Дело № 2-294/2024 24RS0057-01-2023-001576-10 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 мая 2024 года г. Шарыпово 

Шарыповский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Рудь А.А., 

при секретаре судебного заседания Шанкиной С.В., 

с участием помощника Шарыповского межрайонного прокурора Савина А. А.,

истца ФИО1, её представителя ФИО2 (по нотариальной доверенности),

ответчика индивидуального предпринимателя ФИО3, его представителя - адвоката Майстренко Д.В. (по ордеру и доверенности), участвующих в судебном заседании посредством видео-конференц связи,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и денежной компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском (с учетом уточнения исковых требований в порядке ст. 39 ГПК РФ) к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и денежной компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований ФИО1 ссылается на то, что с 17.01.2023 она работала у ИП ФИО3 в подразделении «Операционный отдел в г. Шарыпово» в должности продавца-кассира «Суши-Маркет» на основании трудового договора, заключенного на неопределенный срок. 14.05.2023 у неё произошел разговор с заведующим производством «Операционный отдел в г. Шарыпово» ФИО11, в ходе которого ей было предложено уволиться по собственному желанию. Приказом ИП ФИО3 от 19.05.2023 истец была уволена по инициативе работника на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, в этот же день с ней был произведен окончательный расчет. ДД.ММ.ГГГГ истец встала на учет по беременности в женскую консультацию КГБУЗ «Шарыповская ЦРБ». Поскольку намерения прекращать работу и расторгать трудовой договор с ИП ФИО3 истец не имела, 27.06.2023 она обратилась на сайт прокуратуры с просьбой провести проверку соблюдения трудового законодательства ИП ФИО3 Ответом Шарыповской межрайонной прокуратуры от 03.07.2023, ей было сообщено о передаче её обращения для рассмотрения по существу в прокуратуру Центрального административного округа г. Омска, которая в свою очередь, письмом от 10.07.2023 сообщила ей о передаче её обращения в рамках компетенции в Государственную инспекцию труда по Омской области. Не неоднократные телефонные обращения в Государственную инспекцию труда по Омской области по поводу её обращения, до настоящего времени она ответа не получила. Приведенные обстоятельства послужили основанием для обращения ФИО1 01.12.2023 в суд с настоящим иском, в котором она просит суд признать приказ ИП ФИО3 от 19.05.2023 о её увольнении незаконным, восстановить её на работе у ИП ФИО3 в должности продавца-кассира, взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула с 20.05.2023 по день вынесения решения суда и денежную компенсацию морального вреда в сумме 100 000 руб. Также истцом заявлено ходатайство о восстановлении срока на обращение с иском в суд.

В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель – ФИО2 (по нотариальной доверенности) уточненные исковые требования поддержали, на их удовлетворении настаивали. Истец суду пояснила, что с 17.01.2023 работала у ИП ФИО3 в должности продавца-кассира «Суши-Маркет» в г. Шарыпово. У ИП ФИО3 с 24.01.2023 также работал поваром её супруг ФИО1. 14.05.2023 заведующий производством ФИО11, узнав о возможной её беременности, в ходе разговора предложил ей уволиться добровольно под угрозой создания невыносимых условий работы для её мужа ФИО1 и его последующего увольнения по инициативе работодателя. Заявление на увольнение от 15.05.2023, представленное ответчиком в материалы гражданского дела, она лично не писала и не подписывала, ознакомилась лишь с приказом об увольнении от 19.05.2023, будучи в расстроенных чувствах. 04.06.2023 она встала на учет в женскую консультацию КГБУЗ «Шарыповская ЦРБ», после чего с июня 2023 года по ноябрь 2023 года она работала по гражданскому договору администратором автомойки у ИП ФИО4, поскольку её муж ФИО1 уволился с 07.06.2023 от ИП ФИО3, у них на иждивении находилось двое малолетних детей, денег на содержание которых не хватало. С момента обращения в органы прокуратуры 27.06.2023 с обращением о нарушении своих трудовых прав и до настоящего времени она так и не получила ответа на свое обращение, в связи с чем в конце ноября 2023 года она обратилась к юристу, который составил ей исковое заявление в суд. 

Представитель истца ФИО1 – ФИО2 (по нотариальной доверенности) суду пояснила, что состояние беременности истца, её юридическая неграмотность, а также обращение в органы прокуратуры с незначительным нарушением срока, установленного ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, а также ожидание истца, что её трудовые права будут восстановлены во внесудебном порядке, не получение ответа от Государственной инспекции труда по Омской области по её обращению, являются уважительными причинами не обращения ФИО1 с иском в суд ранее 01.12.2023, в связи с чем пропущенный срок на обращение в суд с заявленными требованиями подлежит восстановлению. Кроме этого, проведенной процессуальной проверкой МО МВД России «Шарыповский» по заявлению ФИО1 установлено, что заявление на увольнение от 15.05.2023 истец лично не писала и не подписывала. 

Ответчик индивидуальный предприниматель ФИО3 и его представитель - адвоката Майстренко Д.В. (по ордеру и доверенности) в судебном заседании с исковыми требованиями не согласились и просили отказать в их удовлетворении, поддержали доводы, изложенные в письменных возражениях на иск. Представитель ответчика ИП ФИО3 – адвокат Майстренко Д.В. суду пояснил, что доводы истца относительно того, что она была вынуждена уволиться вследствие угроз со стороны представителя работодателя является необоснованным, не соответствует фактическим обстоятельствам спора и ничем не подтверждается, кроме слов самого истца. Также просил применить пропуск срок обращения в суд с заявленными требованиями в соответствии с положениями ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку истец узнала об увольнении 19.05.2023, а обратилась в суд впервые 01.12.2023, доводы истца о восстановлении срока не являются уважительными причинами его пропуска. Кроме этого подача иска спустя продолжительное время после увольнения со взысканием с ответчика среднего заработка за время вынужденного прогула и морального вредя является злоупотребление правом со стороны истца. 

Заслушав стороны и их представителей, заключение помощника Шарыповского межрайонного прокурора Савина А. А., полагавшей, что заявленные исковые требования истца являются обоснованными и подлежат удовлетворению, исследовав материалы гражданского дела, суд пришел к следующему.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Указанные положения закона в их совокупности и взаимосвязи являются процессуальной гарантией права на судебную защиту и направлены на обеспечение осуществления судопроизводства на основе состязательности сторон (ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации) и на обеспечение принятия судом законного и обоснованного решения на основе всестороннего, полного, объективного и непосредственного исследования относимых и допустимых доказательств.

Ответчиком ИП ФИО3 в ходе рассмотрения дела в суде заявлено ходатайство о пропуске истцом ФИО1, установленного ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации срока на обращение с иском в суд, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Как следует из материалов дела, оспариваемый приказ об увольнении получен ФИО1 19.05.2023, соответственно, месячный срок истекает 19.06.2023, с иском в суд о разрешении индивидуального трудового спора, связанного с увольнением ФИО1 обратилась 01.12.2023.

Разрешая ходатайство истца о восстановлении срока на обращение с иском в суд и ходатайство ответчика, о применении последствий пропуска истцом срока на обращение с иском в суд, по требованию о разрешении индивидуального трудового спора, суд приходит к следующему.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту; обеспечение права на разрешение индивидуальных и коллективных трудовых споров (абзац пятнадцатый, абзац шестнадцатый ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 381 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что индивидуальный трудовой спор - это неурегулированные разногласия между работодателем и работником по вопросам применения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта, трудового договора (в том числе об установлении или изменении индивидуальных условий труда), о которых заявлено в орган по рассмотрению индивидуальных трудовых споров. Индивидуальным трудовым спором признается спор между работодателем и лицом, ранее состоявшим в трудовых отношениях с этим работодателем, а также лицом, изъявившим желание заключить трудовой договор с работодателем, в случае отказа работодателя от заключения такого договора.

Индивидуальные трудовые споры рассматриваются комиссиями по трудовым спорам и судами (ст. 382 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (ст. 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

При пропуске по уважительным причинам названных сроков они могут быть восстановлены судом (ч. 4 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что лицам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен в судебном порядке. При этом перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Указанный же в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.

Соответственно, с учетом положений ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации в системной взаимосвязи с требованиями ст. 2 (задачи гражданского судопроизводства), 67 (оценка доказательств), 71 (письменные доказательства) ГПК РФ суд, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших лицу своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Так, обращаясь в суд за защитой нарушенных трудовых прав и заявляя ходатайство о восстановлении пропущенного срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, ФИО1 указывает на то, что месячный срок, предусмотренный ч.1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, был пропущен ею по уважительной причине. В органы прокуратуры за внесудебной защитой своих трудовых прав она обратилась с незначительным нарушением срока, установленного ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации. При этом ФИО1 ссылается на совокупность обстоятельств, препятствовавших ей своевременно обратиться в прокуратуру и суд, в числе которых состояние её беременности, постановка на учет в женскую консультацию КГБУЗ «Шарыповская ЦРБ» 04.06.2023.

Из ответа КГБУЗ «Шарыповская ЦРБ» на запрос суда следует, что после постановки на учет в женской консультации ФИО1 регулярно посещала женскую консультацию для обследований и консультирования согласно клиническим протоколам ведения беременности, во время беременности у нее были выявлены: анемия беременной, кольпит, варикозное расширение вен, после чего она пролечена амбулаторно без осложнений. 

Из материалов дела также следует, что ФИО1 после увольнения от ИП ФИО3 работала у ИП ФИО4 в период времени с 18.06.2023 года по 02.11.2023 года в должности администратора автомойки по гражданско-правовому договору, выполняя свои должностные обязанности по сменному графику работы 2 рабочих смены/2 выходных дня, с оплатой по договору 1 000 рублей за смену. 

Из пояснений истца ФИО1 и ее представителя следует, что с июня 2023 года по ноябрь 2023 года она вынуждена была устроиться на работу по гражданскому договору администратором автомойки у ИП ФИО4, поскольку её муж ФИО1 уволился с 07.06.2023 от ИП ФИО3, у них на иждивении находились двое малолетних детей, денег на содержание которых не хватало. С момента обращения в органы прокуратуры 27.06.2023 с обращением о нарушении своих трудовых прав истец рассчитывала, что её трудовые права будут восстановлены во внесудебном порядке, однако до настоящего времени она так и не получила ответа на свое обращение от Государственной инспекции труда по Омской области, в связи с чем в конце ноября 2023 года она обратилась к юристу, который составил ей исковое заявление в суд. 

Из материала Шарыповской межрайонной прокуратуры № от 27.06.2023 по обращению ФИО1 следует, что в органы прокуратуры электронное обращение истца поступило 27.06.2023, в котором она сообщила о принудительном увольнении от работодателя с просьбой провести проверку. 

03.07.2023 обращение ФИО1 Шарыповским межрайонным прокурором направлено для рассмотрения по существу в прокуратуру Центрального административного округа г. Омска, о чем было сообщено заявителю. 

10.07.2023 обращение ФИО1 заместителем прокурора Центрального административного округа г. Омска направлено для рассмотрения по существу в Государственную инспекцию труда по Омской области, о чем было сообщено заявителю. 

Из материала № Государственной инспекции труда по Омской области, поступившего по запроса суда следует, что обращение ФИО1 поступило 17.07.2023 на рассмотрение в инспекцию из прокуратуры Центрального административного округа г. Омска, после чего в адрес заявителя ФИО1 направлялись письменный запрос дополнительных сведений от 31.07.2023 и ответ на обращение от 09.08.2023. При этом доказательств вручения либо направления указанных запроса и ответа в адрес заявителя ФИО1 от Государственной инспекции труда по Омской области суду не представлено.

На обращение ФИО1 от 30.10.2023 в Шарыповскую межрайонную прокуратуру, ей дан повторный ответ от 30.10.2023 о передаче ранее поступившего обращения для рассмотрения по существу в прокуратуру Центрального административного округа г. Омска. 

Учитывая, что истец является экономически и юридически слабой стороной в трудовых отношениях, суд приходит к выводу о том, что вышеуказанные обстоятельства препятствовали истцу ФИО1 обратиться в течение месяца в суд за защитой нарушенных трудовых прав, однако они совершены в течение не более одного года после увольнения, а потому считает ходатайство истца о восстановлении срока подлежащим удовлетворению, а ходатайство ответчика подлежим отклонению по вышеуказанным основаниям.

Разрешая заявленные ФИО1 исковые требования о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и денежной компенсации морального вреда по существу, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда, обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены, права на отдых, включая ограничение рабочего времени, предоставление ежедневного отдыха, выходных и нерабочих праздничных дней, оплачиваемого ежегодного отпуска (абзацы первый, второй, третий и пятый ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (ч. 2 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (ч. 4 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В подпункте "а" пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора).

Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

Судом установлено и из материалов дела следует, что 17.01.2023 между ИП ФИО3 и ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, был заключен трудовой договор №, на основании которого ФИО1 принята на работу на должность продавца–кассира в «Операционный отдел в г. Шарыпово»", трудовой договор заключен на неопределенный срок.

Приказом ИП ФИО3 № от 19.05.2023 о прекращении (расторжении) трудового договора (увольнении), трудовой договор с ФИО1 прекращен и она уволена 19.05.2023 с должности продавца-кассира «Операционного отдела в г. Шарыпово» по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по инициативе работника) на основании личного заявления.

С приказом об увольнении ФИО1 ознакомлена в этот же день (19.05.2023), о чем свидетельствует ее подпись на приказе, что не оспаривалось сторонами в судебном заседании.

В материалы гражданского дела ответчиком ИП ФИО3 представлено заявление на увольнение от 15.05.2023, написанное и подписанное от имени ФИО1 с просьбой уволить её с занимаемой должности по собственному желанию с 19.05.2023. 

Оспаривая свое увольнение, истец ФИО1 при рассмотрении дела пояснила, что представленное суду заявление об увольнении от 15.05.2023 она не писала и не подписывала, несмотря на оказываемое на неё моральное и психологическое давление со стороны непосредственного руководителя – заведующего производством ФИО11, требующего уволиться по собственному желанию, намерения увольняться у неё не было, поскольку терять оплачиваемую работу с учетом наличия у неё на иждивении малолетних детей, а также сложностями с трудоустройством в г. Шарыпово, она не хотела.

В подтверждение доводов истец ФИО1 предоставила суду справку о почерковедческом исследовании от 19.05.2024 эксперта ЭКО МО МВД России «Шарыповский», проведенном в рамках процессуальной проверки КУСП № от 03.04.2024 по заявлению ФИО1, из которого следует, что подписи от имени ФИО1 в заявлении на увольнение с 19.05.2023 выполнены ФИО1.

То обстоятельство, что заявление об увольнении от 15.05.2023 ФИО1 не писала и не подписывала, не оспаривала и сторона ответчика в судебном заседании, предоставив суду заключение специалиста АНО ЦРЭ «ЛэИ» №, согласно выводам которого следует, что подписи в заявлении об увольнении от 15.05.2023 от имени ФИО1 выполнены ФИО1.

В судебных заседаниях ФИО1 поясняла, что её увольнение обусловлено тем, что со стороны представителя работодателя – заведующего производством ФИО11, на нее и ее супруга оказывалось психологическое давление с целью принуждения к написанию ею заявления об увольнении по собственному желанию.

Из показаний свидетеля ФИО11, допрошенного в судебном заседании, следует, что у него как у представителя работодателя ИП ФИО3 в г. Шарыпово были претензии к работе супругов Ф-вых, из-за частых опозданий, невыходов на работу без уважительных причин. Так, 14.05.2023 у него состоялся разговор с поваром ФИО1, которому он предложил не увольняться из-за нехватки персонала, а решить в их семье, кто из супругов Ф-вых будет работать, а кто уволиться и будет сидеть дома с детьми, для чего передал ему бланк заявления на увольнение для супруги ФИО1. Позднее ФИО1 принес ему заполненный и подписанный бланк заявления на увольнение с 19.05.2023 от ФИО1, на основании которого был издан приказ об увольнении и произведен окончательный расчет с работником с выплатой неиспользованного отпуска. В коллективе были разговоры о беременности ФИО1, но сама она никаких документов об этом до своего увольнения не предоставляла. 

Оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что волеизъявление истца на увольнение по собственному желанию отсутствовало, надлежащих и достоверных доказательств обращения истца к работодателю с заявлением об увольнении по собственному желанию, равно как доказательств наличия у истца добровольного волеизъявления на увольнение по указанному основанию, ответчиком не представлено.

В ходе рассмотрения дела также не было установлено наличие волеизъявления со стороны ФИО1 на увольнение по собственному желанию, напротив, представленные в материалы дела доказательства позволяют суду прийти к выводу о том, что заявление об увольнении ФИО1 не подписывалось. В результате односторонних действий работодателя, предусмотренные законодательством гарантии трудовых прав работника и порядка его увольнения не были соблюдены. В материалах дела отсутствуют иные доказательства, подтверждающие законность увольнения работника.

Таким образом, установив, что заявление об увольнении по собственному желанию, на основании которого был издан приказ ИП ФИО3 от 19.05.2023 об увольнении ФИО1 по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, было подписано не истцом, при установленном факте работы истца в должности продавца-кассира, вынесенный ответчиком приказ об увольнении истца подлежит признанию незаконным, а истец подлежит восстановлению на работе у ИП ФИО3 в должности продавца-кассира операционного отдела в г. Шарыпово с 20.05.2023. 

Доводы ответчика ИП ФИО3 о недобросовестном поведении истца в связи с длительностью необращения в суд, что повлекло значительное увеличение размера заявленной ко взысканию с ответчика суммы среднего заработка за время вынужденного прогула подлежат отклонению, поскольку основаны на субъективном толковании норм материального права без учета конкретных обстоятельств дела и характера спорных правовых отношений, регулируемых специальными нормами материального права, правильно определенными и примененными судами первой и апелляционной инстанций, бесспорно не подтверждают злоупотребления истцом правом в смысле, придаваемом пунктом 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, и не влекут применения предусмотренных пунктом 2 данной статьи последствий.

Само по себе обращение с иском за защитой нарушенного права не является злоупотреблением правом по смыслу ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, тогда как приведенные ответчиком доводы о недобросовестности истца, не являются обстоятельством, освобождающим от ответственности, в случае доказанности факта нарушения трудовых прав истца.

Указание ответчика ИП ФИО3 на злоупотребление истцом правом не нашли своего подтверждения материалами дела и не свидетельствуют об отсутствии оснований для восстановления нарушенных ответчиком трудовых прав истца с учетом вышеуказанных допущенных работодателем нарушений, связанных с проведением процедуры увольнения.

Доводы ответчика ИП ФИО3 о том, что материалами дела установлено, кто фактически подписал заявление на увольнении от имени ФИО1, не имеет правового значения для разрешения спора, поскольку юридически значимым обстоятельством является волеизъявление самого работника, которое должно быть совершено в письменной форме.

Согласно ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

В силу положений ч. 1 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

В соответствии с ч. 3 ст. 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним в соответствии с Трудовым кодексом или иным федеральным законом сохранялось место работы (должность). 

В силу разъяснений, изложенных в п. 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при определении размера оплаты времени вынужденного прогула средний заработок, взыскиваемый в пользу работника за это время, не подлежит уменьшению на суммы заработной платы, полученной у другого работодателя, независимо от того, работал у него работник на день увольнения или нет, пособия по временной нетрудоспособности, выплаченные истцу в пределах срока оплачиваемого прогула, а также пособия по безработице, которое он получал в период вынужденного прогула, поскольку указанные выплаты действующим законодательством не отнесены к числу выплат, подлежащих зачету при определении размера оплаты времени вынужденного прогула.

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации.

При этом необходимо иметь в виду, что особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного ст. 139 Кодекса, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений (часть седьмая ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок исчисления среднего заработка предусмотрен Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 г. N 922, в соответствии с пунктом 4 которого расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно). Средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев.

При определении среднего заработка за время вынужденного прогула, суд руководствуется представленными работодателем в материалы дела расчетными листками, в соответствии с которыми общая сумма заработной платы ФИО1 для расчета среднего заработка за период с января 2023 года по май 2023 года составляет 183 714,25 руб. 

Количество отработанных истцом дней в период с января 2023 года по май 2023 года составило 92 рабочих дня, следовательно, средний дневной заработок составляет 1 996,89 руб. (183 714,25 руб./ 92 дня = 1 996,89 руб./день). Указанный размер среднего дневного заработка также подтверждается справкой от 05.04.2024, предоставленной ИП ФИО3

Таким образом, средний заработок истца за время вынужденного прогула с 20 мая 2023 года (следующий день за днем увольнения) по 27 мая 2024 года (дата принятия решения судом), составляет: 503 216,28 руб. (1 996,89 руб. (среднедневной заработок) х 252 (количество рабочих дней прогула).

Определенная суд сумма среднего заработка за время вынужденного прогула подлежит взысканию с ИП ФИО3 в пользу ФИО1

В силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку при рассмотрении дела судом установлены неправомерные действия ответчика, выражающиеся, в незаконном увольнении истца, суд полагает, что требования истца о компенсации морального вреда также подлежат удовлетворению.

При определении размера такой компенсации суд исходит из конкретных обстоятельств дела, учитывает объем и характер причиненных истцу нравственных страданий, отсутствие тяжких необратимых последствий для него, степень вины работодателя, то обстоятельство, что незаконное увольнение лишает истца права на достойную жизнь и ставит его в крайне неблагоприятное материальное положение; также учитывает требования разумности и справедливости и полагает, что размер компенсации морального вреда в данном случае следует ограничить суммой в 5 000 руб. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в размере, заявленном истцом, суд не усматривает, полагая его чрезмерно завышенным.

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Частью 1 статьи 103 ГПК РФ предусмотрено, что издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации в бюджеты муниципальных районов подлежат зачислению налоговые доходы от федеральных налогов и сборов, в том числе государственной пошлины (подлежащей зачислению по месту государственной регистрации, совершения юридически значимых действий или выдачи документов) - по нормативу 100 процентов по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, мировыми судьями (за исключением Верховного Суда Российской Федерации).

В силу пункта 3 статьи 333.18 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина уплачивается по месту совершения юридически значимого действия. 

Из содержания данных норм следует, что при обращении в суд общей юрисдикции государственная пошлина должна быть уплачена в местный бюджет по месту нахождения соответствующего суда.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации истец ФИО1, обратившаяся в суд с требованиями, вытекающими из трудовых правоотношений, была освобождена от уплаты государственной пошлины.

При таких обстоятельствах, учитывая, что суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО1, с ответчика ИП ФИО3 подлежит взысканию в доход муниципального образования «город Шарыпово Красноярского края» государственная пошлина, от уплаты которой при подаче искового заявления в силу закона освобожден истец, в размере 8 532 руб., исходя из расчета: 300 руб. (по требованию неимущественного характера о взыскании денежной компенсации морального вреда) + 8 232 руб. (по требованию о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула).

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-19 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично. 

Признать приказ индивидуального предпринимателя ФИО3 № от 19 мая 2023 года о прекращении (расторжении) трудового договора (увольнении) с ФИО1, незаконным. 

Восстановить ФИО1 (

<

данные изъяты>) на работе в должности продавца-кассира операционного отдела в г. Шарыпово у индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРИП №) с 20 мая 2023 года. 

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРИП №) в пользу ФИО1 (

<

данные изъяты>) средний заработок за время вынужденного прогула за период времени с 20 мая 2023 года по 27 мая 2024 года в размере 503 216 рублей 28 копеек, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, а всего 508 216 рублей 28 копеек. 

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРИП №) в доход бюджета муниципального образования "город Шарыпово Красноярского края" государственную пошлину в размере 8 532 рубля. 

Решение суда в части восстановления ФИО1 на работе подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Шарыповский городской суд Красноярского края в течение месяца со дня, следующего за днем составления мотивированного решения суда (принятия решения суда в окончательной форме).

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 27 мая 2024 года.

Мотивированное решение суда составлено 18 июня 2024 года.

Председательствующий: подпись

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>