Дело № 

УИД №

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

07 октября 2020 года село Кочево Пермский край

Кочевский районный суд Пермского края в составе председательствующего судьи Шерстюкова И.В.,

при секретаре судебного заседания Мясниковой Н.Н., 

с участием: 

истца ФИО1, принимавшего участие в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи, 

представителя ответчика МО МВД России «Кочевский», действующего по доверенности ФИО5,

прокурора Радостева И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к МВД России, МО МВД России «Кочевский», Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Пермскому краю, Главному управлению Министерства внутренних дел России по Пермскому краю о взыскании компенсации морального вреда за ненадлежащие условия содержания под стражей в ИВС МО МВД России «Кочевский», 

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к МВД России, МО МВД России «Кочевский», ИВС МО МВД России «Кочевский», о взыскании компенсации морального вреда за ненадлежащие условия содержания под стражей в ИВС МО МВД России «Кочевский».

В обоснование заявленных требований истцом указано следующее.

В периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, истец содержался в ИВС МО МВД России «Кочевский» пункт полиции № (дислокация 

<

адрес>), ранее – ИВС РОВД по Косинскому району как подследственный по уголовному делу № по ст. 159 УК РФ, а также с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в статусе обвиняемого в условиях унижающих человеческое достоинство в общей сложности 19 дней. В камере № размером 2,5х3 метра содержалось два человека, то есть на каждого заключенного приходилось 3,75 кв.м. площади. В камере отсутствовали необходимые санитарно-технические удобства, такие как водопровод и канализация. Отсутствовали вентиляция, электрическая розетка, стол для приема пищи. Было недостаточным естественное освещение из-за маленького окна. Перед окном с улицы стоит деревянная стена (забор) высотой 5 метров, что затрудняло доступ естественного освещения в камеру. Высота окна составляла 0,4 м., ширина – 0,6 м., что меньше необходимого минимума (ширина 0,9 м. и высота 1,2 м., низ оконного проема в камере должен быть на высоте не менее 1,5 метров от уровня пола). Имевшийся в камере туалет (бак объемом 12 л.) располагался в углу камеры и не был ничем отгорожен от жилой части камеры. Посещение туалета происходило на глазах сокамерника, при этом истец был вынужден присутствовать при использовании туалета сокамерником. Туалет (бак) не был подключен к системе канализации и не имел герметичной камеры, нечистоты наполняли камеру зловонием. Также в камере отсутствовали умывальник, водопровод и канализация. В связи с чем, соблюдать требования личной гигиены с использование туалета (бака) представляло крайне унизительную процедуру и не отвечало требованиям, установленным законом №101-ФЗ, рекомендациям Европейского Комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращению или наказанию, правил внутреннего распорядка ИВС, утвержденного Приказом МВД России от 22.11.2005 года №950. В течение 19 дней истец содержался в антисанитарных условиях, от чего истец испытывал чувства отвращения, унижения и собственной неполноценности, что негативно сказывалось на психологическом состоянии истца. Условия его содержания в ИВС оказали на него значительное неблагоприятное физическое и психологическое воздействие, подорвав его человеческое достоинство, вызвав страдания, чувства унижения, страха или собственной неполноценности. Истец испытывал нравственные страдания, которые выражались в чувствах дискомфорта, тревоги, раздражения, подавленности, стыда и унижения.

Просит взыскать с Российской Федерации в лице МВД России за счет казны Российской Федерации в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 17290,00 рублей.

Исковое заявление мотивировано ссылками на постановления Европейского суда по правам человека, "Международный пакт о гражданских и политических правах" (Принят 16.12.1966 Резолюцией 2200 (XXI) на 1496-ом пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН), ч.1 ст. 21 Конституции Российской Федерации, ст. 208 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определение судьи от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качествен соответчиков привлечены Министерство финансов Российской Федерации, Управление Федерального казначейства по Пермскому краю, Главное управление Министерства внутренних дел России по Пермскому краю.

В судебном заседании истец ФИО1, принимавший участие в судебном заседании путем использования системы видеоконференц-связи, исковые требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении, пояснил (л.д.23, 24), что в камере находилась мебель и оборудование, что следует учитывать при определении жилой площади, доступной истцу, при вычете размера площади на одного человека, получается меньше личного пространства, что само по себе является нарушением статьи 3 Конвенции по правам человека, в камере отсутствовали полки для верхней одежды, полки для туалетных принадлежностей, стол для приема пищи, не было радиоточки, не предоставлялась периодическая печать.

Ответчик МВД России в судебное заседание представителя не направил. О времени и месте судебного заседания извещены своевременно и надлежащим образом. 

В суд направлены возражения представителя МВД России ФИО, действующей по доверенности №39 от 30.12.2019 года, в котором содержится ходатайство о проведении судебного заседания без участия представителя МВД России. Также поясняют, что исковые требования не признают в полном объеме и не согласны с ними по следующим основаниям. Ссылаясь на п.3 ч.1 ст.158 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее по тексту – «БК РФ»), п. 100 ст. 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом президента Российской Федерации от 21.12.2016 №699, пп.19 п.1 ст.333.36 Налогового кодекса Российской Федерации (далее по тексту – НК РФ»), ст. 1071 Гражданского кодекса российской Федерации (далее по тексту – «ГК РФ») отмечает, что обязанность по исполнению решения суда о взыскании компенсации морального вреда в пользу истца необходимо возлагать на Российскую Федерацию. Исходя из положения ст. 1069 ГК РФ, вред причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов России подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, следовательно, такой вред компенсируется на основе общих правил гражданского законодательства о возмещении вреда. Для наступления ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между двумя первыми элементами, вину причинителя вреда. Отсутствие хотя бы одного из совокупности элемента свидетельствует об отсутствии состава, и, следовательно, оснований для привлечения лица к ответственности. Истцом не исполнены требования ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – «ГПК РФ»), не представлено доказательств, подтверждающих факт причинения ему вреда и его размера. Содержание в условиях, не отвечающих установленным требованиям, не означает причинение лицу нравственных страданий. Степень и глубина психических реакций человека на негативные внешние факторы индивидуальна. Достоверное подтверждение возможно лишь по заключению специалистов в области медицины либо психологии. В связи с чем, можно говорить об отсутствии всех условий, необходимых для наступления ответственности по ст. 1069 ГК РФ. Считает, что доводы истца являются несостоятельными, доказательной базы не имеют, являются домыслами.

Кроме того, полагают, что гражданское дело подлежит прекращению в соответствии с ч.3 ст.220 ГПК РФ, так как имеется вступившее в законную силу и принятое по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям решение суда. В 2018 году истец обратился в Косинский районный суда Пермского края с аналогичными требованиями, по аналогичному периоду. По результатам рассмотрения гражданского дела принято решение об оставлении исковых требований ФИО1 без удовлетворения. Апелляционным определением Пермского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ данное решение суда оставлено в силе. 

Представитель ответчика МО МВД России «Кочевский», действующий по доверенности ФИО5 в судебном заседании просил отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 

В возражениях начальника МО МВД России «Кочевский» ФИО6 отмечается отсутствие всех условий, необходимых для наступления ответственности по ст.1069 ГК РФ. Подозреваемые и обвиняемые находились в ИВС небольшой промежуток времени, лишь для выполнения следственных действий и участия в судебных заседаниях. Обязательное наличие санузла в камере не предусматривалось законодательством. При отсутствии в камерах санузлов производился покамерный вывод подозреваемых и обвиняемых в туалет под охраной (п. 2.7, п. 2.4 приказа МВД России от 26.01.1996 №41ДСП), в дальнейшем аналогичная норма была закреплена в п.98 Приказа МВД России от 07.03.2006 №140ДСП. Помещенных в ИВС каждое утро выводили в туалет и к умывальнику для чистки зубов. Также в течение дня по просьбе выводили в туалет. Размер камеры № соответствовал нормам предусмотренным законодательством. Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, или нарушающие его личные неимущественные права, либо нарушающими имущественные права гражданина. Человек претерпевает страдания во множественных случаях, в том числе и в результате неправомерных действий других лиц, то не означает, что он всегда имеет право на компенсацию морального вреда. Степень и глубина психических реакций человека на негативные внешние факторы индивидуальна. Достоверное подтверждение возможно лишь по заключению специалистов в области медицины либо психологии, такое заключение отсутствует. Так же необходимо принять во внимание соблюдение предусмотренных законом требований разумности и справедливости, обеспечение баланса частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются кроме того и на осуществление социальных и других значимых для общества программ. Исковое заявление содержит искаженные факты, доводы истца о том, что он содержался в условиях, унижающих человеческое достоинство преувеличены и не соответствуют действительности. Не указано какими действиями (бездействием) причинены физические и нравственные страдания, их степень и влияние на здоровье истца, какое заболевание им было перенесено. Считает, что истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о нарушении его прав и законных интересов. А также доказательств содержания его в ИВС в те периоды, которые он указывает. Условия содержания в ИВС в 2006-2007 годах соответствовали требованиям приказа №950 МВД России. В связи с отсутствием противоправного поведения со стороны органов внутренних дел и их должностных лиц просит отказать в исковых требованиях ФИО1 в полном объеме. В ИВС было установлена радиоточка, осуществлялась радиотрансляция, имелись библиотечка с литературой, настольные игры, доводы истца являются надуманными и голословными.

Ответчик Министерство финансов Российской Федерации в судебное заседание представителя не направило. О времени и месте судебного заседания извещены своевременно и надлежащим образом, что подтверждается уведомлением о вручении почтового отправления с трек-номером 

<

данные изъяты>. Мнение по рассматриваемому вопросу не представлено.

Ответчик Управление Федерального казначейства по Пермскому краю извещены о времени и месте судебного заседания, что подтверждается уведомлением о вручении почтового отправления с трек-номером 

<

данные изъяты>. В суд представителем Управления Федерального казначейства по Пермскому краю ФИО2, действующей по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ № направлены возражения на исковое заявление ФИО1, в которых заявлено ходатайство о проведении судебного заседания по гражданскому делу без участия представителя УФК по Пермскому краю, с учетом мнения, изложенного в отзыве.

Из отзыва от 18.08.2020 года исходящий номер № следует, что исковые требования истца не признают в полном объеме. Ссылаясь на ст.151,1069 ГК РФ указывает на необходимость наличия условий для наступления ответственности за причинение морального вреда. В нарушение статьи 56 ГПК РФ, истец, приводя доводы в обоснование заявленных требований, не предъявляет доказательств вины причинителя морального вреда, доказательств, подтверждающих факты незаконности действий сотрудников учреждения. Утверждения о перенесении физических и нравственных страданий не конкретизированы, носят общий характер, факт причинения вреда здоровью не нашел подтверждения в материалах дела: не установлен диагноз, его ухудшение и причинно-следственная обусловленность. Исходя из искового заявления истца с жалобами в период нахождения в изоляторе временного содержания он не обращался, доказательств, указывающих на наличие уважительных причин, препятствующих своевременному обращению с жалобами на действия (бездействия) должностных лиц ИВС МО МВД России «Кочевский» не представлено. Учитывая положения ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. В данном случае размер компенсации истцом не подтвержден. Полагают, что при таких обстоятельствах исковые требования не могут быть удовлетворены. Также считают, что Минфин России и УФК по Пермскому краю, на основании пп.1 п. 3 ст.158 БК РФ, п.100 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 21.12.2016 №699 «Об утверждении положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации» являются ненадлежащими ответчиками, так как в отношении МО МВД России «Кочевский» главным распорядителем средств является Министерство внутренних дел Российской Федерации.

Просят в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Ответчик Главное управление Министерства внутренних дел по Пермскому краю в судебное заседание представителя не направило. О времени и месте судебного заседания извещены своевременно и надлежащим образом, что подтверждается уведомлением о вручении почтового отправления с трек-номером 

<

данные изъяты>. Мнение по рассматриваемому вопросу не представлено.

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - «ГПК РФ»), суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса, которые извещены о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

В силу ч. 2.1 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации органы государственной власти, органы местного самоуправления, иные органы и организации, являющиеся сторонами и другими участниками процесса, могут извещаться судом о времени и месте судебного заседания или совершения отдельных процессуальных действий лишь посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в указанный в части третьей настоящей статьи срок, если суд располагает доказательствами того, что указанные лица надлежащим образом извещены о времени и месте первого судебного заседания.

Как разъяснено в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 г. № 57 "О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов", по смыслу ч. 2.1 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации под получением первого судебного извещения или первого судебного акта лицом, участвующим в деле, иным участником процесса следует понимать получение, в том числе по электронной почте, судебного извещения либо вызова в предварительное судебное заседание, судебное заседание и (или) копии определения по делу (например, определения о принятии искового заявления к производству и возбуждении производства по делу, назначении времени и места судебного заседания, об отложении судебного разбирательства).

В заключении прокурор полагал исковые требования не обоснованными и не подлежащими удовлетворению, в удовлетворении иска ФИО1 просил отказать.

Изучив материалы дела, представленные доказательства, выслушав лиц, участвующих в судебном заседании, суд приходит к следующему.

Основания прекращения производства по гражданскому делу в соответствии с абз.3 ст.220 ГПК РФ отсутствуют, так по рассматриваемому ранее Косинским районным судом Пермского края спору по иску ФИО1 к ИВС РОВД по Косинскому району, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, по которому судом принято решение, которое в свою очередь вступило в законную силу, различен состав сторон. Решением Косинского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что надлежащим ответчиком по заявленным ФИО1 исковым требованиям должно являться МВД России, к которому каких-либо исковых требований не заявлено. Министерство финансов Российской Федерации в данном случае является ненадлежащим ответчиком, В удовлетворении исковых требований к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда отказано.

Согласно п. 1 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 01 марта 2011 года № 248, Министерство внутренних дел Российской Федерации (МВД России) является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел.

При изложенных обстоятельствах, субъектом ответственным за надлежащую организацию условий содержания в изоляторах временного содержания системы органов внутренних дел является главный распорядитель бюджетных денежных средств в данной отрасли, исходя из положений ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации и указанного выше Положения.

В соответствии со ст. 3 "Конвенции о защите прав человека и основных свобод" (Заключена в г. Риме 04.11.1950) (с изм. от 13.05.2004) (вместе с "Протоколом [№ 1]" (Подписан в г. Париже 20.03.1952), "Протоколом N 4 об обеспечении некоторых прав и свобод помимо тех, которые уже включены в Конвенцию и первый Протокол к ней" (Подписан в г. Страсбурге 16.09.1963), "Протоколом № 7" (Подписан в г. Страсбурге 22.11.1984)) никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Согласно ст. 17 Конституции РФ, в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

На основании ст. 21 Конституции РФ Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно ст. 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Условия содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений в изоляторах временного содержания, в том числе требования к этим помещениям, регламентированы Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" и конкретизированы в Правила внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 22.11.2005 № 950.

Согласно ст. 15 Федерального закона от 15.07.1995 № 103 "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" В местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

В соответствии с Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, в ИВС устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, их изоляцию, исполнение ими своих обязанностей, а также решение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Режим представляет собой регламентируемые Федеральным законом от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", настоящими Правилами и другими нормативными правовыми актами Российской Федерации порядок и условия содержания под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.

Согласно пункта 42 вышеуказанных Правил подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом.

В силу ст. 1 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", настоящий Федеральный закон регулирует порядок и определяет условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

В соответствии со ст. 4 указанного Закона, Содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (далее - подозреваемые и обвиняемые).

Согласно ст. 7 Закона, местом содержания под стражей являются изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел.

В силу ст. 9 Закона, изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел предназначены для содержания под стражей задержанных по подозрению в совершении преступлений.

В силу ст. 23 Закона, подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Статьей 1100 ГК РФ определены основания компенсации морального вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

Положениями ст. 1101 ГК РФ установлено, что Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Статья 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает наступление деликтной ответственности при совокупности определенных условий. Такими условиями являются:

- наличие незаконных действий (решений) или бездействия государственных органов или их должностных лиц;

- причинение вреда;

- причинная связь между неправомерными действиями (бездействием) и причиненными убытками, моральным вредом;

Наличие вины причинителя вреда.

Отсутствие хотя бы одного из этих условий является основанием для отказа в иске.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Следовательно, поскольку статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусматривает возможность безусловного удовлетворения требований о компенсации морального вреда, истец для удовлетворения его требований, должен предоставить доказательства, свидетельствующие о наличии перечисленных выше условий наступления деликтной ответственности Российской Федерации.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. В пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

При рассмотрении данного гражданского дела исследовалось уголовное дело № по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.159 УК РФ. 

Как следует из материалов уголовного дела № ДД.ММ.ГГГГ в 21:50 часов ФИО1 как подозреваемый в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.159 УК РФ, был задержан и направлен для содержания в ИВС Косинского ОВД. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был допрошен в помещении ИВС Косинского ОВД. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был привлечен и допрошен в качестве обвиняемого в кабинете ИВС Косинского ОВД. ДД.ММ.ГГГГ Косинским районным судом ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> ФИО1 уведомлен об окончании следственных действий и ознакомлен с материалами уголовного дела. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 под расписку прокуратурой Косинского района вручена копия обвинительного заключения. Согласно протокола судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 был этапирован в ИВС Косинского ОВД по постановлению суда на судебное заседание. Постановлением Косинского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело было прекращено за примирением, ФИО1 освобожден из-под стражи.

Из материалов уголовного дела следует, что постановление о прекращении уголовного дела было отменено, а уголовное дело направлено на новое рассмотрение, ФИО1 был этапирован из УРУОУХД 

<

адрес> на судебное заседание в Косинский районный суд на ДД.ММ.ГГГГ.

Данные обстоятельства установлены решением Косинского районного суда Пермского края по гражданскому делу №(установление периода нахождения ФИО1 в ИВС Косинского ОВД), которое вступило в законную силу, следовательно, суд считает факт нахождения ФИО1 в периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ установленными.

Судом по ходатайству истца истребованы доказательства. В результате исполнения определения судьи об истребовании доказательств, получена следующая информация.

Так, из информации предоставленной прокурором Кочевского района Пермского края ФИО3 следует, что учитывая, что пункт полиции (дислокация с. Коса) МО МВД России «Кочевский» находится на территории муниципального образования Косинский муниципальный округ Пермского края, надзор за соблюдением требований федерального законодательства осуществляется прокуратурой Косинского района. В ИВС МО МВД России «Кочевский» на территории муниципального образования Кочевский муниципальный округ ФИО1 не находился, жалобы, заявления и обращения от ФИО1 в прокуратуру Кочевского района не поступали.

Согласно информации прокурора Косинского района Пермского края ФИО4 прокуратурой Косинского района при проведении проверок в порядке надзора условий содержания лиц, содержащихся в ИВС Пункта полиции дислокация с. Коса МО МВД России «Кочевский» с 2006 года по 2010 годы нарушений закона не выявлено. Обращения ФИО1 за 2006-2010 годы уничтожены в связи с истечением сроков хранения согласно ст.85 Перечня документов органов прокуратуры Российской Федерации и их уничтожений с указанием сроков хранения, утвержденного Приказом Генерального прокурора Российской Федерации от 19.06.2008 №113.

Из письма начальника ФКУЗ «МСЧ МВД России по Пермскому краю» (осуществляющий в том числе, санитарно – эпидемиологический надзор) следует, что предоставить информацию о результатах проведения мероприятий по контролю за соблюдением санитарно-гигиенического состояния и соблюдения противоэпидемического режима ИВС пункта полиции с дислокацией в с. Коса МО МВД России «Кочевский» в период с 2006 по 2007 год невозможно, в связи с истечением срока хранения документов. В подтверждение ДД.ММ.ГГГГ за исходящим номером 27/2497 направлены заверенные копии актов от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ об уничтожении документов о результатах проверки в ИВС пункта полиции с дислокацией в с. Коса МО МВД России «Кочевский».

По информации ММО МВД России «Кочевский» пункт полиции №1 (дислокация с. Коса) от ДД.ММ.ГГГГ следует, что копия технического паспорта здания ИВС от ДД.ММ.ГГГГ и фотографии камеры ИВС № на ДД.ММ.ГГГГ, фотографий за 2006-2007 годы не предоставляется возможным направить в связи с ликвидацией. ИВС, которое в 2011 году переоборудовано под склад. Информация о проводимых ремонтах и перепланировках с 2006 по 2011 годы отсутствует, в связи с тем, что ИВС был ликвидирован в 2011 году и документы уничтожены. Информация о наличии вентиляции в камере № в здании ИВС за 2006 и 2007 годы отсутствует. Информации о содержании ФИО1 в ИВС пункта полиции дислокация с. Коса МО МВД РФ «Кочевский» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ отсутствует в базе информационного центра.

Также из информации от ДД.ММ.ГГГГ МО МВД России «Кочевский» от ДД.ММ.ГГГГ видно, что информация о привлечения ФИО1 в 2006-2007 года отсутствует.

Кроме того, согласно информации МО МВД России «Кочевский» от ДД.ММ.ГГГГ, исходящий № изолятор временного содержания подозреваемых и обвиняемых пункта полиции (дислокация с. Коса) МО МВД «Кочевский» был ликвидирован в 2011 году, срок хранения документации 5 лет. Документы касающиеся изолятора временного содержания подозреваемых и обвиняемых уничтожены.

По сведениям ГУ МВД России по Пермскому краю следует, что ИВС пункта полиции (дислокация с. Коса) МО МВД России «Кочевский» закрыт в ноябре 2010 года. Информация о поступивших в ГУ МВД России по Пермскому краю в 2006-2008 годах обращений граждан уничтожена по истечении сроков ее хранения. В период с 2009 года по настоящее время ФИО1 с какими-либо обращениями в адрес ГУ МВД России по Пермскому краю не обращался.

В силу положений ст. 46 Конституции Российской Федерации и требований ч. 1 ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная защита прав гражданина возможна только в случае реального нарушения его прав, свобод или законных интересов, а способ защиты права должен соответствовать по содержанию нарушенному праву и характеру нарушения.

Предметом доказывания в настоящем деле являются факт незаконных действий должностных лиц, в результате которых созданы ненадлежащие условия содержания истца под стражей в данном учреждении, факт причинения истцу нравственных и физических страданий, и наличие причинно-следственной связи между причиненным вредом и действиями (бездействием) должностных лиц государственного органа.

Между тем, доказательств того, что указанная камера не соответствует установленным нормам по размеру, а также требованиям гигиены и санитарии, в материалах дела не имеется и суду не представлено, как и отсутствуют доказательства содержания ФИО1 в указанной им камере. Как отмечалось в постановлениях Европейского суда по правам человека, в частности, в пункте 122 Постановления Европейского суда по правам человека по делу "Дудниченко (DUDCHENKO) против Российской Федерации" (жалоба N 37717/05) строгая презумпция нарушения статьи 3 Конвенции прав человека и основных свобод (заключена в г. Риме ДД.ММ.ГГГГ) возникает тогда, когда личное пространство, имеющееся в распоряжении задержанного, составляет менее 3 кв. м в учреждениях группового размещения. Европейский суд по правам человека в своих постановлениях также указывает, что оценка того, имело ли место нарушение требований статьи 3 Конвенции, не может быть сведена к исчислению квадратных метров, которыми располагает заключенный. Истец указывает, что на 1 содержащегося в камере приходилось 3,75 кв.м площади.

Согласно техническому паспорту по состоянию на 16 февраля 2009 года пунктом полиции 

<

адрес>, административное здание ИВС, расположенное в 

<

адрес>, оборудовано водопроводом, площадь камеры № составляет по внутреннему обмеру 10,1 кв.м.( л.д.116/обр) Согласно представленным фотографиям, технического паспорта камеры № следует, что она была оборудована средствами соблюдения приватности, водопроводом ( л.д.116)

Доказательств обратного суду не представлено.

При двухместном содержании в камере на истца приходилось 5,0 кв. м площади личного пространства, что с учетом двухместного содержания и кратковременности содержания истца в данной камере, даже с учетом наличия мебели, оборудования, и сокращения общей площади, как указывает истец до 3,75 кв.м, не свидетельствует о причинении истцу физических и (или) нравственных страданий. Здание в 2011 году реконструировано, переоборудовано под склад.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При рассмотрении дела указанной категории истец не освобожден от обязанности по предоставлению доказательств обоснованности своих требований и обязан предоставить суду доказательства содержания в спорный период в ИВС в ненадлежащих условиях, а также причинение морального вреда указанными условиями содержания.

Истцом ФИО1 не представлены доказательства того, что он в период содержания с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ИВС подвергался бесчеловечному и унижающему человеческое достоинство обращению, не представлено доказательств нарушения условий содержания под стражей. 

Каких – либо доказательств причинения морального вреда истцом не представлено. 

Судом данные обстоятельства не установлены, материалы дела таких доказательств не содержат.

При этом суд принимает во внимание то обстоятельство, что на протяжении более 10 лет истец с жалобами на его ненадлежащее содержание, в том числе на ненадлежащее освещение камеры, недостаточную площадь камеры, отсутствие водопровода, отсутствие приватности не обращался; исходя из правовых позиций Европейского Суда по правам человека бремя доказывания в судебном разбирательстве применительно к данным обстоятельствам не должно быть чрезмерным и от истца может требоваться доказуемое изложение случая жестокого обращения и представления таких доказательств, которые являются легкодоступными, после чего бремя доказывания переходит к властям, чтобы они могли опровергнуть утверждения о жестоком обращении посредством документных доказательств, что условия содержания заявителя не нарушило положений ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Вместе с тем, обстоятельства, при которых последовало обращение истца в суд с настоящим иском, а также обстоятельства, которые истец кладет в основу искового заявления, свидетельствуют о том, что истцом не выполнены такие требования. Обращение с данным исковым заявлением последовало по истечении длительного периода, что, в свою очередь, лишило ответчиков разумной возможности представить все доказательства отсутствия нарушений прав истца, а, соответственно, отсутствие своей вины, в том числе, по причине уничтожения части документов за истечением сроков хранения. Действительно, на требования истца не распространяется срок исковой давности (ст. 208 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако данное обстоятельство не может рассматриваться, как влекущее за собой обязанность ответчиков, иных органов, осуществляющих публичные полномочия, обеспечивать сохранность соответствующих доказательств бессрочно.

Исходя из вышеизложенного, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда. В силу действующего в гражданском судопроизводстве принципа диспозитивности только истец определяет, защищать ему или нет свое нарушенное или оспариваемое право (часть первая статьи 4 ГПК Российской Федерации), на него возлагается обязанность по формулированию своего требования и расчету взыскиваемых или оспариваемых сумм в соответствующем исковом заявлении (пункты 4 и 6 части второй статьи 131 ГПК Российской Федерации). Исковые требования предъявлены к Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств МВД России. К иным соответчикам исковых требований не предъявлено. Согласно части 3 статьи 196 ГПК РФ суд принимает решение только по заявленным истцом требованиям в отношении ответчика, указанного истцом. 

Достаточных доказательств тому, что в отношении истца при нахождении в ИВС Кочевского ОВД в указанный в исковом заявлении период, были допущены нарушения ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" не имеется, отсутствуют доказательства бесчеловечного и унижающего человеческое достоинство обращения, а также отсутствуют доказательства причинения истцу физических и нравственных страданий, на которые истец ссылается в обоснование требований, оснований для удовлетворения исковых требований не имеется, в удовлетворении исковых требований следует отказать.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Российской Федерации в лице МВД России о взыскании компенсации морального вреда за ненадлежащие условия содержания под стражей в ИВС МО МВД России «Кочевский» в размере 17 290 рублей, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Пермского краевого суда через Кочевский районный суд Пермского края в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме( с 09 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ).

Судья И.В. Шерстюков