Дело №2-9/2019

ПРИГОВОР

именем Российской Федерации 

7 октября 2019 года г. Хабаровск

Хабаровский краевой суд в составе:

председательствующего Назаровой С.В.,

при секретаре Гаврилко Л.А., 

с участием государственных обвинителей Семениной Л.Г., ЧепрасоваА.С.,

потерпевших ФИО1., ФИО2,

подсудимого ФИО12,

его защитника адвоката Камышанской Г.И., предъявившей удостоверение № от 19 марта 2003 года и ордер № 162 от 4 июля 2019 года, 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО12, 

<

данные изъяты>, ранее не судимого, содержащегося под стражей по настоящему делу с 24 июня 2018 года, 

в совершении преступлений, предусмотренных п. «и» ч.2 ст.105, ч.3 ст. 30 п. «а,б,и» ч.2 ст. 105 УК РФ

УСТАНОВИЛ:

ФИО12 из хулиганских побуждений совершил убийство несовершеннолетнего ФИО3.

Он же, совершил покушение на убийство двух лиц ФИО3 и ФИО2, в связи с выполнением последним общественного долга, не доведенное до конца по независящим от него обстоятельствам.

Преступления совершены в селе Хурба Комсомольского района Хабаровского края при следующих обстоятельствах.

В период времени с 1 часа 10 минут до 3 часов 24 июня 2018 года в квартире 

<

адрес> ФИО12, в состоянии алкогольного опьянения, из хулиганских побуждений, на почве явного неуважения к обществу и общепринятым нормам морали, выражая открытый вызов общественному порядку, демонстрируя пренебрежительное отношение и противопоставляя себя потерпевшему, умышленно, с целью убийства нанес ФИО3 приисканным в квартире ножом не менее 11 ударов в различные части тела, в том числе в грудь, шею и голову, причинив ему множественные телесные провождения, в том числе: единую острую травму грудной клетки, квалифицирующуюся как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, состоящую из проникающих колото-резаных ранений грудной клетки: на передней поверхности справа, проникающее в правую плевральную полость с повреждением ткани верхней доли правого легкого, с кровоизлияниями по ходу раневого канала и на передней поверхности слева, проникающее в область средостенья с повреждением сердечной сорочки, полным пересечением восходящей дуги аорты, с кровоизлияниями по ходу раневого канала.

В результате умышленных действий ФИО12 на месте происшествия наступила смерть ФИО3 от травматического шока (геморрагического, гиповолемического), осложнившего течение вышеуказанной острой травмы грудной клетки.

В момент нанесения ударов ножом несовершеннолетнему ФИО3, ФИО12 застигли мать потерпевшего ФИО1 и ее сожитель ФИО2, который исполняя свой общественный долг, с целью пресечения противоправных действий ФИО12, оттолкнул последнего от ФИО3. 

Действия ФИО2 по пресечению преступления в отношение ФИО3, вызвали у ФИО12 желание причинить ему смерть. С этой целью, действуя умышленно, ФИО12 тем же ножом нанес ФИО2 удар в переднюю область груди, однако поскольку последний сумел увернуться, удар пришелся в заднюю поверхность его левого плеча, в результате чего ФИО2 упал на диван. ФИО12, продолжая реализацию задуманного, расположился сверху на потерпевшем и, преодолевая активное сопротивление ФИО2, нанес последнему не менее 13 ударов ножом в различные части тела и попытался нанести удар в область груди и шеи. Однако, ФИО2, оказывая активное сопротивление, перехватил руку ФИО12, в которой находился нож и удерживал ее, не позволяя нанести удар, тогда как ФИО12, противодействуя сопротивлению, весом своего тела давил на нож, совершая им движения, повреждая лезвием кисти рук ФИО2, которыми тот удерживал руку ФИО12 

В свою очередь ФИО1., являясь очевидцем происходящего, сознавая, что ФИО12 физически превосходит ФИО2, с целью пресечения противоправных действий ФИО12 нанесла последнему удар обухом топора в область спины. ФИО2, используя это обстоятельство, сбросил ФИО12 с себя и вместе с ФИО1 смог убежать от ФИО12

Своими умышленными действиями ФИО12 причинил ФИО2 следующие телесные повреждения: сквозное колото-резаное ранение в средней трети задней поверхности левого плеча без повреждения крупных сосудисто-нервных пучков, слепое колото-резаное ранение в средней трети передне-внутренней поверхности правого предплечья, резаную рану на наружной поверхности области левого лучезапястного сустава, квалифицирующиеся как легкий вред здоровью и не расценивающийся, как вред здоровью: поверхностные резаные раны на тыльной поверхности 3 фаланги 2 пальца левой кисти (1); в средней трети наружной поверхности левого бедра (1); ссадины на передней поверхности груди в проекции 3 ребра по средне-ключичной линии слева (1); на передней поверхности груди в проекции 6 ребра между средне-ключичной и окологрудинной линиями слева (1); на задней поверхности груди в 5 межреберье между задне-подмышечной и лопаточной линиями слева (3); на границе передне-наружной и передне-внутренней поверхности средней трети правого плеча (2); в проекции гребня левой подвздошной кости (1); на границе верхней и средней трети наружной поверхности левой голени (1). 

Однако, умышленные действия ФИО12, непосредственно направленные на совершение убийства ФИО2, не были доведены до конца по независящим от него обстоятельствам, поскольку потерпевший оказал активное сопротивление и смог убежать. 

Подсудимый ФИО12 свою вину в совершении преступлений признал частично, указав, что убийство ФИО3 совершил из личной неприязни, лишать жизни ФИО2 не намеревался, а лишь оборонялся от последнего.

Несмотря на занятую подсудимым позицию, его вина в совершении изложенных выше преступлений установлена в полном объеме совокупностью исследованных судом доказательств.

Подсудимый ФИО12 в судебном заседании пояснил, что 23 июня 2018 года находился в гостях у своего друга ФИО2, вместе с которым употребил литр водки, а также алкогольную настойку. Степень своего опьянения определить не может, но находился в адекватном состоянии и правильно воспринимал происходящее. Конфликтных ситуаций у него ни с кем из присутствующих не возникало. Между 22 и 23 часами захотев спать, решил поехать домой. Однако, уехать не удалось, поэтому, в ночное время вернулся в дом ФИО2, где изначально собирался заночевать. Увидев в комнате свет, открыл входную дверь. Одновременно с ним из помещения дома дверь открыл ФИО3, который пригласил его войти. До этих событий с ФИО3 знаком не был, воспринимал его как взрослого молодого человека 16-17 лет. Они прошли с ФИО3 в комнату последнего, где ФИО3 сел за компьютер, а он расположился на диване за спиной потерпевшего. Они вели беседу, о чем конкретно, не помнит, что-то связанное с компьютерной игрой. Он просил ФИО3 принести ему воды, потерпевший его просьбу выполнил. Беседа продолжалась около получаса. ФИО2 и ФИО1. спали в своей комнате. Затем неожиданно ФИО3, не отрываясь от игры, стал предъявлять ему претензии в грубой форме о том, что он и ФИО2 злоупотребили спиртным. Почему вдруг ФИО3 стал об этом говорить, пояснить не может. Ему не понравилось поведение ФИО3, о чем он и сообщил. В ответ ФИО3 оскорбил его в нецензурной форме, при этом также располагаясь спиной к нему. Он встал с дивана и, подойдя к ФИО3, взял его за левое плечо, чтобы развернуть к себе. В этот момент ФИО3 встал на ноги и правым плечом оттолкнул его от себя, в результате чего оба упали на пол. В момент падения, правой рукой по инерции пытался ухватиться за край стола, но в руки попала рукоять ножа. Он сразу понял, что в руках нож, по какой причине не бросил его не знает. Однако ФИО3 убивать не хотел, по какой причине стал наносить ему удары, объяснить не может. Понимает, что его поведение не было адекватным в сложившейся ситуации, но поведение ФИО3 взбесило его. Удары целенаправленно не наносил, полагает, что один удар нанес в момент падения, а остальные после него. Помнит, что нанес три удара куда-то в верхнюю часть тела, не отрицает, что возможно причинил потерпевшему и другие телесные повреждения, обнаруженные при исследовании его трупа, но обстоятельств их причинения не помнит. В момент, когда он находился возле ФИО3 на коленях, опираясь одной кистью о пол, услышал крик ФИО1.: «Слава! Он его убил!» Полагает, что в тот момент, когда стал подниматься на ноги, получил удар в область спины. Б-вым зрением увидел, что ФИО2 нанес ему один удар обухом топора, а затем и лезвием. ФИО1. сразу из дома убежала и больше не возвращалась. Он понял, что ФИО2 хочет причинить вред его здоровью в связи с его действиями в отношении ФИО3. В каком состоянии находился ФИО3, не знает, кровь не видел, не может сказать подавал ли тот признаки жизни. Он развернулся к ФИО2 и так понял, что тот замахивается на него топором. Не выпуская из руки нож, стал защищаться, поскольку опасался за свою жизнь. Он стал бороться с ФИО2 на диване, пытаясь отобрать топор, а тот в свою очередь пытался отобрать у него нож. Пока он удерживал руку ФИО2, в которой тот держал топор, ФИО2 нанес ему еще один удар топором по плечу. Ему удалось вывернуть руку ФИО2, и тот выронил топор. Он встал на ноги, ФИО2 также встал и, оттолкнув его, выбежал из дома. Он сразу покинул дом и направился через лесополосу к дороге. Шел через лес больше часа, в темное время. Поскольку нож ему мешал, выкинул его вместе с футболкой, которая имела повреждения от воздействий топора. Добравшись до дома, постирал джинсы и пошел к своему другу ФИО4 переночевать, сообщив последнему, что поссорился с матерью. Никому о происшедшем не сообщал, так как тогда не знал, что с этим делать. 

Неоднократно допрошенный в ходе предварительного следствия ФИО12 давал несколько иные показания:

-в качестве подозреваемого 24 июня 2018 года (т.1 л.д.209-214) пояснил, что в период нахождения в доме потерпевших 23 июня 2018 года конфликтов с ФИО2 и иными присутствующими лицами не возникало. Какой-либо обиды на ФИО2 и членов его семьи у него не имелось. Когда на улице стемнело, понял, что сильно опьянел и собрался домой. Однако, не сумев уехать, вернулся в дом ФИО2, чтобы переночевать. Дверь в квартиру была открыта. Он вошел и увидел в проходе ФИО3, который предложил войти. Пройдя в помещение, обнаружил, что ФИО2 и ФИО1. спят в одной из комнат. Гостей в доме уже не было. Вместе с ФИО3 прошел в комнату, где последний сел за компьютерный стол, он находился рядом. Во время беседы ФИО3 стал оскорблять его в нецензурной форме, кричать. Это его так разозлило, что взяв лежащий на компьютерном столе нож, схватил ФИО3, в результате чего оба упали на пол. В момент падения или уже лежа на полу, нанес в область груди ФИО3 первый удар ножом. Затем нанес еще два удара ножом, в область груди и шеи. Нож большой с длинным и широким лезвием. Удары не считал, их могло быть и больше. В процессе борьбы пытался нанести еще удары, но ФИО3 закрывался руками, поэтому мог попасть лезвием по руке или лицу. В какой-то момент почувствовал сильный удар по спине. Обернувшись, увидел, что за спиной находится ФИО2 с топором. Понял, что тот ударил его обухом топора по спине. Подскочил к ФИО2, и между ними завязалась борьба, в ходе которой несколько раз пытался нанести удары ножом ФИО2, даже пару раз почувствовал, что попал. Примерно через пару минут ФИО2 оттолкнул его и выбежал из квартиры, бросив топор в этой же комнате. Не став проверять состояние ФИО3, вышел из квартиры и направился в лес, где выкинул нож и футболку. Спортивная кофта осталась в квартире потерпевших. Пешком дошел до г.Комсомольска-на-Амуре, дома принял душ и постирал вещи, так как они были грязные, поскольку много падал когда шел через лес. Убивать ФИО3 не хотел, равно, как не хотел поранить ФИО2 

-в ходе проверки показаний на месте 10 июля 2018 года (т.1 л.д.231-236) пояснил, что в тот момент, когда наносил удары ножом ФИО3, его били топором по спине. После чего он повернулся и начал бороться. Его схватили за правое плечо, была борьба. В этот момент его били по плечу и спине топором. Он выхватил топор и откинул, после чего ФИО1. и ФИО2 побежали. Удары ножом ФИО2 не наносил, возможно, порезал его левое предплечье в ходе борьбы. Не помнит, присутствовала ли ФИО1. при его конфликте с ФИО3 и ФИО2 Демонстрируя взаиморасположение в ходе борьбы с ФИО2, показал, что последний сидел на диване, левой рукой удерживал его правое плечо, а правой рукой, в которой был топор, удерживал его за левое плечо. 

-в качестве обвиняемого 26 октября 2018 года (т.2 л.д.9-14) утверждал, что свидетелей, присутствующих в доме потерпевших 23 июня 2018 года видел впервые, объяснить их показания о том, что он высказывался нелицеприятно в адрес ФИО2, не может, но их показания действительности не соответствуют. Настаивал, что ФИО1. во время его конфликта с ФИО3 спала и ничего пояснять не может. ФИО3 сам предложил ему войти, потом играл в компьютерную игру, о которой они разговаривали, в ходе этой беседы ФИО3 стал его оскорблять. В тот день он употреблял водку и алкогольную настойку, в достаточном количестве, находился в состоянии алкогольного опьянения, степень которого определить не может. 

-в качестве обвиняемого 1 ноября 2018 года (т.2 л.д.15-18) заявил, что ФИО2 нанес ему не менее трех ударов топором, один из которых обухом и два лезвием - в область спины и левого плеча, отчего у него образовались ссадины задней поверхности грудной клетки и задне-наружной поверхности верхней трети левого плеча. Ссадина правой кисти образовалась в результате того, что его рука соскользнула с рукояти на лезвие ножа. Ушибленные раны двух пальцев правой и левой руки образовались в результате падения на пол. Кровоподтек на правом плече образовался от того, что ФИО2 хватал его руками. Телесные повреждения, обнаруженные у ФИО2 на задних поверхностях тела, образовались не от его действий, а телесные повреждения, обнаруженные на передних поверхностях тела потерпевшего, он мог причинить тому во время борьбы. 

-в ходе проверки показаний на месте 2 ноября 2018 года (т.2 л.д.35-50), используя манекен, продемонстрировал механизм нанесения телесных повреждений ФИО3. При этом уточнил, что потерпевший в этот момент либо сидел за компьютерным столом, либо привстал. Он хотел схватить потерпевшего, но тот его оттолкнул, поэтому стали падать. В момент падения он схватил нож и нанес им три удара в область грудной клетки. В коридор выбежала ФИО1 и закричала, следом выбежал ФИО2, который забежал в комнату и нанес ему удар топором. После этого, завязалась борьба. Он схватил ФИО2 за запястье руки, в которой находился топор. ФИО2 пытался еще нанести ему удары, но он его руку выпрямил и тот попал ему топором в нижнюю треть левого плеча. В этот момент он «выжал» топор у потерпевшего и откинул, а ФИО2 убежал. В процессе борьбы, возможно, задел ФИО2 ножом, но удары не наносил.

В судебном заседании подсудимый ФИО12 свои показания на предварительном следствии в целом подтвердил, суду пояснил, что давал их самостоятельно, добровольно, в присутствии защитника, после разъяснения процессуальных прав и положения ст. 51 Конституции РФ.

Не подтвердил показания в качестве подозреваемого от 24 июня 2018 года в части того, что был пьян в момент исследуемых событий, схватил нож, чтобы нанести удары ФИО3, а также, что много падал в лесу, когда покидал место происшествия.

В судебном заседании утверждал, что показания о событиях преступления давал такие же, как в судебном заседании, однако следователь по-своему изложил их в протоколе допроса. При допросе присутствовали два сотрудника полиции, а защитник прибыл после дачи им показаний. Он с протоколом допроса не знакомился, подписал его, поскольку доверял следователю. 

Суд проверил эти доводы подсудимого и признает их надуманными по следующим основаниям:

-показания ФИО12 на предварительном следствии в качестве подозреваемого, обвиняемого, в ходе проверки показаний на месте, получены с соблюдением Конституции РФ и уголовно-процессуального закона;

-эти показания были даны им с разъяснением его процессуальных прав и в присутствии защитника, то есть, в условиях, исключающих оказание на него какого-либо незаконного воздействия;

-замечаний, как по содержанию протокола допроса от 24 июня 2018 года, так и о невозможности его проведения (в связи с состоянием здоровья) ни от ФИО12, ни от его защитника, не поступало;

-довод подсудимого ФИО12 о том, что 24 июня 2018 года защитник прибыл после его допроса, произведённого в период с 20 до 21 часа 10 минут, опровергается наличием подписей адвоката в протоколе допроса, а также показаниями самого подсудимого о присутствии защитника при составлении протокола явки с повинной в 19 часов этих же суток; 

-заявление подсудимого ФИО12 о том, что он подписывал протокол допроса, не зная о его содержании, является несостоятельным, противоречит материалам дела. Как видно из протокола, ФИО12 читал его лично, собственноручно указывал об этом, отмечал, что показания верно записаны с его слов, замечаний к их содержанию не имел, достоверность протокола удостоверил своими подписями.

Анализируя показания подсудимого в судебном заседании, протоколы исследованных следственных действий, суд приходит к выводу об отсутствии обстоятельств, свидетельствующих о нарушении прав ФИО12 на досудебных стадиях производства по делу.

При таких обстоятельствах, суд признает показания ФИО12 на предварительном следствии, в том числе в качестве подозреваемого от 24 июня 2018 года, допустимыми доказательствами, а пояснения о несоответствии содержания протокола допроса его показаниям, отсутствии при допросе защитника, отвергает как недостоверные, заявленные с целью обоснования причин изменения ранее данных им показаний на предварительном следствии.

Показания ФИО12 на предварительном следствии суд признает достоверными в части, согласующейся с совокупностью доказательств, исследованных судом. 

Так, в ходе осмотра места происшествия (т.1 л.д.48-65) 24 июня 2018 года на территории домовладения дома 

<

адрес>, а также в квартире № этого же дома было обнаружено:

-на внутренней стороне деревянной калитки забора, в левой верхней ее части, капли вещества бурого цвета, которые согласно заключению эксперта № ДВО-3942-2018 от 25 января 2019 года (т.2 л.д.233-265) являются кровью человека и произошли от ФИО2 

-на внешней стороне входной двери придомового помещения, с внутренней стороны этой же двери возле ручки двери и врезного замка, а также на стене возле двери в жилое помещение капли и мазки крови человека, которые в соответствии с тем же заключением эксперта, произошли от ФИО2

В жилом помещении квартиры, состоящей из кухни и трех комнат, обозначенных под номерами 1, 2, 3, две последние смежные, обнаружено:

-в коридоре возле входа в комнату № 2 и в самой комнате на полу капли крови человека, которая согласно вышеприведенному заключению эксперта, произошла от ФИО2

-на двери в комнату № 1 и на полу этой комнаты следы крови человека, которые по вышеуказанному заключению эксперта произошли от ФИО2 

-в комнате № 1 на полу топор со следами вещества бурого цвета. Согласно тому же заключению эксперта, на металлической части топора обнаружены следы крови человека, которые произошли от ФИО2 На топорище обнаружены смешанные следы крови человека и клеток эпителия, которые могли произойти за счет смешения биологического материала ФИО2, ФИО3. и ФИО1. В двух объектах на топорище обнаружены смешанные следы крови человека и эпителия, которые произошли от ФИО2 

-в комнате № 2 на полу между компьютерным столом и диваном труп ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения с признаками насильственной смерти. Труп лежит на спине, лицом вверх, ноги выпрямлены в сторону входа в комнату № 3. Левая рука согнута в локтевом суставе, расположена на животе. Правая рука выпрямлена вдоль туловища, несколько отведена, пальцы полу сжаты. На трупе надето футболка черного цвета, шорты, трусы, ткань которых обильно пропитана жидкой кровью. На передней поверхности футболки имеются множественные сквозные повреждения щелевидной формы с ровными краями. На лице, шее, туловище, соответственно прилегающей футболке, практически по всей поверхности верхних конечностей, на бедрах по передней поверхности книзу от края шорт до колен и с переходом на правую голень интенсивное наложение подсохшей крови. На трупе обнаружены множественные повреждения. В том числе, на передней поверхности верхней трети грудной клетки две зияющие раны веретенообразной формы, края их ровные, верхние скошены, концы острые и П-образной формы, при надавливании на грудную клетку из ран выделяется воздух и кровь. Аналогичная рана расположена слева от переднего конца ключицы. С трупа изъята футболка, в комнате на комоде кофта серого цвета, на которых в соответствии с вышеприведенным заключением эксперта обнаружена кровь человека, которая произошла от ФИО3

Предметы, изъятые в ходе осмотра места происшествия, были осмотрены (т.3 л.д.1-6), признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т.3 л.д.7-8).

Согласно заключениям эксперта № 1131 от 27 июня 2018 года (т.2 л.д.92-109), № 79 от 20 ноября 2018 года (т.2 л.д.129-137) смерть ФИО3 наступила от травматического шока (геморрагического, гиповолемического), осложнившего течение острой травмы грудной клетки с повреждением внутренних органов, не менее чем за три часа и не более чем за шесть часов до момента осмотра трупа на месте происшествия (6 часов 24 июня 2018 года).

При исследовании трупа обнаружены следующие телесные повреждения.

Множественные (2) проникающие колото-резаные ранения грудной клетки: 

-на передней поверхности грудной клетки справа в 2 см от срединной линии тела, в 3-ем межреберье по окологрудинной линии, раневой канал следует в направлении спереди назад, сверху-вниз, с повреждением по ходу раневого канала кожи, подкожно-жировой клетчатки, мягких тканей грудной клетки, межреберных мышц, проникает в правую плевральную полость с повреждением ткани верхней доли правого легкого, с кровоизлияниями по ходу раневого канала, длина которого составляет 11,6 см без учета эластических свойств тканей и пространственного расположения органов; 

-на передней поверхности грудной клетки слева в 2,5 см от срединной линии тела, в левой подключичной области по средней ключичной линии, раневой канал следует в направлении спереди назад, сверху-вниз, с повреждением по ходу раневого канала кожи, подкожно-жировой клетчатки, мягких тканей грудной клетки, хрящевой части 2-го ребра, межреберных мышц проникает в область средостенья с повреждением сердечной сорочки, полным пересечением восходящей части дуги аорты, с кровоизлияниями по ходу раневого канала, длина которого составляет 4,5 см без учета эластических свойств тканей и пространственного расположения органов. Двусторонний гемоторакс общим объемом 1000 мл.

Данные повреждения представляют собой единую острую травму грудной клетки с повреждением внутренних органов, образовались не менее чем от двух воздействий предмета с колюще-режущими свойствами, состоят в прямой причинной связи со смертью и применительно к живым лицам, как в совокупности, так и каждое в отдельности расцениваются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, а в данном случае приведшие к смерти. 

Слепые (не проникающие) колото-резаные ранения:

-на наружной поверхности левого бедра в нижней его трети в области сгиба левого коленного сустава, раневой канал следует подкожно в направлении снизу-вверх, длина раневого канала составляет 9 см; 

-на передней поверхности грудной клетки справа в 2 см от срединной линии тела, в 3-ем межреберье по окологрудинной линии, раневой канал следует подкожно в направлении спереди назад, сверху-вниз, дина раневого канала составляет 12 см;

-на передней поверхности шеи слева, в 0,7 см от срединной линии тела, раневой канала следует подкожно в направлении спереди назад, сверху-вниз, длина раневого канала составляет 7,3 см. 

Данные телесные повреждения могли образоваться не менее чем от трёх воздействий предмета с колюще-режущими свойствами, в причинной связи со смертью не состоят, однако, могли усугубить общее состояние, как источники наружного кровотечения, и применительно к живым лицам, в совокупности, расцениваются как легкий вред здоровью по признаку кратковременности расстройства здоровья сроком менее 21 дня.

Резаные раны: в левой щечной области (3), на красной кайме нижней губя слева. Ссадины: в подбородочной области (1), на боковой поверхности грудной клетки слева (1).

Данные телесные повреждения могли образоваться не менее чем от четырех воздействий предмета с режущими свойствами, в причинной связи со смертью не состоят, как причинившие вред здоровью не расцениваются.

Все вышеперечисленные телесные повреждения могли образоваться не менее чем от девяти воздействий предмета с колюще-режущими свойствами, были причинены в короткий промежуток времени относительно друг друга. 

Травмирующим объектом мог быть нож с односторонней заточкой клинка, обухом толщиной около 0,12 см, с выраженными ребрами, либо более выраженным правым ребром, мог иметь острую и/или средней остроты режущую кромку лезвия, затупленное либо деформированное острие. Ширина клинка на уровне погружения около 5 см.

Из заключения эксперта № 69 от 19 октября 2018 года (т.2 л.д.114-123) следует, что при сопоставлении обстоятельств, указанных и продемонстрированных в ходе проверки показаний на месте ФИО12 с локализацией и характером обнаруженных на трупе ФИО3. проникающих колото-резаных ранений, эксперт считает возможным причинение данных повреждений при обстоятельствах указанных ФИО12 

Высказаться о возможности причинения остальных телесных повреждений, обнаруженных на трупе ФИО3 (слепых колото-резаных ранений, резаных ран, ссадин) при обстоятельствах, указанных ФИО12 не представляется возможным, так как механизм образования данных повреждений не указан. 

Эксперт ФИО4 в судебном заседании выводы вышеприведенных экспертиз подтвердил, суду пояснил, что пять колото-резаных ранений, обнаруженных при исследовании трупа ФИО3., образовались от пяти воздействий предмета с колюще-режущими свойствами. Две резаные раны в левой щечной области, расположенные в одной анатомической области в непосредственной близости друг от друга, могли образоваться как от одного, так и от двух воздействий предмета с режущими свойствами. 

Выводы эксперта объективно подтверждают показания ФИО12 о способе, который он использовал для лишения потерпевшего жизни.

Потерпевшая ФИО1. в судебном заседании пояснила, что 23 июня 2018 года по месту жительства в квартире 

<

адрес> отмечали день рождения ее сожителя ФИО2 Среди гостей присутствовал приятель сожителя - ФИО12, с которым она была малознакома. Кроме взрослых гостей, в доме присутствовал ее сын и племянница ФИО5. Ее сын ФИО3, 14-ти лет, до этого дня с ФИО12 знаком не был. Дети за одним столом с взрослыми не находились, занимались своими делами. Никаких конфликтов между ФИО3, ФИО12 и другими присутствующими не возникало. Когда почти все гости разошлись, и в доме остались она, ее подруга ФИО6, ФИО2 и ФИО12, последний в отсутствие ФИО2 стал высказываться в его адрес негативно, убеждая, что сожитель ее не достоин. На ее просьбы прекратить, не реагировал, находился в состоянии алкогольного опьянения, поскольку употребил не менее одного литра водки. ФИО6, возмущенная таким поведением ФИО12, сообщила об этом ФИО2 В результате высказываний ФИО12, она обиделась на ФИО2 и перестала с ним разговаривать, поэтому ФИО2 ушел спать в другую комнату, не выясняя отношений с ФИО12 Последний же продолжал высказываться в адрес ФИО2, который в какой-то момент вышел из комнаты и предложил ФИО12 покинуть дом. ФИО12 спокойно на это отреагировал, не вступая в конфликт, ушёл из дома, примерно в 22-23 часа. Когда ФИО6 ушла, она вместе с сыном убрала посуду, столовые приборы, в том числе ножи, сложила в кухонный шкаф. После этого легла спать в комнате с ФИО2 ФИО3 в своей комнате играл в компьютерную игру. Дверь в дом не запирали, поскольку с дискотеки должна была вернуться старшая дочь, о чем ФИО12 было известно. Лежа в кровати, услышала, как открылась входная дверь, поняла, что кто-то вошел в дом и стоит у двери. Дверь в спальню была открыта, поэтому ей была хорошо видна часть прихожей, в которую падал свет из кухни. Она увидела, что в дом вошел ФИО12, заглянул в спальню, как будто разглядывая их. Она сделала вид, что спит, так как опасалась, что тот разбудит ФИО2 Затем ФИО12 прошел в комнату ФИО3. Она слышала, что между ними происходит разговор о компьютерной игре, все это сопровождалось мелодией самой игры. Минут через пять ФИО12 вновь заглянул к ним в спальню и тут же ушел к ФИО3. Через несколько минут услышала шаги, видела, что ФИО12 прошел на кухню, следом, поставив игру на паузу, в кухню вышел сын. Слышала, что ФИО12 говорил что-то о воде, потом вышел и встал у двери спальни, снова разглядывая их. Сын вынес ковш с водой, ФИО12, сделав глоток воды, вернул ковш ФИО3. Затем оба вернулись в комнату сына. Она, услышав, что возобновилась мелодия компьютерной игры, поняла, что ФИО3 продолжает играть. Через несколько минут услышала из комнаты сына прерывающиеся булькающие звуки. Предположив, что ФИО12, в состоянии алкогольного опьянения, может захлебнуться рвотой, вышла из спальни, проверить что случилось. В комнате за диваном увидела ноги сына, торчащие из-под, сидящего на нем, ФИО12 В груди сына был нож, рукоять которого ФИО12 держал обеими руками. Она стала кричать, хватать ФИО12 за плечи и лицо, пытаясь оттащить от ФИО3, но у нее не получалось сдвинуть того с места. На ее крик, сразу прибежал ФИО2, который со словами: «Что ты творишь?», схватил ФИО12 за плечи и стал оттаскивать от сына. ФИО12, вытащив из груди ФИО3 нож, встал на ноги и, произнеся: «Поздно», сразу стал наносить удары ножом ФИО2 Она видела, что из тела ФИО2 хлынула кровь. ФИО2 отпрыгивая и уклоняясь от ударов ножом, крикнул, чтобы она убегала. Выбежав из комнаты, поняла, что в силу физического превосходства ФИО12 убьет ФИО2 Поэтому, взяв в спальне топор, вернулась в комнату. Там ФИО12 уже сидел сверху на ФИО2, который располагался, полулежа на диване. ФИО2 удерживал руки ФИО12 с ножом, у своего лица. Она нанесла обухом топора удар по спине ФИО12 От удара топор отпружинил и выпал из рук на пол, под ноги ФИО12 Она хотела поднять топор, но ФИО12 стал хаотично размахивать ножом за своей спиной, поэтому она убежала на улицу. Стала звать на помощь соседей, однако, те не откликнулись. Поскольку поблизости домов больше нет, побежала на дорогу. Видела, что за ней следом вышел ФИО2, который все время кричал, чтобы она бежала. Затем вышел ФИО12, который держа нож лезвием вниз в руке, поднятой на уровень головы, стал их преследовать. Выбежав на дорогу, остановила автомобиль, стала кричать, что их преследует убийца, но оглянувшись, увидела, что ФИО12 исчез. 

Отвечая на вопросы участников процесса, потерпевшая ФИО1. уточнила, что узнала нож, которым ФИО12 наносил удары ФИО3 и ФИО2 Этим кухонным ножом резали торт на дне рождения, затем она его помыла и убрала в столешницу кухонного шкафа. Нож длиной около 30 см, ширина лезвия около 5 см, с обломанным острием. Утверждала, что никакой ссоры между ФИО3 и ФИО12 перед гибелью сына не было. ФИО3 играл в компьютерную игру, и та продолжалась, когда она вошла в комнату. Сын по характеру был не конфликтным, трусоватым мальчиком, с уважением относился к взрослым, не позволял себе пререкаться с ними или грубить. 

Потерпевший ФИО2 на предварительном следствии (т.1 л.д.137-141) и в судебном заседании пояснил, что 23 июня 2018 года по его приглашению ФИО12 был впервые в его доме. С ФИО3 ФИО12 знаком не был и он не видел, чтобы в этот день они общались между собой. Никаких конфликтов во время застолья не возникало. Когда почти все гости разошлись, ФИО6 сообщила ему, что ФИО12, в его отсутствие, плохо о нем отзывался. ФИО1. стала предъявлять ему претензии из-за сказанного ФИО12 Он обиделся и ушел спать в спальню. Оттуда услышал, что ФИО12 продолжает убеждать ФИО1., что он ее не достоин. Тогда он вышел из спальни и попросил ФИО12 покинуть дом. При этом голоса не повышал, ссоры и конфликта не возникло. ФИО12 спокойно собрался и ушел. Это произошло примерно в 22 часа. ФИО6 и ФИО1 оставались в доме. Дети ушли к бабушке, и он не видел, чтобы они возвращались. Затем он лег спать. Проснулся ночью от крика ФИО1. Выбежал в комнату ФИО3 и увидел, что между диваном и компьютерным столом на коленях стоит ФИО12, между его ногами находится тело ФИО3. ФИО12 держал в руках нож, лезвие которого находилось в груди ФИО3. Со словами: «Что ты творишь!», он схватил ФИО12 за плечи и дернул назад. ФИО12 встал на ноги, вытащив из тела ФИО3 нож, произнёс: «Поздно». Затем тут же стал наносить ему удары ножом. Первый удар пришелся в левое плечо, поскольку он уклонился. От этого одного удара образовалось сквозное ранение плеча и резаная рана на спине. Он пятился назад, пытался увернуться от ударов, поскольку ФИО12 не останавливаясь, размахивал ножом, пытаясь нанести ему удары, задевая его при этом лезвием. Защищаясь, закрывался руками, поэтому некоторые удары пришлись по рукам. Отходя назад, запнулся и упал на диван. В этот момент пытался отбиться от ФИО12 ногами, полагает, что в этот момент тот порезал ему бедро. ФИО12 сразу сел на него сверху, пытаясь нанести удары, при этом держа нож лезвием вниз двумя руками. Он схватил ФИО12 за руки и удерживал их, не позволяя нанести удар. Однако и его руки и руки ФИО12 были в крови, отчего скользили, ФИО12 так же пытаясь вырваться из захвата, производил вращательные движения ножом, отчего порезал ему ладонь и пальцы. ФИО12 пытался нанести удар ножом в шею, давил своим весом на нож, кончик которого находился у его правого глаза. В борьбе, обломанным острием лезвия поцарапал ему лицо от скулы до шеи. Поскольку сил у него не осталось, крикнул ФИО1., чтобы та убегала. Затем заметил, что ФИО1. вернулась и ударила ФИО12 по спине топором. Топор выскочил у нее из рук и упал на пол. Поскольку ФИО12 от удара обмяк, ослабил хватку, а также отвлекся на ФИО1. и стал размахивать ножом уже за свою спину, то есть в сторону ФИО1., он смог выбраться из-под него и убежать. ФИО1. выбежала на улицу первой, кричала и звала на помощь. Он выбежал из дома сразу, в футболке и трусах, босиком. Схватил ФИО1. за руку и побежал с ней к дороге, поскольку был уверен, что ФИО12 хочет убить их обоих. ФИО12 больше не видел, хотя ФИО1. кричала, что он их преследует.

Отвечая на вопросы участников процесса, потерпевший ФИО2 уточнил, что узнал нож, которым ФИО12 нанес удары ему и ФИО3. Это кухонный нож с длиной лезвия около 20 см, шириной около 4 см, с обломанным острием. События происходили между 2 и 3 часами ночи. У него присутствовало твёрдое убеждение, что ФИО12 хочет убить их всех, однако, причина такого поведения ему не понятна, так как никакого повода никто подсудимому не давал. ФИО12 находился в состоянии алкогольного опьянения, что было визуально заметно, поскольку речь его стала невнятной, походка неустойчивой. ФИО3 охарактеризовал, как спокойного доброжелательного мальчика, который уважительно относился к взрослым, нецензурную лексику не использовал. 

Аналогичные показания потерпевший ФИО2 дал на очной ставке с ФИО15 1 ноября 2018 года (т.2 л.д.19-30) подтвердив, что, проснувшись от криков ФИО1., обнаружил, что ФИО12 нанес ножевые ранения ФИО3. Он оттолкнул подсудимого от мальчика, а тот стал наносить ему удары ножом. Убежден, что ФИО12 хотел убить его, так как, повалив на диван, пытался нанести удар ножом в шею. Он удерживал руки подсудимого, не позволяя ударить, от этих действий ФИО12 у него образовалась царапина от скулы до шеи, поскольку острие лезвия ножа было обломано. Однако, ФИО1 ударила ФИО12 обухом топора в область спины, что позволило ему убежать и спастись. 

Показания потерпевших о механизме образования телесных повреждений и орудии преступления объективно подтверждаются заключением эксперта № 1444 от 3 августа 2018 года (т.2 л.д.158-161), согласно которому, у ФИО2 на момент поступления в ХО филиала № 1 ФГКУ «301 ВГК» МО России 24 июня 2018 года в 5 часов 30 минут с учетом судебно-медицинского обследования 3 июля 2018 года имелись следующие повреждения:

-сквозное колото-резаное ранение в средней трети задней поверхности левого плеча без повреждения крупных сосудисто-нервных пучков (1), слепое колото-резаное ранение в средней трети передне-внутренней поверхности правого предплечья (1), резаная рана на наружной поверхности области левого лучезапястного сустава (1), которые квалифицируются как легкий вред здоровью, влекущий кратковременное расстройство здоровья продолжительностью до 21 дня включительно;

-поверхностные резаные раны: на тыльной поверхности 3 фаланги 2 пальца левой кисти (1), в средней трети наружной поверхности левого бедра (1). Ссадины: на передней поверхности груди в проекции 3 ребра по средне-ключичной линии слева (1), на передней поверхности груди в проекции 6 ребра между средне-ключичной и окологрудинной линиями слева (1), на задней поверхности груди в 5 межреберье между задне-подмышечной и лопаточной линиями слева (3), на границе передне-наружной и передне-внутренней поверхностей средней трети правого плеча (2), в проекции гребня левой подвздошной кости (1), на границе верхней и средней третей наружной поверхности левой голени (1). Данные повреждения по медицинским критериям как вред здоровью не расцениваются.

Колото-резаные ранения и резаные раны образовались не менее чем от пяти воздействий объекта, обладающего колюще-режущими свойствами. 

Ссадины могли образоваться не менее чем от девяти воздействий тупого твердого предмета по механизму удара с трением (скольжением). 

Эксперт ФИО7 в судебном заседании выводы вышеприведенной экспертизы подтвердил и пояснил, что обнаруженные при обследовании ФИО2 ссадины могли образоваться в результате воздействия лезвия ножа с обломанным острием. Ссадина это повреждение верхних слоев кожи. Стадия заживления ссадины в несколько миллиметров составляет несколько дней, поэтому при наличии таковой, на момент осмотра она могла полностью зажить. 

Свидетель ФИО8 в судебном заседании пояснила, что 23 июня 2018 года праздновали день рождения ее сына ФИО2 в доме его сожительницы ФИО1 Присутствовал также приятель сына ФИО12 Она со своим сожителем ФИО9 и ФИО10. находились в доме потерпевших около двух часов, за это время никаких конфликтов между присутствующими не возникало. Дети ФИО3 и ФИО5 за одним столом со взрослыми не находились, гуляли на улице. Ночью около 2-3 часов позвонила ФИО1., сильно кричала: «Он убил моего ребенка и порезал Славу!» На ее вопрос, кто убил, ФИО1. ответила: «Саша». Затем ФИО1 позвонила второй раз и сообщила, что ФИО2 увезли в больницу и ее также госпитализируют. В этот же день она приехала к сыну в госпиталь, тот был весь израненный, от уха до шеи с левой стороны лица имелся порез. ФИО2 рассказал, что ночью проснулся от крика ФИО1 Выбежал в зал и увидел, что ФИО12 сидит сверху на ФИО3 с ножом в руках. Он стал оттаскивать ФИО12 от ребенка и тогда тот стал наносить удары ножом уже ему. ФИО2 не мог справиться с ФИО12, поэтому ФИО1 нанесла подсудимому удар топором, чтобы тот не убил ФИО2 Она часто общалась с ФИО3 и может охарактеризовать его, как очень позитивного, доброго, не вредного, уважительного ребенка.

Свидетель ФИО9 в судебном заседании дал аналогичные показания и подтвердил, что после сообщения ФИО1. о том, что ФИО12 убил ФИО3 и причинил телесные повреждения ФИО2, он вместе с ФИО8 24 июня 2018 года приехал в госпиталь. ФИО2 рассказал, что когда все гости разошлись, вернулся ФИО12 и порезал ФИО3, ФИО2, кинулся защищать мальчика, но ФИО12 нанес ему удары ножом. Тогда ФИО1., понимая, что ФИО2 не может справиться с ФИО12, ударила последнего обухом топора по спине, затем потерпевшие в чем были, выскочили на дорогу и остановили автомобиль. Он видел, что у ФИО2 перебинтованы раны, порезаны пальцы, на лице с левой стороны от уха до шеи имелась царапина. Что побудило ФИО12 совершить такие действия ему неизвестно.

Свидетель ФИО10. на предварительном следствии (т.1 л.д.180-182) и в судебном заседании пояснила, что 23 июня 2018 года до 18 часов находилась в гостях у своей невестки ФИО1., где отмечали день рождения ФИО2 Там же присутствовал ранее незнакомый ФИО12 В ее присутствии никаких ссор и конфликтов не возникало. Все кроме родителей ФИО2 употребляли вино, ФИО12 пил водку, однако, пьяным никто из присутствующих не был. Около 21 часа к ней домой пришли внуки ФИО3 и ФИО5. Дети уговорили отпустить их ночевать к ФИО1. Она убедилась, что те дошли до дома, поговорив по телефону с ФИО5. Ночью около 3 часов ей позвонила ФИО1., которая кричала в трубку, что ФИО3 убили. Она сразу побежала в дом ФИО1. У дома находился автомобиль скорой помощи, в котором она увидела ФИО2, последний был в крови. В доме увидела труп ФИО3, на диване следы крови. ФИО1. находилась в состоянии истерики. С ее слов смогла узнать, что ночью в дом вернулся ФИО12 ФИО1., услышав всхлипы, зашла в комнату сына, где обнаружила, что ФИО12 сидит сверху на теле мальчика, держит в руках нож, лезвие которого находилось в груди ФИО3. На ее крики прибежал ФИО2 и оттолкнул ФИО12 от ФИО3. Подсудимый в свою очередь кинулся на ФИО2 и порезал его. Опасаясь, что ФИО12 убьет ФИО2, ФИО1. побежала за топором. Когда вернулась, ФИО12 уже сидел сверху на ФИО2, поэтому нанесла ФИО12 удар обухом топора по спине. ФИО2 кричал, чтобы она убегала, поэтому ФИО1. выбежала на улицу, следом за ней выбежал ФИО2, а за ним ФИО12, который исчез, когда потерпевшие смогли остановить на дороге машину. В спальне дома она видела топор со следами крови на топорище. ФИО1. сказала, что именно этим топором ударила ФИО12 Как топор оказался в спальне ей неизвестно. Когда ФИО2 вернулся из госпиталя, видела на его лице царапину от глаза до шеи. Позднее ФИО1. сообщила, что до гибели ФИО3 ФИО2 выгнал из дома ФИО16, поскольку тот рассказывал о нем что-то плохое. По какой причине ФИО12 совершил убийство ФИО3 ей неизвестно, однако, убеждена, что мальчик не мог спровоцировать такое поведение, поскольку был послушным ребенком, нецензурную лексику не использовал, нагрубить постороннему человеку не мог, с малознакомыми людьми старался общаться меньше. За столом во время празднования дня рождения дети не присутствовали, никаких конфликтов между ФИО12 и ФИО3 не было. 

Из показаний несовершеннолетнего свидетеля ФИО5 на предварительном следствии (т.1 л.д.187-191), оглашенных и исследованных судом в соответствии с ч.6 ст.281 УПК РФ, следует, что 23 июня 2018 года вместе с бабушкой ФИО10. находилась в гостях у родственников ФИО1. и ФИО3. Там же находились другие знакомые ФИО1. и ФИО2, которые праздновали день рождения последнего. Ни она, ни ФИО3 со взрослыми за одним столом не сидели, занимались своими делами. Никаких конфликтов между взрослыми не возникало. После 18 часов, вместе с ФИО3 направились к ФИО10., которую уговорили отпустить их с ночевкой к ФИО1. Пришли назад в дом ФИО1. после 22 часов. В доме находились ФИО6, ФИО1., ФИО2 и ФИО12 Она вместе с ФИО3 расположилась в другой комнате. Слышала, как ФИО12 что-то говорил ФИО6, а та возмущалась. ФИО1. в этот момент убирала со стола. ФИО2 находился в спальне, потом вышел в комнату к гостям. ФИО12 предложил тому выйти на улицу, что они и сделали. Вернулся в дом ФИО2 один. Затем ФИО6 ушла. ФИО3 помогал ФИО1. убирать со стола. После этого они какое-то время играли в компьютерные игры и смотрели телевизор. В 2 часа 43 минуты она ушла спать в дальнюю комнату, надела наушники и включила музыку, поэтому ничего не слышала. Поздней ночью проснулась от того, что ее разбудила ФИО1., которая сильно кричала и плакала. Выйдя в комнату, увидела, лежащего на полу ФИО3, он был весь в крови, присутствующий врач сказал, что он умер. Позже ФИО1 сообщила ей, что ФИО3 убил ФИО12 По какой причине он это совершил ей неизвестно, никаких конфликтов между ними не было, уверена, что ФИО3 не мог спровоцировать конфликт, по характеру он был добрый и общительный мальчик.

Свидетель ФИО11 на предварительном следствии (т.1 л.д.162-164) и в судебном заседании пояснила, что 23 июня 2018 года около 17 часов пришла в дом ФИО1., по приглашению последней. Отмечали день рождения ФИО2 Среди гостей присутствовал ранее незнакомый ФИО12, который употреблял водку и находился в состоянии алкогольного опьянения. Дети за столом не сидели, занимались своими делами. Все дружелюбно общались, ссор и конфликтов не возникало. ФИО2 за столом практически не сидел, выходил на улицу, занимался хозяйством. В отсутствие ФИО2, в какой-то момент, ФИО12 стал говорить о нем гадости ФИО1. У нее создалось впечатление, что ФИО1. очень понравилась ФИО12, поэтому он стал убеждать, что та зря сошлась с ФИО2 Она ушла домой около 22 часов. Около 3 часов ночи позвонила ФИО1., кричала: «Он его убил! ФИО3 убили, помоги, пожалуйста!» Она вместе с мужем поехала в дом ФИО1. Возле дома находился автомобиль скорой помощи, в котором она увидела ФИО2, тот был весь в крови. В доме ФИО1. сидела возле трупа ФИО3. Когда увели ее в спальню, ФИО1. рассказала, что видела, как в дом вошел ФИО12 ФИО3 принес ему воды. Затем услышала хрипы, а войдя в комнату, увидела, что ФИО12 сидит на ФИО3 и держит в руках нож, лезвие которого находится в груди мальчика. Прибежал ФИО2, который стал оттаскивать ФИО12 от ФИО3, а ей крикнул бежать. ФИО12 вытащив из тела ФИО3 нож, стал наносить им удары ФИО2 Опасаясь, что ФИО12 убьет ФИО2 ФИО1. взяла топор и нанесла обухом удар по голове ФИО12 Затем ФИО1 и ФИО2 убежали. За ними сначала побежал ФИО12, а когда им удалось остановить автомобиль, подсудимый пропал. До сих пор непонятно, почему ФИО12 убил ФИО3, повода тот не давал. ФИО3 был спокойным и добрым мальчиком, не позволял себе нецензурно выражаться или делать замечания взрослым. Со слов ФИО1. знает, что убийство ФИО3 ФИО12 совершил ножом, которым резали торт. Помнит, что торт и нож положили на столик в комнате. Когда ночью она пришла в дом, вся посуда была помыта и убрана на место.

Свидетель ФИО6 в судебном заседании пояснила, что 23 июня 2018 года с 14 часов находилась в доме своей подруги ФИО1., где праздновали день рождения ФИО2 Среди гостей находился друг последнего ФИО12 Во время застолья никаких конфликтов между присутствующими не возникало. ФИО12 употребил литр водки, который принёс с собой, потом видела, что он употреблял настойку. ФИО2 и ФИО1. выпивали настойку в небольшом количестве. Когда почти все гости разошлись, остались лишь она и ФИО11, ФИО12 в отсутствие ФИО2 стал нелестно отзываться о нем, пытаясь поссорить его с ФИО1., которая судя по всему понравилась ФИО12 Она сделала ФИО12 замечание, на что тот ответил, что не желает с ней разговаривать. Она вышла на улицу, где находился ФИО2, и рассказала ему о происходящем. Когда ушла ФИО11, а ФИО2 ушел в спальню, ФИО12 вновь стал высказываться в отношении ФИО2 В этот момент ФИО2 вышел и попросил ФИО12 покинуть дом. ФИО12 отреагировал спокойно и ушел из дома в период с 22 до 23 часов. ФИО1. стала убирать посуду, ей помогал ее сын ФИО3. Она видела, что ФИО1. убрала торт и лежащий рядом с ним нож на кухню. Она ушла домой примерно в 24 часа 30 минут. Впоследствии от ФИО1. ей стало известно, что ночью ФИО12 вернулся в дом, попросил у ФИО3 воды. Когда ФИО1. стала засыпать, услышала из комнаты сына хрип и вышла посмотреть. Обнаружила, что ФИО12 сидит на ФИО3 и наносит тому удары ножом. На крик ФИО1. прибежал ФИО2, на которого ФИО12 кинулся с ножом. ФИО1 нанесла ФИО12 удар топором. По какой причине ФИО12 убил ФИО3 ей неизвестно, мальчик не давал для этого какого-либо повода, с ФИО12 не общался. По характеру ФИО3 был отзывчивым и добрым ребенком, бесконфликтным, с уважением относился к взрослым, нецензурную лексику не использовал. 

Свидетель ФМО12 на предварительном следствии (т.1 л.д.193-195) и в судебном заседании пояснила, что 24 июня 2018 года около 2 часов 30 минут на автомобиле такси двигалась через поселок Хурба. На улице было темно, в свете фар двигающейся по встречной полосе машины увидела женщину в домашнем халате, которая пыталась остановить эту машину, однако, автомобиль проехал мимо. Тогда женщина кинулась на капот такси, и она попросила водителя остановиться. Вместе с женщиной находился мужчина, из одежды на нем были только трусы, она видела, что мужчина ранен, по ногам его текла кровь, он корчился от боли. Женщина находилась в состоянии истерики, плакала и бессвязно кричала, она разобрала только фразы: «Убили моего ребенка! Он убил! Из-за тебя убил! Это твой друг!» Мужчина ничего не говорил, поскольку ему было плохо. Она сразу стала звонить в МЧС, а водитель позвонил на станцию скорой помощи. Затем водитель уехал вместе со второй пассажиркой, а она осталась с женщиной, чтобы дождаться скорую помощь. Узнала, что женщину зовут ФИО1, а истекающий кровью мужчина ее супруг. На автомобиле скорой помощи все вместе подъехали к дому ФИО1. Супруг ФИО1 оставался в автомобиле и в дом не заходил. Первыми в дом вошли она и медик. В комнате обнаружили труп мальчика примерно 13-ти лет. Он лежал лицом вниз. Вместе с медиком перевернули его на спину, на груди ребенка имелись три широкие резаные раны. Медик сообщила, что ребенок давно не дышит. Со слов ФИО1. ей удалось понять, что мальчика убил гость, который находился у них днем на праздновании дня рождения, а ночью вернулся. ФИО1. сказала, что видела, как этот гость убил ее сына. В спальне квартиры она видела топор, который располагался прямо напротив входа. До приезда сотрудников полиции никто ничего не трогал. 

Свидетель ФИО13 в судебном заседании пояснила, что 24 июня 2018 года в ночное время на станцию скорой помощи с.Хурба позвонила женщина, которая кричала, что убили, зарезали ее сына. Приехав по указанному женщиной адресу, первой зашла в дом. В одной из комнат обнаружила труп мальчика-подростка с ножевыми ранениями грудной клетки. Зафиксировала биологическую смерть. В доме видела топор, но где именно он располагался, вспомнить не может. Родственники погибшего ожидали автомобиль скорой помощи на дороге примерно в пятидесяти метрах от дома. Женщина – ФИО1 сильно кричала, говорила бессвязные фразы. Мужчина – ФИО2. находился в состоянии алкогольного опьянения, как ей кажется средней степени. У ФИО2 имелись ножевые ранения рук с умеренным кровотечением. Она вызвала психиатрическую скорую помощь ФИО1. и госпитализировала ФИО2 Последний сообщил, что ножевые ранения ему причинил приятель, который убил мальчика. 

Свидетель ФИО4 в судебном заседании пояснил, что летом 2018 года около 4-5 часов утра к нему домой пришел ФИО12, с которым поддерживал дружеские отношения. ФИО12 был нервным, от него имелся запах алкоголя. Сообщив, что поругался с матерью, попросил разрешения переночевать. Ничего не выясняя, он такое разрешение дал. Через несколько часов, находясь на работе, в интернете увидел ориентировки о розыске ФИО12, подозреваемого в убийстве. Он позвонил другу и попросил сходить к нему домой, сообщив, что там находится ФИО12, которого разыскивают сотрудники полиции. Позднее от друга стало известно, что в его дом прибыли сотрудники правоохранительных органов и задержали ФИО12 

Свидетель ФИО17 в судебном заседании пояснила, что характеризует своего сына ФИО12 как отзывчивого неконфликтного человека. ФИО12 в детстве занимался греко-римской борьбой, мог за себя постоять, не применяя оружия. Ей известно, что с ФИО2 у сына были теплые, хорошие отношения. ФИО12 ушел на день рождения ФИО2 и больше она сына не видела. ФИО12 был одет в черную футболку, джинсы и туфли, с собой взял толстовку серого цвета. Утром на следующий день пришли сотрудники полиции, которые разыскивали ФИО12 В комнате на веревке сушились джинсы сына, кто их повесил, не знает, но это не те джинсы, в которых сын уехал к ФИО2 Джинсы были полусухие. Она привезла эти джинсы в следственный комитет, чтобы передать сыну, но следователь изъял их.

На предварительном следствии свидетель ФИО17 давала иные показания (т.1 л.д.147-149) и поясняла, что 24 июня 2018 года утром, когда пришли сотрудники полиции, она полагала, что ФИО16 спит в своей комнате. Однако сына в квартире не было, а в его комнате висели джинсы, в которых ФИО12 уехал на день рождения ФИО2, они были мокрые. Сразу поняла, что сын был дома и зачем-то постирал свои джинсы.

В судебном заседании свидетель ФИО17, в целом подтвердив достоверность своих показаний на предварительном следствии, суду заявила, что показаний в приведенной выше части не давала, протокол не читала, доверяя следователю, подписывала пустые бланки, наименований которых не знает. Выдала следователю джинсы ФИО12, поскольку полагала, что это те джинсы, в которых он уходил к ФИО2

Оценивая показания свидетеля ФИО17 на предварительном следствии суд учитывает, что протокол ее допроса соответствует требованиям уголовно-процессуального закона. Свидетель была предупреждена следователем о возможности использования ее показаний в качестве доказательства по уголовному делу, в том числе и в случае последующего отказа от них. Соответствие показаний ФИО17 тексту протокола допроса подтверждается подписями, подлинность которых свидетель подтвердила в судебном заседании. 

При таких обстоятельствах, суд признает показания свидетеля ФИО17 на предварительном следствии допустимым доказательством.

Поскольку показания свидетеля ФИО17 на предварительном следствии в оспариваемой ею части полностью согласуются с показаниями подсудимого ФИО16, суд признает их достоверными. 

Изменение показаний свидетелем в судебном заседании суд связывает с наличием родственных отношений с подсудимым и желанием ФИО17 облегчить участь сына.

Оценивая исследованные доказательства, суд считает их непротиворечивыми, взаимно дополняющими и подтверждающими друг друга, полученными в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, достоверными, относимыми и достаточными для разрешения дела.

Показания потерпевших и свидетелей являются логичными, последовательными, согласующимися в полной мере между собой и с другими доказательствами по делу. Оснований не доверять их показаниям суд не усматривает.

Некоторые расхождения, имеющиеся в показаниях свидетелей, суд находит несущественными, в части касающихся всех юридически значимых обстоятельств, не ставящими под сомнение виновность подсудимого и объясняются субъективными восприятием и оценкой каждым из свидетелей произошедших событий. 

Проанализировав показания подсудимого на предварительном следствии и в судебном заседании, сопоставив их с другими доказательствами по делу, суд приходит к выводу, что ФИО12, не отрицая отдельных обстоятельств, пытается облегчить свое положение, и, излагая обстоятельства в выгодном для себе свете, скрывает часть своих преступных действий, поэтому суд расценивает его позицию, как способ защиты от предъявленного обвинения для минимизации ответственности и наказания, и принимает во внимание лишь те его показания, которые согласуются между собой, подтверждаются другими доказательствами по делу и не противоречат им.

Так, в судебном заседании подсудимый ФИО12 не отрицает, что, вернувшись в дом потерпевших в ночь на 24 июня 2018 года, нанес несовершеннолетнему ФИО3 удары ножом, причинив ему смерть. 

При этом ФИО12 утверждает, что удары ножом нанес случайно в результате конфликта, инициированного потерпевшим.

Не смотря на то, что версия об убийстве ФИО3 из личной неприязни была выдвинута ФИО12 на первоначальных этапах следствия, своего подтверждения она не нашла и опровергается совокупностью доказательств, исследованных судом.

Так, показания ФИО12 о том, что потерпевший неожиданно стал предъявлять претензии, а затем грубо оскорбил его, прямо опровергаются показаниями потерпевшей ФИО1. об отсутствии какого-либо конфликта между сыном и ФИО12 как в течение дня, так и непосредственно перед гибелью ФИО3, а также показаниями всех допрошенных по делу лиц, которые характеризовали ФИО3 как послушного, не конфликтного ребенка.

Довод стороны защиты о том, что потерпевшая ФИО1. спала, поэтому заблуждается об отсутствии конфликтной ситуации, не основан на доказательствах, представленных суду.

Так, из показаний потерпевшей ФИО1 установлено, что, несмотря на то, что она приготовилась ко сну, заснуть не успела, когда в дом вернулся ФИО12 После его возвращения, прислушивалась к происходящему в доме, опасаясь, что подсудимый может разбудить ФИО2 для выяснения отношений. Показания ФИО1. о сути диалога между подсудимым и ФИО3 перед его гибелью, последовательности происходящих событий, не противоречит показаниям самого ФИО12, поэтому признаются судом достоверными. 

Кроме этого, показания самого ФИО12 в этой части малоубедительны, поскольку, настаивая на том, что ФИО3 в ходе разговора, неожиданно стал предъявлять ему претензии по поводу чрезмерного употребления алкоголя, в то же время утверждал, что в состоянии сильного алкогольного опьянения не находился, более того, после 18 часов 23 июня 2018 года и до момента возвращения в дом ночью, ФИО3 не видел.

Из показаний свидетелей, присутствовавших на праздновании дня рождения, следует, что никто из них в пьяном состоянии не находился, ФИО3 после 18 часов, то есть через час после начала застолья, ушел к бабушке, а, вернувшись, домой после 22 часов, когда гости уже разошлись, помог матери убрать со стола, при этом какого-либо недовольства не высказывал.

Проанализировав вышеприведенные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии между ФИО12 и ФИО3 личностного конфликта. ФИО12, вернувшись в квартиру потерпевших в ночное время и убедившись, что взрослые члены семьи спят, беседовал с мальчиком, занятым компьютерной игрой, а затем напал на него с ножом. При таких данных суд приходит к выводу о том, что у ФИО12 какого-либо повода для посягательства на жизнь ФИО3 не было, подсудимый в своих действиях руководствовался, прежде всего, желанием продемонстрировать свое пренебрежительное отношение как к ФИО3, так и к другим находящимся в квартире лицам. 

Довод подсудимого ФИО12 о случайном причинении смерти потерпевшему является несостоятельным и опровергается доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Так, из первоначальных показаний подсудимого на предварительном следствии, не следует, что нож в его руке оказался случайно, напротив он пояснял, что взял нож, схватил потерпевшего за одежду и нанес ему удары ножом.

Затем, спустя четыре месяца, допрошенный в качестве обвиняемого ФИО12 стал утверждать, что ФИО3 оттолкнул его, поэтому оба стали падать, в момент падения он случайно схватил нож и нанес им удары потерпевшему. 

Показания ФИО12 в этой части суд признает неубедительными, поскольку с учетом веса подсудимого и потерпевшего, в размере 120 кг и 47 кг соответственно, возможность потерпевшего оттолкнуть от себя ФИО12 плечом, представляется маловероятной. Об этом же свидетельствуют показания потерпевшей ФИО1., из которых следует, что с учетом значительного веса подсудимого, она не смогла сдвинуть его с тела ФИО3, застигнув в момент совершения преступления. 

При таких обстоятельствах, показания ФИО12 о том, что он, не намереваясь лишить потерпевшего жизни, в момент падения с последним на пол, нанес ему удары ножом, случайно оказавшимся в его руке, суд признает недостоверными, данными с целью оправдания своих действий в отношении ФИО3. 

О направленности умысла ФИО12 на лишение жизни ФИО3 свидетельствует выбранное им орудие преступления - нож, которым потерпевшему было нанесено не менее 11 ударов, в том числе в грудную клетку и шею, то есть в область расположения жизненно важных органов, в результате чего ФИО3 была причинена единая острая травма грудной клетки, повлекшая наступление смерти потерпевшего на месте преступления.

Судом установлена прямая причинно-следственная связь между действиями подсудимого ФИО12, и наступившими вредными последствиями в виде смерти ФИО3.

Обладая элементарным жизненным опытом, подсудимый, нанося множественные удары ножом в область грудной клетки ФИО3, осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде смерти потерпевшего и желал этого. 

Поведение подсудимого после совершения преступления, когда он не пытался оказать помощь потерпевшему, никому не сообщил о происшествии, предпринял меры к сокрытию орудия и следов преступления, также свидетельствует о прямом умысле на причинение смерти ФИО3.

Довод подсудимого ФИО12 о том, что умысла на убийство ФИО2 не имел, а лишь оборонялся от последнего, несостоятелен и опровергается показаниями потерпевших, которые последовательно поясняли о том, что удар обухом топора в область спины ФИО12 нанесла ФИО1., чтобы спасти ФИО2 

Эти показания потерпевших в полном объеме согласуются с показаниями свидетелей ФИО10., ФИО11, ФИО8 и ФИО9, которым сразу после произошедшего об этих событиях сообщили ФИО1. и ФИО2

Показания потерпевших о том, что ФИО12, преодолевая сопротивление ФИО2, удерживая его на диване, пытался нанести удар ножом в шею, при этом с силой давил на нож, отчего у потерпевшего образовалась царапина от острия лезвия от скулы до шеи, подтвердили свидетели ФИО10., ФИО8 и ФИО9 Именно эти действия ФИО12 согласно показаниям потерпевших послужили поводом к тому, что ФИО1. применила в отношении подсудимого топор.

Не обнаружение указанной царапины на лице потерпевшего при проведении судебно-медицинской экспертизы 3 июля 2018 года, согласно показаниям эксперта ФИО7 объясняется быстрым заживлением поверхностных повреждений кожи и об отсутствии такового на период 24 июня 2018 года, вопреки доводам стороны защиты, не свидетельствует. 

Учитывая, что свидетелям ФИО10. и ФИО11 о последовательности событий потерпевшая сообщила в ночь убийства сына, находясь в крайне нервном, возбужденном состоянии, оснований полагать, что ФИО1. умышленно их исказила, у суда не имеется. 

Доводы стороны защиты о необъективности показаний указанных свидетелей в силу их дружеских и родственных отношений с потерпевшими, нельзя признать обоснованными, поскольку каких-либо данных, свидетельствующих об их заинтересованности в исходе дела, не установлено, а показания указанных свидетелей являются подробными, последовательными, непротиворечивыми и согласуются с другими доказательствами, исследованными по данному уголовному делу.

Судом не установлено данных, указывающих на стремление потерпевших и свидетелей, оговорить ФИО12, либо исказить известную им информацию о содеянном, поэтому суд приходит к выводу об их достоверности.

Суд учитывает, что показания подсудимого ФИО12 по этим же обстоятельствам подвергались корректировке по мере того, как ему становились известными данные, находящиеся в распоряжении органов представительного следствия.

Так первоначально допрошенный ФИО12 пояснил об одном ударе обухом топора в область спины, который получил в момент нанесения ударов ножом ФИО3. Не отрицал, что пытался нанести удары ножом ФИО2 и дважды почувствовал, что достиг цели.

Затем, после ознакомления с заключением судебно-медицинской экспертизы № 1131 от 27 июня 2018 года (т.2 л.д.92-94), согласно которой у подсудимого были обнаружены ссадины задней поверхности грудной клетки слева, задне-наружной поверхности верхней трети левого плеча, правой кисти; поверхностные ушибленные раны 2-го пальца правой кисти, 5-го пальца левой кисти; кровоподтек верхней трети левого плеча, которые как вред здоровью не квалифицируются, ФИО12 показания изменил.

Отвечая на вопросы следователя о механизме образования указанных повреждений, ФИО12 заявил, что ФИО2 нанес ему один удар обухом и два удара лезвием топора, отчего у него образовались ссадины задней поверхности грудной клетки. Стал утверждать, что удары ножом ФИО2 не наносил, а мог лишь задеть потерпевшего в ходе борьбы.

Поскольку первоначальные показания ФИО12 о количестве удара и характеристике предмета, которым он был нанесён, полностью согласуются с показаниями потерпевшей ФИО1., суд признает их достоверными. 

Последующее изменение показаний ФИО12 о количестве ударов, а также о том, что удары были нанесены не только обухом, но и лезвием топора, утверждение о применении топора ФИО2, обусловлено избранной подсудимым позицией защиты от предъявленного обвинения, с целью избежать ответственность за содеянное. 

Вопреки доводам стороны защиты, наличие крови и клеток эпителия ФИО2 на топорище и металлической части топора, само по себе не является подтверждением того, что ФИО2 нанес удары этим топором подсудимому. 

В судебном заседании установлено, что ФИО2, проживая в доме ФИО1., пользовался указанным топором в бытовых целях; в результате действий ФИО12 у потерпевшего имелось наружное кровотечение, что подтверждается сведениями из протокола осмотра места происшествия о наличии в доме множества следов крови ФИО2, поэтому не исключает их образование и на топоре, который выпал из рук ФИО1. в непосредственной близости от подсудимого и потерпевшего.

Вопреки суждениям стороны защиты, наличие у подсудимого ссадин на задней поверхности грудной клетки, подтверждением его версии не является, поскольку как пояснил в судебном заседании эксперт ФИО14 индивидуальные особенности тупого твердого предмета с ограниченной зоной контакта с гранями, от воздействия которого могли образоваться указанные повреждения, в них не отобразились. Ссадины, обнаруженные у ФИО12, являются поверхностным повреждением кожи до сосочкового слоя дермы, шириной 0,1 см и могли образоваться от любого предмета обладающего указанными признаками, в том числе от воздействия ногтей, ветки дерева, лезвия.

С учетом вышеприведенных доказательств, а также первоначальных показаний ФИО12 о том, что, покинув место происшествия, он длительное время шел по лесу, где много падал, оснований полагать, что обнаруженные экспертом повреждения подсудимому причинил протерпевший ФИО2, у суда не имеется. 

С учетом приведенных обстоятельств, суд приходит к выводу о несостоятельности доводов ФИО12 о совершении преступления в отношении ФИО2 в состоянии необходимой обороны либо при превышении пределов необходимой обороны.

Применение насилия к подсудимому ФИО12 со стороны потерпевших было обусловлено необходимостью пресечь его противоправные действия, выразившиеся в нанесении ножевых ударов ФИО3, а затем ФИО2 Установленные судом обстоятельства не свидетельствуют о том, что действия ФИО2 были сопряжены с насилием опасным для жизни ФИО12, либо представляли со стороны потерпевшего какую-либо угрозу для подсудимого. Поэтому суд отвергает доводы ФИО12 о нахождении его в состоянии необходимой обороны, вследствие чего он был вынужден нанести удары ножом потерпевшему ФИО2

Доводы подсудимого ФИО12 о том, что он не наносил удары ножом ФИО2, а мог лишь задеть потерпевшего ножом в ходе борьбы, опровергаются не только показаниями потерпевших ФИО1. и ФИО2, но заключением судебно-медицинской экспертизы № 1444, в соответствии с которой у потерпевшего имелись колото-резаные ранения левого плеча и правого предплечья. Учитывая, что одно из ранений сквозное, а другое имело раневой канал 5 см, суд приходит к выводу о достоверности показаний потерпевшего ФИО2 об обстоятельствах их причинения в результате нанесения ударов. 

Несостоятельными являются доводы стороны защиты об отсутствии у ФИО12 умысла на убийство ФИО2 со ссылкой на то, что вред причиненный здоровью последнего квалифицирован как легкий, а повреждения, обнаруженные в области груди и ключицы, не повлекли вреда здоровью. 

В судебном заседании установлено, что ФИО12 целенаправленно нанес удары ножом потерпевшему ФИО2, который активно защищаясь, уклонился от них, поэтому они пришлись в области задней поверхности левого плеча, средней трети поверхности правого плеча, переднюю поверхность грудной клетки.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что удары ножом были направлены в жизненно важные органы потерпевшего, что, с учетом характера избранного подсудимым орудия преступления, свидетельствует об умысле на его убийство, которое не состоялось по объективным причинам, из-за действий самого потерпевшего, который оказал активное сопротивление и при помощи ФИО1. смог спастись бегством. 

Доводы о том, что ФИО12 мог довести умысел до конца, лишены оснований, поскольку потерпевший выбежал на дорогу, где остановился автомобиль и вышедшие из него граждане оказали ему помощь. 

Представленная суду совокупность доказательств является достаточной для вывода о доказанности вины ФИО12 в совершении преступлений в отношении потерпевших.

Действия ФИО12 суд квалифицирует:

- по п. «и» ч.2 ст.105 УК РФ – как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку из хулиганских побуждений;

- по ч. 3 ст. 30, п. «а,б» ч.2 ст.105 УК РФ – как покушение на убийство двух лиц, в связи с выполнением одним из них общественного долга, не доведенное до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Судом установлено, что ФИО12, в состоянии алкогольного опьянения, умышленно, из хулиганских побуждений, выражая своим поведением открытый вызов общественному порядку, противопоставляя себя окружающим и демонстрируя собственное превосходство, без видимого повода с целью лишения жизни малознакомого несовершеннолетнего ФИО3, нанёс последнему множество ударов ножом в область расположения жизненно важных органов, от которых потерпевший скончался. 

С учетом исследованных доказательств суд приходит к выводу о том, что, не смотря на то, что убийство было совершено в квартире, а не в общественном месте, действия ФИО12 свидетельствуют о его явном неуважении к общепринятым нормам морали и общественного порядка, были обусловлены желанием противопоставить себя окружающим, продемонстрировать явное неуважение и пренебрежение к общественному порядку, общепринятым нормам морали, а также к жизни человека в общем и жизни ФИО3 в отдельности, то есть совершены из хулиганских побуждений.

Поскольку ФИО12 с несовершеннолетним потерпевшим практически не был знаком, увидел его впервые незадолго до убийства, никаких отношений с ним не поддерживал, конфликтов между ними до совершения преступления не возникало, для подсудимого было очевидно, что своими действиями, направленными на причинение смерти малознакомому мальчику без повода, он грубо пренебрегает правовыми нормами, общепринятыми нормами морали и поведения в обществе.

Суд учитывает, что характер совершенных ФИО12 действий и тяжесть порожденных ими последствий никак не могут расцениваться как адекватные тем причинам, на которые ссылаются подсудимый и его адвокат в объяснении мотивов совершения преступления. Малозначительность же названных стороной защиты поводов для совершения особо тяжкого преступления является свидетельством наличия именно хулиганских побуждений в действиях виновного.

Судом установлено, что ФИО2, застигнув подсудимого в момент совершения преступления, пресекая его противоправные действия в отношении ФИО3., стал оттаскивать ФИО12 от мальчика. В ответ на эти действия, ФИО12, испытывая неприязнь к ФИО2 в связи с исполнением последним общественного долга, умышленно, с целью убийства, нанес ФИО2 не менее 14 ударов ножом по различным частям тела, в том числе, в область расположения жизненно-важных органов. 

Суд приходит к выводу о том, что у потерпевшего ФИО2 имелись все основания для выполнения своего общественного долга и совершения общественно полезных действий по пресечению преступления со стороны подсудимого, что и явилось причиной покушения на его убийство. 

То, что нанесение ФИО12 ножевых ранений было вызвано реакцией на выполнение ФИО2 своего общественного долга, на его попытку защитить ФИО3, подтверждается показаниями потерпевшей ФИО1., из которых следует, что после того, как ФИО2 попытался оттащить подсудимого от ФИО3 и именно в связи с этим ФИО12, вытащив нож из тела мальчика сразу ударил им ФИО2 

Избранное подсудимым орудие преступления - нож, характер, количество, локализация причиненных потерпевшему ФИО2 повреждений (колото-резаные ранения конечностей, ссадины грудной клетки), интенсивность нападения, свидетельствуют, что подсудимый сознавал общественно-опасный характер своих действий, возможность наступления вредных последствий в виде смерти потерпевшего и желал ее наступления, то есть действовал с прямым умыслом на убийство ФИО2 

Смерть потерпевшего не наступила вопреки воле подсудимого, поскольку в результате активного сопротивления и помощи ФИО1., он смог убежать и позвать на помощь.

Квалифицируя действия ФИО12 как покушение на убийство двух лиц, суд исходит из того, что умысел ФИО12 был направлен на убийство ФИО3. и ФИО2, смерть которого не наступила по независящим от подсудимого обстоятельствам. 

Вместе с тем, суд считает необходимым исключить из обвинения подсудимого ФИО12 в покушение на убийство двух лиц, квалифицирующий признак «из хулиганских побуждений», как излишне вмененный. Поскольку умысел ФИО12 направленный на убийство ФИО18 из хулиганских побуждений, был им полностью реализован, то есть преступление было окончено с момента наступления смерти ФИО3., квалифицирующий признак в покушении на убийство двух лиц – «из хулиганских побуждений» - отсутствует. 

Кроме этого, с учетом представленных сторонами доказательств, суд полагает необходимым исключить из общего объема обвинения, предъявленного ФИО12 по ч.3 ст.30 п. «а,б» ч.2 ст.105 УК РФ, покушение на убийство ФИО19, поскольку доказательств, подтверждающих наличие умысла у подсудимого на ее убийство суду не представлено. 

Как установлено судом, ФИО12 нанося удары ножом ФИО2, действовал с умыслом на убийство потерпевшего.

Однако данных, свидетельствующих о том, что ФИО12 намеревался лишить жизни и ФИО1., не имеется. Действия ФИО12, после получения удара обухом топора в область спины, когда он стал хаотично размахивать ножом за своей спиной, где находилась ФИО19, сами по себе о наличии у подсудимого намерения убить потерпевшую не свидетельствуют.

Покушение на убийство может быть совершено только с прямым умыслом, а данные о наличии такого умысла у ФИО12 в отношении ФИО1. отсутствуют.

Согласно заключению комиссии экспертов № 287 от 26 июля 2018 года (т.2 л.д.170171) ФИО12 хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, лишающими его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдает и не страдал таковыми во время совершения инкриминируемого ему деяния. В применении принудительных мер медицинского характера он не нуждается. 

Выводы экспертов о психическом состоянии ФИО12 мотивированны, научно обоснованы, изложены в ясных и понятных выражениях, противоречий не содержат. 

Поведение подсудимого в судебном заседании не вызывает сомнений в правильности заключения экспертов в отношении него и суд признает подсудимого ФИО12 по отношению к инкриминируемым деяниям вменяемым.

С учетом фактических обстоятельств преступлений, совершенных подсудимым, направленных против жизни ребенка и молодого мужчины, степени их общественной опасности, принимая во внимание положение ч.6 ст. 15 УК РФ, суд не находит оснований для изменения категории преступлений на менее тяжкие.

При назначении наказания суд, руководствуясь принципом справедливости, учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности подсудимого, обстоятельства, влияющие на меру его ответственности, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого, на условия жизни его семьи.

Совершенные подсудимым преступления, предусмотренные частью второй ст. 105 УК РФ, относятся законом к категории особо тяжких, характеризуются повышенной общественной опасностью.

ФИО12 по месту жительства характеризуется удовлетворительно, как лицо, не замеченное в употреблении спиртных напитков, в отношении которого жалобы не поступали (т.3 л.д.75); ранее не судим (т.3 л.д.74). 

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимому, в соответствии со ст. 61 УК РФ, суд признает частичное признание вины, молодой возраст.

Доводы стороны защиты о необходимости учесть в качестве смягчающего наказание обстоятельства явку с повинной ФИО12, не основаны на законе и противоречат фактическим обстоятельствам дела. 

По смыслу закона явка с повинной в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, учитывается в тех случаях, когда лицо добровольно сообщило органу, осуществляющему уголовное преследование, о совершенном им преступлении при наличии реальной возможности скрыть свое участие в нем. Сообщение факта участия в совершении преступления, когда органы следствия располагали сведениями о причастности ФИО12 к убийству потерпевшего, не может расцениваться как явка с повинной.

Согласно закону, активное способствование расследованию преступления состоит в активных действиях виновного, направленных на сотрудничество с органами следствия, и может выражаться в том, что он представляет указанным органам информацию об обстоятельствах совершения преступления, дает правдивые и полные показания, способствующие расследованию, представляет органам следствия информацию, до того им неизвестную. При этом данные действия должны быть совершены добровольно, а не под давлением имеющихся улик, направлены на сотрудничество с правоохранительными органами.

Между тем, как следует из протоколов проверки показаний на месте, а также показаний ФИО12 в качестве подозреваемого и обвиняемого, какой-либо новой, не известной органу следствия информации, ФИО12 не предоставил. 

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что ФИО12, как в явке с повинной, так и при даче показаний на месте, лишь подтвердил выдвинутые против него обвинения под тяжестью улик, заведомо зная о своем разоблачении, поскольку очевидцы непосредственно видели его противоправные действия и прямо указали на него, как на лицо, совершившее убийство ФИО3. 

Какого-либо содействия следствию со стороны ФИО12 судом не установлено.

При таких обстоятельствах у суда не имеется оснований для признания явки с повинной подсудимого, данной им при наличии неопровержимых улик, а также показаний ФИО12 при их проверке о способе и месте совершения преступления уже известных органу следствия, в качестве обстоятельств, смягчающих наказание. 

Его заявление о причастности к преступлению, названное явкой с повинной и показания при их проверке на месте происшествия, учтены судом в качестве иного смягчающего наказания обстоятельства – как частичное признание вины. 

С учетом характера и степени общественной опасности преступлений, направленных против жизни, обстоятельств их совершения; влияние состояния опьянения на поведение подсудимого, которое, по мнению суда, существенно повлияло на его поведение, и явилось важным условием для совершения им особо тяжких преступлений; суд признает отягчающим наказание ФИО12 обстоятельством в соответствии с ч.1.1 ст. 63 УК РФ - совершение преступлений в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. 

То обстоятельство, что подсудимый ФИО12 совершил преступление в состоянии алкогольного опьянения установлено в судебном заседании из его собственных показаний о том, что преступлениям предшествовало употребление спиртного и подтверждается показаниями всех допрошенных по делу лиц, согласно которым ФИО12 употребил алкоголь в большом количестве.

Определяя вид и размер наказания, суд учитывает все изложенные выше обстоятельства в совокупности и считает, что с учетом характера и крайней степени общественной опасности преступлений, совершенных ФИО12, в результате которых погиб несовершеннолетний ребенок, молодой мужчина получил телесные повреждения, данных о личности подсудимого, ему следует назначить наказание в виде реального лишения свободы на определенный срок за каждое преступление, назначение подсудимому иного наказания не будет отвечать целям наказания, указанным в ч. 2 ст. 43 УК РФ. Оснований для применения положений статьи 64, 73 УК РФ, суд не усматривает. 

При назначении наказания ФИО12 за неоконченное преступление, предусмотренное ч.3 ст.30, п. «а,б» ч.2 ст.105 УК РФ, суд руководствуется положениями ст. 66 ч.3 УК РФ.

Учитывая данные о личности ФИО12, конкретные обстоятельства дела, для достижения целей наказания суд полагает необходимым назначить подсудимому дополнительное наказание в виде ограничения свободы, предусмотренное санкцией ч.2 ст.105 УК РФ, с установлением на основании ст.53 УК РФ ряда обязанностей и возложением ограничений для обеспечения контроля за поведением осужденного после отбытия основного наказания. Судом при этом учтено, что подсудимый имеет место постоянного проживания.

Назначение наказания ФИО12 по совокупности преступлений, предусмотренных п. «и» ч.2 ст.105 и ч.3 ст.30, п. «а,б» ч.2 ст.105 УК РФ подлежит по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний.

На основании ст. 58 ч.1 п. «в» УК РФ местом отбытия наказания в виде лишения свободы ФИО12 надлежит определить исправительную колонию строгого режима.

Меру пресечения подсудимому с учетом опасности совершенных ФИО12 преступлений и необходимостью отбывания наказания в виде лишения свободы, суд считает необходимым оставить прежней - содержание под стражей.

Согласно материалам дела (т.1 л.д.200-205), ФИО12 был задержан 24 июня 2018 года и с того времени содержится под стражей, в связи с чем, в силу положений п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ в срок отбытия назначенного ему наказания в виде лишения свободы подлежит зачету период с 24 июня 2018 года по 6 октября 2019 года, из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Потерпевшей ФИО1 к подсудимому предъявлен гражданский иск о денежной компенсации морального вреда в размере 2 000 000 рублей, возмещении расходов на погребение в уточненном размере 107 498 рублей; расходов на юридические услуги в размере 1500 рублей. 

Потерпевшим ФИО2 к подсудимому предъявлен гражданский иск о денежной компенсации морального вреда в размере 1500 000 рублей, о возмещении расходов за юридические услуги в размере 1500 рублей.

Подсудимый ФИО12 иск потерпевшего ФИО2 о компенсации морального вреда признал частично, полагая, что заявленный потерпевшим размер исковых требований является завышенным; иск потерпевшей ФИО19 о компенсации морального вреда, возмещении расходов на погребение и юридические услуги, признал в полном объеме. 

Гражданские иски потерпевших основаны на законе и на основании ст. 151, 1099 и 1101 ГК РФ подлежат удовлетворению, поскольку вред был причинен умышленными противоправными действиями ФИО12

Судом установлен факт убийства подсудимым ФИО3 

В результате преждевременной смерти близкого человека, причинены нравственные страдания матери потерпевшего – ФИО1., истец ФИО2 перенес нравственные и физические страдания в связи с покушением на его убийство, повлекшим причинение легкого вреда здоровью, в результате виновных действий подсудимого ФИО12, связи с чем наличие у каждого из потерпевших права на компенсацию морального вреда сомнений не вызывает.

Размер морального вреда, суд определяет исходя из характера нравственных и физических страданий, причиненных потерпевшим, с учетом требований разумности и справедливости. 

Устанавливая характер физических и нравственных страданий, суд учитывает, что гибель близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания матери погибшего.

Разрешая требования истца ФИО2 о компенсации морального вреда, суд учитывает конкретные обстоятельства дела: обстоятельства совершенного ответчиком в отношении истца умышленного преступления, тяжесть причиненных истцу телесных повреждений, период нахождения ФИО2 на лечении, физические страдания, выразившиеся в болевых ощущениях в области повреждений, нравственные страдания, связанные с перенесенным стрессом и обоснованным опасением за свою жизнь и здоровье.

Суд также учитывает поведение ФИО12 непосредственно после совершения преступлений, а также индивидуальные особенности вышеназванных потерпевших (возраст, состояние здоровья).

Оценивая изложенное в совокупности, с учетом материального положения ответчика, его трудоспособности, степени его вины, суд считает необходимым исковые требования о компенсации морального вреда потерпевшей ФИО1. удовлетворить в полном объеме, взыскав с ФИО12 в ее пользу 2000000 рублей; исковые требования о компенсации морального вреда потерпевшего ФИО2 удовлетворить частично, взыскав с ФИО12 в его пользу 500 000 рублей. 

Исковые требования потерпевшей ФИО1 в части возмещения материального ущерба - расходов на организацию и проведение похорон ее сына ФИО3 на общую сумму 107 498 рублей, подлежат удовлетворению в заявленном размере.

В соответствии со ст.1094 ГК РФ, лицо, ответственное за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязано возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержится в Федеральном законе от 12 января 1996 года №8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», согласно положениям которого, погребение должно обеспечивать достойное отношение к телу умершего и его памяти, к числу необходимых расходов на погребение, помимо средств, затраченных непосредственно на захоронение тела в земле, относятся и ритуальные расходы, включая приобретение венков, изготовление и установку памятника (надгробных сооружений), как увековечение памяти умершего.

Согласно материалам дела ФИО1. понесла затраты, связанные с погребением сына ФИО3., приобретением ритуальных принадлежностей и оплатой ритуальных услуг, в сумме 69 698 рублей, а также затраты на поминальный обед в день похорон в сумме 37 800 рублей, размер которых полностью подтверждается представленными истцом счет-заказом, копиями чеков. Данные расходы и их размер, суд признает разумными и вынужденными. 

С учетом изложенного, принимая во внимание положения ст.1064 ГК РФ, суд считает, что в данной части ущерб подлежит возмещению в полном объеме.

На основании ч.3 ст.42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде. Согласно п.9 ч.2 ст. 131 УПК РФ, потерпевшему подлежат возмещению необходимые и оправданные расходы, связанные с оказанием юридической помощи, которые должны быть подтверждены соответствующими документами.

Согласно представленным потерпевшими квитанциям, каждый из них обращался за консультацией и составлением исковых заявлений в коллегию адвокатов «Эгида» в Хабаровском крае. Суду были представлены документы, подтверждающие факт оплаты труда адвоката: квитанции № 12 и № 13 от 13 июля 2019 года на сумму 1500 рублей каждая. 

На основе установленных фактических обстоятельств, суд приходит к выводу о необходимости и оправданности расходов потерпевших, связанных с оказанием им юридической помощи по настоящему уголовному делу. 

Исходя из принципов разумности и справедливости, суд полагает необходимым удовлетворить требования потерпевших о взыскании с подсудимого, понесенных ими расходов на юридическую помощь, в полном объеме. 

Сведений, подтверждающих в отношении подсудимого наличие обстоятельств, предусмотренных ч.6 ст.132 УПК РФ, в суд не представлено. Оснований для освобождения подсудимого ФИО12 от уплаты судебных издержек не имеется, поскольку его имущественной несостоятельности судом не установлено, и стороной защиты таковых данных не представлено. ФИО12 молод, трудоспособен, иждивенцев не имеет. При таких обстоятельствах, оснований для освобождения либо снижения суммы судебных издержек не имеется.

Судьбу вещественных доказательств по настоящему уголовному делу суд разрешает в порядке ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 303, 307-309 УПК РФ, суд 

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО12 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.«и» ч.2 ст.105, ч.3 ст.30, п.«а,б» ч.2 ст.105 УК РФ и назначить ему наказание:

- по п.«и» ч.2 ст.105 УК РФ в виде лишения свободы сроком на 18 лет с ограничением свободы сроком на 1 год 6 месяцев;

- по ч.3 ст.30, п.«а,б» ч.2 ст.105 УК РФ в виде лишения свободы сроком на 12 лет с ограничением свободы сроком на 1 год.

В соответствии со ст. 69 ч.3 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний назначить ФИО12 наказание в виде лишения свободы сроком на 24 года в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на срок 2 года. 

В соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ установить осужденному ФИО12 следующие ограничения по отбыванию дополнительного наказания в виде ограничения свободы:

- не выезжать за пределы территории того муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы;

- не уходить с 22 часов до 6 часов из места постоянного проживания (пребывания), 

- не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, возложить на него обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц для регистрации в установленные данным органом дни.

Срок наказания осужденному ФИО12 исчислять с 7 октября 2019 года. 

В соответствии с п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачесть ФИО12 в срок лишения свободы время содержания его под стражей по настоящему уголовному делу с 24 июня 2018 года по 6 октября 2019 года, из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Меру пресечения ФИО12 до вступления приговора в силу оставить прежнюю – содержание под стражей. 

Гражданский иск потерпевшей ФИО1. о компенсации морального вреда, возмещении расходов на погребение и юридические услуги удовлетворить в полном объеме. 

Гражданский иск потерпевшего ФИО2 о компенсации морального вреда удовлетворить частично, о возмещении расходов на юридические услуги удовлетворить в полном объеме. 

Взыскать с ФИО12 в пользу:

-ФИО2 денежную компенсацию морального вреда в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей, в счет возмещения расходов на юридические услуги сумму в размере 1500 (одна тысяча пятьсот) рублей;

-ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 (два миллиона) рублей; в счет возмещения расходов на погребение сумму в размере 107 498 (сто семь тысяч четыреста девяносто восемь) рублей; в счет возмещения расходов на юридические услуги сумму в размере 1500 (одна тысяча пятьсот) рублей.

Вещественные доказательства после вступления приговора в силу:

-кофту и тапочки ФИО12; смыв (соскоб) вещества бурого цвета с калитки; вырез (соскоб, смыв) с двери в преддомовое помещение; вырез с пятнами вещества бурого цвета со стены в преддомовое помещение; смыв вещества бурого цвета со стены возле двери в дом; смыв вещества бурого цвета в комнате №2 возле двери; смыв вещества бурого цвета с двери комнаты №1; смыв вещества бурого цвета с пола комнаты № 1; топор; футболку с трупа ФИО3.; образцы крови от трупа ФИО3.; образцы слюны потерпевших ФИО1 и ФИО2 – уничтожить как не представляющие ценности и не истребованные сторонами.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции через Хабаровский краевой суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным ФИО12, содержащемся под стражей в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе в десятидневный срок ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику, либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника. О желании участвовать в судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный должен указать в апелляционной жалобе, а если дело рассматривается по представлению прокурора или по жалобе другого лица - в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу, либо представление.

Председательствующий: С.В. Назарова