Дело №2а-594/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

08 июля 2019 года г. Троицк

Троицкий городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего: Панасенко Е.Г.,

при секретаре: Таранюк А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 о признании незаконным и отмене решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №15 по Челябинской области о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 14 декабря 2018 года,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением о признании незаконным и отмене решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №15 по Челябинской области (Межрайонная ИФНС России №15 по Челябинской области) от 14 декабря 2018 года № о привлечении его к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренного ч.3 ст. 122 Налогового кодекса Российской Федерации (НК РФ) в виде штрафа в размере 4 680 000 руб., доначислении налога на доходы физических лиц (НДФЛ) за 2014 год в размере 11 700 000 руб. и начисления пени в размере 4 359 5170 0 руб.

В обоснование требований указал, что Межрайонной ИФНС России №15 по Челябинской области в отношении него проведена выездная налоговая проверка по вопросам соблюдения законодательства о налогах и сборах за период с 01 января 2014 года по 31 декабря 2016 года. 

По результатам выездной налоговой проверки Межрайонной ИФНС России №15 по Челябинской области составлен акт № от 28 сентября 2018 года и вынесено обжалуемое решение, в котором налоговым органом сделаны выводы о том, что административным истцом не исчислен и не уплачен налог на доходы физических лиц с дохода в сумме 90 000 000 руб., полученного в декабре 2014 года. Доначислен НДФЛ за 2014 год в сумме 11 700 000 руб. За занижение налоговой базы и несовременную уплату налога ФИО1 привлечен к налоговой ответственности в виде штрафа по п. 3 ст. 122 НК РФ, п. 1 ст. 113 НК РФ в сумме 4 680 000 руб., кроме того начислены пени в сумме 4 359 517, 50 руб. 

Решением от 01 марта 2019 года № Управлением Федеральной налоговой службы России по Челябинской области (УФНС России по Челябинской области) апелляционная жалоба налогоплательщика оставлена без удовлетворения, решение Межрайонной ИФНС России № 15 по Челябинской области от 14 декабря 2018 года № утверждено и вступило в силу.

С обжалуемым решением административный истец не согласен, считает его необоснованным по следующим основаниям. 

Межрайонная ИФНС России №15 по Челябинской области посчитала, что сумма 90 000 000 руб., полученная от ООО «Климовское» с назначением платежа «оплата по договору купли-продажи» от 20 декабря 2014 года не связана с исполнением сделки по договору купли-продажи КРС и лошадей, а является иным полученным доходом, с которого налоговый агент - ООО «Климовское» не удержал налог. Инспекция обосновывает вывод тем, что данные о реализации КРС и лошадей в отчетности, предоставленной в контролирующие органы ООО «Авангард - Агро», ООО «Климовское» отсутствуют, показания свидетелей противоречивы. 

Административный истец указывает, что нарушения законодательства о налогах и сборах физическим лицом им не допущены в связи со следующим. Оплату в сумме 90 000 000 руб., произведенную ООО «Климовское» за КРС, приобретенный у ФИО1 подтверждают договор купли - продажи от 20 декабря 2014 года, платежное поручение № от 24 декабря 2014 года, платежное поручение № от 29 декабря 2014 года, платежное поручение № от 31 декабря 2014 года, акт приема - передачи. 

В рамках выездной налоговой проверки были установлены следующие обстоятельства: до 2011 года КРС и лошади были в собственности у ООО «Авангард - Агро». В 2011 году КРС и лошади ООО «Авангард-Агро» проданы административному истцу, при этом скот фактического места пребывания не менял, за пределы района не перевозился, в связи с этим, ветеринарные свидетельства не выписывались, но данный скот на учете в ОГБУ «Уйская ветстанция» состоял. 

После приобретения ООО «Климовское» КРС и лошадей у ФИО1 по договору купли-продажи от 20 декабря 2014 года, скот по-прежнему находился по фактическому месту пребывания, то есть без изменения места содержания, что подтверждается протоколами допроса свидетелей, и протоколами осмотра территорий. У ООО «Климовское» заключен договор аренды с ООО «Авангард», в отчетности ООО «Авангард» КРС отражены как арендованный скот. Договор на оказание ветеринарных услуг был заключен арендатором, ветеринарное благополучие скота соблюдалось в соответствии с действующим законодательством. Факт наличия КРС и лошадей, в соответствии с заключенным договором, в ходе проведения выездной налоговой проверки налоговым органом установлен. 

Доказательств того, что КРС и лошади являются собственностью ООО «Авангард» или иных лиц инспекцией не добыто. Довод административного ответчика о том, что отсутствие в договоре купли-продажи КРС и лошадей от 20 декабря 2014 года индивидуально-определенных признаков, характеризующих каждую единицу имущества, свидетельствует о том, что договоры купли-продажи от 20 декабря 2014 года и от 01 марта 2011 года являются незаключенными, не опровергает факт приема-передачи имущества и его оплаты.

Указал, что факт заключения договора купли-продажи КРС и лошадей основан, в том числе и на п. 3 ст.438 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), путем согласования его условий в спецификации №1 к договору от 20 декабря 2014 года, содержащей существенные условия: количество и наименование имущества, которое было передано административным истцом и акцептован ООО «Климовское» посредством совершения конклюдентных действий, т.е. фактических действий по приему имущества и последующей его оплаты. 

Считает вывод административного ответчика о том, что сумма 90 000 000 руб., полученная ФИО1 от ООО «Климовское» с назначением платежа «оплата по договору купли-продажи от 20 декабря 2014 года» не связана с исполнением сделки по купле-продаже КРС и лошадей, а является иным полученным доходом, с которого налоговый агент - ООО «Климовское» не удержал налог, противоречит фактическим обстоятельствам и ст. 438 ГК РФ, следовательно, является незаконным.

Просит признать незаконным и отменить решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №15 по Челябинской области о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 14 декабря 2018 года (том 1 л.д. 4-8). 

В судебном заседании административный истец ФИО1 участвовал, заявленные требования поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить. 

Представители административного ответчика Межрайонной ИФНС России №15 по Челябинской области - ФИО2, действующий на основании доверенности от 11 февраля 2019 года № (том 1 л.д. 112), представивший диплом о высшем юридическом образовании (том 1 л.д. 113); ФИО3, действующая на основании доверенности от 24 декабря 2018 года № (том 2 л.д. 22), представившая диплом о высшем юридическом образовании (том 2 л.д. 23, 24) в судебном заседании участвовали, просили в удовлетворении заявленных требований, представили письменные возражения относительно доводов, изложенных ФИО1 в административном исковом заявлении (том 2 л.д. 25-30).

Выслушав объяснения административного истца, представителей административного ответчика, специалистов Межрайонной ИФНС России №15 по Челябинской области ФИО4 - начальника отдела выездных проверок, ФИО5- главного государственного налогового инспектора, исследовав доказательства, суд решил административные исковые требования удовлетворить по следующим основаниям. 

В соответствии с ч.1 ст. 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (КАС РФ) гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов (ч.1 ст. 219 КАС РФ).

Согласно ч. 9 ст. 226 КАС РФ, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет:

1)нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление;

2)соблюдены ли сроки обращения в суд;

3)соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих:

а)полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия);

б)порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен;

в)основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами;

4)соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

Основанием к удовлетворению административного искового заявления может служить нарушение требований законодательства хотя бы по одному из оснований, свидетельствующих о незаконности принятых решений, совершенных действий (бездействия).

На основании ч. 2 ст. 15 Конституции РФ органы государственной власти, органы местного самоуправления, должностные лица, граждане и их объединения обязаны соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы.

Согласно Конституции РФ каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы (ст. 57); федеральные налоги и сборы находятся в ведении Российской Федерации (п. «з» ст. 71); система налогов, взимаемых в федеральный бюджет, и общие принципы налогообложения и сборов в Российской Федерации устанавливаются федеральным законом (ч.3 ст. 75).

Вместе с тем Конституционный Суд РФ подчеркнул, что согласно ранее выраженной им в Постановлении от 27 апреля 2001 года № 7-П правовой позиции, которая в полной мере может быть распространена на сферу налоговых правоотношений, федеральный законодатель, осуществляя соответствующее правовое регулирование, обязан, по смыслу ст. 8 (ч. 1), 19 (ч. 1 и 2) и 34 (ч. 1) Конституции РФ, исходить не только из публичных интересов государства, связанных с его экономической безопасностью, но и из частных интересов физических и юридических лиц как субъектов гражданских правоотношений и внешнеэкономической деятельности.

При этом необходимо учитывать, что Конституция РФ, гарантируя каждому свободу экономической деятельности (ч.1 ст. 8), а также право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (ч.1 ст. 34) на основе юридического равенства (ч. 1 и 2 ст.19), предопределяет тем самым правовое положение участников гражданского оборота, реализующих свои права в соответствии с имеющими конституционное значение принципами гражданского законодательства, предполагающими равенство, автономию воли и имущественную самостоятельность участников гражданско-правовых отношений, недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, с тем чтобы соблюдалась соразмерность между требованиями интересов общества и необходимыми условиями защиты основных прав личности и обеспечивался баланс конституционно защищаемых ценностей.

Кроме того, Конституция РФ гарантирует каждому свободу экономической деятельности, включая свободу договоров, право иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами, признание и защиту указанных прав и свобод, в том числе судебную защиту, реализуемую на основе равенства всех перед законом и судом (ч. 1, 2 ст. 35, ч. 1 ст. 45, ч. 1 ст. 46).

Из указанных положений Конституции РФ, вытекает требование о необходимости соотнесения принадлежащего лицу права собственности с правами и свободами других лиц, которое означает в том числе, что собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, если они не противоречат закону и иным правовым актам и не нарушают права и законные интересы других лиц (постановление Конституционного Суда РФ от 22 апреля 2011 года № 5-П).

Из решения № от 14 декабря 2018 года усматривается, что ООО «Климовское» 01 апреля 2015 года представило справку 2-НДФЛ за 2014 год на ФИО1 с указанием полученного дохода (код 4800 «иные доходы») в размере 90 000 000 руб. с суммой исчисленного налога на доходы физических лиц 11 700 000 руб., но неудержанного. Далее 11 ноября 2015 года представлено уточненная справка с кодом 1520 «доход от реализации иного имущества» и ранее представленная справка 2-НДФЛ за 2014 год аннулирована. 

Межрайонной ИФНС России №15 по Челябинской области от ФИО1 30 октября 2015 года получено заявление, согласно которому он пояснил следующее: «В связи с получением 2014 года дохода в сумме 90 000 000 руб. сообщаю, что доход получен от реализации КРС, который приобретен мной в 2011 году, то есть в собственности более 3-х лет. Копии документов, подтверждающих факт продажи и покупки, прилагаю». Были приложены следующие документы:

договор купли-продажи имущества б/н от 01 марта 2011 года ООО «Авангард-Агро» с ФИО1 с приложением № от 01 марта 2011 года, актом приемки-передачи имущества № от 01 марта 2011 года;

договор купли-продажи б/н от 20 декабря 2014 года ФИО1 с ООО «Климовское» со спецификацией к договору от 20 декабря 2014 года, актом приемки-передачи имущества от 30 декабря 2014 года.

Согласно договору купли-продажи имущества б/н от 01 марта 2011 года о приобретении КРС и лошадей у ООО «Авангард-Агро» (приложение № от 01 марта 2011 года к договору) ФИО1 принял 1 344 гол. КРС, в том числе 78 бычков и меринов в количестве 14 голов. Согласно договору купли-продажи б/н от 20 декабря 2014 года (акт приема-передачи от 31 декабря 2014 года - приложение № к договору) передал ООО «Климовское»:

коровы черно-пестрой породы - 1 266 голов, ивой вес - 6 604,45 ц.;

лошади - 14 голов. 

Учитывая то, что получен доход от реализации иного имущества, находящегося в собственности более трех лет у ФИО1 отсутствовала обязанность в представлении налоговой декларации по форме 3-НДФЛ за 2014 год и исчислении налога.

Разрешая заявленные административные исковые требования, суд исходит из следующих обстоятельств.

В соответствии с п.1 ст. 82 НК РФ налоговым контролем признается деятельность уполномоченных органов по контролю за соблюдением законодательства о налогах и сборах в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Налоговый контроль проводится должностными лицами налоговых органов в пределах своей компетенции посредством налоговых проверок, получения объяснений налогоплательщиков, налоговых агентов и плательщиков сбора, плательщиков страховых взносов, проверки данных учета и отчетности, осмотра помещений и территорий, используемых для извлечения дохода (прибыли), а также в других формах, предусмотренных настоящим Кодексом.

Согласно п.3 ст. 88 НК РФ, если камеральной налоговой проверкой выявлены ошибки в налоговой декларации (расчете) и (или) противоречия между сведениями, содержащимися в представленных документах, либо выявлены несоответствия сведений, представленных налогоплательщиком, сведениям, содержащимся в документах, имеющихся у налогового органа, и полученным им в ходе налогового контроля, об этом сообщается налогоплательщику с требованием представить в течение пяти дней необходимые пояснения или внести соответствующие исправления в установленный срок.

Обнаружение и выявление налогового правонарушения, как следует из ст.ст. 31, 82 - 101 НК РФ, происходит в рамках налогового контроля и фиксируется при оформлении результатов налоговых проверок - выездных и камеральных. При выездной налоговой проверке итоговым актом налогового контроля и одновременно правоприменительным актом, которым возбуждается преследование за совершение налогового правонарушения, т.е. начинается процесс привлечения к ответственности за совершение налогового правонарушения, выступает акт проверки, который вручается проверяемому лицу и на который проверяемое лицо может представить свои возражения. Для оформления же результатов камеральной налоговой проверки акта налоговой проверки не требуется, и, следовательно, процесс привлечения к налоговой ответственности начинается в данном случае с соответствующего решения руководителя (заместителя руководителя), выносимого по материалам налоговой проверки.

Вместе с тем, по смыслу положений ст. 88 НК РФ, налоговый орган обязан информировать налогоплательщика об обнаруженных ошибках при заполнении документов и налоговых правонарушениях и требовать от него соответствующих объяснений до вынесения руководителем (заместителем руководителя) налогового органа решения о привлечении к налоговой ответственности. При этом право на представление своих возражений у налогоплательщика возникает с момента предъявления налоговым органом требования представить объяснения и документы, подтверждающие правильность исчисления и своевременность уплаты налогов, т.е. до принятия решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Право каждого на защиту своих прав и свобод всеми не запрещенными законом способами, закрепленное ст. 45 Конституции РФ, предполагает наличие гарантий, которые позволяли бы реализовать его в полном объеме и обеспечить эффективное восстановление в правах не только в рамках судопроизводства, но и во всех иных случаях привлечения к юридической ответственности. Применительно к налоговой ответственности одной из таких гарантий является вытекающее из ст. 24 (ч. 2) Конституции РФ право налогоплательщика знать, в чем его обвиняют, и представлять возражения на обвинения. Поэтому при определении процессуальных прав налогоплательщика при производстве дела в налоговых органах законодатель не может не предоставить ему право знать о появившихся у налогового органа претензиях, заявлять возражения против них, представлять доказательства незаконности или необоснованности принятого решения. Иное не соответствовало бы приведенным положениям Конституции Российской Федерации.

Как название, так и содержание ст. 101 НК РФ, регламентирующей процедуру привлечения налогоплательщика к налоговой ответственности, свидетельствуют о том, что ее положения распространяются на производство по делам о правонарушениях, выявленных в ходе как выездных, так и камеральных налоговых проверок. Следовательно, в силу пункта 1 данной статьи во взаимосвязи с п.2 ст. 88 НК РФ налоговый орган заблаговременно извещает налогоплательщика о дате и месте рассмотрения материалов не только выездной, но и камеральной проверки.

Межрайонная ИФНС России №15 по Челябинской области в возражениях приводит положения п.1 ст.41 НК РФ, из которых следует, что в соответствии с Налоговым кодексом Российской Федерации доходом признается экономическая выгода в денежной или натуральной форме, учитываемая в случае возможности ее оценки и в той мере, в которой такую выгоду можно оценить, и определяемая в соответствии с гл. «Налог на доходы физических лиц».

Указывают, что согласно п.1 ст. 210 НК РФ при определении налоговой базы по НДФЛ учитываются все доходы налогоплательщика, полученные им как в денежной, так и в натуральной формах. 

В ходе выездной налоговой проверки установлено, что налогоплательщиком в декабре 2014 года получен доход в размере 90 000 000 руб. в виде перечисленных от ООО «Климовское» денежных средств на лицевой счет ФИО1

ФИО1 вменено нарушение пп.4 п.1 ст.23, п.3 ст. 228, п.1 ст. 229 НК РФ за непредставление в налоговый орган налоговой декларации 3-НДФЛ за 2014 год по сроку представления 30 апреля 2015 года, за неуплату налога в бюджет.

Налоговый орган пришел к выводу, что указанные денежные средства в силу вышеперечисленных норм являются доходом налогоплательщика.

Таким образом, по смыслу взаимосвязанных положений п.п. 3 и 4 ст. 88 и п. 1 ст. 101 НК РФ, в случае обнаружения при проведении камеральной налоговой проверки налоговых правонарушений налоговые органы не только вправе, но и обязаны требовать от налогоплательщика представления объяснений и документов, подтверждающих правильность исчисления и своевременность уплаты налогов, а также заблаговременно уведомлять его о дате и месте рассмотрения материалов камеральной налоговой проверки руководителем (заместителем руководителя) налогового органа.

В ходе выездной проверки налоговым органом установлено, что представленные ФИО1 документы составлены формально посредством привлечения взаимозависимых и подконтрольных налогоплательщику организаций и их должностных лиц (ООО «Авангард-Агро», ООО «Климовское») с целью прикрытия вывода денежных средств в размере 90 000 000 руб. на счет ФИО1 и созданием искусственных условий для применения положений п. 17.1 ст. 217 НК РФ, позволяющих избежать уплаты налога с данной суммы. 

Необходимо отметить, что перечень и содержание документов, представленных налогоплательщиком налоговому органу, что в 2015 году, что в 2018 году не изменился. 

В данном случае налоговым органом были созданы условия, при которых исключительно избранный им вид налоговой проверки (камеральная или выездная) без каких-либо отличий в них (не с правовой, а с фактической стороны), по существу позволяет ему по собственному и формально неограниченному усмотрению производить пересмотр ранее принятого им по камеральной налоговой проверке решения, изменяя при этом исключительно правовую позицию о применяемых им нормах права, на формально законном основании добиваясь дополнительного начисления налога в размере, ранее не признаваемого за налогоплательщиком налоговым органом.

Однако, бездействие налогового органа в октябре 2015 года, выразившиеся в согласии с тем, что сумма в размере 90 000 000 руб. налогообложению не подлежит, в связи с тем, что ФИО1 доход получен от продажи иного имущества, находившегося в собственности налогоплательщика три года и более, повлекли для налогоплательщика негативные последствия.

Административный истец получение дохода не скрыл, в обоснование своих доводов говорил о том, что он доход получил, но доход получил от реализации иного имущества, находящегося в его собственности более трех лет.

ФИО1 исполнил обязанность по представлению объяснительной, документов, касающихся реализации КРС. 

По результатам анализа представленных документов, от Межрайонной ИФНС России №15 по Челябинской области в адрес налогоплательщика никаких требований не последовало, решений в его адрес не вынесено.

Налоговый орган на 30 октября 2015 года располагал информацией о налогоплательщике ФИО1, о его длительном участии в качестве учредителя в юридических лицах, основной деятельностью которых является выращивание зернобобовых культур; выращивание однолетних кормовых культур; разведение молочного крупного скота, производство сырого молока и прочие. 

Предмет и период, за который проведена налоговая проверка приведен в таблице № решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. Это налог на доходы физических лиц с 01 января 2014 года по 31 декабря 2016 года и налог на добавленную стоимость с 01 января 2014 года по 31 декабря 2016 года. 

В силу п. 6 ст. 108 НК РФ лицо считается невиновным в совершении налогового правонарушения, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке. Лицо, привлекаемое к ответственности, не обязано доказывать свою невиновность в совершении налогового правонарушения. Обязанность по доказыванию обстоятельств, свидетельствующих о факте налогового правонарушения и виновности лица в его совершении, возлагается на налоговые органы. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к ответственности, толкуются в пользу этого лица.

При этом, как разъяснено Конституционным Судом Российской Федерации в Определении от 25 июля 2001 года № 138-О, обязанность доказывания недобросовестности налогоплательщика возложена на налоговые органы.

Суд считает, что презумпция его добросовестности не преодолена, поскольку выводы, изложенные в обжалуемом решении более чем сомнительного свойства; являются противоречивыми, непоследовательными и бездоказательными. Налоговым органом не доказано, что доход в размере 90 000 000 руб. получен ФИО1 не от продажи КРС.

Административный ответчик ссылается на вступившие в законную силу судебные акты по делу №, которыми установлено отсутствие реальности хозяйственной операции по договору купли-продажи от 20 декабря 2014 года по приобретению КРС и лошадей на сумму 90 000 000 руб., а также установлено оформление сторонами фиктивного документооборота.

В возражениях на административное исковое заявление указано, что суды установили факт подконтрольности ФИО1 всех вышеперечисленных участников спорных операций.

По мнению налогового органа, факт отсутствия сделки по договору купли-продажи от 20 декабря 2014 года установлен и не подлежит доказыванию.

Однако с такой позицией налогового органа согласиться нельзя.

Из приведенных в оспариваемом решении налогового органа норм материального права следует, что обязанность по уплате, либо освобождение от уплаты налога возникает у налогоплательщика не в связи с подписанием гражданско-правовых сделок и документов к нему, а фактическим получением доходов.

Предметом настоящего спора является не оценка правомерности снижения налогооблагаемой базы ООО «Климовское», а проверка выводов налогового органа о получении ФИО1 налогооблагаемого дохода.

В соответствии со ст.4 Федерального закона от 06 декабря 2011 года №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» законодательство Российской Федерации о бухгалтерском учете состоит из настоящего Федерального закона, других федеральных законов и принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов.

Согласно ст.3 вышеназванного Федерального закона от 06 декабря 2011 года №402-ФЗ руководитель экономического субъекта - лицо, являющееся единоличным исполнительным органом экономического субъекта, либо лицо, ответственное за ведение дел экономического субъекта, либо управляющий, которому переданы функции единоличного исполнительного органа; факт хозяйственной жизни - сделка, событие, операция, которые оказывают или способны оказать влияние на финансовое положение экономического субъекта, финансовый результат его деятельности и (или) движение денежных средств.

В ст.5 Федерального закона от 06 декабря 2011 года №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» объектами бухгалтерского учета экономического субъекта являются:

1) факты хозяйственной жизни;

2) активы;

3) обязательства;

4) источники финансирования его деятельности;

5) доходы;

6) расходы;

7) иные объекты в случае, если это установлено федеральными стандартами.

В соответствии с ч.1 ст.6 Федерального закона «О бухгалтерском учете» экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет в соответствии с настоящим Федеральным законом, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

Статьей 9 Федерального закона от 06 декабря 2011 года №402-ФЗ установлено, что каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Обязательными реквизитами первичного учетного документа являются:

1) наименование документа;

2) дата составления документа;

3) наименование экономического субъекта, составившего документ;

4) содержание факта хозяйственной жизни;

5) величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения;

6) наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события;

7) подписи лиц, предусмотренных пунктом 6 настоящей части, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц.

Первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным - непосредственно после его окончания. Лицо, ответственное за оформление факта хозяйственной жизни, обеспечивает своевременную передачу первичных учетных документов для регистрации содержащихся в них данных в регистрах бухгалтерского учета, а также достоверность этих данных. Лицо, на которое возложено ведение бухгалтерского учета, и лицо, с которым заключен договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, не несут ответственность за соответствие составленных другими лицами первичных учетных документов свершившимся фактам хозяйственной жизни.

Выводы налогового органа о несоответствии действительности хозяйственных операций, проводимых в ООО «Авангард-Агро», ООО «Климвское» построены лишь на документальном анализе первичных документов. 

В ходе рассмотрения дела административным ответчиком наличие КРС и лошадей не отрицалось, отрицалась лишь их принадлежность административному истцу и их количество.

Материалы налоговой проверки не содержат инвентарных описей, инвентаризация не проводилась и налоговым органом.

Так, в соответствии с п.13 ст. 89 НК РФ при необходимости уполномоченные должностные лица налоговых органов, осуществляющие выездную налоговую проверку, могут проводить инвентаризацию имущества налогоплательщика, а также производить осмотр производственных, складских, торговых и иных помещений и территорий, используемых налогоплательщиком для извлечения дохода либо связанных с содержанием объектов налогообложения, в порядке, установленном статьей 92 настоящего Кодекса.

Порядок проведения инвентаризации имущества налогоплательщиков при выездной налоговой проверке устанавливает Приказ Минфина РФ № 20н, МНС РФ N ГБ-3-04/39 от 10 марта 1999 года.

Договорно-правовые отношения, состоявшиеся между ФИО1 и ООО «Климовкое» стали предметом исследования уголовного судопроизводства.

В постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела указано, что в ходе расследования уголовного дела получены сведения указывающие на фактическое приобретение ФИО1 КРС, а также совершения им дальнейшей сделки по его отчуждению. Доказательства об отсутствии сделок в ходе расследования уголовного дела и проведения проверки не получено, сведений о мнимости сделок по представленным ФИО1 договорам о приобретении КРС также не получено, таким образом, в настоящее время какие-либо доказательства об отсутствии оспариваемых сделок отсутствуют, при этом в соответствии со ст. 49 Конституции РФ и ст. 14 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого. 

Так, договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (п. 1 ст. 420 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абз. 1 ст. 431 ГК РФ).

Если правила, содержащиеся в ч. 1 настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон (абз. 2 ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Из решения № о привлечении ФИО1 к ответственности за совершение налогового правонарушения следует, что ФИО1 является учредителем ООО «Авангард-Агро», в ходе допроса ФИО1 показал, что скот, реализованный в ООО «Климовское» ране был приобретен у ООО «Авангаврд-Агро» в марте 2011 года за счет собственных средств, в счет погашения займа, предоставленного физическим лицом юридическому лицу. ООО «Авангард-Агро» произвели с ФИО1 расчет в полном объеме, путем продажи КРС.

То обстоятельство, что ФИО1 являясь учредителем ООО «Авангард-Агро» мог оказать влияние на условия или экономические результаты деятельности юридического лица достоверными доказательствами не подтверждены. 

Как отмечалось выше, фиктивный документооборот предполагает безупречное оформление хозяйственных операций, что в ходе налоговой проверки установлено не было.

Отсутствие в бухгалтерской отчетности информации о предоставленном ФИО1 займе ООО «Авангард-Агро» не может вменяться в вину физическому лицу. 

В силу норм Федерального закона от 08 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» учредитель напрямую участвует в учреждении юридического лица.

В марте 2011 года ФИО1 руководящие должности в ООО «Авангард-Агро» не занимал, соответственно, ответственность за оформление хозяйственных операций нести не должен.

Как пояснил ФИО1 решение о продаже КРС и лошадей принял с целью получения дохода и если бы налоговый орган в 2015 году указал на нарушения порядка налогообложения полученной от продажи суммы, то исполнил бы, возложенные на него налоговым законодательством обязанность: по сдаче налоговой декларации, об определении налогооблагаемой базы. 

Анализируя договор, заключенный между ФИО1 и ООО «Климовское» от 20 декабря 2014 года, с учетом доводов налогового органа, суд считает необходимым отметить следующее.

Из вышеуказанного договора усматривается, что в собственности ФИО1 имеется крупный рогатый скот и его количество соответствует количеству, указанному в договоре. Доказательств, свидетельствующих о невозможности исполнения обязательств способом, указанным в договоре, материалы административного дела мне содержат.

Доводы налогового органа об отсутствии идентификации подлежащего передаче крупного рогатого скота судом отклоняются, поскольку материалами административного дела подтверждается наличие данного имущества у ответчика в количестве, достаточном для исполнения принятых на себя обязательств. При этом из существа достигнутого соглашения от 20 декабря 2014 года следует, что определяющее значение для его исполнения были не конкретные животные, а их количество и стоимость, соглашение по которым между сторонами имеется. 

Ссылка административного ответчика на Постановление Государственного комитета Российской Федерации по статистике от 29 сентября 1997 года № 68, которое связано с утверждением унифицированных форм первичной учетной документации по учету сельскохозяйственной продукции и зерна, а также на положения Закона РФ «О ветеринарии» несостоятельна, поскольку указанными нормативными правовыми актами правоотношения сторон, в которых выступает физическое лицо, не регулируются.

Таким образом, в действиях налогоплательщика ФИО1, собственника КРС и лошадей, не усматривается получение прибыли в виде арендных платежей, реализации мясо, молока.

Стороны достигну соглашения по всем существенным условиям договора аренды, купли-продажи претензий друг к другу не имели. 

Налоговым органом не представлено доказательств отсутствия у ФИО1 имущества в том количестве, которое он реализовал по договору купли-продажи от 20 декабря 2014 года. 

Денежные средства от реализации КРС открытым способом были перечислены ему на расчетный счет, умысла на сокрытие дохода он не имел.

Факт владения имуществом более трех лет налоговым органом не оспаривается, что дает ему право применить имущественный вычет в соответствии с п. 17.1 ст. 217 НК РФ, не представлять налоговую декларацию по форме 3-НДФЛ, не исчислять НДФЛ.

КРС и лошади фактически имелся в наличии, что никем не оспорено, его наличие отражено в бухгалтерской, статистической отчетности, в отчетности в Министерство сельского хозяйства Челябинской области. 

В ходе выездной налоговой проверки налоговым органом не использовано право на проведение инвентаризации, сверки фактического наличия КРС и лошадей с данными бухгалтерского учета.

В ходе рассмотрения административного дела установлено, что ни со стороны ФИО1, ни со стороны представителей ООО «Климовское» препятствий для проведения инвентаризации не было.

В соответствии с ч. 11 ст. 226 КАС РФ обязанность по доказыванию обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого решения органа государственной власти, соответствия оспариваемого решения нормативным правовым актам возложена на орган, принявший это решение.

Доказательств совершения ФИО1 налогового правонарушения, как того требуют вышеприведенные нормы, налоговым органом в судебное заседание представлено не было.

При этом административный истец в соответствии со ст. 23 НК РФ доказал наличие тех обстоятельств, которые свидетельствуют об отсутствии у него недоимки по уплате налога.

Процессуальный срок обращения с заявлением в суд, установленный ч.1 ст. 219 КАС РФ, административным истцом соблюден. 

Руководствуясь ст.ст. 175-180, 227 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

Признать незаконным и отменить решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №15 по Челябинской области от 14 декабря 2018 года о привлечении ФИО1 к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренного ч.3 ст. 122 Налогового кодекса Российской Федерации в виде штрафа в размере 4 680 000 руб., доначислении налога на доходы физических лиц за 2014 год в размере 11 700 000 руб., начисления пени в размере 4 359 517 руб. 50 коп.

Решение может быть обжаловано в течение месяца в Челябинский областной суд через Троицкий городской суд Челябинской области

Председательствующий: