Дело № 2-2168/2024

УИД 29RS0018-01-2024-002531-73

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

17 декабря 2024 года г. Архангельск

Октябрьский районный суд г. Архангельска в составе

председательствующего судьи Померанцевой А.А.,

при секретаре судебного заседания Киселевой М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «Кузнечевский комбинат строительных конструкций и материалов» о взыскании выходного пособия, процентов за задержку выплаты, компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском к акционерному обществу «Кузнечевский комбинат строительных конструкций и материалов» (далее – АО «Кузнечевский КСКМ»).

В обоснование заявленных требований указал, что 16 февраля 2023 г. протоколом Совета директоров АО «Кузнечевский КСКМ» был избран генеральным директором сроком на 3 года, с ним заключен договор на управление АО «Кузнечевский КСКМ». Пунктом 10.6 Договора предусмотрено, что при расторжении договора по любому основанию генеральному директору выплачивается выходное пособие в размере 12 месячных заработков. В соответствии с п.10.7 Договора размер выходного пособия определяется на основе среднемесячного вознаграждения; размер среднемесячного вознаграждения определяется путем деления на 3 суммы всех денежных выплат, начисленных Генеральному директору в связи с выполнением обязанностей по договору за последние перед оставлением должности 3 месяца. На основании личного заявления истца от 15 апреля 2024 г. приказом № от 17 мая 2024 г. вышеуказанный договор был расторгнут. При увольнении ответчиком выходное пособие выплачено не было. На основании изложенного истец просил взыскать с ответчика выходное пособие при увольнении в размере 4 404 517 руб. 20 коп., проценты за задержку ответчиком выплаты выходного пособия по состоянию на 3 июня 2024 г в размере 79 868 руб. 58 коп., компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

В последующем истец требования увеличил, окончательно просил взыскать с ответчика: выходное пособие в размере 7 492 517 руб. 16 коп.; проценты за задержку выплаты выходного пособия за период с 18 мая 2024 г. по 8 октября 2024 г. в сумме 1 234 267 руб. 33 коп.; а начиная с 9 октября 2024 г. проценты за задержку выплаты выходного пособия до момента фактической его выплаты; компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5.

Истец ФИО1, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд не явился, направил своего представителя ФИО6

Ответчик АО «Кузнечевский КСКМ» о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, в суд своего представителя не направил. Ранее стороной ответчика неоднократно в материалы дела предоставлялись письменные возражения по существу заявленных требований, дополнения к ним. В частности, позиция ответчика по делу сводится к тому, что оснований для выплаты выходного пособия истцу не имеется, поскольку данная выплата, кроме как в договоре управления, более ни в каких локальных актах работодателя не упоминается, трудовым законодательством также не предусмотрена. Советом директоров выплата выходного пособия не утверждалась. В данные выплаты, в любом случае, не могут быть включены начисленные самим же ФИО1 себе премии, а также сумма материальной помощи к отпуску. Согласно контррасчету ответчика размер выходного пособия не может превышать 3 382 801 руб. 20 коп., вместе с тем и данная сумма в соответствии с требованиями разумности должна быть снижена до 845 700 руб. 30 коп. (т.е. составлять 3-х кратный размер среднемесячного заработка за последние 3 месяца). Обращали внимание на то, что в расчет среднего заработка истцом также включена сумма материальной помощи к отпуску, в которую также включены неправомерно, по мнению ответчика, начисленные суммы премий. Выплата денежных средств в большем размере может негативно сказаться на финансовой устойчивости АО «Кузнечевский КСКМ». По итогам 2022 года у предприятия имелась прибыль, по итогам 2023 года – убыток предприятия составил 

<

данные изъяты>., что, по мнению ответчика, свидетельствует о неэффективном руководстве истца. Отсутствие прибыли влекло невозможность начислять и выплачивать премии. В настоящее время в Арбитражном суде Архангельской области рассматривается спор относительно правомерности начисления ФИО1 премий. Сторона ответчика также выражала несогласие с проводимой стороной истца аналогией по произведенным выплатам ФИО4 в размере 10 000 000 руб., указывая, что решение о данной выплате было принято Советом директоров. 

Третьи лица - ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 – о времени и месте судебного заседания извещались по адресам регистрации, от получения судебной корреспонденции уклонились, на основании п.1 ст. 165.1 ГК РФ считаются извещенными надлежащим образом о рассмотрении дела. Третье лицо ФИО5 направил в суд своего представителя ФИО7

В судебном заседании представитель истца ФИО6 исковые требования поддержал в полном объеме, полагал, что со стороны ответчика, включившего в договор с истцом положение о порядке выплаты и размере выходного пособия имеется злоупотребление правом, поскольку в настоящее время ответчик от такой своей обязанности уклоняется. Обращал внимание на противоречивость изложенной стороной ответчика позиции по делу. Указывал, что к истцу каких-либо претензий до момента обращения в суд с настоящим иском со стороны ответчика не имелось. Расторгать договор управления ответчик с истцом не намеревался, соответственно, был в полной мере удовлетворен его работой. Действия истца по начислению премий работникам и себе за спорный период являются правомерными, соответствуют его полномочиям как генерального директора, а также предусмотренной заключенным с ним договором управления системой оплаты труда. Вопреки утверждениям представителя третьего лица – Советом директоров утверждаются только изменения в размере должностного оклада, а также размер премии по итогам года. Оснований для снижения размера выходного пособия до трехкратного размера средней заработной платы не имеется, поскольку достаточных оснований к этому ответчик не привел. Убыток предприятия по итогам 2023 года был вызван геополитической обстановкой, доходы предприятия не снизились, увеличилась себестоимость продукции. 

В судебном заседании представитель третьего лица ФИО5 – ФИО7 – с иском не согласился, поддержав изложенную стороной ответчика в письменных возражениях, позицию.

Выслушав объяснения участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 5 Трудового кодекса Российской Федерации регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса Российской Федерации, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, указами Президента Российской Федерации, постановлениями Правительства Российской Федерации и нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти, нормативными правовыми актами органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления. Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

В силу части 1 статьи 8 Трудового кодекса Российской Федерации работодатели, за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями, принимают локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права, в пределах своей компетенции в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями.

В соответствии с трудовым законодательством регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров (часть 1 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно части 3 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации все работодатели (физические и юридические лица независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (часть 1 статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 2 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации обязательными для включения в трудовой договор являются в том числе следующие условия: условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты); гарантии и компенсации за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, если работник принимается на работу в соответствующих условиях, с указанием характеристик условий труда на рабочем месте; другие условия в случаях, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Часть 1 статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации определяет заработную плату работника как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Согласно части 1 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

В статье 164 Трудового кодекса Российской Федерации дано понятие гарантий и компенсаций, предоставляемых работникам в области социально-трудовых отношений.

Гарантии - это средства, способы и условия, с помощью которых обеспечивается осуществление предоставленных работникам прав в области социально-трудовых отношений (часть 1 статьи 164 Трудового кодекса Российской Федерации).

Компенсации - это денежные выплаты, установленные в целях возмещения работникам затрат, связанных с исполнением ими трудовых или иных обязанностей, предусмотренных Кодексом и другими федеральными законами (часть 2 статьи 164 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с абзацем восьмым статьи 165 Трудового кодекса Российской Федерации помимо общих гарантий и компенсаций, предусмотренных данным Кодексом (гарантии при приеме на работу, переводе на другую работу, по оплате труда и другие), работникам предоставляются гарантии и компенсации в некоторых случаях прекращения трудового договора.

Главой 27 Трудового кодекса Российской Федерации определены гарантии и компенсации работникам, связанные с расторжением трудового договора.

В статье 178 Трудового кодекса Российской Федерации приведен перечень оснований для выплаты работникам выходных пособий в различных размерах и в определенных случаях прекращения трудового договора.

Так, выходные пособия в размерах, устанавливаемых данной нормой, выплачиваются работникам при расторжении трудового договора в связи с ликвидацией организации либо сокращением численности или штата работников организации.

В части 4 статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации содержится положение о том, что трудовым договором или коллективным договором могут предусматриваться другие случаи выплаты выходных пособий, а также устанавливаться повышенные размеры выходных пособий, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при реализации гарантий, предоставляемых Трудовым кодексом Российской Федерации работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом.

В силу ст. 57 Трудового кодекса РФ в трудовом договоре могут предусматриваться дополнительные условия, не ухудшающие положение работника по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

Судом установлено, что 16 февраля 2023 г. протоколом Совета директоров АО «Кузнечевский КСКМ» ФИО1 был избран генеральным директором указанного Общества сроком на 3 года. 

17 февраля 2023 г. Советом директоров АО «Кузнечевский КСКМ» в лице председателя Совета директоров ФИО2, действующего на основании ст. 69 Федерального закона «Об акционерных обществах», и ФИО1 подписан договор на управление акционерным обществом «Кузнечевский комбинат строительных конструкций и материалов» (Том 1 л.д. 17-18).

В соответствии с п.1.2 Договора он является трудовым.

Согласно п.5.1 Договора генеральному директору устанавливается месячный должностной оклад в размере 150 000 руб., с начислением на него надбавок и премий в соответствии с законодательством и установленной системой оплаты труда работникам АО. Должностной оклад генерального директора повышается по решению Совета директоров.

В силу п.5.2 Договора по результатам работы за год за счет прибыли, оставшейся в распоряжении АО, за вычетом средств, направленных на потребление, выплачивается вознаграждение за результаты финансово-хозяйственной деятельности АО. Размер вознаграждения устанавливается по решению Совета. 

В соответствии с п.7.4 генеральному директору предоставляется к отпуску материальная помощь в размере двухмесячного заработка, а также материальная помощь ко дню рождения в размере должностного оклада.

Согласно п. 10.6 Договора при расторжении договора по любому основанию генеральному директору выплачивается выходное пособие в размере 12 месячных заработков. 

Как установлено п. 10.7 Договора размер выходного пособия определяется на основе среднемесячного вознаграждения. Размер среднемесячного вознаграждения определяется путем деления на 3 суммы всех денежных выплат, начисленных генеральному директору в связи с выполнением обязанностей по договору за последние перед оставлением должности 3 месяца.

В соответствии с п. 10.8 Договора при оставлении должности генеральным директором по любому основанию расчет производится не позднее 2-х недель после расторжения договора.

15 апреля 2024 г. ФИО1 подал заявление об освобождении его от занимаемой должности и увольнении по собственному желанию 17 мая 2024 г. (Том 1 л.д. 91).

17 мая 2024 г. на заседании Совета директоров АО «Кузнечевский КСКМ» указанное заявление рассмотрено, принято решение о прекращении полномочий ФИО1 как генерального директора. 

Приказом № от 17 мая 2024 г. трудовой договор с ФИО1 расторгнут. ФИО1 уволен 17 мая 2024 г. на основании п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ.

При увольнении ФИО1 выходное пособие не выплачено.

Обосновывая свою позицию об отсутствии оснований для выплаты истцу выходного пособия, ответчик ссылался на то, что указанная в заключенном с истцом договоре управления обязанность АО «Кузнечевский КСКМ» по выплате выходного пособия при расторжении договора по любому основанию не предусмотрена законом или действующей у работодателя системой оплаты труда, уставом организации, другими локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Также указывали на необходимость при установлении в трудовом договоре с конкретным работником названных выплат учета законных интересов организации, других работников, иных лиц (например, собственника имущества организации), то есть на необходимость соблюдения общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом.

Признавая данные доводы ответчика несостоятельными, суд исходит из следующего.

Свобода труда, а равно и свобода трудового договора предполагают не только возможность заключения работником и работодателем трудового договора (часть первая статьи 16, абзац второй части первой статьи 21 и абзац второй части первой статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации), но и возможность включения в него условий, допускающих установление в договорном порядке дополнительных гарантий для работников, в том числе прямо предусматривающих возможность расширения в трудовом договоре определенного законом перечня случаев выплаты выходного пособия при расторжении трудового договора (часть восьмая статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации).

Запрет же на включение в соглашения о расторжении трудовых договоров в соответствии со статьей 78 Трудового кодекса Российской Федерации условий о выплате работнику выходного пособия, компенсации и (или) иных выплат установлен лишь в отношении отдельных категорий работников (статья 349.3 данного Кодекса), что обусловлено выполняемыми ими трудовыми функциями, а также их местом и ролью в управлении организацией.

При этом стороны трудового договора обладают свободой усмотрения (ограничивающее влияние на которое может, однако, оказывать бюджетное финансирование работодателя, его нахождение в состоянии ликвидации или в процедурах, применяемых в деле о банкротстве, и пр.) не только в отношении включения данного условия в трудовой договор и (или) соглашение о его расторжении (за исключением случаев, предусмотренных законом, в частности статьей 349.3 Трудового кодекса Российской Федерации), но и в отношении конкретного размера выходного пособия, выплачиваемого работнику при увольнении по соглашению сторон.

Соответственно, односторонний отказ работодателя от исполнения добровольно принятого им на себя в рамках соглашения с работником обязательства по выплате работнику выходного пособия в размере, установленном трудовым договором и (или) соглашением о его расторжении, приводит к тому, что работник лишается тех денежных средств, на получение которых он правомерно рассчитывал, подписывая содержащие такое условие трудовой договор и (или) соглашение. Тем самым работник, который как при заключении трудового договора, так и при его расторжении по соглашению сторон исходил из добросовестности работодателя (в лице его представителя) при выполнении взятых им на себя обязательств, вынужден нести (причем единолично) риск неблагоприятных последствий, связанных с поведением конкретного должностного лица работодателя.

Между тем условие трудового договора и (или) соглашения о его расторжении, предусматривающее выплату работнику выходного пособия в определенном сторонами размере, - даже если его включение в трудовой договор и (или) соглашение явилось результатом действий руководителя организации, которые в конкретных обстоятельствах не в полной мере отвечали критериям добросовестности и разумности, но при этом оно формально не противоречит закону - никоим образом не влечет недействительность трудового договора и (или) соглашения о его расторжении, причем ни полностью, ни в части. Напротив, будучи направленным на улучшение положения работника по сравнению с предусмотренным законодательством и подзаконными нормативными актами, такое условие подлежит применению, а значит, в силу принципа добросовестного исполнения сторонами договора своих обязательств порождает подлежащее безусловному исполнению обязательство работодателя о выплате работнику выходного пособия в согласованном сторонами размере.

Иная интерпретация данного законоположения неоправданно сужала бы возможности индивидуально-договорного регулирования трудовых отношений, основанного не только на согласованном волеизъявлении работника и работодателя, но и на обязательности исполнения ими добровольно принятых на себя обязательств, которые вытекают из трудового договора и (или) соглашения о его расторжении, и - вопреки конституционным положениям о социальном государстве и уважении человека труда и самого труда, а равно и вытекающему из конституционных предписаний принципу справедливости - не обеспечивало бы надлежащую защиту работника (статья 7, часть 1; статья 17, часть 3; статья 75, часть 5; статья 75.1 Конституции Российской Федерации).

Соответственно, если условия трудового договора и (или) соглашения о его расторжении, предусматривающие выплату работнику выходного пособия при увольнении по соглашению сторон, не противоречат закону (не нарушают установленный для отдельных категорий работников запрет), то суд не имеет права отказать работнику во взыскании с работодателя выходного пособия в размере, установленном соответственно трудовым договором и (или) соглашением о его расторжении, и тем самым освободить работодателя от исполнения соответствующих условий трудового договора и (или) соглашения о его расторжении. Иное не только ставило бы под сомнение соблюдение вытекающих из Конституции Российской Федерации принципов свободы договора и поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, но и не согласовывалось бы с конституционно значимым принципом добросовестного исполнения сторонами договора своих обязательств, снижало бы эффективность судебной защиты, а потому противоречило бы Конституции Российской Федерации, ее статьям 18, 45 (часть 1), 46 (части 1 и 2) и 118 (часть 1).

Указанная позиция выражена Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 13 июля 2023 г. №40-П «По делу о проверке конституционности части восьмой статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки 

<

данные изъяты>».

Из материалов дела следует, что условие о выплате выходного пособия, а также порядок определения его размера согласовано истцом с ответчиком в трудовом договоре (в частности, п.10.6 и 10.7).

Трудовой договор с ФИО1 от имени АО «Кузнечевский КСКМ» был подписан председателем Совета директоров АО «Кузнечевский КСКМ» ФИО2

Факт того, что ФИО2 был уполномочен подписывать соответствующие договоры, ответчиком не оспаривается.

В своих объяснениях истец ФИО1 пояснял, что данное условие трудового договора для него являлось существенным, в том числе и при решении вопроса о продлении его полномочий как генерального директора.

О сложившейся практике включения идентичных условий по выплате и порядку определения выходного пособия свидетельствует также факт включения данного условия и в договор от 20 июня 2017 г., заключенный с ФИО4 как генеральным директором (Том 1 л.д. 121-124), и также в предшествующий спорному договор, заключенный 17 февраля 2020 г. с ФИО1 (Том 1 л.д. 117-120).

Более того, ФИО4 при оставлении должности генерального директора было выплачено выходное пособие в размере 

<

данные изъяты>. (Том 1 л.д. 179, 180).

При этом, вопреки доводам стороны ответчика, не имеет правового значения, было данное пособие выплачено в связи с выходом ФИО4 на пенсию или нет, поскольку причиной выплаты данного пособия явилось оставление ФИО4 должности генерального директора.

Также не имеют правового значения доводы стороны ответчика о том, что в отношении ФИО1 Советом директоров решение о выплате выходного пособия не принималось, поскольку данное обстоятельство не свидетельствует о недействительности пункта трудового договора, предусматривающего выплату выходного пособия. Принятие данного решения зависит исключительно от воли ответчика, при этом ни Уставом, ни трудовым договором, ни каким-либо иным локальным актом такое условие для выплаты выходного пособия не предусмотрено.

Ссылка ответчика на договор управления, заключенный 6 июня 2019 г., с К. в котором данный пункт отсутствовал, является несостоятельной, поскольку данный договор являлся не трудовым, а договором гражданско-правового характера, соответственно имел другую правовую природу.

При смене руководства в АО «Кузнечевский КСКМ» с ФИО1 какие-либо дополнительные соглашения к трудовому договору, изменяющие условия и порядок выплаты выходного пособия, не заключались.

Оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, на основании установленных в судебном заседании данных, суд приходит к выводу, что поскольку условие о выплате выходного пособия, а также порядок определения его размера, улучшающие положение истца как работника, по сравнению с нормами трудового законодательства, согласованы сторонами при заключении трудового договора, а, следовательно, как все пункты трудового договора являются обязательными для исполнения обеими сторонами, у суда оснований отказать ФИО1 во взыскании с ответчика выходного пособия в размере, установленном данным трудовым договором, не имеется.

При этом, принимая во внимание, период работы ФИО1 в АО «Кузнечевский КСКМ» в должности генерального директора – с 17 февраля 2020 г. по 17 мая 2024 г. (с учетом продления его полномочий), какого-либо злоупотребления правом со стороны ФИО1, как это могло бы быть при незначительном периоде работы в занимаемой должности, суд не усматривает.

При определении размера выходного пособия суд соглашается с представленным стороной истца расчетом, включающим как сумму выплаченных истцу премий, так и суммы материальной помощи в силу следующего.

Как уже отмечалось ранее, согласно п.5.1 Договора генеральному директору устанавливается месячный должностной оклад в размере 150 000 руб., с начислением на него надбавок и премий в соответствии с законодательством и установленной системой оплаты труда работникам АО. Должностной оклад генерального директора повышается по решению Совета директоров.

В силу п.5.2 Договора по результатам работы за год за счет прибыли, оставшейся в распоряжении АО, за вычетом средств, направленных на потребление, выплачивается вознаграждение за результаты финансово-хозяйственной деятельности АО. Размер вознаграждения устанавливается по решению Совета. 

25 декабря 2020 г. генеральным директором АО «Кузнечевский КСКМ» утверждено Положение об оплате труда.

В соответствии с п.1.2 Положения об оплате труда оно распространяется на лиц, принятых на работу в соответствии с распорядительными актами руководителя организации и осуществляющих трудовую деятельность на основании заключенных с ними трудовых договоров.

Какая-либо оговорка о нераспространении данного Положения об оплате труда на генерального директора отсутствует.

В силу п.2.2. Положения об оплате труда установлено, что в организации установлена сдельно-премиальная и повременно-премиальная система оплаты труда, если трудовым договором с работником не предусмотрено иное.

В соответствии с п.2.4 Положения об оплате труда повременно-премиальная система оплаты труда предусматривает, что величина заработной платы работника зависит от фактически отработанного времени, учет которого ведется в соответствии с документами учета рабочего времени (табелями).

Согласно п.2.5 Положения об оплате труда наряду с заработной платой работникам выплачивается материальное поощрение за выполнение трудовых функций при соблюдении ими условий премирования, предусмотренных настоящим положением и положением о премировании.

Пунктом 2.6 Положения об оплате труда предусмотрено, что ежемесячная оплата труда работников организации состоит из постоянной и переменной частей.

Постоянная часть оплаты труда является гарантированным денежным вознаграждением за выполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей. Постоянной частью заработной платы является: часовые тарифные ставки, согласно Приложению №1; оклад (должностной оклад) согласно действующему штатному расписанию.

Переменной частью заработной платы являются премии, а также надбавки и доплаты за условия труда, отклоняющиеся от нормальных.

В силу п.5.1 Положения об оплате труда работникам организации, занимающим штатные должности, устанавливаются текущие и годовые поощрения.

Согласно п.5.2 Положения об оплате труда текущие поощрения выплачиваются по результатам работы за месяц в соответствии с Приложением №4. (Том 1 л.д.66-69).

В соответствии с Приложением №4 – О поощрительных выплатах сверх заработной платы за производственные показатели – основными показателями премирования являются: своевременное и в полном объеме выполнение производственных заданий за месяц, получение прибыли от реализованной продукции (п.2.1); успешное и добросовестное исполнение работником своих трудовых обязанностей, повышение производительности труда и качества продукции (п.2.2).

Премирование работников предприятия производится по результатам работы за месяц (п.2.3.1); при наличии средств на эти цели (п.2.3.2).

Размер поощрительной выплаты определяется в виде процента к основной заработной плате работника за месяц и выплачивается на основании приказа работодателя (п.2.4) (Том 1 л.д. 73-75).

В силу п.5.3. Положения об оплате труда в зависимости от финансово-хозяйственной деятельности организации производится поощрение работников за производственные результаты по итогам года в соответствии с Приложением №.

В соответствии с п.5.4 Положения об оплате труда дополнительно к заработной плате выплачивается премия некурящим работникам в соответствии с Приложением №.

Согласно п.2.2 Приложения № премии устанавливаются в размере 10% от заработной платы, на которую начисляются премии (Том 1 л.д. 78).

Из материалов дела следует, что 12 марта 2024 г. ФИО1 издан приказ «О начислении премии за февраль 2024 года» (в соответствии с Приложением №) в размере 10% всем работникам Комбината в соответствии с прилагаемым списком.

В том числе премия по указанному Приложению № за февраль была также начислена ФИО1 в сумме 15 000 руб. (оклад 150 000 руб.) (25 500 руб. с учетом РК и СН) (Том 1 л.д.80, 82).

Также приказом от 12 марта 2024 г. «О начислении поощрительной выплаты за результаты работы за февраль 2024 г.» (по Приложению №) работникам комбината согласно списку, в том числе ФИО1 была начислена премия в размере 50%; выплату постановлено произвести за счет себестоимости товарной продукции (Том 1 л.д. 85).

ФИО1 была начислена премия в размере 75 000 руб. (127 500 руб. с учетом РК и СН) (Том 1 л.д. 87).

12 апреля 2024 г. ФИО1 был издан приказ «О начислении премии за март 2024 года» (по Приложению №) работникам, согласно списку (Том 1 л.д. 140).

ФИО1 премия не начислялась, как пояснил истец, в связи с наличием конфликта с новым руководством АО «Кузнечевский КСКМ» (Том 1 л.д. 141-144).

8 мая 2024 г. ФИО1 издан приказ «О начислении премии за апрель 2024 г.) (по Приложению №) (Том 1 л.д. 145).

В том числе премия в размере 2 286 руб. начислена ФИО1 (Том 1 л.д. 147).

8 мая 2024 г. ФИО1 издан приказ «О начислении поощрительной выплаты за результаты работы за апрель 2024 г.» (Том 1 л.д. 150).

Премия начислена, в том числе и ФИО1, на сумму 57 143 руб. (97 143 руб. с учетом РК и СН) (Том 1 л.д. 152).

Ответчик, выражая несогласие с размером требуемого истцом ко взысканию выходного пособия, указывал на неправомерность начисления указанных премий, ссылаясь на то, что премии генеральному директору должны назначаться исключительно решением Совета директоров, вместе с тем доказательств этому утверждению стороной ответчика не представлено.

Само по себе оспаривание в настоящее время правомерности начисления премий за спорный период правового значения для дела не имеет, поскольку инициирование спора в Арбитражном суде Архангельской области произошло после подачи ФИО1 настоящего иска в суд.

При этом в случае, если Арбитражным судом Архангельской области будет принято решение о неправомерности начисления каких-либо сумм, ответчик не будет лишен возможности пересмотреть данное решение по вновь открывшимся обстоятельствам.

В настоящее время приказы о выплате премий незаконными не признавались, предприятием не отменялись, соответственно, с учетом оговоренных сторонами в трудовом договоре условий, данные суммы исключены из расчета быть не могут.

Оснований полагать наличие со стороны истца злоупотребление правом при определении размера премий не имеется, поскольку премии начислялись истцом в одном процентном соотношении всем работникам, как до написания заявления об освобождении от должности, так и после.

Что касается выплаты материальной помощи к отпуску, то данное право предусмотрено п.7.4. Трудового договора в качестве дополнительной услуги.

В силу пункта 4.2.1 Трудового договора генеральный директор по своему усмотрению определяет время и порядок использования отпуска.

Согласно приказам от 5 апреля 2024 г. в период с 13 апреля 2024 г. по 21 апреля 2024 г. ФИО1 был предоставлен ежегодный оплачиваемый отпуск, к которому выплачена сумма материальной помощи. 

Заявление об увольнении написано ФИО1 15 апреля 2024 г., т.е. уже после предоставления ему отпуска, что также не позволяет прийти к выводу о наличии в действиях истца признаков злоупотребления правом.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца выходного пособия в сумме 7 492 517 руб. 16 коп.

При этом суд отмечает, что стороной ответчика доказательств нахождения АО «Кузнечевский КСКМ» в тяжелом материальном положении, и, как следствие, возможности нарушения прав иных работников на своевременное получение заработной платы и иных выплат, не представлено. Напротив, из объяснений представителя ответчика следует, что в настоящее время финансовое положение АО «Кузнечевский КСКМ» восстановлено.

Разрешая требование ФИО1 о взыскании компенсации за задержку выплаты выходного пособия за период с 18 мая 2024 г. по день фактической выплаты, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст.236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от начисленных, но не выплаченных в срок сумм и (или) не начисленных своевременно сумм в случае, если вступившим в законную силу решением суда было признано право работника на получение неначисленных сумм, за каждый день задержки начиная со дня, следующего за днем, в который эти суммы должны были быть выплачены при своевременном их начислении в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Судом установлено, что с момента увольнения и до настоящего времени ответчик истцу выходное пособие не выплатил ни полностью, ни частично.

Оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, на основании установленных в судебном заседании данных, суд приходит к выводу, что поскольку выходное пособие ФИО1 ответчиком до настоящего времени не выплачено, истец вправе требовать взыскания в свою пользу с АО «Кузнечевский КСКМ» компенсацию за задержку выплаты в соответствии со т.236 ТК РФ.

Определяя период взыскания компенсации за задержку выплаты, суд исходит из следующего.

Из материалов дела следует, что пунктом 10.8 Трудового договора предусмотрено, что при оставлении должности генеральным директором по любому основанию расчет производится не позднее 2-х недель после расторжения договора.

Вместе с тем согласно ст. 57 ТК РФ в трудовом договоре могут предусматриваться дополнительные условия, не ухудшающие положение работника по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

В силу ст. 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

Принимая во внимание, что пункт 10.8 Трудового договора прямо противоречит ст. 140 ТК РФ о необходимости производства всех расчетов с работником в день увольнения, ухудшает положение работника, он применению не подлежит.

Поскольку ФИО1 уволен 17 мая 2024 г., именно в указанную дату с ним должен был быть произведен полный расчет, таким образом, датой начала периода начисления компенсации будет являться 18 мая 2024 г.

В связи с тем, что истцом заявлено требование о взыскании компенсации по день фактической выплаты выходного пособия, суд определяет размер компенсации за период с 18 мая 2024 г. по день вынесения решения суда (17 декабря 2024 г.) в твердой денежной сумме, в последующем, после вынесения решения суда размер компенсации подлежит определению в рамках исполнения судебного акта.

Размер компенсации за задержку выплаты выходного пособия за период с 18 мая 2024 г. по 17 декабря 2024 г. составит 1 949 552 руб. 97 коп. в соответствии с расчетом, представленным ниже.

Сумма задержанных средств 7 492 517,16 ?

Период

Ставка, %

Дней

Компенсация, ?

18.05.2024 – 28.07.2024

16

72

575 425,32

29.07.2024 – 15.09.2024

18

49

440 560,01

16.09.2024 – 27.10.2024

19

42

398 601,91

28.10.2024 – 17.12.2024

21

51

534 965,73

1 949 552,97

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация за задержку выплаты выходного пособия за период с 18 мая 2024 г. по 17 декабря 2024 г. в сумме 1 949 552 руб. 97 коп.

Начиная с 18 декабря 2024 г. с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация за задержку выплаты выходного пособия в соответствии со ст.236 ТК РФ, начисленная на сумму 7 492 517 руб. 16 коп., присужденную ко взысканию данным решением в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации до даты фактического исполнения обязательств по выплате указанной суммы с ее уменьшением при частичном исполнении обязательства по уплате присужденных решением суда денежных средств.

Разрешая требование истца о взыскании компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ», учитывая, что Трудовой кодекс РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации причиненного работнику морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу абз. 14 ч. 1 ст. 21, ст. 237 ТК РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

В соответствии с ч. 1 и 2 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Требование о взыскании компенсации морального вреда в заявленном размере истец ФИО1 в судебном заседании 21 августа 2024 г. (Том 1 л.д.156 оборот) мотивировал перенесенными в связи с нарушением ответчиком его трудовых прав нравственными страданиями, переживаниями, пребыванием в подавленном состоянии.

С учетом того, что нарушение прав истца как работника нашло свое подтверждение, суд полагает возможным, принимая во внимание степень доказанности причиненного вреда (истцом не представлено доказательств пребывания в подавленном состоянии, расстройства здоровья в связи с этим), периода нарушения прав истца, а также назначение непроизведенной ответчиком выплаты, определить компенсацию морального вреда равной 6 000 руб. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере с учетом приведенных выше обстоятельств не имеется.

Таким образом, исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению.

На основании ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 60 300 руб. (60 000 руб. – по имущественному требованию, 300 руб. – по неимущественному требованию о взыскании компенсации морального вреда).

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Кузнечевский комбинат строительных конструкций и материалов» о взыскании выходного пособия, процентов за задержку выплаты, компенсации морального вреда – удовлетворить.

Взыскать с акционерного общества «Кузнечевский комбинат строительных конструкций и материалов» (

<

данные изъяты>) в пользу ФИО1 (паспорт 

<

данные изъяты>) выходное пособие в размере 7 492 517 руб. 16 коп., проценты за задержку выплаты выходного пособия за период с 18 мая 2024 г. по 17 декабря 2024 г. в сумме 1 949 552 руб. 97 коп., в возмещение морального вреда 6 000 руб.

Взыскать с акционерного общества «Кузнечевский комбинат строительных конструкций и материалов» (

<

данные изъяты>) в пользу ФИО1 (

<

данные изъяты>) проценты за задержку выплаты выходного пособия, начиная с 18 декабря 2024 г., начисляемые на сумму 7 492 517 руб. 16 коп., присужденную ко взысканию данным решением, в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации до даты фактического исполнения обязательств по выплате указанной суммы с ее уменьшением при частичном исполнении обязательства по уплате присужденных решением суда денежных средств.

Взыскать с акционерного общества «Кузнечевский комбинат строительных конструкций и материалов» (

<

данные изъяты>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 60 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г.Архангельска.

Мотивированное решение суда изготовлено 25 декабря 2024 года.

Председательствующий А.А. Померанцева