Дело № 2-4538/2017 

РЕШЕНИЕ

 Именем Российской Федерации 

18 декабря 2017 года 

Свердловский районный суд г. Костромы в составе 

председательствующего судьи Ивковой А.В. 

при секретаре Безвух А.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области, Министерству финансов России о возмещении морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания 

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области, Министерству финансов России о возмещении морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания. В обоснование иска указал, что находился под следствием в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области с 

<

дата> по 

<

дата> В период, когда он находился в СИЗО-1 нарушались его права: в камерах на окнах помимо решеток с внешней стороны были установлены железные жалюзи по этой причине в камеру не попадал дневной свет. Камера не проветривалась и практически не попадал свежий воздух. Напольные покрытия не соответствовали установленным нормам. Были бетонные полы, которые невозможно мыть, так как испарение от бетона влечет за собой различные заболевания: бессонница, быстрое утомление, недомогание, что мешало нормально подготовиться к судебному процессу; не выдавались гигиенические наборы первой необходимости, комнаты уединения не были обустроены соответствующими образом, отсутствовали перегородки и двери. При использовании он чувствовал дискомфорт и унижение. В камерах, в которых он находился был превышен, численный состав (камеры были переполнены), что мешало подготовиться к судебному заседанию. А также доставляло дискомфорт, неудобство, что сказалось на его здоровье. Просит суд за унижение его человеческого достоинства, дискомфорт и вред здоровью за все время взыскать с ответчика денежную компенсацию в сумме 500 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 не присутствует, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом. Ранее в судебном заседании исковые требования поддержал.

Представитель ответчика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области Зайцева ФИО6 исковые требования не признала, поддержала доводы письменного отзыва, представленного в дело.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ в судебное заседание явку не обеспечили, ходатайствовали о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

Выслушав участвующих лиц в деле, заключение прокурора Тимошенко ФИО7 полагавшей, что исковое заявление удовлетворению не подлежит, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. 

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии со ст.4 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (далее - подозреваемые и обвиняемые).

Согласно ст. 15 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее по тексту Федеральный закон № 103-ФЗ от 15 июля 1995 г.) в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных УПК РФ.

Согласно ст. 7 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ местом содержания под стражей являются следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы.

Согласно ст. 23 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ, подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. 

В соответствии со ст. 3 Конвенции «О защите прав человека и основных свобод» никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию, при этом под унижающим достоинство обращением и наказанием понимаются, в частности, ненадлежащие условия содержания под стражей.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии со статьями 12, 56 ГПК РФ, гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. В связи с этим обязанность доказать факт причинения вреда личным неимущественным правам и другим нематериальным благам, в рассматриваемом случае возлагается на истца. Более того, истец должен доказать наличие причинно-следственной связи между незаконными действиями (бездействием) ответчиков и возникновением у него морального вреда.

В пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10 от 20 декабря 1994 года «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда « разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что сами по себе нарушение личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не служат безусловными и бесспорными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда, и обязательным условием удовлетворения названных требований является именно факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Исходя из этого, юридически значимым обстоятельством, подлежащим доказыванию при разрешении настоящего дела, являлся факт причинения истцу реальных физических и нравственных страданий теми условиями содержания, на которые он ссылался в обоснование исковых требований.

Данный факт в силу части 1 статьи 56 ГПК РФ подлежал доказыванию истцом.

Судом установлено, что ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области в период: с 

<

дата> по 

<

дата> - всего 1 год 3 месяца 17 дней. 

Определить, в какой камере находился истец, и какова площадь этой камеры и количество лиц, находящихся в камере не представляется возможным, т.к. камерные карточки и книги количественной проверки лиц, находящихся в следственном изоляторе за период до 2007 года включительно уничтожены в связи с истечением сроков их хранения.

Так, согласно справкам ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области от 27.11.2017 года ведомости выдачи наименований, соответствующих минимальной норме материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, за 

<

дата>, 

<

дата> г.г. уничтожены (в соответствии с п. 5.3.34 Приказа МВД РФ «Об утверждении Перечня документов, образующихся в деятельности органов внутренних дел, учреждений, предприятий и организаций системы Министерства внутренних дел РФ, с указанием сроков хранения» от 19.11.1996 № 615 срок хранения - 5 лет); камерные карточки за период до 2007 года включительно, уничтожены в связи с истечением сроков их хранения (срок хранения 5 лет ст. 1.18 Приказ МВД РФ № 615-96); книги количественной проверки лиц, содержащихся в следственном изоляторе за период до 2007 года включительно уничтожены (срок хранения 3 года - ст. 147 Приказ МВД РФ № 017-2000г.) (л.д. 31, 32, 33).

Из представленных по делу доказательств, следует, что обстоятельства, положенные истцом в обоснование исковых требований о причинении ему нравственных страданий, а следовательно морального вреда, не нашли своего объективного подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Как следует из письменного отзыва ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области, представленного в материалы гражданского дела, естественное освещение в камерных помещениях определено согласно требованиям СНиП 23-05-95. Камеры оборудованы зарешеченными окнами размером не менее 1,2 м по высоте и 0,9 м по ширине в соответствии с требованиями Приказа № 161 «Норм проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России». При остеклении камерных помещений используются двойные рамы.

Согласно п. 8.90 СП-15-05 «Нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Федеральной службы исполнения наказаний», утв. Приказом Министерства Юстиции РФ от 28.05.2001 г. № 161, при невозможности достичь архитектурно-планировочными и режимно-технологическими решениями исключения визуальной и иной связи между камерными помещениями в одном здании, камерными помещениями соседних зданий, камерными помещениями и территорией, прилегающей к режимной и хозяйственной зонам, допускается устанавливать с наружной стороны оконных проемов камерных помещений жалюзийные решетки.

В камерах имеется система вытяжной вентиляции с механическим побуждением, технически исправна, выполнена согласно СНиП 2.04.05-91, 2.08.02-89; в окне имеется форточка для естественной вентиляции, также проветривание камеры осуществляется путем открытия камерных дверей во время помывки заключенных в душе или их нахождения на прогулке.

Согласно Приказа МВД СССР от 21.01.1971 г. № 040, Временными нормами проектирования следственных изоляторов МВД России, утвержденными приказом МВД РФ от 22.10.1992 г., полы в камерных помещениях предусмотрены дощатые беспустотные с креплением к трапециевидным лагам, втопленным в бетонную стяжку по бетонному основанию.

Индивидуальными средствами личной гигиены ФИО1, как и другие подозреваемые и обвиняемые в совершении преступлений обеспечивался по норме материально-бытового обеспечения осужденных, а также подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах ФСИН, на мирное время в соответствии с приказом Министерства юстиции Российской Федерации «Об утверждении норм питания и материально-бытового обеспечения осужденных, а также подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах ФСИН, на мирное время и указанием ФСИН России. Для общего пользования в камеры в соответствии с установленными нормами и в расчете на количество содержащихся в них лиц выдавалось и выдается бесплатно мыло хозяйственное 200 грамм, туалетная бумага 25 метров.

Согласно статье 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» по их просьбе (заявлению) в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств выдаются индивидуальные средства гигиены.

В ежемесячный комплект средств личной гигиены входят: туалетная бумага 25 м, зубная паста 30 грамм, мыло туалетное 50 грамм, одноразовая бритва 6 штук, зубная щетка 1 штука (на 6 месяцев).

В период содержания истца в СИЗО-1 г. Костромы условия приватности при посещении туалета были соблюдены - туалет отгорожен от жилой зоны перегородкой высотой 1,1 метра в соответствии с Приказом МВД СССР от 21.01.1971 г. № 040, Временными нормами проектирования следственных изоляторов МВД России, утвержденными приказом МВД РФ от 22.10.1992 года. 

Указанные обстоятельства истцом не опровергнуты.

Допрошенный по ходатайству истца в судебном заседании свидетель ФИО5 суду пояснил, что находился в СИЗО с 1997 по февраль 1998 года. В это время не было освещения, все было в монотонном зеленном свете, были бетонные полы, отсутствовала горячая вода, вентиляция, камеры были переполнены, отсутствовали перегородки, все это сказывалось на моральном состоянии и на здоровье, у него появилось воспаление почек. Находился он с истцом в соседних камерах. 

Суд полагает, что показания свидетеля ФИО5 не могут служить доказательством по делу, поскольку свидетель с истцом находились в ФКУ СИЗО-1 в различные периоды, совместно в камере следственного изолятора не содержались. 

Пояснения истца, изложенные в исковом заявлении, о неудобствах и страданиях, испытываемых при нахождении в камере следственного изолятора, пользовании туалетом, суд полагает явно недостаточными для установления этого факта.

Какие-либо доказательства причинения истцу реальных физических и нравственных страданий, причинения вреда здоровью истца созданными в соответствии с названными выше нормативными актами условиями содержания, которые истец считает ненадлежащими и нарушающими его личные неимущественные права, в материалах дела отсутствуют. 

На основании изложенного, суд считает необоснованными доводы истца о том, что условия содержания в СИЗО-1 унижали его человеческое достоинство и привели к нарушению личных неимущественных прав, в связи с чем, требования о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат, так как факт причинения физических и нравственных страданий, судом не установлен.

При этом суд отмечает, что сам процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

В ст. 1100 ГК РФ приведен исчерпывающий перечень оснований компенсации морального вреда независимо от вины причинителя вреда, в котором отсутствуют основания для взыскания компенсации морального вреда, причиненного нарушением предусмотренных законом условий содержания под стражей или отбывания наказания в виде лишения свободы.

Суд также считает необходимым отметить, что исковое заявление истцом предъявлено к ненадлежащим ответчикам, что само по себе является самостоятельным основанием для отказа в исковых требованиях. 

Как следует из статьи 1071 ГК РФ, в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В силу ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со ст. 158 Бюджетного кодекса РФ по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями должностного лица государственного органа, от имени казны Российской Федерации выступает главный распорядитель бюджета по ведомственной принадлежности.

Согласно п. 6 ст. 7 Положения «О Федеральной службе исполнения наказаний», утвержденного Указом Президента РФ от 13.10.2004 № 1314, функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций осуществляет Федеральная служба исполнения наказаний России.

Таким образом, требования заявленные к Министерству финансов Российской Федерации, ФКУ СИЗО-1 России по Костромской области удовлетворению не подлежат. 

В ходе рассмотрения дела судом перед истцом ставился вопрос о надлежащем ответчике, истец полагал необходимым рассматривать дело к заявленным ответчикам. 

На основании частью 2 статьи 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом к заявленным истцом ответчикам. 

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд,

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области, Министерству финансов России о возмещении морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд через Свердловский районный суд г. Костромы в течение месяца с момента вынесения решения в окончательной форме.

Судья А.В. Ивкова