№2-3157/2023

26RS0002-01-2023-004082-13

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

04 сентября 2023 года г. Ставрополь

Ленинский районный суд города Ставрополя в составе:

председательствующего судьи Радионовой Н.А.,

при секретаре Демченко Е.А.,

с участием:

истца Ш,

представителя ответчика - адвоката Б, 

рассмотрев в судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению Ш, Ш к Г о возмещении вреда, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

Ш, Ш обратились в суд с иском, к Г о возмещении вреда, причиненного преступлением.

В обоснование исковых требований истцы указали, что постановлением Промышленного районного суда 

<

адрес обезличен> от 

<

дата обезличена> уголовное дело в отношении Г O.K., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, прекращено в связи с истечением срока давности, а гражданский иск потерпевших Ш и Ш о взыскании с Г O.K. суммы имущественного вреда в размере 2982460 рублей и компенсации морального вреда в размере 100000 рублей оставлен без рассмотрения в соответствии с ч. 2 ст. 306 УПК РФ.

Как указывают истцы, предварительным следствием установлено, что в 2007 году Г O.K. с целью приобретения путем обмана права на чужое имущество, находясь в Ставрополе, предложил Ш и Ш передать ему в пользование земельный участок с кадастровым номером 26:12:012405:0011, расположенный по адресу: 

<

адрес обезличен>, площадью 1967,5 кв.м, с целью строительства на нем многоквартирного жилого дома. При этом, Г O.K. убедил Ш и Ш, что по завершению строительства дома и ввода его в эксплуатацию в собственность Ш и Ш будет передана 

<

адрес обезличен>ю не менее 100 кв.м. Вместе с тем, как указывают истцы, Г O.K. взятые на себя обязательства исполнить не мог, так как земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес обезличен> предназначен для индивидуального жилого строительства. Г O.K. на указанном земельном участке организовал строительство четырехэтажного дома и на основании договора купли-продажи от 

<

дата обезличена>, заключенного с Ш, зарегистрировал за собой право собственности на находящийся на указанном земельном участке незавершенный строительством объект. Предварительным следствием установлена и доказана вина Г в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ. Г O.K. свои обязательства перед Ш, Ш не исполнил, а именно: на земельном участке с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенном по адресу: 

<

адрес обезличен> отсутствии разрешения, на строительство многоквартирного дома возвел четырехэтажное строение, которое в эксплуатацию не ввел, обещанную квартиру площадью не менее 100 кв.м. Ш и Ш не передал, а передал лишь помещение в возведенном строении, которое не пригодно для использования в качестве жилья, чем причинил Ш и Ш ущерб в размере 2982460 рублей. 

Истцы указывают, что о совершении Г O.K. в отношении них мошеннических действий, они узнали только после возбуждения в отношении Ш уголовного дела и предъявления обвинения Г O.K. Сумму ущерба на 2007 год, подтверждает экспертное заключение независимых судебных экспертиз, имеющееся в материалах уголовного дела. На март 2023 года квартира площадью не менее 100 кв.м, в районе 

<

адрес обезличен> стоит не менее 5000000 рублей. 

Истцы также указывают, что в результате психотравмирующей ситуации, созданной преступным поведением Г, который нарушил блага Ш и Ш, указанные в ст. 150 ГК РФ, Ш до сих пор находится в депрессивном состоянии, ей причинены нравственные страдания, выражающиеся в ощущении чувства страха и тревоги из-за потери полноценной квартиры и возбужденного против нее уголовного дела. Причинённый моральный вред Ш и Ш оценивают в 100000 рублей.

На основании вышеизложенного, истцы просят суд: 1) Взыскать с Г, в пользу Ш и Ш в качестве материального вреда 2982460 руб.; 2) Взыскать с Г, в пользу Ш и Ш моральный вред в размере 100000 руб.

В судебном заседании истцы Ш, Ш заявленные исковые требования поддержали в полном объеме, просили суд иск удовлетворить. Суду пояснили, что договор о передаче трехкомнатной квартиры стороны не заключали, был заключен договор о продажи объекта незавершенного строительства и земельного участка под ним, потом был заключен договор купли-продажи помещений в построенном ответчиком доме за 192000 рублей. Данную сумму они не передавали Г O.K., поскольку, была устная договоренность на передачу им трехкомнатной квартиры, а в итоге ответчик передал не полноценную трехкомнатную квартиру, а помещения в доме. На вопрос суда о том, когда подписывали документы, видели, что в них указана не квартира, а комната, сообщили, что видели, но им пояснили, что это квартира, они видели планировку, подумали, что это квартира со свободной планировкой, в помещения проведены коммуникации. Сделку купли-продажи помещений не оспаривали. На вопрос суда о том, видели ли они то, что в свидетельстве о праве собственности указано, что это помещение (комнаты), сообщили, что видели. Ремонт в помещении не делали, потом продали помещение за 1600000 рублей. Сообщили, что следователь сказал им, что их обманули, поэтому они предъявили иск к ответчику.

Ответчик Г извещенный о дате, месте и времени судебного разбирательства в суд не явился, о причинах неявки суд не уведомил.

Суд, на основании ст. 167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика, с участием его представителя. 

Представитель ответчика адвокат Б в судебном заседании возражал против заявленных исковых требований, просил в удовлетворении иска отказать, поддержал доводы письменных возражений, в которых указано, что считает, что исковое заявление не подлежит удовлетворению. В соответствии со ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 ГК РФ. Срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, установленных Федеральным законом от 

<

дата обезличена> 

<

номер обезличен>-Ф3 «О противодействии терроризму». Согласно положений ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. Как следует из обвинения, предъявленного Г O.K. в рамках уголовного дела, на материалах которого основано исковое заявление, Г O.K. обвинялся в том, что не позднее 

<

дата обезличена>, с целью приобретения права на чужое имущество путем обмана, в особо крупном размере, находясь на территории 

<

адрес обезличен>, точное место не установлено, действуя умышленно, из корыстных побуждений, убедил Ш и Ш передать ему в собственность объект незавершенного строительства - жилой дом (литер Б), площадью 293,2 квадратных метра 8,0 % готовности, расположенный по адресу: 

<

адрес обезличен>, пообещав Ш и Ш построить на указанном земельном участке многоквартирный жилой дом, а после ввода его в эксплуатацию передать Ш и Ш в построенном доме трехкомнатную квартиру площадью не менее 100 квадратных метров, заверив о законности совершаемых действий. Продолжая реализовывать задуманное, в декабре 2007 года, но не позднее 

<

дата обезличена> Г O.K., с целью приобретения права на чужое недвижимое имущество путем обмана, в особо крупном размере, действуя умышленно, с корыстным мотивом, предоставил в Управление Федеральной регистрационной службы по 

<

адрес обезличен>, расположенное по адресу: 

<

адрес обезличен>, договор купли-продажи объекта незавершенного строительства от 

<

дата обезличена>, договор аренды земельного участка в границах земель Ставрополя 

<

номер обезличен> Ф от 

<

дата обезличена>, Технический паспорт объекта индивидуального жилищного строительства от 

<

дата обезличена> - трехэтажного индивидуального жилого дома, расположенного на земельном участке общей площадью 967.5 кв.м., кадастровый 

<

номер обезличен>, по адресу: 

<

адрес обезличен>, а также заявление о государственной регистрации за собой права собственности на указанные объекты недвижимости. Сотрудники Управления Федеральной регистрационной службы по 

<

адрес обезличен>, на основании предоставленных Г O.K. договора купли-продажи объекта незавершенного строительства от 

<

дата обезличена>, договора аренды земельного участка в границах земель Ставрополя 

<

номер обезличен> Ф от 

<

дата обезличена>, Технического паспорта объекта индивидуального жилищного строительства, а также заявления о государственной регистрации права собственности на указанный объект недвижимости, зарегистрировали за Г O.K. право собственности на трехэтажный индивидуальный жилой дом, а также земельный участок общей площадью 967.5 кв.м., кадастровый 

<

номер обезличен>, по адресу: 

<

адрес обезличен>, на котором он расположен, с присвоением кадастрового (условного) номера: 

<

данные изъяты> о чем 

<

дата обезличена> в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество внесена соответствующая запись, и с указанного времени у Г O.K. появилась реальная возможность распоряжаться указанным недвижимым имуществом. Постановлением Промышленного районного суда от 

<

дата обезличена> уголовное дело 

<

номер обезличен> в отношении Г O.K., обвиняемого в совершении указанных действий, прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, т.е. в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. При этом какие-либо доказательства по уголовному делу судом не исследовались, оценка им не давалась, вывод о факте совершения вменяемых действий и о виновности Г O.K. судом не сделан. Со времени окончания вмененных Г O.K. действий, т.е. с 

<

дата обезличена> прошло более 16 лет, что является основанием для применения правил, установленных ст. 196 ГК РФ. В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 

<

дата обезличена> 

<

номер обезличен> «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений ст. 56 ГПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности. Бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск. Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске. Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела. На основании изложенного, простил в удовлетворении иска Ш и Ш к Г O.K. отказать в полном объеме. Касаемо требований истцов о взыскании морального вреда также просил отказать, поскольку данные сведения ничем не подтверждены. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В силу ст. 59 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.

В силу ч. 2 ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, определением Промышленного районного суда 

<

адрес обезличен> от 

<

дата обезличена> уголовное дело в отношении Г, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ – в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Гражданский иск потерпевших Ш, Ш о взыскании с Г суммы имущественного вреда в размере 2982460 рублей и компенсации морального вреда в размере 100000 рублей оставлен без рассмотрения в соответствии с ч. 2 ст. 306 УПК РФ.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 

<

дата обезличена> 

<

номер обезличен>-П по делу о проверке конституционности положений статей 15, 1064 и 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункта 14 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации, статьи 199.2 Уголовного кодекса Российской Федерации и части первой статьи 54 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А, Л и С отметил, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, - иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности вопреки требованиям статьи 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 - 3), 49 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

В пункте 6 этого постановления также указано, что применительно к случаям прекращения уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования суд при рассмотрении в порядке гражданского судопроизводства иска о возмещении вреда, причиненного лицом, подвергнутым уголовному преследованию, в силу части первой статьи 67 и части первой статьи 71 ГПК РФ должен принять данные предварительного расследования, включая сведения об установленных органом предварительного расследования фактических обстоятельствах совершенного деяния, содержащиеся в решении о прекращении уголовного дела, в качестве письменных доказательств, которые суд обязан оценивать наряду с другими имеющимися в деле доказательствами по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании. При этом оценка судом в гражданском деле материально-правовых оснований возмещения причиненного преступлением вреда не может ограничиваться выводами осуществлявших уголовное судопроизводство органов, изложенными в постановлении о прекращении уголовного дела.

Таким образом, обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину.

При этом не могут предрешать выводы суда о возможности привлечения к гражданско-правовой ответственности лица, в отношении которого уголовное преследование по обвинению в преступлении было прекращено по нереабилитирующим основаниям, данные предварительного расследования, включая сведения об установленных органом предварительного расследования фактических обстоятельствах совершенного деяния, содержащиеся в решении о прекращении уголовного дела, поскольку в деле о возмещении вреда они выступают письменными доказательствами и по отношению к иным доказательствам, в том числе представляемым суду ответчиком, не обладают большей доказательственной силой.

Соответственно, при рассмотрении заявленного гражданского иска о возмещении причиненного преступлением вреда суд не связан решением о прекращении уголовного дела в части установления наличия состава гражданского правонарушения, однако обязан произвести всестороннее и полное исследование доказательств по делу и дать им надлежащую оценку (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата обезличена> 

<

номер обезличен>-КГ23-2-К6).

Ссылка в постановлении Промышленного районного суда 

<

адрес обезличен> от 

<

дата обезличена> о прекращении уголовного дела в отношении Г, не освобождает суд от обязанности установить все необходимые элементы состава гражданского правонарушения, в том числе вину Г в причинении имущественного вреда Ш, Ш, и лицо, ответственное за данный вред.

При этом суд также отмечает, что постановление суда о прекращении производства по уголовному делу в связи с истечением сроков давности уголовного преследования не является бесспорным и достаточным доказательством, подтверждающим факт того, что именно Г является лицом, ответственным за причиненный материальный ущерб, поскольку государственным обвинителем не доказана прямая причинно-следственная связь между действиями Г и причиненному Ш, Ш материальным ущербом.

Как следует из определения Промышленного районного суда 

<

адрес обезличен> от 

<

дата обезличена>, Г O.K. обвинялся в том, в июне 2007 года, точные дата и время предварительным следствием не установлены, но не позднее 

<

дата обезличена>, у Г, заведомо знавшего о том, что земельный участок, общей площадью 967,5 кв.м., кадастровый 

<

номер обезличен>, расположенный по адресу: 

<

адрес обезличен> от 

<

дата обезличена> 

<

номер обезличен> и договора аренды земельного участка в границах земель 

<

адрес обезличен> от 

<

дата обезличена> 

<

номер обезличен>Ф находится во владении и пользовании Ш,, на котором последняя и ее муж Ш осуществляют строительство жилого дома, за Ш зарегистрировано право собственности на расположенный на указанном участке объект незавершенного строительства - жилой дом (литер Б), площадью 293,2 кв.м., 8,0% готовности, а после завершения строительства жилого дома у Ш возникнет право на оформление земельного участка в свою собственность, возник преступный умысел, направленный на приобретение права на указанное имущество - объект незавершенного строительства и земельный участок, путем обмана, в особо крупном размере.

С целью реализации задуманного, Г придумал план совершения преступления, согласно которому он под предлогом строительства на земельном участке, расположенном по адресу: 

<

адрес обезличен>, многоквартирного жилого дома и последующей передачи в построенном доме трехкомнатной квартиры, должен был убедить Ш и Ш переоформить на него, то есть Г право собственности на принадлежащий Ш объект незавершенного строительства – жилой дом (литер Б), площадью 293,2 кв.м., 8,0% готовности, что давало возможность Г. после завершения строительства оформить право собственности на земельный участок, общей площадью 967,5 кв.м, расположенный по адресу: 

<

адрес обезличен>. При этом, Г получать в установленном законом порядке разрешение на строительство на земельном участке, расположенном по адресу: 

<

адрес обезличен>, многоквартирного жилого дома не собирался, соответственно, обязательства по передаче Ш и Ш трехкомнатный квартиры в многоквартирном жилом доме исполнить не мог, а намеревался осуществить строительство на указанном земельном участке трехэтажного индивидуального жилого дома, передать Ш и Ш отдельное помещение в индивидуальном жилом доме, стоимость которого была бы значительно ниже реальной стоимости трёхкомнатной квартиры в многоквартирном жилом доме.

Реализуя задуманное, в июне 2007 года, точные дата и время предварительным следствием не установлены, но не позднее 

<

дата обезличена>, Г с целью приобретения права на чужое имущество путем обмана, в особо крупном размере, находясь на территории 

<

адрес обезличен>, точное место предварительным следствием не установлено, действуя умышленно, из корыстных побуждений, убедил Ш и Ш, не подозревавших о преступных намерениях Г передать ему в собственность объект незавершенного строительства - жилой дом (литер Б), площадью 293,2 кв.м., 8,0% готовности, кадастровый 

<

номер обезличен>/Б, расположенный по адресу: 

<

адрес обезличен>, пообещав Ш и Ш, построить на указанном земельном участке многоквартирный жилой дом, а после ввода его в эксплуатацию передать Ш и Ш, в построенном доме трехкомнатную квартиру, площадью не менее 100 квадратных метров, заверив о законности совершаемых им действий.

При этом, согласно заключению эксперта от 

<

дата обезличена> 

<

номер обезличен>Э/2023 действительная рыночная стоимость трёхкомнатной квартиры в 

<

адрес обезличен> составляла 2639983 рубля. Введенные в заблуждение относительно истинных намерений Г, Ш и Ш согласились с его предложением.

Продолжая реализовывать задуманное, в июня 2007 года, точные дата и время предварительным следствием не установлены, но не позднее 

<

дата обезличена>, Г с целью приобретения права на чужое имущество путем обмана, в особо крупном размере, находясь на территории 

<

адрес обезличен>, точное место предварительным следствием не установлено, действуя умышлено, с корыстным мотивом, организовал изготовление и заключение договора купли-продажи недвижимости от 

<

дата обезличена>, согласно которому Г за 400000 рублей приобрел у Ш объект незавершенного строительства - жилой дом (литер Б), площадью 293,2 кв.м., 8,0% готовности, кадастровый 

<

номер обезличен>/Б, расположенный по адресу: 

<

адрес обезличен>, реальная рыночная стоимость которых согласно заключению эксперта от 

<

дата обезличена> 

<

номер обезличен>Э/20

<

дата обезличена>460 рублей. При этом, Г денежные средства в сумме 400000 рублей за приобретение указанного недвижимого имущества ни Ш, ни ее мужу Ш не передал, пообещав передать в собственность трёхкомнатную квартиру, площадью не менее 100 квадратных метров в многоквартирном доме, построенном на указанном земельном участке.

Продолжая реализовывать задуманное, в период с 

<

дата обезличена> по 

<

дата обезличена>, точные дата и время предварительным следствием не установлены, Г с целью приобретения права на чужое недвижимое имущество путем обмана, в особо крупном размере, действуя умышленно, с корыстным мотивом, на основании заключенного с Ш договора от 

<

дата обезличена> купли-продажи объекта незавершенного строительства, от своего имени заключил с Комитетом по управлению муниципальным имуществом администрации 

<

адрес обезличен> договор от 

<

дата обезличена> 

<

номер обезличен>Ф аренды земельного участка в границах земель 

<

адрес обезличен>, согласно которому комитет по управлению муниципальным имуществом администрации 

<

адрес обезличен> предоставил Г в аренду сроком до 

<

дата обезличена> земельный участок с кадастровым номером: 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

адрес обезличен>, а Г принял в аренду указанный земельный участок в целях индивидуальной жилой застройки, обязавшись использовать его по целевому назначению и уплачивать арендную плату в размере и на условиях, установленных договором.

Продолжая реализовывать задуманное, в период с 

<

дата обезличена> по 

<

дата обезличена>, точные дата и время предварительным следствием не установлены, Г с целью приобретения права на чужое имущество путем обмана, в особо крупном размере, находясь на территории 

<

адрес обезличен>, действуя умышлено, с корыстным мотивом, в отсутствие разрешительной документации и соответствующего разрешения на строительство многоквартирного жилого дома, осуществил на земельном участке, общей площадью 967,5 кв.м, кадастровый 

<

номер обезличен>, по адресу: 

<

адрес обезличен>, строительство трехэтажного индивидуального жилого дома на 14 отдельных помещений, выдаваемых Г за квартиры.

Продолжая реализовывать задуманное, в период с 

<

дата обезличена> по 

<

дата обезличена>, точные дата и время предварительным следствием не установлены, Г с целью приобретения права на чужое имущество путем обмана, в особо крупном размере, находясь на территории 

<

адрес обезличен>, действуя умышлено, с корыстным мотивом, организовал изготовление Технического паспорта объекта индивидуального жилищного строительства от 

<

дата обезличена> - трехэтажного индивидуального жилого дома, расположенного на земельном участке, общей площадью 967,5 кв.м, кадастровый 

<

номер обезличен>, по адресу: 

<

адрес обезличен>.

Продолжая реализовывать задуманное, в декабре 2007 года, точные время предварительным следствием не установлены, но не позднее 

<

дата обезличена>, Г с целью приобретения права на чужое недвижимое имущество путем обмана, в особо крупном размере, действуя умышленно, с корыстным мотивом, предоставил в Управление Федеральной регистрационной службы по 

<

адрес обезличен>, расположенное по адресу: 

<

адрес обезличен>, договор купли-продажи объекта незавершенного строительства от 

<

дата обезличена>, договор аренды земельного участка в границах земель Ставрополя 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена>, Технический паспорт объекта индивидуального жилищного строительства от 

<

дата обезличена>- трехэтажного индивидуального жилого дома, расположенного на земельном участке, общей площадью 967,5 кв.м, кадастровый 

<

номер обезличен>, по адресу: 

<

адрес обезличен>, а также заявление о государственной регистрации за собой права собственности на указанные объекты недвижимости.

Сотрудники Управления Федеральной регистрационной службы по 

<

адрес обезличен> на основании представленных Г договора купли-продажи объекта незавершенного строительства от 

<

дата обезличена>, договора аренды земельного участка в границах земель Ставрополя 

<

номер обезличен> Ф от 

<

дата обезличена>, Технического паспорта объекта индивидуального жилищного строительства, а также заявления о государственной регистрации права собственности на указанный объект недвижимости, зарегистрировали за Г. право собственности на трехэтажный индивидуальный жилой дом, а также земельный участок, общей площадью 967,5 кв.м, кадастровый 

<

номер обезличен>, по адресу: 

<

адрес обезличен>, на котором он расположен, с присвоением кадастрового (условного) номера: 

<

данные изъяты> о чем дата в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество внесена соответствующая запись, и с указанного времени у Г появилась реальная возможность распоряжаться указанным недвижимым имуществом.

Продолжая реализовывать задуманное, в период с 

<

дата обезличена> по 

<

дата обезличена>, точные дата и время предварительным следствием не установлены, с целью завуалирования своих преступных намерений, Г, находясь на территории 

<

адрес обезличен>, точное место предварительным следствием не установлено, организовал изготовление и заключение договора купли-продажи недвижимости от 

<

дата обезличена>, согласно которому передал в собственность Ш недвижимое имущество - жилое помещение (комнату), номер в поэтажном плане 

<

номер обезличен>, этаж 1, общей площадью 90.70 кв.м., в доме, расположенном по адресу: 

<

адрес обезличен>, кадастровый 

<

номер обезличен>, которое не являлась трехкомнатной квартирой, площадью не менее 100 кв.м, в многоквартирном жилом доме, и согласно заключению эксперта от 

<

дата обезличена> 

<

номер обезличен>Э/2023 действительная рыночная стоимость которой составляла 191921 рубль.

Таким образом, органы предварительного следствия пришли к выводу о том, что разница в стоимости переданных Г земельного участка, общей площадью 967,5 кв.м, кадастровый 

<

номер обезличен> по адресу: 

<

адрес обезличен>, с находящимся на нем объектом незавершенного строительства - жилым домом (Литер Б) площадью 293,2 кв.м, 8,0 % готовности, кадастровый 

<

номер обезличен>/Б и стоимостью жилого помещения (комнаты) номер в поэтажном плане 

<

номер обезличен>, этаж 1, общей площадью 90,70 кв.м, в доме расположенном по адресу: 

<

адрес обезличен>, кадастровый 

<

номер обезличен>, переданного Г Ш и Ш составила 2790539 рублей. Тем самым, Г взятые на себя обязательства по передаче Ш и Ш трёхкомнатной квартиры, площадью не менее 100 квадратных метров в многоквартирном доме, построенном на земельном участке по адресу: 

<

адрес обезличен>, не выполнил, чем причинил Ш и Ш значительный ущерб в сумме 2982460 рублей, что в соответствии с примечанием к ст. 158 УК РФ является особо крупным размером. 

В свою очередь, суд не может согласиться с выводами органов предварительного следствия.

Как следует из договора купли-продажи недвижимости от 

<

дата обезличена> Ш, продала Г недвижимое имущество: объект незавершенного строительства- жилой дом (литер Б), площадью 293,2 кв.м., 8,0% готовности, с кадастровым номером 

<

данные изъяты> расположенный по адресу: 

<

адрес обезличен>. Согласно вышеуказанного договора купли-продажи цена отчуждаемой недвижимости определена соглашением сторон в 400000 рублей.

Как установлено судом, и сторонами не оспаривается, Г денежные средства в сумме 400000 рублей за приобретение указанного недвижимого имущества ни Ш, ни ее мужу Ш не передал. Таким образом, данное недвижимое имущество приобретено ответчиком безвозмездно.

В силу содержащегося в подпункте 5 п. 1 ст. 1 ЗК РФ принципа единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

Как установлено п. 1 ст. 552 ГК РФ по договору продажи здания, сооружения или другой недвижимости покупателю одновременно с передачей права собственности на такую недвижимость передаются права на земельный участок, занятый такой недвижимостью и необходимый для ее использования.

Исходя из положений ч. 1 ст. 35 ЗК РФ, п. 3 ст. 552, п. 2 ст. 271 ГК РФ, с учетом разъяснений, приведенных в пункте 13 постановления Пленума ВАС РФ от 

<

дата обезличена> 

<

номер обезличен> "О некоторых вопросах, связанных с применением земельного законодательства", при переходе права собственности на здание, сооружение, находящиеся на чужом земельном участке, к другому лицу, оно приобретает право на использование соответствующей части земельного участка, занятой зданием, сооружением и необходимой для их использования, на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний их собственник недвижимости с момента государственной регистрации перехода права собственности на здание, строение, сооружение.

Как следует из материалов дела, земельный участок, общей площадью 967,5 кв.м., кадастровый 

<

номер обезличен>, расположенный по адресу: 

<

адрес обезличен>, на праве собственности Ш не принадлежал, а находится в ее пользовании на основании постановления Главы Администрации 

<

адрес обезличен> от 

<

дата обезличена> 

<

номер обезличен> и договора аренды земельного участка в границах земель 

<

адрес обезличен> от 

<

дата обезличена> 

<

номер обезличен>Ф.

Таким образом, расчет причиненного ущерба с учетом общей рыночной стоимости объекта незавершенного строительства - жилой дом (литер Б), площадью 293,2 кв.м., 8,0% готовности, с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, и рыночной стоимости находящегося в аренде земельного участка, кадастровый 

<

номер обезличен>, судом признается не верным. 

Согласно заключения эксперта НП «Центр независимых судебных экспертиз криминалистики и права» 

<

номер обезличен>Э/2023 от 

<

дата обезличена> действительная стоимость объекта незавершенного строительства- жилого дома (литер Б), площадью 293,2 кв.м., 8,0% готовности, с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

адрес обезличен> по состоянию на период времени с июня по декабрь 2007 года составляет 1567665 рублей.

Согласно договора купли-продажи недвижимости от 

<

дата обезличена> Г продал Ш недвижимое имущество: жилое помещение (комнату) номер на поэтажном плане 

<

номер обезличен>, этаж 1, общей площадью 90,7 кв.м., с кадастровым номером: 

<

данные изъяты>, расположенную по адресу: 

<

адрес обезличен>, комната 4-6. Согласно вышеуказанного договора купли-продажи цена отчуждаемой недвижимости определена соглашением сторон в 192000 рублей.

Как пояснили истцы, данную сумму они не передавали Г O.K., ремонт в помещении не делали. Таким образом, данное недвижимое имущество приобретено истцами безвозмездно. 

В свою очередь, согласно договора купли-продажи недвижимости от 

<

дата обезличена> Ш продал О недвижимое имущество: жилое помещение (комнату) номер на поэтажном плане 

<

номер обезличен>, этаж 1, общей площадью 90,7 кв.м., с кадастровым номером: 

<

данные изъяты>, расположенное по адресу: 

<

адрес обезличен>, комната 4-6. Согласно вышеуказанного договора купли-продажи цена отчуждаемой недвижимости определена соглашением сторон в 1650000 рублей.

Таким образом, судом установлено, что действительная стоимость безвозмездно переданного ответчику объекта незавершенного строительства - жилого дома (литер Б), площадью 293,2 кв.м., 8,0% готовности, с кадастровым номером 

<

данные изъяты> расположенного по адресу: 

<

адрес обезличен> по состоянию на период времени с июня по декабрь 2007 года составляет 1567665 рублей.

Рыночная стоимость безвозмездно переданного истцам жилого помещения (комнаты) номер на поэтажном плане 

<

номер обезличен>, этаж 1, общей площадью 90,7 кв.м., с кадастровым номером: 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> расположенного по адресу: 

<

адрес обезличен>, комната 4-6, составила 1650000 рублей.

Таким образом, судом установлено, что действиями Г, ущерб Ш, Ш не причинен. 

Доводы истцов о том, что Г O.K. свои обязательства перед ними не исполнил, а именно, обещанную трехкомнатную квартиру площадью не менее 100 кв.м. не передал, а передал лишь помещение в возведенном строении, чем причинил ущерб в размере 2982460 рублей, судом также признаются не состоятельными.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" также разъяснено, что договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора (пункт 3 статьи 154 и пункт 1 статьи 432 ГК РФ). Соглашение сторон может быть достигнуто путем принятия (акцепта) одной стороной предложения заключить договор (оферты) другой стороны (пункт 2 статьи 432 ГК РФ), путем совместной разработки и согласования условий договора в переговорах, иным способом, например, договор считается заключенным и в том случае, когда из поведения сторон явствует их воля на заключение договора (пункт 2 статьи 158, пункт 3 статьи 432 ГК РФ).

Существенными условиями, которые должны быть согласованы сторонами при заключении договора, являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах существенными или необходимыми для договоров данного вида (например, условия, указанные в статьях 555 и 942 ГК РФ).

Существенными также являются все условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (абзац второй пункта 1 статьи 432 ГК РФ), даже если такое условие восполнялось бы диспозитивной нормой (пункт 2 названного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

По смыслу статьи 554 ГК РФ в договоре продажи недвижимости должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить недвижимое имущество, подлежащее передаче покупателю по договору, в том числе данные, определяющие расположение недвижимости на соответствующем земельном участке либо в составе другого недвижимого имущества. При отсутствии этих данных в договоре условие о недвижимом имуществе, подлежащем передаче, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным.

При этом в соответствии с пунктом 1 статьи 550 ГК РФ договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434 ГК РФ).

С учетом приведенных норм и установленных по делу обстоятельств (отсутствие письменного договора купли-продажи, подписанного сторонами, а также не указание в договоре купли-продажи недвижимости от 

<

дата обезличена> обязательства о передаче в замен приобретаемого объекта недвижимости иного объекта недвижимости, с указанием его характеристик), суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания заключенным договора о передаче истцам трехкомнатной квартиры площадью не менее 100 кв.м..

Суд также признает обоснованным заявленное ответчиком в ходе судебного разбирательства ходатайство о применении последствий пропуска срока исковой давности. 

Согласно ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года.

В силу ч. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Правила определения момента начала течения исковой давности установлены ст. 200 ГК РФ, согласно ч. 1 которой течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются настоящим Кодексом и иными законами.

В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Частью 2 статьи 196 ГК РФ также установлено, что срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен.

Такие десятилетние сроки исковой давности носят пресекательный характер (по их истечении срок исковой давности считается пропущенным и восстановлению не подлежит).

Началом течения такого десятилетнего срока, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 1 статьи 181 и абзацем вторым пункта 2 статьи 200 ГК РФ, является день нарушения права (абз. 2 пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

дата обезличена> 

<

номер обезличен> "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности").

Исходя из этого срок давности по требованиям, вытекающим из договорных обязательств, необходимо исчислять с момента исполнения обязательств.

Истцы указывают, что Г O.K. свои обязательства перед ними не исполнил, а именно, обещанную трехкомнатную квартиру, площадью не менее 100 кв.м. не передал, а передал лишь помещение в возведенном строении, чем причинил ущерб.

Как установлено судом, 

<

дата обезличена> на основании договора купли-продажи недвижимости Ш продала (безвозмездно передала) Г недвижимое имущество: объект незавершенного строительства- жилой дом (литер Б), площадью 293,2 кв.м., 8,0% готовности, с кадастровым номером 

<

данные изъяты> расположенный по адресу: 

<

адрес обезличен>. 

Согласно договора купли-продажи недвижимости от 

<

дата обезличена> Г продал (безвозмездно передал) Ш недвижимое имущество: жилое помещение (комнату) номер на поэтажном плане 

<

номер обезличен>, этаж 1, общей площадью 90,7 кв.м., с кадастровым номером: 

<

данные изъяты>, расположенное по адресу: 

<

адрес обезличен>, комната 4-6. 

Таким образом, Ш и Ш было достоверно известно о том, что им передана не трехкомнатная квартира, площадью не менее 100 кв.м., а жилое помещение (комнату) номер на поэтажном плане 

<

номер обезличен>, этаж 1, общей площадью 90,7 кв.м., в момент передачи жилого помещения (

<

дата обезличена>) и/или в момент государственной регистрации права собственности Ш на данное жилое помещение (

<

дата обезличена>). 

В свою очередь, с исковым заявление в рамках рассмотрения уголовного дела истцы обратились в суд лишь в марте 2023 года, то есть с пропуском срока исковой давности.

При данных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что исковые требования Ш, Ш к Г о возмещении материального вреда, удовлетворению не подлежат.

Рассматривая требование о взыскании в пользу истцов компенсации физических и нравственных страданий в размере 100000 рублей, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 4 ст. 42 УПК РФ по иску потерпевшего о возмещении в денежном выражении причиненного ему морального вреда размер возмещения определяется судом при рассмотрении уголовного дела или в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В силу ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). 

Истцы указывают, что в результате психотравмирующей ситуации, созданной преступным поведением Г, который нарушил блага Ш и Ш, указанные в ст. 150 ГК РФ, Ш до сих пор находится в депрессивном состоянии, ей причинены нравственные страдания, выражающиеся в ощущении чувства страха и тревоги из-за потери полноценной квартиры и возбужденного против нее уголовного дела. Причинённый моральный вред Ш и Ш оценивают в 100000 рублей.

В свою очередь, в рассматриваемом случае объектом посягательств может является исключительно собственность потерпевшихо, то есть материальное благо, как объект посягательства личность потерпевших не затрагивается, в связи с чем, суд приходит к выводу о том, что на ответчика не может быть возложена обязанность денежной компенсации морального вреда.

В связи с чем, оснований для удовлетворения исковых требований о компенсации физических и нравственных страданий в размере 100000 рублей, не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований Ш (паспорт серии 0709 

<

номер обезличен>), Ш (паспорт серии 0709 

<

номер обезличен>) к Г (паспорт серии 0717 

<

номер обезличен>) о возмещении материального вреда в размере 2982460 рублей, компенсации морального вреда в размере 100000 рублей, - отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам 

<

адрес обезличен>вого суда путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд 

<

адрес обезличен> в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 

<

дата обезличена>.

Судья Радионова Н.А.