САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 22-6298/24

Дело № 1-172/24 Судья Бусел К.В. 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 22.07.2024 г.

Судья судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда Цепляевой Н.Г., 

с участием прокурора отдела прокуратуры Санкт-Петербурга ФИО1

осужденного О ИЕ

защитника адвоката К ЕС, действующей в защиту интересов осужденного О ИЕ, 

представителя потерпевшей- Г ОМ, 

при секретаре Ш ПО, 

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осужденного О ИЕ, на приговор 

<

адрес> от 

<

дата>, которым 

О ИЕ, 

<

дата> года рождения, уроженец 

<

...>, ранее несудимого,

осужден

по ч. 1 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы сроком на 1 год.

на основании ст. 53 УК РФ установлены ограничения: не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, не выезжать за пределы территории муниципального образования 

<

...>, не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в ночное время суток с 

<

дата> часов. Возложена обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 (два) года.

Заслушав доклад судьи Цепляевой Н.Г., мнение осужденного О ИЕ и адвоката К ЕС поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение представителя потерпевшей Г ОМ, прокурора П ДН, возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы, суд

УСТАНОВИЛ:

Приговором 

<

адрес> от 

<

дата> О ИЕ признан виновным в совершении нарушения лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшего по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, совершенного 

<

дата> около 09 часов 28 минут в Санкт-Петербурге при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный О ИЕ просит обжалуемый приговор отменить, направить уголовное дело на новое судебное разбирательство в ином составе суда, отменив назначенное наказание.

В обоснование своих требований указывает, что выводы суда, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, а также что суд нарушил уголовно-процессуальный закон и неправильно применил нормы уголовного закона.

Отмечает, что в приговоре и в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого указано, что он возобновил движение на расстоянии около 0,2 от правого края проезжей части 

<

адрес> и в 7,7 м. до угла 

<

адрес>, допустил падение пассажира на проезжую часть. При этом данный вывод суда не подтверждается доказательствами, поскольку в протоколе осмотра места дорожно-транспортного происшествия, исследованном в судебном заседании, указано место расположения автобуса следующим образом: «в правой полосе 

<

адрес>, передней частью обращен в сторону 

<

адрес> и расположен от правого края проезжей части 0,3 м до переднего правого колеса и 0,2 м до заднего колеса в 0,10 м до угла 

<

адрес>», а также указано, что координаты места наезда, столкновения, опрокидывания и т.д., указанные участниками осмотра, расположены на проезжей части 

<

адрес> в 0,2 м. от правого края проезжей части и в 7,7 м до угла 

<

адрес>. 1 лит. А по 

<

адрес>.

Отмечает, что при исследовании доказательств не нашел подтверждение тот факта, что он возобновил движение на расстоянии около 0,2 от правого края проезжей части 

<

адрес> и в 7,7 м. до угла 

<

адрес>, около 0,2 м. такое расстояние вообще нигде не фигурировало, в 0,2 м указано им, и от 0,2 м до 0,3 м указано расположение правых колес, сведений о том, что автобус после ДТП перемешался до осмотра места происшествия, также отсутствуют. Таким образом, точное место происшествие в фабуле обвинения не указано.

Также указывает, что приговором суда установлено нарушение требование ПДД РФ 1.3, 1.5, 8.1, 22.7 ПДД РФ, при этом не исследовался вопрос нарушены ли им п.10.1.абз.2 ПДД РФ, хотя экспертом Т ИВ указано, что при данной дорожной ситуации водитель должен был действовать в соответствии с п.п. 8.1, 10.1 абз.2, 22.7 ПДД РФ, также указано, что Г ОМ была пешеходом, пассажиром не стала, а экспертом Д СП в ходе судебного заседания указано, что его заключение не проверяемое, и в заключении указано, что водителем нарушены только п. 8.1 ПДД РФ, противоречивость заключений не исследовалась, дополнительная экспертиза автотехническая комплексная с учетом видеозаписи не назначалась. Отмечает, что эксперт Д СП пояснил, что видеозапись при проведении экспертизы осматривал визаульно предсметом исследования запись не была поскольку он не имеет допуска по экспертной специальности «исследование видеоизображений, условий, средств, материалов и следов видеозаписей». Специалистом Т ИВ в ходе допроса в судебном заседании указано, что он (О ИЕ) не мог видеть трость, зажатую в дверях автобуса. Данное обстоятельство судом при вынесении приговора во внимание не принято и не оценено.

Полагает, что судом формально были исследованы доказательства, в ходе судебных заседаний при исследовании доказательств были нарушены его права, а также права потерпевшей Г ОМ, поскольку допрошенный в судебном заседании 

<

дата> в качестве свидетеля обвинения Г ЕВ, в дальнейшем в ходе судебных заседаний по непонятным причинам представлял интересы потерпевшей Г ОМ, он не только присутствовал на всех последующих заседаниях, но он в том числе выражал мнение по ходатайствам сторон, в связи с чем все доказательства исследованные судом после допроса Г ЕВ в качестве свидетеля считаются полученными с нарушением норм УПК РФ.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции находит приговор суда, постановленный как обвинительный, законным и обоснованным.

Выводы суда о доказанности вины осужденного О ИЕ в совершении преступления, за которое он осужден, основаны на проверенных в судебном заседании материалах дела и подтверждены изложенными в приговоре доказательствами, объективно и непосредственно исследованными в судебном заседании на основе состязательности сторон.

Так, вина О ИЕ установлена: протоколом осмотра места дорожно-транспортном происшествии, схемой, содержащими данные о дорожно-транспортном происшествии, произошедшем 

<

дата> с участием О ИЕ, управлявшего автобусом «

<

...>», государственный номер №..., принадлежащим 

<

...>», и потерпевшей Г ОМ, а также - о месте ДТП, расположении участвовавших в нем транспортного средства; заключением комиссионной медицинской экспертизы о характере, локализации, механизме образования и степени тяжести телесных повреждений, обнаруженных у потерпевшей Г ОМ, разженивающихся, как тяжкий вред здоровью; протоколом осмотра видеозаписи от 

<

дата>; заключением автотехнической экспертизы №... от 

<

дата>, согласно которой с технической точки зрения водитель автобуса «

<

...>» должен был действовать в соответствии с требованиями пункта 8.1 ПДД РФ, он имел возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие и его действия противоречат требованиям вышеуказанного пункта ПДД РФ. С технической точки зрения пассажир должна была действовать в соответствии с требованиями п. 5.1 ПДД РФ (том 1 л.д. 142-147); протоколом следственного эксперимента от 

<

дата> с фототаблицей к нему, согласно которым следственный эксперимент с участием О ИЕ проведен для проверки его версии об ограниченной обзорности (том 3 л.д. 38-42, 43-49); показаниями потерпевшей Г ОМ, свидетелей Г ЕВ, Свидетель №1, Свидетель №2, показаниями эксперта Д СП, другими доказательствами, которые суд положил в основу приговора.

Совокупность приведенных в приговоре доказательств была проверена и исследована в ходе судебного следствия, суд дал им оценку и привел мотивы, по которым признал их достоверными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела, установленным судом. Не согласиться с приведенной в приговоре оценкой доказательств у судебной коллегии оснований не имеется.

Показания потерпевшей Г ОМ, свидетелей Г ЕВ, Свидетель №1, Свидетель №2, суд обоснованно признал достоверными и привел их в приговоре в обоснование вины осужденного, поскольку они последовательны, взаимно дополняют друг друга, подтверждены другими доказательствами, а также соответствуют фактическим обстоятельствам произошедшего, установленным судом. Кроме того, их показания не содержат в себе противоречий, которые бы ставили под сомнение достоверность их показаний в целом. Суд не усматривает оснований к оговору осужденного О ИЕ со стороны потерпевшей и свидетелей, личной заинтересованности потерпевшей и свидетелей в привлечении О ИЕ к уголовной ответственности. Обстоятельств, порочащих показания свидетелей судом первой, а также апелляционной инстанции не установлено.

Вопреки доводам жалобы, обстоятельства дорожно-транспортного происшествия с участием О ИЕ и потерпевшей Г ОМ, в том числе, зафиксированные в соответствующих документах, заключениях судебно-медицинской и автотехнических экспертиз, а также в показаниях свидетелей Г ЕВ, Свидетель №1, Свидетель №2, эксперта Д СП были предметом тщательного исследования суда, результаты проверки и оценки которых в совокупности с другими доказательствами по делу отражены в приговоре.

Отсутствуют основания для признания недопустимым доказательством протокола следственного эксперимента, проведенного 

<

дата>. Следственное действие проводилось в соответствии с положениями ст. 181 УПК РФ, с участием осужденного О ИЕ, защитника, статиста, с разъяснением участвующим лицам их процессуальных прав. В ходе следственного эксперимента объективно проверены данные О ИЕ об ограниченной обзорности. При этом, условия следственного эксперимента были максимально приближены к указанным в показаниях осужденного О ИЕ Составленный по итогам данного следственного действия протокол соответствует требованиям ст. 166 УПК РФ.

Версия осужденного и его защитника о том, что ДТП произошло по вине Г ОМ ввиду ее неосмотрительности, торопливости, невнимательности, в том числе в использовании трости не по назначению, об отсутствии у О ИЕ технической возможности предотвратить ДТП, тщательно проверялась судом первой инстанций, однако своего подтверждения не нашла и была обоснованно отвергнута с приведением мотивов принятого решения, не согласиться с которым у суда апелляционной инстанции, оснований не имеется. Так, версия осужденного опровергается, как показаниями свидетеля Свидетель №1, пояснившего обстоятельства проведения осмотра места происшествия, составления протокола осмотра места происшествия, схемы к нему, также показавшего, что им был составлен протокол осмотра места происшествия, в котором все участвующие лица расписались, жалоб и замечаний ни от кого не поступило, также проводилась фотосъемка специалистом; а также результатами судебной автотехнической экспертизы №... от 

<

дата>, согласно которой с технической точки зрения водитель автобуса «Volgabus 5270G4» должен был действовать в соответствии с требованиями пункта 8.1 ПДД РФ, он имел возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие и его действия противоречат требованиям вышеуказанного пункта ПДД РФ. С технической точки зрения пассажир должна была действовать в соответствии с требованиями п. 5.1 ПДД РФ (том 1 л.д. 142-147);

С доводами жалоб о неполноте выводов проведенной по делу автотехнической экспертизы, неправильной оценки судом проведенного экспертного исследования, согласиться нельзя.

В соответствии со ст. 75 УПК РФ недопустимыми являются доказательства, полученные с нарушением требований уголовно-процессуального закона. Доказательства должны признаваться полученными с нарушением закона (недопустимыми), если при их собирании и закреплении были нарушены гарантированные Конституцией РФ права человека и гражданина или установленный уголовно-процессуальным законодательством порядок их собирания и закрепления, а также если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом, либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами.

Между тем, как видно из судебно-автотехнической экспертизы, она проведена ведущим государственным судебным экспертом отдела автотехнических экспертиз Северо-Западного РЦСЭ Минюста, имеющим высшее техническое образование и право производства экспертиз по специальности «Исследование обстоятельств ДТП», значительный стаж работы, обладающим специальными знаниями. Заключение экспертизы полностью соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ и Федерального закона от 

<

дата> № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». В нем приведены содержание и результаты исследований с указанием примененных методик, выводы по поставленным перед экспертом вопросам и их обоснование, эксперт был предупрежден за дачу заведомо ложного заключения в соответствии со ст. 307 УК РФ(т. 1 л.д. 221, т.2 л.д. 21), в связи с чем сомневаться в достоверности заключений эксперта у суда оснований не имелось, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции. Выводы эксперта носят однозначный характер, ясны, мотивированы, не противоречит другим доказательствам, подтверждают обстоятельства произошедшего дорожно-транспортного происшествия. Оснований считать их, с учетом приведенных экспертом в суде разъяснений основанными на недостоверных данных не имеется, а утверждения приведенные в апелляционной жалобе об обратном безосновательны. При этом судом апелляционной инстанции принимается во внимание, что отсутствие у эксперта Д СП специальных познаний для исследования видеозаписей не является основанием для признания вывод экспертизы ненадлежащими, поскольку эксперт Д СП при допросе в суде первой инстанции пояснил, что представленные ему видеозаписи обстоятельств ДТП фактически им не исследовались, при этом по мнению суда апелляционной инстанции указанный факт не повлиял на достоверность его выводов. 

В силу правовых положений, изложенных в пп. 6, 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 г. № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением Правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», следует, что уголовная ответственность по ст. 264 УК РФ наступает, если у водителя имелась возможность избежать дорожно-транспортного происшествия и между его действиями и наступившими последствиями установлена причинная связь. 

На основании изложенного, и с учетом того факта, что судом обоснованно отвергнута версия стороны защиты, как опровергнутая совокупностью исследованных судом доказательств. Доказательства, уличающие осужденного в совершении указанного в приговоре деяния, получены в установленном законом порядке, не содержат противоречий и дополняют друг друга, суд апелляционной инстанции соглашается с оценкой доказательств, данной судом первой инстанции, и признает обоснованным вывод суда о виновности О ИЕ в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ - в нарушении лицом, управляющим автомобилем, Правил дорожного движения, которое повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Исходя из всех обстоятельств ДТП, установленных судом с учетом совокупности представленных суду доказательств, выводы суда первой инстанции о доказанности виновности осужденного в нарушении п. 1.3, п. 1.5, п. 8.1, п. 22.7 Правил дорожного движения РФ являются обоснованными.

При проверке решения суда первой инстанции по настоящему уголовному делу в апелляционном порядке суд не установил оснований к его отмене. Таковыми не являются и доводы апелляционной жалобы, поскольку не содержат сведений, которые не были приняты во внимание судом первой инстанции при постановлении приговора или обстоятельств, опровергающих выводы суда, а направлены на иную оценку собранных по делу доказательств относительно действий О ИЕ, с которой суд апелляционной инстанции согласиться не может.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, место происшествия установлено судом верно на основании исследованных доказательств, так судом первой инстанции установлено, что О ИЕ управляя автобусом и остановившись на остановке общественного транспорта, расположенной у 

<

адрес>, при наличии пассажира Г ОМ, которая осуществляла посадку в салон автобуса через среднюю дверь, не дождавшись окончания посадки пассажира Г ОМ, закрыл двери автобуса, зажав ей руку с тростью, после чего, не убедившись в безопасности маневра, возобновил движение, в результате чего на расстоянии около 0,2 м от правого края проезжей части 

<

адрес> и в 7,7 м до угла 

<

адрес> допустил падение указанного пассажира на проезжую часть. Указанное полностью согласуется в протоколом осмотра ДТП от 

<

дата>, из которого следует, что водитель О ИЕ указал координаты места ДТП (а именно место падения Г ОМ), как расстоянии 0,2 м от правого края проезжей части 

<

адрес> и в 7,7 м до угла 

<

адрес> (том 1 л.д. 38), при этом суд апелляционной инстанции отмечает, что протокол осмотра предъявлен в том числе О ИЕ, ему разъяснено право делать подлежащие внесению в протокол замечания о его дополнении и уточнения, О ИЕ подписал протокол осмотра не высказывая замечаний (том 1 л.д. 32). 

Судом первой инстанции обоснованно отвергнуты заключение специалиста Т ИВ №... от 

<

дата> и показания специалиста Т ИВ, поскольку заключение содержит собственное исследование и ответы по тем вопросам, которые являются предметом именно судебной экспертизы, а так как уголовно-процессуальным законом такое право специалистам не предоставлено, заключение получено вне рамок уголовного дела, не отвечает требованиям УПК РФ к основаниям и процедуре получения таких заключений.

Несогласие осужденного с выводами суда о виновности сводится к тому, что одни доказательства, благоприятные для него, следует признать достоверными, а другие, которые суд признал правдивыми, - отвергнуть. Однако это не согласуется с нормами уголовно-процессуального закона об оценке доказательств.

Все ходатайства осужденного и защиты, в том числе и те, в удовлетворении которых отказано, были рассмотрены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, а принятые по ним решения являются обоснованными и мотивированными. Несогласие стороны защиты с отказом в удовлетворении ходатайств судом апелляционной инстанции не свидетельствует о нарушении уголовно-процессуального закона. Данных о необъективном рассмотрении дела не имеется, поскольку как стороне защиты, так и стороне обвинения были предоставлены равные права на представление доказательств, а также на участие в их исследовании.

Доводы, о нарушении прав осужденного в связи с допуском в качестве представителя потерпевшей Г ЕВ, допрошенного в судебном заседании 

<

дата> в качестве свидетеля обвинения, несостоятельны, поскольку основаны на субъективно-ошибочной интерпретации закона.

Сформулированное в ст. 72 УПК РФ правило, предусматривающее отвод представителя потерпевшего, участвующего по данному делу в качестве свидетеля, направлено исключительно на защиту интересов потерпевшего и недопущению каких-либо действий, которые могли бы прямо или косвенно повлиять на неблагоприятный для потерпевшего исход дела, в этой связи довод апелляционной жалобы о нарушении прав осужденного не может быть признан состоятельным.

Вопреки доводам осужденного, материалы дела не содержат сведения, о том, что при разрешении ходатайств суд руководствовался только позицией представителя потерпевшего Г ЕВ, а вопросы представителя потерпевшего свидетелям, повлияли на изложенными ими в своих показаниях обстоятельства. 

Также материалы уголовного дела не содержат сведений о том, что в ходе судебных заседаний были нарушены права потерпевшей Г ОМ, суд апелляционной инстанции отмечает, что в судебном заседании 

<

дата> по ходатайству потерпевшей Г ОМ к участию в деле допущен Г ОМ, ознакомленный с материалами уголовного дела, при этом ходатайств представитель потерпевшей о повторном исследовании доказательств, в том числе допросе свидетелей не заявлял. 

Наказание, как основное, так и дополнительное, назначено осужденному с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, всех обстоятельств дела, а также данных о личности виновного, полностью отвечает требованиям ст. ст. 6, 60 УК РФ и является справедливым и соразмерным содеянному.

Так, назначая наказание, суд обоснованно не усмотрел обстоятельств смягчающих и отягчающих наказание. 

При назначении наказания суд в полной мере учел, те факты, что О ИЕ совершил преступление небольшой тяжести по неосторожности против безопасности движения и эксплуатации транспорта, является гражданином РФ, имеет регистрацию и постоянное место жительства на территории РФ, ранее не судим, на наркологическом учете и учете у врача-психиатра не состоит, является ветераном боевых действий и пенсионером органов внутренних дел, трудоустроен, по месту работы характеризуется положительно, имеет кредитные обязательства.

Учитывая характер и степени общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного, суд обоснованно пришел к выводу о назначении О ИЕ наказания в виде ограничения свободы, убедительно мотивировав свое решение. Дополнительное наказание О ИЕ в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, назначено обоснованно, суд первой инстанции, привел в приговоре убедительные мотивы, по которым пришел к выводу о необходимости применения согласно ч. 3 ст. 47 УК РФ дополнительного наказания. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что целями назначенного дополнительного наказания являются предотвращение дорожно-транспортных происшествий и исправление осужденного. 

Основные положения назначения наказания судом строго соблюдены, поэтому назначенное О ИЕ наказание является справедливым и соразмерно содеянному, полностью отвечает задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, в связи с чем оснований для смягчения этого наказания и удовлетворения апелляционной жалобы, не имеется.

Вместе с тем, в силу положений п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекли два года, а в силу ч. 2 ст. 78 УК РФ, сроки давности исчисляются со дня совершения преступления и до момента вступления приговора в законную силу.

Как следует из обстоятельств, установленных судом, преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 264 УК РФ, совершено 

<

дата>, относится к категории небольшой тяжести, течение срока давности не приостанавливалось, то есть на момент рассмотрения уголовного дела в суде апелляционной инстанции двухлетний срок давности уголовного преследования за совершение данного преступления истек.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению по истечению сроков давности уголовного преследования.

В связи с тем, что на день принятия решения апелляционной инстанции истекли сроки, предусмотренные данной нормой закона, О ИЕ на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ подлежит освобождению от наказания, назначенного по ч. 1 ст. 264 УК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор 

<

адрес> от 

<

дата> в отношении О ИЕ, изменить. 

освободить О ИЕ от отбывания наказания по ч. 1 ст. 264 УК РФ в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности;

в остальном приговор в отношении О ИЕ - оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Кассационная жалоба, представление, могут быть поданы в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через районный суд в течение шести месяцев.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. 

Судья