Судья: Исаев А.В. Дело № 22-1742/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Саранск 7 декабря 2020 г. 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Мордовия в составе председательствующего судьи Бурканова О.А.,

с участием прокурора Похилько П.В., 

осужденного ФИО1, 

защитника – адвоката Пазухина К.А.,

при секретаре Хальмеевой И.Р.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника Пазухина К.А. на приговор Октябрьского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 30 сентября 2020 г., которым 

ФИО1, родившийся 

<

дата> в 

<

адрес>, гражданин Российской Федерации, не судимый,

осужден по п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 6 месяцев.

Заслушав доклад судьи Бурканова О.А., выступления осужденного ФИО1, защитника Пазухина К.А., поддержавших апелляционную жалобу, мнение прокурора Похилько П.В., возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, судебная коллегия 

установила:

ФИО1 осужден за то, что, являясь директором ООО УК 

<

данные изъяты>», которым заключен договор управления многоквартирным домом 

<

адрес>, в период с 

<

дата> по 

<

дата> вопреки заключенным договорам на отопление и горячее водоснабжение, злоупотребляя доверием представителей ПАО 

<

данные изъяты>, не перечислил ресурсоснабжающей организации ПАО «

<

данные изъяты>» поступившие от собственников и нанимателей жилых и нежилых помещений указанного дома денежные средства в сумме 

<

данные изъяты> рублей, причинив ПАО «

<

данные изъяты>» особо крупный ущерб. 

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней защитник Пазухин К.А. считает приговор незаконным в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильным применением уголовного закона, существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Указывает на то, что в обвинении указано на обязанность ООО УК «

<

данные изъяты>», установленную п. 4.4 договора теплоснабжения от 21 марта 2016 г. № 408, производить оплату за тепловую энергию до 15 числа месяца, следующего за расчетным, тогда как в протоколе разногласий (т. 6 л.д. 4, 5) указано на выполнение такой обязанности до 20 числа месяца, следующего за расчетным. Аналогичные противоречия в обвинении содержатся относительно договора горячего водоснабжения от 21 марта 2016 г. № 408/1, поскольку в протоколе разногласий (т. 6 л.д. 3) указано на обязанность оплаты полученной горячей воды не до 15 числа, а до 20 числа месяца, следующего за отчетным. Оспаривает осознание ФИО1 обязанности по перечислению полученных за коммунальные ресурсы от собственников и нанимателей помещений дома денежных средств, наличия задолженности перед ПАО 

<

данные изъяты> При этом, утверждает, что обвинением не подтверждено поступление в ООО УК «

<

данные изъяты>» счетов на оплату от ПАО 

<

данные изъяты>», проведение сверок взаимных расчетов, так как на оглашенных актах сверки подписи ФИО1 отсутствуют, копию претензии от 20 марта 2017 г. (т. 2 л.д. 220-222) ООО УК «

<

данные изъяты> не получало. Обращает внимание на несоответствие указанного периода неоплаты поставленных услуг с 

<

дата> по 

<

дата> сроку действия договоров – до 1 марта 2017 г. Высказывает мнение о том, что поступившие денежные средства за поставку услуг с 

<

дата> по 

<

дата> должны быть перечислены в ПАО 

<

данные изъяты>» не позднее 20 апреля 2017 г., а не 20 марта 2017 г., как указано в заключении эксперта. Ссылается на то, что в обвинении не учитывается перечисление ООО УК «

<

данные изъяты> в ПАО «

<

данные изъяты>» в период с 21 марта по 20 апреля 2017 г. полученных от нанимателей и собственников помещений дома 

<

данные изъяты> рублей, оставшаяся сумма задолженности 

<

данные изъяты>. не образует особо крупного ущерба, а это, в свою очередь, влечет прекращение уголовного дела и уголовного преследования. Делает вывод о том, что имеющиеся несоответствия обвинительного заключения исследованным доказательствам препятствовали рассмотрению уголовного дела судом, а данный довод стороны защиты остался без оценки в приговоре. 

Указывает на то, что ФИО1 в доверительных отношениях с работниками ПАО «

<

данные изъяты>» не состоял, поэтому не мог ими злоупотребить. В обвинении не указано то, кто является руководством ПАО «

<

данные изъяты>», чьим доверим злоупотребил ФИО1 При этом представитель потерпевшего Ж.И.П. показал, что ФИО1 на совещаниях и заседаниях с участием должностных лиц филиала ПАО «

<

данные изъяты>» не являлся, встреч с ними у него не было.

Приводя установленные судом обстоятельства, обращает внимание на то, что в приговоре не мотивирован вывод о времени возникновения у осужденного умысла на неперечисление полученных платежей за коммунальные услуги в ПАО «

<

данные изъяты>».

Ссылается на то, что в обвинительном заключении приведено доказательство «Заключение эксперта № 1262 от 12.12.2019» в т. 5 на л.д. 162-197, но в описи документов тома уголовного дела это заключение не указано.

Приводит показания эксперта Т.Д.Н. о том, что он не смог установить, какую сумму ООО УК «

<

данные изъяты>» получило от владельцев помещений многоквартирного дома на расчетный счет за период с 

<

дата> по 

<

дата>, о том, что в представленных следователем документах для производства экспертизы не было сведений о некачественных услугах, но если бы они были, их нужно было бы учесть в расчетах. Утверждает, что при установлении суммы ущерба не был учтен ответ от ООО «СРЦ» от 27 марта 2020 г. о том, что был произведен перерасчет платы за горячее водоснабжение в размере 

<

данные изъяты>., за некачественно предоставленную услугу / плановое отключение горячего водоснабжения в размере 

<

данные изъяты>. 

Со ссылкой на справку о доходах ФИО1 делает вывод о получении им только заработной платы за выполняемую работу и отсутствии личной заинтересованности, связанной с улучшением показателей руководимого им общества, корыстной заинтересованности, выразившейся в желании увеличить активы предприятия с целью получения возможности извлечения материальной выгоды для себя. Указывает на отсутствие заключения эксперта с анализом финансового состояния ООО УК «

<

данные изъяты>», с выводами о получении Н.Г.Н. материальной выгоды для себя и единственного участника общества. Обращает внимание на то, что деятельность ООО УК «

<

данные изъяты>» началась с устранения проблем системы отопления, ремонта внутридомовой территории, производства других работ. ФИО1 был уволен, когда на счету общества было более 

<

данные изъяты> рублей, которые он в случае продолжения работы мог перечислить ПАО 

<

данные изъяты>» до конца месяца.

Утверждает, что имеющиеся в материалах дела письменные доказательства относятся к периоду с 

<

дата> по 

<

дата> Доказательства за период с 

<

дата> по 

<

дата> в деле отсутствуют. 

Приводит выдержки из показаний представителя потерпевшего Ж.И.П., свидетелей Л.О.Н., У.О.А., Д.А.Т., М.О.В., М.Д.Р. и делает вывод о необходимости увеличения вменяемого периода по 

<

дата>, то есть до увольнения ФИО1, при этом перечисление 

<

дата> ПАО «

<

данные изъяты>» 

<

данные изъяты>. влечет прекращение уголовного дела и уголовного преследования. 

Полагает, что в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из них и отверг другие. 

Просит приговор отменить, ФИО1 оправдать. 

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Дельва И.А. считает содержащиеся в ней доводы необоснованными, просит приговор оставить без изменения. 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 2 ст. 297 УПК Российской Федерации приговор суда признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК Российской Федерации и основан на правильном применении уголовного закона.

Приговор в отношении ФИО1 указанным требованиям в полной мере не соответствует.

Вина ФИО1 в совершении преступления подтверждается следующими доказательствами.

Представитель потерпевшего Ж.И.П. показал, что ПАО «

<

данные изъяты>» в соответствии с заключенными договорами с ООО УК «

<

данные изъяты>» поставляло в 

<

адрес> горячую воду и тепловую энергию. С октября 2016 года платежи от ООО УК «

<

данные изъяты>», которому жильцы дома перечисляли денежные средства за коммунальные услуги, стали уменьшаться, а позже прекратились. В ходе телефонного разговора ФИО1 обещал разобраться с ситуацией. Он объяснял, что причиной является отсутствие платежей от жильцов. Размер задолженности составил 

<

данные изъяты> рублей.

Из показаний свидетеля Л.Л.Н. следует, что ООО «Саранский расчетный центр» оказывало ООО УК «

<

данные изъяты>» услуги по начислению и учету платы за ЖКУ, подготовке квитанций на оплату. Денежные средства от жильцов дома поступали на счет ООО УК «

<

данные изъяты>», которое должно было перечислять их поставщикам ЖКУ, в том числе за отопление и горячее водоснабжение. 

Допрошенная в качестве свидетеля У.О.А. показала, что являлась бухгалтером ООО УК «

<

данные изъяты>». Общество было обязано перечислять полученные от жильцов денежные средства за отопление и горячее водоснабжение ПАО «

<

данные изъяты>» не позднее 15 числа месяца, следующего за расчетным. Часть полученных денежных средств была потрачена на нужды ООО УК «

<

данные изъяты>», поэтому перед ПАО «

<

данные изъяты>» образовалась задолженность. В период с 

<

дата> по 

<

дата> между ООО УК «

<

данные изъяты>» и филиалом «

<

данные изъяты>» составлялись акты сверок, которые подписывались ФИО1 В них была видна задолженность общества. ФИО1 был осведомлен о возросшей задолженности. Он лично давал указания на расходование денежных средств, предназначенных для перечисления в филиал «

<

данные изъяты>», на нужды ООО УК «

<

данные изъяты>», оплату услуг других поставщиков. 

Из показаний свидетеля М.О.В. следует, что ПАО «

<

данные изъяты>» оказывало услуги по горячему водоснабжению и отоплению 

<

адрес> добросовестно, своевременно в полном объеме и надлежащего качества. ООО УК «

<

данные изъяты> в свою очередь перечисляло денежные средства за услуги несвоевременно. Ей готовились и направлялись в адрес ООО УК «

<

данные изъяты>» претензии с указанием суммы задолженности. ФИО1 приглашался в офис ПАО «

<

данные изъяты>» для урегулирования убытков. 

Согласно заключению эксперта от 12 августа 2019 г. № 1262 расхождение между суммой, полученной ООО УК «Комфорт» от владельцев жилых и нежилых помещений в многоквартирном жилом 

<

адрес> за услуги, оказанные филиалом «Мордовский» ПАО «

<

данные изъяты>», и суммой денежных средств, фактически перечисленных ООО УК «

<

данные изъяты>» в адрес филиала «

<

данные изъяты>» за период с 

<

дата> по 

<

дата> составило 

<

данные изъяты>

Выводы заключения подтверждены в судебном заседании экспертом Т.Д.Н.

Эксперт действительно не смог установить то, какая именно сумма была перечислена собственниками и нанимателями помещений за отопление и горячее водоснабжение на счет ООО УК «

<

данные изъяты>», так как все коммунальные услуги оплачивались одним платежом. Искомую сумму эксперт определил с учетом данных ООО «Саранский расчетный центр» и ООО «Городской Консалтинговый Сервис». Обязанность по предоставлению сведений о некачественных услугах лежала на ООО УК «

<

данные изъяты>», которое не уведомляло о таких услугах ООО «Саранский расчетный центр» и ООО «Городской Консалтинговый Сервис», поэтому они не могли быть учтены при расчете размера ущерба. Поскольку перерасчет платы за горячее водоснабжение производился ООО «Саранский расчетный центр», информация о таком перерасчете была отражена в документах от данного Общества, предоставленных для производства экспертизы.

Согласно договорам от 21 марта 2016 г. № 408 и № 408/1 расчетным периодом является один календарный месяц. Оплата за тепловую энергию и горячее водоснабжение производится ООО УК «

<

данные изъяты>» путем перечисления денежных средств ПАО «

<

данные изъяты>» в срок до 15 числа месяца, следующего за расчетным.

В протоколах разногласий к договорам установлен срок оплаты – до 20 числа месяца, следующего за расчетным.

Справкой о доходах физического лица ФИО1 за 2016 год подтверждается наличие у него заинтересованности в неперечислении поступивших на счет ООО УК «

<

данные изъяты>» денежных средств в ПАО «

<

данные изъяты>», поскольку его заработная плата в течение 2016 года значительно выросла.

Вопреки утверждениям защитника, в материалах дела имеются доказательства движения денежных средств по счету ООО УК «

<

данные изъяты>» и после 

<

дата> 

Вина ФИО1 в совершении преступления подтверждается и другими исследованными доказательствами.

Вместе с тем, при изложении доказательств вины ФИО1 в совершении преступления суд в приговоре сослался на постановления о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 

<

дата> (т. 2 л.д. 223-224), от 

<

дата> (т. 3 л.д. 43), от 

<

дата> (т. 3 л.д. 77), от 

<

дата> (т. 3 л.д. 94), от 

<

дата> (т. 3 л.д. 131), от 

<

дата> (т. 3 л.д. 198), от 

<

дата> (т. 4 л.д. 51-54), которые по смыслу ст. 74 УПК РФ доказательствами не являются, так как сами по себе не содержат сведений об обстоятельствах, подлежащих доказыванию по уголовному делу. 

Данные процессуальные документы подлежат исключению из описательно-мотивировочной части приговора. 

Деяние ФИО1 квалифицировано судом правильно по п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ. При этом, суд при изложении квалификации действий осужденного ошибочно указал квалифицирующий признак «в особо крупном размере», тогда как указанным пунктом ч. 2 ст. 165 УК РФ предусмотрен квалифицирующий признак «причинившее особо крупный ущерб». Допущенная судом первой инстанции ошибка носит явный технический характер, поскольку в первом абзаце описательно-мотивировочной части приговора квалифицирующий признак указан правильно. Данная ошибка подлежит устранению. 

В предъявленном ФИО1 обвинении и в установленных судом обстоятельствах действительно указано на обязанность ООО УК «

<

данные изъяты>» производить оплату ПАО «

<

данные изъяты>» за теплоснабжение и горячее водоснабжение до 15 числа месяца, следующего за расчетным, но это следует из приведенных следователем и судом п.п. 4.4, 10 договоров № 408 и № 408/1. Период совершения ФИО1 преступления определен верно с учетом протоколов разногласий. 

При этом, каких-либо противоречий обвинение не содержит. Срок действия договоров – до 1 марта 2017 г. не означал прекращение у ООО УК «

<

данные изъяты>» обязанности по оплате услуг по теплоснабжению и горячему водоснабжению, поставленных до указанной даты. При этом, при расчете суммы ущерба не учитывались поставляемые услуги с 1 по 20 марта 2017 г., поэтому утверждения защитника о том, что денежные средства могли быть перечислены до 20 апреля 2017 г., являются безосновательными. 

Перечисление ООО УК «

<

данные изъяты>» денежных средств, полученных от нанимателей и собственников жилых помещений, ПАО «

<

данные изъяты>» после 

<

дата> правомерно не учитывалось судом, так как это произошло после окончания срока исполнения обязательства и после увольнения ФИО1 

Утверждения защитника о том, что ФИО1 не знал о наличии задолженности перед ПАО «

<

данные изъяты>» опровергнуты показаниями свидетеля У.О.А., в том числе о проведении взаимных сверок. Осознание ФИО1 обязанности по перечислению полученных от собственников и нанимателей помещений дома денежных средств подтверждается текстом подписанных им договоров № 408, № 408/1. Кроме того, такая обязанность установлена Требованиями к осуществлению расчетов за ресурсы, необходимые для предоставления коммунальных услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 28 марта 2012 г. № 253.

Умысел ФИО1 на злоупотребление доверием руководства ПАО «Т Плюс» не был конкретизированным, поэтому в обвинении правомерно не было указано конкретное лицо, чьим доверием злоупотребил виновный.

Доверие руководства ПАО «

<

данные изъяты>» к ФИО1 основывалось на заключенных договорах № 408, № 408/1, а также на обещаниях осужденного разобраться и провести оплату.

Указанный в обвинении период возникновения у ФИО1 умысла на совершение преступления не противоречит закону. Он не мог быть определен более точно, так как ФИО1 об этом показаний не давал.

Выполнение ООО УК «

<

данные изъяты>» работ по устранению неполадок в системе отопления дома, ремонту внутридомовой территории, других работ не означало наличие у Общества возможности использовать для этого целевые денежные средства, предназначенные для перечисления ПАО «

<

данные изъяты>».

Наличие на счете ООО УК «

<

данные изъяты>» денежных средств в сумме более 

<

данные изъяты> рублей также указывает на возможность перечисления их в счет погашения долга перед ПАО «

<

данные изъяты>», чего ФИО1 в установленный законом и договорами срок не сделал.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, в ходе судебного разбирательства допущено не было. Предусмотренных законом оснований для возвращения уголовного дела прокурору не имелось.

Ошибка в обвинительном заключении в том, на каких листах дела находится заключение эксперта от 12 августа 2019 г. (ошибочно указано «12.12.2019) № 1262, не повлияла на законность принятого судом решения. 

При назначении наказания осужденному за совершенное преступление суд первой инстанции в полной мере учел все смягчающие наказание обстоятельства, положительные данные о его личности, сведения о которых имеются в уголовном деле. 

Назначенное ФИО1 наказание нельзя признать чрезмерно суровым.

Судом не были установлены исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, а также другие обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности преступления, поэтому оснований для назначения наказания с применением ст. 64 УК РФ не имеется. 

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.19, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

постановила:

приговор Октябрьского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 30 сентября 2020 г. в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на постановления о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 

<

дата> (т. 2 л.д. 223-224), от 

<

дата> (т. 3 л.д. 43), от 

<

дата> (т. 3 л.д. 77), от 

<

дата> (т. 3 л.д. 94), от 

<

дата> (т. 3 л.д. 131), от 

<

дата> (т. 3 л.д. 198), от 

<

дата> (т. 4 л.д. 51-54) как на доказательства виновности ФИО1 в совершении преступления.

Указать в описательно-мотивировочной части приговора при квалификации действий ФИО1 на то, что он совершил причинение имущественного ущерба собственнику имущества путем злоупотребления доверием при отсутствии признаков хищения, причинившее особо крупный ущерб.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий судья О.А. Бурканов