Дело №2-736/2021

61RS0017-01-2021-001273-45

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

07 июня 2021 года г. Красный ФИО1

Ростовская область

Красносулинский районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Мищенко Е.В.

при секретаре Аликиной А.В.,

с участием помощника Красносулинского городского прокурора Лариной А.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ОАО «Донуголь» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, судебных расходов

у с т а н о в и л :

истец обратился в Красносулинский районный суд с иском к ОАО «Донуголь» о взыскании компенсации морального вреда по тем основаниям, что 28 июля 2020 года истцу было диагностировано профессиональное заболевание и заключением МСЭ от 08 октября 2020 года истцу установлена 

<

данные изъяты> и 27 октября 2020 года установлено 40% утраты трудоспособности по профзаболеванию. Данное заболевание возникло у истца в период работы по профессии 

<

данные изъяты> у ответчика ОАО «Донуголь». При приеме на работу к ответчику, на протяжении более пяти лет он проходил ежегодные медицинские осмотры на профпригодность, и был здоров, следовательно, виновным в причинении вреда здоровью истца является ответчик. Пунктом 10.1.2 Коллективного договора ответчика, действующего с 20 марта 2019 года по 19 марта 2022 год, установлено, что работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный здоровью работника вследствие профессионального заболевания, связанного с производством, при условии установления даты заболевания в период работы в ОАО «Донуголь» в размере 2000 рублей за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности с учетом периода работы в ОАО «Донуголь». Истец не может продолжать трудовую деятельность в прежних условиях, уволен ответчиком 28 октября 2020 года, претерпевает физические и нравственные страдания, чувствует себя неполноценным, больным человеком. Истца беспокоят 

<

данные изъяты> при небольших физических нагрузках, его здоровье требует лечения и значительных материальных вложений, он плохо спит, нервничает в связи с потерей достатка и невозможностью работать по специальности. На иждивении истца находится 

<

данные изъяты> Просит суд взыскать с ОАО «Донуголь» в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 80000 рублей и расходы на оплату услуг адвоката в сумме 15000 рублей, расходы по оформлению доверенности в размере 1800 рублей, а всего в размере 96800 рублей.

В судебном заседании истец ФИО2 и его представитель по доверенности ФИО3 заявленные исковые требования поддержали в полном объеме по основаниям, указанным в иске, просили удовлетворить в полном объеме. 

Истец также пояснил, что с 2019 года появились нестерпимые боли, его отправили в больницу, где диагностировали заболевание. Чувствует себя неполноценным человеком, работать и вести нормальную жизнедеятельность не может, в связи с заболеванием. У него болит 

<

данные изъяты> без лекарств невозможно обходиться, постоянно на уколах и мазях. Один раз в год лечится в стационаре, раз в год санаторно-курортное лечение. Его бюджет, в связи с увольнением и необходимостью получать лекарства, уменьшился в два раза. Когда его принимали на работу, он проходил проф.осмотр, получил допуск к работе, ежегодно проходил проф.осмотры. До настоящего времени ответчик в добровольном порядке не выплатил ничего. 

Представитель ответчика ОАО «Донуголь» по доверенности ФИО4 заявленные исковые требования не признала по основаниям, изложенным в отзыве и пояснила, что истец проработал 12 лет 2 месяца в условиях воздействия вредных производственных факторов. В ОАО он работал «Донуголь» с 14 декабря 2015 года по 16 марта 2020 года, что составляет 40,1 % от общего стажа, в других организациях с вредными производственными факторами – 59,9%. В ОАО «Донуголь» действует коллективный договор и в случае увольнении при получении утраты профессиональной трудоспособности ему бы произвели выплату с учетом степени вины предприятия. Но истец уволился по собственному желанию, поэтому никаких выплат ответчик не производил. С учетом норм Коллективного договора, ст.151 Гражданского кодекса РФ и периода работы истца в ОАО «Донуголь» ответчик должен был выплатить ему 32880 рублей, однако, истец не обратился к работодателю, в связи с чем, иск не может быть удовлетворен. Считает, что сумма должна быть рассчитана с учетом стажа работы непосредственно в ОАО «Донуголь».

Суд, выслушав стороны, мнение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, изучив материалы дела, считает, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст. ст. 20, 41 Конституции РФ, ст. 150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ причинение вреда здоровью дает потерпевшему право на компенсацию морального вреда.

Согласно ч. 3 ст. 37 Конституции РФ каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены. 

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", п. п. 4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 г. N 967 под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

Профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. Пунктом 3 ст. 8 указанного Закона предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний").

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Из разъяснений, данных в п.63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового Кодекса Российской Федерации", следует, что в соответствии со ст.237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 на момент установления у него профессионального заболевания, работал в ОАО «Донуголь» 

<

данные изъяты>, что подтверждается копией трудовой книжки (л.д. 30-34). 

В период работы в ОАО «Донуголь» ФИО2 причинен вред здоровью вследствие профессионального заболевания, о чем свидетельствуют: акт № о случае профессионального заболевания от 23 сентября 2020 года (л.д.6-11), протокол заседания комиссии по расследованию случая профессионального заболевания от 23 сентября 2020 года (л.д.12-13), особое мнение к акту о случае профессионального заболевания (л.д.14-15), ИПРА 

<

данные изъяты> №.21.61/2020 (л.д.16-18), справка МСЭ-2017 № от 27 октября 2020 года, согласно которой ФИО2 установлено 40% утраты профессиональной трудоспособности (л.д.19), справка МСЭ-2017 № от 08 октября 2020 года, согласно которой ФИО2 установлена 

<

данные изъяты> (л.д. 20), программа реабилитации (л.д.21), справка ВК № от 31 августа 2020 года (л.д.22), санитарно-гигиеническая характеристика условий труда от 14 августа 2019 года (л.д.23-27), извещение об установлении заключительного диагноза № от 28 июля 2020 года (л.д.35), медицинское заключение о наличии профзаболевания № от 28 июля 2020 года (л.д.36), копия выписки из истории болезни № (л.д.37-38).

Актом № о случае профессионального заболевания от 23 сентября 2020 года подтверждена причинно-следственная связь выявленного у истца профессионального заболевания с вредными условиями труда, длительностью их воздействия по месту его работы у ответчика.

Вместе с тем, из копии трудовой книжки ФИО2 и санитарно-гигиенической характеристики условий его труда следует, что работа истца в качестве 

<

данные изъяты>, на шахте «

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> шахте «

<

данные изъяты> шахте имени ФИО8 в ООО 

<

данные изъяты> также выполнялась в условиях ограниченного пространства и воздействия физических нагрузок. 

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд исходит из того, что факт причинения вреда здоровью истца вследствие профессионального заболевания подтвержден материалами дела.

Как видно из медицинских документов, истец испытывает физическую боль и нравственные страдания, поскольку лишен возможности вести прежнюю активную жизнь, работать на высокооплачиваемой работе, нуждается в постоянном лечении. 

Таким образом, принимая во внимание вышеизложенное, суд, учитывая фактические обстоятельства, подлежащие установлению при определении размера компенсации морального вреда с учетом положения ст.151 Гражданского кодекса РФ, приходит к выводу о том, что в данном случае размер единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда в связи с полученным профессиональным заболеванием подлежит определению не только с учетом положений п. п.10.1.2 Коллективного договора ОАО «Донуголь», но и с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, характера причиненного вреда, индивидуальных особенностей истца, обстоятельств установления профессионального заболевания, в связи с чем, с учетом вышеизложенного взысканию с ОАО «Донуголь» в пользу ФИО2 подлежит единовременная выплата в счет компенсации морального вреда в связи с утратой профессиональной трудоспособности в сумме 80 000 руб., как соответствующая степени нравственных страданий истца, а также отвечающая требованиям разумности и справедливости.

В силу ст. 98, 100 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате услуг представителя, понесенные истцом, что подтверждается договором на оказание юридических услуг № от 01 марта 2021 года и квитанцией к приходному кассовому ордеру № от 01 марта 2021 года о получении денежных средств от ФИО2 в размере 15000 рублей и трудовым договором № от 25 февраля 2021 года на основании которого ФИО3 исполняет обязанности ведущего юрисконсульта.

При определении суммы взыскиваемых расходов на оказание юридической помощи, необходимо учитывать объем дела и его сложность, характер возникшего спора, объем оказанной правовой помощи и фактическое участие представителя стороны в судебных заседаниях, а также ходатайство ответчика о снижении расходов на оказание юридической помощи, в связи с чем, суд считает сумму судебных расходов в размере 10000 рублей – разумной и справедливой, с учетом степени сложности рассматриваемого дела и объема выполненных представителем работ. В остальной части заявленных требований о взыскании расходов на оплату услуг представителя, суд полагает необходимым отказать.

Рассматривая требования истца о взыскании расходов на оплату доверенности, суд считает их подлежащими удовлетворению, поскольку, согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу. 

Как следует из текста доверенности, оригинал которой приобщен к материалам дела, она выдана для участия представителя ФИО3 в данном гражданском деле (л.д.39).

На основании ст. 33.19 ч.1 п.3 НК РФ, суд также взыскивает с ответчика госпошлину в доход местного бюджета в размере 300 рулей.

Руководствуясь ст. 12, 56, 194-198, 209 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить в части.

Взыскать с открытого акционерного общества «Донуголь» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, КПП 615501001) в пользу ФИО2 :

- компенсацию в счет возмещения морального вреда в размере 80000 (восемьдесят тысяч) рублей 00 коп.;

- расходы на представителя в сумме 10000 (десять тысяч) рублей 00 коп.,

- расходы на оформление доверенности 1800 (одна тысяча восемьсот) рублей 00 коп.,

а всего взыскать 91800 (девяносто одну тысячу восемьсот) рублей 00 коп.

В остальной части заявленных исковых требований о взыскании судебных расходов отказать.

Взыскать с открытого акционерного общества «Донуголь» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 (триста) рублей 00 копеек. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Ростовского областного суда через Красносулинский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: Е.В. Мищенко

Мотивированное решение изготовлено 10 июня 2021 года.