Дело № 10-1/2019

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кировск Ленинградской области 19 февраля 2019 года

Кировский городской суд Ленинградской области в составе судьи Пушкаря Б.М., при секретаре Манкевич Э.А., с участием государственного обвинителя – помощника Кировского городского прокурора Ленинградской области Дзуцевой А.Р., оправданного Номерова В.В., защитника в лице адвоката Верещагиной В.В., представившей удостоверение № и ордер № № от 19.0.2019, представителей потерпевших В.Д.Ю. и Х.Н.В. – адвоката Л.Р.С. (удостоверение №, ордер № от 21 декабря 2018 года) и адвоката Ш.О.И. (удостоверение №, ордер № от 19 февраля 2019 года), рассмотрев в открытом судебном заседании в апелляционном порядке апелляционное представление государственного обвинителя – помощника Кировского городского прокурора Ленинградской области Дзуцевой А.Р. и апелляционную жалобу представителя потерпевших – адвоката Леонова Р.С. на приговор мирового судьи судебного участка № 47 Ленинградской области от 12 декабря 2018 года, которым

НОМЕРОВ Владимир Вячеславович, 

<

данные изъяты>, зарегистрированный по адресу: 

<

адрес>, проживающий по адресу: 

<

адрес>, оправдан, ввиду отсутствия в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 128.1 УК РФ.

При этом за Номеровым В.В. признано право на реабилитацию.

Изложив приговор мирового судьи судебного участка № 47 Ленинградской области от 12 декабря 2018 года, апелляционное представление государственного обвинителя – помощника Кировского городского прокурора Ленинградской области Дзуцевой А.Р., апелляционную жалобу представителя потерпевших - адвоката Леонова Р.С., заслушав объяснения государственного обвинителя Дзуцевой А.Р., представителей потерпевших - адвокатов Леонова Р.С. и Шукшиной О.И., поддержавших доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, а также – возражения оправданного Номерова В.В. и защитника Верещагиной В.В., полагавших необходимым приговор оставить без изменения, суд 

у с т а н о в и л:

приговором мирового судьи судебного участка № 47 Ленинградской области от 12 декабря 2018 года Номеров В.В. оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 128.1 УК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Органом следствия ФИО1 обвиняется в том, что он совершил клевету, то есть распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица и подрывающих его репутацию, содержащуюся в публичном выступлении, соединенную с обвинением лица в совершении тяжкого преступления, а именно в том, что 14 января 2017 года в период времени с 11 часов 00 минут до 12 часов 00 минут ФИО1, в публичном выступлении на собрании собственников помещений многоквартирного дома № 18 по ул. Малоневский канал г. Шлиссельбург Кировского р-на Ленинградской области, проходившего в помещении мансардного этажа торгового комплекса, принадлежащего ООО «Кондор», по адресу: 

<

...>, действуя умышленно, с целью распространения заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство, а также подрывающих деловую репутацию В.Д.Ю. и Х.Н.В., достоверно зная о том, что указанные лица к уголовной ответственности не привлекались, являлись ранее и являются в момент его выступления должностными лицами и осознавая, что лица, присутствующие при его выступлении, осведомлены о личности и служебном положении В.Д.Ю. и Х.Н.В., не располагая достоверными сведениями о совершении В.Д.Ю. и Х.Н.В. тяжких преступлений, высказал реплику: «Я вам могу сказать, что денег в городе достаточно, просто из-за такого тотального воровства, как ворует Х.Н.В., никто так не воровал, да, там начиная с Ю., К., и там еще, даже которых я не знал, вот, никто так тотально, как Х.Н.В. и В.Д.Ю. не ворует в нашем городе».

Следствие считает, что ФИО1 в своем выступлении распространил информацию, содержащую заведомо для него (ФИО1) ложные сведения, порочащие честь и достоинство В.Д.Ю., Х.Н.В., а также подрывающую их репутацию, соединенную с обвинением В.Д.Ю., Х.Н.В. в совершении тяжких преступлений, поскольку обвинил их в совершении хищений с использованием служебного положения в период осуществления ими полномочий должностного лица, и по мнению следствия, в соответствии с действующим уголовным законодательством, такие деяния могут быть квалифицированы только по составам преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159, ч. 3 ст. 160 УК РФ, относящимся к тяжким преступлениям.

Согласно апелляционному представлению государственный обвинитель выражает несогласие с приговором мирового судьи, указывает, что в отношении ФИО1 вынесен незаконный приговор, который подлежит отмене, поскольку в нарушении п. 1 ч. 1 ст. 389.15 УПК РФ выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. 

Государственный обвинитель Дзуцева А.Р. указала, что судом была установлена недостоверность информации, высказанной ФИО1, её несоответствие истине, а также - что она порочит честь и достоинство должностных лиц, подрывает их репутацию, поскольку клеветнические сведения не были подтверждены, высказывались публично в отношении В.Д.Ю. - члена Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации от 

<

данные изъяты> и Х.Н.В. - главы администрации 

<

данные изъяты>.

Государственный обвинитель, ассоциируя слово «ворует» с хищением имущества, ссылаясь на то, что хищение, совершенное должностным лицом, независимо от способа совершения хищения, является тяжким преступлением, предусмотренным ч. 3 ст. 159, ч. 3 ст. 160 УК РФ, считает, что ФИО1 знавший о статусе В.Д.Ю. и Х.Н.В., как должностных лиц, умышленно обвинил их в совершении тяжкого преступления. 

Государственный обвинитель не согласен с тем, что суд оценил высказывание ФИО1 в адрес В.Д.Ю., и Х.Н.В., как оскорбление, которое было предусмотрено ст. 130 УК РФ, утратившей силу на основании Федерального закона от 7 декабря 2011 года № 420-ФЗ, поскольку согласно составу административного правонарушения, объективная сторона оскорбления состоит в действиях, направленных на унижение чести и достоинства другого лица в неприличной форме, что в речи ФИО1 не содержится. Вместе с тем, объективная сторона клеветы характеризуется действиями, состоящими в распространении заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию. 

Порочащими являются сведения, содержащие утверждения о нарушении действующего законодательства, что по мнению государственного обвинителя имело место, совершении нечестного поступка, неэтичном поведении, недобросовестности в предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Заявитель – представитель потерпевших Л.Р.С. указывает, что приговор мирового судьи судебного участка № 47 Ленинградской области от 12 декабря 2018 года является незаконным и подлежит отмене по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 3 ст. 389.15 УПК РФ в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела и неправильным применением уголовного закона.

Заявитель Л.Р.С. указал, что в обжалуемом приговоре суд посчитал полностью доказанным факт высказывания, инкриминируемого подсудимому, в ходе собрания, то есть публичного мероприятия. Однако, поскольку ни одно из преступных деяний, включая ч. 3 ст. 159, ч. 3 ст. 160 УК РФ не содержит слова «ворует», пришел к выводу, что ФИО1 не обвинял В.Д.Ю., и Х.Н.В. в совершении тяжкого преступления, в связи с чем, в его действиях отсутствует состав преступления, предусмотренный ч. 5 ст. 128.1 УК РФ. 

Кроме того, по мнению суда, ФИО1 произнес слова «ворует» и «воровал» без указания конкретных деяний, совершенных В.Д.Ю. и Х.Н.В. Однако, из контекста его выступления на собрании, отраженного в аудиозаписи, показаний свидетелей, следует, что речь шла о бюджетных деньгах. Именно таким образом речь ФИО1 была воспринята свидетелями, давшими показания в ходе судебного разбирательства. 

Заявитель Л.Р.С. ссылается на выводы эксперта Н.А.А. о том, что в исследуемом материале содержится информация, имеющая отношение к конкретным лицам – Х.Н.В. и В.Д.Ю.; информация представлена в форме утверждения с элементами риторики убеждения; в материале присутствует информация о нарушении поименованными лицами, В.Д.Ю. и Х.Н.В., как действующего законодательства, так и моральных норм; ссылки на какие-либо источники выявленной информации отсутствуют.

При этом заявитель Л.Р.С. указал, что эксперт пришла к выводу о том, что высказывание ФИО1 содержит информацию «о нарушении действующего законодательства В.Д.Ю. и Х.Н.В.», поскольку законодательство любой страны рассматривает воровство как действие, достойное наказания. При этом она не дала юридической оценки, не квалифицировала деяние, как преступление, поскольку юридическая оценка не входит в компетенцию эксперта. 

Заявитель Л.Р.С. указал, что квалифицировав действия ФИО1, как оскорбление (ст. 5.61 КоАП РФ), суд неправильно применил нормы материального права, поскольку в соответствии со ст. 5.61 КоАП РФ оскорбление - унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме, то есть при оскорблении дается отрицательная оценка личности, качеств, поведении в грубой неприличной форме, а информацию, сообщенную ФИО1, согласно выводам эксперта, следует отнести к роду информации о действиях субъектов…, а не к качествам или характеристикам личности субъектов». 

Заявитель Л.Р.С. просит приговор мирового судьи судебного участка № 47 Ленинградской области от 12 декабря 2018 года отменить, признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 128.1 УК РФ.

Оправданный ФИО1 в возражениях относительно прокурорского представления и апелляционной жалобы указал, что обвинение ФИО1 строится на произнесении конкретной реплики. Именно указанная реплика получила подробную оценку суда в обжалуемом приговоре. В ходе судебного разбирательства оценивалась именно указанная реплика., так как именно она положена в основу обвинения. Представитель потерпевшего Л.Р.В. пытается расширить предъявленное обвинение, вменив ФИО1 не только произнесение указанной реплики, но и иные высказывания, которые не являлись предметом судебного разбирательства.

ФИО1 указывает, что им в материалы дела были представлены доказательств тому, что в период руководства администрацией города 

<

данные изъяты> Х.Н.В., руководства городом - В.Д.Ю., бюджетные средства действительно расходовались нецелевым образом, а по поводу средств на укладку канализационных труб в отношении руководителя одного из МУП П.П.И. вынесен обвинительный приговор по ч. 3 ст. 159 УК РФ. Кроме того, стороной защиты неоднократно указывалось, что само по себе нецелевое расходование бюджетных средств, о котором и говорил ФИО1 на собрании 14 января 2017 года, является составом преступления, предусмотренного ст. 285.1 УК РФ, но никак не по ч. 3 ст. 159 или ч. 3 ст. 160 УК РФ.

ФИО1 указывает, что суд обоснованно не принял во внимание выводы эксперта Н.А.А. в части того, что в реплике ФИО1 содержится указание на «нарушение В.Д.Ю. и Х.Н.В. действующего законодательства», поскольку решение вопроса о том, имеются ли в представленных материалах сведения или высказывания, соединенные с обвинением в совершения преступления, не входит в компетенцию эксперта-лингвиста. 

Правильность указанного вывода суда подтверждается заключением судебной лингвистической экспертизы № от 02 августа 2017 года, подготовленным экспертом М.Е.С., о том, что «решение вопроса «имеются ли в представленных материалах сведения или высказывания, соединенные с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления?» не входит в компетенцию эксперта лингвиста».

Заявитель ФИО1 считает, что Н.А.А. в смысле ст. 57 УПК РФ, ст. 12 Закона РФ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» экспертом не является, так как она не имеет образования и квалификации по специальности «Лингвистика», то есть не обладает специальными познаниями в этой области, а также не имеет права на самостоятельное проведение экспертиз. 

В судебном заседании суда апелляционной инстанции государственный обвинитель Дзуцева А.Р., представители потерпевших ФИО2 и ФИО3 доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы поддержали, просили приговор мирового судьи судебного участка № 47 Ленинградской области от 12 декабря 2018 года отменить, направить дело на новое рассмотрение в ином составе. 

Оправданный ФИО1 и его защитник Верещагина В.В. возражали против доводов, изложенных в апелляционном представлении и апелляционной жалобе в связи с их несостоятельностью, просили оставить представление и жалобу без удовлетворения, приговор мирового судьи без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционной жалобы и возражения на представление и жалобу, выслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу.

Согласно приговору от 7 декабря 2018 года суд первой инстанции установил, что на собрании собственников помещений многоквартирного дома № 18 по ул. Малоневский канал г. Шлиссельбург Кировского района Ленинградской области, проходившего в помещении мансардного этажа торгового комплекса, принадлежащего ООО «Кондор», по адресу: 

<

...>, в присутствии несколько десятков человек в период с 11 часов до 12 часов выступал ФИО1 Данное обстоятельство не опровергается подсудимым, и подтверждается показаниями свидетелей Р.А.Г., М.Т.С., А.А.А. К.С.В., Ф.Н.А., Р.В.И., Ф.Р.А., участвовавших в данном собрании, а также показаниями свидетелей Б.Н.В., К.Г.Б., Л.Т.В., потерпевших Х.Н.В. и В.Д.Ю., узнавших о выступлении ФИО1 от других лиц.

В приговоре указано, что дата, время и место проведения собрания подтверждается вещественным доказательством - объявлением о проведении собрания (т.З л.д.65,64), а также показаниями свидетеля Г.М.К. (т.З л.д.33-35).

Высказывание ФИО1:«Я вам могу сказать, что денег в городе достаточно, просто из-за такого тотального воровства, как ворует Х.Н.В., никто так не воровал, да, там начиная с Ю., К., там еще там, даже которых я не знал, вот, никто так тотально, как Х.Н.В. и В.Д.Ю. не ворует в нашем городе», - согласно приговору, подтверждены показаниями свидетелей М.Т.С., К.С.В., А.А.А., а также прослушанными в судебном заседании вещественными доказательствами по делу: диктофон Olympus DS -40 и компакт диск CD-R SONY № 731439MD5060, DVD диск CD-R №, содержащий в себе аудио файл №. 

Из приговора следует, что производство аудиозаписи собрания на диктофон К.С.В. подтверждено показаниями свидетелей М.Т.С., А.А.А., К.С.В. Указанные показания согласуются с показаниями свидетеля Д.Л.А., подтвердившей передачу диктофона К.С.В. для работы, а при воспроизведении вещественных доказательств, ФИО1 подтвердил, что на всех аудиозаписях звучит его голос.

Суд оценил доводы ФИО1 о монтаже записей, указав, что не принимает их во внимание, поскольку лицо, производившее аудиозапись - К.С.В. подтвердил, что все записи производились без перерыва, а некоторые сбои в прослушивании, связаны с местом нахождения К.С.В., а также потому, что все вещественные доказательства получены и приобщены к материалом дела в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством.

Суд указал, что показания свидетелей защиты не опровергают, произнесение ФИО1 указанной фразы относительно Х.Н.В. и В.Д.Ю., поскольку участвовавшие в работе собрания свидетель Ф.Н.А. выступление ФИО1 слышала не полностью, а Ф.Р.А. выступление ФИО1 не слушал, свидетель Р.В.И. частично подтвердил выступление ФИО1 про воровство, свидетели В.Е.А. и Н.Е.А. на собрании не присутствовали и о ходе собрания информации не имели.

Давая юридическую оценку действиям ФИО1, суд указал, что исходит из того, что уголовное законодательство определяет клевету как распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию (ч. 1 ст. 129 УК РФ). Объектом преступления при совершении клеветы является честь и достоинство граждан, подрыв их деловой репутации. Объективная сторона преступления характеризуется деянием в форме активных действий, направленных на распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию. Данные действия должны быть совершены публично. Распространение должно относиться к определенным обстоятельствам, совершенным деяниям.

Субъективная сторона клеветы выражается умышленной формой вины.

Квалифицирующим признаком клеветы является распространение заведомо ложных сведений, соединенных с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления.

Согласно ч. 1 ст. 14 УК РФ преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное настоящим Кодексом под угрозой наказания.

В соответствии с ч. 4 ст. 15 УК РФ тяжкими преступлениями признаются умышленные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное настоящим Кодексом, не превышает десяти лет лишения свободы.

При этом, суд первой инстанции пришел к выводу, что ни одно из преступных деяний, включенных в Особенную часть УК РФ, в том числе и ст. 159 ч. 3 УК РФ, ст. 160 ч. 3 УК РФ не содержат слова "ворует" ("воруют"), произнесенные ФИО1 в своей реплике.

Суд не принял во внимание выводы эксперта Н.А.А., в заключении (т.1 л.д.43-70) и показания эксперта Н.А.А. данные на предварительном следствии (т.З л.д.97-99) в части содержания в реплике ФИО1 «нарушений В.Д.Ю. и Х.Н.В. действующего законодательства», поскольку решение вопроса о наличии имеются ли в представленных материалах сведения или высказывания, соединенные с обвинением лица в совершении преступления, не входит в компетенцию эксперта лингвиста, что подтверждено и заключением эксперта лингвиста № /Э/Л/э 198-17 от 02.08.2017г. (т.1 л.д.188-198).

Суд указал, что в своем высказывании ФИО1 произнес, слова "ворует" и "воровал" без указания конкретных деяний, совершенных В.Д.Ю. и Х.Н.В., сослался на прослушанные вещественные доказательства, а также показания свидетелей М.Т.С., К.С.В., участвовавших в собрании, показания свидетеля Б.Н.В., который прослушал данную аудиозапись. 

Исходя из показания потерпевших Х.Н.В. и В.Д.Ю., свидетелей М.Т.С. и Л.Т.В. суд пришел к выводу, что высказывание ФИО1 направлено на дискредитацию личности и деловой репутации Х.Н.В. и В.Д.Ю., оскорбительны для них. 

При этом суд принял во внимание и учел, что потерпевшие, длительное время занимали муниципальные должности и высказывания ФИО1 унижают их честь и достоинство (тю2, л.д. 125-155).

На основании изложенного суд расценил высказывания ФИО1 как оскорбление (унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме, содержащееся в публичном выступлении ст. 5.61 КоАП РФ), указал, что данное деяние ФИО1 не является преступлением, поскольку ст. 130 УК РФ (оскорбление) признана утратившей силу Федеральным законом от 07.12.2011г. № ФЗ "О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации".

Суд посчитал необходимым оправдать ФИО1 по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 128.1 УК РФ, а именно в распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица и подрывающих их репутацию, содержащиеся в публичном выступлении, соединенные с обвинением лица в совершении тяжкого преступления в виду отсутствия в его действиях состава преступления.

Таким образом, суд первой инстанции рассмотрел вопрос о наличии в действиях ФИО1 квалифицирующего признака «обвинение лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления» и пришел к выводу об его отсутствии, однако без оценки суда остался вопрос о наличии умысла на распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию, содержащихся в публичном выступлении, то есть суд не мотивировал отсутствие в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 128.1 УК РФ.

При таких обстоятельствах, приговор мирового судьи судебного участка № 47 Ленинградской области от 12 декабря 2018 года нельзя считать обоснованным и законным, в связи с чем, указанный приговор подлежит отмене с возвращением дела на новое рассмотрение в ином составе. 

При этом суд учитывает, что оправданный ФИО1 и его защитник Верещагина В.В. отказались поддержать заявленное в подготовительной части судебного заседания ходатайство о прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. 

Учитывая изложенное, руководствуясь ст.ст. 389.9, 389.13, 389.15.п. 2, 389.20 ч. 1 п. 4 УПК РФ, 

п о с т а н о в и л :

приговор мирового судьи судебного участка № 47 Ленинградской области от 12 декабря 2018 года в отношении ФИО1, оправданного по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 128.1 УК РФ, отменить, с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства в ином составе.

Судья: Б.М. Пушкарь