РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 ноября 2018 года Октябрьский районный суд 

<

адрес> в составе: председательствующего судьи Евладовой А.А., с участием старшего помощника прокурора 

<

адрес> ФИО2, истца ФИО1, представителей ответчика – МБУ «ЦГКБ № ******» - ФИО5, ФИО3, представителя ГБУЗ 

<

адрес> «

<

адрес> онкологический диспансер» - ФИО7, при секретаре ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Муниципальному бюджетному учреждению «Центральная городская клиническая больница № ******», Государственному бюджетному учреждению здравоохранения 

<

адрес> «

<

адрес> онкологический диспансер» о взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд к муниципальному бюджетному учреждению «Центральная городская клиническая больница №

<

адрес>» (далее - МБУ «ЦГКБ № ******), государственному бюджетному учреждению здравоохранения 

<

адрес> «

<

адрес> онкологический диспансер» (далее- ГБУЗ СО «СООД») с иском о компенсации морального вреда. В обоснование исковых требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ в МБУ «ЦГКБ № ******» ей была проведена операция – лапароскопическая холецистэктомия (удаление желчного пузыря), в результате которой имело место выпадение камней из желчного пузыря в брюшную полость, об этом факте ей не сообщили. В июле 2015 года ей была сделана операция в ГБУЗ СО «СООД» - мастэктомия правой молочной железы в связи с диагностированным в 2013 году раком правой молочной железы и ухудшением состояния, потом в течение 5 месяцев она прошла 6 курсов химиотерапии. В 2016 года у истца стал болеть живот, она, полагая, что эти боли связаны с имеющимся у нее онкологическим заболеванием, обратилась в ГБУЗ СО «СООД» за консультацией. В ГБУЗ СО «СООД» была сделана компьютерная томография, на основании данных которой поставлен диагноз - прогрессирование метастаз в селезенку, множественные метастазы по брюшине, назначено шесть курсов химиотерапии более серьезным препаратом, чем ей назначалось ранее. В связи с тем, что после проведения 3 курсов химиотерапии не было изменений в ее состоянии, истцу сделали диагностическую лапароскопию, которая показала, что диагноз ФИО1 был поставлен неверно – в брюшной полости у нее были обнаружены не метастазы, а камни, выпавшие в ходе операции при удалении желчного пузыря. Дальнейшая химиотерапия ей была отменена, неверный диагноз снят, однако в результате неверной постановки диагноза и необоснованного применения химиотерапии ей были причинены физические страдания, которые выражались в побочном действии химиотерапии – выпадении волос, ногтей, слабости, рвоте, головокружении, а также моральные страдания от осознания того, что имеющееся у нее онкологическое заболевание прогрессирует. В связи с некачественным проведением операции по удалению желчного пузыря, что привело к выпадению камней в брюшную полость, а также неверной постановкой диагноза «прогрессирование метастаз в селезенку, множественные метастазы по брюшине», что привело к неверному способу лечения и назначению курсов химиотерапии истец просит взыскать 1200000 рублей с каждого из ответчиков в качестве компенсации морального вреда. 

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования уточнила, просила взыскать по 1500000 рублей с каждого ответчика. Дополнительно суду пояснила, что из-за действий ответчиков ее здоровье получило серьезные повреждения: выпали волосы на голосе, ресницы и брови, она не могла, ни есть, ни ходить. Для восстановления после химиотерапии лежала в хосписе, где каждый час кто-нибудь умирал, от чего она испытала неописуемый страх и ужас. У нее маленькие дети, воспитанием которых она не могла заниматься в период получения химиотерапевтического лечения, так как страдала от сильной слабости.

Представители ответчика МБУ «ЦГКБ № ******» ФИО5, ФИО6 в судебном заседании возражали против удовлетворения иска, суду пояснили, что миграция камней в брюшную полость является технической особенностью такого оперативного вмешательства, как лапароскопическая холецистэктомия, поскольку операция проводится путем введения инструмента в брюшную полость пациента через небольшие разрезы под контролем видеокамеры, имеющей ограниченную видимость, желчный пузырь извлекается также через небольшой разрез, поэтому полностью проконтролировать ситуацию и исключить повреждение желчного пузыря и выпадение камней хирург не может. В случае, если камни визуализируются на камере, то брюшная полость промывается, видимые камни удаляются отсосом. Не визуализируемые камни в связи с ограничением обзора могут оставаться в брюшной полости, они не наносят вреда организму. У истца послеоперационный период прошел без особенностей, никаких признаков инфицирования не было, поэтому предположить, что камни остались в брюшной полости, у специалистов больницы оснований не было. 

Представитель ГБУЗ СО «СООД» ФИО7 в судебном заседании просила отказать в удовлетворении иска, поскольку при проведении КТ брюшной полости предположить наличие конкрементов, утерянных при лапароскопической холецистэктомии, не представлялось возможным – об этом не было никакой информации в медицинских документах истца. Наличие объемных образований на КТ, с учетом наличия в анамнезе пациентки серьезного онкологического заболевания, проведенной в 2015 году мастэктомии в связи с ухудшением состояния и отсутствия данных за второе онкологическое заболевание, было расценено как прогрессирование рака молочной железы и появление метастазов в брюшной полости. Считает, что тактика обследования и лечения выбраны врачами ГБУЗ СО «СООД» правильно и соответствуют стандартам оказания медицинской помощи. Динамика состояния пациентки постоянно контролировалась – при отсутствии каких-либо изменений в состоянии образований, обозначенных, как метастазы под действием химиотерапии, была проведена диагностическая лапароскопия, которая и позволила выявить факт неправильной диагностики, после чего дальнейшая химиотерапия была отменена. Представитель ответчика также поставила под сомнение утверждение истца о том, что проведенными 3-мя курсами химиотерапии был нанесен существенный вред ее здоровью, с учетом того, что ФИО1 являлась с в течение 20 лет инвали

<

адрес> группы, ранее перенесла множество курсов химиотерапии по поводу онкологического заболевания и имела множество сопутствующих заболеваний.

Суд, заслушав участников процесса, заключение старшего помощника прокурора 

<

адрес> ФИО8, полагавшего исковые требования ФИО1 удовлетворить частично – в отношении ГБУЗ СО «СООД», изучив материалы дела, приходит к выводу о необходимости частичного удовлетворения исковых требований исходя из нижеследующего. 

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как следует из смысла ст.ст. 66, 68 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан в случае нарушения прав граждан в области охраны здоровья вследствие недобросовестного выполнения медицинскими и фармацевтическими работниками своих профессиональных обязанностей, повлекшего причинение вреда здоровью граждан или их смерть, гражданину возмещается причиненный ущерб в объеме и порядке, установленными законодательством Российской Федерации.

Из преамбулы Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № ****** «О защите прав потребителей» следует, что настоящий Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

В соответствии с пунктом 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей. При этом бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на исполнителе медицинских услуг.

Судом установлено, что в марте 2013 года истцу был диагностирован рак правой молочной железы, в связи с чем она прошла 7 курсов химиотерапии и лучевую терапию в ГКБ № ******.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в МБУ «ЦГКБ № ******» произведена плановая операция лапароскопическая холецистэктомия. Послеоперационное состояние стабильное, средней тяжести, жалобы на боли в области послеоперационных ран. ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворительном состоянии была выписана домой. 

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ей в связи с прогрессированием онкологического заболевания в ГБУЗ СО «СООД» проведена операция «мастэктомия правой молочной железы» и до середины декабря 2015 года проведено 5 курсов химиотерапии. 

ДД.ММ.ГГГГ в связи с обращением ФИО1 и ее жалобами на боли в брюшной полости в ГБУЗ СО «СООД» ей проведена компьютерная томография органов брюшной полости, поставлен диагноз – «метастаз в селезенку, множественные метастазы по брюшине».

ДД.ММ.ГГГГ ей в Центре ядерной медицины «ПЭТ-Технолоджи» проведено ПЭТ/КТ всего тела, согласно заключения отмечается ПЭТ/КТ картина метастаз в селезенку.

В течение июля – сентября ей проведено 3 курса химиотерапии карбоплатином, паклитакселом.. 

ДД.ММ.ГГГГ выполнена диагностическая лапароскопия. Заключение: данных за канцероматоз и Mts в брюшной полости не обнаружено. Инородные тела в брюшной полости (конкременты, утерянные при лапароскопической холецистэктомии). 

ФИО1 предъявляя исковые требования к ответчикам, указала на некомпетентность врачей обеих больниц, что привело к осложнениям оперативного вмешательства в виде выпадения камней в брюшную полость, в дальнейшем в неправильной диагностике и назначению необоснованного серьезного лечения и повлекло причинение ей серьезных моральных и физических страданий.

В целях установления наличия или отсутствия дефектов оказания медицинской помощи судом была назначена комиссионная судебная медицинская экспертиза. 

В соответствии с заключением № ******-Е от ДД.ММ.ГГГГ Вид оперативного вмешательства - лапароскопическая холецистэктомия был определен правильно, описанные в медицинской карте этапы операции соответствуют методике данного вида операций. Попадание желчных камней в брюшную полость в процессе плановой операции не вызывает осложнений и в хирургической практике рассматривается как технические особенности операции, не повлекшие развитие осложнений. Необходимости в дополнительном обследовании ФИО1 после проведения оперативного вмешательства не имелось, поскольку послеоперационный период протекал без развития осложнений, каких-либо болезненных проявлений. В процессе подготовки ФИО1 к операции - мастэктомия от ДД.ММ.ГГГГ показаний к проведению диагностической лапароскопии у нее не было, а соответственно у ГБУЗ СО «СООД» не было объективной возможности выявления желчных камней. Постановка неправильного диагноза в ГБУЗ СО «СООД» обусловлена неверной интерпретацией данных, полученных при рентгенологическом исследовании врачом-рентгенологом, проводившим КТ и в дальнейшем врачом-онкологом, проводившим лечение ФИО1 В случае проведения диагностической лапароскопии после КТ органов брюшной полости имелась объективная возможность выявления желчных камней в брюшной полости. Однако имелись объективные трудности в диагностике в связи с имеющимся у пациентки в анамнезе онкологическим заболеванием.

Учитывая заключение судебной медицинской экспертизы, показания эксперта ФИО9 в судебном заседании о том, что лапароскопическая холецистэктомия истцу была проведена в соответствии с медицинскими стандартами и общепринятой методикой, и что при проведении вмешательства данного типа имеется большая вероятность попадания желчных камней в брюшную полость, диагностический поиск выпавших камней проводить нецелесообразно, так как это приведет к увеличению объема оперативного вмешательства и как следствие к ухудшению состояния пациента, суд соглашается с доводами представителей МБУ «ЦГКБ № ******», что миграция камней в брюшную полость является технической особенностью данного вида оперативного вмешательства, а сама операция проведена в соответствии с медицинскими требованиями. С учетом изложенного доводы ФИО1 о нарушениях, допущенных специалистами ответчика при выполнении ей холецистоктомии, суд находит неубедительными.

Однако в соответствии с частью 1 статьи 20 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является дача информированного добровольного согласия гражданина или его законного представителя на медицинское вмешательство на основании предоставленной медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи.

Истец в судебном заседании пояснила, что специалистами МБУ «ЦГКБ № ******», ни до оперативного вмешательства, ни после него ей не были разъяснены такие последствия проведения лапароскопической холецистэктомии, как высокий риск миграции желчных камней в брюшную полость, хотя, и представители МБУ «ЦГКБ № ******», и эксперт ФИО9 суду пояснили, что подобный риск крайне высок и в силу особенностей оперативного вмешательства невозможно определить с достоверностью – имело ли место выпадение камней. 

Данный факт не оспаривался и представителями ответчика МБУ «ЦГКБ № ******».

Согласно ст. 98 Федерального закона ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. 

Несмотря на то, что в медицинской карте ФИО1 имеется информированное согласие на проведение операции, суд приходит к выводу, что при его подписании истцу не были разъяснены все возможные последствия и риски проведения конкретного оперативного вмешательства - лапароскопической холецистэктомии, что, хотя и не привело к развитию каких-либо осложнений у истца, но в дальнейшем косвенно повлияло на установление неправильного диагноза ФИО1 в ГБУЗ СО «СООД» «прогрессирование метастазов в селезенку, множественные метастазы по брюшине». В связи с чем, суд взыскивает с МБУ «ЦГКБ № ******» в пользу ФИО1 20000 рублей в качестве компенсации морального вреда в связи с непредоставлением ей необходимой информации о возможном выпадении камней в брюшную полость в результате проведенного ей оперативного вмешательства.

В судебном заседании представитель ответчика ГБУЗ СО «СООД» пояснила, что в связи с анамнезом ФИО1, наличия злокачественного новообразования правой молочной железы с 2013 г., рецидива в 2015 г., в рамках лечения которого были выполнены мастэктомия по Мадену и пять курсов химиотерапии, невозможно было однозначно исключить наличие метастаз, что существенно затруднило диагностику. Указанный довод представителя ответчика нашел подтверждение в заключение судебной медицинской экспертизы и в показаниях вызванных в судебное заседание экспертов ФИО10 и ФИО11 

Вместе с тем суд не может согласиться в полной мере с данными доводами ответчика, поскольку причиной назначения курсов химиотерапии послужил неверный диагноз, а именно неверная интерпретация данных КТ брюшной полости специалистами ГБУЗ СО «СООД». Из заключения судебной медицинской экспертизы также следует, что, несмотря на трудности с постановкой диагноза, имелась объективная возможность выявления камней в брюшной полости путем проведения диагностической лапароскопии, которая и была фактически проведена ФИО1 и позволила поставить правильный диагноз, однако указанная медицинская манипуляция была выполнена уже после того, как истец прошла 3 курса химиотерапии.

Поэтому суд приходит к выводу о том, что ГБУЗ СО «СООД» медицинские услуги были оказаны некачественно, имелись дефекты оказания медицинской помощи в части неправильной диагностики, что повлекло назначение лечение, которое было истцу не показано, что является нарушением прав истца как потребителя. 

Принимая во внимание характер физических и нравственных страданий истца, вызванных некачественным оказанием медицинской помощи ГБУЗ СО «СООД», суд приходит к выводу о необходимости взыскания в пользу ФИО1 с ГБУЗ СО «СООД» компенсации морального вреда в сумме 200000 рублей с учетом перенесенных истцом физических и моральных страданий, а также с учетом наличия объективных трудностей с диагностикой имеющихся у истца образований в брюшной полости.

Доводы представителя ГБУЗ СО «СООД» о том, что, несмотря на постановку неправильного диагноза, лечение было истцу показано, во-первых, так как помимо диагноза «множественные метастазы в брюшной полости, ей был также установлен диагноз «метастаз в селезенку», что требовало проведения химиотерапии, во-вторых, учитывая наличие у истца онкологического новообразования в анамнезе, проведение ей дополнительных курсов химиотерапии нельзя расценивать, как вред ее здоровью, судом не могут быть приняты во внимание по следующим основаниям.

Действительно, истцу был поставлен диагноз: «метастаз в селезенку, множественные метастазы по брюшине», лечение назначено исходя из этого диагноза. Однако после проведения диагностической лапароскопии указанный диагноз специалистами ГБУЗ СО «СООД» был снят в полном объеме, лечение отменено, в дальнейшем истцу с 2016 года и по настоящее время никакого лечения по поводу имеющегося у нее «метастаза в селезенку» не назначалось, в данных всех КТ исследований отмечается отсутствие метастазирования в брюшную полость. Учитывая изложенное, суд находит, что неправильная диагностика в отношении истца, касалась не только «множественных метастазов в брюшной полости», но и «метастаза в селезенку», поскольку именно специалистами ГБУЗ СО «СООД» оба указанных диагноза были сняты, никакого лечения ФИО1 по поводу «метастаза в селезенку» не назначалось. Относительно довода об адъювантном характере назначенной истцу терапии с учетом имеющегося у нее в анамнезе онкологического заболевания, суд находит, что химиотерапевтическое лечение, как и любой другой вид медицинской помощи, должен назначаться по показаниям. Назначение истцу серьезного медикаментозного лечения с большим количеством побочных эффектов при отсутствии для этого показаний вследствие неправильной диагностики, нельзя признать обоснованным.

Руководствуясь ст.ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Муниципальному бюджетному учреждению «Центральная городская клиническая больница № ******», Государственному бюджетному учреждению здравоохранения 

<

адрес> «

<

адрес> онкологический диспансер» о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с Муниципального бюджетного учреждения «Центральная городская клиническая больница № ******» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 20000 (двадцать тысяч) рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения свердловской области «

<

адрес> онкологический диспансер» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 200000 (двести тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца с момента изготовления решения в мотивированном виде через Октябрьский районный суд 

<

адрес>.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Евладова А.А.