Дело № 2 – 2118 / 2019

УИД 76RS0024-01-2019-002163-89

Принято в окончательной форме 06.12.2019 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 ноября 2019 г. г. Ярославль

Фрунзенский районный суд г. Ярославля в составе судьи Тарасовой Е.В., при секретаре Комаровой В.А., с участием

от истца – не явились,

представителя ответчика ФИО2 по доверенности (л.д. 44),

от третьего лица – не явились,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Обществу с ограниченной ответственностью «Спектр-Авто-Н» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда, принятии (восстановлении) на работе,

установил:

В соответствии с уточненным исковым заявлением (л.д. 53-56) ФИО3 обратилась в суд с иском к ООО «Спектр-Авто-Н» о взыскании задолженности по заработной плате и премии за период с 03.12.2018 по 19.05.2019 в сумме 8631 руб., компенсации за неиспользованный отпуск за период с 03.12.2018 по 19.05.2019, компенсации морального вреда в размере 100000 руб., обеспечении принятия на работу в прежнюю должность на прежних условиях. В обоснование требований указано, что истец работала у ответчика в отделе по работе с клиентами на должности 

<

данные изъяты>, при этом оформленный трудовой договор на подпись ей передан не был. В соответствии с условиями, согласованными с работодателем, заработная плата на момент испытательного срока на 4 месяца составляла 15000 руб. до вычета подоходного налога. После первого месяца работы работодателем 03.01.2019 был подписан лист вхождения истца в должность, и с этого момента истцу подлежала выплате на постоянной основе начисленное премиальное поощрение. Однако, по мнению руководства, свои трудовые обязанности истец осуществляла недостаточно хорошо, и потому поощрение ей не начислялось. Приказ о депремировании до истца ни разу не доводили. Заработную плату работодатель выплачивал истцу на счет в банке ежемесячно равными платежами 1 числа – 6750 руб., 15 числа – 5280 руб. Данная сумма не соответствовала той, которая была согласована с работодателем. В последующие месяцы сумма незначительно менялась в большую сторону, однако обещанного истец так и не получила. После четырех месяцев работы на испытательном сроке с 03.04.2019 истец выполняла свои обязанности уже как основной работник. В соответствии с условиями, согласованными с работодателем, заработная плата истца составляла 23000 руб. без удержания подоходного налога, в эту сумму входило премиальное поощрение. 19.05.2019 истец была уволена по собственному желанию. В день увольнения окончательный и полный расчет с истцом произведен не был. Истцу выплатили 11379 руб., то есть не доплатили 8631 руб. (23000 – 13 % – 11379) и не выплатили компенсацию за неиспользованный отпуск. Неисполнение работодателем своих обязанностей повлекло для истца возникновение эмоционального стресса, поскольку истец возлагала определенные надежды на получение оплаты своего труда и связывала с этим свои личные планы. Утром 30.09.2019, поскольку ранее занимаемая должность оказалась вакантной, истец обратилась к ответчику с предложением заключения с ней трудового договора. Поскольку истец была фактически понуждена ответчиком к прекращению трудовых отношений (постоянная излишняя придирчивость и манипуляция с целью понуждения к исполнению истцом обязанностей, фактически не являющихся трудовыми, расширение этих функций, не входящих в ЕТКС избранной истцом специальности) ФИО3 теперь считает возможным продолжить свой труд на прежнем месте работы, но теперь защищаясь от прежних притеснений.

В судебном заседании истец ФИО3 не участвовала, о времени и месте его проведения извещена, о причинах неявки не сообщила, представителя не направила. Ранее в судебном заседании истец и ее представитель по устному заявлению ФИО4 иск поддерживали, поясняли, что в настоящее время трудовой договор от 03.12.2018 истцу не нужен, получать она его не будет. 8631 руб. – это долг за весь период работы, кроме первого месяца. Денежные средства в сумме 2688 руб. после увольнения истцу на счет поступили, однако зачесть их в счет заявленных требований нет оснований, поскольку ответчиком не представлено документов, позволяющих определить основание их перечисления. Увольнение, произведенное 19.05.2019, истец не оспаривает. Однако 30.09.2019 истец обратилась к работодателю с заявлением о восстановлении на работе (принятии на работу). Прохождение какого-либо собеседования и предоставление дополнительных документов для восстановления трудовых отношений сторон, по мнению представителя истца, являлось излишним. 

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании иск не признал по доводам, изложенным в возражениях (л.д. 29-30, 59). Пояснил, что трудовой договор с истцом не был подписан ввиду ошибки, допущенной специалистом по кадрам по причине плохого самочувствии и рассеянности, вызванных состоянием беременности. При этом ответчик никогда не оспаривал наличие трудовых отношений с истцом и исполнял свои обязанности как работодателя. Испытательный срок был установлен истцу продолжительностью не 4, а 3 месяца. Оклад истца составлял 15000 руб., договоренность об установлении истцу заработной платы в размере 23000 руб. отсутствовала. В процессе трудовой деятельности истца ответчиком неоднократно издавались приказы о начислении и выплате разовых премий истцу. После увольнения истец получила премию за май в размере 2688 руб. Задолженности по выплате истцу причитающихся денежных средств у ответчика не имеется. Заявленная истцом компенсация морального вреда завышена. Срок обращения в суд истцом пропущен. 

Третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть дело в свое отсутствие.

Судом определено рассмотреть дело при имеющейся явке.

Выслушав представителя ответчика, исследовав письменные доказательства, суд приходит к выводу, что иск подлежит частичному удовлетворению, исходя из следующего.

Судом установлено, что стороны состояли в трудовых отношениях: в период с 03.12.2018 по 19.05.2019 ФИО3 работала в ООО «Спектр-Авто-Н» в отделе по работе с клиентами на должности 

<

данные изъяты>, уволена по инициативе работника. 

Из объяснений сторон следует, что в нарушение ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации (ТК РФ) ответчик не оформил с истцом трудовой договор (проект трудового договора был составлен, однако работнику на подписание не передан) (л.д. 32-34).

Указанное нарушение, допущенное работодателем, является достаточным основанием для компенсации работнику причиненного морального вреда.

Как разъяснено в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии с п. 4 ст. 3 и п. 9 ст. 394 ТК РФ суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда. Учитывая, что ТК РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу абз. 14 п. 1 ст. 21, ст. 237 ТК РФ вправе удовлетворить требование о компенсации морального вреда, причиненного работнику любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав. 

Размер этой компенсации определяется судом.

Поскольку, как следует из объяснений ФИО3, отсутствие трудового договора, оформленного в надлежащем порядке и содержащего сведения об условиях ее труда, доставляло ей переживания, то суд полагает, что основания для компенсации морального вреда очевидно имеются. При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает конкретные обстоятельства дела, объем и характер причиненных работнику нравственных страданий, степень вины работодателя, а также требования разумности и справедливости. Исходя из указанных критериев, принимая во внимание доводы представителя ответчика о причинах допущенного нарушения (ошибка специалиста по кадрам ФИО1, находящейся в состоянии беременности), что документально подтверждено приказом и объяснительной запиской (л.д. 42, 43), тот факт, что неподписание трудового договора не свидетельствует о попытке работодателя скрыть факт трудовых отношений с истцом, поскольку запись о работе внесена в трудовую книжку истца, а также учитывая, что в ходе судебного разбирательства представитель ответчика предпринимал меры по устранению допущенной ошибки, предлагал истцу подписать и получить экземпляр трудового договора, от чего истец отказалась, суд считает, что размер компенсации морального вреда следует определить в 1000 руб. 

Срок обращения в суд по данному требованию истцом не пропущен.

В силу п. 1 ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права. 

Довод представителя ответчика о пропуске истцом срока обращения в суд основан на п. 2 ст. 67 ТК РФ, который предусматривает, что работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе. 

Вместе с тем, данный срок не является пресекательным, по истечении его обязанность работодателя по надлежащему оформлению трудового договора не прекращается, а напротив, сохраняется на весь период существования трудовых отношений. Таким образом, подобное нарушение носит длящийся характер и срок обращения в суд надлежит исчислять со дня, следующего за днем увольнения работника. В рассматриваемой ситуации ФИО3 обратилась в суд 14.06.2019, то есть с соблюдением установленного законом срока.

В остальной части оснований для удовлетворения иска суд не усматривает.

Согласно п. 1 ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Как видно из приказа о приеме на работу (л.д. 31), выписки из штатного расписания (л.д. 60), установленная по должности администратора в отделе по работе с клиентами и примененная к истцу тарифная ставка (оклад) составляет 15000 руб. Этот же размер оклада указан в проекте трудового договора. На то, что именно об этом размере заработной платы стороны договорились на момент трудоустройства, указывает и сама истец в исковом заявлении. 

Условие об установлении оклада в размере 15000 руб. соответствует положениям ст. 133 ТК РФ о том, что месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

Из доказательств, представленных как стороной истца (выписка о состоянии вклада – л.д. 14-23, история операций по дебетовой карте – л.д. 65-69), так и стороной ответчика (приказы о начислении разовой премии – л.д. 37-39, лицевая карточка работника – л.д. 40, выписка из реестра – л.д. 41), судом достоверно установлено, что обязанность по начислению и выплате истцу заработной платы, включая оклад и разовые премии, а также по выплате компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении, ответчиком выполнена надлежаще, задолженности по выплате причитающихся работнику денежных средств не имеется. Так, с учетом фактически отработанного времени, за декабрь 2018 г. истцу выплачено 6750 руб. (аванс) и 5280 руб., за январь 2019 г. 6750 руб. (аванс) и 8980 руб., за февраль 2019 г. 6750 руб. (аванс) и 7879 руб., за март 2019 г. 6750 руб. (аванс) и 13408 руб., за апрель 2019 г. 6750 руб. (аванс) и 11379 руб., за май 2019 г. 15458,67 руб., в том числе компенсация за неиспользованный отпуск (начислена в сумме 7843,44 руб.). 

Довод ФИО3 о том, что заработная плата после прохождения испытательного срока была повышена ей до 23000 руб., допустимыми и достоверными доказательствами не подтвержден. В подтверждение данного довода стороной истца представлена информация о размещении объявления о вакансии администратора автосалона NISSAN с указанием заработной платы «до 23000 р. до вычета НДФЛ» (л.д. 58). Между тем, данных о том, что указанное объявление было актуально на период существования трудовых отношений сторон, а не размещено позднее, суду не представлено. Кроме того, суд отмечает, что использованный в тексте документа союз «до» сам по себе не позволяет согласиться с утверждением истца о том, что заработная плата должна была начисляться в размере не менее 23000 руб.

Требование об обеспечении принятия истца на работу в прежнюю должность на прежних условиях заявлено ФИО3 не обоснованно. 

Из объяснений истца следует, что свое увольнение от 19.05.2019 она не оспаривает. В связи с этим разрешение вопроса о принятии истца на работу в прежнюю должность возможно лишь в рамках заключения сторонами нового трудового договора. 

В судебном заседании ФИО3 поясняла, что после увольнения в ответ на объявление о вакансии она направила ответчику отклик на Интернет-сайте, однако ответа не получила, в отдел кадров ответчика не звонила, 30.09.2019 приходила в салон, но в отдел кадров не заходила, разговаривала с представителем ответчика ФИО2, просила его принять заявление о приеме на работу, при этом документы, предъявляемые при заключении трудового договора, предусмотренные ст. 65 ТК РФ, не предоставляла. Кроме того, ФИО3 поясняла, что 30.09.2019 она пыталась вручить ФИО2 заявление того же содержания, что и 02.10.2019 (л.д. 70). Между тем, в заявлении от 02.10.2019 просьбы о приеме на работу не содержится, в нем истец просит о восстановлении на работе. В ответ на заявление от 02.10.2019 ответчик сообщил, что вопросы восстановления на работе относятся к компетенции суда, кроме того, вакансия администратора закрыта (л.д. 74).

Таким образом, из объяснений истца и представленных ею документов не следует, что она обращалась к ответчику с просьбой о заключении нового трудового договора и что ей в этом было незаконно отказано. 

Поскольку трудовые отношения между сторонами в настоящее время отсутствуют, действия, необходимые для заключения нового трудового договора, истцом не совершены, отказ в заключении нового трудового договора ответчик истцу не выдавал и такой отказ истцом не оспаривается, более того, вакансия администратора отдела по работе с клиентами у ответчика в настоящее время отсутствует, заполнена посредством перевода на данную должность другого работника – ФИО5 (л.д. 71-73), то оснований для возложения на ответчика обязанности по обеспечению принятия истца на работу в прежнюю должность на прежних условиях не имеется.

На основании п. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ) с ответчика в бюджет подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО3 удовлетворить частично:

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Спектр-Авто-Н» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 1000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Спектр-Авто-Н» в бюджет государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд через Фрунзенский районный суд г. Ярославля в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Е.В. Тарасова