АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Кызыл 18 сентября 2019 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Тыва

в составе:

председательствующего Донгак Г.К., 

при секретаре Чамзы Е.Б.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы защитника Даштаар-оол В.О., осужденного ФИО1 и апелляционное представление государственного обвинителя Салчак Р.Д. на приговор Кызылского городского суда Республики Тыва от 17 июня 2019 года, которым

ФИО3 Калин-ооловна, ** судима: 

22 декабря 2010 года Кызылским городским судом по ч. 1 ст.111 УК РФ (с учетом изменений, внесенных постановлением Кызылского городского суда Республики Тыва от 28 мая 2012 года) к 1 году 10 месяцам лишения свободы, на основании ч. 1 ст. 82 УК РФ наказание отсрочено до достижения ребенком 14-летнего возраста, до 21 августа 2024 года, 

31 мая 2019 года Кызылским городским судом Республики Тыва по ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 82 УК РФ отсрочка по приговору Кызылского городского суда Республики Тыва от 22 декабря 2010 года отменена и на основании ст. 70 УК РФ (с учетом изменений, внесенных апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Республики Тыва от 23 июля 2019 года) по совокупности приговоров путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору от 22 декабря 2010 года к 2 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима, 

осуждена по ч. 2 ст. 159 УК РФ (по эпизоду с потерпевшей Ш.) к 1 году 6 месяцам лишения свободы, по ч. 2 ст. 159 УК РФ (по эпизоду с потерпевшей А.) к 1 году 6 месяцам лишения свободы, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения наказаний к 2 годам лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения наказания по приговору Кызылского городского суда Республики Тыва от 31 мая 2019 года к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

ФИО2, ** судим: 4 июня 2015 года Кызылским городским судом Республики Тыва по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима, освободившийся по отбытии наказания 13 апреля 2018 года,

осужден по ч. 2 ст. 159 УК РФ (по эпизоду с потерпевшей Ш.) к 1 году 10 месяцам лишения свободы, по ч. 2 ст. 159 УК РФ (по эпизоду с потерпевшей А.) к 1 году 10 месяцам лишения свободы, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения наказаний к 2 годам 7 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. 

Постановлено в соответствии с п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачесть ФИО3 в срок лишения свободы время её содержания под стражей с 17 июня 2019 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, а также отбытое наказание по приговору от 31 мая 2019 года, начиная с 31 мая 2019 года по 16 июня 2019 года из расчета один день за полтора дня отбывания наказания исправительной колонии общего режима.

Заслушав доклад судьи Донгак Г.К., выступления прокурора Садыр-оол С.Х., поддержавшего доводы апелляционного представления и полагавшего необходимым приговор изменить осужденных ФИО3, ФИО2, защитников Датштаар-оол В.О., Лаа-Хоо А.М., поддержавших доводы апелляционных жалоб и просивших приговор отменить, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО3 и ФИО2 признаны виновными и осуждены за хищение чужого имущества путем обмана группой лиц по предварительному сговору с причинением значительного ущерба по двум эпизодам. 

Как указано в приговоре, преступления ими совершены при следующих обстоятельствах.

В период времени с 10 ноября 2018 года по 12 ноября 2018 года, в неустановленные следствием дату и время ФИО2 предложил ** ФИО3 похитить денежные средства путем обмана, а именно под предлогом сдачи в аренду квартиры **, которые подлежали сносу.

Согласно распределению ролей, ФИО2 разместил в период с 10 по 12 ноября 2018 года и 28 ноября 2018 года объявления о сдаче в аренду жилых помещений в социальной сети «**», в сети Интернет, с указанием своего абонентского телефонного номера. 

12 ноября 2018 года по объявлению, размещенному ФИО2 в социальной сети «**», в сети Интернет о сдаче в аренду ** квартиры, к ФИО3 обратилась Ш., которой та из корыстных побуждений, с целью хищения денежных средств, сообщила заведомо ложные сведения о том, что она является собственником жилого помещения, предложила осмотреть квартиру, по прибытию Ш. осмотрела квартиру и введенная в заблуждение, по предложению ФИО3, передала последней денежные средства в сумме ** рублей в счет оплаты двух месяцев аренды жилого помещения, 15 ноября 2019 года в этой же квартире передала, оставшиеся ** рублей, которыми ФИО3 и ФИО2 распорядились по собственному усмотрению. Своими преступными действиями ФИО3, ФИО2 причинили потерпевшей Ш. значительный материальный ущерб в размере ** рублей.

29 ноября 2018 года после размещения объявления, размещенного ФИО2 в социальной сети «**», в сети Интернет о сдаче в аренду ** квартиры, к нему обратилась А., которая изъявила желание снять в аренду квартиру, указанную в объявлении.

Продолжая реализацию совместного с ФИО3 преступного умысла, 29 ноября 2018 года ФИО2 предложил А. осмотреть жилое помещение, на что та согласилась и подошла в кВ. **, который, согласно отведенной ему роли, сообщил заведомо ложные сведения о том, что он является собственником указанного жилого помещения и, что той необходимо передать денежные средства в сумме ** рублей в счет оплаты одного месяца проживания, осознавая при этом, что не имеет права распоряжаться вышеуказанной квартирой. Вернувшись к себе, ФИО4 сообщил ФИО3, что обратившаяся по телефону А. согласна на передачу ** рублей в счет оплаты аренды квартиры. 

29 ноября 2018 года А. в квартире **, введенная в заблуждение относительно истинных намерений ФИО2 и ФИО3, передала ФИО3 денежные средства в сумме ** рублей, убежденная, что передает их в счет арендной платы, которыми ФИО3 совместно с ФИО2 распорядились по собственному усмотрению.

В результате своих преступных действий ФИО3 и ФИО2 причинили потерпевшей А. имущественный вред в виде значительного материального ущерба на сумму 15 000 рублей.

В судебном заседании осужденная ФИО3 вину в инкриминируемых преступлениях, предусмотренных ч. 2 ст. 159 УК РФ, по двум эпизодам, признала и, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ, отказалась от дачи показаний.

В судебном заседании осужденный ФИО2 вину в инкриминируемых ему преступлениях, предусмотренных ч. 2 ст. 159 УК РФ, по двум эпизодам, признал частично и показал, что объявления в интернет он не давал, договоры с арендаторами не заключал, денежные средства от потерпевших Ш. и А. не получал, о намерении ФИО3 сдать в аренду 2 квартир ему неизвестно, потерпевшей А. показал квартиру по просьбе ФИО3. Они проживали в квартире ** некоторое время, однако не стали проживать там ** из-за того, что в ней было холодно. Потерпевшим возместил ущерб, передав одной ** рублей, другой ** рублей. 

В апелляционной жалобе защитник Даштаар-оол В.О. просит приговор отменить ввиду нарушения уголовно-процессуального закона и неправильного применении уголовного закона, указав, что судом в основу приговора положены показания ФИО3, однако других доказательств, подтверждающих виновность осужденного, не имеется, в суде установлено, что ФИО2 денежные средства от ФИО3, не получал, условия сделки не обговаривал, по просьбе ** ФИО3 показал А. квартиру, и никто из потерпевших и свидетелей не указывают на ФИО2, как на соучастника преступления. Показания ФИО3 свидетельствуют об обиде и неприязни, вследствие **, просит отменить приговор и направить уголовное дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 просит приговор отменить, указав на отсутствие доказательств, подтверждающих его виновность, поскольку он не участвовал в передаче денег, условия сделок с арендуемыми жилых помещений не обговаривал, по просьбе ФИО3 показал А. квартиру. Выводы суда основаны на предположениях, уголовное дело рассмотрено необъективно, с односторонним уклоном, не учтены его показания, данные в суде. Он ** является лишь свидетелем преступлений. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель Салчак Р.Д. просит приговор изменить ввиду нарушения п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, указав, что суд на основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ необоснованно зачел в срок наказания ФИО3, отбытое наказание по приговору Кызылского городского суда Республики Тыва от 31 мая 2019 года, а именно с 31 мая 2019 года по 16 июня 2019 года из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, данное указание подлежит исключению из приговора. 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и представления, выслушав стороны, судебная коллегия приходит к следующему.

Несмотря на то, что осужденный ФИО4 вину в совершении преступлений признал частично, виновность осужденных, помимо признательных показаний осужденной ФИО3, в хищении чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору с причинением значительного ущерба потерпевшим, подтверждается совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании? которым судом дана надлежащая оценка. 

Так, из показаний осужденной ФИО3, данных в ходе досудебного производства по делу и оглашенных в суде, в порядке п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, следует, что в ноябре 2018 года им с ФИО2 стало известно о том, что в подлежащих сносу домах, находящихся по ул. **, можно проживать, в ноябре 2018 года она с ФИО2 в ходе осмотра дома **, обнаружили пустующую квартиру **, в которой было тепло. Устранив неполадки, поставив новый замок в двери, газовую плиту и холодильник, она с ФИО2 ** проживали в ней некоторое время. ФИО2 через некоторое время предложил сдать квартиру, представившись собственниками, и выручить деньги. Она на предложение ФИО2 вначале отказывалась, затем согласилась, нуждаясь в денежных средствах, ввиду отсутствия зимней одежды детей. Для сдачи квартиры, в которой она проживала с семьей, ФИО2 разместил объявление в социальной сети, интернет «**» о том, что сдается квартира в доме **, указав свой сотовый телефонный номер. Она показала женщине, пожелавшей снять квартиру в аренду, жилье, кВ. ** и получила от нее ** рублей, в счет предоплаты за два месяца аренды указанной квартиры, которыми она с ФИО2 распорядились по своему усмотрению. После этого, она с ФИО2 поменяли сим-карты, для того, чтобы к ним больше не обращались. Позднее они заселились в квартиру **, в которой они проживали до 28 ноября 2018 года, затем ФИО2 снова разместил объявление в социальной сети «** о сдаче трехкомнатной квартиры с указанием номера своего телефона, они договорились, что сдадут квартиру за ** рублей. После обращения по телефону женщины 29 ноября 2018 года, супруг показал квартиру ** и договорился с той о сдаче квартиры за ** рублей. Она, согласно уговору с ФИО2, передала женщине ключи и получила от нее ** рублей в счет оплаты за аренду квартиры. При этом они супругом осознавали, что они похищают денежные средства у этих женщин, впоследствии она с ФИО2 возместили ущерб обеим потерпевшим.

Из показаний осужденного ФИО2, данных в ходе досудебного производства и оглашенных в суде, в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, следует, что 28 ноября 2018 года он предложил ФИО3 сдать в аренду квартиру **, в которую они самовольно заселились, на его предложение, та согласилась, так как они нуждались в деньгах, так как ** не имелось зимней одежды, он разместил в одной из групп социальной сети «**» объявление о сдаче в аренду квартиры. На следующий день к нему по телефону обратилась женщина, и он, представившись собственником квартиры, договорился о встрече, показал ей квартиру, та, согласившись снять квартиру, пошла за деньгами. ** ФИО3 по его предложению сходила в ту квартиру, получила от женщины ** рублей в счет оплаты за аренду квартиры и передала ключи. После этого он с ФИО3 поменяли сим-карты в телефоне. 

Согласно показаниям потерпевшей Ш., данным в ходе предварительного следствия и оглашенных в суде, в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, и подтвержденных в суде, 12 ноября 2018 года она по объявлению о сдаче в аренду ** квартиры в районе **, договорилась с женщиной, представившейся собственником, о встрече, чтобы посмотреть квартиру в **. Хозяйка предложила внести оплату за два месяца в сумме ** рублей, она передала женщине назвавшейся ФИО3 ** рублей, та передала ей ключи от квартиры, и она заселилась в квартиру. В начале декабря от сотрудников мэрии она узнала о том, что дом подлежит сносу, ей вручили уведомление об освобождении квартиры до 10 декабря 2018 года, по номерам, которые ей передала ФИО3, она не могла дозвониться, так как они были недоступны, и она поняла, что та путем обмана похитила ее деньги, после чего обратилась в полицию. В конце декабря 2018 года ФИО3 вернула ей все деньги в полном объеме, в настоящее время она к ней претензий не имеет.

Из показаний потерпевшей А., данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ и подтвержденных в суде, следует, что 29 ноября 2018 года по объявлению в сети Интернет она нашла квартиру по ул. **, созвонившись, встретилась с мужчиной, тот показал ** квартиру, которая устроила ее, со слов мужчины она узнала о том, что он уезжает в район с семьей, дом подлежит сносу, однако они смогут проживать в ней до мая 2019 года. Она с дочерью Е. согласились на предложение мужчины, ФИО3 передала им ключи от квартиры, она, в свою очередь, передала ** рублей в счет аренды квартиры за месяц. 4 декабря 2018 года на двери в подъезде она увидела объявление о том, что 5 декабря 2018 года в доме отключается теплоснабжение и электроэнергия, ввиду сноса дома. Она позвонила к мужчине, затем к женщине, однако их номера были недоступны. Сотрудники мэрии вручили им уведомление об освобождении квартиры до 10 декабря 2018 года, после чего она обратилась в полицию. Мужчина и женщина им деньги в размере ** рублей не вернули.

Свидетель Е. в судебном заседании дала показания аналогичные показаниям потерпевшей А.

Из свидетельских показаний Х., данных в судебном заседании, следует, что она с 2012 года по 22 октября 2018 года проживала в квартире **, выехала из квартиры по программе переселения из ветхого жилья, передав ключи и документы в жилищный отдел мэрии г. Кызыла. 

Как следует из показаний свидетеля К., данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, начальника жилищного отдела Департамента экономики, имущественных отношений и финансового контроля мэрии г. Кызыла, согласно федеральной программе переселения, граждане проживавшие в домах по улице **, вселились в новые квартиры до начала ноября 2018 года, зарегистрировав право собственности в новых квартирах, куда они переселились, а право собственности на недвижимость, из которой они переселены, прекращено, старые дома подлежат сносу, проживание в них считается незаконным. 

Кроме того, виновность осужденных ФИО3, ФИО2 в мошенничестве группой лиц по предварительному сговору с причинением значительного ущерба потерпевшим, подтверждается письменными доказательствами, полно и подробно приведенными в приговоре, в частности, протоколом осмотра квартиры **, состоящей из кухонной, зальной, двух спальных комнат, с санузлом с унитазом и ванной, с мебелью, кухонным столом и электрической плитой; уведомлением Департамента экономики, имущественных отношений и финансового контроля Мэрии города Кызыла в адрес Ш. о том, что в соответствии с постановлением Правительства Республики Тыва от 8 сентября 2016 года № 393 «Об утверждении Положения о переселении граждан из домов, сейсмоусиление которых экономически нецелесообразно», постановлением Мэрии г.Кызыла от 14 июня 2018 года № 706 «Об утверждении списка граждан, переселяемых в многоквартирный жилой дом по адресу: ** и распоряжением Мэрии г.Кызыла Республики Тыва от 4 декабря 2018 года № 1031-р, органом местного самоуправления принимаются меры по сносу многоквартирного жилого дома по адресу: **. В ходе проверки указанного многоквартирного жилого дома, подлежащего сносу до 15 декабря 2018 года, установлено, что в квартире незаконно проживают лица без правоустанавливающих документов. На основании изложенного и во избежание наступления чрезвычайных ситуаций (пожар), которое может повлечь гибель людей в результате их нахождения в непригодном для проживания жилом доме, Департамент экономики требует освободить незаконно занимаемое жилое помещение до 10 декабря 2018 года; постановлением Мэрии г. Кызыл от 14 июня 2018 года № 706 «Об утверждении списка граждан, переселяемых в многоквартирный жилой дом по адресу: **, согласно которому в списке граждан, переселяемых в многоквартирный жилой дом, расположенный по адресу: **, в графе «адрес дома, сейсмоусиление которого экономически нецелесообразно» по адресу: ** под порядковым номером 17 значится У.; распоряжением Мэрии г. Кызыла от 4 декабря 2018 года № 1031-р «О рабочей группе», согласно которому в числе прочего рабочей группе в срок до 10 декабря 2018 года провести проверку квартир в аварийных жилых домах по адресам: **, на предмет фактического переселения из данных аварийных домов собственников (нанимателей) жилых помещений в многоквартирный дом по ул. ** и возможного самовольного заселения граждан в данные аварийные дома, в случае выявления незаконно занятых жилых помещений в вышеуказанных аварийных жилых домах, принять меры по их выселению; протоколом проверки показаний на месте, в ходе которого подозреваемая ФИО3 показала участки местности, расположенные по ул. **, где располагались дома №№ **; протокол очной ставки между ФИО2 и ФИО3, в ходе которого последняя подтвердила ранее данные показания, подозреваемый ФИО2 полностью не подтвердил показания ФИО3 и отказался от дачи показаний в соответствии со ст. 51 Конституции РФ. 

В соответствии со ст.ст. 87, 88 УПК РФ суд проверил и оценил собранные по делу доказательства с точки зрения их допустимости, достоверности и относимости, правильность оценки доказательств, данная судом в приговоре, сомнений у апелляционной инстанции не вызывает. Оценив каждое доказательство в отдельности, в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности виновности ФИО3 и ФИО2 в совершении преступлений, за которые они осуждены. 

Суд апелляционной инстанции находит, что суд первой инстанции обоснованно в основу приговора положил показания осужденных ФИО3 и ФИО2, данные в ходе досудебного производства, и оглашенные в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, признав их достоверными и допустимыми, поскольку в ходе досудебного производства ФИО3 и ФИО2 допрошены в соответствии с требованиями ст. 46 УПК РФ, им разъяснены их процессуальные права, они предупреждены о том, что их признательные показания впоследствии могут быть использованы в качестве доказательств по делу, в том числе, и при отказе от этих показаний, допрошены в присутствии защитников. Кроме того, их показания не противоречат показаниям потерпевших ФИО5 и ФИО6, которые обоснованно признаны допустимыми и достоверными доказательствами, поскольку они последовательны и объективно подтверждаются другими исследованными в суде доказательствами.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с утверждениями защитника Даштаар-оол В.О. и самого осужденного о том, что доказательств виновности ФИО4 в суде не имеется.

Суд апелляционной инстанции не может не согласиться с выводами суда первой инстанции, признавшего показания осужденной ФИО3, данные в ходе предварительного следствия, достоверными и достаточными для вынесения приговора, поскольку они последовательны, ФИО3 подтвердила их как в ходе проверки на месте преступлений, так и в ходе очной ставки с осужденным ФИО2 

Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, находит, что оснований для оговора ФИО2 осужденной ФИО3 не имеется. В суде установлено, что они совместно проживали некоторое время, ** детей, не имели друг к другу неприязненных отношений, в связи с чем суд обоснованно отверг доводы осужденного ФИО2 о непричастности к преступлению и отсутствия предварительного сговора на совершение преступлений. 

В судебном заседании на основании исследованных доказательств правомерно установлено, что умысел ФИО2 и ФИО3 на хищение денежных средств путем обмана группой лиц по предварительному сговору, возник до совершения преступления, которые они реализовали путем оговора деталей его совершение, в частности, судом учтено, что они, не имея законных прав на владение, пользование и распоряжение квартирами № **, заранее дали объявление о сдаче в аренду квартир, оговорив суммы денежных средств, которые они будут указывать при встрече с потерпевшими, при встрече, показав квартиры, завладевали денежными средствами потерпевших, которые под воздействием обмана добровольно передавали им деньги. 

Оснований для изменения приговора в отношении осужденной ФИО3 в связи с тем, что преступление ею совершено в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств, ввиду отсутствия зимней одежды у детей, суд апелляционной инстанции не находит. В судебном заседании установлено, что супруги ФИО3 и ФИО2 молоды и трудоспособны, могли обеспечивать семью другими, законными способами. 

На основании изложенного суд апелляционной инстанции находит, что суд первой инстанции полно, всесторонне исследовав каждое доказательство как в отдельности, так и в их совокупности, правильно установив фактические обстоятельства дела, пришел к обоснованному выводу о виновности осужденных ФИО3 и ФИО2 и правильно квалифицировал их действия по ч. 2 ст. 159 УК РФ по двум эпизодам, как хищение чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба по эпизоду в отношении потерпевших Ш. и А. 

Размер ущерба, оцененный судом как значительный, соответствует примечанию к ст. 158 УК РФ, определен с учетом значимости похищенного имущества для потерпевших и их материального положения.

При назначении ФИО3 и ФИО2 наказания суд в соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности преступлений, совершенных ими умышленно, которые направлены против собственности, отнесенных уголовным законом к категории преступлений средней тяжести, совокупность смягчающих наказание обстоятельств, данные о их личностях, влияние назначенного наказания на их исправление и на условия жизни их семьи.

При этом судом в качестве смягчающих наказание ФИО3 правомерно учтено то, что осужденная по двум эпизодам полно признала вину, раскаялась в содеянном, активно способствовала расследованию преступления, путем дачи последовательных и признательных показаний, принесла извинения потерпевшей стороне, возмещение причиненного ущерба, отсутствие претензий потерпевших, состояние здоровья, **, состояние её здоровья **, условия ее жизни, то, что ранее к административной ответственности не привлекалась, ходатайство о снисхождении, положительную характеристику с места жительства.

Судом первой инстанции на основании смягчающих обстоятельств, предусмотренных пп. «и», «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств правомерно применены правила назначения наказания по правилам ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Судом в качестве смягчающих наказание ФИО2 обстоятельств по обоим эпизодам учтено полное признание им вины, раскаяние в содеянном, активное способствование расследованию преступления путем дачи подробных признательных показаний в ходе предварительного расследования, состояние здоровья, **, условия его жизни, возмещение потерпевшим причиненного ущерба, отсутствие претензий у потерпевших, то, что ранее к административной ответственности не привлекался, положительную характеристику с места жительства.

При этом суд обоснованно в качестве отягчающего наказание обстоятельства учел наличие у ФИО2 рецидива преступлений, поскольку осужденный совершил умышленные преступления средней тяжести, имея непогашенную судимость за умышленное тяжкое преступление, за которое отбывал наказание в исправительном учреждении, в связи с чем, правильно применил при назначении наказания правила ч. 2 ст. 68 УК РФ. 

В связи с наличием обстоятельства, отягчающего наказание, предусмотренного ст. 63 УК РФ, судом в отношении ФИО2 не применены положения ч. 1 ст. 62 УК РФ. 

С учетом характера и степени общественной опасности преступлений и личности виновных ФИО3 и ФИО2, суд пришел к обоснованному выводу о назначении им наказания в виде лишения свободы, приведя в приговоре мотивы своего решения, не найдя оснований для применения ст. 64 и 73 УК РФ, а к ФИО2 и положений ч. 3 ст. 68 УК РФ. Назначенное им наказание в виде реального лишения свободы отвечает целям и задачам, которые определены уголовным законом, и является справедливым. 

Определяя вид наказания в виде лишения свободы суд обоснованно исходил из того, что ФИО4 после отбытия наказания по предыдущему приговору, освободился в апреле 2018 года, после освобождения, через непродолжительное время вновь совершил умышленное преступление средней тяжести, в группе лиц. Наказание в виде лишения свободы, по мнению суда апелляционной инстанции, назначено в целях исправления осужденного и предупреждения совершению им новых преступлений.

Избирая ФИО3 наказание в виде лишения свободы, судом правомерно учтено, что осужденной совершено умышленное преступление, направленное против собственности, которое совершено в группе лиц в период отсрочки отбывания наказания за совершение тяжкого преступления, в целях восстановления социальной справедливости, в целях воспитания ФИО3 и предупреждению ею новых преступлений. 

Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, находит, что оснований для применения положений ст. 64 УК РФ к ФИО3, к ФИО2 – ч. 3 ст. 68 УК РФ, не находит, поскольку исключительных обстоятельств, уменьшающих характер и степень общественную опасности преступлений, совершенных ими, не установлено. 

Окончательное наказание ФИО3 обоснованно назначено по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ, поскольку она, имея судимость по приговору от 31 мая 2019 года Кызылского городского суда Республики Тыва, преступления, за которые она осуждена по настоящему делу, совершила до вынесения предыдущего приговора. 

Вид исправительного учреждения ФИО3 определен правильно на основании п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ как исправительная колония общего режима, а ФИО2 на основании п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ как исправительная колония строгого режима.

Вместе с тем приговор подлежит изменению на основании п. 3 ст. 389 УПК РФ в связи с неправильным применением уголовного закона.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ неправильным применением уголовного закона является нарушение Общей части Уголовного кодекса РФ.

На момент постановления настоящего приговора, приговор Кызылского городского суда Республики Тыва от 31 мая 2019 года в отношении осужденной ФИО3 не вступил в законную силу. 

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Тыва от 23 июля 2019 года приговор Кызылского городского суда Республики Тыва от 31 мая 2019 года изменен, ввиду того, что суд первой инстанции, назначая наказание осужденной ФИО3 по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, применив правила ст. 70 УК РФ, не учел, что постановлением Кызылского городского суда Республики Тыва от 28 мая 2012 года в приговор Кызылского городского суда Республики Тыва от 22 декабря 2010 года в отношении ФИО3 внесены изменения в связи с принятием нового уголовного закона, улучшающего положение осужденной, и назначенное ей по ч. 1 ст.111 УК РФ наказание в виде 2 лет лишения свободы снижено до 1 года 10 месяцев лишения свободы. Суд первой инстанции при назначении наказания по совокупности приговоров, назначив наказание по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ в виде одного года лишения свободы, на основании ст. 70 УК РФ частично присоединив неотбытую часть наказания по приговору 22 декабря 2010 года, ошибочно исходил из 2 лет лишения свободы, тогда как внесенными изменениями в постановление от 28 мая 2012 года, наказание снижено до 1 года 10 месяцев лишения свободы. 

При таких обстоятельствах наказание, назначенное ФИО3 по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ по настоящему приговору, подлежит соразмерному снижению. 

Кроме того, суд первой инстанции в нарушение требований ст. 72 УК РФ в описательно-мотивировочной и резолютивной частях приговора на основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, зачел в срок наказания ФИО3 отбытое наказание по приговору Кызылского городского суда Республики Тыва от 31 мая 2019 года, начиная с 31 мая по 16 июня 2019 года из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, тогда как по правилам ст. 72 УК РФ в срок лишения свободы подлежит зачету только время содержания осужденной под стражей до постановления приговора, а не отбытое наказание по предыдущему приговору, в связи с чем незаконное решение о зачете в срок лишения свободы отбытого наказания по предыдущему приговору в льготном исчислении, подлежит исключению. Указанный период подлежит зачету в исчислении один день содержания под стражей за один день лишения свободы. 

В связи с указанным суд апелляционной инстанции, соглашаясь с доводами апелляционного представления, считает необходимым исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора решение суда о зачете в срок лишения свободы ФИО3 отбытого наказания по приговору Кызылского городского суда Республики Тыва от 31 мая 2019 года, начиная с 31 мая 2019 года по 16 июня 2019 года, как незаконное. Кроме того, суд принял необоснованное решение о начале срока наказания обоим осужденным с 17 июня 2019 года, тогда как началом срока отбывания наказания признается день вступления приговора в законную силу, то есть 18 сентября 2019 года, 

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционное представление удовлетворить.

Приговор Кызылского городского суда Республики Тыва от 17 июня 2019 года в отношении ФИО3 и ФИО2 изменить:

- на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказания по приговору Кызылского городского суда Республики Тыва от 31 мая 2019 года, снизить ФИО3 наказание до 2 лет 3 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима;

- исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной части решение суда о зачете на основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ отбытого наказания ФИО3 по приговору от 31 мая 2019 года, начиная с 31 мая 2019 года по 16 июня 2019 года из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, как незаконное.

Срок наказания обоим осужденным исчислять с 18 сентября 2019 года, со дня вступления приговора в законную силу. 

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Председательствующий