Дело № 2-16/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

29 мая 2018 года Красноярский край 

город Игарка 

Игарский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Безруковой О.В.,

при секретаре Вершининой А.В., 

с участием:

истца ФИО1,

представителя ответчика общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «МЭК ФИО2,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований не предмет спора, ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного заливом квартиры,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением, с учетом положений ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного заливом квартиры. Требования мотивированы тем, что 11.11.2017 года произошел залив ее квартиры по адресу: 

<

адрес>. Были залиты кухня и коридор, повреждены потолок, стены, полы. Залив произошел из квартиры №, принадлежащей на праве собственности ФИО4, по вине ответчика из-за того, что вырвало муфту на отоплении в кухне. Согласно отчету об оценке ООО «

<

данные изъяты>» рыночная стоимость работ и материалов, необходимых для устранения ущерба, составляет 68.000 рублей. Кроме того, она вынуждена была понести дополнительные расходы, оплатив услуги эксперта за составление отчета 12.000 рублей, и расходы по оплате государственной пошлины в сумме 3.686 руб. 85 коп. Просит взыскать с ответчика ФИО4 83.686 руб. 85 коп., в том числе, 68.000 руб. 00 коп. в счет возмещения ущерба, причиненного заливом квартиры, расходы за составление отчета в размере 12.000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 3.686 руб. 85 коп., и в счет компенсации морального вреда 100.000 руб. (т.д. 1 л.т. 4-5, 48-49).

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержала в полном объеме, по основаниям, изложенным в исковом заявлении, настаивала на взыскании ущерба, согласно отчета об оценке, представленного ею при обращении с уточненными исковыми требованиями в суд.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте слушания дела извещена своевременно и надлежащим образом, ходатайство об отложении слушания дела не представила.

В судебном заседании 25.04.2018 г. ответчик ФИО4 исковые требования не признала, пояснила, что ом заседании исковые требования не признала, пояснив, что истец обратился в суд с иском о возмещении ущерба, причиненного заливом квартиры, а не в связи с выполнением ответчиком каких-либо работ, повлекших за собой залив квартиры истца, поэтому требования о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат. Сумма ущерба истцом завышена, так как стоимость восстановительного ремонта жилого помещения определена без учета износа, не согласна с повреждениями и их размерами, указанными в актах. В расчете стоимости ремонта, произведенном ООО «

<

данные изъяты>», допущены неточности, поскольку указанный размер деревянного покрытия, подлежащего демонтажу, не соответствует площади пола на кухне. Также считает необоснованным включение в стоимость ремонта демонтаж деревянного пола с лагами, который не указан в актах, демонтаж линолеума, который не был прикреплен к полу; затраты на ДВП не соответствует площади пола кухни; отсутствует обоснование стоимости акриловой краски. Кроме того, в отчете об оценке отсутствует подпись лица, производившего оценку. Также указывает, что заливы произошел из оборудования, находящегося на границах правовой ответственности управляющей компании. 

Представитель ответчика дочернего общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «МЭК», привлеченного к участию в деле определением от 30.03.2018 г. Игарского городского суда Красноярского края, ФИО2, действующая на основании доверенности от 22.11.2017 г., в судебном заседании исковые требования не признала, пояснила, что вины управляющей компании в заливе квартиры истца нет, так как ответчики, занимаясь саморемонтом на кухне, повредили муфту, соединяющую радиатор отопления и ответвление от стояка.

Определением от 20.02.2018 года Игарского городского суда Красноярского края к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, ФИО3 (т.д. 1 л.т. 41). 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора, ФИО3 в судебном заседании исковые требования считала необоснованными и пояснила, что в период залива квартиры истца она проживала в квартире ответчика. Во время ремонта на кухне, из стояка стала капать вода, мужчина. Который, делал ремонт, оторвали плинтуса и, по-видимому, задели пластиковую трубу, сразу же вызвали слесарей, которые устранили течь.

В силу ч. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации злоупотребление правом не допускается. Лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами (ч. 1 ст. 35 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации).

По смыслу ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе. Лицо, определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами является одним из основополагающих принципов судопроизводства. Поэтому не явка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации права на непосредственное участие в судебном разбирательстве, иных процессуальных прав. В условиях предоставления законом равного объема процессуальных прав неявка лиц, перечисленных в ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в судебное заседание не может рассматриваться как нарушение принципа состязательности и равноправия сторон.

В этой связи, полагая, что истец и ответчики определили порядок защиты процессуальных прав, суд с учетом приведенных выше норм права, руководствуясь требованиями части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, находит возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчиак ФИО4, надлежащим образом извещенной о месте и времени слушания гражданского дела. 

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, изучив материалы гражданского дела в полном объеме, оценивая представленные доказательства в их совокупности с позиции достоверности, достаточности и объективности, суд считает, что исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению. При этом суд руководствуется следующим.

В соответствии со ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу ст. 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Возмещение вреда возможно при наличии в совокупности следующих условий: наличие вины причинителя вреда, противоправность его действий, наличие вреда и причинной связи между противоправными действиями, бездействием причинителя вреда и наступившими последствиями. При недоказанности хотя бы одного из условий ответственности, оснований для удовлетворения иска не имеется. Бремя доказывания данных условий лежит на истце.

В соответствии с ч.ч. 3, 4 ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения несет бремя содержания данного помещения, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором. Собственник жилого помещения обязан поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

В силу ч. 4 ст. 17 Жилищного кодекса Российской Федерации, пользование жилым помещением осуществляется с учетом соблюдения прав и законных интересов, проживающих в этом жилом помещении граждан, соседей, требований пожарной безопасности, санитарно-гигиенических, экологических и иных требований законодательства, а также в соответствии с правилами пользования жилыми помещениями, утвержденными уполномоченным Правительством Российской Федерации, федеральным органом исполнительной власти.

Подпунктом «в» пункта 19 Правил пользования жилыми помещениями, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 21.01.2006 года № 25 установлено, что в качестве пользователя жилым помещением собственник обязан поддерживать надлежащее состояние жилого помещения.

Согласно ч. 1 ст. 290 Гражданского кодекса Российской Федерации собственникам квартир в многоквартирном доме принадлежат на праве общей долевой собственности общие помещения дома, несущие конструкции дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование за пределами или внутри квартиры, обслуживающее более одной квартиры.

На основании ч. 1 ст. 36 Жилищного кодекса Российской Федерации собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежит на праве общей долевой собственности общее имущество в многоквартирном доме, в том числе механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, находящееся в данном доме за пределами и внутри помещений и обслуживающее более одного помещения.

В силу пунктов 5, 6 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 13.08.2006 года № 491, в состав общего имущества включаются внутридомовые инженерные системы холодного и горячего водоснабжения и газоснабжения, состоящие из стояков, ответвлений от стояков до первого отключающего устройства, расположенного на ответвлениях от стояков, указанных отключающих устройств, коллективных (общедомовых) приборов учета холодной и горячей воды, первых запорно-регулировочных кранов на отводах внутриквартирной разводки от стояков, а также механического, электрического, санитарно-технического и иного оборудования, расположенного на этих сетях; внутридомовая система отопления, состоящая из стояков, обогревающих элементов, регулирующей и запорной арматуры, коллективных (общедомовых) приборов учета тепловой энергии, а также другого оборудования, расположенного на этих сетях.

Юридически значимыми обстоятельствами при рассмотрении настоящего гражданского дела, подлежащими доказыванию истцом, являлось установление факта причинения ущерба, определение размера ущерба и лица, причинившего вред. Ответчики обязаны доказать, что вред причинен не по их вине.

В судебном заседании установлено, что истец в соответствии с выпиской из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ является собственником жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес> (т.д. 1 л.т. 14-16, 98-99).

Согласно свидетельству о государственной регистрации права № от ДД.ММ.ГГГГ, выписки из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости ФИО4 является собственником жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес> (т.д. 1 л.т. 103, 202-204).

В квартире № расположенной по адресу: 

<

адрес>, на регистрационном учете состоит малолетний ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ рождения (т.д. 1 л.т. 101).

11.11.2017 г. произошел залив кв. № жилого дома № 

<

адрес> горячей водой из кв. №, находящейся выше. Причиной залива стала течь отопления, в связи с тем, что жильцы занимались саморемонтом, вырвали муфту на отоплении, что подтверждается выпиской из оперативного журнала диспетчерской службы ООО «Управляющая компания «МЭК» (т.д. 1 л.т. 206-208).

Согласно комиссионного акта обследования помещения по заливу от 11.11.2017 г. на день обследования комиссия установила, что после залива в квартире № дома № 

<

адрес> имели место повреждения: в кухне и коридоре на потолке, стенах и полу имеются следы от залива, в результате залива намокли люстры, телевизор, хлебопечь, микроволновая печь и распределительная коробка передач. Также в акте отражены размеры повреждений и материал поврежденных поверхностей (т.д. 1 л.т. 211).

Также последствия залива 11.11.2017 г. квартиры истца, произошедшего из квартиры ответчика, отражены в акте повторного обследования от 07.12.2017 г., составленном также комиссионно, с участием истца и ответчика (т.д. 1 л.т. 212).

Таким образом, факт затопления квартиры истца и причинения в связи с этим ущерба его имуществу, из квартиры, принадлежащей ответчику ФИО4, подтверждается имеющимися в деле доказательствами, и лицами, участвующими в деле, не оспаривается. Поэтому именно ответчики должны доказать, что утечка воды из системы отопления произошла из той части отопительного оборудования, которая не относится к их зоне ответственности. Обязанность доказать отсутствие вины в силу ч. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации лежит не на пострадавшем лице, а на лице, причинившем вред.

В судебном заседании допрошены свидетели:

- Свидетель №2, который показал, что 11.11.2017 г. после обеда выехал на заявку по адресу: 

<

адрес>, течь отопления на кухне. В квартире находились две женщины и мужчина, из радиатора отопления бежал кипяток, перекрыв отопление, опять поднялись в квартиру, на полу увидели гаечный ключ, была откручена муфта на радиаторе, муфту закрутили, включили отопление. Жильцы в это время убирали воду. Вечером приезжали по вызову в кв. № по этому же адресу: течь отопления, вода бежит по стоякам. Поскольку вода набралась в перекрытии, перекрыли стояк по кухне, вода стекла с перекрытия, потом запустили отопление;

- Свидетель №3, показавший, что вместе с Свидетель №2 дежурил в АДС, по поступившей заявке о течи отопления на кухне выехали по заявке, бежала горячая вода, перекрыли стояк, муфту соединили, чем устранили течь, запустили воду и уехали. Второй раз вечером приезжали в кв. №, перекрыли стояки, вода с перекрытий стекла, запустили стояки. Муфта в квартире ответчика была раскручена: одна часть на батарее. Вторая часть на стояке, они ее затянули и уехали. Считает, что муфта сама не могла раскрутиться, ее раскрутили; 

- Свидетель №1 о том, что 11.11.2017 г. она помогала ФИО5 собирать вещи, так как ее квартиру залило. Видела, что по окнам в кухне текла ржавая вода, на полу в коридоре, кухне была грязь, ржавчина. 

Суд считает выписку из оперативного журнала, а также акты обследования помещения от 11.11.2017 г. и от 07.12.2017 г. относимыми и допустимыми доказательствами, поскольку они соответствуют показаниям сторон, свидетелей и иным доказательствам по делу, содержат все необходимые сведения по факту аварии, ее причин и обстоятельств ее устранения, количестве и локализации повреждений.

Обсуждая вопрос о виновности ответчиков в причинении ущерба истцу, суд приходит к следующему.

Согласно п. 42 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 г. № 491, управляющие организации и лица, оказывающие слуги и выполняющие работы при непосредственном управлении многоквартирным домом, отвечают перед собственниками помещений за нарушение своих обязательств и несут ответственность за надлежащее состояние общего имущества в соответствии с законодательством Российской Федерации и договором.

Из договора № 2 управления многоквартирными домами от 06.06.2014 г. следует, что управляющая организация – дочернее общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «МЭК» приняла в управление многоквартирный дом по адресу: 

<

адрес> (п. 1.3). Пунктом 2.2 указанного договора установлено, что границей эксплуатационной ответственности между общим имуществом в многоквартирных домах и личным имуществом - помещением пользователя жилым помещением является на системах холодного и горячего водоснабжения - отсекающая арматура (первый вентиль) от стояковых трубопроводов, расположенных в помещении (квартире); при отсутствии вентилей - по первым сварным соединениям на стояках.

Аналогичное положение закреплено в п. 2.2 договора управления многоквартирными домами от 06.06.2014 г., заключенного между собственником помещения – кв. № расположенной в 

<

адрес>, ФИО4 и дочерним обществом с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «МЭК».

Из исследованных судом доказательств следует, что утечка воды произошла не из стояка отопления, а на нижнем внутриквартирном ответвлении от общего стояка в месте соединения муфтой с радиатором отопления. На верхнем и нижнем отводах от радиатора отопления до стояков отопления запорно-регулировочные краны отсутствуют. 

Доводы ответчика ФИО4 и третьего лица ФИО3 о том, что утечка воды из системы отопления произошла из-за ненадлежащего исполнения управляющей организацией обслуживающей многоквартирный жилой дом, которая не выявила неисправности, не производила инструктаж собственников о порядке содержания и эксплуатации инженерного оборудования, что явилось причиной срыва муфты является несостоятельной, не свидетельствуют об отсутствии вины ответчика ФИО4 в заливе квартиры истца и опровергаются показаниями свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №3 о том, что течь воды из радиатора отопления на кухне квартиры ответчика была из-за открученной муфты на радиаторе, которая раскрутиться самостоятельно не могла, ее необходимо было только раскрутить, они муфту соединили, закрутили, течь воды прекратилась; актом от 11.11.2017 г. обследования помещения по заливу, из которого вино, что в присутствии ФИО4 специалистами дочернего общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «МЭК», в том числе Свидетель №2 и Свидетель №3, проведен осмотр квартиры № дома № 

<

адрес> и установлено, что залив произошел из кухни указанной квартиры из-за вырванной муфты на отоплении во время производства саморемонта жильцами квартиры; выпиской из оперативного журнала аварийно-диспетчерской службы за 11.11.2017 г. о том, что в 14 час. 43 мин. поступила заявка с адреса: 

<

адрес>, о течи отопления в кухне из-за того, что жильцы занимались в кухне ремонтом, вырвали муфту на отоплении, муфта установлена на место. 

Согласно справке, выданной начальником водопровода ООО «Водоканал» ФИО9, 11.11.2017 г., копии суточной ведомости работы ЦОК на 11.11.2017 г. давление в трассах водопровода имело рабочие параметры, изменений в показаниях давления (падения, подъема) в течение суток 11.11.2017 г. не зафиксировано (т.д. 1 л.т. 215, 216).

Кроме того, из п. 2 Правил и норм технической эксплуатации жилищного фонда, утвержденных Постановление Госстроя РФ от 27.09.2003 г. № 170 следует, что техническое обслуживание жилищного фонда включает работы по контролю за его состоянием, поддержанию в исправности, работоспособности, наладке и регулированию инженерных систем здания (жилого дома), обслуживающих жилые помещения всего дома. Согласно п. 1.9.1 данных Правил, граждане, проживающие в домах муниципального и государственного жилищного фонда, пользуются жильем в порядке, установленном гражданским и жилищным законодательством, которым в свою очередь предусмотрена обязанность собственника жилого помещения и членов его семьи по содержания жилого помещения, в том числе обслуживающего его сантехнического оборудования.

Определяя размер ущерба, подлежащего взысканию с ответчика, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В обоснование размера ущерба истцом ФИО1 представлен отчет об оценке, произведенный ООО «

<

данные изъяты>», согласно которому рыночная стоимость работ и материалов, необходимых для устранения ущерба, составляет 68.000 рублей (т.д. 2 л.т. 13-53).

Ответчик ФИО4 не согласилась с данным отчетом, считая что стоимость восстановительного ремонта жилого помещения определена без учета износа, отчет об оценке имеет некоторые неточности в количестве строительных материалов, необходимых для восстановительного ремонта, и площадью повреждений. 

Принимая отчет об оценке, представленный истцом, как доказательство в подтверждение размера причиненного ущерба, суд исходит из того, что отчет об оценке является полным, объективным, обоснованным. Экспертом дано заключение на основании данных, полученных при осмотре квартиры истца 11.11.2017 г. и 07.12.2017 г., на основании выявленных повреждений от затопления квартиры. Расчеты стоимости ремонтно-восстановительных работ и суммы ущерба, причиненного имуществу, произведены специалистом, обладающим специальными познаниями, расчет дан с применением научных методик. Стоимость ремонта квартиры подтверждена необходимыми расчетами, включающими в себя подробное описание необходимых работ, их стоимость, а также стоимость материалов для производства этих работ. При изготовлении расчета суммы ущерба использовался затратный подход, исключение же применения сравнительного и доходного подходов обосновано. В отчете эксперта содержится обоснование выбора примененного экспертом метода оценки в рамках затратного, сравнительного и доходного подходов, описание расчетов, расчеты и пояснения к расчетам, обеспечивающие проверяемость выводов и результатов, указанных или полученных оценщиком в рамках применения подходов и методов, использованных при проведении оценки. При проведении оценки эксперт руководствовался Федеральным законом от 29.07.1998 г. № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», федеральными стандартами оценки. 

При этом, суд учитывает, что ответчик ФИО4 и третье лицо ФИО3 присутствовали при составлении акта 11.11.2017 г. по заливу квартиры истца. Каких-либо возражений, своего несогласия с размерами и видами повреждений не заявляли. С актом ознакомлены, о чем свидетельствуют их подписи в акте.

Также несостоятелен довод ФИО4 о том, что в отчете об оценке отсутствует подпись лица, производившего оценку, так как суду представлен дубликат отчета об оценке, составленный в соответствии с предъявляемыми к такого рода документам требованиями. В частности, в нем имеется подпись оценщика, производившего оценку стоимости восстановительного ремонта квартиры истца после залива.

Определенная оценщиком и требуемая истцом к возмещению сумма ущерба, актуальна именно в указанном размере, поскольку ремонт истцом фактически не произведен.

Кроме того, иных достоверных и допустимых доказательств, подтверждающих размер причиненного истцу ущерба ответчиком ФИО4 в материалы дела не представлено. 

При таких обстоятельствах, суд, полагает необходимым удовлетворить требования истца и взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 сумму, необходимую для устранения последствий залива 11.11.2017 года, в размере 68.000 руб. 00 коп. 

Истцом также заявлено о взыскании судебных расходов. 

Согласно ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

В силу ст. ст. 94, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся и расходы на оплату услуг представителей, экспертов, другие признанные судом необходимые расходы. Стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Требования истца о взыскании с ответчика расходовпооценке рыночной стоимости работ и материалов, необходимых для устранения ущерба, причиненного заливом квартиры, в сумме 12.000 рублей подлежат удовлетворению, поскольку составленный ООО «КАПИТАЛ Групп» отчет является одним из доказательств суммы материального ущерба, причиненного имуществу истца, что явилось одним из поводов для его обращения в суд. 

При подаче искового заявления истцом оплачена государственная пошлина в размере 3.686 руб. 85 коп. (л.д. 6), учитывая, что исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению частично в сумме 68.000 руб., с ответчика ФИО4 в пользу ФИО1 подлежит взысканию в порядке возврата государственная пошлина в сумме 2.240 руб., то есть пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда в размере 100.000 руб. суд приходит к следующему.

Согласно статье 150 Гражданского кодекса Российской Федераии, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. К нематериальным благам относятся жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, свобода передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Спорные правоотношения возникли вследствие причинения ущерба имуществу и являются внедоговорными.

Доводы истца, что проживание в квартире после сильного залива пагубно отразилось на ее здоровье, ничем не подтверждаются.

Сам по себе факт причинения ущерба имуществу истца не является достаточным основаниям для взыскания компенсации морального вреда, поскольку для истца не наступили негативные последствия, личные неимущественные права нарушены не были, вред жизни, здоровью, достоинству и другим нематериальным благам причинен не был.

В силу вышеизложенного суд полагает, что в удовлетворении исковых требований в части компенсации морального вреда должно быть отказано.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного заливом квартиры, частично.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 материальный ущерб, причиненный заливом квартиры, в размере 68.000 руб., расходы по оплате услуг эксперта в сумме 12.000 руб. и в порядке возврата государственную пошлину в сумме 2.240 руб., всего взыскать 82.240 (восемьдесят две тысячи двести сорок) рублей.

В остальной части иска отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Игарский городской суд Красноярского края.

Председательствующий О.В. Безрукова

Мотивированное решение изготовлено 05.06.2018 года.