Дело № 2-262/2019

24RS0028-01-2018-003823-61

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30 мая 2019 года город Красноярск

Кировский районный суд города Красноярска в составе: 

Председательствующего Пацёры Е.Н. 

при секретаре судебного заседания Махалиной С.Е., с участием:

представителя истца ФИО1, действующего на основании доверенности 

<

данные изъяты> от 01.01.2019г., 

представителя ответчика ФИО2, действующего на основании доверенности 

<

данные изъяты> от 14.12.2018г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению АО «Страховая компания «ПАРИ» к ФИО3 о признании договора комплексного ипотечного страхования недействительным, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

АО «Страховая компания «ПАРИ» обратилась в суд с иском, уточненным в редакции от 18.02.2019г., к ФИО3 о признании договора комплексного ипотечного страхования 

<

данные изъяты> от 30.03.2017г. недействительным, применении последствий недействительности сделки путем возврата ответчику страховой премии в размере 10 086,75 рублей. 

Требования истец мотивирует тем, что между сторонами 30.03.2017г. был заключен вышеуказанный договор, страхователем и застрахованным лицом по которому является ФИО3 При этом, в заявлении-анкете (приложении №2) к договору страхования ФИО3 указала, что на момент заключения данного договора у нее не были когда-либо выявлены болезни 

<

данные изъяты> (п.13 заявления-анкеты), также отрицала нахождение на стационарном лечении за последние 5 лет (п.22 заявления-анкеты). Однако, в ходе рассмотрения заявления о страховом случае было установлено, что при заключении оспариваемого договора страхователь ФИО3 предоставила АО «Страховая компания «ПАРИ» заведомо несоответствующую действительности (ложную) информацию о состоянии своего здоровья, что подтверждается выписным эпикризом КГБУЗ «КМКБ №20 им. И.С. Берзона». Так, в частности ФИО3 сообщила, что у дедушки по отцу 

<

данные изъяты>, в детстве, 

<

данные изъяты> у нее была диагностирована 

<

данные изъяты>, неоднократно лечилась в стационаре. После переезда в Красноярск 

<

данные изъяты> нет, до 2-3 раз в неделю приступообразный кашель, одышка, которые купирует 

<

данные изъяты>. Два раза в год в течение последних 2 лет обострения 

<

данные изъяты> требующие получения антибактериальной терапии. Выявленный факт, по мнению истца, позволяет утверждать, что непосредственно перед заключением договора страхования ФИО3 страдала от 

<

данные изъяты> длительное время, знала о диагностированном заболевании, постоянно боролась с болезнью, но, несмотря на это, сообщила страховщику заведомо несоответствующие действительности сведения о состоянии своего здоровья, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая, тем самым совершила обман, предусмотренный п.2 ст.179 ГК РФ. Кроме того, 01.02.-02.02.2017г. ФИО3 проходила лабораторные исследования (ЭКГ и УЗИ), в период с 13.02 по 15.02.2017г., за 1,5 месяца до заключения договора страхования проходила обследование по поводу беременности 

<

данные изъяты>, два раза с бригадой скорой помощи поступала в различные медицинские учреждения (КССМП и КМКБ №20), что противоречит ее ответу на п.22 заявления – анкеты. Кроме того, ФИО3 также сообщила страховщику ложные сведения о месте работы и условиях труда, указав в п. 7 заявления – анкеты, что работает в ООО 

<

данные изъяты> начальником договорного отдела. Между тем установлено, что с 30.03.2016г. по 03.06.2018г. на лицевой счет ФИО3 от ООО 

<

данные изъяты> не поступали пенсионные отчисления. Истец полагает, что ипотечный кредит получен ответчиком по подложным документам и свидетельствует о недобросовестном поведении со стороны ФИО3 Указанное, является основанием для признания договора комплексного ипотечного страхования в силу ч.3 ст. 944 ГК РФ недействительным (том 1 л.д.3, 238). 

На судебном заседании представитель истца ФИО1 исковые требования с учетом уточнений поддержал в полном объеме, по изложенным в иске основаниям. 

На судебном заседании представитель ответчика ФИО2 исковые требования не признал, поддержал ранее представленный письменный отзыв. Пояснил, что оспариваемый договор страхования от 30.03.2017г. является действительным, ложных сведений при его заключении ФИО3 не предоставлялось. В частности медицинских услуг по заболеваниям дыхательной системы, в том числе по поводу 

<

данные изъяты> она не получала, равно стационарного лечения за период с 01.08.2012г. по 31.05.2017г. Указанный диагноз в виде 

<

данные изъяты> до заключения оспариваемого договора ответчику диагностирован не был, возможные предположения на этот счет ФИО3, которая не обладает специальными познаниями, не подтверждены конкретным диагнозом, анамнез таковым не является. При этом, подтверждено трудоустройство ФИО3 в ООО 

<

данные изъяты>», равно наличие соответствующего для этого образования. 

На судебное заседание не явилась ответчик ФИО3, была извещена о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, доверила представление своих интересов представителям, выдав нотариальную доверенность. Со слов ее представителя ФИО2, ответчик ФИО3 уведомлена о рассмотрении дела, однако, явиться в суд не смогла по состоянию здоровья. 

На судебное заседание не явились представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, АО «Банк Жилищного Финансирования», ООО «Медицинская Страхования компания «Медика-Восток», филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю» Минтруда России Бюро №6, АО «ДОМ.РФ», ООО «Мёд», были извещены о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили, ходатайств не представили. АО «Банк Жилищного Финансирования» ранее представил письменный отзыв, в удовлетворении иска в части личного страхования просил отказать. 

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд, с учетом мнения представителей сторон, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Суд, изучив материалы дела, представленные медицинские карты ФИО3, выслушав присутствующих лиц, специалистов, свидетелей 

<

данные изъяты> приходит к следующим выводам.

Обязанность сообщить страховщику все известные сведения о состоянии своего здоровья возложена на ответчика положениями п. 1 ст. 944 ГК РФ, в соответствии с которой при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

В соответствии с п. 3 ст. 944 ГК РФ, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 настоящего Кодекса.

Согласно п.2 ст. 945 ГК РФ страховщик наделен правом при заключении договора личного страхования, провести обследование страхуемого лица для оценки фактического состояния здоровья. 

Страховщик не может требовать признания договора страхования недействительным, если обстоятельства, о которых умолчал страхователь, уже отпали.

В силу ст. 179 ГК РФ обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Как следует из представленных документов, 30.03.2017г. АО «Страховая компания «ПАРИ»/ страховщик заключила с ФИО3/страхователь договор страхования (личное и имущественное страхование) 

<

данные изъяты> на срок до 25.05.2032г., предметом которого явилось страхование имущественных интересов страхователя, связанных с причинением вреда жизни и здоровью застрахованного лица в результате несчастного случая и/или болезни (заболевания), а также владением, пользованием и распоряжением страхователем недвижимым имуществом, переданным в залог (ипотеку) выгодоприобретателю, назначенному в соответствии с п. 1.5 договора, и риском прекращения права собственности страхователя на недвижимое имущество, указанное в п. 1.3. Застрахованным лицом по договору является ФИО3, 

<

данные изъяты> г.р. Застрахованным имуществом является квартира 

<

адрес>», находящаяся в собственности страхователя и переданная в залог (ипотеку) выгодоприобретателю в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору 

<

данные изъяты> от 21.03.2017г. и или закладной. При этом, страхователь назначила по заключенному договору выгодоприобретателем АО «Банк Жилищного Финансирования», являющегося кредитором по кредитному договору. 

По личному страхованию страховым случаем является в частности установление застрахованному лицу I или II группы инвалидности в результате несчастного случая и/или болезни (заболевания) в течение срока действия договора или не позднее, чем через 180 дней после его окончания. 

При этом, в содержании заключенного договора содержится определение понятий «несчастный случай» и болезнь (заболевание), данные состояния должны повлечь в частности инвалидность застрахованного лица.

Страхователь обязан при заключении договора страхования и в период его действия сообщить страховщику обо всех известных ему обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления. Существенными признаются обстоятельства, оговоренные в заявлении на страхование, которое является приложением к договору (приложение №2), а также в приложениях к нему (п.7.1.1). 

Так, в приложении №1.1 к заявлению – анкете на ипотечное страхование от 30.03.2017г.:

1/ на вопрос №7 «Опишите Ваш род деятельности (профессию), характер выполняемых работ, условия работы?» ФИО3 указано «ООО 

<

данные изъяты> (начальник договорного отдела)»;

2/ на вопрос №13 «Были ли у Вас когда-либо выявлены следующие заболевания или их симптомы, в частности болезни органов дыхания: хронический бронхит, бронхиальная астма, эмфизема, другие заболевания?» ФИО3 отмечено «Нет»;

3/ на вопрос №22 «Проходили ли Вы специальные обследования (рентген, ЭКГ, УЗИ и т.п.) за последние 5 лет, в связи с заболеваниями или подозрениями на заболевания, находились ли Вы/находитесь сейчас на стационарном лечении, диспансерном учете по поводу болезней, травм?» ФИО3 отмечено «Нет».

Заключенный договор был подписан ФИО3, что в судебном заседании не оспаривалось. 

Ответчиком ФИО3 выплачена страховая премия всего на сумму 10 086,75 рублей. 

Из выписного эпикриза КГБУЗ «КМКБ №20 им. И.С. Берзона» следует, что диагноз смешанная 

<

данные изъяты> ФИО3 поставлен 09.08.2017г. При этом, в анамнезе заболевания врачом 

<

данные изъяты> со слов ФИО3 указано, что у ее дедушки по отцу была 

<

данные изъяты>, в детстве, в Киргизии у нее была диагностирована 

<

данные изъяты>. После переезда в Красноярск 

<

данные изъяты>

По информации КГБУЗ «КМБ №3» поликлиника №4 ФИО3 с сентября 2017 года наблюдается в учреждении с диагнозом «

<

данные изъяты>, обращение за медицинской помощью 26.09.2017г., с 27.09.2017-06.10.2017г. лечение в дневном стационаре с диагнозом 

<

данные изъяты>», равно стационарное с 01.08.2017г. по 09.08.2017г.

С 13.06.2018г. ФИО3 установлена инвалидность II группы в связи с диагнозом 

<

данные изъяты>

При этом, на заявление ФИО3 от 03.09.2018г. о страховой выплате по заключенному договору страхования решения АО «Страховая компания «ПАРИ» в уведомлении от 23.11.2018г. сообщила, что в заявлении-анкете на комплексное ипотечное страхование ею не было сообщено ни о каких отклонениях в состоянии здоровья, в п.13 анкеты предоставлена информация о том, что болезней органов дыхания 

<

данные изъяты> и их симптомов не было выявлено. Между тем, до заключения договора у ФИО3 была диагностирована 

<

данные изъяты>, из-за которой страдает и сердечно-сосудистая система, что указывает на сообщение не соответствующих действительности, то есть заведомо ложных сведений об обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков. Решение по выплате страхового обеспечения указано будет принято после рассмотрения поданного иска о признании договора страхования от 30.03.2017г. недействительным. 

При этом, стационарно ФИО3 оказывались медицинское услуги в период с 26.02.2016-01.03.2016/ диагноз 

<

данные изъяты>, что следует из справки о перечне оказанных застрахованному лицу медицинских услуг. 

В региональной базе данных индивидуального учета ГУ – ОПФ РФ по Красноярскому краю информация о страхователе ООО «

<

данные изъяты>» (ИНН 

<

данные изъяты>) на лицевом счете ФИО3 за период с 30.03.2016г. по 03.06.2018г. отсутствует.

Допрошенная в суде врач 

<

данные изъяты>. пояснила, что анамнез заболевания 09.08.2017г. ФИО3 в выписном эпикризе описывала с ее слов. При этом отметила, что с 

<

данные изъяты> можно жить и не знать о данном заболевании, самостоятельно употреблять какие-либо лекарственные препараты. Данное заболевание можно вылечить, если убрать аллерген, избегать переохлаждения. Лекарственный препарат «

<

данные изъяты> назначают при кашле, в настоящее время его не назначают при 

<

данные изъяты>. Также отметила, что роды не являются заболеванием, это физиологическое состояние. 

При этом, допрошенный в суде врач по 

<

данные изъяты> сообщил, что под его руководством ФИО3 по общему заболеванию была установлена II группа инвалидности, протокол медико-социальной экспертизы заполнялся частично со слов пациента о имеющихся жалобах, информации по трудовой деятельности. В частности сведения о том, что у ФИО3 с ее слов, с детства 

<

данные изъяты> документально не подтверждены, данный диагноз ей выставлен в 2017 году. Без подтверждающих документов вносить в составленный протокол конкретные сведения нельзя. На момент осмотра у ФИО3 были стойкие нарушения здоровья, связанные с перенесенным 

<

данные изъяты> а также отмечалось выраженное нарушение равновесия, которое затрудняло и передвижение и самообслуживание, в связи с чем, ей была установлена II группа инвалидности. Для этого достаточно было одного ограничения жизнедеятельности. Поскольку не было представлено документов, подтверждающих наличие у ФИО3 

<

данные изъяты>, она не была оценена. Контролирующее бюро поставило 30% - стойкое незначительное нарушение жизнедеятельности. 

<

данные изъяты> обратил внимание на то, что слова пациента о том или ином диагнозе проверяются, диагноз ставится под вопросом и лицо направляется на обследование. При этом, человек мог переболеть в детстве 

<

данные изъяты>, затем диагноз мог быть снят, в последующем могли быть какие-то приступы. Основанием для установления ФИО3 инвалидности послужил перенесенный 

<

данные изъяты>, в практике он не сталкивался с тем, чтобы инфаркт стал следствием 

<

данные изъяты> 

Допрошенный в суде в качестве свидетеля 

<

данные изъяты>. сообщил, что ФИО3, являющаяся его дочерью, получила высшее юридическое образование в Киргизии, до исполнения ей 13 лет они жили вместе, потом она уехала в Россию, они продолжали общаться по телефону, он приезжал. Дочь работала в г. Красноярске юристом, ранее также являлась индивидуальным предпринимателем, статуса уже не имеет. В детстве ФИО3 не страдала аллергией, кашлем, если был, то обычный простудный кашель, стационарного лечения в Киргизии не проходила. При этом, сообщил, что его отец умер, он также не болел бронхиальной астмой. 

Таким образом, достоверных сведений, подтверждающих, что при заключении оспариваемого договора страхования ответчик ФИО3 действительно представила истцу заведомо ложные сведения о состоянии своего здоровья, роде занятий материалы дела не содержат. Таких доказательств стороной истца, не представлено.

Доводы стороны истца о выписном эпикризе КГБУЗ «КМКБ №20 им. И.С. Берзона», записанном со слов ФИО3, это также не подтверждают, поскольку он не содержит данных о дате диагностирования врачами у ФИО3 конкретного заболевания, диагноз по которому на момент заключения договора страхования не был бы снят. При этом, пояснения пациента в данной части о наличии конкретного заболевания не могут подменять диагноза, поставленного врачами, обладающими специальными познаниями в области медицины, а равно свидетельствовать о наличии умысла на обман. 

Доводы представителя истца о том, что выставленный ФИО3 в августе 2017 года в России диагноз - 

<

данные изъяты> явился подтверждением диагноза, установленного ответчику еще в Киргизии, суд находит не состоятельными, поскольку они не подтверждаются документально. 

При этом суд учел, что заключенный договор страхования в ответе на вопрос в п.13 оперирует сразу несколькими видами конкретных заболеваний и симптомов, которые относятся к болезням органов дыхания и не могут быть, по мнению суда, разграничены, тем более диагностированы страхователями самостоятельно без выставленных врачами диагнозов, что позволило бы проверить соответствие полученной информации действительности. 

С учетом этого, категоричный вывод о наличии в действиях ответчика умысла по сообщению страховщику ложных сведений о состоянии своего здоровья, обмане в виде намеренного умолчания об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота должен основываться и состоять в прямой причинно-следственной связи с медицинской документацией относительно выявленного заболевания, которое достоверно известно стороне договора, относительно которого она не может заблуждаться. Однако, для подобного вывода достаточной информации выписной эпикриз не содержит, иных же доказательств в части личного страхования для подтверждения своих доводов истцом не представлено. 

К тому же говорить о том, что ответчик ФИО3 при заключении договора страхования умышленно не сообщила страховщику сведения о наличии у нее заболевания, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая, и приведшие к наступлению инвалидности II группы нельзя, поскольку 

<

данные изъяты> не повлекла в частности инвалидность застрахованного лица, явившись сопутствующим заболеванием, диагностированным после заключения оспариваемого договора и при отсутствии которого инвалидность была бы установлена, на что обратил внимание допрошенный в суде врач 

<

данные изъяты> 

Таким образом, доказательства того, что до заключения договора страхования у ФИО3 врачами была диагностирована 

<

данные изъяты>, о чем она достоверно знала, истцом не представлено, равно и о том, что ФИО3 получала стационарное лечение и проходила обследования по поводу болезни, к которой беременность и проводимые в связи с этим обследования в контексте определения данного понятия в оспариваемом договоре не относится, о чем также сообщила допрошенная в суде врач 

<

данные изъяты> 

При этом, стационарное лечение в обозначенные периоды и в частности с 26.02.2016г. по 01.03.2016г. ФИО3 проходила в КГБУЗ «КМКБ №4» с диагнозом 

<

данные изъяты> 

Согласно приказа руководителя ООО «

<

данные изъяты> 11.04.2016г. ФИО3 была принята на работу юристом, а с 22.06.2016г., в связи с повышением была переведена постоянно с должности юриста на другую должность начальника договорного отдела, в связи с чем, в трудовой договор от 11.04.2016г. 

<

данные изъяты> внесены изменения. В суд также представлен диплом Ошского государственного юридического института о присвоении ФИО3 26.05.2014г. квалификации юрист по специальности юриспруденция. 

Указанные документы судом оценены с учетом положений ст. 67 ГПК РФ, при этом, копий трудового договора и приказа о приеме ФИО3 на работу в ООО «

<

данные изъяты>» не тождественных между собой, сторонами не представлено, тем самым их подлинность не оспорена. 

С учетом этого, доводы представителя истца о не перечислении за ФИО3 страховых взносов не опровергают ее трудоустройств в ООО «

<

данные изъяты>».

В связи с установленными и не опровергнутыми доказательствами, в удовлетворении заявленных исковых требований АО «Страховая компания «ПАРИ» следует отказать в полном объеме. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований АО «Страховая компания «ПАРИ» к ФИО3 о признании договора комплексного ипотечного страхования 

<

данные изъяты> от 30.03.2017г. недействительным и применении последствий недействительности сделки – отказать. 

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Кировский районный суд г. Красноярска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме – 06.06.2019г.

Судья Е.Н. Пацёра