38RS0034-01-2020-001658-03

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

3 июня 2021 года г. Иркутск

Ленинский районный суд города Иркутска Иркутской области в составе председательствующего судьи Трофимовой Э.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем Бужгеевой В.А.,

с участием прокурора Поповой Ж.В.,

в присутствии представителя истца ФИО1 по доверенности от 9 марта 2021 года,

представителей ответчика ФИО2 по доверенности от 14 января 2021 года и ФИО3 по доверенности от 1 января 2021 года,

в отсутствие истца ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-11/2021 по исковому заявлению Жерносека ФИО17 к Акционерному обществу «Иркутскнефтепродукт» о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, процентов за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО4 обратился в суд с исковым заявлением к АО «Иркутскнефтепродукт» с исковыми требованиями о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, процентов за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда, в обоснование указал, что с ****год работал в АО «Иркутскнефтепродукт». В связи с созданием им первичной профсоюзной организации (НППО АО «Иркутскнефтепродукт») со стороны работодателя стало проявляться предвзятое отношение. В марте 2019 года он был уволен за неоднократное исполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей при наличии дисциплинарных взысканий. Решением Октябрьского районного суда г. Иркутска от ****год увольнение признано незаконным, он восстановлен на работе.

В декабре 2019 года по направлению работодателя он прошел периодический медицинский осмотр, с учетом результатов которого (медицинское заключение № от ****год) проведена экспертиза профессиональной пригодности. Медицинским заключением № от ****год установлена постоянная непригодность работника по состоянию здоровья к отдельным видам работ.

На основании итогов медицинской экспертизы профпригодности он отстранен от работы в должности управляющего АЗК № приказами работодателя №-П от ****год с ****год на неопределенный срок, №-П от ****год на период с ****год по ****год, №-П от ****год на период с ****год по ****год, №-П от ****год на период с ****год по ****год.

Приказом от ****год №лс/у он уволен с должности управляющего АЗК № в связи с отказом работника от перевода на другую работу, необходимую ему в соответствии с медицинским заключением (п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ).

Медицинские заключения и приказы об отстранении оспорены им в Куйбышевском районном суде г. Иркутска (дело №).

Полагал увольнение незаконным, поскольку медицинские заключения не содержат выводов на необходимость его перевода на другую работу, сведений о выявленных противопоказаний для выполнения работы, обусловленной трудовым договором. 

От предлагаемых вакансий он не отказывался, в связи с чем акт об отсутствии согласия на перевод от ****год не соответствует действительным обстоятельствам. Данный акт, положенный в основу приказа об увольнении фактически составлен уже после подписания приказа об увольнении. 

В отсутствие установленной медицинским заключением необходимости его перевода на другую работу и его отказа от перевода на другую работу, как совокупности двух обязательных условий для увольнения по п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, приказ о его увольнении является незаконным, и он подлежит восстановлению на работе.

Кроме того, указал на нарушение процедуры увольнения в связи с тем, что работодателем предложены не все свободные должности, соответствующие его квалификации и не противопоказанные ему по состоянию здоровья.

Просил с учетом уточнения исковых требований, принятых протокольным определением в открытом судебном заседании ****год, признать незаконным приказ №лс/у от ****год о прекращении трудового договора, восстановить на работе в должности управляющего АЗК № АО «Иркутскнефтепродукт», взыскать средний заработок за время вынужденного прогула за период с ****год по ****год в размере 971687 рублей 32 копейки, проценты за задержку выплаты заработной платы за период с ****год по ****год в размере 52240 рублей, компенсацию морального вреда в размере 200000 рублей, обратить к немедленному исполнению решение суда в части восстановления на работе и взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула за три месяца.

В судебное заседание истец ФИО4 не явился, просил рассмотреть дело в свое отсутствие, с участием представителя.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 поддержала доводы искового заявления с учетом уточнений.

В судебном заседании представители АО «Иркутскнефтепродукст» ФИО2, ФИО3 возражали относительно заявленных требований по доводам, изложенным в письменных возражениях от 26.06.2020, 11.05.2021, пояснениях от 13.05.2021, 21.05.2021, 27.05.2021.

Прокурор Попова Ж.В. в заключении полагала подлежащими удовлетворению требования о признании незаконным отказа, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, размер которого должен быть определен судом с учетом принципов разумности и справедливости. Требование о взыскании денежной компенсации за несвоевременную выплату заработной платы, по заключению прокурора, не может быть удовлетворено.

Выслушав объяснения участников процесса, показания свидетелей, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 73 Трудового кодекса Российской Федерации работника, нуждающегося в переводе на другую работу в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, с его письменного согласия работодатель обязан перевести на другую имеющуюся у работодателя работу, не противопоказанную работнику по состоянию здоровья.

Частью 3 статьи 73 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что если в соответствии с медицинским заключением работник нуждается во временном переводе на другую работу на срок более четырех месяцев или в постоянном переводе, то при его отказе от перевода либо отсутствии у работодателя соответствующей работы трудовой договор прекращается в соответствии с пунктом 8 части 1 статьи 77 этого кодекса.

Пункт 8 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает возможность прекращения трудового договора в случае отказа работника от постоянного или временного (на срок более четырех месяцев) перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, либо отсутствия у работодателя соответствующей работы. Такое правовое регулирование направлено на охрану здоровья работника.

Из изложенных нормативных положений следует, что, если в соответствии с медицинским заключением работник нуждается в переводе на другую работу, в целях соблюдения гарантий по обеспечению прав работника на труд и охрану здоровья работодатель обязан перевести этого работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу, не противопоказанную работнику по состоянию здоровья. В случае отказа работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, либо отсутствия у работодателя соответствующей работы трудовой договор прекращается по пункту 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Прекращение работодателем трудового договора с работником по названному основанию будет правомерным только в случае исполнения работодателем обязанности по предложению работнику имеющейся у работодателя работы, которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При проверке в суде законности увольнения работника по пункту 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан представить доказательства исполнения данной обязанности.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ****год N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Следовательно, ответчик в подтверждение законности увольнения истца по пункту 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации должен был представить суду доказательства, подтверждающие факт наличия у ФИО4 заболевания, препятствующего его работе в должности управляющего АЗК, постоянный характер заболевания, соблюдение процедуры увольнения в связи с отказом работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что на основании трудового договора № от ****год ФИО4 с ****год принят на работу в ЗАО «Иркутскнефтепродукт» оператором автозаправочной станции №.

Дополнительным соглашением № от ****год к трудовому договору стороны оформили перевод работника с ****год на автозаправочный комплекс № в должности менеджера АЗК№.

В редакции соглашения об изменении условий трудового договора от ****год с ****год ФИО4 переведен постоянно на Автозаправочный комплекс № (АЗК) на должность менеджера. Местом постоянной работы определен автозаправочный комплекс №№, расположенный по адресу: г. Иркутск, 

<

адрес>. Остальные условия трудового договора оставлены неизменными.

С ****год с согласия работника ФИО4 переведен на должность управляющего АЗК 3 (г. Иркутск) (соглашение об изменении условий трудового договора от ****год).

На момент увольнения истца (****год) трудовой договор № от ****год действовал с учетом последних изменений, внесенных соглашениями от ****год и от ****год и предусматривающих увеличение должностного оклада.

На основании направления работодателя ФИО4 прошел периодический медицинский осмотр по видам работ: розничная торговля нефтепродуктами и сопутствующими товарами, а также по вредным производственным факторам: работы на высоте, верхолазные работы, работы по обслуживанию подземных сооружений (п. 1 Приложения 2); работы в организациях общественного питания, торговли буфетах, на пищеблоках, в том числе на транспорте (п. 15 Приложения 2).

По результатам периодического медицинского осмотра Городским центром профессиональной патологии ОГАУЗ «Иркутская городская клиническая больница № г. Иркутска» выдано медицинское заключение № от ****год об отсутствии противопоказаний к работе по Приложению 2 п. 15. Выводов относительно наличия либо отсутствия противопоказаний к работам по п. 1 Приложения 2 медицинское заключение не содержит.

Согласно медицинскому заключению о пригодности или непригодности к выполнению отдельных видов работ от ****год №, оформленному Иркутским городским центром профессиональной патологии ОГАУЗ «Иркутская городская клиническая больница №», ФИО4 признан постоянно непригодным по состоянию здоровья к отдельным видам работ по п. 1 Приложения 2.

Указанные медицинские заключения на основании абзаца 5 статьи 76 Трудового кодекса Российской Федерации явились основанием для отстранения работодателем ФИО4 от работы по должности управляющего АЗК 3 (г. Иркутск) в период с ****год по ****год, о чем изданы приказы от ****год №-П, от ****год №-П, от ****год №-П, от ****год №-П.

С приказами ФИО4 ознакомлен ****год, ****год, ****год, ****год соответственно.

В период отстранения от работы и в день увольнения (****год) ФИО4 вручены уведомления об имеющихся вакантных должностях, в частности: ****год, ****год, ****год, ****год, ****год.

****год комиссионно, в присутствии ФИО4, составлен акт о том, что по состоянию на 09 час. 20 мин. ****год согласия на перевод на предложенные вакантные должности работник не предоставил. От ознакомления с актом, подписания акта ФИО4 отказался.

Приказом № лс/у от ****год действие трудового договора № от ****год прекращено, ФИО4 уволен с должности управляющего АЗК 3 (г. Иркутск) на основании пункта 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации с ****год в связи с отказом от перевода на другую работу, необходимую работнику в соответствии с медицинским заключением.

Основанием для расторжения трудового договора указаны медицинские заключения № от ****год и № от ****год, уведомления о вакансиях от ****год и от ****год. 

При увольнении выплачена компенсация за неиспользованные дни ежегодно оплачиваемого отпуска и выходное пособие в размере двухнедельного среднего заработка в соответствии со ст. 178 Трудового кодекса Российской Федерации. Данные выплаты, их размер истцом не оспаривались. 

С приказом об увольнении ФИО4 ознакомлен ****год с указанием времени ознакомления 09:32 и несогласия с приказом. Запись об увольнении внесена в трудовую книжку истца (№).

Положенные в основу увольнения медицинские заключения и предшествующие увольнению приказы об отстранении были предметом судебного разбирательства в Куйбышевском районном суде г. Иркутска по исковому заявлению ФИО4

Решением Куйбышевского районного суда г. Иркутска от ****год в удовлетворении требований отказано в полном объеме.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от ****год решение суда первой инстанции отменено с принятием нового решения. Исковые требования ФИО4 удовлетворены частично. Признаны незаконными приказы АО «Иркутскнефтепродукт» №-П от ****год, №-П от ****год, №-П от ****год, №-П от ****год об отстранении ФИО4 от работы. С АО «Иркутскнефтепродукт» взыскана компенсация морального вреда в размере 5000 рублей. 

В удовлетворении требований к АО «Иркутскнефтепродукт» о взыскании вынужденного прогула, а также требований к ОГАУЗ «Иркутская городская клиническая больница №», врачебной комиссии о признании незаконными медицинских заключений № от ****год, № от ****год отказано.

В соответствии с частью 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (норма приведена в редакции, действовавшей на момент рассмотрения дела) обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Доводы истца о неправомерном включении должности управляющего АЗК в Контингенты работников, а также в поименной Список работников подлежащих прохождению периодического медицинского осмотра с указанием вредного/опасного производственного фактора работы на высоте (п. 1 Приложения 2) были предметом судебного разбирательства и потому судом не оцениваются.

Признавая законными медицинские заключения и незаконными приказы об отстранении истца от работы, суд апелляционной инстанции, рассмотревший гражданское дело по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных гл. 39 ГПК РФ, пришел к выводу о том, что предназначение должности управляющего АЗК состоит в осуществлении общего руководства автозаправочным комплексом и должностные обязанности управляющего АЗК не предусматривают обязательного личного выполнения управляющим АЗК технологических операций по приему нефтепродуктов. Непосредственное осуществление технологических операций, связанных с приемом, хранением и реализацией нефтепродуктов и сопутствующих товаров на автозаправочном комплексе относится к должностным обязанностям старшего смены АЗК.

По настоящему спору о восстановлении на работе судом установлено следующее.

В период осуществления истцом трудовой функции менеджера/управляющего АЗК эксплуатация автозаправочных станций и комплексов осуществлялась в соответствии с Правила технической эксплуатации автозаправочных станций (РД 153-39.2-080-01) (утв. Приказом Минэнерго РФ от ****год N 229), а с ****год в соответствии с ГОСТ Р 58404-2019. Национальный стандарт Российской Федерации. Станции и комплексы автозаправочные. Правила технической эксплуатации (утв. и введен в действие Приказом Росстандарта от ****год N 167-ст)

Согласно ГОСТР Р 58404-2019 под автозаправочной станцией (АЗС) понимается имущественный комплекс, предназначенный для заправки транспортных средств нефтепродуктами через топливораздаточные и маслораздаточные колонки, а также для продажи фасованных нефтепродуктов, продовольственных и промышленных товаров, в том числе автомобильных принадлежностей и запасных частей (п. 3.1.1); автозаправочный комплекс (АЗК) это имущественный комплекс, объединяющий АЗС, а также здания и сооружения, предназначенные для обслуживания транспортных средств, водителей и пассажиров (п. 3.1.3).

АЗС, на которых кроме заправки транспортных средств осуществляется реализация фасованных нефтепродуктов, автомобильных принадлежностей и запасных частей, продовольственных и промышленных товаров, оказание услуг по обслуживанию транспортных средств, водителей и пассажиров, относятся к категории АЗК (п. 7.10.1).

Процедуры с нефтепродуктами включают в себя прием, отпуск нефтепродуктов, размещение товарных запасов нефтепродуктов (раздел 8).

Порядок работы с нефтепродуктами на автозаправочных станциях / автозаправочных комплексах АО «Иркутскнефтепродукт», определен Временной инструкцией компании, которая утверждена приказом от ****год №-П и введена в действие с ****год (далее – Временная инструкция).

Согласно понятийному аппарату, приведенному в разделе 1 Временной инструкции, под руководителем автозаправочной станции / автозаправочного комплекса (далее - АЗС/АЗК) понимается работник, которому должностными обязанностями вменяется оперативное управление, организация и контроль деятельности АЗС/АЗК.

Старшим смены является оператор-продавец АЗС/АЗК, назначенный старшим в смене согласно графику сменности АЗС/АЗК.

В соответствии с пунктом 3.1 Временной инструкции процедуры работы на АЗС/АЗК осуществляются работниками АЗС/АЗК в пределах их функций, определенных должностными обязанностями.

Работники АЗС/АЗК, проводящие технологические операции по приему и отпуску нефтепродуктов должны, среди прочего, пройти специальное обучение, необходимое для выполнения должностных обязанностей по специальности, быть допущенными к выполнению технологических операций на АЗС/АЗК в установленном в Компании порядке (п. 3.2).

В силу пункта 4.1.3 Временной инструкции прием нефтепродуктов на АЗС/АЗК осуществляется старшим смены АЗС/АЗК или другим работником АЗС/АЗК, если прием нефтепродуктов входит в его должностные обязанности. К операциям по приему нефтепродуктов допускаются работники АЗС/АЗК, являющиеся материально ответственными лицами, ознакомленные с инструкциями и нормативными документами, устанавливающими порядок и правила приема нефтепродуктов на АЗС/АЗК, под подпись. 

В период отстранения от работы, ФИО4 письменно обращался к руководителю АО «Иркутскнефтепродукт» и просил обратить внимание, что выполнение работ на высоте не обусловлено его трудовой функцией, соответствующие работы им не выполнялись, начиная с назначения в 2008 году на должность менеджера, и в последующем на должность управляющего АЗК (письмо вх. № от ****год) На этом же настаивал представитель истца в ходе судебного разбирательства. 

Из содержания должностной инструкции управляющего АЗК, утвержденной ****год, с которой истец ознакомлен ****год, следует, что предназначение должности заключается в осуществлении общего руководства автозаправочным комплексом, обеспечение эффективной и бесперебойной работы АЗК, увеличение продаж нефтепродуктов и сопутствующих товаров. В подчинении управляющего находится персонал АЗК (старший смены, оператор-кассир, ассистент по приходованию товара, работник кафе, оператор-заправщик, слесарь-электрик по ремонту электрооборудования).

Согласно пункту 24 раздела 6 должностной инструкции в должностные обязанности управляющего входит прием и отпуск нефтепродуктов и сопутствующих товаров в случае производственной необходимости.

На период отсутствия подчиненных сотрудников АЗК (болезнь, отпуск) управляющий АЗК частично выполняет и перераспределяет их функциональные обязанности и несет ответственность за ненадлежащее исполнение данных функций (п. 5 раздела 8).

Критерии, случаи производственной необходимости, при наступлении которой управляющий осуществляет прием нефтепродуктов, должностной инструкцией не конкретизированы (за исключением п. 5 раздела 8).

Возражая против заявленных требований и поддерживая доводы письменных возражений, представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании пояснил, что к таким случаям относится отсутствие старшего смены, непосредственно занимающегося приемом нефтепродуктов, поскольку в должностные обязанности иных работников АЗК прием нефтепродуктов не входит. 

Также управляющий АЗК обязан участвовать в комиссионных измерениях параметров нефтепродуктов в автоцистерне в случае выявления излишков/недостачи, что предусмотрено п. 4.2.8.7 Временной инструкции.

Кроме этого, осуществление управляющим АЗК в соответствии с пунктом 41 должностной инструкции контроля за выполнением старшими смены их должностных обязанностей.

Ответчик, решая вопрос об увольнении истицы по основаниям п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ должен был представить суду доказательства, что рабочее место ФИО4 по факторам производственной среды и трудового процесса отвечает определенным условиям труда, которые ему противопоказаны в соответствии с представленным медицинским заключением, а именно, представить доказательства, подтверждающие, что должность, которую занимал истец, предполагает выполнение работ на высоте, исключить которые и создать условия труда без выполнения работ на высоте работодатель не имеет возможности.

Подобных доказательств ответчиком не представлено. В соответствии со ст. 212 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить проведение аттестации рабочих мест по условиям труда с последующей сертификацией организации работ по охране труда.

В соответствии со ст. 209 Трудового кодекса РФ аттестация рабочих мест по условиям труда - оценка условий труда на рабочих местах в целях выявления вредных и (или) опасных производственных факторов и осуществления мероприятий по приведению условий труда в соответствие с государственными нормативными требованиями охраны труда. Аттестация рабочих мест по условиям труда проводится в порядке, установленном федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда. Условия труда - совокупность факторов производственной среды и трудового процесса, оказывающих влияние на работоспособность и здоровье работника.

Выдавая ФИО4 направление на прохождение периодического медицинского осмотра работодатель в качестве основания указал пункты 1, 15 Приложения 2 (по видам работ: розничная торговля нефтепродуктами и сопутствующими товарами, по вредным производственным факторам: работы на высоте, верхолазные работы, работы по обслуживанию подземных сооружений (п. 1 Приложения 2).

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 пояснил, что в период работы ФИО5 в должностях менеджера АЗС 1 (с ****год), менеджера АЗК 1 (с ****год), менеджера АЗК 3 (с ****год) прием нефтепродуктов не входил в обязанность менеджера. Данные работы выполнял оператор-кассир. С введением в Компании нового проекта типовой организационной структуры АЗК/АЗС и типовых должностных инструкций работников АЗК/АЗС с ****год обязанность по приему нефтепродуктов исключена из должностных обязанностей оператора-кассира и включена в обязанности старшего смены и управляющего АЗК.

Указанное, то есть факт неисполнения менеджером АЗК 3 работ по приему нефтепродуктов, согласуется с результатами специальной оценки условий труда по должности менеджер АЗК 3. Согласно карте № от ****год работы на высоте (пункт 1 Приложения N 2 «Перечня работ, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры (обследования) работников», утвержденного Приказом Минздравсоцразвития России от ****год N 302н, как основание для проведения медицинского осмотра не установлены.

Отметки об ознакомлении истца с результатами специальной оценки условий труда карта не содержит. Иных доказательств исполнения работодателем требований п. 4 ч. 2 ст. 4 Федерального закона от ****год N 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» ответчиком не представлено.

Из представленного в материалы дела проекта типовой должностной инструкции «Управляющий АЗК», раздел 3 «Основные обязанности» следует, что по критерию «процент необходимого времени» прямые обязанности работника классифицированы на «постоянные», «по мере необходимости», и с указанием конкретного размера процентов: 5%, 10%, 15%.

Прием нефтепродуктов в отсутствие старшего смены отнесен к числу прямых обязанностей управляющего, выполняемых по мере необходимости.

Поскольку ответчик связывает прием нефтепродуктов с выполнением работ на высоте, по мнению суда, в связи перераспределением обязанностей по выполнению данного вида работ между оператором-кассиром и старшим смены, введением должности управляющего АЗК, предусматривающей при определенных условиях прием нефтепродуктов, как часть технологического процесса, работодатель в силу ст. 17 Федерального закона от ****год № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» должен был рассмотреть вопрос о наличии/отсутствии оснований для проведения внеплановой проверки (п.3 ч. 1 ст. 17). Решение о непроведении внеплановой специальной оценки условий труда должно приниматься комиссией (ч. 3 ст. 17 Федерального закона от ****год № 426-ФЗ).

О том, что прием бензовоза является частью технологического производственного процесса, в связи с чем не требуется оформление наряда-допуска, показал свидетель ФИО6, занимающий должность начальника отдела промышленной безопасности и охраны труда АО «Иркутскнефтепродукт».

На момент увольнения ФИО4 специальная оценка условий труда по должности «Управляющий АЗК 3» не проведена.

В отсутствие специальной оценки условий труда управляющего АЗК 3, при наличии только указания в должностной инструкции обязанности выполнять работы на высоте при наличии производственной необходимости, суд не может согласиться с утверждением ответчика о том, что работы на высоте входят в трудовую функцию ФИО4

Представленные ответчиком в подтверждение довода о том, что прием нефтепродуктов входит в функциональные обязанности управляющего АЗК, письменные доказательства, в частности: приказы АО «Иркутскнефтепродукт» от ****год 524-П «Об усилении контрольных процедур на АЗК/АЗС/ПЗС», от ****год №-П «О проведении специальной оценки условий труда» с приложениями, не относятся к рассматриваемому трудовому спору, так как приняты после отстранения ФИО4 и последовавшего затем увольнения.

Не влияют на выводы суда и показания свидетелей ФИО9 (управляющий АЗК 2), ФИО10 (управляющий АЗК 91) о том, что в их должностные обязанности входит выполнение работ на высоте, в связи с чем они периодически проходит соответствующее обучение и проверку знаний. Суд рассматривает индивидуальный трудовой спор и поэтому факт выполнения другими управляющими АЗК работ по приему нефтепродуктов в данном конкретном случае правового значения не имеет. 

Сам по себе факт включения истца в контингенты и поименной список для прохождения периодического медицинского осмотра по п. 1 Приложения 2 не свидетельствует, что ФИО4 фактически выполнял такие работы.

Кроме того, суд считает, что ответчиком не доказан имеющий правовое значение для разрешения спора факт непосредственного осуществления истцом работ на высоте.

В Определение от ****год N 887-О-О Конституционный Суд РФ указал, что такое основание увольнения, как отказ работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, либо отсутствие у работодателя соответствующей работы (пункт 8 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации), предусмотрено в целях недопущения выполнения работником работы, противопоказанной ему по состоянию здоровья.

Обязанность работодателя перевести на другую работу по медицинским показаниям, прежде всего, направлена на обеспечение охраны здоровья граждан, несмотря на то что трудовые права при этом могут и пострадать как в случае перевода на другую, возможно нижеоплачиваемую, работу, так и в случае увольнения работника по п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

Следовательно, к числу юридически значимых обстоятельств, которые суду надлежит установить, относится фактическое исполнение работником работы, которая ему противопоказана в установленном порядке.

В силу статьи 225 ТК РФ для всех поступающих на работу лиц, а также для работников, переводимых на другую работу, работодатель или уполномоченное им лицо обязаны проводить инструктаж по охране труда, организовывать обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказания первой помощи пострадавшим.

Положениями пунктов 7 и 8 Правил по охране труда при работе на высоте, утвержденных приказом Минтруда России от ****год N 155н и действующих до даты увольнения истца, работники, выполняющие работы на высоте, должны иметь квалификацию, соответствующую характеру выполняемых работ. Уровень квалификации подтверждается документом о профессиональном образовании (обучении) и (или) о квалификации. Работники допускаются к работе на высоте после проведения а) обучения и проверки знаний требований охраны труда; б) обучения безопасным методам и приемам выполнения работ на высоте.

Работникам, усвоившим требования по безопасности выполнения работ на высоте и успешно прошедшим проверку знаний и приобретенных навыков, выдается удостоверение о допуске к работам на высоте (п. 10 Правил по охране труда при работе на высоте).

Приказом АО «Иркутскнефтепродукт» от ****год №-П утверждена программа занятий по подготовке к проверке знаний по охране труда при работе на высоте, утверждены соответствующие билеты, введено Положение о порядке организации и выполнении работ на высоте.

Пунктом 6.1. названного приказа приказано утвердить списков работников:

- лиц, занятых на работах без применения инвентарных средств подмащивания, выполняемых на высоте 5 м и более, а также на работах, выполняемых на расстоянии менее 2 м от неогражденных перепадов по высоте более 5 м на площадках при отсутствии защитных ограждений либо при высоте защитных ограждений, составляющей менее 1,1 м;

- лиц, занятых на работах с применением инвентарных средств подмащивания (леса, подмостки, вышки, люльки, лестницы и др.,), а также без них, при условии выполнения работ на высоте менее 5 м, на работах, выполняемых на площадках, при наличии защитных ограждений этих площадок более 1,1 м. 

Организовать и провести обучение безопасным методам и приемам выполнения работ на высоте работников, занятых на высоте на территории структурных подразделений (п. 6.2); провести проверку знаний безопасных методов и приемов выполнения работ на высоте (п. 6.3); после обучения обеспечить проведение стажировки работников с регистрацией в журнале стажировок на рабочем месте (п. 6.4); допускать работников на выполнение работ на высоте после проведения обучения и проверки знаний требований охраны труда, обучения безопасным методам и приемам выполнения работ на высоте работников, проведения стажировки на рабочем месте (п. 7).

Суд предлагал ответчику представить утвержденные списки работников в соответствии с пунктом 6.1 приказа АО «Иркутскнефтепродукт» от ****год №-П. Такие списки представлены не были.

Равно как суду не представлены доказательства того, что ФИО4, в должностные обязанности которому с ****год вменен прием нефтепродуктов при отсутствии старшего смены, что не было предусмотрено ранее его должностными обязанностями, прошел обучение безопасным методам и приемам выполнения работ на высоте работников, проверку знаний, с получением соответствующего удостоверения.

Довод представителей ответчика о том, что истец ранее проходил такое обучение, судом во внимание не принимается, поскольку вопреки требованиям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательств наличия у истца удостоверения о допуске к работам на высоте, действительного в период отстранения и срок которого на дату увольнения не истек, ответчиком не представлено.

Таким образом, судом достоверно установлено, что ФИО4 не только фактически не выполнял работы на высоте, но и не мог их выполнять в силу требований статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации, пункта 3.2 Временной инструкции, п.п. 8, 9 Правил по охране труда при работе на высоте (утв. приказом Минтруда России от ****год N 155н), поскольку не был допущен в установленном порядке к их выполнению.

С учетом установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу, что у ответчика отсутствовали основания для увольнения ФИО4 по пункт 8 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Проверяя соблюдения порядка увольнения, судом установлено следующее.

Отстранив ФИО4 от работы, работодатель несколько раз уведомлял работника об имеющихся вакантных должностях, в частности ****год, ****год, ****год, ****год, ****год.

Сопоставление предложенных ответчиком вакансий со штатным расписанием свидетельствует, что ответчик предложил истцу все имеющиеся на конкретные даты вакансии.

При этом суд отклоняет суждение представителя истца об обязанности работодателя представить не только вакантные, но и временно свободные должности, соответствующие квалификации и не противопоказанные по медицинскому заключению.

В том случае, если бы работодатель предложил истцу временно свободную должность (например, должность работника, находящегося в отпуске по уходу за ребенком и т.п.), в силу абзаца второго статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения с ФИО4 могли носить исключительно срочный характер, что является недопустимым при переводе.

Также суд не может согласиться с позицией представителя истца о наличии у работодателя обязанности представить все имеющиеся свободные должности, вне зависимости от территориального расположения.

В связи с тем, что в статье 73 Трудового кодекса Российской Федерации не содержится специального указания о конкретном объеме подлежащих предложению работнику вакансий, подходящих ему по медицинским показаниям, в рассматриваемом случае подлежит применению общий подход к правилам предложения работы, изложенный в статьях 76, 81, 83 Трудового кодекса Российской Федерации, когда работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии (в первую очередь по медицинским показаниям), имеющиеся у него в данной местности, если иное не предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Под другой местностью понимается местность за пределами административно-территориальных границ соответствующего населенного пункта (пункт 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

Учитывая, что трудовая деятельность истца осуществлялась в структурном подразделении АО «Иркутскнефтепродукт», расположенном в городе Иркутске, коллективный договор у ответчика отсутствует, суд полагает, что обязанность по предложению истцу вакансий в структурных подразделениях за пределами городского округа «город Иркутск» у работодателя отсутствовала.

Работодатель был вправе и предложил истцу вакантные должности в иной местности.

Выявленный судом факт, что истцу предлагались вакансии, обязанности по которым предусматривают прием нефтепродуктов, не свидетельствует о нарушении порядка увольнения, поскольку данные предложения истцом не приняты и при наличии иных вакансий его трудовых прав такое предложение не нарушает.

Тем самым нарушений порядка увольнения судом не установлено.

Придя к выводу об отсутствии оснований для увольнения истца по пункт 8 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, исковые требования в части признания незаконным приказа генерального директора Акционерного общества «Иркутскнефтепродукт» от 17 апреля 2020 года №96лс/у о прекращении (расторжении) трудового договора с С.Г., восстановлении ФИО4 на работе в Акционерном обществе «Иркутскнефтепродукт» в должности управляющего АЗК 3 (г. Иркутск), взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула за период с 18 апреля 2020 года по 3 июня 2021 года подлежат удовлетворению, как обоснованные.

Представленный истцом расчет проверен, является арифметически правильным. При расчете истцом учтено повышение с ****год должностного оклада по должности истца в 1,039 раза, а также произведен зачет выплаченного при увольнении выходного пособия в соответствии со ст. 178 Трудового кодекса Российской Федерации в размере 29726,73 руб.

Размер среднего заработка за время вынужденного прогула, в том числе размер среднедневного заработка (3580,11 руб.), факт повышения заработной платы, имевший место в период судебного разбирательства, ответчиком не оспаривался. 

Тем самым с ответчика в пользу истца надлежит взыскать средний заработок за время вынужденного прогула за период со дня следующего за днем увольнения (****год) по день вынесения судом решения (****год). 

Размер среднего заработка в сумме 971687,32 руб. определен судом с учетом индексации заработной платы по должности истца с ****год и вычетом выходного пособия (п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ****год N 2), исходя из следующего расчета:

3580,11 руб. (среднедневной заработок) * 234 рабочих дня (период с ****год по ****год) = 837745,74 руб.

3580,11 руб. (среднедневной заработок) * 44 рабочих дня (период с ****год по ****год) * 1,039 (повышение должностного оклада) = 163668,31 руб.

(837745,74 + 163668,31) – 29726,73 (выходное пособие) = 971687,32 руб.

Согласно статье237 Трудового кодекса Российской Федерацииморальный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Установив факт нарушения трудовых прав истца незаконным увольнением, оценивая характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, суд учитывает обстоятельства причинения вреда, характер и степень нарушения трудовых прав истца, степень вины ответчика и, руководствуясь принципом разумности и справедливости, считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 7 000 рублей.

Поскольку оплата вынужденного прогула не является гарантированным трудовым законодательством вознаграждением за труд, правила ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации в данном случае применению не подлежат. Поэтому суд отказывает истцу в удовлетворении требований о взыскании процентов за задержку выплаты заработной платы в размере 52240 рублей, которые исчислены истцом в отношении среднего заработка за время вынужденного прогула.

В соответствии со статьей 210 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда приводится в исполнение после вступления его в законную силу, за исключением случаев немедленного исполнения, в порядке, установленном федеральным законом.

В силу абзаца второго статьи 211 ГПК РФ решение в части восстановлении на работе, выплате работнику заработной платы в течение трех месяцев подлежат немедленному исполнению.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 года N 23 «О судебном решении» дано разъяснение о том, что решения, перечисленные в статье 211 ГПК РФ, подлежат немедленному исполнению в силу императивного предписания закона, в связи с чем указание в решении об обращении их к немедленному исполнению не зависит от позиции истца и усмотрения суда.

Таким образом, решение суда в части восстановления на работе и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула в течение трех месяцев подлежат немедленному исполнению.

Принимая во внимание, что истец уволен ****год, трехмесячный период, взыскание заработной платы за который подлежит немедленному исполнению, следует считать с ****год по ****год (ч. 3 ст. 107 и ч. 1 ст. 108 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Всего 60 рабочих дней (в апреле – 9 р/дн, в мае – 17 р/дн, в июне – 21 р/дн, в июле – 13 р/дн).

Размер заработной платы за первые три месяца составляет 214806,60 руб. = 3580,11 руб. * 60 дн. 

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, которые согласно ч. 1 ст. 88, 94 ГПК РФ состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, в том числе расходов на оплату услуг представителя.

Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Поскольку при подаче иска истец на основании пп. 1 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от уплаты государственной пошлины, суд в соответствии со ст. 103 ГПК РФ считает необходимым взыскать с ответчика, не освобожденного от ее уплаты, в доход бюджета муниципального образования «город Иркутск» государственную пошлину в размере 13 216 рублей 87 копеек (= 12916,87 руб. по требованию о взыскании среднего заработка в размере 971687,32 руб. + 300 руб. по требованию о взыскании компенсации морального вреда в соответствии с пп. 1, 3 п. 1 ст. 333.19, пп. 1 п. 1 ст. 333.20 НК РФ).

Руководствуясь ст. ст. 193, 194-199, 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования удовлетворить частично.

Признать незаконным приказ генерального директора Акционерного общества «Иркутскнефтепродукт» от ****год №лс/у о прекращении (расторжении) трудового договора с Жерносеком ФИО18.

Восстановить Жерносека ФИО19 на работе в Акционерном обществе «Иркутскнефтепродукт» в должности управляющего АЗК 3 (г. Иркутск).

Взыскать с Акционерного общества «Иркутскнефтепродукт» в пользу Жерносека ФИО20 средний заработок за время вынужденного прогула за период с ****год по ****год в размере 971687 рублей 32 копейки, компенсацию морального вреда в размере 7000 рублей.

В удовлетворении требований о взыскании процентов за задержку выплаты заработной платы в размере 52240 рублей отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Иркутскнефтепродукт» в доход бюджета муниципального образования «город Иркутск» государственную пошлину в размере 13 216 рублей 87 копеек.

Решение в части восстановления на работе, взыскании с Акционерного общества «Иркутскнефтепродукт» в пользу Жерносека ФИО21 заработной платы за три месяца с ****год по ****год в размере 223 184 рубля 06 копеек подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Ленинский районный суд г. Иркутска путем подачи апелляционной жалобы в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Э.В.Трофимова

Решение суда в окончательной форме будет изготовлено 18 июня 2021 года.