Судья: Тиунов Н.П. Дело № 22К -1138/2024

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Калининград 25 июля 2024 г.

Калининградский областной суд в составе:

председательствующего судьи Буданова А.М.

с участием прокурора Дзик З.А.,

обвиняемого У.,

адвоката Куликова Р.С., 

при секретаре Зориной Т.В., 

рассмотрел в судебном заседании дело по апелляционному представлению помощника транспортного прокурора Дзик З.А. на постановление Московского районного суда г. Калининграда от 14 июля 2024 г., которым 

У., родившемуся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, ранее не судимому, обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 272 УК РФ, п. «е» ч. 3 ст. 286 УК РФ,

избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком на 2 месяца, то есть до 13 сентября 2024 г. Отказано в удовлетворении ходатайства органов предварительного следствия об избрании У. меры пресечения в виде заключения под стражу.

у с т а н о в и л:

13.07.2024 г. СО по Московскому району г. Калининграда СУ СК России по Калининградской области возбуждено уголовное дело по признакам преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 272, п. «е» ч. 3 ст. 286 УК РФ. 

13.07.2024 г. У. задержан по подозрению в совершении указанных преступлений в порядке ст. 91-92 УПК РФ.

В тот же день У. предъявлено обвинение в совершении указанных преступлений.

14 июля 2024 г. старшим следователем с согласия руководителя следственного органа возбуждено перед судом ходатайство об избрании У. меры пресечения в виде заключения под стражу.

Обжалуемым постановлением суда от 14 июля 2024 г. отказано в удовлетворении ходатайства старшего следователя СО по Московскому району г. Калининграда СУ СК РФ по Калининградской области ФИО1 об избрании У. меры пресечения в виде заключения под стражу. В отношении У. избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком на 2 месяца, то есть до 13 сентября 2024 г, с установлением запретов. 

В апелляционном представлении помощник транспортного прокурора Дзик З.А. считает, что постановление суда подлежит отмене. Указывает, что У. обвиняется в совершении двух преступлений, одно из которых является тяжким, направленным против интересов государственной службы, характеризующимся высокой степенью общественной опасности, за совершение которого предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок от 3 до 10 лет, в связи с чем оставаясь на свободе У., понимая правовые последствия привлечения его к уголовной ответственности и возможность назначения ему наказания в виде лишения свободы на длительный срок, может скрыться от органов предварительного следствия и суда.

Обращает внимание, что У. до настоящего времени является действующим должностным лицом органов внутренних дел, состоит в должности, относящейся к категории руководителей, может оказать давление на своих подчиненных, склонить их к даче выгодных для него показаний или отказа от таковых, либо уничтожить доказательства или создать ложные доказательства своей невиновности. Кроме того, обвиняемый У. лично знаком и состоит в приятельских отношениях с фигурантом по уголовном уделу В., место проживания которого ему известно, он может предпринять попытки склонить указанное лицо к даче ложных или выгодных ему показаний, либо отказа от таковых. Также указывает, что по уголовному делу необходимо установить и допросить лиц, осведомленных об обстоятельствах инкриминируемых У. деяний, в том числе входящих в его окружение, с которыми он может согласовать показания с целью избежать уголовной ответственности.

Ссылается на то, что установленные судом обстоятельства, и собственные выводы о том, что, оставаясь на свободе, У. может скрыться от органов предварительного следствия и суда, противоречат выводу о возможности избрания в отношении него меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей, а именно в виде домашнего ареста.

Приводит доводы о том, У. вину в инкриминируемых преступлениях в ходе допроса ДД.ММ.ГГГГ не признал, следствию пояснил, что в его подчинении находятся 7 сотрудников отдела, которые с его согласия могли пользоваться его логином и паролем. Кроме того, в ходе следствия по делу подлежат отысканию и изъятию документы, непосредственный доступ к которым имеется у У. Поскольку с момента возбуждения уголовного дела прошел небольшой промежуток времени, органами следствия выполнены не все действия, направленные на закрепление следов преступления, доводы следствия о необходимости избрания У. наиболее строгой меры пресечения являются обоснованными.

Указывает, что судом не выяснено, кто еще помимо собственников жилого помещения в нем проживает и имеет к нему доступ, являются ли они фигурантами по данному уголовному делу, не установлено согласие собственника на исполнение в нем меры пресечения в виде домашнего ареста. При этом, принимая решение об избрании У. меру пресечения в виде домашнего ареста, суд освободил последнего из-под стражи, обвиняемый почти сутки находился без контроля соответствующего органа.

Просит постановление отменить, ходатайство старшего следователя СО по Московскому району г. Калининграда СУ СК РФ по Калининградской области ФИО1 удовлетворить.

В возражениях на апелляционное представление адвокат Куликов Р.С. полагает, что указанное представление не основано на фактических обстоятельствах дела, является не обоснованным, немотивированным, и просит суд оставить представление без удовлетворения.

Заслушав выступление прокурора Дзик З.А. о необходимости отмены постановления суда первой инстанции, выступления обвиняемого У. и его защитника – адвоката Куликова Р.С., возражавших против доводов апелляционного представления, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены либо изменения постановления суда.

В соответствии с ч.ч. 1,3 ст.107 УПК РФ домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении подозреваемого по решению суда в порядке, установленном статьей 108 УПК РФ, с учетом особенностей, определенных настоящей статьей, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения и заключается в нахождении обвиняемого в полной или частичной изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением ограничений и (или) запретов и осуществлением за ним контроля.

Указанные требования уголовно-процессуального закона при решении вопроса об избрании меры пресечения У. в виде домашнего ареста по настоящему делу не нарушены.

Постановление о возбуждении ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу рассмотрено судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Судом апелляционной инстанции установлено, что суд, оставляя без удовлетворения ходатайство органов предварительного следствия об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, избрав меру пресечения в виде домашнего ареста, мотивировал свои выводы, при этом строго руководствуясь ст.107 УПК РФ, а также положениями ст.ст.97 и 99 УПК РФ.

Правомерность задержания У., равно как и наличие у следствия оснований обвинять его в совершении преступления, судом проверены, а вопрос о доказанности его вины не является предметом судебной проверки на данной стадии уголовного судопроизводства.

Мотивы необходимости избрания У. меры пресечения в виде домашнего ареста и невозможности избрания иной, в том числе меры пресечения в виде заключения под стражу, в постановлении приведены, выводы суда основаны на исследованных в судебном заседании материалах дела, данных о личности, и суд апелляционной инстанции согласен с ними.

У. органами следствия обвиняется в совершении двух преступлений, одно из которых относится к категории тяжкого, другое к категории средней тяжести, за которые предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет. 

Доказательства, обосновывающие наличие у стороны обвинения разумных оснований для осуществления уголовного преследования У., суду представлены. 

Наличие оснований, предусмотренных ст. 91 УПК РФ, свидетельствует о соблюдении порядка задержания обвиняемого.

Представленные материалы дают основания для вывода о достаточности данных об имевшем место событии преступления, а также об обоснованности выдвинутого против У. обвинения, без вхождения в обсуждение вопросов, подлежащих разрешению при рассмотрении уголовного дела по существу.

Выводы суда об отказе в удовлетворении ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и избрании меры пресечения в виде домашнего ареста обоснованы судом конкретными обстоятельствами.

При принятии решения суд правильно указал, что обеспечение исполнения задач предварительного следствия в отношении У. может быть обеспечено мерой пресечения в виде домашнего ареста, который будет являться достаточной гарантией как явки обвиняемого У. к следователю, так и для полного объективного расследования уголовного дела.

При избрании меры пресечения в виде домашнего ареста суд правомерно учел данные о личности обвиняемого в соответствии со ст. 99 УПК РФ и оценил характер преступлений, в совершении которых обвиняется У.

Содержащиеся в апелляционном представлении доводы о возможности воспрепятствования со стороны У. производству по уголовному делу, намерении скрыться от следствия и суда являются несостоятельными с учетом установленных судом первой инстанции запретов в отношении обвиняемого.

Доводы представления о том, что обвиняемый состоит в должности, относящейся к категории руководителей, может оказать давление на своих подчиненных, склонить к даче выгодных показаний или отказаться от таковых, не свидетельствуют о незаконности принятого судом первой инстанции постановления и не влекут отмену постановления суда. 

Каких-либо убедительных мотивов и доказательств, свидетельствующих о необходимости нахождения У. под стражей, в апелляционном представлении не приведено.

Ссылка в апелляционном представлении на тяжесть инкриминируемого У. преступления против интересов государственной службы, его коррупционную направленность, не указывает на незаконность и необоснованность постановления суда о применении к У. меры пресечения, предусмотренной п. 6 ст. 98 УПК РФ.

При избрании меры пресечения в виде домашнего ареста в отношении У. суд исходил из того, что он будет находиться под контролем и в изоляции от общества в жилом помещении, в котором проживает на законных основаниях, а также исполнять установленные ему ограничения, что обеспечит явку обвиняемого к следователю, проведение всех необходимых следственных и процессуальных действий, в том числе, с участием У., исключит возможность для него скрыться и иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

В постановлении указаны фактические обстоятельства, подтвержденные конкретными данными, исследованными в судебном заседании, на основании которых суд принял решение об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста. 

С учетом изложенных выше обстоятельств, оснований для удовлетворения доводов апелляционного представления суд апелляционной инстанции не находит.

Процессуальных нарушений, влекущих отмену или изменение постановления суда, не допущено.

Руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

Постановление Московского районного суда г. Калининграда от 14 июля 2024 года в отношении У. оставить без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Судья:

Копия верна 

Судья: Буданов А.М.