

<

данные изъяты> рублей, а в подотчет ФИО1 для оплаты поставщику ПАО ДЭК «Амурэнергосбыт» выдано 

<

данные изъяты> рублей. 

К кассовой книге за 31.01.2017 приложен приходный кассовый ордер № 9 от 31.01.2017, согласно которого от ФИО14 принята сумма в размере 

<

данные изъяты> рублей, как возврат неиспользованной суммы подотчета, и расходный кассовый ордер № 28 от 31.01.2017. по которому ФИО1 в подотчет для оплаты поставщику ПАО ДЭК «Амурэнергосбыт» выдано 

<

данные изъяты> рублей. 

На расходном кассовом ордере № 28 от 31.01.2017 в графе: «получил» подпись ФИО1 отсутствует.

Однако, не подписание ФИО1 расходного кассового ордера от 31.01.2017, как и не нахождение 31.01.2017 ФИО43 в г. Благовещенске, не свидетельствует о том, что денежные средства, поступившие в счет оплаты задолженности ООО «С Технология» за электроэнергию, принадлежат ФИО1, поскольку последней не предоставлено суду допустимых доказательств, свидетельствующих о получении обществом денежных средств в спорной сумме от неё, для последующей оплаты электроэнергии. 

Законодательство Российской Федерации не запрещает вносить платежи физическим лицам от имени/за юридических лиц.

Указание в приходном кассовом ордере № 9 на получение от ФИО44. суммы в размере 

<

данные изъяты> рублей именно 31.01.2017, в то время как он находился в КНР, не лишает действительности данного документа, поскольку Сун Чжиго факт поступления от него суммы в размере 

<

данные изъяты> рублей в кассу общества 31.01.2017 не оспаривал, напротив подтвердил обстоятельства, на которые ссылается сторона ответчика в обоснование своих возражений. 

Так, согласно показаниям ФИО45, данных им в судебном заседании 17.11.2017, он с ФИО1 общался по российскому номеру телефона. В начале этого года, примерно 30 января Яна написала ему в вотсапе сообщение/уведомление, что нужно срочно заплатить задолженность, более 

<

данные изъяты> рублей, перед сетевой компанией, в противном случае, если в ближайшее время сумму не заплатили бы, то обесточили цементный завод. Он в то время находился в Китае, отмечал китайский Новый год, поэтому отправил своего коллегу ФИО4, чтобы он приехал в Россию и передал деньги Яне, чтобы они смогли положить эти деньги. ФИО4 приехал в Россию 31.01.2017. После того, как ФИО4 приехал в Китай, он отправил ему фотографию квитанции, которая подтверждает, что был произведен перевод этих денег через банк и кроме того прислал сообщение, в котором объяснил, ему сколько денег он передал Яне и сколько оставил в сейфе компании (переписка была по китайскому номеру, и вичату). Деньги, которые ФИО4 отдал ФИО1, принадлежат обществу ООО «С Технология», находились в сейфе коттеджа (

<

адрес>), в котором проживают китайские сотрудники. ФИО4 взял из сейфа 

<

данные изъяты> рублей (купюры были номиналом по 5 000 рублей, 1 000 рублей и возможно по 500 рублей), остаток от этой суммы – 

<

данные изъяты> с лишним тысяч ФИО4 забрал с собой в Китай. ФИО1 сама прислала ему свою карточку, он её об этом не просил. На тот момент ООО «С Технология» не могло перевести деньги за электроэнергию, это можно было сделать исключительно через её карту, и поскольку он доверял Яне, она сказала ему, что можно сделать через её карту, то он сказал: «хорошо». Но способ оплаты (каким был и произведен платеж) он нашел более удобным, так как деньги находились в г. Благовещенск, кроме того, время сильно поджимало, поскольку оплата носила срочный характер, и при переводе на карточку необходимо было бы оплатить процент банку. ФИО1 владеет китайским языком, то есть при общении с ФИО4 не нужны посредники, и на тот момент времени он ей доверял. О наличии задолженности за электроэнергию знал ранее 30.01.2017, но конкретную сумму не знал. Примерно в декабре 2016 года банковские счета ООО «С Технология» были заблокированы и соответственно у компании было много долгов, и поскольку счет был заблокирован, выход заключался только в том, чтобы оплатить основные какие-то платежи и платить их, когда поступит соответствующее уведомление, по срочности платежей. Относительно содержания переписки с ФИО1, он точно не знает, все ли сохранил в переписке, но с уверенностью утверждает, что основное содержание оставил без изменения. Конкретно по переписке, связанной с оплатой, насколько он помнит, ничего не удалял. Неприязни он к Яковлевой Я. не испытывает. То, что говорила ФИО1 о 

<

данные изъяты> рублей ошибка, и подтверждение этому у него есть запись на телефоне. ФИО1 попросила его помочь директору кирпичного завода, по имени Миша, найти китайских рабочих. Они работают на этом кирпичном заводе, между ними произошла неприятность, возможно из-за маленького объема производства, получили мало денег. Они (китайские рабочие) никого не могут найти, сразу пришли к нему. ФИО1 не такой честный человек, обманула. 

Свидетель ФИО46 показал суду, что проживает в г. Хэйхе, является гражданином КНР, ФИО1 знает, личной неприязни не испытывает, проработал в ООО «С Технология» 4 года. Поручение по оплате электроэнергии дал ему ФИО47, который в тот момент находился в г. Харбин, он ему поручил 31 числа приехать в г. Благовещенск. Он, когда 31 января приехал в Благовещенск, то позвонил Яне, чтобы она его встретила на таможне. Она его встретила на своей машине, они заехали в офис компании ООО «С Технология», где он взял ключ от сейфа, затем поехали на той же машине в коттедж, где он взял деньги, а потом в банк, где вместе с Яной положили деньги через работника банка. Он передал деньги Яне, она передала деньги работнику банка, затем после выполнения операции, работник банка передал им чек. Он взял этот чек, сфотографировал его, возвратил Яне, она должна была передать его компании, и затем отправил его через вейси/вичат (китайский мессенджер) господину ФИО48. Он сам не произвел платеж, так как не владеет русским языком, и соответственно общаться на русском он не может. Операция по оплате заняла примерно 20-30 минут. В сейфе коттеджа он взял сумму 

<

данные изъяты> рублей, большая часть из которых была 5 000 купюрами, часть 1 000 купюрами, часть номиналом 500 рублей. Он ФИО1 для оплаты отдал 

<

данные изъяты> рублей, после совершения платежа она вернула ему мелочь. В этот же день он возвратился в КНР. Остаток суммы увез с собой. Именно документ, находящийся на л.д. 21 Т.1, - чек-ордер от 31.01.2017, он и фотографировал. 

Согласно данным паспорта гражданина КНР ФИО4, последний прибыл на территорию РФ (Благовещенск) 31.01.2017 и в этот же день убыл в КНР (согласно отметкам таможни на стр. 24-25 паспорта).

Паспортом гражданина КНР ФИО49 подтверждается факт его отсутствия на территории РФ и 30.01.2017, и 31.01.2017. 

Представленной стороной ответчика в материалы дела скриншот переписки между ФИО1 и ФИО50 за 30.01.2017, содержащий переписку данных лиц как на русском, так и китайском языке, а также перевод скана переписки ФИО51 за 30.01.2017, выполненный ФИО1 (в 1998 году ФИО1 окончила БГПУ по специальности учитель китайского и английского языков, референт-переводчик китайского языка по специальности «филология») не свидетельствует о получении денежных средств ООО «С Технология» от ФИО1 для оплаты долга по электроэнергии, а подтверждает лишь факт наличия задолженности общества за электроэнергию, и доведение ФИО1 до сведения Сун Чжиго об этом обстоятельстве.

Заявление ФИО1 о том, что переписку в вичате можно корректировать, в виду не указания ею, в чём или каким образом переписка между ней и ФИО52 была изменена, суд находит не влияющим на выше озвученные выводы суда. 

Утверждение ФИО1 о том, что свидетель ФИО53 испытывает к ней неприязнь, голословно, свидетель ФИО54 наличие неприязни по отношению к истице отрицал; характеристика, данная им ФИО1, не подтверждает факт неприязни со стороны свидетеля по отношению к истицы, а представляет собой его мнение о личностных качествах истицы, его бывшей коллеги.

Показания свидетелей ФИО18 о возврате им 

<

данные изъяты> рублей в январе 2017 года ФИО1, взятых им в долг у последней по договору займа в ноябре 2016 года; показания свидетеля ФИО19 об оплате им ФИО1 консультационных услуг в размере 

<

данные изъяты> рублей в сентябре и декабре 2016 года, и составление об этих обстоятельствах документов в дальнейшем, при выше установленных обстоятельствах, также не подтверждают факт оплаты ФИО1 задолженности ООО «С Технология» личными денежными средствами, как и показания свидетелей: ФИО11, подтвердившей пояснения ФИО1 относительно наличия у неё денежных средств на 31.01.2017 для оплаты задолженности за электроэнергию и обстоятельства платежа, как это указывалось истицей, и ФИО55., встретившей 31.01.2017 ФИО1 в отделении Сбербанка на ул. Ломоносова-Шевченко г. Благовещенска, которая пояснила ей об оплате «

<

данные изъяты>» за предприятие, в отсутствии граждан КНР в отделении банка в это время. 

Более того, должность свидетеля ФИО11, как и истицы, была сокращена в ООО «С Технология», в связи с чем, она обратилась в Благовещенский городской суд и в Ивановский районный суд с исками к ООО «С Технология» иском к ООО «С Технология» о восстановлении на работе, о взыскании задолженности по заработной плате.

О том, что истица при осуществлении платежа 31.01.2017 встретила ФИО20, ею было указано только на последнем судебном заседании, когда и было заявлено ходатайство о допросе данного лица в качестве свидетеля, что судом расценивается как недобросовестное поведение. 

На основании выше установленного, суд пришел к выводу о наличии оснований для отказа в удовлетворении требования ФИО1, заявленного как взыскание расходов, произведенных за счет собственных средств, в размере 

<

данные изъяты> рублей. 

Пунктом 62 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», установлено, что суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Учитывая, что судом не установлено неправомерных действий (бездействия) ответчика при рассмотрении настоящего трудового спора, суд считает необходимым в удовлетворении требования ФИО1 о компенсации морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей – отказать.

Принимая решение об отказе истице в удовлетворении требования о компенсации морального вреда, суд учитывал и положения п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», которым предусмотрено, что в случае, когда требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд (например, установленные ст. 392 ТК РФ сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора), то на такое требование распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда.

Таким образом, в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «С Технология» отказано полностью. 

Судебных расходов ответчика на момент принятия решения судом не установлено, а для удовлетворения требований истицы о возмещения судебных расходов в размере 

<

данные изъяты> рублей (оплата услуг эксперта по проведению почерковедческой экспертизы) правовые основания – отсутствуют. 

Указанное выше решение принято по заявленным истицей требованиям, и по обоснованиям ею изложенным. 

Меры по обеспечению иска, в виде наложения ареста на денежные средства, находящиеся на банковских счетах, и на иное движимое и недвижимое имущество ООО «С Технология» в пределах заявленных требований в размере 

<

данные изъяты> рублей, в соответствии с ч.3 ст. 144 ГПК РФ, сохранить до вступления в законную силу решения суда. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «С Технология» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск, расходов, произведенных за счет собственных средств, и компенсации морального вреда - отказать полностью. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Ивановский районный суд в течение одного месяца с момента изготовления мотивированного решения. 

Мотивированное решение изготовлено 10.05.2018.

Судья: Скобликова Н.Г.