Дело № 2а-172/19 ...

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации 

29 января 2019 года 

Первомайский районный суд г. Пензы 

в составе: председательствующего судьи Сосновской О.В., 

при секретаре Егоровой Т.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда в г.Пензе административное дело по административному иску ИП ФИО1 к Государственной инспекции труда в Пензенской области, главному государственному инспектору труда (по охране труда) в Пензенской области ФИО2 о признании незаконными и отмене предписания Государственной инспекции труда в Пензенской области №95/1 от 09 января 2019 года и заключения от 27 декабря 2018 года, 

у с т а н о в и л:

Истец ИП ФИО1 обратилась в Первомайский районный суд г.Пензы с вышеуказанным иском указав, что в период с 26 октября 2018 года по 23 ноября 2018 года по заявлению ФИО3 главным государственным инспектором труда ФИО2 была проведена внеплановая проверка. В ходе проведенной проверки исследовались все обстоятельства, изложенные ФИО3 в заявлении по факту получения им производственной травмы. По результатам проведенной проверки 23 ноября 2018 года был вынесен акт проверки, в котором было отражено, что в ходе проведенных мероприятий не установлены объективные и достаточные доказательства, свидетельствующие о получении ФИО3 травмы на производстве. Кроме этого, в акте главный государственный инспектор труда отразила, что объяснения ФИО, которая не является очевидцем несчастного случая, и ее показания не могут свидетельствовать о получении травмы ФИО3 именно у ФИО1 07 декабря 2018 года по повторному заявлению ФИО3 главным государственным инспектором труда была проведена повторная проверка. По результатам проведенной проверки 27 декабря 2018 года было вынесено заключение, в котором установлено, что травма была получена на производстве ИП ФИО1 30 июня 2018 года в кондитерском цехе. 09 января 2019 года было вынесено и вручено предписание №95/1, которым в срок до 25 января 2019 года обязывает ИП ФИО1 составить и утвердить акт о несчастном случае на производстве (по форме Н-1), в полном соответствии с заключением государственного инспектора труда от 27 декабря 2018 года. С указанным предписанием №95/1 от 09 января 2019 года и заключением от 27 декабря 2018 года истец не согласна. 13 февраля 2018 года между ФИО3 и ИП ФИО1 был заключен трудовой договор, согласно которому ФИО3 принят на работу на должность слесаря в кондитерский цех. Согласно п.4.1 трудового договора у ФИО3 был установлен следующий режим рабочего времени: начало в 08.00 час., окончание работы в 17.00 час., с перерывом для отдыха и питания - 1 час., пятидневная рабочая неделя, суббота и воскресенье - выходные дни. Согласно табелю учета рабочего времени слесарь ФИО3 30 июня 2018 года на работе не находился, указанные дни 30 июня 2018 года и 01 июля 2018 года являлись выходными днями и производство в выходные дни не работало. Данные факт также подтверждается объяснениями работников предприятия, а именно, заведующей производством ФИО, слесаря ФИО, бухгалтера ФИО, зам.главного механика ФИО, оператора ФИО., оператора ФИО, оператора ФИО., оператора ФИО и другими работниками, которые в настоящее время не опрошены. Приказов о допуске к работе в выходные дни слесаря ФИО3 не выносилось. Никаких личных указаний о выходе на работу в выходной день слесарь ФИО3 не получал. Кроме того, на предприятии имеется контрольно-пропускной пункт, в выходные дни предприятие закрывается на несколько замков, один из которых является электронным, ключ от которого находится только у управляющего, бухгалтера и заведующего производством, без открытия данного замка электронным ключом войти на производство не возможно. Также, при въезде на территорию предприятия, имеется пост охраны, в котором находится сотрудник частного охранного предприятия, который осуществляет охрану предприятия в ночное время и выходные дни, в связи с чем, пройти на территорию предприятия, в указанные дни, невозможно. Слесарь ФИО3 не имел доступ и не мог пройти 30 июня 2018 года на предприятие ИП ФИО1 и тем более, получить какую - либо травму. Согласно ответам на запросы ГИТ в Пензенской области ФИО3 доставлен бригадой СП в травматологический пункт №1 ГБУЗ «Клиническая больница №6 им. Г.А. Захарьина» 30 июня 2018 года в 11.40. Со слов пациента травма является бытовой, получена 30 июня 2018 года в 11.00 час., ушиб правую ногу. С 30 июня 2018 года по 01 октября 2018 года ФИО3 регулярно посещал медицинские учреждения, где сообщал, что травма была получена в быту. В последствии ФИО3, узнав, что с работодателя можно получить денежную компенсацию за полученную травму, решил требовать с работодателя денежную компенсацию и угрожать тем, что обратиться в государственные органы. Указанный факт подтверждается объяснениями ФИО ФИО ФИО ФИО., которые поясняют и подтверждают корыстный умысел слесаря ФИО3, что после выхода с больничного ФИО3 подходил и в ходе разговора пояснял, что хочет оформить свою травму, полученную за пределами производства - производственной и предлагал денежные средства указанным лицам, за дачу ложных свидетельских показаний в трудовую инспекцию. Не имея каких-либо прямых доказательств, кроме пояснений ФИО3, и не привлекая специалистов, обладающих специальными познаниями, главный государственный инспектор труда ФИО2, делает вывод, что конструкция оборудования была изменена, а именно, указывает, что был изменен механизм натяжной ленты, станина натяжная, на момент осмотра, была приварена к корпусу печи, процесс натяжения ленты стал осуществляться иным способом, при котором отсутствует необходимость подвешивания грузов. Считает, что вывод государственного инспектора труда, основанный только на показаниях ФИО3, не имеющего инженерного образования, не обладающего специальными познаниями в области конструирования данного вида оборудования, является ошибочным, незаконным и не соответствующий действительности. Указанное оборудование - кондитерская печь А2 -ШГБ была приобретена в 2016 году, никаких изменений в основные узлы и механизмы работы данного оборудования не вносилось. В ходе написания заключения главный государственный инспектор взяла за основу объяснения ФИО, которая очевидцем и свидетелем несчастного случая не являлась. Кроме того, ФИО является сестрой жены ФИО3, т.е. заинтересованным лицом. В заключении нашли свое отражение объяснения ФИО4, который ранее являлся работником кондитерского цеха ИП ФИО1, который пояснял, что 30 июня 2018 года у него был выходной, но 01 июля 2018 года он пришел на работу и узнал от других работников, что ФИО3 сломал ногу в результате падения какой-то детали. Также ФИО пояснял, что в кондитерскую печь вносились изменения, в частности, на ней был заменен натяжной вал, расположенный вверху, на вал меньшего диаметра вешались грузы для натяжения сетки. Указанные объяснения не могут являться доказательствами, так как, согласно табелю учета рабочего времени, ФИО4 с 01 июня 2018 года по 30 июня 2018 года находился в отпуске, а с 01 июля 2018 года по 06 июля 2018 года - на больничном. Кроме того, ФИО, в силу своих должностных обязанностей, не мог знать о каких-либо неисправностях печи, поскольку он отвечал только за замес теста и за выпуск готовой продукции. При анализе пояснений ФИО видно, что она не являлась и не могла являться очевидцем несчастного случая, поскольку была уволена 05 июня 2018 года. В качестве доказательств получения травмы ФИО3 на производстве у ИП ФИО1 главный государственный инспектор туда ФИО2 использует пояснения неизвестного должностного лица ФИО5, который не являлся работником данного предприятия, не находился на указанном предприятии ни в качестве стажера, ни в качестве работника. Показания жены ФИО3 не могут использоваться в качестве доказательств, по причине того, что она является заинтересованным лицом. Обжалуемое заключение не содержит мотивировки принятия решения о получении ФИО3 травмы на производстве, не указано, почему государственный инспектор труда опровергает доводы защиты, не проведен анализ полученных в ходе проверки сведений. Не дана оценка тому, что изначально ФИО3, при обращении в медицинское учреждение, указал на бытовой характер травмы и лишь спустя четыре месяца обратился в ГИТ в Пензенской области. Выводы государственного инспектора труда основаны на косвенных доказательствах - объяснениях лиц, заинтересованных в исходе дела. Считает, что главным государственным инспектором труда ФИО2 не добыто достаточных доказательств, подтверждающих и устанавливающих факт получения ФИО3 травмы, полученной на производстве у ИП ФИО1, в ходе проведенной проверки не всестороннее исследованы и получены доказательства, которые могли бы изобличить незаконный и корыстный умысел ФИО3, направленный на незаконное истребование денежных средств с ИП ФИО1 Просила предписание главного государственного инспектора труда (по охране труда) в Пензенской области ФИО2 от 09 января 2019 года №95/1 и заключение от 27 декабря 2018 года признать незаконными и отменить.

Определением Первомайского районного суда г.Пензы от 17 января 2019 года к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечен ФИО3

Истец ИП ФИО1 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного заседания извещена надлежащим образом, причина неявки неизвестна.

В судебном заседании представитель административного истца - адвокат Горбунов И.И., действующий на основании ордера №0437 от 15 января 2019 года и доверенности 58 АА 1340032 от 22 ноября 2018 года, исковые требования поддержал, просил иск удовлетворить

Представитель Государственной инспекции труда в Пензенской области в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, причина неявки неизвестна. 

Главный государственный инспектор труда (по охране труда) в Пензенской области ФИО2 с исковыми требованиями не согласилась, пояснив, что в ходе дополнительного расследования было установлено, что рабочие предприятия, в том числе и ФИО3, работали по графику сменности. В трудовом договоре не обозначено, какие из дней являются выходными. Так же в ходе дополнительного расследования установлено, что конструкция кондитерской печи А2- ШБГ, с которой непосредственно связано получение ФИО3 травмы, была изменена. При изучении технической документации и допросе свидетелей установлено, что на момент несчастного случая механизм кондитерской печи был иной и возможность падения груза с печи была возможна. Просила в удовлетворении иска отказать. Письменный отзыв приобщен к материалам дела.

Заинтересованное лицо ФИО3 с исковыми требованиями не согласился, пояснив, что 30 июня 2018 года у него был выходной день, но заместитель главного механика ИП ФИО1 - ФИО попросил его выйти на работу. Он вышел на работу и вместе со слесарями ФИО ФИО натягивали конвейерную сетку. Сетка сорвалась, и он вместе с ФИО упал. Ему на ногу упала конструкция печи. ФИО и ФИО помогли ему дойти до слесарной, где ФИО обработала ему рану. Он позвонил ФИО., сказав ей что сломал ногу, попросил ее забрать машину и приехать за ним в травпункт. В травпункт его отвез ФИО. вместе с ФИО ФИО и ФИО попросили его сказать, что травма получена в быту, пообещав, что выплатят ему компенсацию. Он согласился. На предприятии был неофициальный график сменности, по которому все работали. Просил в удовлетворении иска отказать. 

Суд, с учетом мнения сторон, считает возможным рассмотреть дело в отсутствии административного истца, представителя административного ответчика. 

Выслушав объяснения участвующих в деле лиц, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст.218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.

В силу ст. ст. 353, 354 ТК РФ, федеральный государственный надзор за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, осуществляется федеральной инспекцией труда и ее территориальными органами.

Согласно ст. 356 ТК РФ, в соответствии с возложенными на нее задачами федеральная инспекция труда, наряду с иными перечисленными в законе, реализует следующие основные полномочия: осуществляет федеральный государственный надзор за соблюдением работодателями трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, посредством проверок, выдачи обязательных для исполнения предписаний об устранении нарушений, составления протоколов об административных правонарушениях в пределах полномочий, подготовки других материалов (документов) о привлечении виновных к ответственности в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации; ведет прием и рассматривает заявления, письма, жалобы и иные обращения граждан о нарушениях их трудовых прав, принимает меры по устранению выявленных нарушений и восстановлению нарушенных прав.

Как следует из положений ст. 357 ТК РФ, в числе основных прав государственных инспекторов труда в рамках предоставленных им полномочий при осуществлении федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, наряду с иными, предусмотрены следующие: запрашивать у работодателей и их представителей, органов исполнительной власти и органов местного самоуправления и безвозмездно получать от них документы, объяснения, информацию, необходимые для выполнения надзорных и контрольных функций; предъявлять работодателям и их представителям обязательные для исполнения предписания об устранении нарушений трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, о восстановлении нарушенных прав работников, привлечении виновных в указанных нарушениях к дисциплинарной ответственности или об отстранении их от должности в установленном порядке.

При этом, в силу ст. 358 ТК РФ, государственные инспекторы труда при осуществлении федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, обязаны соблюдать законодательство Российской Федерации, права и законные интересы работодателей - физических лиц и работодателей - юридических лиц (организаций).

В соответствии со ст.227 ТК РФ расследованию и учету подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Согласно ст. 228 ТК РФ при несчастных случаях, указанных в статье 227 настоящего Кодекса, работодатель (его представитель) обязан:

немедленно организовать первую помощь пострадавшему и при необходимости доставку его в медицинскую организацию;

принять неотложные меры по предотвращению развития аварийной или иной чрезвычайной ситуации и воздействия травмирующих факторов на других лиц;

сохранить до начала расследования несчастного случая обстановку, какой она была на момент происшествия, если это не угрожает жизни и здоровью других лиц и не ведет к катастрофе, аварии или возникновению иных чрезвычайных обстоятельств, а в случае невозможности ее сохранения - зафиксировать сложившуюся обстановку (составить схемы, провести фотографирование или видеосъемку, другие мероприятия);

немедленно проинформировать о несчастном случае органы и организации, указанные в настоящем Кодексе, других федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации, а о тяжелом несчастном случае или несчастном случае со смертельным исходом - также родственников пострадавшего;

принять иные необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования в соответствии с настоящей главой.

В соответствие со ст.230 ТК РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой. В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда. После завершения расследования акт о несчастном случае на производстве подписывается всеми лицами, проводившими расследование, утверждается работодателем (его представителем) и заверяется печатью.

Согласно ст. 231 ТК РФ разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая, отказа в проведении расследования несчастного случая и составлении соответствующего акта, несогласия пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), а при несчастных случаях со смертельным исходом - лиц, состоявших на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лиц, состоявших с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд. В этих случаях подача жалобы не является основанием для невыполнения работодателем (его представителем) решений государственного инспектора труда.

Согласно ст.229.3 ТК РФ государственный инспектор труда при поступлении жалобы, заявления, иного обращения лиц, указанных в статьей 231 ТК РФ, о несогласии их с выводами комиссии по расследованию несчастного случая, проводит дополнительное расследование несчастного случая независимо от срока давности несчастного случая. По результатам дополнительного расследования государственный инспектор труда составляет заключение о несчастном случае на производстве и выдает предписание, обязательное для выполнения работодателем (его представителем). Государственный инспектор труда имеет право обязать работодателя (его представителя) составить новый акт о несчастном случае на производстве, если имеющийся акт оформлен с нарушениями или не соответствует материалам расследования несчастного случая. В этом случае прежний акт о несчастном случае на производстве признается утратившим силу на основании решения работодателя (его представителя) или государственного инспектора труда. 

Судом установлено, что 30 июня 2018 года, в 10 часов, со слесарем индивидуального предпринимателя ФИО1 произошел несчастный случай. Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести ГБУЗ «Клиническая больница №6 им. Г.А. Захарьина» от 13 ноября 2018 года повреждения, полученные ФИО3, относятся к категории легкой, диагноз: открытый перелом первой плюсневой кости без смещения. 

Приказом ИП ФИО1 №12н от 03 октября 2018 года «О создании комиссии по расследованию несчастного случая, о котором не было своевременно сообщено работодателю» была создана комиссия по расследованию несчастного случая.

Согласно акту о расследовании несчастного случая, происшедшего 30 июня 2018 года, со слесарем ИП ФИО1 -ФИО3, комиссия пришла к заключению, что несчастный случай, происшедший со слесарем ФИО3, не обусловлен воздействием вредных производственных факторов в процессе трудовой деятельности у ИП ФИО1, а в следствии выполнения работ не на производстве и не в интересах ИП ФИО1, в нерабочий выходной день. Несчастный случай квалифицирован как несчастный случай, не связанный с производством, не подлежащий оформлению актом по форме Н-1, учету и регистрации у ИП ФИО1

24 октября 2018 года в ГИТ в Пензенской области от ФИО3 поступило заявление с просьбой привлечь ИП ФИО1 к ответственности за не уведомление ГИТ в Пензенской области о несчастном случае на производстве.

На основании указанного заявления и распоряжения зам.руководителя ГИТ в Пензенской области ФИО6 от 26 октября 2018 года №58/12-9924-18-И/590 в отношении ИП ФИО1 была проведена внеплановая выездная проверка.

По результатам проверки главным государственным инспектором труда (по охране труда) в Пензенской области ФИО2 составлен акт проверки №590 от 23 ноября 2018 года, согласно которому Государственная инспекция труда в Пензенской области пришла к выводу, что в ходе проведенных мероприятий не установлены объективные и достаточные доказательства, свидетельствующие о получении ФИО3 травмы на производстве у ИП ФИО1

21 ноября 2018 года ФИО3 обратился с жалобой в прокуратуру Пензенской области о нарушении его трудовых прав, которая была направлена в ГИТ в Пензенской области для рассмотрения.

На основании распоряжения заместителя руководителя ГИТ в Пензенской области ФИО6 №95 от 13 декабря 2018 года в отношении ИП ФИО1 проведено дополнительное расследование несчастного случая, происшедшего с ФИО3, по результатам которого составлено заключение от 27 декабря 2018 года и выдано предписание №95/1 от 09 января 2019 года, которым государственный инспектор труда обязал устранить нарушения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права: в соответствии со ст.229.3 ТК РФ обязываю составить и утвердить акт о несчастном случае на производстве (по форме Н-1) в полном соответствии с заключением государственного инспектора труда от 27 декабря 2018 года, составленном по итогам расследования несчастного случая на производстве, происшедшего с ФИО3 30 июня 2018 года; экземпляр утвержденного акта о несчастном случае вручить ФИО3 под роспись; 2 экземпляра акта о несчастном случае на производстве (по форме Н-1), утвержденного работодателем, представить в Государственную инспекцию труда в Пензенской области. 

Не согласившись с заключением государственного инспектора труда от 27 декабря 2018 года и предписанием №95/1 от 09 января 2019 года ИП ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным административным иском.

В судебном заседании установлено, что ФИО3 работал слесарем в кондитерском цехе у ИП ФИО1 с 13 февраля 2018 года по 18 декабря 2018 года. Данные обстоятельства подтверждаются трудовым договором №9 от 13 февраля 2018 года, приказом (распоряжением) о приеме работника на работу №10 от 13 февраля 2018 года, копией трудовой книжки ФИО3 и не оспаривается сторонами. 

30 июня 2018 года с ФИО3 произошел несчастный случай.

В ходе дополнительного расследования несчастного случая, происшедшего со слесарем ИП ФИО1 - ФИО3, государственным инспектором труда установлено, что в соответствии со ст.67 ТК РФ между ФИО3 и индивидуальным предпринимателем ФИО1 заключен трудовой договор №9 от 13 февраля 2018 года, согласно которому ФИО3 принят с 13 февраля 2018 года к ИП ФИО1 на должность слесаря в кондитерский цех. Согласно п.4.1 трудового договора работнику был установлен следующий режим рабочего времени: начало работы - 08.00, окончание работы - 17.00, перерыв для отдыха и питания - 1 час. 

Согласно пояснениям ФИО3 (протокол опроса от 31 октября 2018 года) работник 30 июня 2018 года находился на рабочем месте у индивидуального предпринимателя ФИО1 по адресу: 

<

...>. В 07.30 ФИО3, ФИО и ФИО приступили к ремонту газовой кондитерской печи А2-ШБГ (инв.№723), в частности, производили замену конвейерной сетки. В кондитерском цехе работали и другие работники. ФИО3 с ФИО натягивали через печь конвейерную сетку, которая сорвалась, в результате чего ФИО3 с ФИО упали с печи, натяжной вал, прикрепленный проволокой к верхней перемычке, расположенной под сетчатой лентой, сорвался и упал слесарю ФИО3 на правую стопу и придавил ее. Время происшедшего 10 часов. ФИО и ФИО отвели ФИО3 в слесарное помещение, где заведующая производством ФИО обработала ему рану. После чего ФИО и ФИО на его автомобиле отвезли ФИО3 в травпункт, расположенный по адресу: 

<

...>. ФИО, ФИО просили ФИО3 сказать, что травма является бытовой. 

На основании проведенного расследования государственный инспектор труда пришла к заключению, что несчастный случай с ФИО3 произошел на рабочем месте у индивидуального предпринимателя ФИО1, при осуществлении трудовых обязанностей, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем, поэтому квалифицируется как нечастный случай, связанный с производством. 

Причинами, вызвавшими несчастный случай являются: недостатки в организации и проведении подготовки работника по охране труда, выразившиеся в допуске работника к исполнению трудовых обязанностей без прохождения в установленном порядке обучения и проверки знаний требований охраны труда; неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в проведении ремонта оборудования (печи газовой), без применения грузоподъемных средств и приспособлений, отсоединенная часть оборудования (станина с валом и маятником печи) не была размещена на специальных подставках или стеллажах.

Ответственным лицом за допущенные нарушения требований законодательных и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных актов, приведших к несчастному случаю указана индивидуальный предприниматель ФИО1

Однако суд не может согласиться с выводами государственного инспектора труда по следующим основаниям.

В ходе проведения дополнительного расследования несчастного случая, происшедшего с ФИО3, государственный инспектор труда дает краткую характеристику места, где произошел несчастный случай, при этом указывает, что со слов ФИО3, место несчастного случая на момент осмотра, проведенного 27 декабря 2018 года, изменилось. Натяжной вал кондитерской печи А2-ШБГ инв.№723 приварен. Со слов ФИО3 несчастный случай с ним произошел в результате падения станины натяжного вала с маятником (весом порядка 50 кг), прикрепленного проволокой к верхней перемычке, расположенной под сеткой. На всю конструкцию нижнего натяжного вала вешались грузы (металлические цилиндры) для натяжения сетки во время ее работы (нагрева). На момент несчастного случая грузы, защитные ограждения были сняты, печь отключена. При сопоставлении технической документации на печь газовую А»-ШБГ и пояснений ФИО3 установлено, что после происшедшего с ним несчастного случая 30 июня 2018 года, в конструкцию печи были внесены изменения. 

Согласно протоколу осмотра места несчастного случая от 27 декабря 2018 года, со слов ФИО3, обстановка и состояние места происшествия несчастного случая изменилась, натяжной вал был не приварен, как на момент осмотра. Со слов заместителя главного механика ФИО натяжной вал плотно приварен к конструкции печи; по состоянию на 30 июня 2018 года, конструкция печи находилась в таком же состоянии. 

С целью устранения противоречий в показаниях работников и установления того факта, как, согласно технической документации, должна быть собрана печь газовая А2-ШБГ, вносились ли изменения в конструкцию печи, государственный инспектор труда, не обладая специальными познаниями, должна была привлечь специалиста в области электрооборудования, чего сделано не было, что не отрицалось государственным инспектором труда в судебном заседании.

Допрошенные в судебном заседании свидетели: ФИО, ФИО, ФИО показали, что печь А2-ШБГ была установлена на производстве в 2016 году, с тех пор изменения в конструкцию печи не вносились.

Показания указанных свидетелей суд принимает во внимание, поскольку они последовательны, согласуются друг с другом.

Государственным инспектором труда в ходе дополнительного расследования не были устранены противоречия в части того, кто доставил пострадавшего ФИО3 в травпункт №1 ГБУЗ «Клиническая больница №6 им.Г.А. Захарьина» 30 июня 2018 года и откуда, поскольку из сообщений администрации ГБУЗ «Клиническая больница №6 им. Г.А. Захарьина» от 15 ноября 2018 года №9215 следует, что ФИО3 доставлен бригадой скорой помощи в травматологический пункт №1 ГБУЗ «Клиническая больница №6 им.Г.А. Захарьина» 30 июня 2018 года, в 11.40, а из показаний ФИО3 следует, что в травпункт его привезли ФИО и ФИО Государственному инспектору труда необходимо было запросить сопроводительный лист скорой помощи от 30 июня 2018 года, а также, при необходимости, допросить врачей скорой помощи, доставивших ФИО3 в медицинское учреждение. 

В судебном заседании государственный инспектор труда ФИО2 пояснила, что на основании показаний самого пострадавшего ФИО3 и показаний свидетелей ФИО ФИО ФИО ФИО ФИО был сделан вывод о том, что работа у ИП ФИО1 осуществляется по сменному графику, а не так как указано в трудовом договоре у ФИО3, в связи с чем, был сделан вывод о том, что 30 июня 2018 года ФИО3 находился на рабочем месте.

Однако государственный инспектор труда не приняла во внимание тот факт, что сам ФИО3 указывал на то, что 30 июня 2018 года был для него выходным днем, что он так же подтвердил в судебном заседании. 

Документов, подтверждающих необходимость выхода ФИО3 в выходной день, представлено работодателем не было ни как в ходе дополнительного расследования, ни в судебном заседании.

Согласно Правилам внутреннего трудового распорядка в ИП ФИО1, утвержденным 01 июля 2015 года, на предприятии устанавливается пятидневная рабочая неделя продолжительностью 40 часов с двумя выходными днями (суббота и воскресенье). 

Из табеля учета рабочего времени за период с 01 июня по 30 июня 2018 года следует, что у слесаря ФИО3 была пятидневная рабочая неделя.

Допрошенные в судебном заседании свидетели: ФИО ФИО ФИО ФИО ФИО подтвердили факт того, что в 2018 году у работников ИП ФИО1 была пятидневная рабочая неделя, с двумя выходными днями: суббота и воскресенье.

Аналогичные показания ФИО7 и другие работники ИП ФИО1: ФИО ФИО ФИО ФИО ФИО ФИО ФИО опрошенные в ходе внеплановой выездной проверки и дополнительного расследования несчастного случая, дали государственному инспектору труда.

По каким причинам государственный инспектор труда ФИО2 не приняла показания указанных свидетелей при проведении дополнительного расследования, в заключении не отразила.

Также государственный инспектор труда ФИО2 не указала, в оспариваемом заключении, по каким причинам она приняла во внимание показания свидетелей ФИО и ФИО, при то, что в акте проверки №590 от 23 ноября 2018 года, вынесенным по итогам внеплановой выездной проверки указала, что не принимает во внимание объяснения ФИО., поскольку та не была очевидцем несчастного случая. 

Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО и ФИО отрицали факт того, что 30 июня 2018 года работали вместе с ФИО3

Свидетель ФИО в судебном заседании показал, что в октябре 2018 года он встретил ФИО3 на производстве, который рассказал ему, что сломал ногу в гараже.

Суд принимает во внимание показания вышеуказанных свидетелей, поскольку они согласуются с другими материалами дела.

В судебном заседании также были допрошены свидетели: ФИО и ФИО

Свидетель ФИО суду показал, что проходил стажировку у ИП ФИО1 в 2018 году в течение трех дней. ФИО и ФИО показывали ему место, где ФИО3 сломал ногу. В конструкцию печи были внесены изменения, станина была приварена. 

Однако суд не может принять во внимание показания указанного свидетеля, поскольку он является другом ФИО3, кроме того, показания свидетеля противоречат показаниям свидетелей ФИО и ФИО 

Показания свидетеля ФИО о том, что 30 июня 2018 года ей позвонил ФИО3 и сказал, что сломал ногу на работе, попросив забрать его машину со стоянки предприятия, а так же о том, что работая у ИП ФИО1, выходила в ночную смену, поскольку цех работал круглосуточно, так же суд не может принять во внимание, поскольку ФИО является родственником ФИО3, заинтересованным лицом, и кроме того, ее показания противоречат иным доказательствам по делу.

Государственный инспектор труда ФИО2 в ходе дополнительного расследования также допросила ФИО ФИО ФИО ФИО ФИО ., приняв их показания за основу, при этом не оценила данные показания с точки зрения их согласованности с показаниями других допрошенных лиц и иными доказательствами, собранными в ходе расследования несчастного случая. 

Кроме того, первоначально по результатам внеплановой выездной проверки государственный инспектор труда ФИО2 сделала вывод, что в ходе проведенных мероприятий не установлены объективные и достаточные доказательства, свидетельствующие о получении ФИО3 травмы на производстве, в дальнейшем, в ходе дополнительного расследования, пришла к противоположному выводу, составив заключение о том, что несчастный случай связан с производством, не указав мотивов принятия данного решения.

На основании изложенного, суд считает, что, не исследовав все вышеуказанные обстоятельства, обязанность по исследованию которых при проведении дополнительного расследования, лежит на государственном инспекторе труда, не возможно достоверно установить, что несчастный случай с ФИО3 связан с производством. 

Суд, в свою очередь, на основании ст.227 КАС РФ, должен проверить законность и обоснованность вынесенного должностным лицом решения.

При таких обстоятельствах, суд считает, что заключение государственного инспектора труда от 27 декабря 2018 года и предписание Государственной инспекции труда в Пензенской области №95/1 от 09 января 2019 года нельзя признать законными, а значит, они подлежат отмене. 

В силу ст. 360 Трудового кодекса РФ порядок проведения проверок должностными лицами федеральной инспекции труда определяется ратифицированными Российской Федерацией конвенциями Международной организации труда по вопросам инспекции труда, настоящим Кодексом, иными федеральными законами, а также решениями Правительства Российской Федерации. Государственные инспекторы труда в целях осуществления федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, проводят плановые и внеплановые проверки на всей территории Российской Федерации любых работодателей (организации независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности, а также работодателей - физических лиц) в порядке, установленном федеральными законами с учетом особенностей, установленных настоящей статьей. Предметом проверки является соблюдение работодателем в процессе своей деятельности требований трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, выполнение предписаний об устранении выявленных в ходе проверок нарушений и о проведении мероприятий по предотвращению нарушений норм трудового права и по защите трудовых прав граждан.

Основные полномочия федеральной инспекции труда определены в ст. 356 ТК РФ, в которой указано, что федеральная инспекция труда осуществляет федеральный государственный надзор за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, посредством проверок, выдачи обязательных для исполнения предписаний об устранении нарушений, составления протоколов об административных правонарушениях в пределах полномочий, подготовки других материалов (документов) о привлечении виновных к ответственности в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации; принимает меры по устранению и восстановлению нарушенных трудовых прав граждан.

Согласно п. "а" ч. 1 ст. 3 Конвенции N 81 в задачу системы инспекции труда входит обеспечение применения положений законодательства в области условий труда и безопасности трудящихся в процессе их работы, как, например, положений о продолжительности рабочего дня, заработной плате, безопасности труда, здравоохранении и благосостоянии, использовании труда детей и подростков и по другим подобным вопросам, в той мере, в какой инспекторам труда надлежит обеспечивать применение указанных положений.

По смыслу указанных законоположений, при проведении проверок государственный инспектор труда выдает обязательное для исполнения работодателем предписание только в случае очевидного нарушения трудового законодательства.

При таких обстоятельствах, заключение от 27 декабря 2018 года и предписание №95/1 от 09 января 2019 года ГИТ в Пензенской области нельзя признать законными и обоснованными, поскольку они не соответствуют требованиям трудового законодательства и нарушают права, свободы и законные интересы административного истца ИП ФИО1

На основании вышеизложенного суд считает, что административный иск ИП ФИО1 подлежит удовлетворению.

В соответствии с ч.3 п.1 ст.227 КАС РФ в резолютивной части решения по административному делу об оспаривании решения, действия (бездействия) должны содержаться: указание на признание оспоренных решения, действия (бездействия) не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, на удовлетворение заявленного требования полностью или в части со ссылками на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями, принявшие оспоренное решение или совершившие оспоренное действие (бездействие), и на существо оспоренных решения, действия (бездействия). В случае удовлетворения административного иска об оспаривании решения, действия (бездействия) и необходимости принятия административным ответчиком каких-либо решений, совершения каких-либо действий в целях устранения нарушений прав, свобод и законных интересов административного истца либо препятствий к их осуществлению суд указывает на необходимость принятия решения по конкретному вопросу, совершения определенного действия либо на необходимость устранения иным способом допущенных нарушений прав, свобод и законных интересов административного истца и на срок устранения таких нарушений, а также на необходимость сообщения об исполнении решения по административному делу об оспаривании решения, действия (бездействия) в суд и лицу, которое являлось административным истцом по этому административному делу, в течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу, если иной срок не установлен судом;

Поскольку заключение от 27 декабря 2018 года и предписание №95/1 от 09 января 2019 года Государственной инспекции труда в Пензенской области являются незаконными и нарушают права ИП ФИО1, то имеются основания для устранения допущенных Государственной инспекцией труда в Пензенской области нарушений, путем возложения обязанности на Государственную инспекцию труда в Пензенской области повторно провести дополнительное расследование несчастного случая, происшедшего с ФИО3 30 июня 2018 года.

Руководствуясь ст. ст. 175-180, 227-228 КАС РФ, суд

р е ш и л:

Административный иск ИП ФИО1 к Государственной инспекции труда в Пензенской области, главному государственному инспектору труда (по охране труда) в Пензенской области ФИО2 о признании незаконными и отмене предписания Государственной инспекции труда в Пензенской области №95/1 от 09 января 2019 года и заключения от 27 декабря 2018 года удовлетворить.

Признать незаконными и отменить заключение от 27 декабря 2018 года и предписание №95/1 от 09 января 2019 года Государственной инспекции труда в Пензенской области.

Обязать Государственную инспекцию труда в Пензенской области повторно провести дополнительное расследование несчастного случая, происшедшего с ФИО3 30 июня 2018 года, установив срок в один месяц для устранения указанных нарушений со дня вступления в законную силу решения суда, с сообщением об исполнении решения по административному делу в суд, административному истцу ИП ФИО1 и заинтересованному лицу ФИО3 в течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по административным делам Пензенского областного суда через Первомайский районный суд города Пензы в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме. 

Мотивированное решение принято 04 февраля 2019 года.

Судья: ...

...

...у