УИД: №

Дело 2-1903/2021

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

10 июня 2021 года Кировский районный суд г.Перми в составе председательствующего судьи Швец Н.М., при секретаре Мазлоевой Е.С., с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, действующего по ордеру, ответчика ФИО3, представителя ответчика ФИО4, действующей по ордеру,

рассмотрев 09-10 июня 2021 года в открытом судебном заседании в городе Перми гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о возмещении убытков,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском о взыскании с ФИО3 убытков в размере 80000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в сумме 2 600 руб.

В обоснование заявленных требований указано, что приговором мирового судьи судебного участка № от 01.02.2021 по уголовному делу № по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ....... УК РФ, истец был оправдан в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Для защиты своих прав в уголовном процессе истец обратился к адвокату, с которым было заключено соглашение на оказание юридической помощи. Стоимость услуг составила 80000 руб. Указанная сумма расходов является прямым убытком, поскольку была понесена для защиты своих прав в уголовном деле, в результате необоснованного предъявления обвинения со стороны ФИО3

По уголовному делу было проведено 7 судебных заседаний с участием адвоката, подготовлены возражения на заявление в порядке частного обвинения, представлены доказательства невиновности ФИО1

В судебном заседании истец и его представитель на удовлетворении заявленных требований настаивали по изложенным в иске основаниям. Дополнительно пояснили, что судебный процесс по привлечению ФИО1 к уголовной ответственности был инициирован ФИО3 с целью отомстить за обращение истца в органы полиции.

Ответчик в судебном заседании с заявленными требованиями не согласилась по доводам, изложенным в возражениях, указав, что постановление оправдательного приговора по делу частного обвинителя не является безусловным основанием взыскания убытков с частного обвинителя в указанном в заявлении объеме. Разрешая вопрос о судебных издержках, необходимо учитывать, в частности, фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя либо, напротив, о злоупотреблении им правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения. ФИО3 действовала добросовестно при обращении в суд с заявлением частного обвинения, поводом для привлечения к уголовной ответственности ФИО1 явилось распространение им в период с февраля 2020 года по 01 сентября 2020 года ложных сведений, подрывающих ее репутацию. Установив ложность распространяемых ФИО1 сведений и нанесение урона репутации ФИО3, фактически признав, что она вынуждена была обратиться за судебной защитой путем подачи заявления о привлечении к уголовной ответственности за клевету ФИО1, суд посчитал недоказанным наличие прямого умысла (заведомую осведомленность подсудимого о ложности сообщаемых им сведений), в связи с чем оправдал подсудимого. Таким образом, вступившим в законную силу приговором и материалами уголовного дела подтверждается, что ФИО3 имела законные основания для обращения к мировому судье с заявлением о привлечении к уголовной ответственности ФИО1 

Представитель ответчика в судебном заседании в удовлетворении требований просил отказать, поддержав доводы ответчика.

Суд, исследовав материалы дела, выслушав стороны, их представителей, приходит к следующему.

Из материалов дела следует, 05 октября 2020 года мировым судьей судебного участка № судебного района г.Перми принято к производству уголовное дело по заявлению ФИО3 о совершении ФИО1 преступления, предусмотренного ....... УК РФ.

10 ноября 2020 года между ФИО1 (доверитель) и Ф. (адвокат) было заключено соглашение об оказании юридической помощи, по условиям которого адвокат обязуется совершить за счет доверителя определенные юридические действия: защита интересов доверителя в судебном участке № судей Кировского района г.Перми в качестве обвиняемого по делу частного обвинения по заявлению ФИО3 

Стоимость услуг по соглашению определена сторонами в размере 80000 руб. и оплачена ФИО1 в полном объеме, что подтверждается квитанциями.

Приговором мирового судьи судебного № судебного района г. Перми от 01 февраля 2021 года ФИО1 признан невиновным и оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ....... УК РФ, по основанию, предусмотренному п.3 ч.2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления.

Обращаясь в суд с данным иском истец полагает, что ему причинены убытки в результате необоснованного предъявления обвинения в виде понесенных им расходов на оплату услуг представителя.

В соответствии с частью 9 статьи 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации при оправдании подсудимого по уголовному делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному уголовному делу. 

Из разъяснений, содержащихся в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года N 42 "О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам", следует, что неподтверждение в ходе судебного разбирательства предъявленного обвинения само по себе не является достаточным основанием для признания незаконным обращения к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения и, как следствие, для принятия решения о взыскании процессуальных издержек с частного обвинителя.

Разрешая данный вопрос, необходимо учитывать, в частности, фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя либо, напротив, о злоупотреблении им правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения.

Общие основания ответственности за причинение вреда установлены ст. 1064 ГК РФ, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Таким образом, указанные выше положения устанавливают общий принцип наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред только при наличии вины причинителя, исключения из которого при строго определенных случаях должны быть прямо закреплены в законе.

В отличие от уголовного преследования, осуществляемого в публичном и частно-публичном порядке, привлечение к уголовной ответственности по делам частного обвинения, за исключением случаев, предусмотренных ч. 4 ст. 20 УПК РФ, является следствием обращения частного обвинителя в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица. Такое обращение является одной из форм реализации конституционного права граждан на обращение в государственные органы (ст. 33 Конституции Российской Федерации) и конституционного права каждого на судебную защиту (ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации).

При этом в отличие от органов дознания, предварительного следствия и государственного обвинения на частного обвинителя не возлагается юридическая обязанность по установлению события преступления и изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления (ч. 2 ст. 21 УПК РФ).

Согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 02 июля 2013 года N 1059-О, обращение к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения само по себе не может быть признано незаконным лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения. В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на судебную защиту, выступающее, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, в том числе права на защиту своей чести и доброго имени, гарантированного статьей 23 Конституции Российской Федерации.

Таким образом, при разрешении вопроса о вине частного обвинителя в причинении материального и морального вреда следует исходить из того, что сам по себе факт вынесения в отношении подсудимого оправдательного приговора по делу частного обвинения не предрешает вопроса о вине частного обвинителя.

Истолкование статьи 1064 ГК Российской Федерации в системе действующего правового регулирования предполагает возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости.

Таким образом, положения гражданского права, действующие в неразрывном системном единстве с конституционными предписаниями, в том числе со статьей 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц и которая в силу статьи 15 (часть 1) Конституции Российской Федерации, как норма прямого действия, подлежит применению судами при рассмотрении ими гражданских и уголовных дел, позволяют суду при рассмотрении каждого конкретного дела достигать такого баланса интересов, при котором равному признанию и защите подлежит как право одного лица, выступающего в роли частного обвинителя, на обращение в суд с целью защиты от преступления, так и право другого лица, выступающего в роли обвиняемого, на возмещение ущерба, причиненного ему в результате необоснованного уголовного преследования.

При этом не исключается использование гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу.

Приговором мирового судьи судебного участка № судебного района г.Перми установлено, что между ФИО1 и ФИО3 сложились личные неприязненные отношения на бытовой почве по поводу претензий ФИО1 к малолетней дочери ФИО3

В ходе данного конфликта, не нашедшего мирного разрешения, ФИО1 обращался в ОП № с заявлениями о том, что в квартире № шумит и скачет ребенок: 06.03.2020 года, 11.06.2020 года, 07.07.2020 года, 22.07.2020 года, 24.07.2020 года. О наличии данного конфликта ФИО1 в начале июля 2020 года сообщил в приемную депутата Пермской городской думы Б., 01.09.2020 года – Б.1. – директору МАУК «.......», в котором работает ФИО3

Сведения, которые содержались в указанных заявлениях послужили основанием для уголовного преследования ФИО1 со стороны ФИО3 по ....... УК РФ.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

При рассмотрении уголовного дела по частному обвинению мировым судьей судебного участка № судебного района г.Перми установлены следующие обстоятельства, имеющие юридическое значение при рассмотрении настоящего спора:

- сведения, сообщенные Германовичем в ОП № 06.03.2020, 11.06.2020, 07.07.2020 в ходе проверок своего подтверждения не нашли, а сведения, сообщенные 22 и 24 июля 2020 являются бесспорно ложными;

- вопреки доводам защиты, говорить о том, что ФИО1 добросовестно заблуждался относительно правдивости сообщенной им информации, нет оснований, поскольку при необходимой внимательности и критическом отношении к основаниям, приведшим его к такому выводу, он мог бы определить ложность сделанного им утверждения;

- информация, содержащаяся в указанных сообщениях (депутату Пермской городской думы Б., директору МАУК «.......» Б.1.), не нашедших своего подтверждения, является негативной по отношению к потерпевшей, подрывающей её репутацию как родителя и педагога, поскольку в своих заявлениях ФИО1 сообщает о неправильном поведении ФИО3 в личной жизни, ставит под сомнение её добропорядочность как родителя, указывает на отсутствие с её стороны надлежащего родительского контроля за поведением малолетнего ребенка, просит оказать на неё воздействие.

При этом мировой судья пришел к выводу о неверном понимании закона со стороны ФИО1 о неограниченной свободе сообщать в правоохранительные органы любые сведения, какие ему заблагорассудится, поскольку пользование свободой слова налагает особые обязанности и сопровождается некоторыми ограничениями, установленными законом: пределы свободы выражения мнения ставит ч.1 ст. 21 Конституции Российской Федерации, согласно которой достоинство личности охраняется государством, ничто не может быть основанием для его умаления.

Таким образом, доказательств, подтверждающих, что обращение ответчика в суд с заявлением о привлечении истца к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 128.1 УК Российской Федерации было направлено не на защиту нарушенного права, а исключительно только на причинение вреда истцу материалы дела не содержат, истцом в силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не предоставлено. Напротив, из материалов уголовного дела следует, что поводом для обращения ФИО3 к мировому судье с заявлением частного обвинения явилось желание ответчика защитить свои права и охраняемые законом интересы. Установив ложность распространяемых ФИО1 сведений и нанесение урона репутации ФИО3 мировой судья посчитал недоказанным прямого умысла (заведомую осведомленность подсудимого о ложности сообщаемых им сведений) у ФИО1, в связи с чем вынес оправдательный приговор.

При оценке права истца на возмещение убытков, суд исходит из положений ст. ст. 15 и 1064 ГК Российской Федерации, согласно которым для наступления гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков истцу необходимо доказать наличие следующих (обязательных) условий: совершение противоправных действий конкретным лицом, то есть установить лицо, совершившее действие (бездействие), размер заявленных убытков и причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившим вредом. Ответчику, в свою очередь, следует представить доказательства отсутствия его вины в наступлении неблагоприятных последствий.

Проанализировав представленные по делу доказательства, в том числе положенные в основу обращений ответчика с заявлением о возбуждении уголовного дела частного обвинения, суд приходит к выводу об отсутствии доказательств, подтверждающих факт злоупотребления ответчиком правом на осуществление уголовного преследования истца в порядке частного обвинения, а, следовательно, об отсутствии нарушения прав истца со стороны ответчика.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения требований о возмещении причиненных истцу убытков в виде расходов по оплате услуг представителя у суда не имеется, поскольку сам по себе факт вынесения в отношении подсудимого оправдательного приговора по делу частного обвинения не предрешает вопроса о вине частного обвинителя.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о взыскании расходов на оплату услуг представителя по уголовному делу в размере 80000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в сумме 2600 руб. – отказать.

Решение в течение месяца со дня принятия в окончательной форме может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Кировский районный суд г. Перми в апелляционном порядке.

Судья Н.М.Швец