подлежала ФИО1., поскольку у нее наибольшее количество нарушений и отклонений в работе, имеются жалобы со стороны клиентов, зафиксированные в AC CRM и АС ИСУ. Среди старших менеджеров по обслуживанию данного дополнительного офиса у ФИО1 наибольшая сумма потерь-34 795,25 руб.

Как видно из представленной информации (л.д.77-97), сотрудники, которые по решению комиссии были оставлены на работе, имеют более высокую производительность, у них наименьшее количество отклонений и нарушений в работе.

Сравнительный анализ по количеству отклонений и нарушений в работе показал, что ФИО1 за один и тот же период с 01.01.2018 по 03.03.2019 имеет наибольшее количество отклонений и нарушений в работе – 19, тогда как другие сотрудники 6-8. 

В судебном заседании ФИО1 доказательства ее преимущественного права перед другими работниками не представила, ее доводы о том, что заместителем руководителя офиса З. предоставлены данные об ее непроизводительности, ничем не подтверждены, а судом установлено, что комиссия руководствовалась информацией, хранящейся в специальных программах, в которых оценка деятельности каждого работника и отклонения в ней производится без внешнего воздействия.

Наличие независимой от человеческого фактора, производимой специальной программой, оценки производительности и нарушений каждого сотрудника подтвердила свидетель И., являющаяся руководителем дополнительного офиса,№ 8589/072.

Вместе с тем, истцом не были названы какие-либо иные работники, которые, по ее мнению, обладают более низкой квалификацией или производительностью, перед которыми она, очевидно, имеет преимущественное право. При этом само по себе наличие большей продолжительности стажа работы в должности старшего менеджера по обслуживанию у ФИО1. и меньшей продолжительности стажа у М., безусловно, не свидетельствует о большей производительности работника и его квалификации.

Судом установлено, что процедура увольнения истца была проведена в соответствии с законом. Уведомление о прекращении трудового договора было вручено истцу под роспись 15 марта 2019 г., о чем последняя пояснила в судебном заседании. 

Указанные обстоятельства подтвердила также свидетель И., которая вручила уведомление ФИО1 под роспись. 

Доводы истца о том, что 15 марта 2019 г. она расписалась в электронном варианте уведомления, а 27 марта 2019 г. – в оригинале уведомления, правового значения не имеет, поскольку достоверно установлено, что 15 марта 2019 г. истец знала о предстоящем увольнении в связи с сокращением штата.

Истцу были предложены все имеющиеся вакансии в банке в период с момента получения уведомления о сокращении и до расторжения трудового договора, однако от предложенных вакансий истец отказалась, о чем свидетельствуют его собственноручные подписи в уведомлениях от 15.03.2019 и 16.05.2019 (л.д.54-56).

№ 20252/К

г. приказом

16 мая 2019

/ВВБ трудовой договор с ФИО1 прекращен по пункту 2 части 1 статьи 81 ТК РФ. С приказом ФИО1 ознакомлена 16.05.2019, трудовую книжку получила на руки 16.05.2019, о чем имеется собственноручная подпись в приказе № 20252/К/ВВБ, и ею не оспаривается. Гарантированные трудовым законодательством суммы выплачены истцу в полном объеме, что также не оспаривается.

До момента расторжения трудового договора истцом не были представлены доказательства наличия каких-либо обстоятельств, препятствующих ее увольнению в связи с сокращением штата, предусмотренные статьей 261 ТК РФ. 

Согласно сообщению первичной профсоюзной организации Мордовского отделения № 8589 ПАО Сбербанк по состоянию на 15 марта 2019 г. ФИО1 не являлась членом организации профсоюзов Банка, в связи с чем мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации в соответствии со статьей 373 ТК РФ не требуется (л.д.100). 

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу, что у ответчика имелись основания для увольнения ФИО1 с занимаемой должности по пункту 2 части 1 статьи 81 ТК РФ, так как реальное сокращение численности работников учреждения имело место, истец не имеет преимущественное право на оставление на работе, порядок увольнения в отношении нее соблюден, на другую работу (вакантную должность), предложенную работодателем, истец не согласилась. 

Доводы истца в судебном заседании не нашли своего подтверждения, в связи с чем суд отказывает ФИО1 в удовлетворении исковых требований о признании приказа об увольнении№ 20252/К/ВВБ от 16.05.2019 незаконным, восстановлении на работе в должности старшего менеджера по обслуживанию дополнительного офиса № 8589/072, взыскании в ее пользу среднего заработка за время вынужденного прогула с 16 мая 2019 г. по 11 июня 2019 г. в сумме 14 580 рублей, в счет компенсации морального вреда 150 000 рублей. 

Исходя из изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к публичному акционерному обществу «Сбербанк России» о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, отказать. 

На 

решение

 могут быть поданы апелляционная жалоба, представление в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Рузаевский районный суд Республики Мордовия. 

Судья Рузаевского районного суда

Республики Мордовия О.А. Пыресева

Мотивированное решение изготовлено 16 июля 2019 г.