дело № 2-260/2021

УИД 43RS0031-01-2020-000387-67

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

21 июня 2021 года п.Подосиновец Кировской области 

Подосиновский районный суд Кировской области в составе судьи Доника О.М., при секретаре Казаковой И.В., с участием истца ФИО9, его представителя ФИО10, ответчика ФИО11, его представителя ФИО12, третьего лица ФИО13, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО14 ФИО4 к ФИО14 ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения, по встречному исковому заявлению ФИО14 ФИО5 к ФИО14 ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения, убытков, 

установил:

ФИО9 обратился в суд с иском к ФИО11 о взыскании неосновательного обогащения. В обоснование требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ между лизингодателем ООО «Каркаде» и лизингополучателем ФИО15, являвшимся его братом и индивидуальным предпринимателем, были заключены договоры лизинга №, №, предметом которых являлись автомашина сортиментовоз 

<

данные изъяты>. По условиям договоренности между истцом и ФИО15, ФИО15 заключает договоры лизинга, истец оплачивает лизинговые платежи и после полной оплаты лизинговых платежей транспортные средства должны быть оформлены на истца. Для уплаты первоначального взноса истец совместно с ФИО13 и ФИО16 получили кредиты на общую сумму 1 200 000 руб. ФИО15 умер 17.12.2017, после его смерти лизинговые платежи вносил истец. После смерти ФИО15 ответчик ФИО11 вступил в права наследования, переоформить транспортные средства на истца не желает. Основываясь на положениях ст.1102 ГК РФ ФИО9 просит взыскать с ФИО11 сумму уплаченных лизинговых платежей и дополнительных расходов в размере 5 923 305,17 руб.

В ходе рассмотрения дела ФИО9 в порядке ст. 39 ГПК РФ, исковые требования уточнил, просит взыскать с ответчика сумму 5 812 369,28 руб., которая включает уплаченные лизинговые платежи в размерах 3 290 938,06 руб. и 1 121 431,22 руб., сумму первоначального взноса по договору лизинга 1 200 000 руб., и сумму долга, возвращенную ФИО17 за ФИО15 истцом в размере 200 000 руб., взыскать проценты по ст.395 ГК РФ с указанных сумм в размере 1 609 769,01 руб.

Ответчик ФИО11, не согласившись с предъявленным к нему иском, обратился к ФИО9 со встречным иском, уточненным в порядке 39 ГПК РФ, о взыскании неосновательного обогащения и убытков. В обоснование требований указано, что на основании свидетельства о праве на наследство от 20.11.2020 имущественные права по договорам лизинга перешли к ответчику. ФИО9 вносил платежи в качестве платы за пользование транспортным средством МАЗ с прицепом и возможность осуществления коммерческой деятельности по оказанию услуг по грузоперевозкам и извлечению прибыли. Поскольку ФИО9 заявил требования о взыскании лизинговых платежей, ответчик вправе предъявить к нему требование о взыскании платы за пользование чужим имуществом и того дохода, который мог бы он или его отец извлечь от пользования имуществом. На счет ФИО9 в АО КБ «Хлынов» по договорам об оказании транспортных услуг поступило денежных средств в размере 5 946 991,21 руб., что составляет неосновательное обогащение в виде дохода от использования имуществом. Согласно справке ООО «Компания оценки и права» рыночная стоимость арендной платы за право владения и пользования транспортными средствами за период с октября 2015 по ноябрь 2020 составила 3 077 620 руб., из которой 2 431 320 руб. - арендная плата за использование сортиментовозом МАЗ и 646 300 руб. - за пользование прицепом к автомобилю. Стоимость услуг по оценке рыночной стоимости арендной платы составила 5 000 руб. Согласно заключению эксперта 

<

данные изъяты> стоимость устранения эксплуатационных и механических повреждений МАЗ без учета износа составляет 303 600 руб., прицепа без учета износа составляет 205 400 руб., расходы по проведению экспертиз - 12 500 руб. После изъятия транспортных средств ФИО11 понес расходы на приобретение запасных частей и расходных материалов на сумму 95 279 руб. Ссылаясь на положения статей 1103, 1104, 1105, 1107 ГК РФ, ФИО9 просит взыскать с ФИО15 неосновательное обогащение в арендной платы за пользование транспортными средствами в размере 3 077 620 руб., дохода, полученного от использования ФИО9 транспортных средств в размере 5 946 991,21 руб., убытков в виде стоимости устранения эксплуатационных и механических повреждений транспортных средств в размере 604 279 руб., расходов на приобретение запасных частей и материалов в размере 95 279 руб., расходов по проведению экспертиз в размере 12 500 руб. и расчета стоимости арендной платы в размере 5 000 руб., расходов по уплате госпошлины в размере 56 244 руб.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены лизингодатель ООО «Каркаде», ФИО18 ФИО6, ФИО14 ФИО7, ФИО19 ФИО8 

Истец ФИО9 в судебном заседании исковые требования поддержал, со встречным иском не согласился полностью. Суду пояснил, что по устной договоренности, его брат ФИО15 в 2015 году приобрел в лизинг МАЗ с прицепом, за которые лизинговые платежи по договору лизинга уплачивал он (истец), а также пользовался транспортными средствами, осуществляя транспортные услуги. Часть транспортных услуг брат оплачивал. На уплату первоначального взноса по лизингу вместе с супругой ФИО13 и ее сестрой ФИО16 взяли кредиты в Сбербанке Кредитные денежные средства в сумме 1 200 000 руб. передал брату без расписки. После внесения лизинговых платежей брат должен был переоформить транспортные средства на него. Предпринимательскую деятельность начинал вместе с Четвериковым, который передавал ФИО20 сумму 1 000 000 руб. После смерти брата в наследство вступил ответчик, который лизинговые не платил, возврата транспортных средств не требовал. 02.12.2020 транспортные средства ответчик забрал. Поскольку он уплатил большую часть лизинговых платежей, полагает, что транспортное средство должно принадлежат ему. Поскольку ответчик отказался переоформлять транспортные средства на него, в связи с чем просит взыскать неосновательное обогащение в виде уплаченных лизинговых платежей, денежные средства на уплату первоначального авансового взноса по договору лизинга, денежную сумму долга, уплаченную Логиновскому вместо брата, и проценты за пользование чужими денежными средствами.

Представитель ФИО10 позицию своего доверителя поддержал, со встречными исковыми требованиями не согласен, ссылаясь на отсутствие между сторонами заключенных в письменной форме договоров аренды и сублизинга, а также согласия сублизингодателя ООО «Каркаде» на заключение таких договоров, в связи с чем ФИО15 не вправе был сдавать в аренду предметы лизинга. Указывает, что пользование истцом транспортными средствами осуществлялось безвозмездно с устного согласия покойного брата, препятствий в их пользовании непосредственно ФИО15 отсутствовали, неполученный доход от использования транспортных средств ответчиком не доказан. Оснований для взыскания убытков не имеется, поскольку эксплуатационные и механические повреждения соответствуют естественному износу, доказательств необходимости замены запасных частей и их установки не представлено, необходимые условия для взыскания убытков не доказаны. Также заявил о пропуске срока исковой давности по требованиям ответчика.

Ответчик ФИО11 в судебном заседании исковые требования ФИО9 не признал, встречные исковые требования поддержал, дополнительно пояснил, что он единственный принял наследство после смерти своего отца, о характере договоренностей между отцом и ФИО9 относительно предметов лизинга не был осведомлен, об использовании предметов лизинга истцом ему известно, возврата транспортных средств от истца не требовал, лизинговые платежи не оплачивал из-за неплатежеспособности, 02.12.2020 МАЗ с прицепом изъял у ФИО9

Представитель ФИО21 иск ФИО9 не признала, встречные исковые требования поддержала, полагает, что между братьями М-выми имелась договоренность об использовании истцом автомобиля и получения дохода под условием оплаты лизинговых платежей, что исключает факт неосновательного обогащения на стороне ответчика, передача денежных средств истцом для уплаты первоначального платежа по договору лизинга допустимыми доказательствами не подтверждена, получив новый автомобиль в пользование, ФИО9 возвратил его в технически неисправном состоянии, просит применить срок исковой давности по требованиям ФИО9 

Третье лицо ФИО13 в судебном заседании факт получения кредита для оплаты первоначального платежа в целях приобретения машины по лизингу подтвердила, полагала, что машину по лизингу супруг приобретал на себя.

Третьи лица ООО «Каркаде», ФИО22, ФИО23 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались. В предыдущем судебном заседании ФИО22 пояснила, что 20.07.2015 взяла кредит для ФИО9, платежи по которому вносил последний, автомашиной пользовался он же. 

Исследовав материалы дела, заслушав объяснения сторон, суд приходит к следующим выводам.

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, между ООО «Каркаде» (лизингодатель) и индивидуальным предпринимателем ФИО20 (лизингополучатель) ДД.ММ.ГГГГ заключены договоры лизинга (баланс лизингополучателя) №, №. Договоры лизинга состоят из самих договоров, приложений и дополнительных соглашений к нему и Общих условий договора лизинга, являющихся неотъемлемыми частями договоров лизинга.

По условиям данных договоров лизингодатель посредством заключения договоров купли-продажи приобрел у ООО «НижегородМАЗсервис» грузовой автомобиль – сортиментовоз МАЗ-6312В9-429-012 автомобиль – сортиментовоз Т6322А с гидроманипулятором и прицеп - сортиментовоз марки 600845 (предметы лизинга), которые предоставил во временное владение и пользование за плату лизингополучателю, а последний, в свою очередь, обязался уплачивать лизинговые платежи в размере и сроки, предусмотренные графиками платежей.

Сроки действия договоров лизинга определены с даты подписания договоров до наступления 14-го календарного дня после даты последнего лизингового платежа, предусмотренного графиком платежей (п.3.5 договоров).

В договорах лизинга его стороны согласовали размер и сроки (график) внесения лизинговых платежей, дополнительных выкупных платежей стороны не установили (п.3.2, п.3.3).

Согласно п. 3.2 договора лизинга № с дополнительными соглашениями общий размер лизинговых платежей сортиментовоза МАЗ составил 7 108 117,75 руб.; срок последнего платежа с учетом дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ определен ДД.ММ.ГГГГ, п.3.10 был установлен авансовый платеж в размере 2 195 500 руб., уплачиваемый не позднее пяти календарных дней с даты подписания договора, оставшаяся часть первого платежа и (или предоплаты) оплачиваются лизингополучателем в срок не позднее ДД.ММ.ГГГГ.

Общий размер лизинговых платежей прицепа – сортиментовоза, согласно п.3.2 договора лизинга № с учетом дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ, составил 1 1046 109,62 руб., срок последнего платежа - ДД.ММ.ГГГГ, п.3.10 договора определен авансовый платеж в размере 159 500 руб., который уплачивается не позднее пяти календарных дней с даты подписания договора, оставшаяся часть первого платежа и (или предоплаты) оплачиваются лизингополучателем в срок не позднее ДД.ММ.ГГГГ.

Исходя из общих условий договоров лизинга №, №, лизингополучатель по окончании срока лизинга вправе приобрести право собственности на предмет лизинга в порядке, предусмотренном Общими условиями и договором лизинга, при условии и после полной оплаты лизингополучателем всех платежей, предусмотренных графиком платежей в договоре лизинга, после полного исполнения лизингополучателем всех принятых на себя денежных обязательств по договору лизинга. Право собственности на предмет лизинга переходит от лизингодателя к лизингополучателю на основании и с момента подписания сторонами акта о переходе права собственности на предмет лизинга (п.6.3). Лизингополучатель не вправе передавать право на выкуп предмета лизинга у лизингодателя третьим лицам (п.6.2).

Предметы лизинга были переданы лизингодателем ООО «Каркаде» лизингополучателю ФИО15, в лице ФИО24, во временное владение и пользования (без перехода права собственности) 29.09.2015 согласно актам приема-передачи. Фактическая передача предметов лизинга осуществлена продавцом ООО «

<

данные изъяты>» ФИО24, действующему по доверенности ФИО15, ДД.ММ.ГГГГ по акту приемки-передачи. 

Лизингополучатель ФИО15 умер ДД.ММ.ГГГГ.

Наследником после смерти ФИО2 является ответчик ФИО5, который принял наследственное имущество, в составе которого перешли имущественные права и обязанности наследодателя по договорам лизинга от ДД.ММ.ГГГГ №, № с дополнительными соглашениями, что подтверждается ответом нотариуса от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельством о праве на наследство от ДД.ММ.ГГГГ.

На основании договоров выкупа предмета лизинга №/В, №/В, актов о переходе права собственности, передаточных актов от ДД.ММ.ГГГГ, в связи со смертью первоначального лизингополучателя, выполнением обязательств финансовой аренды и полной оплаты всех платежей лизингодатель ООО «Каркаде» передало в собственность лизингополучателю ФИО15 предметы лизинга - сортиментовоз МАЗ и прицеп - сортиментовоз, общая сумма по договору лизинга за прицеп составила 1 106 109,62 руб., за сортиментовоз МАЗ – 7 108 117,75 руб. Право собственности перешло к ответчику ФИО15 в момент подписания актов. 

В силу ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают, в том числе вследствие неосновательного обогащения.

Пунктом 1 ст. 1102 ГК РФ установлено, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (п. 2 ст. 1102 ГК РФ).

Для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимо: во-первых, чтобы обогащение одного лица (приобретателя (ответчика) произошло за счет другого (потерпевшего (истца), и, во-вторых, чтобы такое обогащение произошло при отсутствии к тому законных оснований или последующем их отпадении.

В силу ст. 1103 ГК РФ положения о неосновательном обогащении подлежат применению к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

Согласно ст.2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)" договор лизинга - договор, в соответствии с которым арендодатель (лизингодатель) обязуется приобрести в собственность указанное арендатором (лизингополучатель) имущество у определенного им продавца и предоставить лизингополучателю это имущество за плату во временное владение и пользование. 

В соответствии со ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно п. 4 ст. 1152 ГК РФ принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, подлежащее государственной регистрации. При этом в соответствии с п. 1 ст. 1114 ГК РФ, днем открытия наследства является день смерти гражданина.

Как установлено из объяснений истца ФИО9, между ним и лизингополучателем ФИО15 была достигнута устная договоренность, по условиям которой ФИО15, заключая с лизинговой компанией ООО «Каркаде» договоры лизинга, передает транспортные средства (предметы лизинга) в пользование истцу для осуществления грузоперевозок. При этом, истец, пользуясь транспортными средствами, обязан был вносить лизинговые платежи согласно договорам лизинга и оказывать транспортные услуги ФИО15 Данные обстоятельства подтверждаются конклюдентными действиями, выраженными в использовании с 2015 года ФИО9 транспортными средствами, внесением лизинговых платежей, а также показаниями свидетелей Свидетель №2, ФИО3 В последующем, по утверждению истца, транспортные средства ФИО15 должен был переоформить на истца.

Факт пользования спорными транспортными средствами в судебном заседании в период с октября 2015 г. истец подтвердил. Транспортные средства ответчик изъял у истца в ходе рассмотрения настоящего дела - ДД.ММ.ГГГГ Ответчик до указанной даты возврата предметов лизинга от истца не требовал, аналогичного требования к нему не предъявлял. 

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, осуществлял деятельность автомобильным грузовым транспортом и услуги по перевозкам. 

Договоры сублизинга, уступки прав требований и перевода долга, предусматривающих переход прав и обязанностей лизингополучателя ФИО15 к истцу ФИО9, не оформлялись, что подтверждается объяснениями истца и сведениями ООО «Каркаде» о том, что согласие лизингополучателю на передачу третьим лицам предметов лизинга не давалось.

Из представленных ООО «Каркаде» сведений, установлен факт перечисления ФИО9 денежных средств в общей сумме 3 874 121,72 руб. в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на счет ООО «Каркаде» во исполнение обязательств лизингополучателя по договорам лизинга. Последние лизинговые платежи истцом произведены за транспортное средство МАЗ - ДД.ММ.ГГГГ, за прицеп – ДД.ММ.ГГГГ.

Перечисленные ФИО9 денежные средства за ФИО15, приняты третьим лицом ООО «Каркаде» как надлежащие, что не оспаривалось сторонами. Представленные договоры лизинга не возлагали исполнение обязательств по внесению лизинговых платежей на истца ФИО9

Таким образом, между истцом и ФИО15 фактически сложились договорные обязательства, квалифицируемые судом как арендные отношения.

Заявленные ФИО9 требования о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами обусловлены фактом перечисления им денежных средств по договорам лизинга за прежнего лизингополучателя и ответчика ФИО11 лизингодателю.

В свою очередь, ФИО11, ссылаясь на факт использования истцом транспортных средств и получения дохода от оказания транспортных услуг, обратился со встречными требованиями о взыскании неосновательного обогащения в виде неполученной арендной платы, упущенной выгоды в виде доходов от оказания истцом транспортных услуг, убытков в виде восстановительной стоимости ремонтных и аварийных работ, приобретения запчастей в отношении лизингового имущества.

Таким образом, внесение лизинговых платежей ООО «Каркаде» ФИО9 осуществлялось в связи с наличием фактически сложившихся между истцом и ФИО15 возмездных отношений по использованию лизингового имущества, при которых истец, получив во временное владение и пользование предметы лизинга, обязан был возместить другой стороне в денежной форме стоимость этого пользования в виде уплаты лизинговых платежей за лизингополучателя, поскольку всякий договор, связанный с использованием чужого имущества, в силу п. 3 ст. 423 ГК РФ предполагается возмездным.

Сам по себе факт пользования чужим имуществом без надлежаще оформленного договора может свидетельствовать об отсутствии правового основания (неосновательности) пользования, однако, не означает обязательного возникновения неосновательного обогащения вследствие такого пользования. 

При наличии равного размера взаимных обязательств сторон, неосновательного обогащения не возникает. 

В связи с этим нормы о неосновательном денежном обогащении к рассматриваемым отношениям сторон могут быть применены при условии, что полученные одной из сторон денежные средства явно превышают стоимость переданного другой стороне. 

По сведениям ООО «Каркаде», истец в период с 2015 по ноябрь 2018 внес лизинговых платежей на общую сумму 3 874 121,72 руб.

Рыночная стоимость размера арендной платы лизингового имущества - сортиментовоза 

<

данные изъяты>, согласно отчету ООО «Компания оценки и права» № от ДД.ММ.ГГГГ и заключению к отчету за период с октября 2015 г. по ноябрь 2020 г. составила 3 077 617 руб.

Таким образом, имеется неэквивалентность взаимных обязательств сторон и превышение полученных ответчиком денежных средств, в связи с чем неосновательное обогащение на его стороне возникает в сумме лизинговых платежей, превышающих рыночную стоимость арендной платы.

При этом суд за основу суд принимает представленный истцом рыночный расчет арендной платы № от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку он соответствует требованиям Федерального закона ДД.ММ.ГГГГ № 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации", оснований не доверять выводам оценщика у суда не имеется.

Заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненное ООО «

<

данные изъяты>», не отвечает требованиям ст. 11 Федерального закона ДД.ММ.ГГГГ N 135-ФЗ, не содержит точное описание объектов оценки, стандарты оценки для определения стоимости объекта оценки, перечень использованных при проведении оценки объекта оценки данных с указанием источников их получения, исходные данные расчетов не приведены. 

Ходатайства о назначении судебной экспертизы по определению рыночной стоимости арендной платы лизингового имущества истец не заявлял.

Сторонами по настоящему делу заявлено о применении исковой давности.

Статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (статья 200 ГК РФ). Перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления (ст.201 ГК РФ).

Исходя из вышеприведенных положений закона, истец, считая, что у него отсутствовали правовые основания для перечисления денежных средств, и что вследствие этого возникло неосновательное обогащение за его счет, с момента совершения соответствующих действий по перечислению денежных средств имел бы возможность обратиться в суд за защитой своих прав. Таким образом, о нарушении своего права, произошедшем вследствие возникновения за его счет неосновательного обогащения у ответчика, истец должен был знать с момента осуществления каждого платежа. 

С учетом срока исковой давности, за три года, предшествовавших обращению истца в суд, исчисляемого с ДД.ММ.ГГГГ, сумма уплаченных ФИО9 лизинговых платежей составляет 2 196 504,86 руб. (138 668,99 руб. + 2 057 835,87 руб.).

С учетом трехгодичного срока исковой давности, предшествовавшего обращению ответчика в суд со встречным иском - ДД.ММ.ГГГГ, рыночная стоимость арендной платы за период с декабря 2017 г. по ноябрь 2020 г. составляет 1 794 630 руб. (1 417 760 руб. + 376 870 руб.). 

Соответственно, разница между перечисленной истцом суммой лизинговых платежей и рыночной ценой пользования спорными транспортными средствами, определенной исходя из отчета независимого оценщика – ООО «Компания оценки и права» № от ДД.ММ.ГГГГ, составляет 401 874,86 руб. (2 196 504,86 руб. - 1 794 630 руб.), которые являются неосновательно сбереженные ответчиком средства и подлежат взысканию в пользу истца.

С учетом того, что лизинговые платежи истца превышают стоимость арендной платы, на выплату которой ответчик вправе был рассчитывать, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения встречного требования ФИО11 о взыскании неосновательного обогащения в виде рыночной стоимости арендной платы.

Поскольку в судебном заседании факт возникновения на стороне ответчика неосновательного обогащения за счет истца не установлен, в связи с чем суд не находит оснований для удовлетворения встречного требования ФИО11 о возмещении неполученных доходов в размере 3 077 620 руб. от использования ФИО9 транспортных средств на основании п.1 ст.1107 ГК РФ.

Доводы представителя ответчика о том, что о нарушенном праве ФИО11 узнал с момента предъявления к нему исковых требований, суд находит необоснованным, поскольку переход прав и обязанностей в порядке универсального или сингулярного правопреемства не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления суд. Кроме того, ответчик принял наследственное имущество после смерти ФИО15, был осведомлен о нахождении в пользовании истца транспортных средств, имел возможность выяснить в ООО «Каркаде» о размере требований по договорам лизинга, мер к возврату имущества не принимал.

Оснований для восстановления срока исковой давности по требованиям ФИО11 по причинам, не связанным с его личностью, в судебном заседании не установлено.

В соответствии с п.2 ст.1107 ГК РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Поскольку лизинговое имущество фактически возвращено ответчику ДД.ММ.ГГГГ, то с этого момента, по мнению суда, на сумму неосновательно сбереженных ответчиком денежных средств подлежат начислению проценты на основании ст. 395 ГК РФ, исходя из суммы неосновательного обогащения в размере 401 874,86 руб. и в пределах заявленного истцом срока - по ДД.ММ.ГГГГ.

Размер процентов за период со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составляет 6 987 руб. 68 коп., которые подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Из объяснений истца ФИО9 следует, что для внесения авансового платежа по договорам лизинга от ДД.ММ.ГГГГ он передал ФИО15 наличные денежные средства в сумме 1 200 000 руб., которые получены по кредитным договорам, что согласуется с показаниями свидетелей Свидетель №2, Свидетель №1, присутствовавших при их передаче.

Кредитными договорами, заключенными с ПАО Сбербанк подтверждается, что ФИО13 получила кредит в сумме 189 000 руб., (договор № от ДД.ММ.ГГГГ), ФИО1 получила кредит в сумме 600 000 руб. (договор от ДД.ММ.ГГГГ №), ФИО9 получил кредит в сумме 423 000 руб. (договор от ДД.ММ.ГГГГ №), всего указанными лицами получено кредитных денежных средств в сумме 1 212 000 руб. 

Пунктами 3.10 договоров лизинга от ДД.ММ.ГГГГ были предусмотрены авансовые платежи в размерах 2 195 500 руб. и 159 500 руб., уплачиваемые не позднее пяти календарных дней с даты подписания договоров.

Авансовые платежи в указанных размерах перечислены ФИО15 лизингодателю ООО «Каркаде» ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается соответствующими реестрами платежей. 

Согласно ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В силу п.1 ст.160 ГПК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами. Несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства (п. 1 ст. 162 ГК РФ).

Сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки должны совершаться в простой письменной форме (ст.161 ГК РФ).

В связи с этим применительно к настоящему делу с учетом наличия доказательств наличия перечисления лизингодателю авансовых платежей ФИО15 в счет исполнения обязательств по договорам лизинга, факт передачи истцом ФИО9 ФИО15 денежных средств в размере 1 200 000 руб. может быть подтвержден только соответствующими письменными доказательствами.

Поскольку данных доказательств истцом не представлено, свидетельские показания являются недопустимыми, факт передачи истцом денежных средств в размере 1 200 000 руб. судом не может считаться установленным.

Кроме того, истечение срока исковой давности, имеющее место в отношении данного требования истца к ответчику о взыскании переданной в июле 2015 года денежной суммы 1 200 000 руб., (п. 1 ст. 196 ГК РФ), является самостоятельным основанием для отказа в иске в этой части (п. 2 ст. 199 ГК РФ). 

Таким образом, требования истца о взыскании с ответчика денежной суммы в размере 1 200 000 руб. и процентов за пользование чужими средствами, начисленных на данную сумму, не подлежат удовлетворению.

Исходя из того, что наличие долговых обязательств между истцом ФИО9 и ФИО15 на сумму 200 000 руб. допустимыми доказательствами не подтверждено, оснований для удовлетворения требований истца в этой части и взыскания процентов за пользование чужими средствами на указанную сумму не имеется.

Разрешая встречные требования ФИО11 о взыскании убытков, суд исходит из следующего.

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому ее применение возможно лишь при наличии условий ответственности, предусмотренных законом.

Согласно ст. 15 ГК РФ в состав убытков входят реальный ущерб и упущенная выгода. Под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, требование о взыскании убытков может быть удовлетворено при доказанности факта нарушения стороной обязательств по договору или причинения вреда, наличия причинной связи между понесенными убытками и ненадлежащим исполнением стороной обязательства по договору или противоправности поведения его причинителя, документально подтвержденного размера убытков, вины лица, нарушившего обязательство, если в соответствии с законом или договором вина является основанием ответственности за причинение убытков.

В силу п. 4 ст. 1103 ГК РФ нормы об обязательствах вследствие неосновательного обогащения подлежат применению к требованиям о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

Согласно ст. 1105 ГК РФ в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения.

Предметом требования ФИО11 является взыскание убытков, вызванных изменением стоимости транспортных средств вследствие ухудшения их состояния в период неосновательного использования истцом. 

Согласно представленным ответчиком заключениям эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №, №, выполненным ООО «Группа компаний «АвтоСпас», стоимость восстановительного ремонта эксплуатационных и аварийных повреждений без учета износа прицепа составляет 205 400 руб., автомобиля МАЗ-6312В9-429-012 составляет 303 600 руб.

Из содержания заключений следует, что целью расчета стоимости восстановительного ремонта транспортных средств являлось определение наиболее вероятной суммы затрат, достаточной для доаварийного состояния транспортных средств. Вид ремонтных работ учитывает характер повреждений, принципы технической возможности ремонта, принципы экономической целесообразности ремонта и техническое состояние транспортных средств.

Вместе с тем, оснований полагать, что ремонтные работы, указанные в калькуляциях к заключениям эксперта №, №, обусловлены ненадлежащим эксплуатацией транспортных средств, несвоевременным прохождением технического обслуживания, не имеется. Недостатки транспортных средств, отраженные в калькуляциях, очевидно вызваны естественным износом транспортных средств в процессе эксплуатации, не связанные с аварийными или иными действиями истца, которые можно считать недобросовестными. Доказательств образования недостатков в результате дорожно-транспортного происшествия истцом не представлено. 

Как следует из объяснений истца, возвращенные ответчику транспортные средства пригодны к дальнейшему использованию. В рыночной стоимости арендной платы, согласно отчету №, учтен износ транспортных средств, возмещение же стоимости использования транспортных средств (арендной платы) компенсировалось уплатой лизинговых платежей. 

Учитывая, что неосновательного обогащения на стороне ФИО9, а равно каких-либо противоправных действий не установлено, правомерность пользования истцом транспортных средств вытекало из факта достигнутой сторонами устной договоренности, спорное имущество передано ответчику в натуре, исходя из того, что условия, необходимые для привлечения истца к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания с него убытков, в том числе виновных действий и причинно-следственной связи между действиями ФИО9 и понесенными расходами не доказаны, следовательно, оснований для взыскания убытков в виде расходов на восстановительный ремонт транспортных средств и приобретение запасных частей в сумме 604 279 руб. на основании ст. ст. 1103, 1104, 1105 ГК РФ не имеется.

В связи с изложенным встречные исковые требования ФИО11 не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО14 ФИО4 к ФИО14 ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО14 ФИО5 в пользу ФИО14 ФИО4 неосновательное обогащение в размере 401 874 руб. 86 коп., проценты за пользование чужими средствами в размере 6 987 руб. 68 коп., всего сумму 408 862 руб. 54 коп.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО14 ФИО5 к ФИО14 ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения, убытков отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кировский областной суд через Подосиновский районный суд Кировской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья О.М.Доника

Мотивированное решение изготовлено 25.06.2021.

Решение07.07.2021