Судья Попов А.П. Дело №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<

адрес> 27 января 2020 г.

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Воронежского областного суда в составе:

председательствующего судьи ФИО11 (единолично),

при секретаре судебного заседания ФИО3,

с участием прокурора отдела прокуратуры 

<

адрес> ФИО4,

защитника обвиняемого ФИО1 - адвоката ФИО5

представителя потерпевшего ФИО9

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению старшего помощника прокурора 

<

адрес> ФИО7, апелляционной жалобе адвоката ФИО8 в защиту обвиняемого ФИО1 на постановление Бобровского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым уголовное дело по обвинению ФИО1 по ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ, возращено прокурору 

<

адрес> для устранения нарушений норм уголовно-процессуального кодекса при составлении обвинительного заключения. 

Заслушав председательствующего судью, доложившего содержание обжалуемого постановления, доводов апелляционного представления, апелляционной жалобы и возражений на них, выступление прокурора отдела прокуратуры 

<

адрес> ФИО4, поддержавшей доводы апелляционного представления и не возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, мнение адвоката ФИО5, поддержавшего доводы апелляционной жалобы адвоката ФИО8 в интересах обвиняемого ФИО1, и не возражавшего против удовлетворения апелляционного представления, мнение представителя потерпевшего ФИО9, полагающего, что постановление суда является законным, в связи с чем необходимо отказать в удовлетворении апелляционного представления и апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

ДД.ММ.ГГГГ в Бобровский районный суд 

<

адрес> поступило уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ.

В ходе ознакомления с материалами уголовного дела представитель потерпевшего ФИО6 заявил ходатайство о проведении предварительного слушания, в ходе которого, согласно ходатайства представителя потерпевшего ФИО9, разрешить ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору, в связи с несоответствием обвинительного заключения собранным по делу доказательствам и в связи с неправильной квалификацией действий обвиняемого ФИО1, полагая, что в действиях ФИО1 усматривается оконченное преступление, и его действия должны быть квалифицированы по п. «б» ч. 4 ст. 158 УКРФ.

Обжалуемым постановлением ходатайство представителя потерпевшего ООО «Рускран Юг» ФИО6 удовлетворено. Уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ возращено прокурору 

<

адрес> для устранения нарушений норм уголовно-процессуального кодекса, допущенных при составлении обвинительного заключения. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель - старший помощник прокурора 

<

адрес> ФИО7 просит отменить постановление суда, дело направить в тот же суд на новое судебное рассмотрение в ином составе суда. Указывает, что постановление не содержит доводов и ссылок на обстоятельства, свидетельствующие о необходимости возвращения дела прокурору, не содержит доводов, свидетельствующих о необходимости квалификации действий ФИО1 как более тяжкого преступления. При этом данное решение суд принял на стадии предварительного слушания, тогда как фактические обстоятельства подлежат установлению в ходе судебного разбирательства. Считает, что деяния ФИО1 органами предварительного следствия квалифицированы правильно, обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ. Доводы потерпевшей стороны направлены на оценку доказательств и проверку порядка получения доказательств, и в силу требований УПК РФ могут быть оценены судом в ходе рассмотрения дела и принятия по нему итогового решения. Кроме того, в постановлении суд не указал, что возвращает дело на основании п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, т.е. в связи с тем, что фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий подсудимого как более тяжкого преступления.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО8 в защиту интересов обвиняемого ФИО1 просит об отмене постановления суда как незаконного и необоснованного. В жалобе указывает, что органами предварительного следствия правильно квалифицированы действия ФИО1, т.к. в ходе следствия установлено, что ФИО1 имел умысел на хищение именно частей одного монтажного гусеничного крана КС 8165 зав. 193. ФИО1, действуя с единым умыслом, вывозил и сдавал в пункт приема лома металла части указанного крана, но в полной мере осуществить свой умысел не смог, т.к. его действия были пресечены заместителем директора ООО «Рускран Юг» ФИО6

На апелляционное представление и апелляционную жалобу защитника-адвоката представитель потерпевшего ФИО9 подал возражения, в которых просит постановление оставить без изменения, полагая, что действия ФИО1 квалифицированы неправильно (занижена квалификация). 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционной жалобы и возражений на них, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу.

В соответствии с ч.4 ст. 7 УПК РФ постановления суда (судьи) должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Обжалуемое постановление не соответствует указанным требованиям закона.

Уголовный кодекс Российской Федерации исходит из того, что лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина (часть первая статьи 5), и определяет в качестве основания уголовной ответственности совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного данным Кодексом (статья 8), а в качестве преступления - виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное им под угрозой наказания (часть первая статьи 14). Покушением на преступление признаются умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам (части первая и третья статьи 30 данного Кодекса).

По смыслу ч.3 ст. 30 УК РФ, применяемой во взаимосвязи с иными нормами данного Кодекса, в том числе определяющими принцип вины (статья 5), понятие и виды умысла (статья 25), покушение предполагает наличие прямого умысла, направленного на совершение конкретного преступления, что подлежит доказыванию органами, осуществляющими уголовное преследование, в ходе расследования и судебного рассмотрения уголовного дела (пункт 2 части первой статьи 73 УПК РФ).

В соответствии с требованиями ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение или обвинительный акт составлены с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или иного решения на основе данного заключения или акта. По смыслу закона, основанием для возвращения уголовного дела прокурору также являются существенные нарушения норм уголовно-процессуального закона, допущенные на досудебной стадии производства по делу, не устранимые в ходе судебного разбирательства, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения.

Согласно положениям ст.252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Согласно обвинительному заключению ФИО1 обвиняется в том, что ДД.ММ.ГГГГ в рабочее время, находясь на строительном объекте, расположенном по адресу: 

<

адрес>, северо-восточная часть кадастрового квартала 36:02:5400031, решил согласно предписания, выданного организацией заказчиком – ООО «КЕС» №.2019 от ДД.ММ.ГГГГ о демонтаже и удалении неиспользуемого гусеничного крана КС 8165, регистрационный №, зав. 193, принадлежащего ООО «Рускран Юг», вывезти с территории строительного объекта и оставить за ее пределами лишь поворотную башню крана и его кабину, а остальные отдельные части и механизмы вышеуказанного гусеничного крана похитить, сдав их в пункт приема лома черного металла, а вырученные деньги использовать по своему личному усмотрению. Реализуя свой преступный умысел, согласно обвинительному заключению, ФИО1 похищались после демонтажа детали от гусеничного крана: ДД.ММ.ГГГГ на сумму 3 551 600 рублей, а затем ДД.ММ.ГГГГ на сумму 2 455 000 рублей. В дальнейшем ФИО1 планировал вывезти с территории строительного объекта оставшиеся части гусеничного крана на сумму 1 265 000 рублей, принадлежащие ООО «Рускран Юг», но не смог этого сделать по независящим от него обстоятельствам, так как его деятельность была пресечена заместителем директора ООО «Рускран Юг» ФИО6 Таким образом, ФИО1 совершил покушение на хищение частей вышеуказанного гусеничного крана, принадлежащего ООО «Рускран Юг», рыночная стоимость которых составляет общую сумму 7 271 600 рублей, в связи с чем его деяние органами предварительного следствия было квалифицированно по ч.3 ст.30, п. «б» ч.4 ст.158 УК РФ.

Согласно уголовно-процессуальному законодательству, под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения, изложенные в ст.ст. 220, 225 УПК РФ, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения. 

Вместе с тем, возвращая уголовное дело прокурору, суд, не исследовав в ходе судебного следствия доказательства, не обоснованно указал на допущенные органами следствия нарушения норм уголовно-процессуального закона, исключающие возможность принятия судом решения по существу дела на основании имеющегося обвинительного заключения. Так, суд первой инстанции не правильно отметил, что из материалов уголовного дела следует, что противоправная деятельность ФИО1 никем не была пресечена, и что ФИО1, узнав о том, что приехал представитель ООО «Рускран Юг», не совершая никаких действий, отказался от покушения на кражу, поскольку это противоречит вышеприведенным обстоятельствам из обвинительного заключения, согласно которым деятельность ФИО1 была пресечена заместителем директора ООО «Рускран Юг» ФИО6 

Кроме того, вышеприведенные положения Общей части УК РФ, не связывают совершение лицом покушения на преступление с обязательным фактом его задержания при совершении преступления, в связи с чем следует признать необоснованным указание в оспариваемом постановлении суда от ДД.ММ.ГГГГ на то, что ФИО1 не был задержан при совершении покушения на хищение имущества ООО «Рускран Юг» на сумму 1 265 000 рублей, как на обстоятельства, не свидетельствующие о совершении действий, направленных на хищение вышеуказанного имущества.

Также суд апелляционной инстанции не может согласиться с тем, что без исследования в судебном заседании материалов уголовного дела, суд в оспариваемом постановлении суда от ДД.ММ.ГГГГ дает оценку доказательствам по данному уголовному делу, на основании которых органами предварительного следствия квалифицированы деяния ФИО1, в том числе дает оценку показаниям ФИО1, данные им после предъявления обвинения в ходе предварительного следствия; дает оценку процессуальным решениям, принятым органами предварительного следствия по ходатайству представителя потерпевшего ООО «Рускран Юг» ФИО6 о наличии или отсутствии в действиях директора ООО «СК Ярос групп» ФИО10 состава преступления, предусмотренного п.п. «а,б» ч. 4 ст. 158 УК РФ, а также указывает на то, что в деле не дана процессуальная оценка действиям других лиц, принимавших участие в хищениях ФИО1 имущества ООО «Рускран Юг», то есть до вынесения итогового решения по данному делу, суд первой инстанции уже высказался о том, что ФИО1 совершались хищения имущества ООО «Рускран Юг».

В соответствии с п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если, в частности, фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого, как более тяжкого преступления, либо в ходе судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления.

В силу требований ч.1.3 ст.237 УПК РФ при возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, предусмотренным п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ, суд обязан указать обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации действий обвиняемого, как более тяжкого преступления. При этом суд не вправе указывать статью Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, по которой деяние подлежит новой квалификации, а также делать выводы об оценке доказательств, о виновности обвиняемого.

Согласно п.6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое" кража считается оконченным преступлением, если имущество изъято и виновный имеет реальную возможность им пользоваться или распоряжаться по своему усмотрению (например, обратить похищенное имущество в свою пользу или в пользу других лиц, распорядиться им с корыстной целью иным образом).

Учитывая вышеизложенные правовые положения, принимая во внимание обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, при вынесении оспариваемого постановления от ДД.ММ.ГГГГ суд первой инстанции, полагая о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого ФИО1, как более тяжкого преступления, в нарушении вышеприведенных требований УПК РФ, не указал на фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствующие о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого, как более тяжкого преступления, и при этом сделал выводы об оценке отдельных доказательств и о виновности обвиняемого ФИО1, что свидетельствует о существенном нарушении судом первой инстанции требований уголовно-процессуального закона.

Кроме того, как следует из протокола судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ председательствующий при разъяснении права отвода не разъяснил участникам процесса в соответствии с требованиями ст.72 УПК РФ возможность заявления отвода представителю потерпевшего, который участвовал в судебном заседании, что также свидетельствует о существенном нарушении судом первой инстанции требований уголовно-процессуального закона, поскольку повлекло ограничение гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства.

В связи с существенным нарушением судом первой инстанции требований уголовно-процессуального закона, которые не могут быть устранены в суде апелляционной инстанции, постановление суда подлежит отмене, а уголовное дело в отношении ФИО1 подлежит передаче на новое судебное разбирательство в тот же суд, в ходе которого суду надлежит устранить допущенные нарушения закона, исследовать имеющиеся материалы уголовного дела, установить обстоятельства, имеющие значение для правильного его разрешения, после чего принять решение в строгом соответствии с требованиями закона.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

Постановление Бобровского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым уголовное дело по обвинению ФИО1 по ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ, возращено прокурору 

<

адрес> для устранения нарушений норм уголовно-процессуального кодекса при составлении обвинительного заключения, отменить, удовлетворив апелляционное представление государственного обвинителя ФИО7 и апелляционную жалобу адвоката ФИО8 в защиту обвиняемого ФИО1

Уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ, направить в тот же районный суд на новое судебное разбирательство в ином составе со стадии подготовки к судебному заседанию.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, предусмотренном главами 47.1 и 48.1 УПК РФ.

Председательствующий