Дело № 2-53/2025 (№2-483/2024) 

22RS0053-01-2024-000765-05

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации 

с.Топчиха 17 февраля 2025 года

Топчихинский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Казанцевой Е.Д.,

при секретаре Выставкиной Е.А.,

с участием истца ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением (с учетом уточнения), требуя взыскать с ответчика ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 3000 руб. 

В обоснование заявленных требований истец указывает, что приговором мирового судьи судебного участка Топчихинского района Алтайского края от 14.05.2024 она оправдана в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 128.1 УК РФ за отсутствием в её действиях состава преступления. По заявлению частного обвинителя ФИО2 в отношении неё было возбуждено уголовное преследование, при этом указанным приговором она была реабилитирована. В результате уголовного преследования ей причинен моральный вред, то есть нравственные и физические страдания, которые подлежат компенсации. Размер морального вреда она оценивает в 200 000 руб., по мнению истца, данная сумма является адекватной компенсацией за причиненные ей нравственные страдания, связанные с переживаниями по поводу возбуждения в отношении неё уголовного дела и ведения уголовного преследования в период с 29.02.2024 по 14.05.2024. За указанный период состоялось 6 судебных заседаний, поскольку она являлась подсудимой, она была вынуждена присутствовать на них. Ранее она к уголовной ответственности не привлекалась, является законопослушным гражданином, каждое судебное заседание для неё являлось стрессом. Постоянно переживала, как перед судебным разбирательством, так и после него. Не могла настроиться на обычные домашние дела и спокойное общение с домочадцами. По месту жительства все знали, что она является подсудимой. На улице её неоднократно останавливали соседи, знакомые, родственники, спрашивали, действительно ли она привлекается к уголовной ответственности. Ей приходилось что – то им пояснять, при этом нервничая при этом. У неё кружилась голова, появлялись тошнота и рвота, так как она состоит на учете у невролога. Считает, что весь период судебного разбирательства для нее являлся длительной психотравмирующей ситуацией, которая выражалась в постоянной бессоннице и принятием успокаивающих средств. Ситуация, согласно её диагнозу, считается стрессовой, которая отразилась на её частые головные боли. Она была вынуждена на протяжении длительного времени оправдываться в суде, перед родственниками, знакомыми, друзьями, что она не является преступницей. Компенсация морального вреда должна быть взыскана с ответчика ФИО2, так как им, как частным обвинителем, было инициировано уголовное преследование. 

Истец ФИО1 в судебном заседании настаивала на удовлетворении искового заявления по обстоятельствам, в нем изложенным, просила суд удовлетворить заявленные ею исковые требования в полном объеме. Дополнительно пояснила, что прошла курс реабилитации и состоит у врача невролога и всё это после вынесения приговора мировым судьей в отношении нее, которым она оправдана. Она участвовала в судебных заседания по уголовному делу и было установлено, что она не виновна и не клеветала на ФИО2 Сам факт публикации в мессенджере WhatsApp сообщений подтвердился. Она сама предоставила свои распечатки публикации, они действительно были, их текст приобщен к материалам дела, их содержание подтверждает. В суде было установлено, что отсутствовали признаки состава преступления - клевета. После вынесения приговора у нее сразу возникло головокружение, головная боль, бессонница, которые продолжаются до настоящего времени. Она занимается общественной деятельностью, возглавляет ячейку пенсионеров. Когда были судебные разбирательства, многие спрашивали, правда это или нет, что возникла такая ситуация, осудили ее или нет. В августе 2024 г. она проходила стационарное лечения и ей выставили новый диагноз: 

<

данные изъяты>.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании отсутствовал, надлежаще извещался о времени и месте рассмотрения дела, просил рассмотреть дело в его отсутствие. Согласно предоставленным письменным возражениям, ответчик с исковыми требованиями не согласен, обращаясь с заявлением о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности по ч.1 ст.128.1 УК РФ он реализовал свое конституционное право на судебную защиту своих прав и законных интересов. В судебном заседании при рассмотрении уголовного дела достоверно подтверждено размещение ФИО1 в мессенджере WhatsApp группа «МКД Топчиха» сведений не соответствующих действительности. В силу отсутствия юридического образования он оценил данные действия ФИО1, как подпадающие под ч.1 ст.128.1 УК РФ 

Свидетель ФИО5, допрошенная в судебном заседании по ходатайству истца, показала, что является знакомой истца, у ФИО1 на самом деле был стресс. ФИО1 в период рассмотрения уголовного дела часто звонила ей по ночам и говорила, что у нее суд, что с ее стороны никакой клеветы нет. Лично мы с ней в этот период не встречались. В ходе разговоров она то плакала, то смеялась, эмоциональное состояние было нестабильное. ФИО1 говорила, что у нее головные боли, болит сердце, что ходила к врачу, ездила в больницу в г.Барнаул, врачи нашли какие то нарушения. Несмотря на вынесение оправдательного приговора, ФИО1 не может забыть это дело. 

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд признал возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав участников процесса, изучив материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с ч.1 ст.45 Конституции Российской Федерации каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Согласно п.1 ст.10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действуя в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Вместе с тем, п.1 ст.1099 ГК РФ установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и статьей 151 ГК РФ.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ (абз. 3 ст. 1100 ГК РФ).

Из положений ст.ст.1064, 1070 и 1100 ГК РФ в их системном толковании следует, что компенсация морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, осуществляется независимо от вины причинителя в случаях наступления последствий, указанных в п.1 ст.1070 ГК РФ (в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста), и только при условии причинения его должностными лицами либо государственными органами, указанными в данной норме закона.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.10.2011 № 22-П по делу о проверке конституционности частей первой и второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО3, ФИО4 и И.Н.Сардыко, применимость специального порядка возмещения государством вреда предрешается не видом уголовного преследования, а особым статусом причинителя вреда, каковым могут обладать лишь упомянутые в ч.1 ст.133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации государственные органы и должностные лица - орган дознания, дознаватель, следователь, прокурор и суд - независимо от занимаемого ими места в системе разделения властей (пункт 3).

Специфика правовой природы дел частного обвинения, уголовное преследование по которым осуществляется частным обвинителем, ограничивает применение к ним положений главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ). Вынесение мировым судьей оправдательного приговора в отношении подсудимого по такому делу не порождает обязанность государства возместить причиненный ему вред (если он не был причинен иными незаконными действиями или решениями судьи), поскольку причинителем вреда в данном случае является частный обвинитель, выдвинувший необоснованное обвинение (пункт 5).

При оправдании подсудимого по делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному делу (ч.9 ст.132 УПК РФ), взыскание в пользу реабилитированного расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. Возмещение же иного вреда за счет средств частного обвинителя главой 18 УПК РФ не предусматривается. Реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не меняет публично-правовой сущности уголовной ответственности и не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины (пункт 5). 

Аналогичная позиция изложена в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 28 мая 2009 г. № 643-О-О об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО6 на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

В отличие от уголовного преследования, осуществляемого в публичном и частно-публичном порядке (ч.ч.1, 3, 5 ст.20 УПК РФ), привлечение к уголовной ответственности по делам частного обвинения, за исключением случаев, предусмотренных ч.4 ст.20 УПК РФ, является следствием обращения частного обвинителя в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица.

Такое обращение является одной из форм реализации конституционного права граждан на обращение в государственные органы (ст.33 Конституции Российской Федерации) и конституционного права каждого на судебную защиту (ч.1 ст.46 Конституции Российской Федерации).

При этом в отличие от органов дознания, предварительного следствия и государственного обвинения на частного обвинителя не возлагается юридическая обязанность по установлению события преступления и изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления (ч.2 ст.21 УПК РФ).

Приведённые правовые нормы устанавливают общий принцип наступления гражданско-правовой ответственности за причинённый вред только при наличии вины причинителя, исключения из которого при строго определённых случаях должны быть прямо закреплены в законе.

При этом реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не является предпосылкой для безусловного применения в отношении него специального, характерного для такого субъекта как государство, порядка возмещения вреда, в том числе морального в полном объёме и независимо от наличия вины.

Учитывая изложенное, при разрешении споров о взыскании компенсации морального вреда в случае вынесения оправдательного приговора по делу частного обвинения юридически значимым является вопрос о том, было ли обращение частного обвинителя в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица продиктовано потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы либо намерением причинить вред другому лицу.

Из обстоятельств рассматриваемого дела следует, что ФИО1 обвинялась частным обвинителем ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.128.1 УК РФ - клевете, то есть распространении заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию.

Согласно заявлению ФИО2, в порядке частного обвинения, ФИО10, ФИО1 в июле 2023 г. распространяли в отношении ФИО2 информацию о нецелевом использовании им денежных средств в сумме 6 000 000 руб., полученных в результате участия в тендере, написав об этом обращение депутату Государственной Думы ФИО7, о неправомерных действиях ФИО2 в отношении ФИО10 по поводу водоснабжения её домовладения. Также ФИО10 и ФИО1 в отношении ФИО2 были написаны заявления в МО МВД России «Топчихинский», об этом ФИО2 узнал от сотрудников полиции. Данная информация не соответствует действительности, так как в тендерах ФИО2 не участвовал. 

В заявлении ФИО2 также указывалось, что в июле 2023 г. ФИО1 в группе 

<

данные изъяты>. 

Вмененные в вину ФИО1 действия квалифицированы частным обвинителем по ч.1 ст.128.1 УК РФ.

Вступившим в законную силу приговором мирового судьи судебного участка Топчихинского района Алтайского края от 14.05.2024 постановлено ФИО1 по предъявленному ей обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.128.1 УК РФ - оправдать за отсутствием в ее действиях состава преступления, на основании п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ.

В удовлетворении исковых требований частного обвинителя ФИО2 о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда в размере 15 000 руб. также отказано. 

Указанным приговором также оправдана ФИО10

Мировым судьей при рассмотрении дела по частному обвинению установлено, что объективных доказательств, свидетельствующих о том, что обстоятельства, приведенные ФИО1 в письме депутату Государственной думы ФИО7, являются заведомо ложными, стороной обвинения не представлено, также суду не представлено доказательств того, что ФИО1 злоупотребила своим конституционным правом и действовала с исключительным намерением оклеветать потерпевшего, причинить ему вред. Обращаясь к депутату Государственной Думы, ФИО1, таким образом, реализовала свое конституционное право на обращение в государственные органы, которые обязаны проверять поступившую информацию. Исходя из содержаний обращений, адресованных в государственный орган ФИО1 не высказывалась негативная оценка поведения потерпевшего, либо отрицательная характеристика поступков, совершенных потерпевшим. В рассматриваемых действиях ФИО1 не усматривается умысла на распространение сведений, поскольку они высказывались в письменных обращениях, поданных в государственный орган, доказательств передачи данных сведений иным лицам мировому судье не представлено. 

Относительно факта распространения ФИО1 в группе 

<

данные изъяты> содержат суждения, являющиеся субъективными, оценочными, сформированными в результате воспринятых ею событий и сообщенных сведений от других лиц. Частным обвинителем не представлено доказательств, указывающих на наличие в действиях ФИО1 таких обязательных признаков состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.128.1 УК РФ, как распространение в отношении него заведомо ложных сведений, порочащих его честь и достоинство или подрывающих его репутацию, равно как и доказательств наличия у ФИО1 прямого умысла на распространение в отношении потерпевшего заведомо ложных сведений.

Принимая во внимание вышеизложенное, исследовав обстоятельства дела, оценив представленные доказательства, проанализировав нормы действующего законодательства, суд приходит к выводу, что возможность обращения к мировому судье с заявлением в порядке частного обвинения предусмотрена законом, использование данного способа защиты права ответчиком не является противоправным, ФИО2 реализовал свое конституционное право на обращение в органы, которые в силу закона обязаны разрешать такие заявления, имел намерения защитить свои интересы, не преследовал цели необоснованного привлечения истца к уголовной ответственности и не имел намерений причинить вред ФИО1 Ответчик ФИО2, обращаясь в суд в порядке частного обвинения, полагал свои требования законными. Доказательств, подтверждающих намерение ФИО2 причинить вред ФИО1, в материалах дела не имеется и таковых не представлено.

Довод истца ФИО1, что выявленное у нее в августе 2024 года заболевание «Остеохондроз шейного отдела позвоночника» и в ноябре 2024 года «Изменения миокарда желудочков» являются последствием пережитого и переживаемого в настоящее время ею стресса от незаконного привлечения к уголовной ответственности в период с февраля по май 2024 года судом проверялся в судебном заседании. 

Истцом представлены карта здорового образа жизни и результаты дисперсионного картирования, согласно последнего у ФИО1 выявлены умеренные изменения миокарда желудочков, также указано, что увеличенный индикатор ритма обусловлен повышенным стрессом. 

<

данные изъяты>

Вышеперечисленные медицинские документы не могут быть приняты во внимание, поскольку истцом ФИО1 не представлено доказательств причинно-следственной связи между обращением ответчика ФИО2 к мировому судье с заявлением в порядке частного обвинения, уголовным преследованием в отношении нее и ухудшением состояния ее здоровья.

Таким образом, с учетом состязательности гражданского процесса, в соответствии со ст.56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд в процессе состязательности не является инициатором и лишь разрешает предусмотренные законом вопросы, которые ставят перед ним участники судопроизводства, и которые в рамках своих процессуальных прав обосновывают и доказывают свою позицию в конкретном деле. Законом на суд не возлагается обязанность по собиранию доказательств и по доказыванию действительных обстоятельств дела, так как возложение такой обязанности приведет к тому, что он будет вынужден действовать в интересах какой-либо из сторон.

В силу ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Оценив пояснения истца, пояснения свидетеля, письменные возражения ответчика, письменные доказательства, имеющиеся в материалах дела в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу, что требования истца о возмещении морального вреда не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Топчихинский районный суд в течение месяца со дня вынесения в окончательной форме. 

Председательствующий Е.Д. Казанцева 

Мотивированное решение изготовлено 27 февраля 2025 года