№ 2-13/2025

УИД 03RS0065-01-2024-002321-26

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 февраля 2025 года г. Учалы

Учалинский районный суд Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Латыповой Л.Ф.,

при секретаре Батршиной А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, включении имущества в наследственную массу,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, включении имущества в наследственную массу, указав в обоснование исковых требований, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО2 был заключен договор пожизненной ренты, по условиям которого ФИО3 (получатель ренты) передала бесплатно в собственность ФИО2 (плательщику ренты) квартиру, принадлежащую ей на праве собственности, расположенную по адресу: 

<

адрес>, а ФИО2 в обмен на полученную квартиру обязалась ежемесячно выплачивать ФИО3 пожизненную ренту в размере 15 000 рублей. Указанный договор был зарегистрирован в ЕГРН с обременением в пользу получателя ренты ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умерла. После ее смерти наследницей по праву представления является ФИО1 - дочь ФИО4, (родного брата ФИО3), умершего ДД.ММ.ГГГГ Основанием для оспаривания совершенной сделки является то, что ФИО3 не осознавала значение собственных поступков, находилась в заблуждении относительно объема передаваемых ответчику прав на имущество в силу возраста, малограмотности и незнания законодательной базы. В момент подписания (заключения) договора получатель ренты не была способна понимать значение своих действий и руководить ими в силу состояния здоровья, неуточненных психических расстройств, хронических заболеваний. Наличие заболеваний подтверждается медицинской амбулаторной картой и следует из сообщения судебно-медицинского эксперта. На момент заключения договора, ответчик (плательщик ренты) в браке не состояла, не работала, что может подтверждать недостаточность средств у ответчика для исполнения своих обязательств содержания получателя ренты, поскольку доход ответчика не позволял исполнять принятые плательщиком ренты обязательства по договору. Просит признать недействительной договор пожизненной ренты, заключенный 24

<

***>. между ФИО3 и ФИО2, аннулировать запись о регистрации права собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество на имя ФИО2, включить квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, в наследственную массу, оставшуюся после смерти ФИО3.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала, суду показала, что ФИО3 приходилась ей родной тетей. Связь поддерживали по телефону, поскольку в город Учалы приезжала редко. В последний раз созванивались ДД.ММ.ГГГГ, потом Р. перестала отвечать на звонки. Отношения между ними были доброжелательными. Спорная квартира ранее принадлежала ее бабушке В., которая при жизни завещала ее своей дочери Р.. Как ей известно, в последующем, квартиру она должна была оставить ей. Учитывая, что, тетя выпивала, а также в силу состояния здоровья, неуточненных психических расстройств, хронических заболеваний, ФИО3 при заключении сделки не была способна понимать значение своих действий и руководить ими. Просила исковые требования удовлетворить.

Представитель истца ФИО5, действующий на основании доверенности в судебном заседании исковые требования ФИО1 поддержал по доводам, изложенным в иске, суду показал, что согласно заключению судебной посмертной психолого-психиатрической экспертизы в период заключения ренты ФИО3 страдала психическим заболеванием, в связи с чем не понимала значение своих действий. ФИО3 при жизни говорила, что квартиру оставит племяннице ФИО1 Просил признать договор пожизненной ренты, заключенный 24

<

***>. между ФИО3 и ФИО2 недействительной, аннулировать запись о регистрации права собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество на имя ФИО2, включить указанную квартиру в наследственную массу, оставшуюся после смерти ФИО3

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала. Просила отказать в удовлетворении исковых требований. 

Представитель ответчика ФИО2 по устному ходатайству - ФИО6 в судебном заседании исковые требования не признала, суду показала, что доказательств, свидетельствующих о наличии заболевания у ФИО3, лишающий способности понимать значение своих действий не представлено. ФИО3 лично ходила к нотариусу для оформления и удостоверения договора ренты. ФИО3 была одинокой женщиной, родственники не оказывали ей никакой помощи. Просила отказать в удовлетворении исковых требований. 

Третье лицо нотариус ФИО7 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом и в срок. 

Свидетель С.Н.Ш. в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ суду показал, что истец ФИО1 приходится ему внучатой племянницей. А ФИО3 являлась дочерью его сестры. Р. в одно время (в 

<

***> году) страдала от алкоголизма. Он с сестрёнкой оформляли ее в психоневрологический диспансер на Руднике для лечения от психиатрического заболевания и наркологии. При выписке из психоневрологического диспансера забирал ее он. После этого Р. стала инвалидом, тяжело передвигалась. Ее мама выходила ее, заставляла двигаться, вставать на ноги. В 2016 году умерла мама Р. – В.. На похоронах В. и когда проводили сорок дней он заметил, что Р. начала выпивать. Р. когда то была замужем, муж ее был наркоманом, скончался. Они уже были в разводе. Детей у Р. не было. Р. жила на Башкортостана, 

<

адрес> на пятом этаже. В последний раз в ноябре 

<

***> он встречал Р. возле магазина Ниагара, Р. прошла мимо, даже не поздоровалась. Она работала в базе Орса продавцом. Она была хорошо одета, всегда красиво одевалась и ухаживала за сбой. С Р. они общались редко. После смерти ее матери общались еще реже. Мы ее ругали из-за того, что она выпивала, ей это конечно же не нравилось. ДД.ММ.ГГГГ Р. умерла. Ее похоронили без нас – родственников, их даже не известили. После похорон нашли место захоронения, собрались прочитали намаз. 

Свидетель М.Г.И. в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ суду показала, что истец ФИО1 является ее племянницей. ФИО3 приходилась ей двоюродной сестрой. До 

<

***> года они хорошо общались между собой. У Р. был муж Ф.В., детей не было. У нее была внематочная беременность, ее оперировали. До Ф.В. она была нормальная. В№2 был наркоманом, умер от передозировки. От родственников слышала, что Р. лежала в больнице в невралгии. Тетя В. всегда скрывала от всех, говорила, что просто болеет. Примерно в 

<

***> году Р. парализовало. За ней ухаживала ее мама В.. Мама Р. – В. умерла в 

<

***> году. Ее мама больше с ней общалась, приходила к Р. домой, но в марте, начале апреля 

<

***> года Р. перестала открывать двери. Как то ее мама рассказывала, что пришла к Р., стучалась, а она не открыла, а когда начала спускаться, Р. тихонечко открыла дверь. Ее мама в пожилом возрасте, ей тоже тяжело было несколько раз подниматься и спускаться. Поэтому она перестала к ней ходить. В последний раз она видела Р., когда проводили сорок дней после похорон тети В.. Еще видела Р. зимой в январе-феврале 

<

***> года во вьетнамском рынке. Там Р. работала там продавцом, а она выбирала куртку. Летом 

<

***> года ей позвонила сноха и сказала, что Р. умерла.

Свидетель Ю.В.Р. в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ суду показала, что истец ФИО1 является дочерью ее двоюродного брата. ФИО3 знала, она дочь В.. ДД.ММ.ГГГГ Р. умерла, но никто из родственников об этом не знали. ДД.ММ.ГГГГ ей позвонила ФИО1 и сказала, что потеряла связь с Р.. Она с мужем начали ее искать. Ее муж звонил Р., но трубку никто не брал. Они с мужем ходили к ней домой, но на домофон тоже никто не отвечал. Соседка выходила и они смогли попасть в подъезд. Стучались в квартиру Р., никто не открывал дверь. Ездили в магазин Осень, где Р. работала продавцом, где им сказали, что Р. примерно 4 месяца назад ушла на больничный и не выходила больше на работу. Снова вернулись к ее дому, начали спрашивать у соседей про Р.. На 4 этаже соседка сказала, что ДД.ММ.ГГГГ только заселились в этот дом, но видела как выносили тело, укутанное в одеяло, но говорила, что похороны не проводили. Сосед Р№2 сказал, что к Р. часто ходила женщина, с которой Р. вместе пили. Старшая по дому А№3 говорила, что Р. еле открывала дверь, была неухоженная, опухшая, передвигалась на ходунках. Потом они с мужем позвонили в приемный покой, где сказали, что с такой фамилией как ФИО3 в больницу не попадали. Звонили в морг, в трубку крикнули, что бомжей нет и скинули. Потом пошли в Загс, где стало известно, что Р. действительно умерла, сказали, что похоронила соседка. Из службы ритуальных услуг им стало известно, что Р. захоронена на новом кладбище. Нашли место захоронения, позвали муллу, читали аят в Айсберге. Участковый сказал, что при смерти она была голая. По образу жизни Р. может сказать, что она часто выпивала, на работу ездила на такси. Супруга, детей у Р. не было, жила одна. В 

<

***> году умерла ее мама В.. В последний раз она видела Р. в начале апреля 

<

***> года в магазине Осень, у нее лицо было опухшее, глаза у нее были ненормальные. Насколько ей известно, ФИО1 ухаживала за Р., общались, созванивались.

Свидетель А.З.К. в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ суду показала, что с истцом ФИО1 познакомилась после смерти ФИО3. ФИО1 приходится племянницей Р.. С Р. они вместе работали во вьетнамском рынке продавцами. Знала, что у Р. был сожитель Ф., детей не было. У Р. был брат, но он умер. Р. частенько приходила на работу пьяной. В последний раз видела Р. весной в марте-апреле 

<

***> года во вьетнамском рынке, она была отекшая. У нее была сильная алкогольная зависимость. В 

<

***> году она исчезла, говорили, что ее парализовало. Но она смогла окрепнуть, с 

<

***> года вышла на работу и по 

<

***> год она работала. Когда работала, бывало, что временами она пропадала, уходила в запой. С А они хорошо общались, Р. относилась к ней как к дочери.

Свидетель З.Ш.С. в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ суду показала, что истец ФИО1 ее дочь. ФИО3 была ее золовкой. Р. знает с 11 лет, когда она начала дружить с ее братом. Р. в последний раз видела в октябре 

<

***> года во вьетнамском магазине Осень, где Р. работала продавцом. Тогда Р. ей сказала, что болеет, поставили диагноз рак пищевода, дали направление в Уфу. Но проверялась, диагноз рак не подтвердился, якобы грыжа у нее. С 

<

***> года она злоупотребляла алкоголем, связалась и сожительствовала с Ф.В., у них был никах, детей не было. Из-за алкоголизма в 

<

***> году она попала в больницу, возили ее лечиться в психоневрологический диспансер на Руднике. Мать ее выходила. Р. окрепла, но все равно пила. В 

<

***> году умерла мама Р. – В.. В последнее время Р. дверь не открывала. Она не хотела показывать, что пьет. На учете у нарколога состояла или нет, не знает. В последний раз она ходила к ней домой, дверь не открыла, но слышно было как дома кто-то шоркает, ходит и говорила «Мама, мама». 

Свидетель М.М.Д. в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ суду показал, что ФИО8 А№2 ее невеста. ФИО3 знал лично, она жила одна на 

<

адрес>, 5 этаж. А№2 и ее мама Л. ухаживали за ФИО3, покупали продукты, лекарства, приносили ей домой. Насколько ему известно, у ФИО3 супруга, детей не было. Родственников тоже не видел. Она не работала, болела, лежала дома, по дому ходила с тросточкой. Чем болела ФИО3 не знает. Не видел ее в состоянии алкогольного опьянения. В первый раз увидел в 

<

***> году, когда Р. сломала руку, возили ее в больницу. Также вместе с А№2 и ее мамой возили в город Магнитогорск на лечение к остеопату врачу ФИО9. Видел как два раза: 29 мая и в июне К-вы передавали ФИО3 плату за ренту в размере 15500 рублей наличными денежными средствами. Летом в июле 

<

***> года ФИО3 умерла дома у себя в постеле. Пришли с А№2 и ее мамой навестить, принесли продукты, а она умерла. Похоронили через два дня. А№2 и ее мать несли расходы по похоронам. 

Свидетель К.Е.А. в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ суду показала, что ФИО8 А№2 ее дочь. ФИО3 была ее подружкой. Они познакомились в 2017 году во вьетнамском рынке, где вместе работали продавцами, дружили, проживали в одном доме в соседних подъездах. Р. умерла ДД.ММ.ГГГГ, ей было 59 лет. После вскрытия сказали, что у нее было что то с сердцем. Родственники были или нет она не знает, поскольку к ней никто не приходил. В 2017, 2018 годах Р. жила с каким-то мужчиной. Весной (апрель, май) 2021 года Р. сломала руку, пришла к ней домой и говорила, что упала. Они с дочерью А№2 и ее парнем М. отвезли Р. в Учалинскую больницу в травматологию. Ей сделали операцию, примерно 10 дней она лежала в больнице. Когда она была в больнице, Р. дала ей запасные ключи от своей квартиры. С тех пор она прибиралась в квартире Р., после выписки ее с больницы помогала мыться. Потом Р. вышла на работу. В апреле, мае 

<

***> года позвонила Р., говорила, что ноги отказали. Осенью 

<

***> года Р. ездила в Уфу на обследование, потом еще в Табибе консультировалась, тогда купили ей ходули. Руки у нее были скрученные, говорила, что на нервной почве. К осени 

<

***> года Р. вышла на работу и работала до марта 

<

***> года. Весной 

<

***> года Р. жаловалась на боли в пояснице, в связи с чем в мае 

<

***> года с дочерью А№2 и М. возили Р. в Магнитогорск доктору ФИО9. С тех пор Р. передвигалась дома на ходунках. Без ее помощи Р. на улицу не выходила. Она покупала продукты Р., приносила и готовую еду. Р. писала ей сообщения, что нужно купить: сигареты, какие продукты. Р. давала деньги, она оплачивала за нее коммунальные платежи. Договор ренты заключила она в знак благодарности. За договор ренты один раз передавали деньги Р. в размере 15500 рублей - ДД.ММ.ГГГГ и еще ДД.ММ.ГГГГ также в размере 15500 рублей наличными денежными средствами. Расписки не оформляли. Лично она пьяной Р. не видела. Знает, что Р. курила, но на работе не курила. Психическое состояние у Р. в основном было нормальное, но была нервозная. 

Свидетель П.И.Г. в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ суду показала, что ФИО3 знала, они вместе работали во вьетнамском рынке, продавцами, это было примерно 7-8 лет назад. Насколько ей известно, Р. была одинокой, детей, мужа не было, жила одна в трехкомнатной квартире на 5 этаже. Говорила, что квартира принадлежит ей и брату. Р. была порядочной женщиной, всегда ухаживала за собой, всегда с прической, красиво одевалась. Раньше, когда они вместе работали, на работе Р. не пила, но бывало, что уходила в запой, могла отлежаться дома и опять выходила на работу. Раньше часто общались, но в последнее время Р. стала плохо отвечать на звонки. Р. жаловалась на боли в ногах. Как то в апреле 

<

***> года Р. позвонила, попросила привезти ей пиво, у нее был голос дрожащий. Она сказала Р., что работает до восьми вечера. После работы купила 3 бутылки пива, пошла к ней, звонила трубку домофона не взяла. Соседи выходили из подъезда, смогла пройти, дошла до квартиры, долго стучалась, слышно было как дома медленно шоркает-идет, Р. тихонько открыла дверь, она зашла, занесла ей пиво. У Р. дома было много бутылок от пива. В последний раз видела Р. в апреле 

<

***> года во вьетнамском рынке. В основном созванивались, не часто, но созванивались.

Свидетель Ш.Ф.Д. в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ суду показала, что ФИО3 знала, они 10 лет вместе работали во вьетнамском рынке на базе Орса, продавцами. Бывало, что Р. срывалась, пила запоями. Потом примерно через две недели выходила на работу. К.Л. тоже знает, но она проработала немного, примерно два месяца. Считает, что Л. споила Р.. ДД.ММ.ГГГГ утонула их общая знакомая А№4. Когда об этом узнала, примерно ДД.ММ.ГГГГ позвонила Р., рассказала, что А№4 умерла, утонула, все были удивлены. Р. жаловалась на боли в спине, говорила, что седалищный нерв защемило, говорила, что поедет к доктору ФИО9. Иногда она Р. на работе делала уколы, чтоб обезволить боли в спине. Супруга, детей у Р. не было. Р. говорила, что ребенок у нее умер при рождении. Насколько ей известно, Р. была инвалидом второй группы, но она об этом не распространялась. В доме Р. она ни разу не была. Они постоянно созванивались, общались по телефону. Но в последнее время Р. была неадекватная, пьяная, трубку не брала. В последний раз когда созванивалась, Р. не узнала ее.

Свидетель Ш.Л.Г. в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ суду показала, что ФИО3 знала давно. Раньше, когда они жили на Руднике, проживали на соседних улицах. Потом уехала на Север, в 1991 году приехала с Севера. С 2000 года сама работала в магазине Ниагара, в конце 2021 года ушла на пенсию. В последний раз видела Р. в апреле 

<

***> года, она покупала рыбу и две бутылки по полтора литра пива. После работы Р. частенько выпивала. Р. любила рыбу и пиво. По сегодняшний день сама работает в магазине Ниагара ревизором. ФИО10 знает, она тоже любит выпить. Как то за прилавком Л. была пьяной, девочки искали ей замену. У Р. мужа, детей не было, был сожитель, но это было давно. Знает, что из родственников у Р. были сноха, две племянницы, двоюродный брат, двоюродного брата жена, дядя родной (матери брат). Мать Р.-В. умерла. Примерно до февраля 

<

***> года Р. работала в магазине Осень продавцом. 

Выслушав доводы лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, изучив материалы дела, оценив доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд приходит к следующему. 

Согласно ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе, они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В силу п. 1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст.209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом; собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам, в том числе - отчуждать свое имущество в собственность другим лицам.

В соответствии с частью 1 статьи 583 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору ренты одна сторона (получатель ренты) передает другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме.

Согласно ч. 2 ст. 583 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору ренты допускается установление обязанности выплачивать ренту бессрочно (постоянная рента) или на срок жизни получателя ренты (пожизненная рента). Пожизненная рента может быть установлена на условиях пожизненного содержания гражданина с иждивением.

Статьей 584 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор ренты подлежит нотариальному удостоверению, а договор, предусматривающий отчуждение недвижимого имущества под выплату ренты, подлежит также государственной регистрации.

В соответствии со ст. 585 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество, которое отчуждается под выплату ренты, может быть передано получателем ренты в собственность плательщика ренты за плату или бесплатно. В случае, когда договором ренты предусматривается передача имущества за плату, к отношениям сторон по передаче и оплате применяются правила о купле-продаже (глава 30), а в случае, когда такое имущество передается бесплатно, правила о договоре дарения (глава 32) постольку, поскольку иное не установлено правилами настоящей главы и не противоречит существу договора ренты.

Согласно п. 1 ст. 596 Гражданского кодекса Российской Федерации пожизненная рента может быть установлена на период жизни гражданина, передающего имущество под выплату ренты, либо на период жизни другого указанного им гражданина.

В соответствии с п. 1 ст. 166, ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 указанной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в части 1 статьи 177 ГК РФ, связано с пороком воли, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле. Указанные обстоятельства входят в предмет и пределы доказывания по иску о признании сделки недействительной по названному основанию. При этом неспособность понимать значение своих действий или руководить ими должна иметь место именно в момент совершения сделки, а причины, вызвавшие неспособность гражданина понимать значение своих действий и руководить ими, правового значения не имеют.

Кроме того, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1 статьи 178 ГК РФ).

Из смысла пункта 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что дефект сделки, совершенной под влиянием заблуждения, лежит в сфере психики лица, заключившего ее, что неправильные, не соответствующие действительности представления или неведение о каких-то обстоятельствах, вызвавшие заключение сделки, возникают у него помимо воздействия на него контрагента или третьих лиц. Отсюда, для признания сделки недействительной не требуется установление вины, необходимо только, чтобы заблуждение имело существенное значение.

В силу пункта 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

При этом, не является существенным заблуждение относительно мотивов сделки, то есть побудительных представлений в отношении выгодности и целесообразности состоявшейся сделки. Равным образом не может признаваться существенным заблуждением неправильное представление о правах и обязанностях по сделке.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (пункт 5 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если сделка признана недействительной, как совершенная под влиянием заблуждения, соответственно, применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно ст. 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных названным Кодексом.

В силу ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО3 на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию принадлежала на праве собственности квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 58,5 кв.м.

ДД.ММ.ГГГГ нотариусом нотариального округа Учалинский район и города Учалы Республики Башкортостан ФИО7 удостоверен договор пожизненной ренты, заключенный между ФИО3 (получатель ренты) и ФИО2 (плательщик ренты), по условиям которого получатель ренты передает бесплатно квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, в собственность плательщика ренты, который обязуется в обмен на полученную квартиру ежемесячно ФИО3 выплачивать пожизненную ренту получателю ренты в размере 15500 рублей.

Из п.7 договора усматривается, что ФИО3 гарантирует, что она заключает договора ренты не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях и настоящий договор не является для нее кабальной сделкой. Указанная квартира никому другому не продана, не подарена, не заложена, в споре и под арестом (запрещением) не состоит (п.14). Также согласно условиям договора, в указанной квартире, ФИО3 сохраняет за собой право пользования квартирой. 

Право собственности ФИО2 на квартиру возникает с момента регистрации перехода право собственности в Единой государственной реестре недвижимости (п.9). ФИО2 осуществляет за свой счет ремонт и эксплуатацию указанной в праве общей собственности на квартиру в соответствии с правилами и нормами, действующими в Российской федерации для государственного и муниципального жилищного фонда.

При удостоверении договора, нотариусом ФИО7 соответствие волеизъявления заявителей, личности сторон, их дееспособность, принадлежность имущества проверены. Договор подписан в присутствии нотариуса.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости об объекте недвижимости от 02.09.2024г., собственником вышеуказанной квартиры является ФИО2

ФИО3 умерла ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти V-АР № от ДД.ММ.ГГГГ, выданным Отделом ЗАГС Учалинского района и г.Учалы Государственного комитета Республики Башкортостан по делам юстиции.

ДД.ММ.ГГГГ нотариусом ФИО11 по заявлению истца ФИО1 к имуществу ФИО3 заведено наследственное дело №. ФИО12 обратилась с заявлением об отказе по всем основаниям наследования от причитающегося ей наследства в пользу ФИО1

При рассмотрении дела судом установлено, при жизни ФИО3 договор ренты не оспаривался, требование о расторжении договора не заявлялось. При этом, неисполнение плательщиком ренты условий договора ренты полностью или в части не является основанием для признания договора недействительным, а может являться основанием для расторжения договора, однако таких требований не заявлялось.

Юридически значимым обстоятельством дела о признании недействительной сделки по мотиву совершения ее гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации), является наличие или отсутствие у гражданина психического расстройства и степень расстройства.

Для правильного разрешения такого спора необходимо обладать специальными знаниями в области психиатрии, для чего судом в силу ч. 1 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации назначается судебно-психиатрическая экспертиза. Специальными знаниями для оценки психического и физического здоровья подэкспертного лица суд не обладает.

В соответствии с ч. 1 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

В соответствии с абз. 3 п. 13 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 24 июня 2008 года N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза.

Согласно ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В соответствии со ст. ст. 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства.

В силу ч. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда не обязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 названного Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

В соответствии с ч. 3 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

С учетом приведенных норм процессуального права заключение экспертизы не является для суда обязательным, но не может оцениваться им произвольно.

С целью установления юридически значимых обстоятельств судом истребована и исследована медицинская документация умершей ФИО3, также по ходатайству сторон были допрошены свидетели.

Для проверки доводов истца о неспособности ФИО3 в момент совершения оспариваемой сделки понимать значение своих действий и руководить ими, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена судебная экспертиза, производство которой поручено экспертам Республиканской клинической психиатрической больницы №1.

Согласно заключению комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 в момент оформления договора ренты 24

<

***>. обнаруживала признаки неуточненных 

<

***> связи со смешанными заболеваниями (F 

<

***>). Об этом свидетельствуют данные медицинской документации, материалов гражданского дела о злоупотреблении ею спиртными напитками с формированием зависимости от алкоголя, появлением алкогольных запоев, присоединение гипертензивной болезни, сахарного диабета, обусловившие возникновение церебрастенической симптоматики (головные боли, головокружение, слабость), нарушений психики, сопровождающихся снижения уровня социального функционирования, способности к самообслуживанию, сужением круга общения. Однако уточнить характер и степень выраженности у нее нарушений психики, наличие или отсутствие алкогольного запоя или алкогольного абстинентного синдрома на интересующий суд период времени, момент оформления договора ренты 

<

***>., и оценить на тот период способность ею понимать значение своих действий и руководить ими, не представляется возможным, в виду отсутствия описания ее психического состояния в медицинской документации, недостаточности, малой информативности и противоречивость свидетельских показаний. По заключению психолога: ввиду отсутствия описания ее психического состояния в медицинской документации, недостаточности, малой информативности и противоречивости показаний свидетелей определить у ФИО3 динамику снижения психических функций, снижения памяти, интеллекта, нарушений мышления, эмоционально-волевых нарушений, оценить степень снижения психических функций и степень выраженности эмоционально-волевых изменений ФИО3 степень ее внушаемости и влияние внушаемости на ее поведение в юридически значимый период, не представляется возможным.

Оснований не доверять данному заключению экспертов у суда не имеется, поскольку оно является допустимым по делу доказательством, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, в состав комиссии входили компетентные эксперты, обладающие медицинскими познаниями, имеющие большой стаж работы. Для проведения экспертизы были представлены материалы гражданского дела и медицинская документация.

Как следует из ответа ГБУЗ РБ Учалинская ЦГБ от 09.09.2024г. ФИО3 на учете у врача-психиатра и врача-нарколога не состояла, за медицинской помощью не обращалась.

Согласно представленным медицинским картам, ФИО3 на момент заключения сделки болела гипертонической болезнью 2 стадии. Кроме того, с 

<

***>. по 

<

***>. проходила стационарное лечение в больнице с заключительным диагнозом «Закрытый 

<

***>». С 

<

***>. по 

<

***>. находилась на стационарном лечении в травматологическим отделении с диагнозом «острый 

<

***>». Сопутствующей диагноз «

<

***>, деформирующий 

<

***> средней степени тяжести».

При этом само по себе наличие у ФИО3 заболеваний не может достоверно свидетельствовать о наличии у нее выраженных интеллектуально-мнестических, эмоционально-волевых нарушений, вследствие чего она не могла понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимый период совершения сделки. Между тем истец делает собственный категорический вывод о нахождении ФИО3 в состоянии, когда она не могла понимать значение своих действий и руководить ими, основываясь при этом на своих суждениях в рассматриваемой области медицины, то есть фактически подменяет заключение эксперта собственной оценкой при отсутствии каких-либо доказательств в подтверждение указываемых ею обстоятельств, в связи с чем ее доводы являются необоснованными.

Представленные в материалы дела документы не свидетельствуют о нахождении ФИО3 в таком состоянии, которое лишало бы ее возможности понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимый период. Для установления наличия такого состояния у наследодателя необходимо установить два критерия: наличие заболевания, а также того обстоятельства, что такое заболевание привело к невозможности наследодателя понимать значение своих действий и руководить ими, между тем второго критерия в рамках настоящего дела не установлено.

При таком положении, в отсутствие доказательств, достоверно и объективно подтверждающих, что в момент совершения оспариваемой сделки ФИО3 не могла понимать значение своих действий или руководить ими, у суда основания для удовлетворения иска не имеются, с учетом того, что бремя доказывания обстоятельств недействительности сделок по ст. 177 ГК РФ возлагается именно на истца. В данном случае таких доказательств истцом в порядке ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Кроме того, истцом доказательств умышленного введения ответчиком ФИО3 в заблуждение относительно природы сделки, также не представлено. В частности, стороной истца не представлены доказательства в обоснование того, что ФИО3 совершила сделки под влиянием обмана либо заблуждения, имеющего существенное значение.

Предоставленные в распоряжение суда медицинские документы также не содержат данных, свидетельствующие о наличии у ФИО3 заболевания, связанного с нарушением психики. На учете у психиатра и нарколога она не состояла. Причиной ее смерти явилось хроническая 

<

***>.

Стороны при этом, в том числе свидетели указывают лишь на соматически неблагополучноесостояниеФИО3 в связи с употреблением спиртных напитков, но не сообщают о каких-либо неадекватных действиях, необычном, неразумном ее поведении. Следовательно, показания данных свидетелей не имеют ключевого значения в рамках рассматриваемого спора, поскольку они не обладают специальными познаниями для оценки психического состояния ФИО3, и учитывая, что их общение с ней было кратким, эпизодическим, и к юридически значимому периоду совершения сделок не относится, их субъективное мнение относительно поведения человека и его образа жизни не может быть поставлено в зависимость от совершаемых ею сделок.

Более того, ранее, вопрос о признании ФИО3 недееспособной либо ограничено дееспособной ее родственники не ставили, совместно с наследодателем, получателем ренты не проживали.

При указанных обстоятельствах, оценив показания свидетелей в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами, суд считает, что само по себе наличие у ФИО3 ряда заболеваний, в том числе периодическое употребление спиртных напитков не свидетельствует о недействительности оспариваемой сделки.

Из представленного суду нотариусом договора пожизненной ренты от 

<

***>., подписанном ФИО3 и ФИО2, следует, что участники получили от нотариуса все разъяснения по заключенной сделке, никаких изменений и дополнений к изложенным условиям участники договора не имели. Из текста договора также следует, что нотариус разъяснил сторонами положения законодательства РФ, в том числе регулирующие правоотношений из договора ренты, в частности особенности и правовые последствия заключения данного договора для получателя ренты. Данный договор содержит указание на то, что личности подписавших договор установлены, их дееспособность нотариусом проверена. Содержание договора соответствует волеизъявлению его участников. Также судом принимается во внимание, что договорренты подписан сторонами его заключившим без замечаний и возражений, регистрация перехода права собственности произведена в установленном законом порядке.

Следовательно, все существенные условия договора, заключенного между ФИО3 и ФИО2 в договоре изложены четко, ясно.

Таким образом, заключая договор ренты ФИО3 при жизни по своему усмотрению реализовала свое право собственника по распоряжению принадлежащим ей имуществом, доказательств, свидетельствующих о том, что получатель ренты не понимала сущность сделки, действовала под влиянием заблуждения или обмана, или в момент ее совершения не была способна понимать значение своих действий или руководить ими, не было представлено. Более того, при жизни получатель ренты претензий к плательщику ренты по вопросу исполнения последним обязательств не предъявляла, сделка сторонами исполнена, и ФИО2 вступила в права собственности, несет бремя содержания имущества, реализуя предусмотренные законом правомочия собственника.

При указанных обстоятельствах, учитывая, что на момент заключения сделки у ФИО3 не установлено заболеваний либо иного состояния, которые бы делали невозможным восприятие сути и содержания сделки, действительная воля ее была направлена на заключение договора пожизненной ренты, и она как получатель ренты могла понимать значение своих действий и руководить ими, сделка исполнена сторонами, переход права собственности зарегистрирован в ЕГРН, суд не находит оснований для признания сделки недействительной по указанным истцом основаниям.

Доводы истца, о том, что ответчик ФИО2 не работает, в связи с чем не могла выполнять возложенных на нее обязанностей по оплате ренты в силу отсутствия материальных возможностей противоречит действующему законодательству, поскольку наличие у последней постоянного дохода не предусмотрены законодательством в качестве обязательных условий права на заключение договора пожизненного содержания, стороны оспариваемого истцом договора также не предусмотрели такие условия для плательщика ренты, следовательно, такие обстоятельства не могут являться основаниями для признания данной сделки недействительной.

Поскольку в удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании договора пожизненной ренты недействительным отказано, то требования производные от него также удовлетворению не подлежат.

В соответствии с частью 1 статьи 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда.

Согласно части 3 статьи 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска.

На основании вышеизложенного, по вступлению решения суда в законную силу, суд находит подлежащим отмене обеспечительные меры, принятые на основании определения суда от 30.08.2024 г.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 (паспорт 

<

***> выдан ОВД г.Учалы и Учалинского района Республики Башкортостан ДД.ММ.ГГГГ) к ФИО2 (паспорт 

<

***> выдан МВД по Республике Башкортостан ДД.ММ.ГГГГ) о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, включении имущества в наследственную массу отказать.

Меры, принятые по обеспечению иска от 30 августа 2024 года в виде наложения ареста на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> отменить по вступлению в законную силу решения суда.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения через Учалинский районный суд Республики Башкортостан. 

Судья Л.Ф. Латыпова

Мотивированное решение изготовлено 03 марта 2025 года.