24RS0033-01-2020-001276-97 ������������������������������������������������������������������������������������������������������������������������

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

11 ноября 2020 года г. Лесосибирск 

Лесосибирский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Пупковой Е.С., 

при секретаре Шабалиной О.В.,

с участием ст. помощника прокурора г. Лесосибирска Кацупий Т.В.,

истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-1320/2020 по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, расходов на лечение, убытков, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 о возмещении вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием в сумме 400000 (четырёхсот тысяч) рублей.

Свои требования мотивирует тем, что 06 марта 2020 года около 19 часов произошло дорожно-транспортное происшествие, в ходе которого ФИО3, управляя автомобилем, гос. номер №, не имея на то прав, допустил наезд на пешехода ФИО1. 

В результате данного ДТП истице по вине ответчика причинен тяжкий вред здоровью (переломы обеих ног, сотрясение головного мозга). В связи с полученными травмами она (ФИО1) три месяца не могла приступить к работе, заниматься любимым делом, съездить в отпуск, поехать на дачу. С 06 марта 2020 года по 07 мая 2020 года была прикована к кровати, не могла вставать, испытывала головные боли. 08 мая 2020 года начала при помощи близких немного вставать на ноги, затем встала на костыли. 

Все это время за ней был нужен полный уход, так как она не могла сама за собой ухаживать, зависела от близких людей, все это время находилась в крайне угнетенном состоянии. В течение этих месяцев была лишена полноценной активной здоровой жизни. 

Ей (ФИО1) от приобретённой путевки на отдых в Турцию, пришлось отказаться, денежные средства до настоящего времени не возвращены. Требуется реабилитация, массаж, санаторно-курортное лечение, так как в силу пожилого возраста восстановление происходит очень медленно. Неизвестны последствия данных травм в дальнейшем. 

В результате действий ответчика был утрачен среднемесячный заработок за 16 недель в сумме 100000 рублей. Стоимость санаторно-курортного лечения (реабилитации) вместе с проездом составляет 99000 рублей, кроме того ей были приобретены лекарства: по списку поликлиники на сумму 2319 рублей, базовые препараты на сумму 4395 рублей, лечебные мази и гели на сумму 986 рублей. Требуются расходы на дополнительное питание (кисломолочные продукты, овощи, фрукты и др.), услуги массажиста. Указанные суммы просит взыскать, также просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 193300 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании на заявленных исковых требованиях настаивала, по обстоятельствам, изложенным в исковом заявлении, на вопросы суда пояснила, что стоимость санаторно-курортного лечения заявлена в среднем размере, исходя из стоимости указанных услуг в интернете, фактически данные расходы она не понесла, но нуждается в оздоровлении. С 06 марта 2020 года по 07 октября 2020 года находилась на лечении, был оформлен листок нетрудоспособности, оплата которого производилась в стопроцентном размере ежемесячно, в настоящее время находится в ежегодном оплачиваемом отпуске, инвалидность не оформлена. Она (ФИО1) приобретала лекарственные, медицинские препараты, кроме того, была приобретена трость стоимостью 950 рублей, а также фиксатор коленного сустава, стоимостью 1280 рублей, поскольку без указанных медицинских изделий при данной травме невозможно передвижение, квитанции не сохранились.

Ответчик ФИО3, проходящий военную службу по призыву в воинской части 14443 (л.д.47), о дате, времени и месте извещен надлежащим образом, в судебное в судебное заседание направил представителя ФИО2.

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО2, действующая на основании доверенности от 29 сентября 2020 года (сроком действия по 28 сентября 2023 года) (л.д.46), в судебном заседании с заявленными требованиями не согласилась, просила в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме. На вопросы суда пояснила, что её сын ФИО3 водительского удостоверения не имел, является собственником автомобиля, гражданская ответственность застрахована не была. ФИО3 навещал истца в больнице, приносил сок, фрукты, просил прощения. 

При указанных обстоятельствах, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, надлежаще извещенных о дате, времени и месте судебного заседания, в соответствии со статьей 167 ГПК РФ.

Заслушав стороны, заключение ст. помощника прокурора Кацупий Т.В., полагавшей, что требования истца о компенсации морального вреда и расходов на лечение подлежат частичному удовлетворению, в остальной части заявленные требования удовлетворению не подлежат, исследовав и оценив представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам. 

Жизнь и здоровье человека относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах).

В силу статьей 20, 41 Конституции РФ, статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пунктов 1 и 3 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ; компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно абзацам 2,3 пункта 2 статьи 1083 ГК РФ, при грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094).

В силу пункта 1 статьи 1085 ГК РФ, при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В соответствии с абзацем вторым статьи 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу статьи 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

На основании статьи 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Как определено положениями статьи 150 ГК РФ к нематериальным благам гражданина относятся его жизнь и здоровье.

В соответствии с разъяснениями в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (статьи 2 и 7, часть 1 статьи 20, статья 41 Конституции Российской Федерации).

К числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека относится и право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью, которое является производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленного в Конституции Российской Федерации.

В силу положений статьи 1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в постановлении Пленума от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

С учетом требований статьи 1079 ГК РФ при возложении ответственности по ее правилам следует исходить из того, в чьем законном фактическом пользовании находился источник повышенной опасности в момент причинения вреда. Владелец источника повышенной опасности освобождается от ответственности, если тот передан в техническое управление с надлежащим юридическим оформлением, либо освобождение владельца от ответственности возможно в случае отсутствия его вины в противоправном изъятии источника повышенной опасности.

Пунктом 2 статьи 1064 ГК РФ предусмотрено, что лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда (абз. 2 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 26 января 2010 года "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" согласно ст. 1085 ГК РФ в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включаются: расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.). Судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В судебном заседании установлено, и сторонами не оспаривается, что 06 марта 2020 года примерно в 18 часов 52 минуты на расстоянии 10,3 метра от дорожного знака 2.1 «Главная дорога», расположенного по 

<

адрес> края в направлении 

<

адрес> и на расстоянии 6,1 м в сторону 

<

адрес> от дорожного знака 2.1 ПДД РФ, расположенного по 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>, водитель ФИО3 допустил наезд на полосе встречного движения на двух пешеходов. В результате ДТП ФИО1 получила тяжкий вред здоровью. 

В возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 отказано, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 28 мая 2020 года следует, что какие-либо требования ПДД РФ водителем ФИО3 нарушены не были. Между тем, согласно пункту 4.3 ПДД РФ, пешеходы должны переходить дорогу по пешеходным переходам. При отсутствии в зоне видимости перехода или перекрестка разрешается переходить дорогу под прямым углом к краю проезжей части на участках без разделительной полосы и ограждений там, где она хорошо просматривается в обе стороны. Согласно пункту 1.5 ПДД РФ, участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда. Проезжая часть на участке дороги, по которому двигались пешеходы и где был совершен наезд, вне зоны действия пешеходного перехода, что подтверждается протоколом осмотра места ДТП и материалами проверки. Тем самым, пешеходами ФИО7 и ФИО1 были нарушены указанные требования действующих ПДД РФ, что и послужило причиной данного ДТП.

Указанное постановление не обжаловалось. 

В момент ДТП ФИО3 управлял принадлежащим ему на праве собственности автомобилем ВАЗ 21053, государственный регистрационный знак №, что подтверждается карточкой учета транспортного средства и не оспаривается представителем ответчика ФИО2.

В рамках проверки была проведена комплексная видео-автотехническая судебная экспертиза, согласно заключениям эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, скорость движения автомобиля ВАЗ 21053, регистрационный знак № на участке проезжей части, где автомобиль просматривается составляет около 42,4 км.ч. При заданных исходных данных в данной дорожно-транспортной ситуации водитель данного автомобиля не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешеходов путем экстренного торможения.

При этом согласно сведениям ДПС ОГИБДД ОМВД России по г. Лесосибирску ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения водительское удостоверение не выдавалось. 

Гражданская ответственность владельца автомобиля марки ВАЗ 21053, регистрационный знак №, на момент дорожно-транспортного происшествия не была застрахована, иного, вопреки требованиям статьи 56 ГПК РФ, суду не представлено. 

Согласно выписке из амбулаторной карты ФИО1 находилась на стационарном лечении в травматологическом отделении КГБУЗ «Лесосибирская МБ» с 06 марта 2020 года по 02 апреля 2020 года, с 06 апреля 2020 года находилась на амбулаторном лечении. Диагноз: 

<

данные изъяты>. Автодорожная травма 06 марта 2020 года. 

<

данные изъяты> травма. 

<

данные изъяты> (л.д.39). 

Из заключений экспертов № от 27 апреля 2020 года, № от 26 мая 2020 года проведенных по медицинским документам ФИО1 следует, что у ФИО1 при обращении за медицинской помощью 06 марта 2020 года, имелась 

<

данные изъяты>, что подтверждается объективными клиническими и рентгенологическими данными, которая согласно приказу МЗ и СР РФ 194н от 04 апреля 2008 года (п.6.11.8) отнесена к критериям, характеризующим квалифицирующий признак вред здоровью, вызывающий значительную стойкую утрату общей трудоспособности, не менее чем на одну треть. По указанному признаку, согласно Правилам «Определения тяжести вреда причиненного здоровью человека» (постановление Правительства РФ №522 от 17 августа 2017 года) квалифицируется как тяжкий вред здоровью, могла возникнуть от воздействия тупого твердого предмета (предметов) или удара (ударов) о таковой (таковые), в том числе, и 06 марта 2020 года. 

Согласно выписному эпикризу ФИО1 при выписке из стационара 02 апреля 2020 года, рекомендовано наблюдение травматолога (хирурга) в поликлинике; дозированная нагрузка, ЛФК, эластичная компрессия нижних конечностей; рентген контроль в динамике; с целью профилактики тромбоэмболических осложнений таблетки Прадакса 110мг. две таблетки один раз в сутки в течение 30 дней; при болях таблетки Кетонал 100мг. одна таблетка два раза в сутки; таблетки Омез 20мг. одна таблетка два раза в сутки (л.д.14).

Из исследованной в судебном заседании амбулаторной карты ФИО1 следует, что в результате полученных в ДТП травм, в период с 06 апреля 2020 года по 23 сентября 2020 года она находилась на амбулаторном лечении, листок нетрудоспособности продлялся неоднократно по 07 октября 2020 года, при посещении врачей были даны рекомендации по ограничению нагрузок на конечность, ЛФК, массаж, а также назначено лечение: так 06 апреля 2020 года: таблетки Венарус, 600, 1 таблетка один раз в день, в течение месяца, таблетки Остеогенон, 1 таблетка два раза в день, в течение месяца; 21 мая 2020 года – таблетки Аркоксиа по 1 таблетке, в течение семи дней; 02 июня 2020 года Остеогенон продолжать; 19 июня 2020 года таблетки Венарус повторить.

Кроме того, судом установлено, что ранее ФИО1 был установлен диагноз 

<

данные изъяты>.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Неосторожность выражается в отсутствии требуемой при определенных обстоятельствах внимательности, предусмотрительности, заботливости. При грубой неосторожности нарушаются обычные, очевидные для всех требования, предъявляемые к лицу, осуществляющему определенную деятельность.

Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят.

Таким образом, названные нормы закона предусматривают два случая уменьшения размера возмещения вреда, возникновению или увеличению которого способствовала грубая неосторожность потерпевшего.

В первом случае учитывается грубая неосторожность потерпевшего и вина причинителя вреда. Для этих случаев федеральный законодатель формулирует императивное требование уменьшить размер возмещения, поскольку при грубой неосторожности потерпевшего удовлетворение соответствующего иска в полном объеме недопустимо и применение смешанной ответственности является не правом, а обязанностью суда.

Во втором случае учитывается грубая неосторожность потерпевшего и одновременно - отсутствие вины причинителя вреда. При этом суд по своему усмотрению может применить одно из следующих негативных для потерпевшего последствий: 1) уменьшение размера возмещения, 2) полный отказ в возмещении, если законом не установлено иное.

Разъясняя данные законоположения, Конституционный Суд РФ в Определении от 19.05.2009 N 816-О-О указал, что правовой подход, в силу которого может иметь место освобождение от ответственности за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, по усмотрению суда, соответствует закрепленному в статье 10 Конституции Российской Федерации принципу самостоятельности судебной власти, нормативное содержание которого предусматривает имманентно присущую судебной власти дискреционность при осуществлении правосудия.

Вместе с тем, Конституционный суд отметил, что закрепленное в абзаце втором пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса РФ исключение из общего порядка определения размера возмещения вреда, возникновению которого способствовала грубая неосторожность потерпевшего, предусматривающее, что при причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается, а также содержащееся в абзаце втором статьи 1100 Гражданского кодекса РФ положение о недопустимости отказа в компенсации морального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, в том числе, при отсутствии вины причинителя вреда, является мерой защиты признаваемых в Российской Федерации прав и свобод человека, в частности, права на жизнь, (статья 20, часть 1 Конституции РФ), права на охрану здоровья (статья 41, часть 1 Конституции РФ), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Таким образом, указал Конституционный Суд РФ, положения абзаца второго пункта 2 статьи 1083 и абзаца второго статьи 1100 Гражданского кодекса РФ - в рамках проводимой в Российской Федерации как правовом и социальном государстве (статья 1, часть 1; статья 7, часть 1, Конституции Российской Федерации) правовой политики, - воплощают основанный на вытекающем из статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации принцип пропорциональности баланса субъективных прав причинителя вреда, осуществляющего деятельность, связанную с повышенной опасностью для окружающих, с одной стороны, и потерпевшего, проявившего грубую неосторожность, - с другой.

Согласно пункту 4.3 ПДД РФ, пешеходы должны переходить дорогу по пешеходным переходам. При отсутствии в зоне видимости перехода или перекрестка разрешается переходить дорогу под прямым углом к краю проезжей части на участках без разделительной полосы и ограждений там, где она хорошо просматривается в обе стороны. Согласно пункту 1.5 ПДД РФ, участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда. 

Как установлено в судебном заседании, в том числе, из комплексной видео-автотехнической судебной экспертизы, проезжая часть на участке дороги, по которому двигались пешеходы и где был совершен наезд, вне зоны действия пешеходного перехода. 

Указанные действия истца ФИО1, которая переходила дорогу в неположенном месте, при начале движения через дорогу не убедилась в том, что она свободна от транспортных средств, свидетельствуют о нарушениях приведенных выше Правил.

Отсутствие вины ФИО3 в причинении тяжкого вреда здоровью истца свидетельствует о том, что травмирование истца произошло исключительно при грубой неосторожности самой ФИО1, которая, являясь участником дорожного движения, нарушила очевидные правила соблюдения дорожной безопасности, не проявила должную осмотрительность, при адекватной оценке ситуации имела возможность не допустить наступления указанных последствий причинения вреда здоровью.

Между тем, судом установлен факт причинения тяжкого вреда здоровью при воздействии источника повышенной опасности, принадлежащего ответчику.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, указанные выше обстоятельства совершения дорожно-транспортного происшествия, отсутствие вины ответчика ФИО3, степень причиненных ФИО1 физических и нравственных страданий, длительность лечения после полученных травм, которые по признаку опасности для жизни, относятся к тяжкому вреду здоровья, периоды стационарного и амбулаторного лечения и реабилитации, невозможность вести до настоящего времени привычный образ жизни, неудобства в быту, эмоциональное состояние истца после полученных травм, индивидуальные особенности её личности, материальное положение ответчика, его поведение после дорожно-транспортного происшествия, а также требования разумности и справедливости, на необходимость соблюдения которых обращено внимание в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994г. N10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суд приходит к выводу о возложении обязанности на ответчика по возмещению причиненного ФИО1 морального вреда в размере 80000 (восьмидесяти тысяч) рублей.

Разрешая требования о компенсации утраченного заработка суд приходит к следующим выводам.

В суде установлено, что в период с 06 марта 2020 года по 07 октября 2020 года истец ФИО1 находилась на лечении в стационаре и амбулаторно, то есть был период временной нетрудоспособности, что приводит к установлению 100% утраты профессиональной и общей трудоспособности (статья 9 ФЗ N 125 от 24.07.1998 "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний").

Какие-либо сведения, свидетельствующие о неполном возмещении работодателем утраченного истцом заработка на период её временной нетрудоспособности вследствие травмы, полученной в результате дорожно-транспортного происшествия, в материалах дела отсутствуют. Более того, истец в судебном заседании пояснила, что пособие по временной нетрудоспособности, с учетом стажа её работы, оплачено в стопроцентном размере. 

Таким образом, заработок ФИО1, неполученный ею в период временной нетрудоспособности вследствие дорожно-транспортного происшествия, был возмещен работодателем в полном объеме в размере 100% среднего заработка посредством выплаты ей пособия по временной нетрудоспособности. В этой связи у суда отсутствуют предусмотренные законом основания для принятия решения об удовлетворении требований истца о взыскании с ответчика компенсации утраченного заработка.

Что касается заявленных истцом расходов на лечение.

Истцом представлены квитанции о приобретении лекарственных и медицинских препаратов на общую сумму 9847 рублей 50 копеек. 

Так 21 сентября 2020 года был приобретен ибупрофен 2 упаковки, стоимостью 52 рубля 20 копеек (на сумму 104 рубля 40 копеек). 28 августа 2020 года – кетонал, стоимостью 102 рубля 60 копеек, вольтарен Эмульгель, стоимостью 381 рубль 90 копеек. 17 августа 2020 года троксевазин гель, стоимостью 242 рубля 20 копеек, пенталгин, стоимостью 209 рублей. 31 июля 2020 года меновазин раствор, стоимостью 33 рубля 20 копеек. 15 июля 2020 года троксевазин гель, стоимостью 242 рубля 20 копеек. 17 июня 2020 года троксевазин гель, стоимостью 261 рубль 20 копеек. 14 июня 2020 года вольтарен Эмульгель, стоимостью 340 рублей 10 копеек. 11 мая 2020 года салфетки влажные, стоимостью 425 рублей. 10 мая 2020 года индометацин мазь, стоимостью 82 рубля. 08 мая 2020 года венарус, стоимостью 690 рублей, остеогенон, стоимостью 825 рублей. 04 сентября 2020 года кальций Д3 никомед, стоимостью 380 рублей. 14 апреля 2020 года гепариновая мазь, стоимостью 76 рублей, троксевазин гель, стоимостью 261 рубль 20 копеек. 07 марта 2020 года бинт эластичный с застежкой 2 штуки стоимостью 284 рубля каждый (568 рублей), камфора раствор, стоимостью 28 рублей, бадяга форте гель, стоимостью 70 рублей, вата нестерильная гигиеническая, стоимостью 90 рублей, диски ватные, стоимостью 60 рублей, салфетки влажные, стоимостью 388 рублей, салфетки влажные, стоимостью 265 рублей.

А всего на сумму 6125 рублей 10 копеек.

Ибупрофен, пенталгин являются нестероидными противовоспалительными препаратами, обладают болеутоляющим действием.

ФИО4 оказывает венопротекторное, противоотечное, противовоспалительное, противосвертывающее и антиоксидантное действие.

Вольтарен, индометацин используются для устранения болевого синдрома и воспаления в суставах, мышцах, связках травматического или ревматического происхождения, способствует уменьшению доли и отечности. 

ФИО5 – местноанестезирующее средство. Камфора используется в качестве профилактики пролежней.

Кроме того, суд считает, безусловно, установленным, что передвижение ФИО1 без трости, а также без фиксатора коленного сустава, при полученных травмах, невозможно, в связи с непредставлением стороной ответчика иной стоимости указанных медицинских изделий, суд полагает, что заявленные к взысканию на приобретение трости - 950 рублей и на фиксатор коленного сустава – 1280 рублей, подлежат удовлетворению. 

Нуждаемость истца в данных лекарственных препаратах и медицинских средствах, именно в связи с полученными в ДТП травмами, подтверждается имеющимися в материалах дела медицинскими документами.

Поскольку данные расходы понесены истцом, ввиду повреждения здоровья, право истицы на их возмещение предусмотрено положениями статьи 1085 ГК РФ, требования ФИО1 в указанной части подлежит удовлетворению в размере 8355 рублей.

Между тем, суд не принимает в качестве доказательств представленные истцом квитанции от 13 сентября 2020 года на сумму 195 рублей 70 копеек, 12 июня 2020 года на сумму 328 рублей 60 копеек, от 11 мая 2020 года на сумму 635 рублей, от 07 апреля 2020 года на сумму 1096 рублей, из указанных квитанций установить какие лекарственные и медицинские изделия приобретались не представляется возможным, ввиду отсутствия наименований препаратов в чеке.

А также суд полагает, что не подлежат возмещению расходы на приобретение лекарственных препаратов верапамил

<

данные изъяты>, поскольку отсутствуют назначения и рекомендации врачей при данной травме указанных препаратов.

Как не подлежат взысканию заявленные ФИО1 расходы на санаторно-курортное лечение, поскольку в силу статьи 1085 ГК РФ, подлежат возмещению лишь понесённые расходы. 

Таким образом, со ФИО3 в пользу ФИО1 подлежат взысканию компенсация морального вреда в размере 80000 (восьмидесяти тысяч) рублей, расходы на лечение в размере 8355 (восьми тысяч трёхсот пятидесяти пяти) рублей.

В соответствии со статьей 103 ГПК РФ и положений части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 634 рублей ((8355 рублей х 4%) + 300 рублей), от уплаты которой освобожден истец при подаче иска о возмещении вреда здоровью.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 – 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, расходов на лечение, убытков, удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 80000 (восьмидесяти тысяч) рублей, расходы на лечение в размере 8355 (восьми тысяч трёхсот пятидесяти пяти) рублей.

В остальной части заявленных требований ФИО1 отказать.

Взыскать со ФИО3 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 634 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, подачей жалобы через Лесосибирский городской суд.

Председательствующий: Е.С. Пупкова 

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.