Решение

Именем Российской Федерации

16 февраля 2018 года Автозаводский районный суд г. Тольятти Самарской области в составе:

судьи Евдокимова Н.М.,

при секретаре Жулидовой Ю.Д., 

с участием прокурора ФИО5,

представителя истца ФИО6, 

представителя ответчика ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО2 ФИО11 к ЗАО «Джи Эм-АВТОВАЗ» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО2 обратился в суд с исковым заявлением к ЗАО «Джи Эм-АВТОВАЗ» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований истец указал, что состоял в трудовых отношениях с ответчиком, был принят на работу на основании трудового договора №2238/1 от 18.05.2006г. специалистом по контрактам в отдел закупок, с 09.06.2017г. переведен на должность заместителя руководителя департамента закупок.

30.10.2017 года работодателем он был под роспись ознакомлен с приказом №140л/с от 29.09.2017г. о прекращении с ним трудового договора и о его увольнении с 29.09.2017г. на основании пункта 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ, то есть по соглашению сторон.

Данное увольнение, по мнению истца, является безосновательным и незаконным ввиду следующего.

В соответствии с заключенным трудовым договором №2238/1 продолжительность трудовых отношений является бессрочной (п.3.1).

Согласно ст. 72 ТК РФ, изменение определенных сторонами условий трудового договора, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

В нарушение указанной нормы, работодатель в одностороннем порядке прекратил трудовые отношения с 29.09.2017г. по основанию соглашение сторон, которое является недействительным, поскольку соглашение о расторжении трудового договора он не подписывал. 

В силу ст. 81 ТК РФ не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.

В нарушение указанной нормы, работодатель произвёл увольнение в период его временной нетрудоспособности, что подтверждается листком нетрудоспособности от 18 сентября 2017 года (согласно которого он освобожден от работы с 23.09.2017г. по 29.09.2017г., приступить к работе 30.09.2017г.).

Истец полагает, что действиями ответчика нарушены его трудовые права. Кроме того ему причинен моральный вред, который выразился в стрессе в связи с потерей работы, поскольку у него на иждивении двое несовершеннолетних детей 2009 и ДД.ММ.ГГГГ г. рождения.

На основании изложенных обстоятельств истец обратился в суд, где просил (с учетом уточнения):

- Признать приказ № 140 л/с от 29.09.2017г. об его увольнении по основанию пункта 1 части 1 статьи 77 ТК РФ, по соглашению сторон - незаконным;

- Признать недействительной внесенную в его трудовую книжку запись за № 11 от 29.09.2017г. о прекращении трудового договора по соглашению сторон, пункт 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации на основании приказа от 29.09.2017г. № 140 л/с.

- Восстановить его на работе в должности заместителя руководителя департамента закупок отдела закупок департамента закупок ЗАО «Джи Эм-АВТОВАЗ»;

- Взыскать с ЗАО «Джи Эм-АВТОВАЗ» в его пользу компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей;

- Обязать ЗАО «Джи Эм-АВТОВАЗ» выплатить ему средний заработок за все время вынужденного прогула, начиная с 30 сентября 2017 года по 15 февраля 2018 года включительно в размере 526056 рублей 92 копейки;

- Взыскать с ЗАО «Джи Эм-АВТОВАЗ» в его пользу судебные расходы в размере 39700 рублей (1200 рублей – расходы по оформлению нотариально заверенной доверенности + 38500 рублей – расходы по оплате услуг представителя).

В судебном заседании представитель истца поддержала заявленные требования по изложенным основаниям, настаивала на их удовлетворении в полном объеме.

Дополнительно по существу заявленных исковых требований пояснила, что письмо с работы о прекращении трудового договора истец получил только 07.10.2017 г., то есть узнал о том, что его уволили, задним числом. 01 сентября 2017 г. ФИО2 был приглашен в кабинет к менеджеру по персоналу, где на него было оказано психологическое давление. Это видно по подписи истца на дополнительном соглашении - она несуразная, что говорит, о том что истец испытывал душевное волнение. К тому же в этот период времени истец плохо себя чувствовал. Накануне он обращался к врачу, который выписал ему обезболивающий препарат - кетарол, что подтверждается рецептом. Его попросили написать заявление о предоставлении административного отпуска. Он находился в неадекватном состоянии в силу болей и переживаний. Истец изначально планировал пройти курс лечения, в связи с чем попросил предоставить ему неоплачиваемый отпуск, с 04.09.2017 г. по 29.09.2017 г. 

Юридически значимым обстоятельством для данного дела является дата соглашения о расторжении трудового договора, его смысл и значение. В данном соглашении указано, что трудовой договор прекращает свое действие в первый рабочий день, после завершения временной нетрудоспособности, а именно 29.09.2017 г. Между тем, стороны не могли заранее предвидеть эту дату. 

Истец имеет семью, двоих малолетних детей на иждивении, работа ему нравилась, увольняться он не планировал. Дополнение в соглашении его вынудили написать. В специально предусмотренных местах для подписи в соглашении, подпись истца отсутствует, что подтверждает отсутствие у истца желания увольняться. Комментарий истца, это вынужденное действие, и он не может быть истолкован в пользу ответчика, ввиду его неоднозначности. Если бы истец хотел уволиться, то никакого соглашения не потребовалось бы. Если невозможно определить содержание договора, то необходимо выяснить волю сторон. При этом принимаются во внимание предшествующие договору переписки, поведение сторон. 

Истец в интересах работодателя проходил обучение, ему выдавалась рекомендация от руководства. Он собирался продолжить работу, у него не было намерения увольняться. Прекращение трудового договора по соглашению сторон должно быть не вынужденным, а являться волеизъявлением сторон. Считает, что исковые требования подлежат удовлетворению. 

Истец в судебном заседании доводы своего представителя поддержал. Дополнительно пояснил, что он проработал в ЗАО "Джи-Эм АВТОВАЗ" более одиннадцати лет. Единожды в отношении него было применено дисциплинарное взыскание - выговор, который он получил за провинность его сотрудника. Через полгода взыскание было снято. Его оклад составлял 110000 – 111000 рублей. 

01.09.2017 г. его вызвала менеджер по персоналу – начальник отдела кадров ФИО1 Также в кабинете присутствовал исполняющий обязанности генерального директора ФИО4. Между ними состоялся разговор, по результатам которого его начали обвинять в ошибке, которую он якобы допустил в расчете бюджета, а также угрожать тем, что эта ошибка будет стоить ему увольнения по статье. Его склоняли к тому, чтобы он написал заявление об увольнении по собственному желанию. Данное заявление писать он отказался, так как хотел продолжить работу. До этого происшествия он поставил в известность руководство о том, что месяц не сможет ходить на работу, так как ему необходимо пройти курс лечения. 04.09.2017г. он собирался к врачу, но поскольку не был уверен в том, что ему будет оформлен больничный лист, написал заявление о предоставлении неоплачиваемого административного отпуска. 

В соглашении от 01.09.2017 г., которое ему предоставила ФИО1, он сделал своей рукой подпись, которая гласит – « подписано мною после выхода с административного отпуска, либо после больничного (после завершения периода неработоспособности)». Сделав эту надпись на соглашении он совершил опрометчивый поступок. Сделал это так как находился в плохом самочувствии, не мог нормально думать. 

Он имеет желание продолжить работу у ответчика, считает, что соглашение о расторжении трудового договора от 01.09.2017 г. он не подписывал. 

Распоряжение о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы он подписал 01.09.2017 г. Сначала мной было подписано заявление на отпуск, потом приказ. Это было сделано в один день. Оговорку в соглашении о расторжении трудового договора он внес тоже 01.09.2017 г. 

На больничном он находится до настоящего времени, последний раз был у врача 05.02.2018 г. 

07.10.2017 г. между ним и ФИО1, состоялся разговор посредством СМС-сообщений. Он спросил у неё, с какой даты его уволили и попросил назвать причину увольнения, объяснив, что в настоящий момент находится на больничном. Причину увольнения он не знал. Он надеялся, что после выхода с больничного успеет разобраться в сложившейся ситуации, а именно, в чем его обвиняют. Надеялся на встречу с генеральным директором организации. 

Просил обратить внимание суда на то, что когда он подписывал комментарий к соглашению, дата в нем отсутствовала, стояла только печать. 

Он передавал работодателю три листка нетрудоспособности, два из которых были переданы через сотрудника ЗАО "Джи-Эм АВТОВАЗ", ФИО9. Первый больничный был с 04.09.2017 г. по 15.09.2017 г., второй – с 18.09.2017 г. по 29.09.2017 г. – были переданы 02.10.2017 г., 18-19 октября 2017 г. он передал работодателю третий листок, с 01.10.2017 г. по 16.10.2017 г. 

С заявлением об отмене отпуска без сохранения заработной платы к работодателю он не обращался. 

У него во владении находился служебный автомобиль. Во время нахождения на больничном к нему приехал сотрудник ЗАО "Джи-Эм АВТОВАЗ" Шаронов и забрал его. По состоянию здоровья самостоятельно сдать автомобиль он не мог. 

Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признал, настаивал, что между сторонами трудового договора было достигнуто согласие о расторжении данного договора. Об этом свидетельствуют следующие обстоятельства:

По обоюдному согласию сторон составлено и подписано (ФИО1 от лица работодателя - и.о.директора по персоналу, менеджер по персоналу - начальник отдела кадров, доверенность от 28.08.2017 № 8409), ФИО8, руководитель департамента закупок, от лица руководителя структурного подразделения, ФИО2 - работник) дополнительное соглашение к трудовому договору № 2238/1, соглашение о расторжении трудового договора от 01.09.2017г. о прекращении трудового договора 29.09.2017г., дословная расшифровка подписи ФИО2 на допсоглашении «Подписано мною (ФИО2) после выхода с административного отпуска, либо после больничного (после завершения периода нетрудоспособности) подпись ФИО2).

Таким образом, была достигнута договоренность о прекращении трудового договора на основе добровольного соглашения сторон.

В день увольнения истец к работодателю не явился. Ответчик 29.09.2017г. отправил извещение о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на пересылку ее по почте. Данное извещение ФИО2 получил 07.10.2017г. Согласие на пересылку трудовой книжки по почте работник не дал, лишь подал заявление от 16.10.2017г. о выдаче копий/выписок из документов, связанных с работой, которое было получено работодателем 20.10.2017г. Работник пришел за трудовой книжкой 30.10.2017г.

Учитывая изложенное, работник намеренно затягивал процесс получения трудовой книжки, что свидетельствует о злоупотреблении истцом своими правами.

Более того, с момента подписания соглашения об увольнении до дня увольнения (с 01.09.2017г. по 29.09.2017г.) работник намерений для изменения или отмены данного соглашения не выражал.

Истец заведомо знал о согласованной сторонами договора дате увольнения по соглашению сторон - 29.09.2017г. Течение установленного ст. 392 ТК РФ срока для обращения в суд с иском о восстановлении на работе начинается с момента надлежащего оформления работодателем расторжения трудового договора с работником.

Исковое заявление ФИО2 подано в суд 14.11.2017г., то есть по истечении месяца с даты увольнения, что свидетельствует о пропуске истцом установленных законом сроков на обращение в суд.

Увольнение по соглашению сторон не является увольнением по инициативе работодателя, а само увольнение было согласовано на 29.09.2017г., соответственно работник мог быть уволен в период отпуска. В день увольнения сотрудник отсутствовал, поэтому ему отправлено соответствующее извещение.

Так как истец находился в неоплачиваемом отпуске, больничные листы ему оплачены не были. 

В настоящее время должность, на которую хочет восстановиться истец, упразднена, так как идет оптимизация численности работников. Из штатного расписания на 2018 г., данная должность исключена. 

Считает несостоятельным довод истца о том, что он находился в плохом самочувствии в момент подписания соглашения, поскольку если он испытывал сильные боли, не ясно, что ему мешало в это день обратить в медицинское учреждение, и получить больничный лист. 

Насчет довода о получении ФИО2 второго высшего образования - он добровольно решил получать это образование, для чего получил от организации рекомендательное письмо. Если бы обучение проводилось в интересах работодателя, то оно бы им и оплачивалось. 

В удовлетворении исковых требований просит отказать.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО1, пояснила, что она является менеджером по персоналу - начальником отдела кадров ЗАО "Джи-Эм АВТОВАЗ".

01.09.2017 г. между ней и истцом состоялась беседа, в ходе которой он сообщил, что пришел к решению о том, что продолжать работать в компании он не намерен, и попросил предоставить ему отпуск продолжительностью один месяц чтобы поправить свое здоровье и найти новую работу. В связи с этим и было заключено соглашение, а также заполнено заявление на административный отпуск, которое было составлено на тот случай, если истцу больничный не дадут. 

Расчет с ним произведен полностью 29.09.2017 г., претензий после этого он не предъявлял. 

Давление на истца не оказывалось, он сам ей сказал, что будет искать другую работу. Претензий по его работе не имелось, дисциплинарных взысканий в отношении него не было применено. Соглашение об увольнении он не оспаривал. О намерении восстановиться в должности работодателю стало известно после получения искового заявления. 

В день увольнения истец к работодателю не явился. 29.09.2017 г. в его адрес отправлено извещение о необходимости явиться за трудовой книжкой, либо дать согласие на пересылку по почте. Данное извещение истец получил 07.10.2017г. Согласие на пересылку трудовой книжки по почте работник не дал, пришел за ней 30.10.2017 г., тогда и получил копию приказа об увольнении. 

До этого она с истцом переписывались посредством СМС-сообщений, в ходе которых достигли договоренности о том, когда ему необходимо явиться. 

Два больничных листа истец работодателю предоставил, однако когда это произошло, точно сказать не может. 

Заявление работника в случае увольнения сотрудника по соглашению сторон не отбирается. 

Истец ставил свою подпись в соглашении 01.09.2017 г., на тот момент штамп на документе уже был проставлен сотрудником компании. ФИО12 ФИО3, фигурирующий в СМС - сообщениях истца - это директор по персоналу. 29.09.2017 г. она его замещала. В своих сообщениях, адресованных ей, истец указывал, что хотел с ним встретиться. Свидетель предполагает, что ему это было необходимо для того, чтобы решить вопрос насчет служебной машины. 

При подписании дополнительного соглашения кроме нее никто не присутствовал. 

Старший помощник прокурора в своем заключении полагала, что исковые требования ФИО2 не подлежат удовлетворению, так как между сторонами было достигнуто соглашение о расторжении трудового договора по соглашению сторон, было определено обоснование увольнение ФИО2 – по соглашению сторон, и срок увольнения, имеющий альтернативную формулировку, «подписано мною после выхода с административного отпуска, либо в первый день после больничного (после завершения периода временной нетрудоспособности) ». О том свидетельствует сам текст соглашения, и подпись истца рукописным текстом, которая находится внизу данного соглашения. 

Подписывая это соглашение, истец указал и окончание отпуска без сохранения заработной платы на тот случай, если ему не будет выдан лист нетрудоспособности. Работодатель принял условия истца, так как в дальнейшем указал пункт о расторжения трудового договора - 29.09.2017 г., которая совпадает с датой окончания отпуска без сохранения заработной платы. В дальнейшем истец заболел, о чем информировал работодателя не совсем надлежащим образом, злоупотребляя своим правом. Работодатель получил больничные листы после того, как был издан указ о его увольнении. 

Однако, считает что, поскольку работодатель не возражал против последнего дня неработоспособности, следует изменить дату увольнения истца на 17.10.2017 г., так как в судебном заседании истец не настаивает на изменении даты увольнения по четвертому листку нетрудоспособности, который он не предоставлял работодателю. Подлинник данного листа нетрудоспособности он предоставил только в последнем судебном заседании. 

Доводы истца о том, что у него не было намерения подписывать соглашение о расторжении трудового договора и о том, что он сделал это под давлением работников ФИО1, ФИО10, не подтверждаются материалами дела. Кроме того, те обстоятельства, которые предшествовали увольнению, а именно ошибки, которые работодатель усмотрел в работе истца, говорят о том, что у истца отсутствовало желание работать, что и послужило основанием для заключения данного соглашения. 

Согласно ст. 78 ТК РФ следует учитывать, что трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора. В данном случае, необходимо исходить из буквального толкования соглашения, которое подписали стороны. 

Суд, выслушав участвующих в деле лиц, заключение прокурора, исследовав имеющиеся в материалах дела письменные доказательства, считает заявленные исковые требования не обоснованными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 189 ТК РФ дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии со ст. 15 Трудового кодекса РФ трудовыми отношениями являются отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Судом установлено, что ФИО2 состоял в трудовых отношениях с ЗАО «Джи-Эм АВТОВАЗ» - на основании трудового договора №2238/1 от 18.05.2006г. принят на работу специалистом по контрактам в отдел закупок, с 09.06.2017г. переведен на должность заместителя руководителя департамента закупок.

Общие основания прекращения трудового договора предусмотрены ст.77 ТК РФ, одним из которых является соглашение сторон (п.1 ч.1). 

На основании ст.78 ТК РФ трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

Согласно Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду и выбирать род деятельности и профессию (статья 37, часть 1).

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, свобода труда в сфере трудовых отношений проявляется прежде всего в договорном характере труда, в свободе трудового договора (постановления от 27 декабря 1999 года N 19-П и от 15 марта 2005 года N 3-П; определения от 13 октября 2009 года N 1091-О-О, от 19 июня 2012 года N 1077-О и др.). Свобода труда предполагает, в том числе, возможность прекращения трудового договора по соглашению его сторон, т.е. на основе добровольного и согласованного волеизъявления работника и работодателя. Такое правовое регулирование направлено на обеспечение баланса интересов сторон трудового договора.

Достижение договоренности о прекращении трудового договора на основе добровольного соглашения его сторон допускает возможность аннулирования такой договоренности исключительно посредством согласованного волеизъявления работника и работодателя, что исключает совершение как работником, так и работодателем произвольных односторонних действий, направленных на отказ от ранее достигнутого соглашения. Такое правовое регулирование направлено на обеспечение баланса интересов сторон трудового договора.

Приказом №140 л/с от 29.09.2017г. трудовой договор от 18.05.2006г. №2238/1 расторгнут на основании ч.1 ст.77 ТК РФ – по соглашению сторон. 

Распоряжением №462б/о от 01.09.2017г. ФИО2 предоставлен отпуск без сохранения заработной платы на период с 04.09.2017г. по 29.09.2017г.

Изданию приказа о расторжении трудового договора предшествовало составление и подписание соглашения о расторжении трудового договора от 01.09.2017г., на котором имеется дословная надпись истца: «Подписано мною (ФИО2) после выхода с административного отпуска, либо после больничного (после завершения периода нетрудоспособности) подпись ФИО2).

Таким образом, установлено, что между сторонами достигнута договоренность о прекращении трудового договора на основе добровольного соглашения сторон.

Как разъяснено в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации), судам следует учитывать, что в соответствии со статьей 78 Кодекса при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

Доказательств аннулирования достигнутой договоренности по взаимному согласию с работодателем истцом не представлено. С момента подписания соглашения об увольнении до дня увольнения (с 01.09.2017г. по 29.09.2017г.) работник намерений для изменения или отмены данного соглашения не выражал, что свидетельствует о желании истца расторгнуть трудовой договор.

Листок нетрудоспособности на дату увольнения – 29.09.2017г. истцом работодателю передан не был.

Доводы представителя истца о том, что в силу ст. 81 ТК РФ не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске не имеет значения при рассмотрении данного дела, поскольку нормами ст.78 ТК РФ специально установлено, что трудовой договор может быть расторгнут по соглашению сторон трудового договора в любое время.

Отказывая в удовлетворении исковых требований о восстановлении на работе, суд исходит из анализа всех собранных по делу доказательств.

Материалами гражданского дела установлено, что соглашение между работодателем и работником было достигнуто. Процедура увольнения по условиям, предложенным истцом в пояснении на соглашении, работодателем соблюдена в полном объеме. В своих пояснениях истец просил ответчика о прекращении трудового договора по соглашению сторон либо по окончании административного отпуска, либо после окончания периода нетрудоспособности. Указанные условия работодателем были приняты. Данные обстоятельства подтверждаются приказом о предоставлении истцу административного отпуска, а также самим соглашением между работником и работодателем, на котором ФИО2 сам в письменном виде предложил свои условия увольнения. Ссылку истца на то, что данное соглашение было подписано под влиянием давления и в состоянии физического недомогания суд считает неубедительной, так как каких-либо доказательств в подтверждение своих доводов истцом суду не представлено. Более того, в ходе судебного разбирательства установлено, что, работая в организации ответчика, ФИО2 достиг карьерного роста по должности. Руководство ЗАО «Джи-Эм АВТОВАЗ» при обращении истца по вопросу дальнейшего обучения выдало ему рекомендации для учебного заведения. Данные обстоятельства истец не оспаривал в судебном заседании.

Что касается физического состояния, то истцом также не было представлено доказательств в обоснование своего утверждения.

Необходимо отметить также и поведение сторон данного трудового соглашения. Из материалов дела видно, что работодатель принял и исполнил условия, которые письменно указал в соглашении ФИО2 В свою очередь истцом не было отозвано заявление об административном отпуске, а больничные листы через посредника переданы работодателю только 02.10.2017г. Административный отпуск у ФИО2 заканчивался 29.09.2017г. Работодатель, руководствуясь условиями, которые были указаны истцом в соглашении по увольнению, произвел увольнение ФИО2 29.09.2017г. Заявление истца о том, что соглашение об увольнении подписано им «по глупости» и по юридической безграмотности суд считает неубедительным.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения исковых требований ФИО2 о восстановлении на работе у суда не имеется.

Вместе с тем, суд считает, что необходимо изменить дату увольнения истца.

Так, Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 17.03.2004 N 2 (ред. от 24.11.2015) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" (п.27) разъяснил, что при рассмотрении дел о восстановлении на работе следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых Кодексом работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников. В частности, недопустимо сокрытие работником временной нетрудоспособности на время его увольнения с работы. При установлении судом факта злоупотребления работником правом суд может отказать в удовлетворении его иска о восстановлении на работе (изменив при этом по просьбе работника, уволенного в период временной нетрудоспособности, дату увольнения), поскольку в указанном случае работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника.

Судом установлено, и не отрицается истцом, что о нахождении на больничном работодателю он своевременно не сообщил.

Изменяя дату увольнения ФИО2, суд исходит из того, что работодателем были приняты условия, которые изложены в соглашении об увольнении. К тому же ответчиком от истца были приняты три больничных листа. В связи с этим, суд полагает возможным изменить дату увольнения ФИО2 с 29.09.2017г. на 17.10.2017г.

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока обращения в суд с требованием о восстановлении на работе.

В соответствии со статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Как следует из материалов дела, копию приказа об увольнении и трудовую книжку истец получил 30.10.2017г. Исковое заявление подано в суд 14.11.2017г.

Тот факт, что ФИО2 знал об увольнении, не может служить основанием для отказа в иске в связи с пропуском срока обращения в суд, поскольку закон не содержит положения о том, что срок обращения в суд по спорам об увольнении исчисляется со дня, когда работник узнал о своем увольнении. Течение установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации срока для обращения в суд с иском о восстановлении на работе начинается с момента вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Поскольку в удовлетворении требования истца о восстановлении на работе судом отказано, не имеется оснований для удовлетворения требования о взыскании среднего заработка и компенсации морального вреда, которые являются производными от основного требования. Кроме того, не имеется оснований для взыскания судебных расходов по оплате услуг представителя, поскольку решение принято не в пользу истца. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 77-78, 392 ТК РФ, ст.ст. 56, 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 ФИО13 к ЗАО «Джи Эм-АВТОВАЗ» о признании приказа № 140 л/с от 29.09.2017г. об его увольнении по основанию пункта 1 части 1 статьи 77 ТК РФ, по соглашению сторон - незаконным; признании недействительной внесенной в трудовую книжку записи за № 11 от 29.09.2017г. о прекращении трудового договора по соглашению сторон, пункт 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации на основании приказа от 29.09.2017г. № 140 л/с; восстановлении на работе в должности заместителя руководителя департамента закупок отдела закупок департамента закупок ЗАО «Джи Эм-АВТОВАЗ»; взыскании компенсации морального вреда, среднего заработка за все время вынужденного прогула, судебных расходов – отказать.

Изменить дату увольнения ФИО2 ФИО14 с 29.09.2017г. на 17.10.2017г., обязав ЗАО «Джи Эм-АВТОВАЗ» сделать соответствующую запись в трудовой книжке ФИО2 ФИО15.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Автозаводский районный суд г.Тольятти в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено – 22.02.2018г.

Судья Н.М. Евдокимов