Дело № г. Дзержинск

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

1 декабря 2017 года Дзержинский городской суда Нижегородской области в составе председательствующего судьи Юровой О.Н.,

при секретаре Мироновой Г.И.,

с участием истца ФИО3, представителей ответчиков по доверенностям ФИО1 и ФИО2,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФКУ «ИК № 9 ГУФСИН России по Нижегородской области», ГУФСИН России по Нижегородской области о возмещении удержанных из заработной платы сумм, признании распоряжения незаконным, признании заключения о результатах служебной проверки незаконным, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФКУ «ИК № 9 ГУФСИН России по Нижегородской области», мотивируя тем, что он проходит службу с данном учреждении с 30.12.2003 г., с 20.08.2008 г. состоит в должности 

<

данные изъяты> по настоящее время. 19.05.2017 г. служебной проверкой, проведенной комиссией, созданной на основании приказа ГУФСИН России по Нижегородской области от 28.04.2017 г. №, установлено, что ввиду ненадлежащего отношения к исполнению должностных обязанностей им ФКУ «ИК № 9 ГУФСИН России по Нижегородской области» причинен материальный ущерб в виде непроизводительных расходов в размере 1752100 руб. С выводами комиссии истец не согласился. На основании распоряжения ФКУ «ИК № 9 ГУФСИН России по Нижегородской области»№ от 14.06.2017 г. в июле 2017 г. из его заработной платы удержано 

<

данные изъяты> руб. Добровольно возместить ущерб он согласен не был.

ФИО3 просил суд обязать ФКУ «ИК № 9 ГУФСИН России по Нижегородской области» возместить незаконно удержанную из заработной платы сумму в размере 

<

данные изъяты> руб., признать незаконным распоряжение № от 14.06.2017 г. 

В ходе рассмотрения дела истец увеличил свои исковые требования и просит суд обязать работодателя возместить незаконно удержанную из заработной платы сумму в размере 

<

данные изъяты>.; дополнил своих исковые требования, указав, что по заключению о результатах служебной проверки от 19.05.2017 г. №, проведенной комиссией, созданной на основании приказа ГУФСИН России по Нижегородской области № от 28.04.2017 г., установлено, что причиной возникновения непроизводительных расходов в колонии стало его ненадлежащее отношение к исполнению должностных обязанностей по организации приносящей доход деятельности, связанной с привлечением осужденных к оплачиваемому труду, что привело к отсутствию на счетах учреждения средств для своевременной оплаты текущих расходов. Однако, в разделе 4 должностной инструкции, в п. 55 указана его ответственность за состояние оперативно-служебной, воспитательной и финансово-хозяйственной деятельности, что не соответствует возникновению по его вине непроизводительных расходов, состоящих в основном из уплаты пеней и штрафов, поскольку в его обязанности не входит уплата расходов и распоряжение денежными средствами. Результатами служебной проверки его вина не доказана. В соответствии с п. 6 Приказа ФСИН России от 12.04.2012 г. № «Об утверждении Инструкции об организации и проведении служебных проверок в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы» при проведении служебной проверки должна быть установлена вина сотрудника. ФИО3 просит суд признать незаконным заключение о результатах служебной проверки от 19.05.2017 г. №. 

В судебном заседании истец ФИО3 исковые требования поддержал, пояснил, что он занимает должность заместителя 

<

данные изъяты>. В центре работают осужденные, за которых колония обязана уплачивать обязательные платежи и взносы в различные бюджеты. Данная деятельность приносит доход, с которого и следует уплачивать обязательные платежи, однако в 2015г. и 2016 г. происходило расходование этих денежных средств на покрытие расходов по бюджетной деятельности в связи с ее недофинансированием. То есть денежные средства, которые зарабатывались 

<

данные изъяты>, уходили на покрытие нужд, которые должны были финансироваться бюджетом, например таких, как расходы на работу котельной для мест содержания осужденных, но из-за отсутствия бюджетных средств они покрывались деньгами, полученными в результате деятельности 

<

данные изъяты>, поэтому уплачивать обязательные платежи и взносы за 

<

данные изъяты> было просто нечем, из-за этого колонии выставлялись штрафные санкции. Решения о расходовании денежных средств от деятельности 

<

данные изъяты> на нужды, которые должны финансироваться бюджетом, принимались начальником колонии, которому он не вправе запретить это делать. Ни одного финансового документа о том, что по его распоряжению осуществлялся расход денежных средств от деятельности 

<

данные изъяты> на покрытие нужд бюджетной деятельности, ответчиком суду не представлено, и таких решений он не принимал, расходы по бюджетной деятельности не относятся к его компетенции. 

Представители ответчиков -ГУФСИН России по Нижегородской области по доверенности ФИО1 и ФКУ «ИК № 9 ГУФСИН России по Нижегородской области» по доверенности ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признали. В своих отзывах по делу представители ответчиков указали, что ФИО3 несет ответственность за состояние финансово-хозяйственной деятельности, и, являясь 

<

данные изъяты>, с использованием имущества, переданного государством в оперативное управление ФКУ ИК-9, обеспечивает ведение приносящей доход деятельности, связанной с привлечением осужденных к оплачиваемому труду. Все доходы от указанной деятельности зачисляются в федеральный бюджет и являются средствами федерального бюджета. Истец наделен правом первой финансовой подписи, наделен правом принимать решения и в части своевременной оплат обязательных платежей и иных расходов при осуществлении приносящей доход деятельности. Непроизводительными расходами за 2015, 2016 г. стали пени, штрафы, взысканные с колонии 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, пени за несвоевременную оплату потребленной электроэнергии в части приносящей доход деятельности. Все эти штрафные санкции возникли в результате несвоевременной оплаты обязательных платежей, обязательств по заключенным государственным контрактам (электроэнергия). Непроизводительные расходы – это внеплановые (вынужденные) действительные материальные издержки предприятия, возникающие вследствие нарушений в его хозяйственном механизме, допускаемые как самим предприятием, так и другими хозяйственными органами, отрицательно влияющие на конечные результаты деятельности. Ненадлежащая организация истцом приносящей доход (хозяйственной) деятельности повлекла отсутствие к надлежащей дате платежа на счетах учреждения денежных средств (ДЛБО) для своевременных платежей за электроэнергию, в 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, судебных расходов, несвоевременное осуществление указанных платежей в большем размере (с неустойками), следовательно, уменьшение денежных средств учреждения. Истец должен был знать финансовые показатели, доходы, расходы по приносящей доход деятельность, организовывать ее таким образом, чтобы обеспечить своевременность платежей. Представители ответчиков просят суд применить к требованиям истца сроки обращения в суд, установленные ст. 392 ТК РФ, поскольку 25.05.2017 г. истец ознакомился с результатами служебной проверки, поэтому срок для оспаривания результатов служебной порядки пропущен, а оспаривание приказа о привлечении к материальной ответственности вытекает из требований о признании результатов служебной проверки незаконными. 

Выслушав стороны, изучив и проверив материалы дела, оценив собранные по делу доказательства в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Так, в соответствии с п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Недоказанность одного из указанных обстоятельств исключает материальную ответственность работника.

Таким образом, при доказанности работодателем указанных выше обстоятельств работник должен доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба. В случае же недоказанности работодателем одного из перечисленных выше условий (обстоятельств) наступления полной материальной ответственности либо при несоблюдении работодателем правил (порядка и условий) заключения договора о полной материальной ответственности исключает материальную ответственность работника.

В соответствии с ч. 1 ст. 232 ТК РФ сторона трудового договора (работник, работодатель), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с Трудовым кодексом РФ.

Материальная ответственность стороны трудового договора, исходя из ст. 233 ТК РФ, наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия).

В силу ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В силу ст. 214 ТК РФ за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Статьей 242 ТК РФ установлено, что в случаях, предусмотренных Трудовым кодексом, на работника может возлагаться полная материальная ответственность, которая состоит в обязанности работника возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

В силу ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Из материалов дела следует, что ФИО3 проходит службу в ФКУ «Исправительная колония № 9 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Нижегородской области» в должности заместителя начальника колонии – начальника центра ФКУ «ИК-9 ГУФСИН по Нижегородской области» трудовой адаптации осужденных. В его должностные обязанности входит, в том числе решение вопросов финансово-хозяйственной деятельности 

<

данные изъяты>, давать указания по всем вопросам деятельности 

<

данные изъяты>. 

Приказом ГУФСИН России по Нижегородской области от 28.04.2017 г. № назначена служебная проверка по фактам возникновения непроизводительных расходов в ФКУ «ИК-9 ГУФСИН России по Нижегородской области» на сумму 1752,1 тыс.руб. С указанным приказом истец был ознакомлен 03.05.2017 г. 

19.05.2017 г. начальником ГУФСИН России по Нижегородской области утверждено заключение о результатах служебной проверки №, из которого следует, что в ФКУ «ИК-9 ГУФСИН России по Нижегородской области» объем производительных расходов за 2015, 2016 г. составил 1752,1 тыс. руб. В заключении указано, что основной причиной возникновения непроизводительных расходов стало ненадлежащее отношение к исполнению должностных обязанностей сотрудников учреждения, ответственных за организацию приносящей доход деятельности, связанной с привлечением осужденных к оплачиваемому труду, что привело к отсутствию на счетах учреждений средств для своевременной оплаты текущих расходов. За проверяемый период 2015, 2016 г.г. в должности заместителя начальника ФКУ ИК-9- начальника 

<

данные изъяты> находился ФИО3 (л.д. 60 оборот, 61). В ходе проводимой проверки ФИО3 16.05.2017 г. даны объяснения о причинах образования непроизводительных расходов – отвлечение внебюджетных средств на нужды бюджетной деятельности из-за недостатка финансирования, что повлекло неуплату обязательных платежей, что, в свою очередь, повлекло наложение штрафных санкций (л.д. 62).

Истец ознакомлен с результатами служебной проверки 29.05.2017 г. (л.д. 69).

ГУФСИН России по Нижегородской области в адрес начальника ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Нижегородской области было направлено требование о привлечении к материальной ответственности в размере среднемесячного заработка заместителя начальника колонии – начальника ЦТАО ФИО4 (л.д. 70).

Распоряжением начальника ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Нижегородской области № от 14.06.2017 г. с ФИО3 в возмещение материального ущерба было взыскана сумма в размере среднего месячного заработка - 75557,46 руб. (л.д. 9-10). С указанным распоряжением истец был ознакомлен 14.06.2017 г., в листе ознакомления с распоряжением указал, что возражает против возмещения им ущерба (л.д. 11). 

На момент рассмотрения дела 75557,46 руб. было удержано из заработной платы истца. 

В соответствии с ч. 1 ст. 21 Федерального закона от 21.07.1998 N 117-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в законодательные акты Российской Федерации в связи с реформированием уголовно-исполнительной системы" на сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы впредь до принятия федерального закона о службе в уголовно-исполнительной системе распространено действие Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23.12.1992 N 4202-1 (далее по тексту - Положение).

Согласно ч. 5 ст. 4 Положения за противоправные действия или бездействие при исполнении служебных обязанностей, ненадлежащее исполнение служебных обязанностей сотрудник органов внутренних дел несет ответственность в соответствии с действующим законодательством. 

Таким образом, суд исходит из того, что вопросы материальной ответственности сотрудников уголовно-исполнительной системы за вред, причиненный учреждению уголовно-исполнительной системы, регулируются нормами трудового законодательства в связи с отсутствием специального правового регулирования указанных отношений в законодательстве, регламентирующим прохождение службы в органах уголовно-исполнительной системы.

Обсуждая доводы ФИО4 незаконности привлечения его к материальной ответственности в виде среднемесячного заработка, суд исходит из следующего.

Так, из заключения по результатам служебной проверки следует, что общий объем непроизводительных расходов за 2015 и 2016 г.г. составил 1752,1 тыс. руб., при этом части этих расходов составляю пени по налогу на добавленную стоимость, расходы по уплате пеней и штрафов по государственным контрактам на поставку товаров, выполнение работ для государственных нужд, пеней за несвоевременную уплату страховых взносов в ПФ РФ, пеней за несвоевременную уплату НДФЛ (л.д. 60 оборот). При этом в качестве непроизводственных расходов учтены, в том числе, расходы по возмещению вреда здоровью по исполнительным листам от 2010г. 

При этом суд особо отмечает, что, как отмечено в самом заключении, причиной возникновения непроизводительных расходов явилось отсутствие на счетах учреждения средств для своевременной оплаты текущих расходов. Доказательств тому, что именно действия ФИО3 привели к отсутствию на счетах учреждения денежных средств для своевременной оплаты расходов, суду ответчиком не представлено.

При этом ответчиком не опровергнут довод истца о том, что за счет средств, полученных от деятельности ЦТАО (внебюджетные средства), производились расходы на бюджетную деятельность колонии в связи с недофинансированием бюджетной деятельности, что, в свою очередь, привело к невозможности своевременной уплаты платежей за приносящую доход деятельность. Отвлечение денежных средств на бюджетную деятельность подтверждается и справкой главного бухгалтера колонии (л.д. 90, 20). 

Никаких доказательств тому (финансовых документов и прочего), что именно в связи с неправомерными действиями ФИО3 на счетах учреждения отсутствовали денежные средства для оплаты текущих расходов ЦТАО, суду ответчиками не представлено. 

Кроме того, данное в ч. 2 ст. 238 Трудового кодекса РФ понятие прямого действительного ущерба не является идентичным с понятием убытков, содержащимся в п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса РФ. Сумма финансовых санкций в соответствии с действующим законодательством не может быть отнесена к прямому действительному ущербу. 

В соответствии с ч. 1 ст. 248 Трудового кодекса РФ взыскание с виновного работника суммы причиненного ущерба, не превышающей среднего месячного заработка, производится по распоряжению работодателя.

При этом распоряжение может быть сделано не позднее одного месяца со дня окончательного установления работодателем размера причиненного работником ущерба. Если месячный срок истек или работник не согласен добровольно возместить причиненный работодателю ущерб, а сумма причиненного ущерба, подлежащая взысканию с работника, превышает его средний месячный заработок, то взыскание может осуществляться только судом.

Так, суд учитывает, что сумма причиненного ущерба, установленная заключением служебной проверки, определена в размере 1752,1 тыс. руб., что превышает размер среднего заработка истца, а из буквального толкования вышеназванных норм следует, что при превышении суммы ущерба среднего заработка работника и отсутствии согласия работника на добровольное возмещение ущерба, распоряжение (приказ) работодателя о взыскании с работника суммы причиненного ущерба признается незаконным.

При таких обстоятельствах распоряжение № от 14.06.2017 г. является незаконным. Срок для оспаривания данного распоряжения, установленный ст. 392 ТК РФ, истцом не пропущен. 

При таких обстоятельствах, поскольку судом распоряжение о взыскании с истца суммы ущерба в размере среднемесячного заработка признано незаконным, вина истца в причинении работодателю ущерба не доказана, суд полагает, что с ФКУ «ИК-9 ГУФСИН России по Нижегородской области» подлежит взысканию в пользу ФИО3 сумма удержанных денежных средств -

<

данные изъяты> руб. При этом при определении надлежащего ответчика по данным требованиям суд учитывает, что истец состоит в непосредственных трудовых (служебных) отношениях с ФКУ «ИК-9 ГУФСИН России по Нижегородской области», которое в соответствии с его уставом является самостоятельным юридическим лицом, осуществляет операции с денежными средствами, в том числе с денежным довольствием, и иными видами выплат, наделено правами, предусмотренными статьей 48, 49 ГК РФ, и является для истца работодателем. Выплата истцу денежного довольствия производилась не ответчиком ГУФСИН России по Нижегородской области, а ФКУ «ИК-9 ГУФСИН России по Нижегородской области», являющимся самостоятельным юридическим лицом, в рамках представленных ему как самостоятельному юридическому лицу действующим законодательством правомочий. 

Что касается требований ФИО3 о признании незаконным заключения служебной проверки от 19.05.2017 г., то в нем изложены выводы и предложения комиссии, то есть оно содержит анализ выявленных обстоятельств и мнение (позицию) относительно возможности (невозможности) дальнейшего привлечения работника к ответственности, данное заключение в отсутствие распоряжения № от 14.06.2017 г. не влечет для истца безусловное наступление последствий в виде привлечения к материальной ответственности. С учетом изложенного, суд полагает, что заключение служебной проверки признано незаконным быть не может. 

Руководствуясь ст. 12, 56, 57, 67, 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО3 удовлетворить частично.

Признать распоряжение ФКУ «ИК № 9 ГУФСИН России по Нижегородской области» от 14.06.2017 г. № о взыскании суммы материального ущерба с ФИО3 – незаконным. 

Взыскать с ФКУ «ИК № 9 ГУФСИН России по Нижегородской области» в пользу ФИО3 удержанные из заработной платы денежные средства в размере 75557,46 руб.

В удовлетворении оставшихся исковых требований о признании заключения о результатах служебной проверки незаконным – отказать.

В удовлетворении исковых требований к ГУФСИН России по Нижегородской области – отказать. 

Решение суда может обжаловано в Нижегородский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Дзержинский городской суд.

Судья: п\п О.Н. Юрова

Копия верна.

Судья: О.Н. Юрова