Гражданское дело № 2-154/2019

УИД: 66RS0032-01-2019-000101-87

В окончательном виде 

решение

 изготовлено 22 апреля 2019 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Кировград Свердловской области

17 апреля 2019 года

Кировградский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Доевой И.Б.,

при секретаре Шиловой И.А.,

с участием представителя истца (ответчика по встречному иску) ФИО1, действующей на основании доверенности № 022/7 от 09 января 2019 года,

представителя ответчика (истца по встречному иску) ФИО2, действующей на основании доверенности серии 86 АА № 2509941 от 51 марта 2019 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-154/2019 по иску акционерного общества «Кировградский завод твердых сплавов» к ФИО3 о взыскании задолженности по договору купли-продажи квартиры, по встречному иску ФИО3 к акционерному обществу «Кировградский завод твердых сплавов» о признании пункта договора купли-продажи квартиры недействительным,

установил:

акционерное общество «Кировградский завод твердых сплавов» (далее по тексту АО «КЗТС») обратилось с иском к ФИО3 о взыскании задолженности по договору купли-продажи квартиры № 55 от 17 мая 2013 года в размере 1603850 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами за период 05 февраля 2019 года в размере 340 рублей 54 копейки, продолжении начисления процентов за пользование чужими денежными средствами, начиная с 06 февраля 2019 года по день фактического исполнения обязательства, взыскании расходов по уплате государственной пошлины в размере 16221 рубль.

В обоснование исковых требований указано, что ответчик состояла с истцом в трудовых отношениях с 01 апреля 2008 года; 04 февраля 2019 года ответчик уволена по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по инициативе работника). В период трудовых отношений – 17 мая 2013 года, между истцом и ответчиком был заключен договор купли-продажи квартиры № 55, расположенной по адресу: Свердловская область, г. Кировград, ул. ***, по условиям которого стоимость квартиры определена в сумме 1603850 рублей, расчет за приобретаемую квартиру должен быть произведен покупателем в срок с 01 мая 2013 года по 30 апреля 2023 года путем уплаты ежемесячных взносов в размере 13365 рублей 42 копейки (пункт 2.2). В пункте 2.4 договора также предусмотрено, что в случае увольнения покупателя из АО «КЗТС» (до изменения организационно-правовой формы ОАО «КЗТС») до 30 апреля 2023 по собственному желанию или за нарушение трудовой дисциплины он обязан не позднее чем в день увольнения внести в кассу денежные средства в размере двукратной стоимости приобретаемой квартиры за вычетом сумм, уплаченных покупателем на момент увольнения. Поскольку ответчик уволилась 04 февраля 2019 года по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по инициативе работника), то есть до установленного в пункте 2.4 срока, с нее подлежит взысканию двукратная стоимость приобретенной по договору купли-продажи № 55 от 17 мая 2013 года квартиры за вычетом сумм, уплаченных покупателем на момент увольнения. Ссылаясь на данные обстоятельства, а также то, что на момент увольнения ответчик выплатила по договору купли-продажи квартиры № 55 от 17 мая 2013 года сумму 1603850 рублей, соответственно с нее подлежит взысканию сумма 1603850 рублей. 

Не согласившись с предъявленными требованиями, ответчик ФИО3, предъявила к АО «КЗТС» встречный иск о признании пункта 2.4 договора купли-продажи квартиры № 55 от 17 мая 2013 года недействительным по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, как противоречащего требованиям действующего законодательства.

В судебном заседании представитель истца (ответчика по встречному иску) ФИО1, действующая на основании доверенности № 022/7 от 09 января 2019 года, исковые требования и доводы, изложенные в исковом заявлении, поддержала; просил исковые требования удовлетворить в полном объеме; встречные исковые требования не признала, полагая их необоснованными, а также ссылаясь на пропуск ответчиком (истцом по встречному иску) срока исковой давности.

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО3 в судебное заседание не явилась, извещалась надлежащим образом, направила своего представителя ФИО2, действующую на основании доверенности серии 86 АА № 2509941 от 51 марта 2019 года, которая в судебном заседании против удовлетворения иска АО «КЗТС» возражала, встречные исковые требования и доводы, изложенные во встречном исковом заявлении, поддержала; просила встречные исковые требования удовлетворить в полном объеме. 

Суд, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лица, участвующего в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки, определил рассмотреть дело при данной явке в отсутствие ответчика (истца по встречному иску).

Заслушав представителя истца (ответчика по встречному иску) ФИО1, действующую на основании доверенности № 022/7 от 09 января 2019 года, представителя ответчика (истца по встречному иску) ФИО2, действующую на основании доверенности серии 86 АА № 2509941 от 51 марта 2019 года, исследовав и оценив представленные по делу доказательства в совокупности, суд полагает первоначальный иск не подлежащим удовлетворению, а также встречный иск не подлежащими удовлетворению в связи с пропуском срока исковой давности. 

Согласно части первой статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, конкретизирующей статью 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В развитие указанных принципов статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены в том числе из показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств (часть 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При этом, оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможности оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы. Иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное в части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным.

Согласно части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Судом установлено и следует из материалов дела, что с 01 апреля 2008 года ФИО3 состояла с АО «КЗТС» (до изменения организационно-правовой формы ОАО «КЗТС») в трудовых отношениях; 04 февраля 2019 года ФИО3 уволена по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по инициативе работника). 

При этом, в период трудовых отношений – 17 мая 2013 года, между АО «КЗТС» и ФИО3 был заключен договор купли-продажи квартиры № 55, расположенной по адресу: Свердловская область, г. Кировград, ул. ***, по условиям которого стоимость квартиры определена в сумме 1603850 рублей, расчет за приобретаемую квартиру должен быть произведен покупателем в срок с 01 мая 2013 года по 30 апреля 2023 года путем уплаты ежемесячных взносов в размере 13365 рублей 42 копейки (пункт 2.2).

В пункте 2.3 договора предусмотрено право покупателя произвести окончательный расчет с продавцом до окончания срока указанного в пункте 2.2.

В пункте 2.4 договора предусмотрено, что в случае увольнения покупателя из АО «КЗТС» (до изменения организационно-правовой формы ОАО «КЗТС») до 30 апреля 2023 по собственному желанию или за нарушение трудовой дисциплины он обязан не позднее чем в день увольнения внести в кассу денежные средства в размере двукратной стоимости приобретаемой квартиры за вычетом сумм, уплаченных покупателем на момент увольнения. 

Передача квартиры состоялась до подписания договора купли-продажи, на что указано в пункте 3.1 договора; переход права собственности по договору зарегистрирован в установленном порядке 21 мая 2013 года. 

Из материалов дела также следует и сторонами не оспаривалось, что на момент увольнения 04 февраля 2019 года ФИО3 выплатила по договору купли-продажи квартиры № 55 от 17 мая 2013 года сумму 1603850 рублей, то тесть полную стоимость приобретенной по договору купли-продажи квартиры № 55 от 17 мая 2013 года квартиры.

Инициируя настоящий спор, истец (ответчик по встречному иску) ссылался на пункт 2.4 договора купли-продажи квартиры № 55 от 17 мая 2013 года, согласно которому в случае увольнения покупателя из АО «КЗТС» (до изменения организационно-правовой формы ОАО «КЗТС») до 30 апреля 2023 по собственному желанию или за нарушение трудовой дисциплины он обязан не позднее чем в день увольнения внести в кассу денежные средства в размере двукратной стоимости приобретаемой квартиры за вычетом сумм, уплаченных покупателем на момент увольнения, а поскольку на момент увольнения покупатель выплатила по договору купли-продажи квартиры № 55 от 17 мая 2013 года сумму 1603850 рублей, соответственно с нее подлежит взысканию сумма 1603850 рублей. В данном случае, в пункте 2.4 договора 2.4 договора купли-продажи квартиры № 55 от 17 мая 2013 года стороны в силу пункта 1 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации поставили возникновение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или не наступит, то есть под отлагательным условием.

Оценивая доводы истца (ответчика по встречному иску) суд отмечает следующее.

Согласно пункту 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В силу пункта 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

По общему правилу, закрепленному в пункте 1 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации, моментом возникновения права собственности у приобретателя вещи по договору является момент ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 224 Гражданского кодекса Российской Федерации передачей признается вручение вещи приобретателю. Вещь считается врученной приобретателю с момента ее фактического поступления во владение приобретателя или указанного им лица.

Согласно пункту 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии со статьями 307, 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу обязательств одно лицо (должник) обязано совершать в пользу другого лица (кредитора) определенные действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства должны исполняться надлежащим образом. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается. Только надлежащее исполнение прекращает обязательство (статья 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 549 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

Договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434). Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность (статья 550 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом, в договоре продажи недвижимости должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить недвижимое имущество, подлежащее передаче покупателю по договору, в том числе данные, определяющие расположение недвижимости на соответствующем земельном участке либо в составе другого недвижимого имущества (статья 554 Гражданского кодекса Российской Федерации). Договор продажи недвижимости должен предусматривать цену этого имущества (статья 555 Гражданского кодекса Российской Федерации). Передача недвижимости продавцом и принятие ее покупателем осуществляются по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче. Если иное не предусмотрено законом или договором, обязательство продавца передать недвижимость покупателю считается исполненным после вручения этого имущества покупателю и подписания сторонами соответствующего документа о передаче (статья 556 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 3 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации договор, в котором отсутствует условие о том, что окончание срока его действия влечет прекращение обязательства сторон по договору, признается действующим до определения в нем момента окончания исполнения сторонами обязательства.

Принимая во внимание, что договор купли-продажи квартиры № 55, заключенный между сторонами 17 мая 2013 года, не содержит указания окончание срока действия договора, поэтому в силу пункта 3 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации данный договор является действующим до определенного в нем момента окончания исполнения сторонами обязательства, а поскольку на момент увольнения ФИО3 04 февраля 2019 года обязательства как продавца, так и покупателя были исполнены в полном объеме: передача квартиры состоялась до подписания договора купли-продажи, на что указано в пункте 3.1 договора, а переход права собственности по договору зарегистрирован в установленном порядке 21 мая 2013 года, в свою очередь ФИО3 выплатила определенную сторонами стоимость квартиры по договору купли-продажи квартиры № 55 от 17 мая 2013 года в размере 1603850 рублей, соответственно в силу положений статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства сторон по договору купли-продажи квартиры № 55 от 17 мая 2013 года, равно как и сам договор купли-продажи квартиры № 55 от 17 мая 2013 года прекращены надлежащим исполнением.

Ссылка стороны истца (ответчика по встречному иску) о том, что в пункте в пункте 2.4 договора 2.4 договора купли-продажи квартиры № 55 от 17 мая 2013 года стороны в силу пункта 1 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации поставили возникновение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или не наступит, то есть под отлагательным условием, судом отклоняется, поскольку норма пункта 1 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации регулирует условия совершения сделки в целом, а не отдельных условий сделки.

Так, согласно пункту 1 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка считается совершенной под отлагательным условием, если стороны поставили возникновение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или не наступит.

Правовая природа сделки, совершенной под отлагательным условием такова, что сам по себе факт ее заключения (совершения) не порождает ни права, ни обязанностей сторон до наступления отлагательного условия, стороны сделки считаются условно управомоченными и условно обязанными. И только наступление отлагательного условия влечет исполнение сделки, поскольку у ее сторон появляются права и обязанности, связанные с ее исполнением; отлагательное условие влечет возникновение основного правоотношения в целом, а не отдельных прав и обязанностей

Таким образом, заключенный сторонами договор купли-продажи квартиры № 55 от 17 мая 2013 года не может считаться сделкой, заключенной с отлагательным условием, поскольку он подлежал исполнению с момента его заключения. Более того, со стороны истца (ответчика по встречному иску) договор купли-продажи квартиры № 55 от 17 мая 2013 года был исполнен полностью, поскольку передача квартиры состоялась до подписания договора купли-продажи, на что указано в пункте 3.1 договора.

Положения о договоре купли-продажи включают обязанность покупателя принять товар (вещь) и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). В этой связи, заключенный между сторонами договор купли-продажи квартиры № 55 от 17 мая 2013 года не может считаться сделкой, совершенной под отлагательным условием. 

Согласно норме статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Исходя толкования пункта 2.4 договора путем буквального значения содержащихся в нем слов и выражений и сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом, суд приходит к выводу, что фактически стороны согласовали условие о начислении неустойки в случае, если бы ФИО3 уволилась из АО «КЗТС» (до изменения организационно-правовой формы ОАО «КЗТС») по собственному желанию или за нарушение трудовой дисциплины, не исполнив со своей стороны в установленный в пункте 2.2. срок, обязательство по договору купли-продажи квартиры № 55 от 17 мая 2013 года в части оплаты стоимости квартиры. Между тем, в рассматриваемом случае некорректность изложения условия пункта 2.4 договора не может повлиять на выводы суда относительно того, что обязательства сторон по договору купли-продажи квартиры № 55 от 17 мая 2013 года, равно как и сам договор купли-продажи квартиры № 55 от 17 мая 2013 года на момент увольнения ФИО3 04 февраля 2019 года прекращены надлежащим исполнением, соответственно правовых оснований для привлечения ФИО3 к указанной гражданско-правовой ответственности не имеется. 

Исходя из установленных по делу обстоятельств, правовых оснований для удовлетворения исковых требований АО «КЗТС» к ФИО3 о взыскании задолженности по договору купли-продажи квартиры № 55 от 17 мая 2013 года в размере 1603850 рублей, равно как и производных требований о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период 05 февраля 2019 года в размере 340 рублей 54 копейки, продолжении начисления процентов за пользование чужими денежными средствами, начиная с 06 февраля 2019 года по день фактического исполнения обязательства (статья 395 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также о взыскании расходов по уплате государственной пошлины в размере 16221 рубль (статья 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) у суда не имеется.

Разрешая встречный иск ФИО3 к АО «КЗТС» встречный иск о признании пункта 2.4 договора купли-продажи квартиры № 55 от 17 мая 2013 года недействительным по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, как противоречащего требованиям действующего законодательства суд не находит их подлежащими удовлетворению в связи с пропуском срока исковой давности.

Так, статья 11 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что защита нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляется в судебном порядке. 

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Установление в законе срока исковой давности, то есть срока для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статьи 195 - 196 Гражданского кодекса Российской Федерации), обусловлено необходимостью обеспечить стабильные и определенные отношения, сложившиеся между участниками гражданского оборота. Истечение срока исковой давности, о применении которого заявлено стороной в споре, само по себе является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). В этом случае принудительная (судебная) защита прав гражданина, независимо от того, имело ли место в действительности нарушение его прав, невозможна.

По общему правилу, изложенному в пункте 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Основанием встречного иска, является незаконность пункта 2.4 договора купли-продажи квартиры № 55 от 17 мая 2013 года недействительным по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, как противоречащего требованиям действующего законодательства. 

Согласно пункту 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

Согласно пункту 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В силу пункта 2 статье 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В пунктах 74 - 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23 июня 2015 года «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Применительно к статьям 166 и 168 Гражданского кодекса под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды.

К спорным правоотношениям применим пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации о годичном сроке исковой давности.

Между тем, из материалов дела следует, что встречное исковое заявление поступило в суд только 25 марта 2019 года, то есть со значительным пропуском срока исковой давности, установленного пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации. При этом доказательств уважительности причин пропуска срока исковой давности суду ответчик (истец по встречному иску) не представила, с ходатайством о восстановлении срока не обращалась, полагая, что он не пропущен. Каких-либо обстоятельств, объективно препятствовавших истцу своевременно обратиться в суд с указанными требованиями, в данном случае не имеется и из материалов дела не усматривается, что позволяет суду сделать вывод об отсутствии уважительных причин пропуска ответчиком (истцом по встречному иску) срока исковой давности для обращения в суд. 

Доводы стороны истца о том, что срок исковой давности для обращения в суд не истек, являются ошибочными, основаны на неверном толковании вышеприведенных норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, поскольку течение срока исковой давности началось с момента начала исполнения сделки, то есть с момента подписания договора купли-продажи квартиры № 55 от 17 мая 2013 года.

Принимая во внимание, что истцом (ответчиком по встречному иску) в установленном законом порядке заявлено о применении последствий пропуска срока исковой давности, а истцом не представлено доказательств наличия уважительной причины, объективно препятствовавшей своевременному обращению за судебной защитой с учетом положений статьи 205 Гражданского кодекса Российской Федерации, а истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 43 от 29 сентября 2015 года «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»), то суд принимает решение об отказе в удовлетворении встречных исковых требований ФИО3 в полном объеме (пункт 1 статьи 207 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковое заявление акционерного общества «Кировградский завод твердых сплавов» к ФИО3 о взыскании задолженности по договору купли-продажи квартиры, встречное исковое заявление ФИО3 к акционерному обществу «Кировградский завод твердых сплавов» о признании пункта договора купли-продажи квартиры недействительным оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме с подачей жалобы через Кировградский городской суд Свердловской области.

Судья 

И.Б. Доева