Дело 2-90/2019 (2-4127/2018;) 

14 января 2019 года 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Московский районный суд ФИО4 в составе

председательствующего судьи Лифановой О.Н.,

при секретаре Синчак М.А.,

с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к ООО «ЧОО СБ «Торнадо» об установлении факта трудовых отношений, взыскании невыплаченной заработной платы и компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Служба безопасности «Торнадо» /далее - ООО «ЧОО СБ «Торнадо»/ с учётом принятых судом в порядке ст.39 Гражданского процессуального срока изменений /далее – ГПК РФ/ об установлении факта трудовых отношений в период с 01 января 2017 года по 31 мая 2017 года; об обязании ответчика внести запись о работе в трудовую книжку; о взыскании заработной платы за апрель 2017 года в размере 16 000 руб.; денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы в размере 5 289 руб. 59 коп.; о возмещении расходов на оплату услуг представителя в размере 45 000 руб., расходов на нотариальные услуги по оформлению доверенности в размере 1 200 руб., о компенсации морального вреда в размере 100 000 руб. /л.д.98-100/.

В обоснование иска указано, что истец, являясь лицензированным охранником, осуществлял трудовую деятельность в должности охранника у ответчика без заключения трудового договора, но фактически был допущен к работе на территории аптеки ЗАО «Первая помощь», что подтверждается выпиской из журнала приёма-сдачи дежурств. В мае 2017 года истец решил прекратить трудовые отношения с ответчиком, в связи с чем потребовал произвести оплату последнего отработанного месяца – за апрель 2017 года, в чём ему было отказано со ссылкой на получение заработной платы, что подтверждается подписью в ведомости, которая, как утверждает истец, ему не принадлежит. 

Поскольку согласно региональному соглашению о минимальной заработной плате в Санкт-Петербурге с 01 января 2017 года минимальная заработная плата установлена в размере 16 000 руб., истец, при установлении судом факта наличия трудовых отношений, полагал возможным определить её в данном размере, в связи с чем с целью восстановления нарушенных трудовых прав обратился в настоящим иском в суд.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 настаивали на удовлетворении иска в его измененной редакции, по изложенным в иске основаниям.

Ответчик ООО «ЧОО СБ «Торнадо» неоднократно извещался о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание своего представителя не направил, возражений на иск не заявил, уклонился от получения судебных извещений, направленных по месту регистрации юридического лица.

Привлеченное к участию в деле в качестве третьего лица ЗАО «Первая помощь» извещалось о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание своего представителя не направило, уклонилось от получения судебных извещений, направленных по месту регистрации юридического лица /л.д.82/.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 90, Пленума ВАС РФ N 14 от 09.12.1999 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", при разрешении споров, затрагивающих вопросы определения места нахождения общества (в частности, при определении места исполнения денежных обязательств), судам необходимо руководствоваться статьей 54 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктом 2 статьи 4 Закона, согласно которым местонахождение юридического лица определяется местом его государственной регистрации.

Как указано в абзаце 2 пункта 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации /далее – ГК РФ/, сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

Исходя из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной им в пунктах 67 - 68 Постановления Пленума от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", бремя доказывания факта направления (осуществления) сообщения и его доставки адресату лежит на лице, направившем сообщение.

Юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения.

Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат. Если в юридически значимом сообщении содержится информация об односторонней сделке, то при невручении сообщения по обстоятельствам, зависящим от адресата, считается, что содержание сообщения было им воспринято, и сделка повлекла соответствующие последствия (например, договор считается расторгнутым вследствие одностороннего отказа от его исполнения).

Статья 165.1 ГК РФ подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное.

Следовательно, отказываясь от получения поступающей в его адрес корреспонденции по адресу государственной регистрации юридического лица, ответчик несет самостоятельно все неблагоприятные последствия, связанные с этим, поскольку доказательств того, что имелись какие-либо объективные причины для этого, им не представлено.

Из материалов дела следует, что о времени и месте рассмотрения настоящего дела ответчик извещался по адресу регистрации: 

<

адрес> /л.д.55,62,83,92/ однако, от получения входящей корреспонденции ООО «ЧОО СБ «Торнадо» уклонилось /л.д.34/.

Оценивая указанные обстоятельства, учитывая, что ООО «ЧОО СБ «Торнадо» извещение о времени и месте рассмотрения настоящего дела по существу было направлено по адресу регистрации, в силу ст. 165.1 ГК РФ на получателе письма лежит обязанность по получении корреспонденции по адресу регистрации, ответчик от получения почтовой корреспонденции уклонился и в судебное заседание своих представителей не направил, тем самым, распорядился своими процессуальными правами, в связи с чем суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика, а также третьего лица.

Выслушав доводы истца и его представителя, исследовав материалы дела, изучив представленные доказательства, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого из них в отдельности, в том числе показания свидетелей, а также их взаимную связь и достаточность в совокупности, суд приходит к следующему.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО1 согласно свидетельству № 3883 от 27 ноября 2015 года прошёл курс профессиональной подготовки по программе для частных охранников 4 разряда в ЧОУ ДПО «Единый центр обучения» Школа охранников /л.д.95-96/, на основании медицинского заключения об отсутствии заболеваний, препятствующих исполнению обязанностей частного охранника № 2166780 от 22 ноября 2016 года /л.д.97/, 22 января 2016 года получил удостоверение частного охранника Б № 5833970 сроком действия до 22 января 2021 года /л.д.93/.

Согласно сведениям, содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц, основным видом деятельности ООО «ЧОО СБ «Торнадо» является деятельность частных охранных служб /л.д.20/.

Из объяснений истца ФИО1, в силу ст.68 ГПК РФ, являющихся одним из видов доказательств по делу, следует, что на работу в ООО «ЧОО СБ «Торнадо» он устраивался на Рижском проспекте, по совету знакомого, после собеседования попросили предоставить трудовую книжку и удостоверение охранника, обещали официально трудоустроить, нужно было дождаться свободной вакансии, однако так этого и не сделали, заработную плату в размере 1 200 руб. за смену получал по данному адресу, после звонка начальнику, который сообщал, когда приходить за деньгами, работал посменно по графику, по 12 часов 2 дня через 4, заработную плату за последний месяц апрель 2017 года не выплатили, сославшись на подпись в ведомости, которая ему /ФИО1/ не принадлежит.

Из выписки из журнала приёма и сдачи дежурства аптеки ЗАО «Первая помощь», расположенной по адресу: Санкт-Петербург, ул.Пятилеток д.2, заверенной подписями заведующего аптекой и консультантом по ортопедии, скрепленной печатью ЗАО «Первая помощь», следует, что истец осуществлял охранную деятельность в аптеке по указанному адресу в период с января по апрель 2017 года /л.д.17/.

Осуществление охранной деятельности от имени ООО «ЧОО СБ «Торнадо» в аптеке по указанному адресу подтверждается показаниями допрошенного по ходатайству истца свидетеля 

<

данные изъяты> который пояснил, что работал в одной смене с истцом в указанной аптеке ЗАО «Первая помощь» в начале 2017 года, трудовую книжку у него не взяли, однако устраивался на работу в офисе ООО «ЧОО СБ «Торнадо», расположенном у станции метро «Балтийская», заработную плату выплачивал начальник охраны за смену в размере 900 руб., на посту охраны имелся журнал, в котором отмечались начало и конец смены, ответчику была выдана форма под расписку /л.д.72,74/.

Из показаний супруги истца 

<

данные изъяты>, допрошенной в качестве свидетеля по ходатайству истца, следует что истец работал в ООО «ЧОО СБ «Торнадо» в период с января по май 2017 года, на работу уходил в соответствующей форме, место работы находилось у метро проспект Большевиков – проспект Пятилеток, трудовой договор ответчик с истцом не заключил, в связи с чем трудовая книжка работодателю не передавалась, когда начались проблемы с выплатой заработной платы, истец решил прекратить работать, однако в мае 2017 года по просьбе работодателя ещё отработал две смены, заработная плата составляла около 17 000 руб. – 20 000 руб., перед увольнением она /ФИО3/ приходила с истцом в офис ООО «ЧОО СБ «Торнадо» за заработной платой, однако им ответили, что выплата будет позже, когда вернулись в августе 2017 года, истцу сообщили, что заработную плату он уже получил и показали его подпись в ведомости, которая ему не принадлежит /л.д.87-89/.

Приведенные показания свидетелей последовательны, логичны, не противоречат материалам дела, объяснениям истца, кроме того, не опровергнуты ответчиком, в связи с чем оснований не доверять показаниям свидетелей у суда не имеется.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательств и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 г. принята Рекомендация N 198 "О трудовом правоотношении" (далее - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация).

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальным законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорной или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определенным графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей ее; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу).

В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-участники должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации /далее – ТК РФ/ трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

Сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель (часть 1 статьи 20 ТК РФ).

По общему правилу, установленному частью 1 статьи 16 ТК РФ, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Вместе с тем согласно части 3 статьи 16 ТК РФ трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

В части 1 статьи 56 ТК РФ дано понятие трудового договора как соглашения между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть первая статьи 61 ТК РФ).

В соответствии с частью второй статьи 67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу) (часть первая статьи 67.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью первой статьи 68 ТК РФ предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 ТК РФ). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 ТК РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудовых отношений относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, который заключается в письменной форме. При этом обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

В то же время само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношений признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части третьей статьи 16 и статьи 56 ТК РФ во взаимосвязи с положениями части второй статьи 67 названного кодекса следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.

Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности оформить в письменной форме с работником трудовой договор в установленный статьей 67 ТК РФ срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 ТК РФ). Правом на заключение трудового договора с работником обладает не только работодатель, но и его уполномоченный на это представитель.

Таким образом, по смыслу взаимосвязанных положений статей 15, 16, 56, части второй статьи 67 ТК РФ, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. 

В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель. При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. 

В силу разъяснений, приведенных в пункте 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", к таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.

Согласно пункту 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", в случае фактического допущения работника к работе не уполномоченным на это лицом и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями, следует исходить из презумпции осведомленности работодателя о работающих у него лицах, их количестве и выполняемой ими трудовой функции.

При этом в соответствии с частью первая статьи 67.1 Трудового кодекса РФ, работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу) (часть первая статьи 67.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Кроме того, по смыслу статей 2, 15, 16, 19.1, 20, 21, 22, 67, 67.1 Трудового кодекса РФ все неясности и противоречия в положениях, определяющих ограничения полномочий представителя работодателя по допущению работников к трудовой деятельности, толкуются в пользу отсутствия таких ограничений.

В ходе разбирательства по делу установлено, что трудовой договор или договор иного правового характера между истцом и ответчиком не заключался, при этом истец с ведома и по поручению ответчика приступил к работе в должности охранника в аптеке ЗАО «Первая помощь», то есть принял на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции в соответствии с имеющейся квалификацией частного охранника, что подтверждается наличием у истца соответствующего удостоверения, выданного в результате прохождения курса профессиональной подготовки и согласуется с основным видом деятельности ответчика. 

Кроме того, истец был включен в состав персонала ООО «ЧОО СБ «Торнадо», ему была выдана форма охранника с эмблемой «ТОРНАДО Санкт-Петербург» /л.д.94/, подчинялся установленному режиму труда и работал под контролем и руководством начальника охраны, что подтверждается показаниями свидетеля 

<

данные изъяты> являвшегося напарником истца по смене.

При таком положении, исходя из вышеприведенных положений закона, а также разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, суд приходит к выводу, что в действительности между сторонами по делу имелись признаки трудовых отношений, указанные в ст. 15 и 56 ТК РФ, а со стороны ответчика имело место злоупотребление при фактическом допущении истца к работе без оформления надлежащим образом трудового договора вопреки намерению работника как экономически более слабой стороны заключить трудовой договор.

Разрешая спор с учетом, установленных по делу обстоятельств, на основании собранных по делу письменных доказательств, объяснений истца, показаний свидетелей, а также положений статьи 56 ГПК РФ об обязанности каждой стороны доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, суд приходит к выводу о доказанности истцом факта возникновения между сторонами трудовых отношений при отсутствии заключенного сторонами трудового договора в письменной форме, поскольку истцом представлены доказательства, подтверждающие выполнение им трудовых обязанностей в ООО «ЧОО СБ «Торнадо» по должности частного охранника в период с 01 января 2017 года по 01 мая 2017 года, что не опровергнуто ответчиком, в связи с чем требования ФИО1 в части признания факта наличия трудовых отношений между истцом и ответчиком в указанный период подлежат удовлетворению. 

Если отношения сторон фактически складываются как трудовые, то независимо от их юридического оформления к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Таким образом, установление судом наличия трудовых отношений между сторонами влечёт обязанность ответчика работодателя внести в трудовую книжку записи о трудовой деятельности истца в вышеуказанный период.

Вместе с тем, учитывая отсутствие между сторонами каких-либо письменных договоров, регулирующих их правоотношения, суд приходит к выводу о том, что имеющимися в деле доказательствами не подтверждено, что стороны достигли соглашения о ежемесячном размере оплаты труда истца в указанной им в первоначальной редакции иска размере 1 200 руб. за смену /л.д.6,7/.

Ввиду отсутствия в материалах дела сведений об обычном размере вознаграждения работника его квалификации в данной местности, суд исходит из размера минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации - городе Санкт-Петербурге, что полагает основанным на требованиях ч. 3 ст. 37 Конституции РФ, ст. 133.1 Трудового кодекса РФ и разъяснениях п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям". 

Таким образом, взысканию с ответчика в пользу истца подлежит задолженность по заработной плате за апрель 2017 года, исходя из установленной Региональным соглашением N 310/16-С, заключенным 12 сентября 2016 года между Правительством ФИО4, общественной организацией Межрегиональное ФИО4 и Ленинградской области объединение организаций профсоюзов "Ленинградская Федерация Профсоюзов" и региональным объединением работодателей "Союз промышленников и предпринимателей ФИО4", минимальной заработной платы в Санкт-Петербурге на 2017 год в размере 16 000 руб.

Поскольку выплата указанной задолженности по заработной плате не произведена работодателем ни в день прекращения фактических трудовых отношений с истцом, ни до настоящего времени, а иные сроки для выплат, причитающихся работнику при увольнении трудовым законодательством не установлены, то при таком положении в соответствии с вышеприведенной ст.236 ТК РФ у работодателя возникла обязанность выплатить указанные денежные средства с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере, установленном данной нормой закона.

В п. 55 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 указано, что при рассмотрении спора, возникшего в связи с отказом работодателя выплатить работнику проценты (денежную компенсацию) за нарушение срока выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и других выплат, причитающихся работнику, необходимо иметь в виду, что в соответствии со статьей 236 ТК РФ суд вправе удовлетворить иск независимо от вины работодателя в задержке выплаты указанных сумм.

Размер денежной компенсации за задержку выплат при увольнении за период с 01 мая 2017 года по 14 января 2019 года с учётом изменяемого размера ключевой ставки, действующей в спорный период и общего количества дней просрочки – 624, согласно подробному расчёту, приведенному в измененной части иска истцом, составил 5 289 руб. 59 коп. /л.д.101/.

Представленный истцом расчёт денежной компенсации судом проверен, соответствует положениям ст.236 ТК РФ, представляется арифметически правильным и не оспорен ответчиком, в связи с чем оснований не доверять расчёту взыскиваемой суммы у суда не имеется.

Требования ФИО1 к ООО «ЧОО СБ «Торнадо» о компенсации морального вреда основаны на положениях ст. 237 Трудового кодекса РФ, которые устанавливают, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Учитывая, что нарушение трудовых прав истца ответчиком нашло свое подтверждение при рассмотрении дела, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требований о возмещении морального вреда, заявленных в размере 100 000 руб., и при определении размера компенсации учитывает характер нарушения ответчиком трудовых прав истца, степень и объем нравственных страданий истца, фактические обстоятельства дела, требования разумности и справедливости и определяет к возмещению компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, полагая заявленную сумму необоснованной и несоразмерной последствиям неправомерных действий ответчика.

Согласно ст.100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает возмещение с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Учитывая, что в материалы дела представлены договор поручения № ЛЗ-0110102017, заключенный 10 октября 2017 года между истцом и ООО «Линия защиты», стоимость услуг по которому составила 30 000 руб./л.д.8-11/, а также договор поручения № ЛЗ-0920112017, заключенный 20 ноября 2017 года, стоимость услуг по которому составила 15 000 руб. /л.д.26-33/, представлен прейскурант стоимости услуг /л.д.102-105/, однако квитанции об оплате указанных услуг представлены только на сумму 30 000 руб., исходя из принципов разумности и справедливости, общей продолжительности судебного разбирательства, участие в заседаниях представителя истца, характера спора, представляющего правовую сложность, объём работы проделанной в ходе разбирательства по делу представителем, включающий составление иска, подготовку иных процессуальных документов и ходатайств, суд считает возможным в конкретном деле возместить истцу за счёт ответчика расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб. 

Согласно абзацу 3 пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Поскольку представленная в материалы дела доверенность была выдана истцом для представления его интересов во всех инстанциях, а не в конкретном деле, расходы по её оформлению возмещению не подлежат.

Поскольку истец освобожден от уплаты госпошлины на основании п. 3 ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ, ст. 393 Трудового кодекса РФ, то в силу ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика в бюджет ФИО4 в размере 1 138 руб. 70 коп.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 12, 56, 57, 167, 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 –– удовлетворить частично.

Установить факт наличия трудовых отношений между ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Служба безопасности «Торнадо» в период с 01 января 2017 года по 01 мая 2017 года.

Обязать общество с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Служба безопасности «Торнадо» внести в трудовую книжку запись о работе ФИО1 в период с 01 января 2017 года по 01 мая 2017 года в должности частного охранника.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Служба безопасности «Торнадо» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за апрель 2017 года в размере 16 000 руб., компенсацию за задержку выплаты в сумме 5 289 руб. 59 коп., компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Служба безопасности «Торнадо» в бюджет города ФИО4 государственную пошлину в размере 1 138 руб. 70 коп.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Санкт-Петербургский городской суд через Московский районный суд ФИО4 в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья