№ 22- 227/2023 судья ФИО4

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Рязань 14 апреля 2023 года

Рязанский областной суд в составе:

председательствующего судьи Крайневой Ю.А.,

с участием прокурора Алехиной О.Н., 

осужденного ФИО1,

его защитника – адвоката Буланова А.М.,

потерпевшей ФИО7 и ее представителя ФИО24,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Шиловой А.Н., помощником судьи Макаровой Л.А., 

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по апелляционным жалобам (основной и дополнительной) осужденного ФИО1, апелляционным жалобам (основной и дополнительной) адвоката ФИО11 в защиту интересов осужденного ФИО1 на приговор Касимовского районного суда Рязанской области от 14 ноября 2022 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин 

<

адрес>, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес>, невоеннообязанный, имеющий 

<

скрыто> образование, работающий 

<

скрыто>Л., 

<

скрыто>, имеющий несовершеннолетнего ребенка, ранее не судимый,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 1 год 6 месяцев; на основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО1 основное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 1 год 6 месяцев. На ФИО1 возложены обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; являться на регистрацию один раз в месяц в указанный государственный орган.

Мера пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Гражданский иск ФИО7 к ФИО1 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, удовлетворен частично: с ФИО1 в пользу ФИО7 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, взыскано 600 000 руб.

По делу решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи, выступления осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Буланова А.М., поддержавших доводы апелляционных жалоб, потерпевшей ФИО7АП. и ее представителя ФИО24, возражавших против доводов апелляционных жалоб, мнение прокурора Алехиной О.Н., полагавшей приговор законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции 

У С Т А Н О В И Л :

Приговором суда ФИО1 признан виновным в том, что управляя автомобилем, совершил нарушение Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 виновным себя в совершении преступления не признал.

В апелляционных жалобах (основной и дополнительной) адвокат Буланов А.М., действующих в интересах осужденного ФИО1, считает, что выводы суда не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании, судом не учтены обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы, а также были допущены нарушения норм уголовно-процессуального права.

Отмечает, что в ходе предварительного расследования и судебного следствия не было получено убедительных и достоверных доказательств вины ФИО1

Защитник указывает, что версия ФИО1 о том, что он успел завершить маневр поворота налево, продолжил движение по автодороге в сторону 

<

адрес>, проехав расстояние, равное 15-20 метров, и столкновение с автомобилем осужденного произошло в связи с грубым нарушением ПДД РФ водителем ФИО17, подтверждается показаниями свидетелей ФИО12, ФИО13, ФИО2 Н.Н., самого ФИО17 и подсудимого ФИО1, а также протоколом осмотра места происшествия и схемой места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ (т.№ л.д. №) и фототаблицей к протоколу осмотра места происшествия (т. № л.д. №).

Также защитник считает, что автотехническая экспертиза №, выполненная экспертом ФИО20 (т. № л.д. №), проведена с нарушением требований методических рекомендаций для подобных экспертиз, что, по мнению защитника, подтвердил эксперт в судебном заседании; автотехнические экспертизы № и №, выполненные экспертом ФИО14, проведены с использованием недостоверных сведений, а автотехническая экспертиза №, кроме того, и без использования фототаблицы, что подтвердил в суде эксперт ФИО14, также показавший, что при производстве экспертизы им была использована некая компьютерная программа, при этом не смог пояснить, какая конкретно.

Также защитник указывает, что дополнительная автотехническая экспертиза, выполненная экспертом ФИО15, проведена с использованием ранее проведенных на основании недостоверных сведений заключений экспертов ФИО20 и ФИО14

Кроме того, защитник указал, что при постановлении приговора суд использовал в качестве доказательств показания свидетеля ФИО16, которые, по мнению защитника, являются ложными, поскольку ФИО16 не являлся очевидцем дорожно-транспортного происшествия и не проезжал в указанное время по автодороге 

<

адрес>

Также защитник указал, что суд, отказав в вызове в суд для допроса в качестве свидетелей инспекторов дорожно-патрульной службы, первыми прибывших на место ДТП, - ФИО33, ФИО34, ФИО35, а также сотрудников следственного отдела ФИО4 и ФИО5, проводивших осмотр места происшествия вместе со следователем ФИО19, нарушил право ФИО2 Д.В. на защиту. 

Просил приговор Касимовского районного суда Рязанской области от 14 ноября 2022 года отменить и вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

В апелляционных жалобах (основной и дополнительной) осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором суда в виду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильного применения уголовного закона, существенного нарушения уголовно-процессуального закона, отсутствия оценки в приговоре ряду доказательств, подтверждающих его (ФИО1) версию, и недоказанностью инкриминируемого ему преступления.

В обоснование жалоб осужденный ФИО1 указал, что судом первой инстанции было нарушено его право на защиту, поскольку проигнорировано его ходатайство о проведении предварительного слушания, заявленное при завершении предварительного следствия и после ознакомления с материалами уголовного дела.

Считает, что исследованные в суде доказательства, а именно протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, протокол дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, заключения автотехнических судебных экспертиз № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, проведенные в ЭКЦ УМВД России по 

<

адрес>, а также дополнительной автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной в ФБУ Приволжский РЦСЭ, оценив которые, суд сделал вывод о наличии в его действиях состава преступления, не могут быть положены в основу обвинительного приговора, поскольку при проведении экспертиз № и № использовались недостоверные сведения с места ДТП, были указаны неверные данные об исправности тормозной системы автомобиля ВАЗ-211540 из автотехнической экспертизы №, эксперту не были предоставлены фотоматериалы; а при проведении экспертизы № в ФБУ Приволжский РЦСЭ эксперту не были представлены данные о моменте возникновения опасности для движения транспортного средства, не указано каким расстоянием до места столкновения располагал водитель автомобиля ВАЗ-211540 для предотвращения ДТП.

Также осужденный, сославшись на п. 3 Постановления Пленума ВС РФ от 29.04.1996 года № 1 «О судебном приговоре», указал, что судом не дано оценки в приговоре заключению эксперта №.

Осужденный ФИО1 полагает, что исследованными в суде показаниями потерпевшей и свидетелей установлено, что ДТП произошло на полосе движения в сторону 

<

адрес>, являющейся встречной полосой для водителя автомобиля ВАЗ-211540 ФИО17, однако следователь, государственный обвинитель и суд не проверили и не дали оценку доводам защиты о грубом нарушении водителем автомобиля ВАЗ-211540 ФИО17 Правил дорожного движения. 

Осужденный, указывая на противоречия в выводах экспертиз № и №, считает, что суд не дал должной юридической оценки механизму развития ДТП, обусловленному нарушением ПДД водителем ФИО17, и не усмотрел факта фальсификации следователем протокола осмотра места происшествия.

Также осужденный ФИО1, оценив первоначальные показания свидетеля ФИО17 о том, что тот увидел автомобиль Тойота на расстоянии 15 метров и повернул руль влево, тем самым выехав на встречную полосу движения, а также протокол осмотра места происшествия, которым зафиксирован след юза (торможения) длиной 2,7 м, оставленный правым колесом автомобиля ВАЗ-211540 на встречной для него полосе движения, считает, что водитель ФИО17, двигаясь на автомобиле ВАЗ-211540 в колонне из 6-7 автомобилей, не успев среагировать на торможение впереди двигавшегося автомобиля, резко изменил направление движения, повернул руль влево и, не справившись с управлением, выехал на полосу встречного движения. 

Кроме того, оценивая указанные выше показания свидетеля ФИО17 в совокупности с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (т. № л.д. №), осужденный сделал вывод, что водитель ФИО17 либо реагировал на какую-то другую опасность, возникшую ранее, либо представленные исходные данные не соответствуют реальному механизму происшествия. В связи с чем осужденный ФИО2 Д.В. полагает, что водитель автомобиля ВАЗ-211540 ФИО17 либо пытался с помощью маневра в левую сторону уйти от какой-то ранее возникшей опасной ситуации, либо тормозная система автомобиля ВАЗ-211540 была неисправна. 

Осужденный также указал, что после получения заключения эксперта № свидетель ФИО17 изменил свои показания в ходе проверки его показаний на месте, пояснив, что увидел автомобиль Тойота на расстоянии 45,2 м от своего автомобиля, что следователь ФИО18 зафиксировал в схеме к протоколу проверки показаний на месте. В этой схеме следователь также указал, что автомобиль ВАЗ-211540 находился на расстоянии 11,7 м в сторону 

<

адрес> от опоры ЛЭП № (принятой за точку отсчета), а по данным следствия место столкновения автомобилей находится на расстоянии 21,3 м от точки опоры ЛЭП № в сторону 

<

адрес> ФИО3, из чего осужденный сделал вывод, что водитель автомобиля ВАЗ-211540 ФИО17, проехав 33 м (11,7+21,3=33), выехал на встречную полосу движения и совершил столкновение с его автомобилем Тойота, который уже проехал 12,2 м (45,2-33=12,2) по своей полосе главной дороги в сторону 

<

адрес>. При этом в заключениях № и № эксперт ФИО14 не смог ответить на вопрос, имел ли водитель автомобиля ВАЗ-211540 возможность избежать столкновения при условии прямолинейного движения по своей полосе движения.

Осужденный ФИО1 полагает, что при осмотре места происшествия и составлении протокола осмотра места происшествия, а также при дополнительном осмотре места происшествия следователем ФИО19 были указаны сведения о наличии дорожной разметки 1.3 и 1.8 непосредственно на месте столкновения автомобилей, что противоречит фототаблице к протоколу осмотра места происшествия, на которой усматривается, что расстояние от окончания дорожной разметки 1.3 до участников ДТП составляет примерно 20 м, а согласно сообщению Дирекции дорог Рязанской области разметка 1.8. на участке, где ДД.ММ.ГГГГ произошло ДТП, не предусмотрена.

При указанных обстоятельствах осужденный считает, что все автотехнические экспертизы проводились по сфальсифицированным схемам, и следователь ФИО19 намеренно не представил эксперту фототаблицу к протоколу осмотра места происшествия.

Также осужденный указал, что отказывая в удовлетворении его ходатайств о проведении повторного осмотра места происшествия с его участием, следователь ФИО18 указывал, что линии дорожной разметки 1.3, отображенные на схеме осмотра места ДТП и, соответственно, на схеме дополнительного осмотра места ДТП, являются условными, что, по мнению осужденного, еще раз подтверждает фальсификацию материалов дела. Кроме того, осужденный полагает, что следователи ФИО19 и ФИО18 скрыли фотографии с места ДТП, которые он (осужденный) обнаружил на сайте УГИБДД по Рязанской области, и на данных фотографиях видно окончание дорожной разметки, расположение автомобилей участников ДТП на дороге. Помимо этого на снимках видно лобовое стекло автомобиля ВАЗ-211540, лежащее перед ним; данное лобовое стекло следователь ФИО19 не описал в протоколе осмотра и не зафиксировал в схеме. 

Также осужденный ФИО1 в жалобе указал, что при проведении автотехнических экспертиз №, №, № эксперты исходили из того, что тормозная система автомобиля ВАЗ-211540 была исправна. Однако, по мнению осужденного, эксперт ФИО20 дал заведомо ложное заключение № по установлению исправности тормозной системы автомобиля ВАЗ-211540, поскольку в судебном заседании данный эксперт показал, что проводил экспертизу по непредусмотренной ГОСТом методике, а также не смог подтвердить, что тормозная система автомобиля ВАЗ-211540 была исправна, и несмотря на это в проведении повторной экспертизы по установлению исправности тормозной системы автомобиля ВАЗ-211540 судом было отказано.

Осужденный ФИО1 указал, что следователь ФИО18, назначив дополнительную автотехническую экспертизу, проведение которой было поручено эксперту ФИО14, изъял из протокола осмотра места происшествия фототаблицу и представил пустой оптический диск, где должны были находиться 32 фотоизображения с места ДТП. При проведении данной экспертизы и составлении экспертом масштабной схемы ДТП с использованием специального программного обеспечения экспертом были внесены в нее неверные данные, а именно указано расстояние 4,2 м от центра переднего левого колеса автомобиля ВАЗ-211540 до центра заднего левого колеса автомобиля Тойота, в то время как в протоколе осмотра места происшествия и схеме к нему данное расстояние указано от центра переднего левого колеса автомобиля Тойота. При указанных обстоятельствах осужденный считает, что вывод эксперта о принадлежности следа юза автомобилю Тойота основан на неверно заложенных данных о пространственно-следовой информации расположения автомобилей на месте ДТП, без исследования фотоизображения данного следа юза.

Ссылаясь на заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ и показания в суде специалиста ФИО21 о том, что след юза был образован одним из колес двух или трехосной задней тележки большегрузного полуприцепа, и трассологическая направленность данного следа противоречит расположению автомобиля Тойота, осужденный указывает, что данный след юза не имеет отношения к произошедшему ДТП. 

Также осужденный ФИО1 в обоснование своей позиции о недоказанности его вины ссылается на заключение специалиста ФИО21, согласно которому общая ширина автодороги 

<

адрес> на расстоянии 21,3 м от опоры ЛЭП №, принятой за точку отсчета, составляющая 23,9 м, должна рассматриваться согласно пункту 9.1 ПДД, так как дорожные разметки 1.3 и 1.8 на указанном участке отсутствуют, и если бы автомобиль ВАЗ-211540 двигался по стороне проезжей части, предназначенной для движения в сторону 

<

адрес> без изменения направления движения, столкновения автомобилей ВАЗ-211540 и Тойота не произошло бы, так как в момент пересечения автомобилем ВАЗ-211540 коридора движения автомобиля Тойота последний уже находился на полосе движения, предназначенной для движения в сторону 

<

адрес>, что, по мнению осужденного, также подтверждается схемами к протоколу осмотра места ДТП и к протоколу проверки показаний свидетеля ФИО17 на месте.

Также осужденный ФИО1 в жалобе указал, что, по его мнению, выводы проведенной в ФБУ Приволжский РЦСЭ по постановлению суда дополнительной автотехнической судебной экспертизы № (т№ л.д. №) относительно дугообразногого следа юза длиной 1,7 м и шириной 0,4 м противоречат выводам заключения эксперта № (т. № л.д.№), в связи с чем необходимо было назначить идентификационную экспертизу данного следа юза, что судом не было сделано. Кроме того, ссылаясь на ответ эксперта о том, что следов, характерных для применения водителем автомобиля «Тойота» экстренного торможения, вплоть до блокировки колес, не имеется, осужденный считает, что данный вывод противоречит выводу по данному вопросу в заключении эксперта №. Однако, несмотря на указанные обстоятельства, суд в приговоре, объединив противоположные, по мнению осужденного, выводы экспертиз № и №, пришел к неверному выводу об отсутствии в указанных заключениях противоречий.

Осужденный отмечает, что после назначения дополнительной экспертизы в ФБУ Приволжский РЦСЭ экспертом заявлялось ходатайство о предоставлении ему сведени й, в какой момент и какими именно действиями водителя автомобиля Тойота была создана опасность для движения водителю автомобиля ВАЗ-211540, а также каким расстоянием до места столкновения располагал водитель этого автомобиля для предотвращения ДТП, однако судом в распоряжение эксперта данные сведения не были представлены, в связи с чем сторона защиты заявляла ходатайство о возращении уголовного дела прокурору, в удовлетворении которого судом было, по мнению осужденного, необоснованно отказано. 

Также по мнению осужденного, описание повреждений автомобилей ВАЗ-211540 и Тойота, изложенное в заключении эксперта №, полностью опровергает выводы экспертизы № относительно расположения автомобилей на проезжей части при первичном контакте, считает, что угол между осями автомобилей 130-1500 в момент столкновения задавал именно автомобиль ВАЗ-211540, в то время как автомобиль Тойота двигался прямо по своей полосе.

Оценивая показания свидетеля ФИО16, осужденный считает его показания ложными, указывая, что данного свидетеля не было на месте происшествия во время столкновения.

Также осужденный указывает, что показания свидетеля ФИО13 и ФИО22 подтверждают его показания о том, что автомобиль ВАЗ-211540 двигался в колонне автомобилей, поворачивающих на 

<

адрес>, при этом считает, что свидетелю ФИО22 председательствующим задавались наводящие вопросы. 

Считает, что показания свидетеля ФИО17 о том, что автомобиль Тойота на перекрестке стал для него неожиданностью, и ранее он его не видел, противоречат его же показаниям в ходе проверки показаний на месте, где он пояснил, что увидел автомобиль Тойота за 42,5 м

Осужденный ФИО1 полагает, что водителем ФИО17 были нарушены требования п.п. 2.1.2, 22.8, 9.1, 9.2, 10.1 ПДД РФ, что и послужило причиной ДТП, а выводы суда о нарушении им (осужденным ФИО1) многочисленных пунктов Правил дорожного движения голословны и не подтверждаются материалами уголовного дела.

Просил приговор Касимовского районного суда Рязанской области от 14 ноября 2022 года отменить и вынести в отношении него оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката ФИО11 помощник Касимовского межрайонного прокурора ФИО23 и представитель потерпевшей ФИО7 - ФИО24 просили приговор Касимовского районного суда Рязанской области от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката ФИО11 – без удовлетворения.

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и его защитник адвокат ФИО11 просили приговор Касимовского районного суда Рязанской области от ДД.ММ.ГГГГ отменить и возвратить уголовное дело прокурору для производства дополнительного следствия.

Выслушав участников процесса, проверив представленные материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений на них, суд апелляционной инстанции находит приговор суда законным, обоснованным и справедливым, оснований для его изменения, либо отмены не имеется.

Согласно ст.297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Вопреки доводам апелляционных жалоб выводы суда о виновности ФИО1 в совершенном преступлении полностью подтверждаются исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами, которые в необходимом объеме приведены в приговоре суда, в частности:

показаниями свидетеля ФИО16, данными на следствии и в суде, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ в период с 18 час. 00 мин. до 18 час. 20 мин. он на автомобиле «Лада Приора», государственный регистрационный знак № двигался по автодороге 

<

адрес> в направлении 

<

адрес> со стороны 

<

адрес>. В этот момент перед его автомобилем двигался грузовой автомобиль и автомобиль ВАЗ-2115 красного цвета. В указанное время он подъезжал к перекрестку автодороги 

<

адрес> - 

<

адрес> - д.

<

адрес>, перед которым имеется расширение проезжей части на две полосы по ходу его движения. Автомобиль ВАЗ-2115 подъезжал к перекрестку, двигаясь по полосе, предназначенной для движения в направлении 

<

адрес> со стороны 

<

адрес>, то есть по той, которая ближе к двойной сплошной линии дорожной разметки. Вышеуказанный автомобиль ВАЗ-2115 на полосу торможения не заезжал, а двигался со скоростью, не превышающей разрешенную на данном участке- 90 км/ч прямо в направлении 

<

адрес>. Далее он (ФИО16) увидел, что впереди со стороны 

<

адрес> на перекресток выезжает автомобиль типа «джип» темно-зеленого цвета со скоростью 30-40 км/ч. Автомобиль ВАЗ-2115 стал въезжать на вышеуказанный перекресток, а автомобиль «джип» со второстепенной дороги выехал на автодорогу 

<

адрес>, и в этот момент он (свидетель) услышал удар и одномоментно увидел, что произошло столкновение автомобиля ВАЗ-2115 и автомобиля «джип». Контакт автомобилей произошел около перекрестка, ближе к двойной сплошной линии дорожной разметки, поскольку водитель автомобиля ВАЗ-2115, пытаясь уйти от столкновения, «сдал левее». Автомобиль ВАЗ-2115 красного цвета своей правой передней частью совершил столкновение с левой передней частью автомобиля «джип» темно-зеленого цвета. После столкновения автомобиль ВАЗ-2115 остановился на полосе, предназначенной для движения в направлении 

<

адрес> (встречной для него полосе), а автомобиль «джип» остановился частично на одной полосе автодороги, а частично на другой полосе автодороги для движения в другом направлении, под углом;

показаниями свидетеля ФИО13 в суде о том, что ДД.ММ.ГГГГ после 17 часов и до 18 час. 30 мин. она на своем автомобиле Фольцваген Поло, государственный регистрационный знак 

<

***> подъехала к перекрестку автодороги 

<

адрес> - 

<

адрес> - д.

<

адрес>. В этот момент перед ее автомобилем двигался автомобиль Тойота - внедорожник, который остановился перед пересечением с автодорогой Ряжск-ФИО2, так как они двигались по второстепенной автодороге, и на данном участке автодороги установлен дорожный знак «Уступите дорогу», а она остановила свой автомобиль за автомобилем Тойота. Затем она посмотрела по сторонам и увидела, что со стороны 

<

адрес> автомобили не двигались, а со стороны 

<

адрес> ехали несколько автомобилей, которые двигались медленно по полосе торможения, чтобы затем повернуть в направлении 

<

адрес>: у данных автомобилей были включены правые указатели поворота.

Кроме них она видела, что по главной дороге по полосе, предназначенной для движения в направлении 

<

адрес> со стороны 

<

адрес>, расположенной с левой стороны от полосы торможения, движется автомобиль ВАЗ-2115 красного цвета, с включенными фарами, и двигался он в прямом направлении, указатели поворота у автомобиля включены не были. По полосе торможения данный автомобиль не двигался, на встречную полосу при движении не выезжал. После этого в момент, когда вышеуказанный автомобиль красного цвета не доехал до перекрестка около 50 метров, автомобиль Тойота, который стоял перед ее автомобилем, начал движение вперед, а затем начал выполнять маневр поворота налево. Во время движения на автомобиле Тойота горели габаритные огни, и был включен левый указатель поворота, а на автомобиле ВАЗ-2115 красного цвета горел ближний свет фар. Перекресток автомобиль Тойота не успел проехать, как она услышала сильный удар и тут же увидела, что автомобиль Тойота и автомобиль ВАЗ-2115 красного цвета столкнулись. После столкновения автомобиль Тойота остановился частично на полосе для движения в направлении 

<

адрес>, частично на полосе для движения в направлении 

<

адрес>, под углом, а автомобиль ВАЗ-2115 оказался передней частью в направлении 

<

адрес>, но на встречной для него полосе движения; 

протоколом проверки показаний свидетеля ФИО13 на месте от ДД.ММ.ГГГГ со схемой и фототаблицей к нему, согласно которому свидетель на месте показала, что передняя часть автомобиля ВАЗ-211540 под управлением ФИО17 в момент, когда автомобиль Тойота под управлением ФИО1 начал выезжать с автодороги 

<

адрес> на проезжую часть автодороги 

<

адрес>, располагалась на правой половине автодороги Ряжск-ФИО2» при движении в направлении 

<

адрес> со стороны 

<

адрес>, на расстоянии 46,6 м от автодороги, с которой выезжал автомобиль Тойота. Кроме того, свидетель ФИО13 пояснила, что автомобиль Тойота под управлением ФИО1 сначала проехал несколько метров прямо, а затем, как выехал на проезжую часть автодороги 

<

адрес>, стал двигаться под углом в левую сторону, то есть в направлении 

<

адрес> (т. № л.д. №);

показаниями свидетеля ФИО17 на следствии и в суде, из которых усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 17 час. 30 мин. он управлял автомобилем ВАЗ-2115, его супруга сидела на переднем пассажирском сиденье, сзади сидели его трое детей и теща ФИО25, которая не была пристегнута ремнем безопасности. Зрение у него плохое, поэтому автомобилем управляет всегда в очках, и в тот день он управлял автомобилем в очках, алкогольные напитки, наркотические вещества и лекарственные препараты не употреблял.

В период времени с 18 час. 00 мин. до 18 часов 20 минут он двигался на вышеуказанном автомобиле по автодороге 

<

адрес> со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>. Во время движения на его автомобиле горел ближний свет фар, он двигался со скоростью около 80 км/час. Двигаясь по вышеуказанной автодороге, он приближался к перекрестку автодороги 

<

адрес> - 

<

адрес> - д.

<

адрес>. По ходу его движения с правой стороны от него была полоса торможения для поворота направо, которая заканчивалась перед перекрестком, и по этой полосе двигалась колонна автомобилей. Он двигался по своей полосе движения, предназначенной для проезда вышеуказанного перекрестка прямо в сторону 

<

адрес>. Подъезжая к вышеуказанному перекрестку, неожиданно для него справа, то есть со стороны 

<

адрес>, из-за колонны автомобилей, которые поворачивали направо в направлении 

<

адрес>, выехал автомобиль типа «джип», темного цвета, который, въезжая на перекресток, перекрыл полосу его движения. Данный автомобиль выехал на полосу автодороги, по которой он двигался, под углом в сторону мкр. Приокский 

<

адрес>, пересекая траекторию его движения. Далее он, чтобы избежать столкновения с автомобилем типа «джип», начал тормозить, повернул руль влево, при этом его автомобиль выехал на полосу встречного движения. В правую сторону он направить свой автомобиль не мог, так как там двигались другие автомобили, намеревающиеся повернуть направо в сторону 

<

адрес>. Столкновения с автомобилем «джип» избежать не удалось, оно произошло на встречной полосе относительно его движения. Автомобиль «джип» столкнулся своей левой передней частью с передней правой частью его автомобиля. Очевидцы произошедшего вывели из автомобиля его тещу ФИО25, которая впоследствии скончалась в лечебном учреждении;

протоколом проверки показаний свидетеля ФИО17 на месте от ДД.ММ.ГГГГ со схемой и фототаблицей, из которого следует, что свидетель ФИО17 на участке автодороги 

<

адрес> указал место, где ДД.ММ.ГГГГ произошло дорожно-транспортное происшествие, а также указал на места проезжей части автодороги, где находились передние части автомобилей, участвовавших в дорожно-транспортном происшествии в момент, когда он увидел, что на его полосу движения выезжает автомобиль «Tойота», под управлением ФИО1; расстояние между передними частями их автомобилей составило 45,2 м (т. № л.д. №);

показаниями свидетеля ФИО22 в суде, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ примерно в 18 час. 10 мин. она совместно со своим супругом ФИО17, своими детьми и своей матерью ФИО25 на автомобиле ВАЗ 2115 под управлением ФИО17 двигались по автодороге 

<

адрес> со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес> и приближались к перекрестку автодороги 

<

адрес> - 

<

адрес> - д.

<

адрес>. Ее мать ФИО25 сидела на заднем сиденье и ремнем безопасности пристегнута не была. Их автомобиль двигался по полосе движения автодороги 

<

адрес> со стороны 

<

адрес>, предназначенной для проезда вышеуказанного перекрестка в прямом направлении, а именно в сторону 

<

адрес>, с правой стороны от них до перекрестка была полоса торможения. В 18 час. 10 мин. она увидела, что со стороны 

<

адрес> на перекресток со второстепенной дороги выехал автомобиль «джип», который стал пересекать полосу их движения. Ее супруг стал тормозить и выворачивать руль влево, чтобы избежать столкновения, но столкновения избежать не удалось. Ее мать получила телесные повреждения, т который через несколько дней скончалась в больнице; 

показаниями свидетеля ФИО12 в суде, из которых усматривается, что он на своем автомобиле Вольво XC-70, государственный регистрационный знак № двигался по автодороге 

<

адрес> из мкр.

<

адрес> в 

<

адрес>. Подъехав к перекрестку, он увидел, что на перекрестке произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей ВАЗ-2115 и Тойота. Он остановил свой автомобиль и побежал оказывать помощь пострадавшим, при этом позвонил в единую диспетчерскую службу и сообщил о случившемся дорожно-транспортном происшествии;

рапортами оперативного дежурного МОМВД России «Касимовский» от ДД.ММ.ГГГГ о том, что ДД.ММ.ГГГГ в 18 час. 14 мин. от ФИО12 и в 18 час. 15 мин. от ФИО13 поступили сообщения о ДТП на 

<

адрес> (т. № л.д. №);

показаниями в суде свидетеля - следователя СО МОМВД России «Касимовский» ФИО19 о том, что ДД.ММ.ГГГГ после в 18 часов ему от оперативного дежурного МОМВД России «Касимовский» поступило указание проследовать на участок автодороги 

<

адрес>, где произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого пострадали люди. Им было установлено, что на данном участке автодороги имеется перекресток, на котором столкнулись два автомобиля - Тойота под управлением ФИО1 и ВАЗ-2115. После этого он стал осматривать место дорожно-транспортного происшествия совместно с понятыми, на месте ДТП также присутствовал водитель ФИО1, остальные были госпитализированы. В ходе осмотра места дорожно-транспортного происшествия были обнаружены след сдира асфальтового покрытия и следы юза, которые были им отражены в протоколе осмотра места происшествия и в схеме к данному протоколу. Данные следы были замерены, и была произведена «привязка» данных следов. В ходе осмотра места происшествия им составлялась схема, где фиксировались следы. После составления схемы она была представлена для ознакомления участвующим лицам, при этом водитель ФИО1 подписывать данную схему отказался, не объяснив причин, только сказал, что никаких документов подписывать не будет. Затем был составлен протокол осмотра места происшествия, понятые с ним ознакомились и подписали. В ходе осмотра места происшествия он не делал соскобы со следов торможения, так как данные следы были зафиксированы в присутствии понятых, и на тот момент ни у кого из участвующих лиц не возникало сомнений относительно принадлежности следов участникам ДТП. Водитель ФИО1 ходатайств о том, чтобы сделать соскобы со следов торможения не заявлял. Фотографические снимки на месте происшествия он (ФИО19) делал в темное время суток, так как на момент осмотра места происшествия уже стемнело, снимки получились не очень хорошего качества, однако на данных снимках видны следы дорожно-транспортного происшествия, кроме того, данные следы были описаны в протоколе осмотра места происшествия и зафиксированы на схеме; 

показаниями свидетеля ФИО26 на следствии и в суде, согласно которым он ДД.ММ.ГГГГ со своим знакомым ФИО27 по просьбе сотрудника полиции на эвакуаторе прибыли на место дорожно-транспортного происшествия, которое произошло на перекрестке. Автомобиль ВАЗ-2115, красного цвета, у которого была деформирована передняя правая часть, стоял передней частью в направлении 

<

адрес>. Также частично на полосе автодороги, предназначенной для движения в направлении 

<

адрес> со стороны 

<

адрес>, частично на полосе автодороги, предназначенной для движения в направлении 

<

адрес> со стороны 

<

адрес>, стоял автомобиль Тойота (внедорожник), передней частью в направлении д.

<

адрес>, у которого была деформирована передняя левая часть. На проезжей части автодороги была осыпь стекла и пластиковых деталей от автомобилей. Также на проезжей части автодороги были следы юзов и следы сдиров на асфальтовом покрытии. Он и ФИО27 участвовали понятыми при оформлении ДТП. На схеме следователь фиксировал следы и объекты, имеющиеся на проезжей части автодороги, производил фотографирование места происшествия. Осмотр производился в темное время. Все следы и объекты, имеющиеся на месте дорожно-транспортного происшествия, следователь измерял при помощи измерительной рулетки и «привязывал» их между собой, а также «привязывал» их к окончанию проезжей части автодороги. Все замеры производились в присутствии его и ФИО27, также в присутствии водителя автомобиля Тойота. Они ознакомились со схемой и подписали ее. Далее следователь передал указанную схему водителю автомобиля Тойота, он с ней ознакомился, сфотографировал, но подписывать не стал, не объяснив причины, только сказал, что никаких документов подписывать не будет. Затем следователь составил протокол осмотра места происшествия, с которым они, как понятые, ознакомились и подписали. Данные автомобили эвакуировал он и ФИО27 на специальную стоянку; 

показаниями свидетеля ФИО27 в суде, из которых следует, что со своим знакомым ФИО26 на перекрестке дорог на Окружной автодороге в один из осенних вечеров он принимал участие в осмотре участка автодороги. По окончании осмотра ему и ФИО26 были переданы документы, которые он подписал. Легковой автомобиль с места ДТП ими на эвакуаторе был доставлен на спецстоянку; 

показаниями потерпевшей ФИО7 в судебном заседании о том, что у нее была мать ФИО25, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которая ДД.ММ.ГГГГ скончалась в ОКБ 

<

адрес> от телесных повреждений, которые она получила ДД.ММ.ГГГГ в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего на автодороге 

<

адрес> 

рапортом ИДПС ОГИБДД МОМВД России «Касимовский» ФИО28 от ДД.ММ.ГГГГ о том, что ДД.ММ.ГГГГ в 18 час. 10 мин. на 202 км автодороги 

<

адрес> ФИО1, управляя автомобилем Тойота, при выезде с 

<

адрес>, не предоставил преимущество движущемуся по главной дороге 

<

адрес> автомобилю ВАЗ-211540 под управлением ФИО17 В результате ДТП впоследствии погибла ФИО25 В связи с чем материалы направлены органу следствия для уголовного преследования (т. № л.д. №);

протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ со схемой и фототаблицей, согласно которому осмотром являлся участок автодороги, расположенный на 203 км автодороги 

<

адрес>, на котором имеется перекресток. Справа примыкает автодорога с 

<

адрес>, слева автодорога, ведущая в д.

<

адрес>. На осматриваемом участке автодороги имеется дорожная разметка, перед перекрестком имеются дополнительные две полосы: с левой стороны полоса разгона, с правой стороны полоса торможения. Ширина проезжей части автодороги 

<

адрес> 16,7 м, ширина правой полосы автодороги 

<

адрес> 4,1 м, ширина левой полосы автодороги 

<

адрес> 4,1 м, ширина полосы торможения 3,75 м, ширина полосы разгона 4,4 м. Ширина разметки 1.3 – 0,35 м. На правой обочине автодороги, ведущей из 

<

адрес>, на расстоянии 36 м от кромки проезжей части автодороги 

<

адрес> установлен дорожный знак 2.4 «Уступите дорогу». На расстоянии 18,6 м в направлении 

<

адрес> от левой линии дорожной разметки 1.3, расположенной по центру проезжей части автодороги 

<

адрес>, начинается след юза шириной 0,13 м, длиной 6,05 м, который на расстоянии 2,7 м от его начала изменяет направление и заканчивается на левой полосе автодороги под правым задним колесом автомобиля ВАЗ-211540 государственный регистрационный знак № Далее напротив места изменения направления следа юза, параллельно ему на расстоянии 0,43 м в сторону правой обочины по ходу осмотра начинается сдир шириной 0,025 м, длиной 0,14 м. На левой половине проезжей части автодороги 

<

адрес> передней частью в сторону 

<

адрес> находится автомобиль ВАЗ-211540 государственный регистрационный знак №. Далее на левой половине проезжей части автодороги 

<

адрес> передней частью в направлении д. Кауровка находится автомобиль Toyota Land Cruiser, государственный регистрационный знак №. Расстояние от центра переднего левого колеса автомобиля ВАЗ-211540 до центра переднего левого колеса автомобиля Toyota - 4,2 м. От задней части автомобиля ВАЗ-211540 начинается осыпь пластиковых деталей и стекла, которая имеет размеры 10,5х8 м. На расстоянии 0,1 м от центра заднего правого колеса автомобиля ВАЗ-211540 и 10,8м от левой кромки проезжей части автодороги 

<

адрес> начинается дугообразный след юза длиной 1,7 м, шириной 0,4 м. У автомобиля ВАЗ-211540 деформированы передняя часть и правая сторона, у автомобиля Toyota деформированы передняя часть и левая сторона (т. № л.д. №); 

протоколом дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ со схемой и фототаблицей, согласно которому было установлено наличие разметки и измерена ширина проезжей части автодороги 

<

адрес> (т. №.д. №);

заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому при исследовании трупа ФИО25 выявлены множественные телесные повреждения и установлена причина ее смерти (т. № л.д. №

заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому неисправностей рабочей тормозной системы, рулевого управления и колесных узлов автомобиля ВАЗ-211540, государственный регистрационный знак №, которые могли послужить технической причиной ДТП, не выявлено (т. № л.д. №);

показаниями в суде эксперта ФИО20, подтвердившего данное им заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, и показавшего, что тормозная система ВАЗ 211540 находилась в работоспособном состоянии, при этом факт наличия одного следа торможения на месте ДТП не является свидетельством того, что тормозная система у автомобиля неисправна;

заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому каких-либо признаков, указывающих на наличие неисправностей элементов рабочей тормозной системы, рулевого управления и колесных узлов автомобиля Toyota Land Cruiser, которые могли быть образованы до дорожно-транспортного происшествия и послужить его технической причиной, не выявлено (т. 1 л.д. 93-99);

заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому место столкновения автомобилей Toyota Land Cruiser и ВАЗ-211540 находится в районе «следа сдира».

В данной ситуации водитель автомобиля ВАЗ-211540 должен был руководствоваться требованиями пунктов 1.3, 10.1 Правил дорожного движения РФ; водитель автомобиля Toyota Land Cruiser должен был руководствоваться требованиями пунктов 1.3, 8.1, 13.9 и требованиями дорожного знака 2.4 Правил дорожного движения РФ (т.№ л.д. №);

протоколом проверки показаний ФИО1 на месте от ДД.ММ.ГГГГ со схемой и фототаблицей, согласно которому ФИО1 указал на участок автодороги 

<

адрес>, где ДД.ММ.ГГГГ произошло дорожно-транспортное происшествие, и указал на места проезжей части автодороги, где находились передние части автомобилей, участвовавших в дорожно-транспортном происшествии, в момент, когда он увидел, что на его автомобиль Тойота со стороны 

<

адрес> движется автомобиль ВАЗ-211540 под управлением ФИО17; расстояние между передними частями автомобилей составило 8,9 м (т. № л.д. №);

заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в момент контакта продольные оси автомобилей Toyota Land Cruiser, государственный регистрационный знак № и ВАЗ-211540, государственный регистрационный знак №, располагались под углом, близким к 145о (т. № л.д. №);

протоколами осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым были осмотрены автомобиль ВАЗ-211540, государственный регистрационный знак № и автомобиль Toyota Land Cruiser, государственный регистрационный знак №, и описаны видимые механические повреждения (т. № л.д. №

заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому установлен механизм развития столкновения автомобилей: на стадии сближения автомобиль ВАЗ-211540, государственный регистрационный знак №, двигался в направлении 

<

адрес>, при этом смещался к левому краю проезжей части. Траектория направления движения автомобиля Toyota Land Cruiser, государственный регистрационный знак №, относительно направления движения автомобиля ВАЗ-211540 была перекрестная, встречная. Место столкновения автомобилей Toyota Land Cruiser и ВАЗ-211540 находится в районе «следа сдира». 

В наиболее вероятной форме «след сдира шириной 0,025 м, длиной 0,14 м» мог быть оставлен передней частью правого порога автомобиля ВАЗ-211540. Автомобиль Toyota Land Cruiser в процессе столкновения развернуло по ходу часовой стрелки, что, по мнению, эксперта, подтверждается «дугообразным следом юза длиной 1,7 м, шириной 0,4 м», который в вероятной форме был оставлен задним правым колесом автомобиля Toyota Land Cruiser в момент столкновения. Увеличенная ширина этого следа может объясняться резким нарастанием нагрузки на колесо в момент столкновения. 

Расстояние между автомобилями в момент возникновения опасности для движения было 45,2-50 м. Водитель автомобиля ВАЗ-211540 не имел технической возможности предотвратить столкновение путем применения экстренного торможения. В момент контакта продольные оси автомобилей Toyota Land Cruiser и ВАЗ-211540 располагались под углом, близким к 145?, при этом продольная ось автомобиля Toyota Land Cruiser и осевая линия дороги (дорожная разметка 1.3) располагались под углом, близким к 32? (т. 2 л.д. 211-221);

показаниями эксперта ФИО14, подтвердившего выводы заключений экспертиз № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, и показавшего, что след сдира оставлен лонжероном автомобиля ВАЗ 211540, поскольку след на проезжей части совпадает с повреждениями автомобиля. Начало образования следа юза длиной 1,7 м, шириной 0,4 м совпало с расположением заднего правого колеса автомобиля Тойота, в связи с чем им был сделан вывод, что данный след мог быть оставлен задним правым колесом автомобиля Тойота. Автомобиль Тойота в момент столкновения располагался на двух полосах проезжей части, автомобиль ВАЗ-211540 располагался на полосе встречного движения, а столкновение произошло ближе к осевой линии; 

заключением дополнительной судебной автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, подтвердившей выводы автотехнической экспертизы № и дополнительно установившей, что угол между продольными осями транспортных средств в момент начала столкновения составлял 130-150°. При этом автомобиль ВАЗ-211540 смещался влево и вперед относительно своей первоначальной траектории движения, а автомобиль Toyota Land Cruiser разворачивался по направлению вращения «часовой стрелки» передней частью назад вправо. 

В случае, если расстояние до места столкновения с автомобилем Toyota Land Cruiser было меньше 68 м, то водитель ФИО17 не располагал технической возможностью экстренным торможением автомобиля ВАЗ-211540 остановиться до места столкновения. 

Действия водителя ФИО2 Д.В. не соответствовали требованиям пункта 13.9 Правил дорожного движения и дорожного знака 2.4 «Уступите дорогу», а действия водителя ФИО17 не соответствовали требованиям пункта 10.1 Правил дорожного движения (т. 6 л.д. 218-227).

Все изложенные в приговоре доказательства суд проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. Достоверность и допустимость доказательств, положенных судом в основу обвинительного приговора, у апелляционной инстанции сомнений не вызывает, оснований для иной оценки доказательств, чем приведена в приговоре, не имеется. 

Анализируя исследованные доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что ФИО1, управляя автомобилем Toyota Land Cruiser, в нарушение пунктов 1.3, 1.5, 8.1, 13.9 ПДД РФ, двигаясь по второстепенной дороге и приближаясь к нерегулируемому перекрестку, проявляя преступную небрежность, не учитывая интенсивность движения, создавая опасность для движения и помехи другим участникам дорожного движения, на перекрестке неравнозначных дорог, не соблюдая требование дорожного знака 2.4 «Уступите дорогу» Правил дорожного движения Российской Федерации, не уступил дорогу автомобилю ВАЗ-211540 под управлением ФИО17, приближающемуся слева по главной дороге, и выехал на перекресток, перекрыв полосу движения вышеуказанному автомобилю и совершив с ним столкновение. В результате ДТП пассажир автомобиля ВАЗ-211540 ФИО25 получила телесные повреждения, от которых впоследствии скончалась. 

С учетом изложенного, суд правильно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, Правил дорожного движения РФ, повлекшее по неосторожности смерть человека. Оснований для иной квалификации не имеется.

Многочисленные доводы осужденного и его защиты о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, недоказанности виновности ФИО1, недостаточности и противоречивости собранных и исследованных доказательств, их несостоятельности были предметом исследования суда первой инстанции и получили свою объективную оценку в обжалуемом приговоре, оснований для переоценки изложенных судом выводов суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Вопреки доводам защиты о грубом нарушении водителем ФИО17 Правил дорожного движения РФ, а именно п.п. 2.1.2, 22.8, 9.1, 9.2, 10.1 ПДД РФ, судом установлено, что своими действиями водитель ФИО1 вынудил применить экстренное торможение водителя ФИО17, который видя, что не успеет снизить скорость до полной остановки транспортного средства и с целью уйти от столкновения, вывернул руль влево, куда также продолжил свое движение водитель ФИО1, после чего произошло дорожно-транспортное происшествие - столкновение автомобилей. Торможение автомобиля ВАЗ 211540 под управлением ФИО17 и изменение им траектории движения в целях избежания столкновения свидетельствует о том, что была создана опасность для его движения. Действия водителя ФИО17 явились следствием проявления водителем ФИО1 преступной небрежности и нарушения им требований п. 13.9 ПДД РФ, дорожного знака 2.4 «Уступите дорогу», поскольку ФИО1 не предоставил преимущество в движении приближающемуся по главной дороге транспортному средству вне зависимости от направления движения автомобиля под управлением водителя ФИО17

Тот факт, что автомобиль ВАЗ-211540 под управлением ФИО17 заехал на полосу автодороги, предназначенную для встречного движения, на квалификацию действий ФИО1 при изложенных выше обстоятельствах не влияет, не свидетельствует о наличии у ФИО1 преимущественного права на движение. Нарушение требований п. 10.1, п. 2.1.2 Правил дорожного движения Российской Федерации водителем ФИО17 при указанных обстоятельствах не привели к созданию описываемой дорожной обстановки, не находятся в прямой причинной связи с дорожно-транспортным происшествием и, в свою очередь, с наступившими последствиями. 

Суд не может согласиться с доводами защитника о том, что использование экспертами недостоверных сведений, указанных в протоколе осмотра места происшествия, и нарушение методических рекомендаций повлекло признание недопустимыми доказательствами заключения № (т. № л.д. №), № (т. № л.№), № (т.№ л.д. №) по следующим основаниям.

Автотехническая экспертиза №, выполненная экспертом ФИО20, проведена с соблюдением требований закона, эксперт ФИО20 в суде пояснил, какие методические рекомендации он использовал при производстве экспертизы, в связи с чем оснований для проведения повторной автотехнической судебной экспертизы по установлению исправности тормозной системы автомобиля ВАЗ-211540 не имеется.

Автотехнические экспертизы № и №, выполненные экспертом ФИО14, проведены с использованием сведений, отраженных в протоколе осмотра места происшествия, которые подтвердили участвовавшие в осмотре понятые. При этом ФИО1 каких-либо замечаний, ходатайств, возражений относительно указания в протоколе неверных сведений в ходе осмотра не заявлял.

В судебном заседании при допросе эксперт ФИО14 пояснил, что им использовалась компьютерная программа «Автограф» исключительно с целью масштабирования, при этом каких-либо экспертных вычислений, моделирований с помощью указанной программы им не проводилось. В связи с чем доводы защиты о недопустимости экспертизы № вследствие отсутствия в заключении сведений об используемой компьютерной программе является несостоятельным. 

Суд соглашается с доводами осужденного о неверном указании экспертом при составлении масштабной схемы ДТП с использованием специального программного обеспечения расстояния 4,2 м от центра переднего левого колеса автомобиля ВАЗ-211540 до центра заднего левого колеса автомобиля Тойота, в то время как в протоколе осмотра места происшествия и схеме к нему данное расстояние данное расстояние указано от центра переднего левого колеса автомобиля Тойота. Вместе с тем, из показаний допрошенного в суде эксперта ФИО14 следует, что данное ошибочное указание расстояния между колесами автомобиля не повлияло на его вывод о расположении транспортных средств на проезжей части непосредственно перед ДТП.

Кроме того, анализ материалов дела, показаний очевидцев ДТП, позволяет сделать вывод, что столкновение автомобилей ВАЗ-211540 и Тойота в момент первоначального контакта происходило передней правой угловой частью ВАЗ-211540 и левой передней частью автомобиля Тойота, при этом угол между продольными осями транспортных средств составлял величину в пределах 130-1500. В рассматриваемом ДТП происходило перекрестное встречное эксцентричное столкновение, при котором автомобиль ВАЗ-211540 смещался влево и вперед относительно своей первоначальной траектории движения, а автомобиль Тойота разворачивался по направлению вращения «часовой стрелки» передней частью назад вправо, что противоречит обстоятельствам, изложенным ФИО1, в связи с чем версия ФИО1 о механизме дорожно-транспортного происшествия, при котором он успел завершить маневр поворота налево, продолжил движение по автодороге в сторону 

<

адрес>, проехав расстояние, равное 15-20 м, не нашла своего подтверждения. Кроме того, эксперт ФИО14 и в суде первой инстанции, и в суде апелляционной инстанции подтвердил выводы экспертного заключения № о том, что в момент контакта продольная ось автомобиля Тойота, государственный регистрационный знак № и осевая линия дороги располагались под углом, близким к 32о. Данные выводы экспертизы и показания эксперта ФИО14 согласуются с показаниями очевидца ДТП - свидетеля ФИО13 в ходе проверки ее показаний на месте, которая показала, что автомобиль Тойота под управлением ФИО1 сначала проехал несколько метров прямо, а затем, как выехал на проезжую часть автодороги 

<

адрес>, стал двигаться под углом в левую сторону, то есть в направлении 

<

адрес>.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что несмотря на то, что при производстве автотехнической экспертизы № экспертом не использовалась фототаблица, приложенная к протоколу осмотра места происшествия, данное обстоятельство не повлияло на выводы эксперта, о чем подтвердил в суде эксперт ФИО14 Кроме того, судом первой инстанции была назначена и проведена дополнительная автотехническая экспертиза, в ходе которой эксперту представлялась фототаблица, при этом выводы дополнительной экспертизы согласуются с выводами первичной экспертизы.

Вопреки доводам осужденного о наличии противоречий в выводах экспертиз № и №, суд обоснованно установил, что выводы указанных экспертиз не противоречат друг другу, а напротив, конкретизируют природу возникновения «дугообразного следа юза длиной 1,7 м, шириной 0,4 м». Так, согласно данным экспертизы №, на масштабной схеме непосредственного контакта автомобилей Тойота и ВАЗ-211540 и их расположения относительно границ проезжей части видно, что «дугообразный след юза длиной 1,7 м, шириной 0,4 м» берет свое начало с места расположения заднего правого колеса автомобиля Тойота, из чего сделан вывод, что он был оставлен задним правым колесом автомобиля Тойота в момент столкновения. Увеличенная ширина этого следа объясняется резким нарастанием нагрузки на колесо в момент столкновения. Из заключения эксперта № следует, что внешним осмотром шин автомобиля Тойота было установлено, что на момент экспертного осмотра следов, характерных для применения водителем экстренного торможения, вплоть до блокировки колес, не имеется. 

Таким образом, дугообразный след юза длиной 1,7 м, шириной 0,4 м оставлен задним правым колесом автомобиля Тойота в момент столкновения, что подтвердил в суде апелляционной инстанции эксперт ФИО14 Вывод о том, что на момент экспертного осмотра следов, характерных для применения водителем Тойота экстренного торможения, вплоть до блокировки колес, не имеется, указывает на то, что дугообразный след юза оставлен не при торможении, а при нарастании нагрузки на заднее правое колесо автомобиля Тойота.

При вышеуказанных обстоятельствах доводы осужденного о том, что след юза не имеет отношения к произошедшему ДТП, основанный на оценке заключения специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ и показаниях в суде специалиста ФИО21, которым судом дана надлежащая оценка, а также о необходимости назначения и проведения идентификационной экспертизы данного следа юза, суд находит несостоятельными. 

Доводы осужденного ФИО1 о том, что поскольку при проведении экспертизы № экспертам ФБУ Приволжский РЦСЭ не были представлены данные о моменте возникновения опасности для движения транспортного средства, не указано каким расстоянием до места столкновения располагал водитель автомобиля ВАЗ 211540 для предотвращения ДТП данное доказательство не может быть использовано, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку момент возникновения опасности устанавливается судом, а вопрос о возможности предотвращения ДТП ФИО17 исследовался экспертами и на него получен ответ. 

При указанных выше обстоятельствах, принимая во внимание, что вышеприведенные экспертизы проведены с соблюдением требований УПК РФ, проведенная с использованием ранее проведенных заключений экспертов ФИО20 и ФИО14 дополнительная автотехническая экспертиза, выполненная экспертом ФИО15, также является допустимым и достоверным доказательством. 

Вопреки доводам осужденного ФИО1, основанным на оценке показаний свидетеля ФИО17 в совокупности с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (т№ л.д.№) о том, что водитель автомобиля ВАЗ-211540 ФИО17 либо пытался с помощью маневра в левую сторону уйти от какой-то ранее возникшей опасной ситуации, либо тормозная система автомобиля ВАЗ-211540 была неисправна, являются голословными, основанными на субъективной оценке данных доказательств.

Так, обстоятельства изменения ФИО17 траектории движения были установлены судом и следуют из вышеприведенных обстоятельств, а состояние тормозной системы автомобиля ВАЗ проверялась экспертным путем и установлено заключением эксперта №.

Доводы осужденного о том, что после получения экспертного заключения № свидетель ФИО17 в ходе проверки его показаний на месте изменил свои показания, однако из первоначальных показаний свидетеля, по мнению осужденного, следует, что водитель автомобиля ВАЗ-211540 ФИО17, проехав 33 м, выехал на встречную полосу движения и совершил столкновение с его автомобилем Тойота, который уже проехал 12,2 м по своей полосе главной дороги в сторону 

<

адрес>, суд находит несостоятельными по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что свидетель ФИО17 был допрошен в ходе предварительного следствия, затем его показания проверялись на месте ДТП, где он, находясь в обстановке на местности, уточнил свои показания, и судом первой инстанции была дана надлежащая оценка показаниям свидетеля путем их сопоставления с иными доказательствами по делу, и они обоснованно были признаны судом достоверными.

Доводы осужденного о наличии противоречий в показаниях свидетеля ФИО17, который в суде пояснил, что автомобиль Тойота на перекрестке стал для него неожиданностью, и ранее он его не видел, а в ходе проверки показаний на месте пояснял, что увидел автомобиль Тойота за 42,5 м, не могут быть приняты во внимание, поскольку обнаружение свидетелем автомобиля на указанном расстоянии могло и явилось для него неожиданным.

Доводы защитника и осужденного ФИО1 о ложности показаний свидетеля ФИО16 суд находит несостоятельными, поскольку имеющиеся в показаниях свидетеля ФИО16 в суде неточности в указании марки автомобиля под управлением ФИО1 и то обстоятельство, что свидетель не узнал ФИО1 в судебном заседании, не свидетельствуют о недостоверности его показаний. Свидетель описал дорожную обстановку, предшествующую столкновению, момент столкновения автомобилей и расположение автомобилей после столкновения, и в этой части его показания согласуются с иными доказательствами по делу. 

Доводы осужденного о том, что следователи ФИО19 и ФИО18 скрыли фотографии с места ДТП, которые он (осужденный) впоследствии обнаружил на сайте УГИБДД по Рязанской области не могут быть приняты судом во внимание, поскольку представленными осужденным фотографиями невозможно установить источник их происхождения, а именно не установлено кем и когда они были сделаны, информационный ресурс, откуда они получены; кроме того, данные фотографии получены осужденным непроцессуальным путем. 

Также не может быть принят во внимание довод осужденного о том, что на имеющихся у него фотографиях отображено наличие на проезжей части лобового стекла автомобиля ВАЗ-211540, чего нет в материалах уголовного дела, поскольку, как установлено, осыпи стекла и пластика, а также отделившиеся от транспортного средства части и фрагменты не являются однозначно достоверным признаком для утверждения в категоричной форме о месте контактного взаимодействия транспортных средств, а являются лишь дополнительным признаком для определения расположения места столкновения. 

Из обстоятельств, установленных судом следует, что ФИО1 вменяется нарушение п.п. 1.3, 1.5, 8.1, 13.9 Правил дорожного движения Российской Федерации, и несоблюдение требований дорожного знака 2.4 «Уступите дорогу» Правил дорожного движения Российской Федерации.

Место и механизм столкновения автомобилей ВАЗ-211540 под управлением ФИО17 и Тойота под управлением ФИО1 установлены исходя из следов, образовавшихся после ДТП, - в районе следа сдира, который расположен на левой половине проезжей части автодороги 

<

адрес> относительно движения в направлении 

<

адрес>, на расстоянии 5,5 м от ближней к 

<

адрес> границы проезжей части автодороги - 

<

адрес>.

Таким образом, исследование дорожной разметки, ее точное расположение не относится в данном случае к обстоятельствам, подлежащим доказыванию, поскольку осужденному ФИО1 не вменяется нарушение дорожной разметки, а вынужденное торможение и перемещение автомобиля ВАЗ-211540 под управлением ФИО17 на встречную полосу не состоит в прямой причинно-следственной связи с ДТП.

Вопреки позиции защиты о нарушении судом права ФИО1 на защиту, основанной на отказе суда в удовлетворении ходатайства стороны защиты о вызове в суд для допроса в качестве свидетелей инспекторов дорожно-патрульной службы, первыми прибывших на место ДТП, - ФИО36, ФИО37, ФИО38, а также сотрудников следственного отдела ФИО39 и ФИО40, проводивших осмотр места происшествия вместе со следователем ФИО19, указанные ходатайства стороны защиты были рассмотрены судом, в их удовлетворении обоснованно отказано, поскольку данные лица не являлись очевидцами дорожно-транспортного происшествия, а прибыли после его совершения, вместе с тем обстановка после дорожно-транспортного происшествия была зафиксирована в протоколе осмотра места происшествия с указанием параметров проезжей части, с описанием расположения автомобилей и повреждений на них. Кроме того, присутствие на месте ДТП инспекторов дорожно-патрульной службы ФИО41, ФИО42, ФИО43, а также сотрудников следственного отдела ФИО44 и ФИО45 не свидетельствует об их участии в производстве следственных действий.

Доводы осужденного ФИО1 о том, что суд проигнорировал его ходатайство проведении предварительного слушания, заявленное при завершении предварительного следствия и после ознакомления с материалами уголовного дела, чем нарушил его право на защиту, суд находит несостоятельными по следующим основаниям.

Из протокола ознакомления с материалами дела следует, что ФИО1 заявил ходатайство о проведении предварительного слушания, однако основания для его проведения не указал. Данное ходатайство ФИО1 было рассмотрено судьей при подготовке судебного разбирательства и, руководствуясь п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2009 года № 28 «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству», в проведении предварительного слушания судом было обоснованно отказано.

Вопреки доводам осужденного о том, что председательствующим задавались наводящие вопросы свидетелям, судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями закона, в рамках требований ст. 252 УПК РФ, участникам судебного разбирательства судом были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и исполнения или процессуальных обязанностей; все сомнения в обстоятельствах инкриминированного осужденному преступления, на которые указано им в жалобе, судом проверены и оценены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. 

Таким образом, вопреки доводам стороны защиты выводы суда о виновности ФИО1 обоснованы и подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании, которые убедительно и достоверно подтверждают вину ФИО1

Обсуждая вопрос о вменяемости ФИО1, суд исходил из отсутствия сведений о наличии у него психических расстройств, а также с учетом его поведения в судебном заседании обоснованно признал его вменяемым в отношении совершенного им преступления. 

При назначении наказания ФИО1 суд в соответствии со ст.60 УК РФ в полной мере учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные характеризующие личность виновного, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 суд первой инстанции обоснованно признал в соответствии с п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ оказание помощи потерпевшей непосредственно после дорожно- транспортного происшествия; в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ – наличие несовершеннолетнего ребенка, положительные характеристики по месту жительства и работы, факт выплаты денежных средств на погребение ФИО25, а также то обстоятельство, что ФИО25, как пассажир автомобиля ВАЗ-211540, государственный регистрационный знак 

<

***>, под управлением ФИО17, в момент дорожно-транспортного происшествия не была обеспечена ремнем безопасности. 

Также судом правильно учтены характеризующие данные ФИО1: ФИО1 не судим, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, женат, имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка – ФИО2 А.Д., ДД.ММ.ГГГГ года рождения. По месту жительства главой администрации муниципального образования – Ермоловское сельское поселение Касимовского муниципального района Рязанской области ФИО29, УУП МОМВД России по «Касимовский» ФИО30 и также по месту работы у ИП ФИО6 характеризуется положительно.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, предусмотренных ст. 63 УК РФ, суд первой инстанции не усмотрел, не усматривает их наличие и суд апелляционной инстанции.

Таким образом, все смягчающие обстоятельства, подлежащие обязательному признанию, судом учтены, в признании иных обстоятельств смягчающими, суд первой инстанции не усмотрел оснований, не усматривает таковых и апелляционная инстанция. 

С учетом наличия смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствия отягчающих судом правомерно применено положение ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Суд, учитывая характер совершенного преступления, направленного против безопасности дорожного движения, конкретные обстоятельства дела, данные о личности виновного, влияние назначаемого наказания на его исправление и условия жизни его семьи, обоснованно пришел к выводу о назначении ФИО1 основного наказания с применением ст.73 УК РФ. 

Выводы суда об отсутствии оснований к применению положений ст.64 УК РФ, ч.6 ст.15 УК РФ в приговоре мотивированы, и не согласиться с ними у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Оснований для постановления в отношении подсудимого приговора без назначения наказания или же его освобождения от наказания судом правомерно не установлено.

Таким образом, назначенное осужденному ФИО1 наказание является справедливым, соразмерным содеянному, а поэтому оснований к его смягчению суд апелляционной инстанции не находит. 

Гражданский иск потерпевшей судом рассмотрен с соблюдением требований закона. Сумма компенсации морального вреда, взысканная с осужденного в пользу потерпевшей, соответствует степени причиненных им нравственных страданий и определена в строгом соответствии с требованиями ст. 151, 1099 - 1101 ГК РФ.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства влекущих отмену, либо изменение обжалуемого приговора судом допущено не было.

Руководствуясь ст.ст. 38913, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Касимовского районного суда Рязанской области от 14 ноября 2022 года в отношении ФИО1 - оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и его защитника адвоката Буланова А.М. - без удовлетворения.

Судебное решение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции (г. Москва) в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, путем подачи кассационных жалоб (представлений) через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу судебного решения.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалобы (представления) подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ.

В случае рассмотрения дела в кассационном порядке осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья