. 

Решение

 в окончательной форме принято 02.11.2020. 

дело № 2-4/2020 

УИД 66RS0057-01-2019-000903-42 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Талица 28.10.2020 

Талицкий районный суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Анохина С. П.,

при секретаре судебного заседания Сидоровой М. П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Талицкая ЦРБ» о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Талицкая ЦРБ» (далее - ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ»).

В обоснование исковых требований истец указала, что при падении 24.01.2019 она повредила себе левую руку.

В тот же день, в 18:45, она обратилась за медицинской помощью в ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ», где ей была оказана медицинская помощь: сделана рентгенография, произведен осмотр врачом К. А., который поставил диагноз – ушиб и растяжение связок, ей была рекомендованы тугая повязка и мази.

25.01.2019 на приеме врача-хирурга ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ» А.У. диагноз «ушиб и растяжение связок» подтвержден, выписан лист временной нетрудоспособности, который многократно продлевался до конца мая 2019 года по причине болезненности поврежденной руки. В указанный период назначалось формальное лечение (мази, лечебная физкультура и т.д.)

19.04.2019, по своей инициативе, она обратилась в Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Тюменской области «Областная клиническая больница № 2» (далее – ГБУЗ ТО «ОКБ № «) для исследования поврежденной руки, где у нее был установлен перелом левой лучевой кости. Стоимость указанного обследования составила 4 200 рублей.

23.04.2019 на приеме врача-хирурга К. Н. в ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ» ей (истцу) рекомендовано ношение ортеза на лучезапястный сустав, стоимость которого составила 3 450 рублей.

В течение длительного времени, с 24.01.2019 до конца мая 2019 года, врачами в ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ» ей оказывалась неквалифицированная помощь: не был поставлен верный диагноз, не назначено соответствующее лечение, давались неправильные рекомендации.

Устав от болей в области левого лучезапястного сустава и отношения докторов ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ», которые не верили в ее болевые ощущения и рекомендовали физическую нагрузку на сломанную руку.

29.05.2019 она обратилась за медицинской помощью в ГБУЗ СО «Центр специализированных видов медицинской помощи «Уральский институт травматологии и ортопедии им. В. ФИО3», где была осмотрена доктором медицинских наук, направлена на обследование (компьютерная томография) и ей была назначена повторная консультация. Стоимость первичного приема доктора составила 2 000 рублей.

02.06.2019 после обследования на компьютерном томографе, составлено заключение: несросшийся перелом шиловидного отростка локтевой кости. Стоимость обследования составила 3 460 рублей.

На повторной консультации в ГБУЗ СО «Центр специализированных видов медицинской помощи «Уральский институт травматологии и ортопедии им. В. ФИО3» ей была рекомендована, а затем и назначена операция по фиксации сломанного сустава спицами, восстановительная операция на связках кистевого сустава.

Операция была проведена в г. Екатеринбурге в ООО «Центр косметологии и пластической хирургии». Для проведения этой операции ей понадобились обследования: медицинский осмотр и лабораторные анализы. Стоимость медицинского осмотра составила 5 150 рублей, стоимость лабораторных анализов 5 750 рублей, стоимость операции составила 124 787 рублей.

Проживая в д. Красногорке Талицкого района Свердловской области, не дождавшись своевременной и квалифицированной помощи от медицинского персонала ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ», обращаясь за помощью к врачам ГБУЗ СО «Центр специализированных видов медицинской помощи «Уральский институт травматологии и ортопедии им. В. ФИО3», она (истец) была вынуждена затрачивать свои собственные средства на оплату ГСМ – заправку автомобиля (6 поездок в г. Екатеринбург и обратно, 1 поездка в г. Тюмень и обратно). Затраты на ГСМ составили 12 558,60 рублей.

В результате неквалифицированной и некачественной работы медицинского персонала ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ» она претерпела много боли и унижений. При должной внимательности медицинского персонала районной больницы возможно было бы обойтись без дорогостоящей болезненной операции.

20.06.2019 она обратилась с заявлением в Страховую медицинскую компанию «Астрамед-МС» с требованием оплатить ей произведенные затраты на лечение.

22.07.2019 Страховая медицинская компания «Астрамед-МС» отказала ей в выплате компенсации за оплаченные ею услуги, а также указала, что выявлено нарушение ее прав на получение качественной и своевременной медицинской помощи. 

Причинная связь между неквалифицированными и некачественными действиями медицинского персонала ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ» очевидна – некачественное и длительное лечение, непринятие необходимых мер для предотвращения неблагоприятных последствий.

Истец полагает, что указанное явилось следствием недостатков при оказании медицинской помощи в ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ».

Ее (истца) моральные страдания выражаются в физической боли, связанной с причиненным увечьем и повреждением здоровья, длительным неадекватным лечением заболевания. 

30.07.2019 она обратилась с претензией к ответчику ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ», где просила добровольно оплатить ей материальные затраты расходов на лечение в сумме 148 797 рублей и компенсировать моральный вред в сумме 300 000 рублей, на что получила отрицательный ответ. В ответе ГБУЗ СО «Талицкая ЦРБ» также искажены факты истории ее заболевания.

Руководствуясь п. 1 ст. 151, абз. 1 п. 1 ст. 1068, п. 4 ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 21.11.2011 N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» истец просила взыскать с ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ» убытки в сумме 148 797 рублей, компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей, возместить расходы на представителя в размере 15 000 рублей.

Истец в суде на иске настаивала и утверждала о наличии некачественного оказания ей медицинских услуг в ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ», выразившихся в неправильно установленном диагнозе, и, соответственно, проведенном в связи с этим лечением. Полагает, что ответчиком в период ее амбулаторного лечения не был выявлен и установлен фактический диагноз, вследствие чего проведенное лечение оказалось неэффективным, привело к ухудшению состояния здоровья, в том числе по причине упущения своевременного оперативного лечения, которое бы способствовало восстановлению функции левого лучезапястного сустава. 

Представитель ответчика ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ» ФИО2, действуя в соответствии с доверенностью, иск не признал, обосновал тем, что ФИО1 является застрахованным лицом и в рамках Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» имела право на бесплатное оказание ей медицинской помощи медицинскими организациями при наступлении страхового случая на всей территории Российской Федерации в объеме, установленном базовой программой обязательного медицинского страхования, на территории субъекта Российской Федерации, в котором выдан полис обязательного медицинского страхования, в объеме, установленном территориальной программой обязательного медицинского страхования. У ФИО1 имелась возможность получить медицинскую помощь бесплатно в рамках территориальной программы обязательного медицинского страхования, но она этой возможностью не воспользовалась и в добровольном порядке обратилась в медицинские учреждения на оказание ей платных медицинских услуг. 

Представитель третьего лица – Страховая медицинская компания «Астрамед-МС», в отзыве указал, что ФИО1 самостоятельно пошла на платное оперативное лечение и обследование. На получение бесплатной медицинской помощи права ФИО1 не нарушены. Все обследования в медицинских организациях Свердловской и Тюменской областях после 20.05.2019 проведены без направления профильного специалиста ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ». Сведений о необходимости дообследования (КТ суставов, оперативное лечение в ООО «Центр косметологии и пластической хирургии» и пр.) в медицинской документации ответчика нет. На основании п. п. 11, 14, 15 п. 98 Главы 12 Территориальной программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи в Свердловской области на 2019 год и на плановый период 2020 и 2021 годов (Утв. Постановлением Правительства Свердловской области от 26.12.2018 N 959-ПП) медицинская помощь (консультативно-диагностическая) в амбулаторных поликлинических медицинских организациях предоставляется по направлению лечащего врача или врача-специалиста, равно как и лабораторно-диагностические методы исследования - при наличии медицинских показаний и в соответствии с принятыми стандартами обследования по данному заболеванию. Следовательно, возврат денежных средств медицинской организацией невозможен. В последующем представитель третьего лица указал, что требования истца в части компенсации морального вреда обоснованы, так как имели место нарушения качества предоставленной медицинской помощи, в части требования о возмещении убытков полагался на усмотрение суда. 

Заслушав истца и его представителя, представителя ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ», свидетеля, заключение прокурора, изучив представленные сторонами доказательства, суд приходит к следующему.

Статьей 25 Всеобщей декларации прав человека и ст. 12 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, а также ст. 2 Протокола № 1 от 20.03.1952 к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод признается право каждого человека на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч. 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (ч. 2 ст. 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В ст. 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (п. п. 1, 2, 5 - 7 ст. 4 названного закона).

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (п. п. 3, 9 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии с п. 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи. В силу ст. 98 указанного Закона медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 4 Закона РФ «О защите прав потребителей» потребитель имеет право на оказание медицинских услуг надлежащего качества. В силу требований ст. 7 Закона РФ «О защите прав потребителей» исполнитель обязан оказать услугу, качество которого соответствует договору и обязательным требованиям закона или предусмотренным им стандартам, обеспечить безопасность услуги. 

Пунктом 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 17 от 28.06.2012 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме. Право требовать возмещения вреда, причиненного вследствие недостатков товара (работы, услуги), признается за любым потерпевшим независимо от того, состоял он в договорных отношениях с продавцом (исполнителем) или нет (ст. 14 Закона РФ «О защите прав потребителей»).

В соответствии со ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины, при этом размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Согласно ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Пунктом 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» определено, что установленная ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Таким образом, из содержания указанных норм права в их системной взаимосвязи следует, что вред, в том числе моральный вред, причиненный гражданину ненадлежащим оказанием медицинских услуг, подлежит компенсации соответствующим медицинским учреждением, при этом, указанное учреждение может быть освобождено от ответственности за причинение вышеназванного вреда только в случае если докажет, что в силу действующего законодательства и конкретных обстоятельств дела вред, причиненный данному гражданину должно компенсировать иное лицо.

Вместе с тем, по смыслу закона установление факта неправильной постановки гражданину диагноза, неверно проведенного в связи с этим лечения, свидетельствует о нарушении потребительских прав соответствующего пациента, что в силу вышеприведенных норм права презюмирует причинение ему морального вреда, поэтому сам по себе факт не причинения вреда здоровью истца, по делам рассматриваемой категории, неправильной постановкой диагноза не является безусловным основанием к отказу в удовлетворении рассматриваемого иска, так как именно исполнитель медицинских услуг обязан доказать факт отсутствия его вины в возникновении данного дефекта медицинских услуг, а при недоказанности указанного обстоятельства он не может быть освобожден от обязанности компенсировать моральный вред причиненный истцу оказанием услуг ненадлежащего качества.

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 данного кодекса. Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ст. 151 ГК РФ).

Ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред. Согласно п. 4 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016) доказать отсутствие вины в причинении морального вреда обязан причинитель вреда. 

В соответствии с п. 2 ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации и п. 4 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Ввиду приведенных выше норм права и акта их толкования, обязанность по доказыванию обстоятельств оказания истцу медицинских услуг в соответствии с порядком и стандартами медицинской помощи, а равно обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, лежит на ответчике.

Судом установлено, что согласно медицинской карте № пациента ФИО1, получающей медицинскую помощь в амбулаторных условиях, истец, сразу после травмы 24.01.2019 была осмотрена в приемном отделении ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ», ей был поставлен диагноз «ушиб, растяжение связок левого лучезапястного сустава», ей была оказана медицинская помощь: произведен осмотр врачом К. А., рекомендованы тугая повязка и мази, по результатам рентгенографии сведений о переломе не выявлено. 

25.01.2019 на приеме врача-хирурга ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ» установлен диагноз «ушиб левого лучезапястного сустава», выписан лист временной нетрудоспособности на период до 31.01.2019.

31.01.2019 врач-хирург подтвердил диагноз «ушиб, растяжение связок левого лучезапястного сустава», лист временной нетрудоспособности был продлен до 07.02.2019.

07.02.2019 на приеме в районной больнице врач-хирург подтвердил у ФИО1 ранее установленный диагноз и направил ее на врачебную комиссию, где лист временной нетрудоспособности был продлен до 12.02.2019.

12.02.2019 ФИО1 врачом-хирургом была осмотрена, поставленный ей ранее диагноз был снова подтвержден. После окончания курса лечения истец была выписана и с 13.02.2019 должна была приступить к работе, хотя на приеме продолжала жаловаться на боли в левом кистевом суставе. 

В судебном заседании истец утверждала, что после проведенного лечения функции левого кистевого сустава восстановлены не были, она продолжала испытывать болевые ощущения в области левого лучезапястного сустава, вместе с тем, продолжила трудовую деятельность.

19.04.2019, в виду того, что боли в левой руке продолжались и не стихали, в целях установления правильного диагноза, по своей инициативе ФИО1 обратилась ГБУЗ Тюменской области «Областная клиническая больница № 2» для исследования поврежденной руки, где ей было выдано заключение с указанием на «признаки консолидирующего перелома левой лучевой кости, гидромы».

За оказанную услугу она заплатила ГБУЗ ТО «ОКБ № 2» 4 200 рублей (л. д. 9-10).

23.04.2019 она прибыла на прием в ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ» с жалобами на боли в связи с травмой, полученной 3 месяца назад, где врач-хирург Свидетель №1 установил диагноз «сросшийся перелом лучевой кости слева, синдром Зудека (?). Однако снова по результатам рентгенографии левого лучезапястного сустава сведений о переломе не выявлено. 

06.05.2019 ФИО1 с жалобами на боли в левом лучезапястном суставе снова обратилась в ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ. После осмотра врачом–хирургом установлено, что травма у нее была 3 месяца назад, ей был поставлен диагноз «сросшийся перелом левой лучевой кости без смещения, синдром Зудека», назначено лечение, выдан лист нетрудоспособности на срок с 06.05.2019 до 14.05.2019.

При приеме 14.05.2019 диагноз был подтвержден, рекомендовано консервативное лечение, в том числе фиксация при помощи ортеза, лист временной нетрудоспособности продлен до 20.05.2019. 

Рекомендованный ей врачом ортез на лучезапястный сустав был приобретен ФИО1 за 3 450 рублей (л. д. 11).

20.05.2019 ей в ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ» снова был поставлен диагноз «сросшийся перелом левой лучевой кости без смещения, синдром Зудека».И опять же по результатам рентгенографии левого лучезапястного сустава сведений о переломе не выявлено. С 21.05.2019 она должна была приступить к работе. Вместе с тем, ФИО1 обязывалась явкой на прием к врачу 28.05.2019. 

Свидетель Свидетель №1 показал, что ФИО1 действительно находилась на лечении в ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ»и в апреле 2019 года он ей поставил диагноз» консолидирующий перелом левой лучевой кости, синдром Зудека» с учетом давности в три месяца, однако по результатам рентгенографии органической патологии не выявлено, перелом левого лучезапястного сустава у ФИО1 не подтверждался. Возможность выдачи направления для диагностики была, но направление ФИО1 выдано не было. 28.05.2019 истец на приеме в больнице не была. 

Вместе с тем, ФИО1 пояснила, что 28.05.2019 она приходила на прием к врачу-хирургу, но ее не приняли, никакой медицинской помощи не оказали, направление на дальнейшую диагностику в другое медицинское учреждение не выдали, поэтому она решила самостоятельно ехать на консультацию в ГБУЗ СО «Центр специализированных видов медицинской помощи «Уральский институт травматологии и ортопедии им. В. ФИО3». 

29.05.2019 ФИО1 обратилась за медицинской помощью в ГБУЗ СО «Центр специализированных видов медицинской помощи «Уральский институт травматологии и ортопедии им. В. ФИО3», где была осмотрена, направлена на обследование при помощи компьютерной томографии и ей была назначена повторная консультация. 

Стоимость первичного приема доктора составила 2 000 рублей, которые были уплачены ею в тот же день (л. д. 12-13).

02.06.2019 ФИО1 в ГБУЗ ТО «ОКБ № 2» была проведена компьютерная томография левого лучезапястного сустава. По результатам исследования у нее «определяется консолидированный перелом дистального метаэпифиза лучевой кости. Отмечается свободно лежащий костный фрагмент в области шиловидного отростка, вероятнее посттравматического характера». За проведение исследования ФИО1 было уплачено 3 460 рублей (л. д. 14-16).

На повторной консультации в ГБУЗ СО «Центр специализированных видов медицинской помощи «Уральский институт травматологии и ортопедии им. В. ФИО3» ей была рекомендована, а затем и назначена операция по фиксации сломанного сустава спицами, восстановительная операция на связках кистевого сустава.

Такая операция по исправлению «застарелого повреждения лучелоктевого сочленения левого кистевого сустава» (л. д. 30, об.сторона) ФИО1 была проведена в ООО «Центр косметологии и пластической хирургии», где истец находилась в период с 10.06.2019 по 12.06.2019, что подтверждается выпиской стационарного пациента (л. д. 22). 

За подготовку к операции (сдача необходимых анализов) и само оперативное лечение ФИО1 уплатила в ООО «Центр косметологии и пластической хирургии» в сумме 124 787 рублей (л. д. 18-21).

Поскольку между сторонами возник спор о качестве оказанных медицинских услуг, то судом по делу назначена судебно-медицинская экспертиза в ГБУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы Свердловской области».

В силу положений п. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 N 23 «О судебном решении», заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд принимает данное заключение допустимым доказательством только в части того, что ФИО1 диагноз о частичном повреждении дистального радио-ульнарного сочленения установлен верно только после углубленного узкоспециализированного КТ-исследования при обращении в ГБУЗ СО «Центр специализированных видов медицинской помощи «Уральский институт травматологии и ортопедии им. В ФИО3»; при проводимом в ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ» лечении ФИО1 и при установленном ей диагнозе «ушиб левого лучезапястного сустава» завышены сроки лечения; при сохраняющихся либо усиливающихся болях в плановом порядке она должна была быть, направлена, согласно Приказу МЗ Свердловской области по маршрутизации больных с травмой кисти для консультации в ЦКГБ № 24 г. Екатеринбурга - «Центр кисти»; критерии качества лечения не достигнуты, сроки лечения ушиба слишком длинные; при наличии жалоб на не стихающую боль, следовало в более ранние сроки направить на консультацию в специализированный центр, так как эти выводы экспертов подтверждаются другими доказательствами. 

Вывод в заключении о том, что не исключается факт повторного травмирования ФИО1 левой верхней конечности в апреле,2019 года, когда принимала роды у коровы, носит вероятностный характер и судом не принимается. Сама ФИО1 отрицала повторное травмирование левого лучезапястного сустава в апреле 2019 года, и доказательств этому, как того требует ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ответчиком не предоставлено. 

Вместе с тем, на некачественное проведенное лечение ФИО1 в лечение в ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ» имеются сведения в экспертном заключении и акте экспертизы качества медицинской помощи, представленных Страховой медицинской компанией «Астрамед-МС», в которых врач-эксперт указал, что не достигнуты критерии качества лечения истца, не диагностирован перелом лучевой кости, что привело к удлинению сроков лечения, отсутствие своевременной консультации в ГБУЗ СО «Центр специализированных видов медицинской помощи «Уральский институт травматологии и ортопедии им. В ФИО3» (л. 

<

...>).

Оценивая представленные сторонами доказательства и заключение экспертов, суд приходит к выводу, что объективные данные - наличие болезненных ощущений в области левого лучезапястного сустава и отек сустава у ФИО1, в данной ситуации, правомочен был лишь на момент первичного ее обращения до проведения инструментальных исследований.

В последующем, при отсутствии дополнительных данных о состоянии ее левого лучезапястного сустава и отмеченной объективной клинической симптоматики, установленный диагноз по состоянию на 25.01.2019, является неверным.

И только 23.04.2019, после того, как ФИО1 было представлено КТ-заключение о признаках «консолидирующего перелома левой лучевой кости, гидромы», врачом–хирургом ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ» ФИО1 был диагностирован «сросшийся перелом левой лучевой кости без смещения, синдром Зудека». При этом необходимо отметить, что на всем протяжении нахождения истца на амбулаторном лечении в ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ» проводились рентгенографии ее левого лучезапястного сустава, однако сведений о переломе выявлено не было. 

По мнению суда, именно отсутствие дополнительных инструментальных исследований (УЗИ, МРТ, КТ левого лучезапястного сустава), необходимых для объективной оценки состояния левого лучезапястного сустава ФИО1 затрудняло диагностику ее болезненного состояния и способствовало несвоевременному выявлению повреждения этого сустава у истца. 

При этом согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № СО, объективная клиническая картина, имеющаяся в период с 25.01.2019, и данные представленных в материалы гражданского дела инструментальных исследований позволяют сделать вывод о том, что на момент первоначального обращения в ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ» у ФИО1 уже имелось частичное повреждение дистального радио-ульнарного сочленения, и это было установлено только после углубленного узкоспециализированного КТ-исследования при обращении истца в ГБУЗ СО «Центр специализированных видов медицинской помощи «Уральский институт травматологии и ортопедии им. В. ФИО3».

Объективные данные (наличие болезненных ощущений в области левого лучезапястного сустава ФИО1) при проведении исследований за весь период прохождения амбулаторного лечения в ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ» не позволили точно диагностировать у истца частичное повреждение дистального радио-ульнарного сочленения. 

В этом случае ФИО1, при сохраняющихся у нее болях не только нуждалась лечащим врачом направлению в ЦГБ № 24 г. Екатеринбурга («Центр кисти» для консультации, но и оперативному лечению в условиях иного лечебного учреждения, так как такое оперативное лечение в условиях ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ» было невозможно. 

Суд признает, что указанные недостатки обследования ФИО1 в ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ» сами по себе не явились причиной возникновения диагностированного истцу частичного повреждения дистального радио-ульнарного сочленения, однако в силу неполноты обследования, и, в связи с этим, неверно установленного диагноза, не позволило на ранней стадии заболевания провести консервативное лечение с полным восстановлением функции левого лучезапястного сустава истца. 

Доводы представителя ответчика и третьего лица о том, что ФИО4 имела возможность получить медицинскую помощь бесплатно в рамках территориальной программы обязательного медицинского страхования, но она этой возможностью не воспользовалась и в добровольном порядке обратилась в медицинские учреждения на оказание ей платных медицинских услуг, и по этой причине не может претендовать на возмещение ей убытков, расцениваются как несостоятельные. 

Из объяснений истца следует, что о сохранении болевых ощущений, ограничении двигательных функций сустава она неоднократно сообщала при ее обследованиях (на приемах) в ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ», что подтверждается записями в ее амбулаторной карте.

Согласно положениям ст. ст. 56, 59, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказывать, принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Право оценки доказательств принадлежит суду первой инстанции.

Из совокупности исследованных судом доказательств следует наличие при оказании врачами ответчика ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ» медицинской помощи ФИО1 допущенных дефектов, выразившихся в отсутствии дополнительных инструментальных исследований для целей объективной оценки состояния левого лучезапястного сустава, неверно выставленного истцу диагноза, неэффективности лечения, поскольку не было назначено оперативное лечение при наличии для него показаний. 

Доказательств обратному ответчиком не представлено.

С учетом указанного суд приходит к выводу об обоснованности требований иска ФИО1 в части возложения на ответчика обязанности возмещения убытков и причиненного морального вреда, поскольку в ходе судебного разбирательства достоверно установлен и подтверждается допустимыми доказательствами факт оказания истцу ответчиками медицинских услуг ненадлежащего качества, на что указывает наличие в действиях работников ГАУЗ СО «Талицкая ЦРБ» неправильной оценки симптоматики состояния истца либо формальное отношение к своим обязанностям. 

Кроме этого, согласно выводам судебно-медицинской экспертизы № СО, при наличии жалоб на не стихающую боль ФИО1 следовало в более ранние сроки направить на консультацию в специализированный центр в ЦКГБ № 24 г. Екатеринбурга - «Центр кисти», критерии качества лечения не достигнуты, сроки лечения ушиба слишком длинные. 

Таким образом, ошибочной является ссылка представителя ответчика и представителя третьего лица – Страховая медицинская компания «Астрамед-МС», а также заключения экспертов о возможности получения истцом бесплатного медицинского обследования, поскольку за медицинской помощью истец обратился к ответчику в рамках обязательного медицинского страхования и именно по причине невозможности получения дополнительного обследования вынужден был обратиться в лечебные учреждения на платной основе. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из конкретных обстоятельств дела, степени физических и нравственных страданий истца, требований разумности и справедливости, степени вины ответчика в причинении истцу морального вреда. 

Из объяснений истца следует, что в результате оказания некачественной медицинской помощи она испытывала физическую боль, нравственные страдания, не могла в полной мере заниматься работой, бытовыми вопросами, испытывая болевые ощущения. 

Так, в судебном заседании истец поясняла, что по настоящее время у нее сохраняются болевые ощущения. Ей в ООО «Центр косметологии и пластической хирургии» в феврале 2020 года еще была проведена операция на левом лучезапястном суставе, и по заключению лечащего врача, понадобится еще одно оперативное вмешательство. 

С учетом изложенного, принимая во внимание, что ответчик является юридическим лицом, деятельность которых связана с оказанием медицинских услуг населению, которые должны оказываться своевременно и качественно, суд, признавая, что заявленный истцом размер компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей является завышенным, полагает соответствующим обстоятельствам дела размер компенсации в размере 25 000 рублей. 

В соответствии с положениями ст. ст. 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации представляются также обоснованными требования иска ФИО1 о возмещении за счет соответчика расходов на оплату медицинских услуг для целей подтверждения верного диагноза и проведенного оперативного лечения в сумме 148 797 рублей.

Действительность и реальность указанных расходов подтверждена истцом соответствующими документами (договорами, платежными документами) (л. 

<

...>, 12-13, 14-16, 18-21).

Относительно требований ФИО1 о возмещении судебных расходов на представителя, суд отмечает следующее.

Взыскание расходов на оплату услуг представителя, понесенных лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требований ст. 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Именно поэтому в ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Как следует из материалов дела, истцом понесены расходы в размере 15 000 рублей на оплату услуг представителя (л. д. 134).

При определении размера оплаты услуг представителя, подлежащего взысканию в пользу истца в силу ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает во внимание объем работы представителя по данному делу, характер и сложность спора, количество проведенных по делу судебных заеданий, частичное удовлетворение иска, а также требования разумности и справедливости, документальное подтверждение понесенных истцом расходов и приходит к выводу о возможности удовлетворения требований истца о возмещении расходов на оплату услуг представителя путем взыскания с соответчика в пользу ФИО1 15 000 рублей. 

Поскольку при обращении с иском в суд ФИО1 была освобождена от уплаты государственной пошлины, то с ответчика в пользу соответствующего бюджета в соответствии с положениями ст. ст. 98, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации надлежит взыскать судебные расходы в сумме 4 175 рублей 94 копеек (300 руб. – за требование компенсировать моральный вред, 3 875 руб. – за требование взыскать убытки). 

Как следует из материалов дела, расходы на проведение судебной экспертизы по делу определением суда от 10.12.2019 были возложены на ответчика (л. д. 150-157). Из направленного совместно с экспертным заключением заявления Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Свердловской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» следует, что оплата экспертизы на момент рассмотрения дела судом произведена не была, по настоящее время экспертиза не оплачена. 

Согласно ч. 2 ст. 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений части первой статьи 96 и статьи 98 настоящего Кодекса.

Учитывая изложенное, суд признает заявление ГБУЗ СО «БСМЭ» о возмещении расходов подлежащим удовлетворению. С учетом представленных ГБУЗ СО «БСМЭ» сведений о стоимости экспертного исследования, принимая во внимание результат разрешения иска ФИО1, с соответчика в счет оплаты судебно-медицинской экспертизы № СО по гражданскому делу в пользу Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Свердловской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» за проведение судебной экспертизы надлежит взыскать 54 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

Иск ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Талицкая ЦРБ» в пользу ФИО1 в счет возмещения убытков 148 797 рублей, компенсацию морального вреда в размере 25 000 рублей, за услуги представителя 15 000 рублей.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Талицкая ЦРБ» в пользу местного бюджета судебные расходы (государственную пошлину) в размере 4 175 рублей 94 копеек.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Талицкая ЦРБ» в пользу Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Свердловской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» за проведение судебной экспертизы 54 000 рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение месяца через Талицкий районный суд со дня принятия решения в окончательной форме. 

Судья подпись Анохин С. П.