№ 44г-16/2019

Суд первой инстанция: Минченок Е.Ф.

Суд апелляционной инстанции: Скубиева И.В. (председательствующий), Черемных Н.К., Алсыкова Т.Д. (докладчик)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

суда кассационной инстанции

г. Иркутск 4 марта 2019 года

Президиум Иркутского областного суда в составе:

председательствующего Ляхницкого В.В.,

членов президиума: Ореховой И.Р., Симанчевой Л.В., Трапезникова П.В., Чертковой С.А.,

при секретаре Андреевой С.В., 

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску министерства имущественных отношений Иркутской области к Трусову Е..С. о признании права собственности отсутствующим, снятии с кадастрового учета, по кассационной жалобе министерства имущественных отношений Иркутской области на решение Куйбышевского районного суда города Иркутска от 26 апреля 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 16 октября 2018 года.

Заслушав доклад судьи Иркутского областного суда Бадлуевой Е.Б., объяснения ФИО2, поддержавшего доводы кассационной жалобы, ФИО1, возражавшего против доводов кассационной жалобы, суд кассационной инстанции

установил:

министерство имущественных отношений Иркутской области обратилось в суд с иском о признании права собственности ФИО1 на объект недвижимости - жилой дом с кадастровым номером (номер изъят), расположенный на земельном участке с кадастровым номером (номер изъят), по адресу: (адрес изъят), отсутствующим; снятии с кадастрового учета указанного объекта недвижимости. В обоснование заявленных требований истец указал, что принадлежащий ФИО1 на праве собственности жилой дом фактически является временным строением, у которого отсутствуют конструктивные элементы, определяющие структуру дома: заглубленный фундамент (связь с землей), крыша, строительные изделия, из которых состоят конструктивные элементы, коммуникации, не соответствует пункту 4.4 «СНиП 31-02-2001 Дома жилые одноквартирные», утвержденных Постановлением Госстроя РФ от 22 марта 2001 года № 35. 

Решением Куйбышевского районного суда города Иркутска от 26 апреля 2018 года в удовлетворении исковых требований министерству имущественных отношений Иркутской области отказано. 

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 16 октября 2018 года решение Куйбышевского районного суда города Иркутска от 26 апреля 2018 года оставлено без изменения.

В кассационной жалобе заявитель просит отменить указанные судебные постановления, принять по делу новое постановление, удовлетворить заявленные требования.

Определением судьи Иркутского областного суда Бадлуевой Е.Б. от 18 февраля 2019 года кассационная жалоба с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании президиума Иркутского областного суда.

Проверив материалы гражданского дела, обсудив обоснованность доводов кассационной жалобы, возражения на кассационную жалобу, президиум Иркутского областного суда находит жалобу подлежащей удовлетворению частично. 

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального и процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения норм материального и процессуального права были допущены при рассмотрении настоящего дела судами первой и апелляционной инстанций.

Судом установлено и из материалов дела следует, что по договору аренды земельного участка (номер изъят) администрация г. Иркутска в лице О., действующего на основании решения городской Думы г. Иркутска от (дата изъята) «Об утверждении порядка прохождения документов при предоставлении земельных участков на территории г. Иркутска», (арендодатель) обязался предоставить П. (арендатору) за плату во временное владение и пользование земельный участок, расположенный по адресу: (адрес изъят), кадастровый номер (номер изъят), площадью 600 кв.м., из земель поселений (пункт 1.1). Согласно пункту 1.2 договора основанием для заключения данного договора явилось постановление мэра г. Иркутска от (дата изъята) «О предоставлении П. земельного участка под строительство и дальнейшую эксплуатацию индивидуального жилого дома со служебно-хозяйственными строениями в (адрес изъят)». Земельный участок предоставлен с целью строительства и дальнейшей эксплуатации индивидуального жилого дома со служебно-хозяйственными строениями (пункт 1.5). Договор действует с 4 октября 2004 года по 4 октября 2053 года (пункт 1.6). 

По договору переуступки прав аренды от 11 мая 2006 года П. передала ФИО1 права и обязанности по договору аренды на спорный земельный участок (пункт 1.1). Договор зарегистрирован в установленном законом порядке 3 июня 2006 года.

Согласно выписке из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество от (дата изъята) за ФИО1 зарегистрировано право собственности на жилой дом, площадью 10 кв.м., по адресу: (адрес изъят). 

14 апреля 2017 года ФИО1 обратился в министерство имущественных отношений Иркутской области с заявлением о предоставлении земельного участка по адресу: (адрес изъят), кадастровый номер (номер изъят), площадью 600 кв.м., в собственность за плату без проведения торгов для эксплуатации жилого дома.

Письмом от 20 июня 2017 года ответчику было отказано в предоставлении земельного участка в собственность за плату в связи с тем, что принадлежащий ответчику на праве собственности жилой дом фактически является временным строением, у которого отсутствуют конструктивные элементы, определяющие структуру дома: заглубленный фундамент (связь с землей), крыша, строительные изделия, из которых состоят конструктивные элементы, коммуникации, а также в связи с тем, что данный жилой дом расположен на земельном участке с кадастровым номером (номер изъят), но согласно акту обследования ОГКУ «Фонд имущества Иркутской области», материалам фотофиксации и публичной карте жилой дом с кадастровым номером (номер изъят) расположен вне границ испрашиваемого земельного участка.

Определением суда от 12 января 2018 года по делу была назначена судебная строительно-техническая экспертиза. По ходатайству ФИО1 определением суда от 26 февраля 2018 года назначена повторная судебная строительно-техническая экспертиза. 

Суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, отказывая в удовлетворении исковых требований, со ссылкой на нормы подпункта 1 пункта 1 статьи 8, статей 11, 12, 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 6 статьи 1 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», пункт 45, абзац 4 пункта 54 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», исходя из того, что истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что министерство является собственником или законным владельцем спорного объекта, тогда как право собственности ответчика на него зарегистрировано в установленном законом порядке; материалы дела не содержат доказательств совершения ответчиком действий, нарушающих права и законные интересы истца в отношении спорного объекта недвижимости, пришел к выводу о выборе истцом ненадлежащего способа защиты нарушенного права. Кроме того, указал, что доказательств нарушения прав истца действиями ответчика материалы дела не содержат, истец, заявляя о признании права собственности ответчика в отношении спорного имущества отсутствующим, фактически просит лишить его имущества, тогда как основания к этому отсутствуют, преследуемая иском цель, исходя из основания иска, может быть достигнута посредством иного предусмотренного законом способа защиты. 

Президиум Иркутского областного суда находит, что судебные постановления приняты с нарушением норм действующего законодательства и согласиться с ними нельзя по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В силу положений статей 11, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов осуществляется судом с учетом различных способов такой защиты, избираемых истцом самостоятельно. При этом возможность выбора лицом, полагающим свои права нарушенными, того или иного способа защиты предполагает необходимость учета им характера допущенного нарушения, поскольку выбранный им способ защиты должен способствовать восстановлению нарушенного права и удовлетворить его материально-правовой интерес. Поэтому выбор способа защиты права должен осуществляться с учетом регулирующих спорные правоотношения норм материального права и не может осуществляться заявителем произвольно.

Содержание права собственности раскрыто в статье 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, а основные способы защиты этого права предусмотрены нормами главы 20 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце четвертом пункта 52 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

В силу приведенных норм и разъяснений по их применению в отличие от прямо предусмотренных законом способов защиты права собственности (статьи 12, 301-305 Гражданского кодекса Российской Федерации) признание такого права на недвижимое имущество отсутствующим является специальным способом защиты, применяемым в исключительных случаях, когда иная возможность восстановления нарушенного права истца объективно отсутствует. 

По настоящему делу целью заявленного по делу требования о признании права собственности ФИО1 в отношении объекта - жилого дома, расположенного на земельном участке с кадастровым номером (номер изъят), по адресу (адрес изъят), отсутствующим является оспаривание права собственности ответчика, зарегистрированного в отношении спорного объекта как недвижимого имущества, тогда как объект, по мнению истца, является временным строением.

Из содержания пункта 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснения пункта 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что при разрешении вопроса о признании вещи недвижимостью, независимо от осуществления государственной регистрации права собственности на нее, следует устанавливать наличие у нее признаков, способных относить ее в силу природных свойств или на основании закона к недвижимым объектам.

Таким образом, при разрешении данного спора следовало установить в качестве юридически значимых обстоятельств: является ли спорный объект движимым имуществом или недвижимым имуществом.

Для признания объекта недвижимым необходимо определить его технические параметры, наличие или отсутствие у него самостоятельного функционального назначения, позволяющего рассматривать его в качестве объекта гражданского права, исследовать доказательства возведения его в установленном законом и иными нормативными актами порядке на земельном участке, предоставленном для строительства объекта недвижимости, с получением разрешительной документации с соблюдением градостроительных норм и правил.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как следует из материалов дела, суд первой инстанции по ходатайству истца определением от 12 января 2018 года назначил судебную строительно-техническую экспертизу, поставив на разрешение эксперта вопросы, в том числе является ли объект, находящийся на земельном участке с кадастровым номером (номер изъят), расположенном по адресу: (адрес изъят), объектом капитального строительства. Согласно заключению эксперта К. (МУП «БТИ г. Иркутска») (номер изъят) объект с кадастровым номером (номер изъят), расположенный по адресу: (адрес изъят), не является жилым домом, но данный объект по некоторым признакам можно отнести к объекту капитального строительства.

Определением суда от 26 февраля 2018 года по ходатайству ответчика была назначена повторная судебная строительно-техническая экспертиза. Согласно заключению эксперта К. («ООО Новые системы проектирования») (номер изъят) объект с кадастровым номером (номер изъят), расположенный по адресу: (адрес изъят), является жилым домом и объектом капитального строительства. 

Суд, отказывая в удовлетворении иска, ссылаясь на разъяснения абзаца четвертого пункта 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года, указал, что истцом не представлено доказательств того, что право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами. При этом суд оставил без правовой оценки заключения судебных экспертиз, не исследовав доказательства факта наличия или отсутствия на земельном участке объекта капитального строительства, обладающего статусом недвижимого имущества, указав лишь на то, что при неверно избранном истцом способе защиты нарушенного права экспертные заключения не опровергают и не подтверждают доводы сторон. 

Между тем оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими на объект, не обладающий признаками недвижимой вещи, но права на который зарегистрированы как на недвижимость (пункт 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13 апреля 2016 года). 

Суд не учел указанную правовую позицию и не принял во внимание, что если объект, права на который в ЕГРП зарегистрированы как на недвижимость, не обладает соответствующими признаками недвижимого имущества, то в таком случае сам факт государственной регистрации права собственности ответчика на такое имущество нарушает права собственника земельного участка, поскольку значительно ограничивает возможность реализации последним имеющихся у него правомочий по распоряжению земельным участком.

Суд апелляционной инстанции не устранил указанное нарушение.

Требования министерства о признании отсутствующим права собственности ФИО1 по заявленным основаниям судом в нарушение положений статей 196, 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации остались нерассмотренными по существу.

Допущенные судом нарушения норм права являются существенными и непреодолимыми, в связи с чем могут быть исправлены только посредством отмены судебных постановлений.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное и разрешить спор в соответствии с установленными по делу обстоятельствами и требованиями закона.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 387, 388, пунктом 2 части 1 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции

постановил:

кассационную жалобу министерства имущественных отношений Иркутской области удовлетворить частично. Решение Куйбышевского районного суда города Иркутска от 26 апреля 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 16 октября 2018 года по данному делу отменить.

Направить гражданское дело на новое рассмотрение в Куйбышевский районный суд города Иркутска в ином составе суда.

Председательствующий: В.В. Ляхницкий