дело № 2-1752/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 июня 2019 года город Уфа

Октябрьский районный суд Республики Башкортостан в составе

председательствующего судьи Зиновой У.В.,

при секретаре Казанцевой В.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с указанным исковым заявлением, в обоснование требований указала на то, что ДД.ММ.ГГГГ ее знакомая ФИО2 с гражданским супругом ФИО3 предложила истцу вложить принадлежащие ей денежные средства в развитие их совместного бизнеса с целью получения дохода. Денежные средства предоставлялись для покупки оборудования, с помощью которого осуществлялся майнинг криптовалюты, с целью извлечения дохода. В обмен на предоставленные для покупки оборудования денежные средства в ее пользу подлежали выплате ежемесячные доходы в размере 100000 рублей. В этот же день истцом был оформлен договор на покупку майнеров (далее по тексту оборудоване), и в тот же день со своего банковского счета произвела оплату в размере 237396 рублей. Кроме того, по просьбе ответчика ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ на покупку блоков питания для приобретенного оборудования на счет ее дочери ФИО4 переводом онлайн были перечислены денежные средства в размере 35800 рублей. Приобретенное оборудование было получено почтовым отправлением ответчиками ФИО2 и ФИО3 самостоятельно. Также как и размещено в принадлежащем им помещении для дальнейшей эксплуатации. Ответчики самостоятельно осуществляли деятельность с использованием майнера, завели мультивалютный кошелёк, самостоятельно несли расходы по оплате ресурсоснабжающих организаций, необходимых для работы оборудования. Договорных отношений между сторонами в письменном виде не составлялось. Обещанный доход от вложенных в бизнес ответчиков денежных средств, последние не выплатили, сославшись, что доходность от оборудования упала и не приносит прибыль и на необходимость покупки нового оборудования. В результате чего, ответчики в 2017 году на вырученную в процессе майнинга криптовалюту, купили второй майнер стоимостью 190 000 рублей, который продолжали использовать самостоятельно. На протяжении длительного времени ответчики неоднократно обещали выплатить вложенные истцом денежные средства с доходом. В ходе встречи в ноябре 2018 года ответчики ФИО2 и ФИО3 отказались возвращать денежные средства по причине поломки оборудования.

По данному факту истец обращалась в органы внутренних дел с заявлением о привлечении их к уголовной ответственности ФИО2, ФИО3

Постановлениями ОП № Управления МВД по городу Уфе от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, постановлением ОРПТО ОП № СУ Управления МВД по городу Уфе от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела было отказано, с разъяснениями о разрешения спора в порядке гражданского судопроизводства. В рамках доследственной проверки установлено, что оборудование изначально находилось в пользовании ответчиков. Более того, распоряжение криптовалютой накопленной в результате работы оборудования также осуществлялось ответчиками самостоятельно. На сегодняшний день, ответчиками предложено забрать оборудование, пришедшее в негодное состояние в связи с поломкой. Данные доводы ответчиков о желании вернуть оборудование в нерабочем состоянии, по истечении длительного использования по мнению истца нарушают ее права и законные интересы.

Со ссылкой на нормы Гражданского кодекса РФ о возмещении убытков и взыскании неосновательного обогащения, просит взыскать с ответчиков ФИО2, ФИО5 денежные средства размере 237396 рублей, с ФИО4 денежные средства в размере 35800 рублей.

ФИО4 на судебное заседание не явилась судом предприняты исчерпывающие меры в целях ее надлежащего извещения по адресу, подтвержденному справкой УВМ МВД по РБ, однако почтовая корреспонденция возвращена в суд без вручения с отметкой об истечении срока хранения.

В силу ч. 1 ст. 113 ГПК Российской Федерации лица, участвующие в деле, а также свидетели, эксперты, специалисты и переводчики извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату. Судебное извещение, адресованное лицу, участвующему в деле, направляется по адресу, указанному лицом, участвующим в деле, или его представителем. В случае, если по указанному адресу гражданин фактически не проживает, извещение может быть направлено по месту его работы. Судебное извещение, адресованное организации, направляется по месту ее нахождения.

В силу разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу пункта 1 статьи 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ).

При этом необходимо учитывать, что гражданин, индивидуальный предприниматель или юридическое лицо несут риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абзацах первом и втором настоящего пункта, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Гражданин, сообщивший кредиторам, а также другим лицам сведения об ином месте своего жительства, несет риск вызванных этим последствий (пункт 1 статьи 20 ГК РФ). Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.

Применительно к правилам п. 35 Правил оказания услуг почтовой связи, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 апреля 2005 года № 221, и ч. 2 ст. 117 ГПК Российской Федерации отказ в получении почтовой корреспонденции, о чем свидетельствует ее возврат по истечении срока хранения, следует считать надлежащим извещением о слушании дела.

Таким образом, суд, предприняв меры, предусмотренные ст. 113 ГПК Российской Федерации, для надлежащего извещения ответчика о времени и месте рассмотрения гражданского дела, полагает возможным рассмотреть дело в силу ст.167 ГПК РФ в его отсутствие.

ФИО1 исковые требовании поддержала, просила удовлетворить по изложенным в исковом заявлении основаниям, на вопрос суда пояснив, что ей не было известно как работает оборудование, за электроэнергию денежные средства она не платила, работоспособность оборудования не проверяла. В настоящее время ей оборудование не нужно в связи с тем, что оно сломано.

Ответчики ФИО2, ФИО3 с иском не согласились, просили отказать в его удовлетворении, указав на то, что истец сама просила их хранить оборудование у себя, поскольку скрывала его приобретение от своего супруга, договор на покупку оборудования оформляла сама истец. Оборудование устанавливала сама истец, какое-то время оно хранилось у них, однако после получения счета за электроэнергию, ответчики обратились к истцу с просьбой оплатить указанный счет, на что получили отказ, вследствие чего ответчики просили забрать оборудование, и отключили его от сети. Личного счета по хранению криптовалюты ответчики не имели, оборудованием не пользовались, доступа к принадлежащей истцу криптовалюте нет. На неоднократные просьбы забрать оборудование истцом подано исковое заявление. Никаких обязательств у них перед истцом нет, каких-либо договоров между ними не заключалось. Денежные средства, возможно переведенные на счет ФИО4, являлись возвратом долга, поскольку истец у нее занимала денежные средства.

Суд, изучив и оценив письменные доказательства, проверив юридически значимые обстоятельства по делу, выслушав участников процесса, приходит к следующему.

Истец в обоснование своих требований ссылается на то, что ФИО2, ФИО3 в обмен на вложение ее денежных средств на покупку майнеров обязались производить отчисление в ее пользу прибыли в размере 100000 рублей ежемесячно.

В силу положений статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему; из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности; в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом; вследствие причинения вреда другому лицу; вследствие неосновательного обогащения; вследствие иных действий граждан и юридических лиц; вследствие событий, с которыми закон или иной правовой акт связывает наступление гражданско-правовых последствий.

Согласно статье 307 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 закрыла свой счет № со снятием с него денежных средств в размере 237396 рублей (л.д.10).

В этот же день ФИО1 внесла денежные средства в сумме 3252 долларов США с заявлением о переводе в иностранной валюте на счет № BITMAIN TECHNOLOGIES LIMITED в банке HANG SENG BANK LIMITED в Гонконге (л.д.11,12,13). 

Судом установлено и не оспаривалось сторонами, что оборудование после его доставки и получения хранилось у ответчиков.

В силу статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований.Между тем, суду не представлено каких-либо доказательств возникновения между истцом и ответчиками каких-либо правоотношений, в том числе правоотношений, возникающих из договора хранения, либо аренды оборудования с обязательством уплаты истцу каких-либо денежных средств. Указанное обстоятельство не позволяет суду установить круг прав и обязанностей, возникших у истца и ответчиков в виду использования или хранении оборудования.

Истец ссылается на то, что ответчиками ФИО2, ФИО3 использовалось принадлежащее ей оборудование с целью извлечения прибыли, вследствие чего ими истцу причинены убытки, а поскольку оборудование сломано на их стороне возникло неосновательное обогащение в размере стоимости оборудования в размере 237396 рублей.

Однако суду не представлено доказательств тому, что от использования оборудования истца ответчиками извлекалась прибыль, судом таких доказательств при рассмотрении дела также не добыто.

Истцом не оспаривалось, что оборудование хранилось у ответчиков с ее согласия, также не оспаривался и тот факт, что истец отказывается забирать оборудование у ответчиков ссылаясь на его неработоспособность.

Между тем, суду также не представлено доказательств тому, что при поставке оборудования и его получении, а также при передаче оборудования ответчикам, проверялась его комплектность, работоспособность, как не представлено и доказательств тому, что указанное оборудование функционировало, и в результате его функционирования возникала какая-либо прибыль в виде криптовалюты, полученная ответчиками. 

Также и не представлено суду доказательств тому, что оборудование в настоящее время неработоспособно и доказательств причинно-следственной связи между действиями ответчиков и возникшими неисправностями, в случае их наличия.

Со слов ответчиков оборудование ими было просто отключено от сети в связи с сильным потреблением электроэнергии.

Сведений о том, что между истцом и ответчиками был согласован алгоритм действий по работе оборудования, в том числе в случае сбоя, отключения электроэнергии и прочего, у суда не имеется.

На основании пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Между тем при рассмотрении настоящего гражданского дела, судом не установлено обстоятельств нарушения ответчиками ФИО2, ФИО3 прав ФИО1, в результате которого бы ФИО1 понесла убытки.

В соответствии со ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 1105 ГК РФ в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения.

Лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.

Материалами дела установлено, что ФИО1 самостоятельно приобрела оборудование, обратилась с просьбой хранения его у ответчиков, что в судебном заседании сторонами не оспаривалось, денежные средства истцом ФИО2, ФИО3 не передавались, в связи с чем отсутствуют основания полагать, что на стороне данных ответчиков возникло неосновательное обогащение.

ФИО1 в силу норм Гражданского кодекса Российской Федерации была вправе обратиться за защитой нарушенного права путем истребования своего имущества у ответчиков, однако сведений о такой защите права у суда не имеется, напротив, ФИО1 в судебном заседании утверждала, что оборудование ей в настоящее врем не нужно, поскольку оно не исправно, в связи с чем ответчики обязаны выплатить ей его стоимость.

Таким образом, судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих, что ответчиками ФИО2, ФИО3 приобретено имущество за счет истца, как и обстоятельств неосновательного пользования данным имуществом, и извлечения доходов из пользования данным имуществом, поскольку судом установлено, что оборудование хранилось у ответчиков по просьбе и с согласия истца, доказательств тому, что между сторонами были согласованы условия о том, в каком порядке будет использоваться данное оборудование, как и о том, какие выплаты стороны обязались производить друг другу за использование или хранение данного оборудования, суду не представлено. Напротив, судом установлено и подтверждено обеими сторонами в судебном заседании, что ответчики обращались с просьбой к истцу о возврате оборудования, однако истец данное оборудование в настоящее время истребовать не желает.

Также не установлено обстоятельств невозможности возврата оборудования, хранившегося у ответчиков, истцу, как и его поломки, неработоспособности либо иных обстоятельств, препятствующих его возврату истцу.

Истец и в настоящее время не лишена возможности истребовать принадлежащее ей оборудование, препятствий к этому судом не установлено.

При таких обстоятельствах, поскольку истцом не представлено доказательств получения либо использования ответчиками имущества, принадлежащего истцу, без установленных законом либо сделкой оснований, извлечения прибыли вследствие его использования, у суда не имеется оснований к удовлетворению требований ФИО1 о взыскании с ФИО2, ФИО3 денежных средств в размере 237396 рублей за стоимость оборудования.

Вместе с тем, суд находит обоснованными доводы истца о взыскании с ФИО4 денежных средств в размере 35800 рублей в силу следующего.

Как указано ранее, в соответствии со ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 со счета своей карты 4276 ***6112 (ПАО «Сбербанк России») осуществлен перевод денежных средств на счет карты 4276 ***8927 (ПАО «Сбербанк России»), принадлежащей ФИО4, в размере 35800 рублей.

В силу статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований.

Юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими доказыванию по делу о возврате неосновательного обогащения, являются не только факты приобретения имущества за счет другого лица при отсутствии к тому правовых оснований, но и факты того, что такое имущество было предоставлено приобретателю лицом, знавшим об отсутствии у него обязательства перед приобретателем либо имевшим намерение предоставить его в целях благотворительности. 

При этом именно на приобретателе лежит бремя доказывания того, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Ответчиками ФИО2, ФИО3 в судебном заседании указывалось на то, что истец неоднократно занимала денежные средства у ФИО4, и возможно данный перевод был осуществлен в счет возврата долга.

Сама ФИО4 на судебное заседание не явилась, неся риск неполучения почтовой корреспонденции по адресу своей регистрации, подтвержденному справкой УВМ МВД по РБ.

ФИО1 суду пояснила, что перевод был осуществлен он-лайн на карту, номер которой был сообщен ФИО2 в рамках тех договоренностей, которые имелись у них по оборудованию (майнерам), размещенным в квартире ответчиков.

Между тем, стороной ответчиков в нарушение статьи 56 ГПК РФ, суду не представлено каких-либо доказательств наличия оснований к сбережению данных денежных средства, что у ФИО1 имелось обязательство перед ФИО4, в счет исполнения которого и были переведены денежные средства в размере 35800 рублей, как и не представлено доказательств тому, что ФИО1, переводя денежные средства на счет ФИО4, знала об отсутствии обязательства перед ней либо предоставила денежные средства в целях благотворительности.

При таких обстоятельствах, поскольку судом не установлено оснований для приобретения, сбережения (хранения) ФИО4 денежных средств в размере 35800 рублей, полученных от ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ путем перевода на ее карту, суд приходит к выводу о том, что указанная сумма денежных средств подлежит взысканию с ФИО4 в пользу ФИО1 в качестве неосновательного обогащения.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

удовлетворить частично исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 сумму неосновательного обогащения 35800 (тридцать пять тысяч восемьсот) рублей.

Отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании денежных средств в размере 237396 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме через Октябрьский районный суд города Уфы Республики Башкортостан.

Судья Октябрьского 

районного суда г.Уфы РБ подпись У.В. Зинова