№ 1-192/2018 

(№)

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

город Норильск

Красноярского края 17 мая 2018 года

Норильский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего – судьи Злобина И.А.,

при секретаре судебного заседания Сидиропуло О.С.,

с участием:

государственного обвинителя Поломко Ф.А.,

подсудимого ФИО1,

его защитника – адвоката Бастрыгина А.Ю., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, 

<

данные изъяты>, судимостей не имеющего, под стражей по настоящему делу не содержавшегося,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 в городе 

<

адрес> незаконно хранил боеприпасы при следующих обстоятельствах.

Так, около 04 часов 25 минут ДД.ММ.ГГГГ сотрудниками полиции на перекрестке улиц 

<

адрес> под управлением ФИО1 был остановлен автомобиль «

<

данные изъяты> при осмотре которого, проведенном в период времени с 06 часов 30 минут до 08 часов 00 минут того же дня, были обнаружены и изъяты боеприпасы: три патрона калибра 5,45 мм, которые являются автоматными патронами, предназначены для стрельбы из автоматов АК-74, АКС74М, относятся к категории боеприпасов для нарезного огнестрельного оружия, изготовлены заводским способом, к стрельбе пригодны; три патрона калибра 9 мм, которые являются пистолетными патронами, предназначены для стрельбы из пистолетов ПМ, АПС, пистолета-пулемета «Кедр», относятся к категории боеприпасов для нарезного огнестрельного оружия, изготовлены заводским способом, к стрельбе пригодны; ручная граната РГД-5, предназначена для поражения живой силы противника в обороне и наступлении, изготовлена промышленным способом, исправна и пригодна для использования по назначению, которые ФИО1 в нарушение Федерального закона от 13.12.1996 № 150-ФЗ «Об оружии», не имея специального разрешения, умышленно незаконно хранил в салоне указанного автомобиля.

В судебном заседании ФИО1 свою вину не признал и показал, что около 04-х часов ДД.ММ.ГГГГ пошел в магазин за сигаретами и в тамбуре подъезда дома, в котором проживает, за дверью обнаружил лежащие на фольге гранату РГД-5, три патрона калибра 9 мм от пистолета «ПМ» и три автоматных патрона калибра 5,45 мм. Так как в его телефоне не работал сенсор экрана, позвонить в полицию и сообщить об обнаруженных предметах он не смог. Прохожих во дворе не было, до магазина нужно было идти около 100 метров, поэтому обратиться к кому-либо с просьбой о предоставлении телефона для звонка возможности не имел. В результате принял решение отвезти все обнаруженные предметы в отдел полиции, расположенный в 

<

...>. Полагает, что действовал при этом в состоянии крайней необходимости, так как оставить гранату и патроны в подъезде не мог в целях безопасности. Патроны и гранату положил в пластиковый карман задней левой двери своего автомобиля «УАЗ-Патриот». В автомобиле боеприпасы также решил не оставлять, поскольку торопился поскорее сдать их полиции. Находился в легкой степени алкогольного опьянения, так как примерно за два часа до обнаружения боеприпасов выпил около 200 граммов разведенного спирта. На указанном автомобиле повез боеприпасы в отдел полиции. На перекрестке улиц ФИО2 и Орджоникидзе увидел патрульный автомобиль сотрудников полиции, поравнявшись с которым, пытался привлечь внимание: в окно стал говорить с сотрудником и всё объяснять ему. Подумал, что сотрудники слышат, что именно он им говорил, но как потом выяснилось, они этого не слышали. Сотрудник полиции жестом потребовал отъехать в сторону и остановиться. Когда выполнил требование, пока ожидал сотрудников полиции, достал из кармана двери гранату и положил её на переднее пассажирское сиденье, чтобы сразу сотруднику все рассказать. Также положил на сиденье и своё удостоверение. Когда сотрудник подошел к его автомобилю и попросил у него документы, ФИО1 обозвал его ругательством, так как считал, что нужно скорее было везти боеприпасы, а сотрудник завел речь о документах. Сотрудникам полиции пояснял, при каких именно обстоятельствах обнаружил боеприпасы, но те не слушали его, а говорили, что он привез их из Чечни. Сам такого сотрудникам не говорил. С купленного тут же на улице телефона позвонил своему знакомому Д.А.О., сообщил ему о происшедшем. Сделал это для того, чтобы тот поддержал его в этой ситуации, дал совет. Сотрудникам полиции говорил о том, что граната – это муляж, игрушка, имея в виду, что она не находится в снаряженном состоянии, так как детонатора в ней не было. Не исключает, что мог сказать и о том, что этой гранатой можно орехи колоть. Во время осмотра автомобиля сидел в служебной «Газели». Чтобы дознаватель П.А.С. осматривала автомобиль, не видел. Понятых при осмотре автомобиля не было. Узнал о них только при ознакомлении с делом. Дознаватель ознакомиться с протоколом осмотра места происшествия и подписать его не предлагала. 

Вопреки показаниям подсудимого, его виновность в совершении указанного преступления подтверждается всей совокупностью следующих исследованных в судебном заседании доказательств.

Показаниями свидетеля Б.М.И., данными в ходе предварительного расследования, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ около 04 часов 25 минут вместе с О.В.Н. на служебном автомобиле находились в крайней левой полосе на перекрестке улиц 

<

адрес> На средней полосе находился автомобиль 

<

данные изъяты> водитель которого приоткрыл окно и стал показывать им непристойные жесты, махать рукой, что-то кричать. Когда загорелся зеленый сигнал светофора, этот водитель не начинал движение и создавал помеху другим участникам. Тогда он указал ему рукой на правую сторону и сказал, чтобы он припарковался справа. После чего мужчина на автомобиле 

<

данные изъяты> заехал на тротуар и остановился. Когда подъехали к автомобилю, Б.М.И. подошёл к автомобилю с левой стороны и попросил водителя предъявить документы. Тот сказал, что является бывшим сотрудником полиции и предъявил удостоверение пенсионера МВД. Водителем оказался ФИО1, при беседе с которым чувствовался резкий запах алкоголя. Когда ФИО1 уронил удостоверение и стал поднимать его, Б.М.И. через открытую дверь на переднем пассажирском сиденье автомобиля увидел предмет, внешне схожий с гранатой. Отвел ФИО1 от автомобиля на безопасное расстояние, после чего спросил, что это за предмет. Тот пояснил, то это не настоящая граната, а игрушка, муляж. Затем Б.М.И. сообщил в дежурную часть о происшедшем. Через несколько минут приехал наряд ГИБДД. Во время ожидания следственно-оперативной группы, слышал, как ФИО1 говорил, что он был в командировке в Чечне и оттуда привёз данную гранату. При осмотре следственно-оперативной группой в салоне автомобиля были обнаружены 3 патрона калибра 9 мм и 3 патрона калибра 5,45 мм, а также запчасти от гранаты. Перед проведением осмотра ФИО1 задали вопрос о наличии у него каких-либо боеприпасов и оружия, на что тот ответил, что никаких запрещённых предметов у него нет. О том, что он нашел патроны и предмет, похожий на гранату, у себя на крыльце в подъезде и везет их в отдел полиции, ФИО1 не говорил (т. 1, л.д. 209-211, т. 2, л.д. 124-126).

Согласно рапорту Б.М.И. от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был задержан ДД.ММ.ГГГГ в 04 часа 25 минут (т.1, л.д. 30).

Показаниями свидетеля О.В.Н. в судебном заседании, согласно которым на служебном автомобиле вместе с Б.М.И. двигались по 

<

адрес> на светофоре со стороны Б.М.И. к ним подъехал автомобиль 

<

данные изъяты> водитель которого П.А.Л. открыл окно и начал что-то выкрикивать. Между Б.М.И. и ФИО1 состоялся какой-то диалог, подробностей которого О.В.Н. не слышал, так как следил за дорогой. Б.М.И. указал ФИО1, чтобы тот припарковался на обочине дороги. Когда подошли, ФИО1 стал выходить из автомобиля, и у него выпало удостоверение. Б.М.И. увидел на переднем сиденье автомобиля предмет, похожий на гранату, по поводу которого ФИО1 пояснил, что это муляж, чтобы колоть орехи. Граната находилась в собранном виде. Б.М.И. рассказал О.В.Н., что, со слов ФИО1 ему известно, что тот привез гранату из Чечни. От ФИО1 исходил запах алкоголя. На место вызвали сотрудников ГИБДД и следственно-оперативную группу, перекрыли движение.

Показаниями свидетеля П.А.С., согласно которым она находилась на дежурстве в составе следственно-оперативной группы в качестве дознавателя, когда около 05-06 часов поступил вызов на перекресток 

<

адрес> где сотрудниками вневедомственной охраны был задержан автомобиль «УАЗ», на переднем сиденье которого был обнаружен предмет, похожий на гранату. На место происшествия был вызван взрывник Росгвардии, который, осмотрев автомобиль, пояснил, что предмет, находящийся в нём, угрозы не представляет. Затем она приступила к осмотру автомобиля с участием понятых. ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения. Перед осмотром автомобиля ему был задан вопрос о наличии в автомобиле других запрещенных в обороте предметов. Тот пояснил, что кроме предмета, похожего на гранату, в автомобиле ничего нет. По поводу гранаты ФИО1 пояснял, что привез её из Чечни. В ходе осмотра в автомобиле П.А.С. были обнаружены 3 патрона калибра 9 мм, и 3 патрона калибра 5,45 мм, по поводу которых ФИО1 какие-либо пояснения давать отказался. О том, что он намеревался выдать гранату и патроны полиции, ФИО1 ничего не говорил. В протоколе осмотра автомобиля в качестве участника он не был указан, так как находился в нетрезвом состоянии, вел себя агрессивно.

Показаниями свидетеля З.А.Р.о., данными в ходе предварительного расследования, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ около 06 часов дознаватель П.А.С. попросила его и М.А.М.о принять участие в качестве понятых при осмотре автомобиля 

<

данные изъяты> припаркованного на перекрестке улиц ФИО2 

<

адрес>. В ходе осмотра были обнаружены и изъяты шесть патронов и предмет, похожий на гранату. Патроны были изъяты из кармана задней двери. Места изъятия предмета, похожего на гранату, не помнит. Все изъятое было упаковано и опечатано. Он и М.А.М.о расписались на пояснительных записках. Водитель, который управлял автомобилем «

<

данные изъяты> как показалось З.А.Р.о., находился в состоянии алкогольного опьянения, и также присутствовал при осмотре. Действия сотрудников полиции водитель не комментировал, а, молча, наблюдал за происходящим. В их присутствии водитель по поводу того, откуда в его автомобиле боеприпасы, ничего не пояснял. О том, что нашел патроны и предмет, похожий на гранату, водитель не говорил. Куда их вез и с какой целью, не сообщал (т. 2, л.д. 115-116).

Показаниями свидетеля Н.А.Л. в судебном заседании, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ он оказывал помощь дознавателю в производстве обысков, проведенных в жилище и гаражах ФИО1 Тот вел себя агрессивно, был в состоянии алкогольного опьянения. По поводу изъятых боеприпасов ФИО1 ничего не пояснял и о том, что хотел выдать их сотрудникам полиции, не говорил.

Протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому был осмотрен автомобиль марки 

<

данные изъяты> расположенный на тротуаре, на перекрестке 

<

адрес>. На переднем пассажирском сиденье справа обнаружен предмет, внешне схожий с гранатой, имеющий надпись «РГД-5 11 И 11 Т», ударный механизм гранаты с предохранительной чекой с номерным обозначением «192-83 УЗРГМ-2 У3ЧП». На полу перед сиденьем обнаружена пластиковая бутылка пива «Чешское», ёмкостью 1,5 литра. В пластиковом кармане задней левой двери автомобиля обнаружены три патрона калибра 9 мм, серии «539 92», три патрона калибра 5,45х39 мм, серии «539 88» (т. 1, л.д. 31-45).

Справкой об исследовании № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой представленные на исследование 3 предмета являются 5,45 мм патронами – боеприпасами к огнестрельному оружию, изготовлены промышленным способом и предназначены для стрельбы из боевого ручного стрелкового нарезного огнестрельного оружия калибра 5,45 мм, для стрельбы пригодны; 3 предмета являются 9 мм патронами – боеприпасами к огнестрельному оружию, изготовлены промышленным способом и предназначены для стрельбы из боевого ручного стрелкового нарезного огнестрельного оружия калибра 9 мм, для стрельбы пригодны (т. 1, л.д. 47).

Заключением специалиста №-В от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому представленные на исследование предметы являются промышленно изготовленной ручной гранатой РГД-5, а также изготовленной промышленным способом механической частью унифицированного запала для ручных гранат модернизированного УЗРГМ-2. Граната РГД-5 является боеприпасом. Механическая часть запала боеприпасом не является (т. 1, л.д. 49-57).

Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому 2 патрона калибра 5,45 мм являются автоматными патронами, предназначены для стрельбы из автоматов АК-74, АКС74М и т.п.; 2 патрона калибра 9 мм являются пистолетными патронами, предназначены для стрельбы из пистолетов ПМ, АПС, пистолета-пулемета КЕДР и т.

<

адрес> изготовлены заводским способом, к стрельбе пригодны (т. 1, л.д. 90-93).

Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в смывах из гранаты РГД-5, обнаружены следовые количества тротила – бризантного взрывчатого вещества (т. 1, л.д. 128-129).

Заключением эксперта №-В от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому представленные на исследование объекты являются промышленно изготовленной ручной гранатой РГД-5 и промышленно изготовленной механической частью запала УЗРГМ-2. Граната РГД-5 является боеприпасом, и не является взрывным устройством. Механическая часть запала УЗРГМ-2 боеприпасом или взрывным устройством не является. Граната РГД-5 на момент исследования исправна и пригодна для использования по назначению. В запале УЗРГМ-2 отсутствует сам запал, вследствие чего он не пригоден для использования по назначению (т. 1, л.д. 136-144).

Показаниями эксперта П.Р.В., данными в ходе предварительного расследования, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ он произвел судебную баллистическую экспертизу по данному уголовному делу. В ходе проведения экспертизы установлено, что два патрона калибра 5,45 мм являются автоматными патронами, предназначены для стрельбы из автоматов № и т.п., два патрона калибра 9 мм являются пистолетными патронами, предназначены для стрельбы из пистолетов ПМ, АПС, пистолета-пулемета Кедр и т.п. Патроны изготовлены заводским способом, к стрельбе пригодны. Кроме того, установлено, что два патрона калибра 5,45 мм и два патрона калибра 9 мм относятся к категории боеприпасов для нарезного огнестрельного оружия. Выводы, указанные в справке об исследовании № от ДД.ММ.ГГГГ, о том, что патроны калибра 9 мм предназначены для стрельбы из следующих видов боевого стрелкового нарезного огнестрельного оружия калибра 9 мм: пистолетов конструкции ФИО3, АПС, РА-63, Р-64, РK-59, пистолетов-пулемётов «Кипарис», ПП-90, выводам, указанным в заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ в части видов оружия, для которого предназначены патроны калибра 9 мм, не противоречат, поскольку пистолет-пулемет «Кедр» и пистолет-пулемет «Кипарис» предназначены для производства выстрелов патронами одного калибра, 9 мм (т. 2, л.д. 110-111).

Информационным письмом начальника отделения лицензионно-разрешительной работы Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Красноярскому краю, согласно которому по данным базы СЦУО АИПС «Оружие МВД» ОЛРР Управления Росгвардии по Красноярскому краю, ФИО1, 

<

данные изъяты> является владельцем огнестрельного оружия ограниченного поражения «Лидер ТТ», калибр 10*22 серия №, имеет разрешение серии РОХа №, выданное ДД.ММ.ГГГГ ОМВД России по городу Норильску, сроком действия до ДД.ММ.ГГГГ. Владельцем гражданского оружия с нарезным стволом не являлся (т. 2, л.д. 109).

Таким образом, давая оценку вышеуказанным доказательствам, суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными, поскольку все они имеют отношение к установлению обстоятельств совершенного ФИО1 преступления, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Все доказательства в отдельности подтверждаются другими фактическими данными и согласуются между собой. Кроме того, в своей совокупности они являются достаточными для признания подсудимого виновным в совершении указанного преступления и постановления в отношении него обвинительного приговора.

При этом в качестве доказательств стороной защиты представлены показания свидетелей Д.А.О. и Ч.А.П., а также протокол проверки показаний ФИО1 на месте от ДД.ММ.ГГГГ (т. 2, л.д. 18-23).

Так, согласно показаниям свидетеля Д.А.О., около 04-х часов ДД.ММ.ГГГГ ему позвонил ФИО1 и попросил приехать на перекресток улиц ФИО2 и Орджоникидзе, пояснив, что его задержали. Д.А.О. позвонил Ч.А.П. и сообщил ему о задержании ФИО1 Когда приехал на указанное ФИО1 место, увидел припаркованный автомобиль «

<

данные изъяты> а также служебные автомобили вневедомственной охраны и ДПС. ФИО1 рассказал ему и Ч.А.П. о том, что, выходя из дома, обнаружил боеприпасы, но какие именно, не сообщил. ФИО1 также пояснил, что ехал в отдел полиции, расположенный по улице Бегичева, чтобы сдать эти боеприпасы. Д.А.О. видел, как на место приехали дознаватель-женщина и другие сотрудники правоохранительных органов. Двое сотрудников в масках и один без маски осматривали автомобиль, всё из него вытаскивали, и в том числе, достали из автомобиля патроны и гранату, которые положили на лист бумаги. Дознаватель и ФИО1 при осмотре не присутствовали, к машине не подходили. Понятых при осмотре не было. ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения не находился. Если бы это было так, заметил бы.

Согласно показаниям свидетеля Ч.А.П. около 04-04.30 часов ДД.ММ.ГГГГ ему позвонил Д.А.О., сообщивший о задержании ФИО1 Когда приехал на место, увидел, что на тротуаре автомобиль ФИО1. «

<

данные изъяты> автомобили охраны и ДПС. ФИО1 рассказал ему и Д.А.О., что направлялся на автомобиле в отдел полиции, расположенный по ул. Бегичева, чтобы сдать найденные им в подъезде боеприпасы, но его остановили. Данные пояснения ФИО1 делал в присутствии сотрудников полиции, которые должны были это слышать. Затем Ч.А.П. наблюдал, как двое сотрудников в масках и один без маски производили досмотр автомобиля, достали из него предметы, похожие на патроны и гранату, и положили их на листы бумаги формата А 4. Возле автомобиля ФИО1 и дознавателя не видел ни разу. Понятых при осмотре не было. Видел, что дознаватель в служебном автомобиле что-то писала, возможно, что протокол. У ФИО1 признаков опьянения не заметил.

Давая оценку показаниям свидетелей Д.А.О. и Ч.А.П. в части непроведения дознавателем осмотра автомобиля ФИО1, отсутствия при осмотре понятых, обстоятельствах осмотра автомобиля и, в том числе, должностных лицах, его проводивших, высказанных подсудимым намерениях выдать боеприпасы, суд находит их недостоверными, поскольку они опровергаются совокупностью вышеуказанных доказательств, и, кроме того, продиктованы желанием данных свидетелей помочь ФИО1 избежать уголовной ответственности за содеянное, поскольку оба свидетеля являются бывшими сослуживцами подсудимого, вследствие чего в силу сложившихся между ними личных отношений имеют заинтересованность в исходе дела в его пользу.

Доводы защитника о том, что осмотр автомобиля фактически был проведен другими сотрудниками полиции, а не дознавателем П.А.С., протокол не содержит указания на участие в осмотре ФИО1, на разъяснение его прав и сделанных им заявлений, вследствие чего является недопустимым доказательством, суд признает несостоятельными, поскольку в судебном заседании совокупностью вышеуказанных доказательств, признанных судом достоверными, установлены иные фактические обстоятельства.

Так, судом установлено, что указанный протокол осмотра составлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, уполномоченным должностным лицом, с указанием сведений о его участниках, в числе которых ФИО1 не состоит. 

Таким образом, отсутствие в протоколе сведений о разъяснении ФИО1 его прав и сделанных им заявлениях, в свою очередь, также свидетельствует о том, что участником данного следственного действия он не являлся. 

Фактическое присутствие ФИО1 при производстве осмотра основанием для признания подсудимого участником данного следственного действия не является, поскольку принятие данного решения в силу положений, установленных ст. 41 УПК РФ, относится к исключительной компетенции дознавателя. 

Отсутствие в протоколе осмотра места происшествия подписей взрывника Росгвардии и оперуполномоченного Дарниченко, указанных в качестве его участников, с учетом наличия подписей лица его составившего, а также понятых и эксперта, само по себе основанием для признания данного протокола недопустимым доказательством не является, ход и результаты осмотра под сомнение не ставит.

Факт проведения осмотра автомобиля с участием понятых, помимо показаний дознавателя П.А.С. и понятого З.А.Р.о. объективно подтверждается имеющимся в материалах дела и исследованным в судебном заседании протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, содержание которого удостоверено подписями его участников: дознавателя, эксперта и понятых. 

Доводы защитника о том, что осмотр автомобиля был проведен другими лицами, а не дознавателем, суд отвергает как несостоятельные, поскольку они опровергаются вышеуказанными доказательствами, и в том числе, показаниями свидетелей П.А.С. и З.А.Р.о., а также самим протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому данное следственное действие произведено дознавателем П.А.С.

Факт предварительного осмотра обнаруженной в автомобиле ФИО1 взрывником Росгвардии № гранаты РГД-5 при установленных в судебном заседании обстоятельствах являлся необходимым условием обеспечения безопасности участников данного следственного действия, и основанием для признания составленного по его результатам протокола в качестве недопустимого доказательства не является.

Протокол проверки показаний ФИО1 на месте от ДД.ММ.ГГГГ, в котором подсудимый указал на место обнаружения им боеприпасов – тамбур четвертого подъезда дома 

<

адрес>, вышеуказанных доказательств совершения подсудимым инкриминируемого ему преступления не опровергает, и о его невиновности не свидетельствует.

Доводы защитника о том, что в заключении эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ отсутствует указание на то обстоятельство, что изъятые у П.А.Л. патроны являются боеприпасами, основанием для оправдания подсудимого не является, так как данное обстоятельство установлено другими исследованными в судебном заседании доказательствами, и в частности выводами, содержащимися в справке об исследовании № от ДД.ММ.ГГГГ, а также показаниями эксперта П.Р.В.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО1 действовал в состоянии крайней необходимости, признаются несостоятельными, поскольку они носят надуманный характер, являются результатом неверного истолкования соответствующих норм уголовного закона, никакими доказательствами в судебном заседании объективно не подтверждены, и расцениваются судом как направленные на избежание подсудимым уголовной ответственности за совершенное преступление.

Согласно примечанию к ст. 222 УК РФ, лицо, добровольно сдавшее предметы, указанные в настоящей статье, освобождается от уголовной ответственности по данной статье.

Исследованными судом доказательствами, оценка достоверности которых приведена выше, факт добровольной сдачи подсудимым вышеуказанных боеприпасов, а также совершение им каких-либо действий, направленных на их добровольную сдачу, не установлен, вследствие чего оснований для освобождения ФИО1 от уголовной ответственности в соответствии с указанным примечанием не имеется. 

Вследствие изложенного, вопреки позиции стороны защиты, суд приходит к выводу об отсутствии каких-либо оснований для оправдания ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении и квалифицирует совершенное им деяние по части 1 статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации – незаконное хранение боеприпасов (за исключением гражданского огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия, его основных частей и патронов к нему).

При этом, соглашаясь с государственным обвинителем, суд полагает необходимым исключить из обвинения квалифицирующий признак незаконной перевозки ФИО1 указанных боеприпасов, так как обвинение ему в этом фактически не предъявлено, поскольку указания на время, место, способ, а также на другие, имеющие значение для дела обстоятельства, не содержит. 

<

данные изъяты>

С учетом указанных сведений, а также адекватного поведения и речевого контакта ФИО1 в судебном заседании, правильного восприятия им обстановки, у суда сомнений в психическом состоянии подсудимого не возникло, вследствие чего суд признает его по отношению к инкриминируемому деянию вменяемым и подлежащим уголовному наказанию. 

Каких-либо оснований для постановления приговора без назначения наказания или освобождения от него в судебном заседании не установлено.

Разрешая вопрос о назначении подсудимому наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, его личность, состояние здоровья, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих обстоятельств, влияние наказания на исправление ФИО1

<

данные изъяты> 

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд признает:

- в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ: состояние здоровья ввиду имеющегося хронического заболевания, а также последствий перенесенных операций, наличие государственной и иных наград, а также то обстоятельство, что он является ветераном боевых действий и ветераном труда, имеет многочисленные почетные грамоты и благодарственные письма.

Вместе с тем, с учетом фактических обстоятельств и степени общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, оснований для изменения его категорий на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ суд не усматривает.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением подсудимого во время и после его совершения, а равно других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, судом не установлено, вследствие чего оснований для применения положений, предусмотренных ст. 64 УК РФ, суд не находит.

В целях восстановления социальной справедливости, исправления ФИО1 и предупреждения совершения им новых преступлений, суд приходит к выводу о необходимости назначения ему наказания в виде лишения свободы, так как, по убеждению суда, именно такое наказание будет отвечать его целям, соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности подсудимого, с учетом которых, а также наличия смягчающих и отсутствия отягчающих обстоятельств, суд полагает возможным исправление ФИО1 без реального отбывания им лишения свободы, считая его условным, с установлением испытательного срока, в течение которого он должен доказать свое исправление, а также без назначения ему дополнительного наказания в виде штрафа.

Кроме того, с учетом возраста, трудоспособности и состояния здоровья ФИО1 суд полагает необходимым возложить на него исполнение способствующих его исправлению обязанностей.

В то же время с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления и личности подсудимого, вопреки предложениям государственного обвинителя, суд не находит оснований для назначения ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами в соответствии с положениями, установленными ч. 3 ст. 47 УПК РФ, учитывая при этом, что совершенное им преступление в какой-либо причинно-следственной связи с фактом управления им транспортным средством не состоит.

Мера пресечения в отношении подсудимого в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу подлежит оставлению без изменения, а по вступлении его в законную силу – отмене.

В соответствии с положениями, установленными Федеральным законом от 13.12.1996 N 150-ФЗ «Об оружии», п.п. 2, 58 Инструкции от 18.10.1989 «О порядке изъятия, учета, хранения и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами предварительного следствия, дознания и судами», предметы, запрещенные к обращению, подлежат передаче в соответствующие учреждения или уничтожаются. 

В соответствии с положениями, установленными параграфом 18 данной Инструкции, после разрешения дела оружие, пули, гильзы и патроны, признанные вещественными доказательствам, должны направляться в распоряжение соответствующего органа внутренних дел, который в установленном порядке принимает решение об их уничтожении или реализации, либо использовании в надлежащем порядке.

Таким образом, разрешая вопрос о судьбе вещественных доказательств, суд приходит к выводу о том, что в силу требований, установленных ч. 3 ст. 81 УПК РФ, находящиеся в камере хранения огнестрельного оружия и боеприпасов ОМВД России по городу Норильску три пули и три гильзы из-под патронов 9 мм, три пули и три гильзы из-под патронов 5,45 мм, граната РГД-5, запал УЗРГМ-2, травматический пистолет Лидер ТТ, два магазина, два патрона 10х32т, гильза 10х32т, сигнальное устройство СПШ 44, сигнальный патрон к.26 мм, – подлежат оставлению 

<

данные изъяты> для определения их дальнейшей судьбы в соответствии с положениями Федерального закона от 13.12.1996 № 150-ФЗ «Об оружии» и Инструкции от 18.10.1989; два видеорегистратора, фальшфайер, карта Сбербанка – подлежат возвращению ФИО1; 80 полимерных заготовок, нагрудный знак сотрудника полиции – подлежат оставлению в ОМВД России по городу Норильску для определения их дальнейшей судьбы; смывы из корпуса гранаты РГД-5 подлежат уничтожению.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 299, 303, 304, 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 1 (один) год.

На основании статьи 73 Уголовного кодекса Российской Федерации назначенное наказание считать условным с испытательным сроком 1 (один) год, обязав ФИО1 встать на учёт в специализированном государственном органе, осуществляющем контроль за поведением условно осужденных.

Возложить на ФИО1 обязанности: не менять постоянное место жительства (пребывания), а также не покидать пределы территории соответствующего муниципального образования по месту своего жительства (пребывания) без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных; являться в этот орган на регистрацию 1 (один) раз в месяц в установленные им дни.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения, а по вступлении его в законную силу – отменить.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства: три пули, три гильзы из-под патронов 9 мм, три пули, три гильзы из-под патронов 5,45 мм, гранату РГД-5, запал УЗРГМ-2, травматический пистолет Лидер ТТ, два магазина, два патрона 10х32т, гильзу 10х32т, сигнальное устройство СПШ 44, сигнальный патрон к.26 мм, 80 полимерных заготовок, нагрудный знак сотрудника полиции – оставить в 

<

данные изъяты>; два видеорегистратора, фальшфайер, карту Сбербанка – возвратить ФИО1; смывы из корпуса гранаты РГД-5 – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Красноярского краевого суда через Норильский городской суд Красноярского края в течение десяти суток со дня его постановления.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии и участии защитника в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должен указать в апелляционной жалобе. 

В случае подачи апелляционного представления или апелляционной жалобы иными лицами, о своем участии и участии защитника в заседании суда апелляционной инстанции осужденный должен указать в отдельном ходатайстве либо в возражениях на представление или жалобу в течение десяти суток со дня вручения ему копии представления или жалобы.

Председательствующий И.А. Злобин