судья Святова Н. В. Дело № 22-46/2024

76RS0013-01-2023-001350-71

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Город Ярославль «03» июня 2024 года

Ярославский областной суд в составе

председательствующего Кудряшовой А.В.,

при ведении протокола секретарем Емельяновой А.Н., 

с участием осуждённого ФИО16 и его защитника – адвоката Поталицына Д. А.,

прокурора Семеновой С.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осуждённого ФИО16 – адвоката Поталицына Д. А. на приговор Рыбинского городского суда Ярославской области от 02.11.2023, которым

ФИО16, ПЕРСОНАЛЬНЫЕ ДАННЫЕ, не судимый 

осужден по ч. 1 ст. 286 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы; на основании ст. 73 УК РФ осуждение постановлено считать условным с испытательным сроком 1 год 6 месяцев с возложением определённых обязанностей.

Решена судьба вещественных доказательств.

Доложив содержание приговора и существо апелляционной жалобы, заслушав осуждённого ФИО16 и его защитника – адвоката Поталицына Д. А. в поддержание апелляционной жалобы, мнение прокурора Семеновой С.А. об отсутствии оснований отмены либо изменения судебного решения, суд

УСТАНОВИЛ:

ФИО16 признан виновным в том, что в период с 01.07.2019 по 29.07.2019, занимая должность старшего инспектора группы по исполнению административного законодательства ОР ДПС ГИБДД МУ МВД РФ «Рыбинское», превысил свои должностные полномочия, что выразилось в том, что будучи осведомленным о совершении 29.06.2019 ФИО1, административных правонарушений, предусмотренных ч.2 ст. 12.7 КоАП РФ и ч.2 ст. 12.27 КоАП РФ и зная о том, что он, управляя автомашиной «Опель Астра» выехал на встречную полосу движения, совершил столкновение с автомобилем «Шевроле Клан» под управлением ФИО3, после чего с места совершения правонарушения скрылся, по просьбе своего знакомого ФИО2 составил протокол об этих административных правонарушениях на ФИО4, который по просьбе ФИО1 согласился взять на себя ответственность за данные правонарушения; а также подготовил соответствующие материалы для привлечения его к административной ответственности: получил от ФИО4 объяснения о совершении им данных правонарушений, удалил из материалов административного расследования, подлежащих направлению в суд, протокол изъятия видеозаписи с видеорегистратора потерпевшего ФИО3 и оптический диск с видеозаписью, на котором зафиксированы обстоятельства ДТП, после чего лично доставил протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст. 12.27 КоАП РФ на рассмотрение мировому судье, а о правонарушении, предусмотренном ч.1 ст. 12.7 КоАП РФ - заместителю командира ОР ДПС ГИБДД МУ МВД России «Рыбинское», которыми вынесены постановления о привлечении ФИО4 к административной ответственности за соответствующие правонарушения.

В судебном заседании осужденный ФИО16 свою вину в совершении указанного преступления не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Поталицын Д. А. просит приговор отменить и вынести по делу новое судебное решение об оправдании ФИО16, так как инкриминируемое ему преступление он не совершал. Все вменяемые обвиняемому действия (за исключением сокрытия доказательства – видеозаписи с видеорегистратора) следует квалифицировать по ч. 1 ст. 303 УК РФ, срок давности привлечения к уголовной ответственности за это преступление истёк и по данному факту следователем вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Данным доводам суд в приговоре не дал оценки.

Видеозапись с видеорегистратора Колпаков не скрывал. Судом не установлено, была ли в материале эта видеозапись и имела ли она доказательственное значение по делам об административных правонарушениях, что является необходимым условием привлечения к уголовной ответственности за ее сокрытие. Потерпевший ФИО4 и свидетель ФИО3 пояснили, что качество видеозаписи не позволяло разобрать, кто находился за рулем транспортного средства. 

Выводы суда о виновности ФИО16 основаны на предположениях, которые не могут быть положены в основу обвинения. 

Защитник оспаривает приведенную в приговоре оценку показаний потерпевшего ФИО4, свидетелей ФИО2, ФИО5, считает, что противоречия в их показаниях оставлены судом без должного внимания, не учтено, что в отношении указанных лиц, причастных к инкриминируемому ФИО16 преступлению, не принято какого-либо процессуального решения, и не исключена дача ими ложных показаний в отношении ФИО16 с целью самим избежать ответственности за пособничество и подстрекательство к преступлению. Суд не дал оценки сведениям о количестве телефонных соединений между ФИО1 и ФИО3 (28), ФИО1 и ФИО2 (150), ФИО2 и Колпаковым (1).

Приговор основан на результатах ОРД, которые относятся к недопустимым доказательствам, так как вместо полного текста постановления о разрешении прослушивания телефонных переговоров представлена лишь выписка из постановления (т.1 л.д. 184), что свидетельствует об отсутствии такого постановления и незаконности проведения оперативно-розыскных мероприятий. 

Оптический диск, содержащий аудиозаписи телефонных переговоров (т.1, л.д. 195-204), в нарушение ч.7 ст. 186 УПК РФ осмотрен без участия лиц, чьи телефонные переговоры записаны. Суд не убедился в подлинности данных аудиозаписей и отсутствии вмешательства в запись; принадлежность голосов определенным лицам не установлена, фоноскопическая экспертиза по ним не проводилась. Выводы суда о том, что участники разговоров опознали свои голоса на аудиозаписях, не соответствуют действительности, так как свидетели ФИО6, ФИО2 не смогли пояснить, какие именно аудиозаписи предоставлял им для прослушивания следователь, а свидетелю ФИО1 таковые для прослушивания не предоставлялись. Имеющиеся сомнения должны быть в соответствии с ч.3 ст. 14 УПК РФ истолкованы в пользу подсудимого. 

Суд необоснованно отказался от проверки допустимости протокола изъятия вещей и документов (записи видеорегистратора) от 29 июня 2019 года (т.4, л.д. 83).

Полагает, что назначенное осужденному наказание является несправедливым вследствие чрезмерной суровости, так как на его иждивении находятся трое малолетних детей; поведение потерпевшего ФИО4 было противоправным и аморальным (при этом защитник не указывает, в чем конкретно усматривает аморальность и противоправность), он положительно характеризуется, у потерпевшего к нему претензий не имеется; с момента рассматриваемых событий прошло значительное время. 

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Максимова Н.А. просит оставить приговор без изменения.

Выслушав участников процесса и проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного решения.

Виновность осужденного ФИО16 подтверждена совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, которым суд в приговоре дал надлежащую оценку: показаниями потерпевшего ФИО4, свидетелей ФИО2 ФИО3, ФИО5, ФИО7, ФИО8 ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, материалами дел об административных правонарушения, предусмотренных ч.1 ст. 12.7 КоАП РФ и ч.2 ст. 12.27 КоАП РФ, материалами оперативно-розыскных мероприятий «прослушивание телефонных переговоров и «снятие информации с технических каналов связи»», а также другими материалами дела.

В судебном заседании показания свидетелей и потерпевшего, данные на предварительном следствии, оглашались в связи с существенными противоречиями, после чего допрашиваемые в судебном заседании лица их подтвердили, объяснив противоречия тем, что с момента рассматриваемых событий прошло значительное время, в связи с чем судом в основу приговора положены именно те показания, которые они давали на предварительном следствии.

Так, свидетель ФИО5 показал, что 29.06.2019 он отмечал свой день рождения в санатории в п. Кстово Рыбинского района в компании ФИО1 и других лиц, оба находились в состоянии алкогольного опьянения. В период с 20.30 до 21.30 часов они вдвоем с ФИО1 на его автомашине «Опель Астра» поехали в магазин. По дороге ФИО1, управлявший автомашиной, совершил столкновение с другим автомобилем, сразу после чего развернул автомашину и уехал в обратном направлении, спрятал автомобиль в кустах. В дальнейшем ФИО1 сообщил ему, что решил эту проблему путем привлечения к административной ответственности другого лица (т.3, л.д. 8-12).

Свидетель ФИО3 показал, что 29.06.2019 он ехал на своем автомобиле «Шевроле Клан» и около 21.25 часов на автодороге Рыбинск-Чудиново Рыбинского района движущийся ему навстречу автомобиль «Опель Астра» при повороте «развернуло» на дороге, в результате чего он въехал в левую часть его автомашины, при этом водитель, не выходя из автомобиля, скрылся. В дальнейшем он передал инспектору ГИБДД видеозапись с видеорегистратора своей автомашины, где было видно, что в автомашине «Опель Астра» находились водитель и пассажир (т.2 л.д.229-233).

Свидетель ФИО2 показал, что в 2019 году к нему обратился знакомый ФИО1, который сообщил, что находясь в алкогольном опьянении, попал в ДТП, автомашину спрятал, чтобы сотрудники ГИБДД ее не забрали. На следующий день ФИО1 ему сообщил, что сотрудники ГИБДД нашли его автомобиль, и он хочет забрать его со штрафстоянки. Тогда он (ФИО2) обратился к своему знакомому инспектору ГИБДД ФИО16, который занимался розыском лиц, скрывшихся с места происшествия, рассказал ему, что за рулем автомашины был ФИО1 и последний ему пояснил, что если ФИО1 не хочет быть привлечен к административной ответственности, нужно найти человека который согласится быть привлеченным к административной ответственности вместо него. Данную информацию он довел до ФИО1. После этого он с незнакомым мужчиной, которого подыскал ФИО1, ходил к ФИО16 для составления в отношении данного мужчины протоколов об административных правонарушениях (т.2 л.д. 207-212, 213-216, т.6 л.д. 5-8).

Потерпевший ФИО4 показал, что в начале июля 2019 года к нему обратился знакомый ФИО1 с просьбой «отсидеть» за него, так как его могут арестовать за то, что он совершил ДТП и скрылся, обещал заплатить по 1000 рублей за каждый отсиженный день, а также помочь с продуктами, пока он будет отбывать наказание. Пояснил, что у него «свой гаишник», проблем не будет, назвал его по имени Сергей. Он согласился взять на себя ответственность за правонарушение. На следующий день он обратился к тому инспектору ДПС, на которого указал ФИО1. Инспектор у него спросил, почему ФИО1 сам не пришел. Он ответил, что он не хочет сидеть, поэтому попросил его. Сергей составил на него протокол об административном правонарушении, и в этот же день они пошли в судебный участок, где мировой судья назначил ему административный арест на 3 суток, которые он отбыл (т.2 л.д. 190-195, т.2 л.д. 196-198, т.8 л.д. 89-91).

В изложенной части свои показания указанные потерпевший и свидетели, допрошенные в судебном заседании, подтвердили в полном объеме. 

Аналогичные показания потерпевший ФИО4 и свидетель ФИО2 дали на очных ставках с Колпаковым.

Таким образом, приведенные показания последовательны, согласуются между собой. Доводы апелляционной о наличии между ними существенных, неустранимых противоречий суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Доводы апелляционной защитника о том, что свидетель ФИО2 и потерпевший ФИО4, непосредственно показавшие на ФИО16 как лицо, совершившее преступление, его оговорили, чтобы самим избежать уголовной ответственности, не основаны на каких-либо объективных данных. Так, из материалов дела следует, что ФИО2 и ФИО4 к уголовной ответственности по данному делу не привлекались, и вопрос об их ответственности за причастность к инкриминируемому ФИО16 преступлению не решался. В судебном заседании установлено, что между данными лицами и осужденным Колпаковым ссор и конфликтов не было; потерпевший ФИО4 заявил, что претензий к ФИО16 не имеет.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел причин сомневаться в достоверности показаний потерпевшего ФИО4 и свидетеля ФИО2.

В апелляционной жалобе защитник обращает внимание на то, что на предварительном следствии свидетель ФИО3 показывал, что по изъятой у него записи видеорегистратора было видно, кто находился за рулем автомобиля «Опель Астра», а в судебном заседании в этой части свои показания данный свидетель не подтвердил. Однако данные незначительные противоречия не свидетельствуют о недостоверности показаний свидетеля ФИО3 в целом, так как они согласуются с иными собранными по делу доказательствами.

Также вышеизложенные показания свидетелей и потерпевшего подтверждены в ходе осмотра аудиозаписей телефонных переговоров ФИО2 по абонентскому номеру 

<

данные изъяты>, из которых следует, что 29.06.2019 ФИО1, позвонив с абонентского номера 

<

данные изъяты>, в 22.29 часов попросил ФИО2 отвезти машину подальше от места аварии, в 23.02 часов сообщил, что ждет его в п. Кстово; 30.06.2019 в 18.59 часов ФИО2 позвонил ФИО6 и поинтересовался, где находятся материалы по факту ДТП, произошедшего в п. Кстово, в этот же день в 19.36 ФИО2 часов сообщил ФИО1, что его дело находится «у розыскников», называет инспектора ГИБДД «Серега», говорит, что нужно найти, кого «посадить»; 04.07.2019 ФИО2 позвонил ФИО16 (на абонентский номер 

<

данные изъяты>) и сказал, что звонит «по Опелю 072», Колпаков уточняет: «это где Сан Саныч чудил?», обсудили, что «Сан Саныч не ходок в ГИБДД», но к ФИО16 придет после составления материала; 08.07.2019 ФИО2 спросил у ФИО1, «нашел ли он» и получив положительный ответ, сказал, что тогда завтра пойдут «сдаваться».

Данные аудиозаписи были непосредственно прослушаны в судебном заседании, а протокол их осмотра на предварительном следствии (т.1, л.д. 195-204) судом первой инстанции признан недопустимым доказательством.

Принадлежность голосов на данной аудиозаписи установлена судом на основании показаний свидетелей ФИО2, ФИО6, не доверять которым у суда оснований не имелось.

Представленная в материалах дела распечатка телефонных переговоров соответствует сведениям о телефонных соединениях абонентов (т.1,. д. 223-227).

Кроме того, абонентский номер 

<

данные изъяты> зарегистрирован на осужденного ФИО16, свидетель ФИО1 не отрицал, что использует абонентский номер 

<

данные изъяты>.

Из апелляционной жалобы защитника Поталицына неясно, какое отношение к инкриминируемому деянию имеют сведения о количестве телефонных соединений между ФИО1 и ФИО3, ФИО1 и ФИО2, ФИО2 и Колпаковым в период, не относящийся к инкриминируемому ФИО16 деянию; суд первой инстанции, исходя из позиций сторон обвинения и защиты, также обоснованно не усмотрел причин для их подробного анализа.

В ходе судебного заседания судом исследовались доводы стороны защиты о возможном искажении содержания аудиозаписей телефонных разговоров. По этому вопросу был допрошен начальник ЭКЦ УМВД России по Ярославской области ФИО15, который сообщил, что их исследование на предмет монтажа может быть проведено лишь при наличии указывающих на это конкретных данных. Поскольку доводы стороны защиты о возможном неситуационном изменении аудиозаписей являлись предположительными, суд первой инстанции обоснованно не признал это предположение достаточным основанием для назначения по делу фоноскопической экспертизы, а также для исключения их из числа доказательств.

Вывод о достоверности данных доказательств судом сделан на основе анализа и оценки всех доказательств в совокупности, что в полной мере соответствует требованиям ч.1 ст. 17, ст. 87, ч.1 ст. 88 УПК РФ.

По мнению защитника, вышеприведенные аудиозаписи телефонных переговоров являются недопустимыми доказательствами, поскольку в материалах дела имеется лишь выписка из судебного постановления о разрешении прослушивания телефонных разговоров, а не полный текст постановления.

Данные доводы были предметом рассмотрения суда первой инстанции и получили надлежащую оценку в приговоре.

Так, из имеющейся в материалах дела выписки из постановления о проведении оперативно-розыскных мероприятий «прослушивание телефонных переговоров и «снятие информации с технических каналов связи» от 21.06.2019 (т.1, л.д. 184) следует, что данное оперативно-розыскное мероприятие разрешено в отношении абонентского номера 

<

данные изъяты> в период с 21.06.2019 сроком на 90 суток судьей Рыбинского городского суда Ярославской области. 

Таким образом, данная выписка позволяет установить, что разрешение на прослушивание абонентского номера 

<

данные изъяты>, который находился в пользовании ФИО2 (что он не отрицает) получено у надлежащего должностного лица в установленном законом порядке, заблаговременно, до начала проведения данного оперативно-розыскного мероприятия. Дата получения судебной санкции свидетельствует о том, что прослушивание телефонных переговоров по абонентскому номеру ФИО2 начато до рассматриваемых событий, в связи с иными обстоятельствами, в связи с чем непредоставление в материалы дела полного текста соответствующего постановления с очевидностью обусловлено не его отсутствием, как утверждается в апелляционной жалобе, а неразглашением сведений, составляющих охраняемую законом тайну, по другому оперативному материалу. Об этом же указано в ответе начальника отдела УФСБ от 16.01.2024, адресованном Рыбинскому городскому прокурору (т.10, л.д. 133) где кроме того, указано том, что в соответствующем журнале имеются сведения о выдаче данного постановления, а также о ее уничтожении после прекращения работы по данному материалу.

В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции не усматривает нарушений закона при проведении указанного оперативно-розыскного мероприятия и соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания недопустимыми и исключения полученных в результате его проведения доказательств.

Доводы апелляционной жалобы о недоказанности наличия в административном материале по факту ДТП с участием ФИО1 видеозаписи с видеорегистратора автомашины «Шевроле Клан», опровергаются показаниями свидетеля ФИО3 о том, что он снял данную видеозапись со своего видеорегистратора и передал в ГИБДД, протоколом изъятия данной видеозаписи от 29.06.2019, содержащимся в материале по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1ст. 12.7 КоАП РФ, который в подлиннике приобщен к материалам дела (т.4 л.д. 83), а также показаниями потерпевшего ФИО4 в судебном заседании о том, что Колпаков в день составления протокола об административных правонарушениях демонстрировал ему данную видеозапись. 

Поскольку материал по делу об административном правонарушении обоснованно признан доказательством и приобщен к настоящему уголовному делу в установленном законом порядке, оснований для признания содержащегося в нем протокола изъятия видеозаписи недопустимым доказательством, не имеется. 

Доводам стороны защиты о непричастности осужденного ФИО16 к изъятию из материалов дела об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст. 12.27 КоАП РФ, видеозаписи с видеорегистратора автомашины «Шевроле Клан», а также протокола ее изъятия, суд дал надлежащую оценку в приговоре, признав и несостоятельными, так как в судебном заседании установлено, что вплоть до составления в отношении ФИО4 протоколов об административных правонарушениях, оптический диск с данной видеозаписью находился у него; протокол изъятия данной видеозаписи содержится в материале по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст. 12.7 КоАП РФ, в отношении ФИО4.

Вопреки доводам апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не дал оценки показаниям свидетеля ФИО3 и потерпевшего ФИО4 в судебном заседании о том, что на изъятой у ФИО3 видеозаписи с видеорегистратора не было видно, кто сидит за рулем автомашины «Опель Астра», в приговоре содержится суждение о том, что данные обстоятельства не имеют значения для юридической квалификации действий ФИО16. 

Выводы суда основаны на разъяснениях, содержащихся в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2022 № 20 «О преступлениях против правосудия», согласно которым умышленные действия уполномоченных должностных лиц по уничтожению и (или) сокрытию приобщенных или подлежащих приобщению к делу об административном правонарушении или к уголовному делу предметов и документов, которые содержат сведения, имеющие доказательственное значение, могут быть квалифицированы по соответствующей статье главы 30 УК РФ. 

Из данных разъяснений следует, что сокрытие любого предмета (документа), имеющего доказательственное значение по делу об административном правонарушении, может быть квалифицировано как должностное преступление в соответствии с гл. 30 УК РФ.

В судебном заседании с достоверностью установлена относимость видеозаписи с видеорегистратора к обстоятельствам имевшего место с участием ФИО1 ДТП и оставления им места происшествия, а значит, она содержала сведения, имеющие доказательственное значение по делам об административных правонарушениях, предусмотренных ч.1 ст. 12.7 КоАП РФ и ч.2 ст. 12.27 КоАП РФ.

При таких обстоятельствах, независимо от четкости изображения на данной видеозаписи лица, управлявшего автомашиной «Опель Астра», она подлежала приобщению к делу об административном правонарушении, а следовательно, ее умышленное уничтожение и (или) сокрытие образует состав должностного преступления, что и имеет место по настоящему делу.

Доводы апелляционной жалобы защитника о том, что уголовное дело в отношении ФИО16 подлежит прекращению за отсутствием состава преступления ввиду того, что в отношении тех же самых действий, которые признаны судом доказанными (за исключением действий по сокрытию видеозаписи с видеорегистратора), уже состоялось процессуальное решение – постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности по ч.1 ст. 303 УК РФ (т.7,. д. 144-172), данная норма является специальной по отношению к ст. 286 УК РФ, в связи с чем дополнительной квалификации по ч.1 ст. 286 УК РФ не требуется, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными ввиду следующего.

В судебном заседании с достоверностью установлено, что умысел ФИО16 был направлен, прежде всего, на освобождение от административной ответственности ФИО1, виновного в совершении правонарушений, предусмотренных ч. 2 ст. 12.7 КоАП РФ и ч. 2 ст. 12.7 КоАП РФ и именно с этой целью он сфальсифицировал протоколы об указанных административных правонарушениях, составив их не в отношении ФИО1, а в отношении ФИО4, достоверно зная, что он их не совершал: получил от ФИО4 объяснения о совершении им данных правонарушений, удалил из материалов административного расследования протокол изъятия видеозаписи с видеорегистратора потерпевшего ФИО3. и оптический диск с видеозаписью, на котором зафиксированы обстоятельства ДТП.

Таким образом, квалификация действий ФИО16 лишь по ч.1 ст. 303 УК РФ как фальсификация доказательств не охватывают его умысел и действия, направленные на освобождение от административной ответственности ФИО1, совершившего правонарушения и привлечение за эти правонарушения к ответственности ФИО4, который их не совершал, образующие состав должностного преступления, предусмотренного ч.1 ст. 286 УК РФ, а также последствия этих действий в виде существенного нарушения охраняемых законом интересов общества и государства, а также прав потерпевшего ФИО4. 

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что Колпаков обоснованно осужден по ч.1 ст. 286 УК РФ в соответствии с правильно установленными судом фактическими обстоятельствами дела. Оснований для его оправдания не имеется.

При назначении наказания ФИО16 в соответствии с положениями ст. 6 и 60 УК РФ суд учитывал характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о его личности, его семейное положение, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств обоснованно учтены наличие на иждивении малолетних детей и состояние здоровья ФИО16.

Каких-либо новых обстоятельств, в том числе конкретных данных о противоправном, аморальном поведении потерпевшего ФИО4, которые могли бы послужить основанием для учета соответствующего смягчающего наказание обстоятельства, а также свидетельствовали бы о явной несоразмерности назначенного наказания содеянному Колпаковым, личности виновного в апелляционных жалобах и в судебном заседании стороной защиты не приведено. 

С учетом фактических обстоятельств дела и данных о личности осужденного ФИО16 при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о возможности его исправления без реального отбывания назначенного наказания и постановил в соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание считать условным.

Вместе с тем, в резолютивной части приговора суд указал, что на основании ст. 73 УК РФ «осуждение» Колпакова следует считать условным, и данная техническая ошибка подлежит исправлению путем внесения в резолютивную часть приговора соответствующего изменения.

Нарушений норм уголовного, уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено.

В связи с изложенным, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст.ст. 389-13, 389-20 и 389-28 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Рыбинского городского суда Ярославской области от 02.11.2023 в отношении ФИО16 изменить.

В резолютивной части приговора указать, что на основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО16 наказание следует считать условным с испытательным сроком 1 год 6 месяцев. 

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 471 УПК РФ, путём подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления его в законную силу; в случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении – путём подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции. 

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии и участии защитника в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий