УИД: 69RS0038-03-2021-000939-22

Дело № 7-157/2021 судья Орёл Ю.А.

РЕШЕНИЕ

14 апреля 2021 года г. Тверь 

Судья Тверского областного суда 

<

данные изъяты>, рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление судьи Московского районного суда г. Твери от 17 февраля 2021 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 5 статьи 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в отношении ФИО1,

установил:

постановлением судьи Московского районного суда г. Твери от 17 февраля 2021 года ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения по части 5 статьи 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), и подвергнута административному наказанию в виде административного штрафа в размере 10000 рублей (л.д. 23-29).

В жалобах, поданных в Тверской областной суд, ФИО1 просит постановление судьи районного суда отменить, производство по делу об административном правонарушении прекратить в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление. В обоснование доводов жалобы указывает на то, что участие в публичном мероприятии не являлось противоправным, а было правомерной реализацией права на свободу выражения мнения, закрепленного в статьях 10 и 11 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 1950 года. Ссылаясь на положения Конституции РФ, КоАП РФ, Федерального закона от 30 марта 1998 года № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней», постановления Пленума Верховного суда РФ от 10 октября 2003 года № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», постановления Пленума Верховного суда РФ от 27 июня 2013 года № 21 «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04 ноября 1950 года и Протоколов к ней» полагает, что суд при рассмотрении дела необоснованно не применены Конвенция и постановления ЕСПЧ, что привело к неверному выводу суда о противоправном характере участия ФИО1 в мирном собрании. Обращает внимание, что в отношении заявителя было допущено ограничение права, установленного Конвенцией, которое не отвечало установленным критериям допустимости такого ограничения. Применение в отношении ФИО1 мер принуждения не преследовало никакой законной цели, в том числе обеспечения общественного порядка, общественной безопасности, защиты прав и законных интересов других лиц. Со ссылкой на постановление Конституционного суда РФ от 10 февраля 2017 года № 2-П, отмечает, что ее участие в публичном мероприятии какими-либо противоправными действиями не сопровождалось. Считает, что отсутствие уведомления о публичном мероприятии не могло служить основанием для применения к участникам публичного мероприятия ограничительных мер в виде задержания, доставления, административного задержания. Присутствие сотрудников правоохранительных органов при проведении публичного мероприятия с очевидностью указывает на то, что органы власти были осведомлены о мероприятии и не были лишены возможности обеспечить общественный порядок и безопасность. Выявление нарушения порядка проведения публичного мероприятия, не дает властям полную свободу действий, поскольку они связаны требованиями пропорциональности, заложенными в статье 11 Конвенции. Обращает внимание, что признание, соблюдение и необходимая защита права на свободу мирных собраний несовместимы с привлечением заявителя к административной ответственности, что само по себе является чрезмерным, непропорциональным вмешательством в право на свободу мирных собраний и не является необходимым в демократическом обществе. В нарушение требований статьи 6 Конвенции судья первой инстанции рассмотрел дело без участия лица, поддерживающего обвинение, в связи с чем поддержание обвинения осуществлялось судом, что привело к несоблюдению требований о беспристрастности суда, не позволило всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело. Суд первой инстанции имел процессуальные полномочия вызвать и допросить в качестве свидетелей должностных лиц, составивших документы, положенные в основу обвинения, и в соответствии со статьей 6 Конвенции обязан был это сделать, но уклонился от указанной обязанности, что не позволило всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело, а также не позволяет использовать в качестве доказательств документы, которые не были подвергнуты надлежащей оценке судом в рамках беспрепятственного слушания. Отмечает, что в результате доставления и задержания ФИО1 были нарушены требования статьи 5 Конвенции и КоАП РФ, однако данным обстоятельствам надлежащая оценка судьей первой инстанции не была дана (л.д. 34-40, 46-52). 

В судебное заседание лица, участвующие в деле, будучи надлежаще извещенными, не явились, о причине неявки не сообщили, ходатайств об отложении разбирательства не заявили, в связи с чем и на основании части 2 статьи 25.1, пунктов 2, 4 части 2 статьи 30.6 КоАП РФ признаю возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела об административном правонарушении в полном объеме, оценив обоснованность доводов жалобы, прихожу к следующим выводам.

Статьей 31 Конституции Российской Федерации предусмотрено право граждан Российской Федерации собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование.

Статья 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, наряду с провозглашением права каждого свободно выражать свое мнение, исходит из того, что осуществление такой свободы налагает обязанности и ответственность и может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены в законе и необходимы в демократическом обществе в целях охраны здоровья и нравственности.

Исходя из провозглашенной в преамбуле Конституции Российской Федерации цели утверждения гражданского мира и согласия и учитывая, что в силу своей природы публичные мероприятия (собрания, митинги, демонстрации, шествия и пикетирование) могут затрагивать права и законные интересы широкого круга лиц - как участников публичных мероприятий, так и лиц, в них непосредственно не участвующих, - государственная защита гарантируется только праву на проведение мирных публичных мероприятий, которое, тем не менее, может быть ограничено федеральным законом в соответствии с критериями, предопределяемыми требованиями статей 17, 19, 55 Конституции Российской Федерации, на основе принципа юридического равенства и вытекающего из него принципа соразмерности, то есть в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Такой подход согласуется с общепризнанными принципами и нормами международного права, в том числе закрепленными во Всеобщей декларации прав человека, согласно пункту 1 статьи 20 которой, каждый человек имеет право на свободу мирных собраний, и в Международном пакте о гражданских и политических правах, статьей 21 которого, признавая право на мирные собрания, допускает введение обоснованных ограничений данного права, налагаемых в соответствии с законом и необходимых в демократическом обществе в интересах государственной или общественной безопасности, общественного порядка, охраны здоровья и нравственности населения или защиты прав и свобод других лиц.

Порядок реализации установленного Конституцией РФ права граждан РФ собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование регулируется Федеральным законом от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» (далее - Федеральный закон № 54-ФЗ), а также Законом Тверской области от 10 октября 2006 года № 98-ЗО «О регулировании отдельных вопросов проведения публичных мероприятий на территории Тверской области», которым в рамках организации публичного мероприятия предусмотрен ряд процедур, направленных на обеспечение мирного и безопасного характера публичного мероприятия, согласующегося с правами и интересами лиц, не принимающих в нем участия, и позволяющих избежать возможных нарушений общественного порядка и безопасности, на что указано в статье 4 данного Закона.

В силу пункта 1 статьи 2 Федерального закона № 54-ФЗ под публичным мероприятием понимается открытая, мирная, доступная каждому, проводимая в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования либо в различных сочетаниях этих форм акция, осуществляемая по инициативе граждан Российской Федерации, политических партий, других общественных объединений и религиозных объединений, в том числе с использованием транспортных средств. Целью публичного мероприятия является свободное выражение и формирование мнений, выдвижение требований по различным вопросам политической, экономической, социальной и культурной жизни страны и вопросам внешней политики или информирование избирателей о своей деятельности при встрече депутата законодательного (представительного) органа государственной власти, депутата представительного органа муниципального образования с избирателями.

Согласно пункта 5 статьи 2 Федерального закона № 54-ФЗ шествие - массовое прохождение граждан по заранее определенному маршруту в целях привлечения внимания к каким-либо проблемам.

Проведение публичного мероприятия должно основываться на принципах законности, выражающимся в соблюдении положений Конституции Российской Федерации, данного Закона, иных законодательных актов Российской Федерации, и добровольности участия в публичном мероприятии (статья 3 Федерального закона № 54-ФЗ).

К процедурам, направленным на обеспечение мирного и безопасного характера публичного мероприятия, относится уведомление о проведении публичного мероприятия, которое в силу пункта 1 части 4 статьи 5 Федерального закона № 54-ФЗ организатор публичного мероприятия обязан подать в орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления не ранее 15 и не позднее 10 дней до дня проведения публичного мероприятия (часть 1 статьи 7), а также не позднее, чем за три дня до дня проведения публичного мероприятия (за исключением собрания и пикетирования, проводимого одним участником) информировать соответствующий орган публичной власти в письменной форме о принятии (непринятии) его предложения об изменении места и (или) времени проведения публичного мероприятия, указанных в уведомлении о проведении публичного мероприятия (пункты 1, 2 статьи 5).

В соответствии с пунктом 7 части 1 статьи 2 Федерального закона № 54-ФЗ уведомление о проведении публичного мероприятия - документ, посредством которого органу исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органу местного самоуправления в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, сообщается информация о проведении публичного мероприятия в целях обеспечения при его проведении безопасности и правопорядка.

В силу части 5 статьи 5 Федерального закона № 54-ФЗ организатор публичного мероприятия не вправе проводить его, если уведомление о проведении публичного мероприятия не было подано в срок либо если с органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органом местного самоуправления не было согласовано изменение по их мотивированному предложению места и (или) времени проведения публичного мероприятия.

Частью 3 статьи 6 Федерального закона № 54-ФЗ установлено, что во время проведения публичного мероприятия его участники обязаны выполнять все законные требования организатора публичного мероприятия, уполномоченных им лиц, уполномоченного представителя органа исполнительной власти субъекта РФ или органа местного самоуправления и сотрудников органов внутренних дел; соблюдать общественный порядок и регламент проведения публичного мероприятия; соблюдать требования по обеспечению транспортной безопасности и безопасности дорожного движения, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами, если публичное мероприятие проводится с использованием транспортных средств.

Согласно подпункта 1 пункта 3 Постановления Губернатора Тверской области от 17 марта 2020 года № 16-пг (ред. от 18 декабря 2020 года) «О введении режима повышенной готовности на территории Тверской области» на территории Тверской области запрещено до отмены данных мер в установленном порядке проведение спортивных, зрелищных, публичных и иных массовых мероприятий, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 4 настоящего Постановления.

Исходя из части 5 статьи 20.2 КоАП РФ, административным правонарушением признается нарушение участником публичного мероприятия установленного порядка проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования, за исключением случаев, предусмотренных частью 6 настоящей статьи, предусматривающей административную ответственность за те же действия, повлекшие причинение вреда здоровью человека или имуществу, если они не содержат уголовно наказуемого деяния, что влечет наложение административного штрафа в размере от десяти тысяч до двадцати тысяч рублей или обязательные работы на срок до сорока часов.

Как усматривается из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ по адресу: 

<

адрес> Московского отдела полиции УМВД России по г. Твери, в ходе мониторинга сети «Интернет» на странице «Команда Навального I Тверь» в социальной сети «Вконтакте» был обнаружен ролик «Шествие за свободу Алексея Навального в Твери» длительностью 4 минуты 42 секунды, из которого было установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 совместно с другими гражданами принимала активное участие в несогласованном публичном мероприятии – шествии от площадки около ТЦ «

<

данные изъяты>» по адресу: 

<

адрес>, нарушая установленный порядок проведения публичного мероприятия, чем нарушила пункт 3 статьи 6 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях». Участники шествия не реагировали на неоднократные обращения сотрудников правоохранительных органов о прекращении противоправных действий.

Как следствие выявленных нарушений ДД.ММ.ГГГГ инспектором ГИАЗ Московского отдела полиции УМВД России по г. Твери в отношении ФИО1 составлен протокол об административном правонарушении № по части 5 статьи 20.2 КоАП РФ. 

Судья районного суда, рассматривая дело об административном правонарушении, пришел к выводу о том, что наличие состава административного правонарушения, предусмотренного частью 5 статьи 20.2 КоАП РФ и вина ФИО1 в совершении вмененного правонарушения установлены и подтверждаются материалами дела.

Оснований не согласиться с выводами судьи районного суда не имеется.

Факт совершения ФИО1 административного правонарушения, предусмотренного частью 5 статьи 20.2 КоАП РФ, подтверждается собранными по делу доказательствами: 

рапортом сотрудника полиции начальнику Московского отдела полиции УМВД России по г. Твери, из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ по адресу: 

<

адрес>, в Московском отделе полиции УМВД России по г. Твери, в ходе мониторинга сети «Интернет» были обнаружены видеоролики, из которых установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, совместно с другими гражданами принимала активное участие в несогласованном публичном мероприятии – шествии от площадки около ТЦ «

<

данные изъяты>» по адресу: 

<

адрес>, нарушая установленный порядок проведения публичного мероприятия, чем нарушила пункт 3 статьи 6 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях». Участники шествия не реагировали на неоднократные обращения сотрудников правоохранительных органов о прекращении противоправных действий (л.д. 8);

видеоматериалом на компакт-диске, из содержания которого усматривается, что 23 января 2021 года проводилось публичное массовое мероприятие в форме шествия, на проведение которого уведомление в установленном порядке не подавалось, а также указанное мероприятие проводилось в нарушение запрета на публичные массовые мероприятия, введенного Постановлением Губернатора Тверской области от 17 марта 2020 года № 16-пг, в связи с распространением коронавирусной инфекции. Во время проведения указанного несанкционированного публичного мероприятия сотрудники полиции непосредственно через громкоговоритель осуществляли информирование собравшихся граждан о том, что проводимое мероприятие незаконно и чтобы они расходились по домам (л.д. 9);

фотоматериалом, на котором в период проведения публичного массового мероприятия в форме шествия, на проведение которого уведомление в установленном порядке не подавалось, запечатлена ФИО1 (л.д. 10, 12);

ответом заместителя главы администрации г. Твери от 21 января 2021 года, согласно которому уведомления о проведении публичных мероприятий 23 января 2021 года в администрацию г. Твери не поступало (л.д. 14);

протоколом об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ №, составленным инспектором ГИАЗ Московского отдела полиции УМВД России по г. Твери с участием ФИО1, которой разъяснялись положения статьи 51 Конституции РФ, статьи 25.1 КоАП РФ, копия протокола вручалась на руки, что подтверждено соответствующими подписями. Согласно объяснениям ФИО1 противоправный характер своих действий не осознавала, т.к. не имела представления о незаконном проведении данного мероприятия; присутствовала на нем впервые и незапланированно присоединилась к шествию после непосредственного начала около 

<

адрес>, в познавательных целях, без злого умысла; плакатов и символики при себе не имела, т.к. заранее присутствовать не собиралась (л.д. 3-6), а также иными материалами дела, которым дана надлежащая правовая оценка, основанная на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 26.11 КоАП РФ.

В соответствии с требованиями статьи 24.1 КоАП РФ при рассмотрении дела об административном правонарушении на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств установлены все юридически значимые обстоятельства его совершения, предусмотренные статьей 26.1 данного Кодекса.

Действия ФИО1 квалифицированы по части 5 статьи 20.2 КоАП РФ в соответствии с установленными обстоятельствами, нормами названного Кодекса и подлежащего применению законодательства.

Доводы подателя жалобы о том, что она никаких плакатов и символики при себе не имела, не опровергают вышеизложенных выводов, поскольку указанная позиция ФИО1 основана на субъективном восприятии своего поведения при проведении публичного мероприятия и на неверном толковании положений стати 6 и 7 Федерального закона № 54-ФЗ применительно к обстоятельствам настоящего дела, а также иной оценке имеющихся в деле доказательств, что не является основанием к отмене состоявшегося по делу судебного акта.

С доводами заявителя жалобы о нарушении права на свободу выражения мнения и свободу мирных собраний согласиться нельзя по следующим основаниям.

Положения Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ неоднократно были предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации.

Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации в своем Определении от 02 апреля 2009 года № 484-О-П, гарантированное Конституцией Российской Федерации, её статьей 31, право граждан Российской Федерации собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование может быть ограничено федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации).

Такой подход согласуется с общепризнанными принципами и нормами международного права.

Данное право, как указывал неоднократно Европейский Суд по правам человека, являясь основополагающим правом в демократическом обществе, тем не менее в силу пункта 2 статьи 11 названной Конвенции может подлежать ограничениям, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности или защиты прав и свобод других лиц. 

Частью 3 статьи 17 Конституции РФ установлено, что осуществление названного права не должно нарушать права и свободы других лиц.

С учетом изложенного, участие в публичном мероприятии в форме митинга, шествия, проводимом в нарушение требований Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ, не свидетельствует о нарушении прав ФИО1 на свободу выражения мнения и свободу собраний.

О том, что ФИО1 было известно о незаконности названного выше публичного мероприятия, следует из представленных в материалы дела доказательств, в том числе, рапорта сотрудника полиции, видеозаписи, из которой следует, что сотрудниками полиции указывалось участникам публичного мероприятия на незаконность его проведения.

Следует отметить, что действия сотрудников полиции по прекращению данного публичного мероприятия были основаны на законодательстве Российской Федерации, с учетом того, что шествие проходило в центральной части города, в месте расположения значимых объектов и нахождения значительного скопления людей, в период ограничительных мер на публичные мероприятия в связи с распространением коронавирусной инфекции, обусловленных соображениями национальной безопасности и необходимостью защиты прав иных лиц.

Частью 2 статьи 17 Федерального закона № 54-ФЗ установлено, что в случае невыполнения указания о прекращении публичного мероприятия сотрудники полиции (военнослужащие и сотрудники войск национальной гвардии Российской Федерации) принимают необходимые меры по прекращению публичного мероприятия, действуя при этом в соответствии с законодательством Российской Федерации.

При этом утверждение о незаконности примененного к ФИО1 административного задержания, не свидетельствует о нарушении прав последнего. 

Из смысла части 1 статьи 27.3 КоАП РФ следует, что возможность применения меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении в виде административного задержания связана, в частности, с необходимостью обеспечения правильного и своевременного рассмотрения дела об административном правонарушении, поэтому применение к ФИО1 этой меры не противоречит требованиям КоАП РФ.

Ссылка о нарушении судом принципа состязательности и равноправия сторон, в связи с отсутствием в судебном заседании лица, исполняющего функцию государственного обвинения, основаны на ином толковании права и не влекут отмену или изменение судебного акта.

Статьей 6 Конвенции о защите прав и основных свобод, статьями 46, 47 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на судебную защиту посредством независимого и беспристрастного суда, компетенция которого установлена законом.

Из разъяснений пункта 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» должностные лица, составившие протокол об административном правонарушении, а также органы и должностные лица, вынесшие постановление по делу об административном правонарушении, не являются участниками производства по делам об административных правонарушениях, круг которых перечислен в главе 25 КоАП РФ. Вместе с тем при рассмотрении дел о привлечении лиц к ответственности за административное правонарушение, а также по жалобам и протестам на постановления по делам об административных правонарушениях в случае необходимости не исключается возможность вызова в суд указанных лиц для выяснения возникших вопросов.

Таким образом, требованиями КоАП РФ не предусмотрена необходимость обязательного участия в рассмотрении дела должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении.

Несогласие заявителя с оценкой установленных судьей районного суда обстоятельств и имеющихся доказательств не свидетельствует о том, что при рассмотрении дела допущены существенные нарушения КоАП РФ или предусмотренные им процессуальные требования, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть настоящее дело об административном правонарушении.

Порядок и срок давности привлечения ФИО1 к административной ответственности не нарушены.

Административное наказание в виде административного штрафа в размере 10 000 рублей было назначено ФИО1 в минимальных размерах в пределах санкции части 5 статьи 20.2 КоАП РФ, в соответствии с требованиями статей 3.1, 3.5, 4.1 КоАП РФ, учетом личности виновной, а также характера совершенного административного правонарушения, является справедливым и соразмерным содеянному.

Нарушений норм материального и процессуального закона, влекущих отмену постановления судьи районного суда, при рассмотрении дела об административном правонарушении не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 30.6, 30.7 КоАП РФ, судья 

решил:

постановление судьи Московского районного суда г. Твери от 17 февраля 2021 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 5 статьи 20.2 КоАП РФ в отношении ФИО1 оставить без изменения, жалобу ФИО1 – без удовлетворения. 

Судья 

<

данные изъяты>