Дело № 2-6235/18

РЕШЕНИЕ

 

именем Российской Федерации

06 ноября 2018 года г. Петропавловск-Камчатский

Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе:

председательствующего судьи Сказиной Ю.О.,

при секретаре Жданове К.С.,

с участием:

представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (публичное акционерное общество) о признании договора купли-продажи простого векселя недействительным, применении последствий недействительности сделки, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском к «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (публичное акционерное общество) (далее по тексту – ПАО «АТБ», Банк) о защите прав потребителей. В обоснование заявленных требований сослалась на то, что 09 февраля 2018 года она (покупатель) и ПАО «АТБ» (продавец) подписали договор № купли-продажи простых векселей. Согласно п. 1.1 данного договора продавец обязуется передать в собственность покупателю простой вексель: ООО «ФТК» (векселедатель), серия №, вексельная сумма 11 087 246 рублей 93 копейки, дата составления 09 февраля 2018 года, стоимостью 10 773 000 рублей. Согласно п. 2.3 договора продавец обязуется передать, а покупатель принять векселя, указанные в п. 1.1 договора, в дату 09 февраля 2018 года, после поступления денежных средств на счет продавца, указанный в п. 7 договора. 09 февраля 2018 года платежным поручением № во исполнение указанного договора она произвела оплату в размере 10 773 000 рублей, в тот же день был подписан акт приема-передачи векселя. Этой же датой был подписан договор хранения №, местом заключения договора в котором указан 

<

адрес>. По договору хранения ответчик, как хранитель, обязуется хранить вышеуказанный вексель по 11 июня 2018 года. Также подписан акт приема-передачи к договору хранения о якобы передаче указанного векселя ПАО «АТБ» для хранения, местом оформления акта указан 

<

адрес>. Фактически простой вексель в день подписания всех документов она не получала. Кроме того, в заверенной специалистом ПАО «АТБ» 14 мая 2018 года копии векселя отсутствует подпись индоссанта. На основании изложенного полагала, что ПАО «АТБ» не только не имел простой вексель серии №, но и не являлся его законным векселедержателем, и не имел оснований распоряжаться им. Ссылаясь на нормы Закона о защите прав потребителей просила взыскать с ПАО «АТБ» в свою пользу стоимость простого векселя в размере 10 773 000 рублей, штраф в размере 5 356 500 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 50 436 рублей.

В ходе рассмотрения дела представитель истца ФИО1, действующий на основании доверенности с полным объемом прав, изменил предмет иска. 

В дополнении к исковому заявлению представитель истца указал, что ПАО «АТБ» при заключении договора купли-продажи с ФИО3 действовал от своего имени, а не от имени либо по поручению ООО «ФТК», заявляя и гарантируя, что является юридическим лицом, имеет право владения активами (векселями) и ведет коммерческую деятельность, для чего обладает необходимыми разрешениями и лицензиями. Фактически истец была введена Банком в заблуждение относительно того, что обязательство по выплате денежных средств по векселю должно быть исполнено не ПАО «АТБ», а ООО «ФТК». Согласно договору срок платежа по векселю наступает не ранее 11 июня 2018 года. Обращение ФИО3 в ПАО «АТБ» с просьбой возвратить денежные средства оставлено без рассмотрения и добровольно не исполнено. В данном случае вексель является вещью, то есть товаром, а ПАО «АТБ» оказывал ФИО3 финансовую услугу в связи с предоставлением, привлечением и размещением денежных средств и его эквивалента – векселя. Работники ПАО «АТБ» перед заключением договора купли-продажи простых векселей не разъяснили ФИО3 существенные условия договора: правовую природу простого векселя, как формы займа, информацию о том, что ПАО «АТБ» не является стороной, обязанной осуществить выплату за приобретенный по договору вексель, а фактически является агентом по продаже простого векселя. Векселедателем является неизвестное ФИО3 юридическое лицо – ООО «ФТК», о котором она ничего не знала и к которому не собиралась обращаться за какой-либо услугой или финансовым продуктом. Фактически услуга Банка по приобретению векселя была навязана, при этом необходимая и достоверная информация о товаре предоставлена не была.

На основании доводов, изложенных в исковом заявлении и дополнении к нему, представитель ФИО1 просил признать договор № купли-продажи простых векселей от 09 февраля 2018 года недействительным, взыскать с ПАО «АТБ» в пользу ФИО3 денежные средства в размере 10 773 000 рублей, оставив простой вексель серии № в распоряжении ПАО «АТБ», а также взыскать с ответчика расходы по уплате госпошлины в размере 50 436 рублей.

ФИО3, извещенная о времени и месте судебного заседания, ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме. Полагал, что Банк злонамеренно умолчал относительного того, что исполнение обязательств по погашению векселя лежит на ином юридическом лице и напрямую зависит от его платежеспособности, а не от Банка. Кроме того, у истца не было возможности идентифицировать векселедателя как иное юридическое лицо, поскольку реквизиты иного юридического лица ни в договоре купли-продажи, ни в иных документах, которые выдавались на руки истцу, не указаны. В свою очередь ЕГРЮЛ содержит более 7 000 000 юридических лиц с кратким наименованием ООО «ФТК». Обратил внимание суда, что ни в одном документе, выданном Банком истцу при заключении оспариваемого договора купли-продажи простого векселя, не разъяснен порядок оплаты векселя, порядок совершения протеста векселя в неплатеже, заключая договоры о продаже векселя с гражданином пожилого возврата, ни сам договор, ни приложения к нему, не содержат разъяснений, содержащейся в данных документах терминологии что, по его мнению, явно указывает на желание Банка ввести истца в заблуждение относительно предмета сделки и лица, обязанного производить оплату по сделке. Считал, что при заключении 09 февраля 2018 года оспариваемого договора ответчик, злоупотребляя своими правами и не сообщив истцу, что поступление денежных средств обусловлено платежеспособностью ООО «ФТК», злонамеренно умолчал о лице, которое обязано оплачивать вексель и о порядке предъявления его к оплате. Указал, что на момент заключения 09 февраля 2018 года договора купли-продажи простого векселя, договора хранения и подписания актов приема-передачи, самого предмета сделки - простого векселя № от 09 февраля 2018 года в правовой природе не существовало, что противоречит нормам действующего законодательства, поскольку только после заключения с ФИО3 договора купли-продажи, ответчик обращался к векселедателю за первоначальной выдачей самого векселя, который приобретал у ООО «ФТК» также по договору купли-продажи. Считал, что к рассматриваемой сделке подлежат применению положения ст.ст. 167, 178, 179, ГК РФ, поскольку договор купли-продажи от 09 февраля 2018 года был заключен ФИО3 под влиянием заблуждения относительно предмета сделки, а также лица, связанного со сделкой, которое сформировалось по причине обмана ФИО3 работниками Банка, намеренно умолчавшими о фактическом векселедателе и порядке обращения векселей, при этом данное заблуждение было настолько существенным, что ФИО3, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы данную сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Представитель ответчика ПАО «АТБ» ФИО2, действующий на основании доверенности, в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, поддержал доводы, изложенные в письменном возражении на иск и дополнении к нему, согласно которым вексель является ценной бумагой, целью приобретения которого являлось получение истцом прибыли, а не использование исключительно для личных семейных, домашних и иных нужд, в связи с чем, к спорным правоотношениям Закон о защите прав потребителей применению не подлежит. О рисковом характере деятельности по совершению гражданско-правовых сделок с ценными бумагами истец был письменно уведомлен в Декларации о рисках, подписанной истцом, согласно которой Банк не отвечает за исполнение обязательств перед векселедержателем по векселю, а также о том, что на денежные средства по приобретаемым ценным бумагам не распространяются положения законодательства о страховании вкладов. Принимая решение о вложении денежных средств в ценные бумаги, в том числе вексель, инвестор заранее должен оценить риски, связанные с таким вложением. При этом Банк не ограничивал истца в выборе способа вложения денежных средств. Банк свою обязанность по передаче векселя исполнил надлежащим образом, путем оформления акта приема-передачи с последующим заключением договора хранения, по условиям которого в целях недопущения утраты, повреждения и иных рисков, связанных с ордерной ценной бумагой, вексель, приобретенный истцом, хранился в установленном порядке в хранилище Банка для ценностей. При этом векселедержатель имел право потребовать возврата переданного на хранение векселя до истечения срока его хранения. Банк в полном объеме выполнил свои обязанности продавца по передаче векселя истцу, поскольку права по векселю были переданы с соблюдением формы и требования о составлении индоссамента. Договор купли-продажи векселя отвечает требованиям закона, сам вексель не был признан недействительным в установленном законом порядке. Отсутствие фактически в момент передачи векселя как предмета на бумажном носителе в день заключения договора объясняется одномоментным заключением между истцом и ответчиком договора хранения. 

Привлеченное судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Финансово-Торговая компания» (далее по тексту –ООО «ФТК», третье лицо, векселедатель) о времени и месте судебного заседания извещено надлежащим образом, своего представителя не направило, заявлений, ходатайств, возражений в суд не представило.

Руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), с учетом мнения представителей истца и ответчика, суд рассмотрел дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав мнение представителей сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 128, п. 2 ст. 130 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) к объектам гражданских прав относятся вещи, включая деньги и ценные бумаги, в том числе имущественные права, а вещи, не относящиеся к недвижимости, включая деньги и ценные бумаги, признаются движимым имуществом.

В силу п. 1 ст. 455 ГК РФ под товаром понимается любая вещь (включая деньги и ценные бумаги - движимое имущество), не изъятая из гражданского оборота, реализуемая по договору купли-продажи гражданину с соблюдением правил, предусмотренных статьей 129 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В тех случаях, когда одна из сторон обязуется передать вексель, а другая сторона обязуется уплатить за него определенную денежную сумму (цену), к отношениям сторон применяются нормы о купле-продаже, если законом не установлены специальные правила (п. 2 ст. 454 ГК РФ).

Пунктом 3 ст. 146 ГК РФ определено, что права, удостоверенные ордерной ценной бумагой, передаются приобретателю путем ее вручения с совершением на ней передаточной надписи - индоссамента.

В силу п. 1 ст. 224 ГК РФ вещь считается врученной приобретателю с момента ее фактического поступления во владение приобретателя или указанного им лица.

Вексель в соответствии с п. 2 ст. 130 ГК РФ относится к движимым вещам.

В судебном заседании на основании исследованных материалов дела установлено, что 09 февраля 2018 года в 

<

адрес> между ФИО3 (покупатель) и ПАО «АТБ» (продавец) заключен договор купли-продажи простых векселей № (л.д. 9).

Согласно п. 1.1 договора купли-продажи векселя продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель – принять и оплатить простой вексель серии №, вексельная сумма 11 087 246 рублей 93 копейки, дата составления 09 февраля 2018 года, срок платежа – по предъявлении, но не ранее 11 мая 2018 года, стоимость векселя 10 773 000 рублей.

Из п. 2.3 договора купли-продажи векселя следует, что продавец обязуется передать, а покупатель принять вексель, указанный в п. 1.1 Договора, в дату 09 февраля 2018 года после поступления денежных средств на счет продавца, указанный в пункте 7 договора.

Платежным поручением от 09 февраля 2018 года № подтверждается факт оплаты ФИО3 денежной суммы за приобретенный вексель в размере 10 773 000 рублей (л.д. 14).

Пунктом 2.4 договора купли-продажи векселя установлено, что вексель передается покупателю по акту приема-передачи.

Из содержания представленного в материалах дела договора хранения № от 09 февраля 2018 года следует, что ПАО «АТБ» (хранитель) обязуется на условиях, установленных настоящим договором, принять и хранить передаваемое ему ФИО3 (поклажедатель) имущество – вексель серии №, вексельная сумма 11 087 246 рублей 93 копейки, дата составления 09 февраля 2018 года, со сроком платежа не ранее 11 мая 2018 года (л.д. 11, 12).

В соответствии с актом приема-передачи к договору хранения № от 09 февраля 2018 года ПАО «АТБ» принимает, а ФИО3 передает простой вексель серии № (л.д. 13).

09 февраля 2018 года в 

<

адрес> ООО «ФТК» и ПАО «АТБ» заключили договор №, по условиям которого векселедатель (ООО «ФТК») обязался передать, а векселедержатель (ПАО «АТБ») обязался оплатить и принять простой вексель серии № ценой 10 739 179 рублей 82 копейки, на вексельную сумму 11 087 246 рублей 93 копейки. В этот же день в 

<

адрес> ООО «ФТК» и ПАО «АТБ» подписали акт приема-передачи указанного векселя (л.д. 98, 99).

Согласно банковскому ордеру № от 09 февраля 2018 года филиал ПАО «АТБ» в 

<

адрес> произвел оплату ООО «ФТК» по договору № в размере 10 739 179 рублей 82 копейки, после чего в 

<

адрес> были составлены мемориальный ордер № от ДД.ММ.ГГГГ на покупку векселя по договору № с ООО «ФТК» и мемориальный ордер № от 09 февраля 2018 года на выбытие (реализацию), погашение неэмиссионных ценных бумаг – продажу векселя ФИО3, стоимостью 10 739 179 рублей 82 копейки (л.д. 100-102).

В обоснование заявленных исковых требований истец и ее представитель сослались, в том числе, на то, что вышеназванный вексель в момент заключения договора купли-продажи фактически ФИО3 не передавался.

Указанное обстоятельство подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании письменных доказательств.

Так, исходя из содержания договора хранения и акта приема-передачи, эти документы составлены и подписаны сторонами 09 февраля 2018 года в 

<

адрес>, тогда как сам вексель приобретен ответчиком у векселедателя ООО «ФТК» 09 февраля 2018 года, но уже в 

<

адрес>, что с учетом территориальной отдаленности и разницы времени часовых поясов, исключает возможность передачи векселя ФИО3 в тот же день в 

<

адрес>.

В представленной ответчиком копии простого векселя серии № датой и местом его изготовления указаны, соответственно, 09 февраля 2018 года, 

<

адрес>, что с учетом заключения сделки 09 февраля 2018 года в 

<

адрес> с очевидностью указывает на отсутствие предмета сделки (векселя) на момент ее оформления.

В нарушение положений ст. 56 ГПК РФ доказательств обратного стороной ответчика суду не представлено.

По условиям заключенного с ФИО3 договора № купли-продажи простых векселей продавцом спорного векселя выступает ПАО «АТБ», которое в силу п.п. 6.4, 6.4.1, 6.4.2, 6.4.3 действует от своего имени, но не от имени либо по поручению ООО «ФТК», заявляя и гарантируя, что является юридическим лицом, имеет право владения активами (векселями) и ведет коммерческую деятельность, для чего обладает необходимыми разрешениями и лицензиями, исполнение обязательств не противоречит учредительным документам, законам и соглашениям.

В соответствии с п. 43 Постановления ЦИУК СССР и СНК СССР от 07 августа 1973 года № 104/1341 «О введении в действие Положения о переводном и простом векселе» (применяется на территории Российской Федерации в соответствии с международными обязательствами Российской Федерации, вытекающими из ее участия в Конвенции от 7 июня 1930 года, устанавливающей Единообразный закон о переводном и простом векселях (Федеральный закон от 11 марта 1997 года № 48-ФЗ)) векселедержатель может обратить свой иск против индоссантов, векселедателя и других обязанных лиц: при наступлении срока платежа, если платеж не был совершен.

Как указывалось выше, срок платежа по являющемуся предметом спора простому векселю – не ранее 11 мая 2018 года.

11 мая 2018 года ФИО3 обратилась к ответчику с заявлением о получении денежных средств, в удовлетворении которого ей было отказано по причине неисполнения ООО «ФТК» своих обязанностей по перечислению банку денежных средств и выполнения банком исключительно функции домицилианта, т.е. лица, осуществляющего в месте платежа платеж по векселю (л.д. 111). 

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 14 от 04 декабря 2000 года «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей» (далее по тексту – Постановление Пленума ВС РФ № 33, Пленума ВАС РФ № 14 от 04 декабря 2000 года) разъяснено, что при рассмотрении споров, связанных с обращением векселей, судам следует учитывать, что указанные отношения в Российской Федерации регулируются Федеральным законом от 11 марта 1997 года № 48-ФЗ «О переводном и простом векселе» и Постановлением Центрального Исполнительного Комитета и Совета Народных Комиссаров СССР от 7 августа 1937 года № 104/1341 «О введении в действие Положения о переводном и простом векселе», применяемым в соответствии с международными обязательствами Российской Федерации, вытекающими из ее участия в Конвенции, устанавливающей Единообразный законом о переводном и простом векселе, и Конвенции, имеющей целью разрешение некоторых коллизий законов о переводных и простых векселях (Женева, 7 июня 1930 г.).

При рассмотрении споров необходимо иметь в виду, что вексельные сделки (в частности, по выдаче, акцепту, индоссированию, авалированию векселя, его акцепту в порядке посредничества и оплате векселя регулируются нормами специального вексельного законодательства.

Вместе с тем следует учитывать, что данные сделки регулируются также и общими нормами гражданского законодательства о сделках и обязательствах (статьи 153 – 181, 307-419 ГК РФ). Исходя из этого, в случае отсутствия специальных норм в вексельном законодательстве судам следует применять общие нормы Кодекса к вексельным сделкам с учетом их особенностей.

Согласно статье 15 Положения индоссант, поскольку не оговорено обратное, отвечает за акцепт и платеж (п. 16 Постановление Пленума ВС РФ № 33, Пленума ВАС РФ № 14 от 04 декабря 2000 года). 

При разрешении споров следует учитывать, что возможность включения в индоссамент оговорки «без оборота на меня» или какой-либо иной оговорки, имеющей в виду освобождение индоссанта от ответственности за платеж по векселю, вытекает из названной статьи Положения. В указанном случае индоссант отвечает лишь за действительность переданного по векселю требования. Такая оговорка означает, что при неакцепте или неплатеже к данному индоссанту не могут быть предъявлены требования в соответствии со статьями 43-49 Положения, то есть освобождает индоссанта от ответственности за неисполнение обязательств по векселю.

Сделки, на основании которых вексель был выдан или передан, могут быть признаны судом недействительными в случаях, предусмотренных Кодексом. Признание судом указанных сделок недействительными не влечет недействительности векселя как ценной бумаги и не прерывает ряда индоссаментов. Последствием такого признания является применение общих последствий недействительности сделки непосредственно между ее сторонами (ст. 167 ГК РФ) (п. 13 Постановления Пленума ВС РФ № 33, Пленума ВАС РФ № 14 от 04 декабря 2000 года). 

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 166 ГК РФ сделка недействительная по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Общие положения о последствиях недействительности сделки содержатся в ст. 167 ГК РФ. 

При недействительности сделки каждая из сторон обязан возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Как следует из абз. 1 п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. По общему правилу, обман представляет собой умышленное введение другой стороны в заблуждение с целью вступить в сделку. Обман может относиться как к элементам самой сделки, так и к обстоятельствам, находящимся за ее пределами, в том числе к мотивам, если они имели значение для формирования воли участника сделки. Обманные действия могут совершаться в активной форме или же состоять в бездействии (умышленное умолчание о фактах, могущих воспрепятствовать совершению сделки).

Подобное суждение закреплено в абз. 2 п. 2 ст. 179 ГК РФ, согласно которому обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Исходя из разъяснений, данных в п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом, подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Следует учитывать, что закон не связывает оспаривание сделки на основании пунктов 1 и 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам доказывания. 

Главой 30 ГК РФ, регулирующей общие положения о купле-продаже, закреплена презумпция добросовестности сторон при заключении договора купли-продажи, а статья 495 ГК РФ возлагает на продавца, в данном случае – ПАО «АТБ», обязанность довести до покупателя полную, необходимую и достоверную информацию, позволяющую сделать правильный выбор в отношении предлагаемой услуги, в том числе в сфере банковской деятельности. 

Решая вопрос о недействительности заключенного между ФИО3 и ПАО «АТБ» договора купли-продажи простых векселей № от 09 февраля 2018 года, суд полагает обоснованным применение положений п. 2 ст.179 ГК РФ и признание сделки заключенной под влиянием обмана, ввиду того, что при заключении договора купли-продажи представитель банка не довел до истца информацию о том, что платеж по векселю напрямую зависит от исполнения перед банком своих обязанностей ООО «ФТК» и за счет средств последнего. 

Более того, ответчик скрыл информацию о том, что на момент заключения сделки купли-продажи векселя, как ценной бумаги и как предмета сделки, не существовало.

Изложенное следует, прежде всего, из содержания самого векселя, составленного 09 февраля 2018 года в 

<

адрес>, при том, что, как указывалось выше, сама сделка заключена ФИО3 в Камчатском филиале ПАО «АТБ» в 

<

адрес>. Разница в часовых поясах (9 часов), прохождение почтовой корреспонденции между этими городами (не менее 3 суток) исключают возможность передачи оригинала векселя покупателю в день его составления, следовательно, сведения об изготовлении ценной бумаги искажены и на момент заключения договора купли-продажи предмета сделки (векселя серии №) не существовало.

По этим основаниям акт приема-передачи от 09 февраля 2018 года не может быть признан в качестве доказательства, подтверждающего передачу спорного векселя истцу. 

Факт отсутствия векселя при подписании акта приема-передачи векселя от 09 февраля 2018 года в г. Петропавловске-Камчатском, равно как нахождение этого векселя в настоящее время у ответчика, представителем ПАО «АТБ» в ходе судебного разбирательства не оспаривался.

Приведенные выше обстоятельства подтверждают отсутствие у ФИО3, как у стороны сделки, реальной возможности ознакомиться с информацией по платежам по векселю.

По данным векселя серии № выпуском 09 февраля 2018 года в 

<

адрес>, лицом, обязующимся безусловно уплатить по этому векселю денежную сумму 11 087 246 рублей 93 копейки, является ООО «ФТК», 

<

адрес>, а местом платежа – ПАО «АТБ», 

<

адрес>.

В оспариваемом договоре купли-продажи простых векселей от 09 февраля 2018 года какая-либо информация относительно ООО «ФТК», помимо его указания в качестве векселедателя, не содержится.

Документального подтверждения тому, что истец была проинформирована о наличии дополнительных соглашений, заключенных между ПАО «АТБ» и ООО «ФТК», равно как о том, что платеж по векселю осуществляется за счет средств последнего, материалы дела не содержат и стороной ответчика суду не представлено.

Таким образом, совокупностью исследованных доказательств подтверждается, что на момент заключения означенного договора купли-продажи (09 февраля 2018 года) достоверная, полная информация по сделке до покупателя не доводилась, а фактическое отсутствие самого векселя при подписании договора свидетельствует о том, что содержание векселя, в том числе, наличие в индоссаменте оговорки «без оборота на меня», ФИО3 известно не было. 

При этом суд считает необходимым отметить несоответствие выданной истцу копии спорного векселя, заверенной представителем ПАО «АТБ» 14 мая 2018 года (л.д. 16), и представленной в материалы дела ответчиком копии этого векселя (л.д. 88), на оборотной стороне которого имеются: подпись индоссанта, оттиск штампа «без оборота на меня», а также печать ПАО «АТБ» 

<

адрес>, отсутствующие на копии векселя, приложенной к исковому заявлению.

Статьей 10 ГК РФ закреплена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Приведенные положения действующего законодательства применительно к обстоятельствам заключения оспариваемой сделки, исходя из недопущения злоупотреблением правом, дают суду основание для вывода, что при подписании договора купли-продажи ПАО «АТБ» не предоставило истцу информацию (умолчало) относительного того, что исполнение обязательств по погашению (оплате) векселя лежит на ООО «ФТК» и напрямую зависит от его платежеспособности (финансового состояния), но не Банка, в связи с чем требование ФИО3 о признании указанного договора недействительным в соответствии с п. 2 ст. 179 ГК РФ является обоснованным, и подлежат удовлетворению.

В силу п. 4 ст. 179 ГК РФ, если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 – 3 настоящей статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 настоящего Кодекса.

В этой связи с ПАО «АТБ» в пользу ФИО3, подлежит взысканию уплаченная ею по договору купли-продажи простых векселей № от 09 февраля 2018 года денежная сумма 10 773 000 рублей с оставлением векселя серии № в распоряжении ответчика.

Положениями ст.ст. 88, 98 ГПК РФ предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, которые включают в себя государственную пошлину и издержки, понесенные в связи с рассмотрением дела.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ с ПАО «АТБ» в пользу ФИО3 подлежат взысканию судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 50 436 рублей.

Поскольку в соответствии с пп.1 п. 1 ст. 333.19, п. 3 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче искового заявления уплате подлежала государственная пошлина в размере 60 000 рублей, неуплаченная истцом государственная пошлина в сумме 9 564 рубля подлежит взысканию с ответчика в доход бюджета Петропавловск-Камчатского городского округа.

Руководствуясь ст.ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Иск ФИО3 удовлетворить.

Признать недействительным договор № купли-продажи простых векселей, заключенный между ФИО3 и «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (публичное акционерное общество) 09 февраля 2018 года.

Применить последствия недействительности договора № купли-продажи простых векселей от 09 февраля 2018 года.

Взыскать с «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (публичное акционерное общество) в пользу ФИО3 денежные средства в размере 10 773 000 рублей.

Простой вексель серии № от 09 февраля 2018 года оставить в распоряжении «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (публичное акционерное общество).

Взыскать с «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (публичное акционерное общество) в пользу ФИО3 судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 50 436 рублей.

Взыскать с «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (публичное акционерное общество) в доход бюджета Петропавловск-Камчатского городского округа государственную пошлину в размере 9 564 рубля.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 12 ноября 2018 года.

Председательствующий Ю.О. Сказина