РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 июня 2018 года г. Владивосток

Советский районный суд г. Владивостока Приморского края

в составе: председательствующего судьи Юлбарисовой С.А.

при секретаре Морозовой О.Н.

с участием помощника прокурора Чередник К.Ю.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «УК ТСЖ на Кирова» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с вышеназванным иском к обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания ТСЖ на Кирова» (далее, в том числе, – ООО «Управляющая компания ТСЖ на Кирова», Общество), в обоснование которого указал, что с 24.02.2015 работал в указанной организации по совместительству на должности дворника. 07.03.2018 был уволен на основании статьи 288 ТК РФ – в связи с приемом на занимаемую им должность работника на постоянной основе. Указанное увольнение произведено незаконно, поскольку с декабря 2016 года он (истец) является лицом с семейными обязанностями, и на него распространяются гарантии, установленные частью 4 статьи 261 ТК РФ. Он, фактически, выполняет функции второго родителя, является единственным кормильцем ребенка в возрасте до трех лет в семье своей дочери, которая находится в отпуске по уходу за ребенком до 1,5 лет. Его увольнение повлекло за собой нарушение семейных прав его и членов его семьи. Бытовые условия его семьи сравнимы с условиями многодетной семьи. На основании изложенного просит обязать ответчика восстановить его на работе в должности дворника, взыскать с ответчика в его пользу заработную плату за дни вынужденного прогула из расчета 647,01 руб. в день с 08.03.2018 по день восстановления на работе.

В судебном заседании истец ФИО1 настаивал на заявленных требованиях по основаниям, изложенным в иске. Дополнительно указал, что его дочери – Ф.И.О.1 – 40 лет. У нее есть двое детей – Ф.И.О.2, которому исполнилось 17 лет, и Ф.И.О.3, которому исполнилось 1,5 года. Он (ФИО1) уплачивает дочери алименты на содержание детей, потому что отца у них нет. Его дочь и внуки находятся на его иждивении. Его увольнение привело к нарушению прав матери и ребенка, реализация которых гарантирована Конституцией Российской Федерации. Его дочь надеялась, что он будет помогать ей финансово благодаря его работе по совместительству. Ходатайствовал о восстановлении ему пропущенного срока на обращение в суд с рассматриваемым иском, пояснив, что пропуск срока был вызван уважительными причинами. Так, он подал аналогичное исковое заявление в Советский районный суд г. Владивостока 28.03.2018. 02.04.2018 судом вынесено определение, в котором ему было предложено устранить недостатки иска. Данное определение, согласно почтовому конверту, было направлено в его адрес только 18.04.2018. Он подал исправленное исковое заявление 20.04.2018. Впоследствии он узнал, что его иск передан другому судье.

Директор ООО «Управляющая компания ТСЖ на Кирова» (л.д. 47, 48, 51-60) – ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения иска. Указал, что увольнение истца, работавшего по совместительству, являлось законным, поскольку трудовой договор с ним был расторгнут по предусмотренным ТК РФ основаниям – в связи с трудоустройством работника, для которого эта работа является основной. О предстоящем увольнении ФИО1 был предупрежден 22.02.2018, то есть, не менее чем за две недели до прекращения трудового договора. О намерении устроиться на работу в ООО «Управляющая компания ТСЖ на Кирова» на должность дворника на постоянное место работы истец не сообщал. Положения части 4 статьи 261 ТК РФ при увольнении ФИО1 применению не подлежали, поскольку истец не отвечает критериям, установленным данной статьей. Факт наличия у работника внуков, факт нахождения его дочери в отпуске по уходу за ребенком, так же, как и факт уменьшения его личных доходов и доходов его родных в связи с увольнением, не являются обстоятельствами, предусмотренными законом в качестве оснований для запрета расторжения с ним трудового договора по инициативе работодателя. Увольнение ФИО1 не могло повлечь за собой нарушение семейных и конституционных прав членов его семьи, так как он не является лицом, обязанным их содержать в силу закона. Кроме того, истцом пропущен месячный срок на обращение в суд с иском о восстановлении на работе. 

Выслушав пояснения истца, представителя ответчика, заслушав заключение помощника прокурора, полагавшего, что заявленные требования не подлежат удовлетворению, исследовав материалы дела, давая оценку всем представленным доказательствам в их совокупности в соответствии с положениями статьи 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению в полном объеме по следующим основаниям.

Согласно положениями статьи 15 ТК РФ трудовые отношения – отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии с частью 1 статьи 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

В ходе рассмотрения дела установлено, что на основании приказа ООО «Управляющая компания ТСЖ на Кирова» от 20.02.2015 ФИО1 с 24.02.2015 был принят на должность дворника по совместительству (л.д. 9).

24.02.2015 между ООО «Управляющая компания ТСЖ на Кирова» и ФИО1 заключен соответствующий трудовой договор за номером 47 (л.д. 11-13).

Как установлено в судебном заседании, приказом от 05.03.2018 №6 Общество постановило прекратить действие трудового договора дворника ФИО1 с 07.03.2018 согласно статье 288 ТК РФ (л.д. 10). С данным приказом ФИО1 был ознакомлен в день его издания – 05.03.2018.

В силу части 1 статьи 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении – в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

В соответствии с частью 4 статьи 392 ТК РФ, при пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

Из содержания материалов дела следует, что рассматриваемый иск подан ФИО1 в суд 20.04.2018, то есть, по истечению установленного законом срока (л.д. 7-8). На данный факт указал в ходе судебного разбирательства представитель ответчика.

Давая оценку указанному обстоятельству, а также доводам истца о наличии уважительных причин пропуска срока, суд приходит к выводу о возможности восстановить ФИО1 указанный срок по следующим основаниям.

Судом установлено, что изначально в суд с иском о восстановлении на работе ФИО1 обратился 28.03.2018, то есть, в течение месяца с того момента, как он был ознакомлен с приказом о своем увольнении. При этом в обоснование поданного иска ФИО1 были изложены те же доводы, что и в рассматриваемом иске (л.д. 101-102, 106).

Определением Советского районного суда г. Владивостока от 02.04.2018 иск ФИО1 был оставлен без движения (л.д. 101-102). При этом названное определение направлено в адрес истца только 13.04.2018, что следует из содержания соответствующего сопроводительного письма (л.д. 100).

Определением от 19.04.2018 изначально поданный иск был возвращен ФИО1 (л.д. 105).

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии уважительных причин, позволяющих восстановить ФИО1 срок на обращение в суд с иском о восстановлении на работе.

Разрешая вопрос о законности увольнения истца, суд приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 282 ТК РФ под совместительством понимается выполнение работником другой регулярной оплачиваемой работы на условиях трудового договора в свободное от основной работы время.

Основания прекращения трудового договора определены главой 13 ТК РФ. В то же время, статьей 288 ТК РФ установлены дополнительные основания прекращения трудового договора с лицами, работающими по совместительству. Так, в соответствии с указанной статьей, помимо оснований, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, трудовой договор, заключенный на неопределенный срок с лицом, работающим по совместительству, может быть прекращен в случае приема на работу работника, для которого эта работа будет являться основной, о чем работодатель в письменной форме предупреждает указанное лицо не менее чем за две недели до прекращения трудового договора.

Из материалов дела следует, что о предстоящем увольнении на основании статьи 288 ТК РФ ФИО1 был извещен 22.02.2018, что подтверждается его собственноручной подписью в соответствующем уведомлении (л.д. 32).

В данном уведомлении отражено, что ООО «Управляющая компания ТСЖ на Кирова» ставит ФИО1 в известность о том, что с 07.03.2018 трудовой договор с ним будет расторгнут согласно статье 288 ТК РФ, поскольку предприятие заключает трудовой договор с работником, для которого работа, исполняемая истцом, будет являться основной.

Материалами дела подтверждается, что приказом от 05.03.2018 № 7 в ООО «Управляющая компания ТСЖ на Кирова» принят с 08.03.2018 дворником-мусоросборщиком Ф.И.О.4 (л.д. 45). При этом с соответствующим заявлением о приеме на работу с 08.03.2018 Ф.И.О.4 обратился к ответчику 20.02.2018 (л.д. 46).

Оспаривая свое увольнение истец указывает на то, что он не мог быть уволен, поскольку является лицом с семейными обязанностями.

Как установлено статьей 287 ТК РФ гарантии и компенсации лицам, совмещающим работу с получением образования, а также лицам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, предоставляются работникам только по основному месту работы. Другие гарантии и компенсации, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами, предоставляются лицам, работающим по совместительству, в полном объеме.

В силу части 4 статьи 261 ТК РФ расторжение трудового договора с женщиной, имеющей ребенка в возрасте до трех лет, с одинокой матерью, воспитывающей ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет или малолетнего ребенка – ребенка в возрасте до четырнадцати лет, с другим лицом, воспитывающим указанных детей без матери, с родителем (иным законным представителем ребенка), являющимся единственным кормильцем ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет либо единственным кормильцем ребенка в возрасте до трех лет в семье, воспитывающей трех и более малолетних детей, если другой родитель (иной законный представитель ребенка) не состоит в трудовых отношениях, по инициативе работодателя не допускается (за исключением увольнения по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 5-8, 10 или 11 части первой статьи 81 или пунктом 2 статьи 336 настоящего Кодекса).

Из разъяснений, данных Пленумом Верховного Суда РФ в пункте 2 его Постановления от 28.01.2014 №1 «О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних», следует, что к лицам с семейными обязанностями может быть отнесен работник, имеющий обязанности по воспитанию и развитию ребенка в соответствии с семейным и иным законодательством (родитель, усыновитель, лицо, наделенное правами и обязанностями опекуна или попечителя); другой родственник ребенка, фактически осуществляющий уход за ним, в случаях, прямо предусмотренных законом (часть вторая статьи 256 ТК РФ); работник, имеющий обязанности в отношении других членов своей семьи, нуждающихся в установленных случаях в уходе или помощи. К лицам с семейными обязанностями и к лицам, воспитывающим детей без матери (кроме работников – родителей и лиц, наделенных правами и обязанностями опекуна или попечителя), с учетом конкретных обстоятельств, свидетельствующих об осуществлении ими соответствующих общественно значимых обязанностей (воспитание ребенка, уход или помощь члену семьи), могут быть отнесены и иные лица.

Как усматривается из содержания материалов дела, ФИО1 приходится отцом Ф.И.О.1, 

<

дата> года рождения (л.д. 27). В свою очередь Ф.И.О.1 приходится матерью несовершеннолетним Ф.И.О.2, 

<

дата> года рождения (л.д. 29), и Ф.И.О.3, 

<

дата> года рождения (л.д. 30). Изложенное свидетельствует о том, что ФИО1 приходится дедушкой несовершеннолетним Ф.И.О.2 и Ф.И.О.3

По общему правилу, как следует из содержания статей 26, 28 ГК РФ, статьи 64 СК РФ, законными представителями детей являются их родители, усыновители либо опекуны.

В рассматриваемом случае законным представителем несовершеннолетних Ф.И.О.2 и Ф.И.О.3 является их мать – Ф.И.О.1

По смыслу пункта 1 статьи 80 СК РФ обязанность по содержанию несовершеннолетних детей возложена на их родителей.

Справкой от 21.03.2018, выданной ООО «Элита», подтверждается, что Ф.И.О.1 работает в указанном Обществе и в настоящее время находится в отпуске по уходу за ребенком до 1,5 лет с 19.03.2017 по 13.06.2018 (л.д. 31).

Кроме того, Ф.И.О.1, согласно сведениям отдела административного территориального управления Ленинского района департамента труда и социального развития Приморского края, выплачиваются пособия на несовершеннолетних Ф.И.О.2 и Ф.И.О.3 (л.д. 18-19). Также она является получателем ежемесячного пособия по уходу за ребенком Ф.И.О.3 (л.д. 20).

Из содержания материалов дела следует, что истец и Ф.И.О.1 с детьми проживают раздельно. Так, истец проживает по адресу: г. Владивосток, 

<

адрес> (л.д. 4-6, 34, 43, 44), а Ф.И.О.1 – по адресу: г. Владивосток, 

<

адрес> (л.д. 18-19, 23-24, 25).

Довод ФИО1 о нахождении его дочери и внуков у него на иждивении признается судом необоснованным.

Из анализа действующего законодательства и сложившейся правоприменительной практики следует, что лицо может быть признано находящимся на иждивении другого лица в том случае, если находится на его полном содержании или получает от него помощь, которая является для него постоянным и основным источником средств к существованию.

Вместе с тем, надлежащих доказательств тому, что заработок истца является для Ф.И.О.1, несовершеннолетних Ф.И.О.2, Ф.И.О.3 основным источником средств к существованию в материалы дела не представлено.

Указание истцом на то, что он уплачивает алименты на содержание своих внуков, также не свидетельствует о том, что они находятся на его иждивении. Более того, давая оценку пояснениям истца в указанной части, суд учитывает следующее.

В силу статьи 94 СК РФ несовершеннолетние нуждающиеся в помощи внуки в случае невозможности получения содержания от своих родителей имеют право на получение в судебном порядке алиментов от своих дедушки и бабушки, обладающих необходимыми для этого средствами.

Истцом представлены соглашения об уплате алиментов от 14.12.2016, заключенные между ним и Ф.И.О.1, действующей в качестве законного представителя несовершеннолетних Ф.И.О.2 и Ф.И.О.3, по условиям которых истец обязался уплачивать алименты во исполнение обязанности по содержанию Ф.И.О.2 и Ф.И.О.3 в размере один МРОТ на каждого ребенка ежемесячно (л.д. 112-113, 114-115).

Нормы семейного законодательства не ограничивают лиц в их праве оказывать добровольную поддержку членам своей семьи. В то же время, из содержания приведенного выше положения статьи 94 СК РФ следует, что несовершеннолетние внуки имеют право на получение алиментов от своих дедушки и бабушки, однако, обязательным условием является невозможность получения несовершеннолетними внуками содержания от своих родителей.

Сведений о том, что несовершеннолетние дети не имею возможности получать содержание от родителей, суду не представлено.

Кроме того, давая оценку представленным соглашениям об уплате алиментов, суд учитывает, что, в соответствии с абзацем 1 пункта 1 статьи 100 СК РФ, соглашение об уплате алиментов заключается в письменной форме и подлежит нотариальному удостоверению.

Из совокупного содержания абзаца 2 пункта 1 статьи 100 СК РФ и пункта 3 статьи 163 ГК РФ следует, что несоблюдение установленной законом формы соглашения об уплате алиментов влечет за собой ничтожность указанного соглашения.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела судом установлено, что истец не является законным представителем своих внуков – несовершеннолетних Ф.И.О.2 и Ф.И.О.3 Их мать – Ф.И.О.1, являющаяся их законным представителем, состоит в трудовых отношениях с ООО «Элита», находится в отпуске по ходу за ребенком до 1,5 лет, является получателем соответствующих пособий. Дети находятся на ее воспитании, проживают с ней.

ФИО1 не является лицом, обязанным содержать несовершеннолетних Ф.И.О.2 и Ф.И.О.3 в силу закона.

Доказательств тому, что Ф.И.О.1, несовершеннолетние Ф.И.О.2, Ф.И.О.3 находятся на иждивении истца, не представлено.

Также не представлено доказательств тому, что отец несовершеннолетних Ф.И.О.2 и Ф.И.О.3 не оказывает или не может оказывать материальную помощь детям.

Изложенное свидетельствует о том, что истец не отвечает ни одному из приведенных в части 4 статьи 261 ТК РФ критериев, которые позволили бы распространить на него установленные указанной правовой нормой гарантии.

Относительно довода ФИО1 о том, что его увольнение привело к нарушению прав матери и ребенка, реализация которых гарантирована Конституцией Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Согласно Конституции Российской Федерации в Российской Федерации обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства; материнство и детство, семья находятся под защитой государства (часть 2 статьи 7, часть 1 статьи 38).

Именно в развитие указанных положений законодатель установил в статье 261 ТК РФ конкретные (специальные) гарантии для беременных женщин и лиц с семейными обязанностями при расторжении с ними трудового договора.

Следовательно, если положения статьи 261 ТК РФ не могут быть применены к конкретному работнику в силу того, что он не является лицом с семейными обязанностями в том смысле, который придается данному понятию названной статьей, то нераспространение на него закрепленных в этой статье гарантий не может свидетельствовать о нарушении его конституционных прав и конституционных прав членов его семьи.

Кроме того, судом учитывается, что ФИО1 является получателем страховой пенсии по старости (л.д. 15), имеет постоянное место работы – ТОИ ДВО РАН (л.д. 116), где получает заработную плату (л.д. 16-17). 

Резюмируя все вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что у ответчика имелись установленные статьей 288 ТК РФ основания для увольнения истца, порядок увольнения ответчиком был соблюден, оснований для распространения на истца гарантий, предусмотренных статьей 261 ТК РФ, не имелось. Следовательно, увольнение ФИО1 являлось законным, в связи с чем у суда отсутствуют основания для удовлетворения требования истца о восстановлении на работе и производного от него требования о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ООО «УК ТСЖ на Кирова» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через Советский районный суд г. Владивостока в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 15.06.2018.

Судья Юлбарисова С.А.