16RS0051-01-2019-006724-55

СОВЕТСКИЙ РАЙОННЫЙ СУД 

ГОРОДА КАЗАНИ РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН 

Попова ул., д. 4а, г. Казань, Республика Татарстан, 420029, тел. (843) 264-98-00, факс 264-98-94

http://sovetsky.tat.sudrf.ru е-mail: sovetsky.tat@sudrf.ru

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Казань 

15 мая 2020 года Дело 2-25/2020

Советский районный суд города Казани в составе

председательствующего судьи Ивановой И.Е.

при секретаре судебного заседания Шаймухамедовой Д.Т.

с участием прокурора Закиева Л.А.

истцов ФИО3, ФИО4 и их представителя ФИО5, 

ответчиков ФИО6, ее представителя ФИО7, 

представителя ответчика ГАУЗ «Сабинская центральная районная больница» ФИО8, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3, ФИО4 к ФИО6, Государственному автономному учреждению здравоохранения "Сабинская центральная районная больница" о возмещении имущественного ущерба и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 и ФИО4 обратились в суд с иском к ФИО6, ГАУЗ «Сабинская центральная районная больница» (далее также ГАУЗ «Сабинская ЦРБ») о возмещении имущественного ущерба и компенсации морального вреда, в обоснование которого указал, что примерно на 8 неделе беременности ФИО3 встала на учет в ГАУЗ «Сабинская ЦРБ», наблюдалась у гинеколога ФИО9 Плод развивался нормально. Во всех обследованиях УЗИ никаких отклонений не обнаружено, по данным медицинских исследований плод был здоров. По УЗИ сроки родов были поставлены на 

<

дата изъята> 

<

дата изъята> она была принята в родильное отделение ГАУЗ «Сабинская ЦРБ».

<

дата изъята> ФИО3 родила дочь ФИО1. 

<

дата изъята>г. с сильными судорогами ребенка отвезли в ДРКБ в отделение реанимации новорожденных. Ребенок с 

<

дата изъята> по 

<

дата изъята> находился в стационаре ДРКБ и 

<

дата изъята> ребенок умер. 

<

дата изъята> было возбуждено уголовное дело по признакам ч.2 ст. 109 УК РФ в отношении дежурного врача ФИО6, которая, являясь врачом акушером-гинекологом акушерско-гинекологического отделения больницы, ненадлежащее исполнила свои профессиональные обязанности, что привело к смерти ребенка. 

Кроме того, врачом неонатологом ГАУЗ «Сабинская ЦРБ» ФИО10 ребенку ФИО3 также была неправильно оказана медицинская помощь. Врачом акушером-гинекологом ГАУЗ «Сабинская ЦРБ» ФИО11 ФИО3 также была неправильно оказана медицинская помощь, при постановке на учет не проведено диагностическое исследование – пельвиметрия, как следствие не выставлен диагноз «анатомически узкий таз», в связи с чем, неправильно были оценены перинатальные факторы риска у ФИО3

Однако ФИО6 освободили от уголовной ответственности, постановлением Сабинского районного суда РТ от 

<

дата изъята> уголовное дело прекращено за истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности. 

Действиями врачей ГАУЗ «Сабинская ЦРБ» ФИО3 и ФИО4 причинены тяжелые нравственные страдания.

Кроме того, истцы указывают, что понесли имущественные расходы всего на общую сумму 38 846 рублей.

Истцы просят суд взыскать с ФИО6 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей; взыскать с ГАУЗ «Сабинская ЦРБ» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей; взыскать с ГАУЗ «Сабинская ЦРБ» в пользу ФИО3 возмещение имущественного вреда в размере 38 846 рублей; взыскать с ГАУЗ «Сабинская ЦРБ» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 2 100 000 рублей; взыскать с ответчиков в пользу истцов судебные расходы, связанные с оплатой услуг представителя, в размере 50 000 рублей.

В судебном заседании истцы и их представитель, действующая на основании доверенности ФИО5, исковые требования поддержали в полном объеме.

Ответчик ФИО6 иск не признала. 

Представитель ответчика ГАУЗ «Сабинская ЦРБ», действующий на основании доверенности ФИО8, иск не признал.

Третьи лица ФИО9, ФИО10 о времени и месте судебного заседания извещены, в судебное заседание не явились.

Изучив заявленные требования и их основания, исследовав материалы дела, оценив доказательства в их совокупности и установив нормы права, подлежащие применению в данном деле, заслушав заключение прокурора, полагавшего иск ФИО4 о компенсации морального вреда подлежащим удовлетворению, суд приходит к следующему. 

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

В соответствии с частью 2 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Пунктом 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены общие основания ответственности за причинение вреда.

Согласно данной норме закона вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу части 2 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (часть 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

В силу статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных).

Судом установлено, что в 

<

дата изъята> года ФИО3 поставлена на учет в женской консультации ГАУЗ «Сабинская ЦРБ» на сроке беременности 8-9 недель врачом ФИО9.Беременность первая. Предполагаемый срок родов по результатам ультразвукового исследования установлен 

<

дата изъята>.

Несмотря на то, что по данным обменной карты и индивидуальной карты беременной имело место уменьшение двух пельвиометрических размеров, в женской консультации ФИО3 не был установлен диагноз «анатомически узкий таз», вследствие чего, в последующем была нарушена маршрутизация беременной, так как беременные с анатомически узким тазом должны родоразрешаться в родовспомогательном учреждении не 1-го, а 2-го уровня.

<

дата изъята> в 10 часов 40 минут ФИО3 поступила в родильное отделение ГАУЗ «Сабинская ЦРБ» с жалобами на тянущие боли внизу живота и пояснице постоянного характера.

<

дата изъята> в 15.00 часов ФИО3 путем абдоминального родоразрешения (Кесарево сечение) родила дочь ФИО1.

Согласно графику, утвержденному главным врачом ГАУЗ «Сабинская ЦРБ» 

<

дата изъята> на дежурство заступила врач акушер-гинеколог ФИО6 

При поступлении ФИО3 в стационар врачом акушером-гинекологом ФИО6 не был поставлен диагноз «анатомически узкий таз», а во втором периоде родов при появлении первых признаков несоответствия головки плода тазу матери (отсутствие продвижения головки плода в родах, ложных потугах, при высоко стоящей головке) не поставлен диагноз «клинически узкий таз» и не оценила степень имеющейся акушерской патологии. Вследствие этого было принято запоздалое решение оперативного родоразрешения путем операции Кесарево сечение.

Ребенок родился с отсутствием дыхания, после проведения реанимационных мероприятий в тяжелом состоянии переведен в неонатальное отделение ГАУЗ «Сабинская ЦРБ». В дальнейшем у ребенка возник судорожный синдром и развилась кома 3. 

<

дата изъята> ребенок направлен в ГАУЗ «Детская республиканская клиническая больница МЗ РТ» в отделение реанимации новорожденных, где вследствие наличия признаков тяжелых последствий перенесенного гипоксического повреждения с полным нарушением кровотока и нарастающей гидрофильностью тканей мозга, необратимой субтотальной церебральной меткомаляции с подверженностью к ряду осложнений, влияющих на прогрессирующее ухудшение состояние новорожденной, в совокупности с развитием полиогранной недостаточности с преобладанием декоменсации кардио-респираторной недостаточности, приведших к нарушению витальных функций, 

<

дата изъята> в 10.00 ребенок скончался.

По данному факту в отношении дежурного врача акушера-гинеколога ФИО6 было возбуждено уголовное дело по обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 109 Уголовного кодекса Российской Федерации, в связи с ненадлежащим исполнением ФИО6 своих профессиональных обязанностей, выразившихся в неоказании квалифицированнгой медицинской помощи при родах ФИО3, причинившее по неосторожности смерть ребенка. 

Постановлением Сабинского районного суда Республики Татарстан от 

<

дата изъята> уголовное дело в отношении ФИО6 прекращено в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Указанные обстоятельства объективно подтверждаются исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами: пояснениями сторон, представленными медицинскими документами, заключением Судебно-медицинской экспертизы 

<

номер изъят>, проводившейся по материалам уголовного дела с 11 апреля по 

<

дата изъята>, постановлением Сабинского районного суда Республики Татарстан от 

<

дата изъята> о прекращении уголовного дела, актом проверки ГАУЗ «Сабинская ЦРБ» территориальным органом Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Республике Татарстан 

<

номер изъят> от 

<

дата изъята>

Кроме того, в рамках настоящего гражданского дела ГБУ «Бюро судебно-медицинской экспертизы департамента здравоохранения города Москвы» на основании определения суда проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза с участием экспертов врачей акушера-гинеколога, патологоанатома, неонатолога. 

Согласно заключению 

<

номер изъят>гр-19 экспертная комиссия пришла к следующим выводам. 

- Смерть ФИО1 (ребенка ФИО3) наступила в результате лейкомаляции головного мозга и генерализованной инфекции, как следствия гипоксии ребенка в родах. 

- Диагностические мероприятия для оценки состояния плода, осуществленные в ГАУЗ «Сабинская ЦРБ», были своевременными и правильными, но проведены не в полном объеме, а именно в течение родов кардиотокографическое наблюдение за состоянием плода проводилось не в соответствии с требованиями Клинических рекомендаций «Оказание медицинской помощи при одноплодных родах в затылочном предлежании (без осложнений) и в послеродовом периоде» (в начале 1-го периода родов короткая запись без заключительной оценки параметров, отсутствовало кардиотокографическое наблюдение в течение 6 часов и во втором периоде родов).

- В условиях женской консультации (согласно Индивидуальной карте беременной и родильницы из «ГАУЗ Сабинская ЦРБ» 

<

номер изъят>-С) ФИО3 не был установлен диагноз «анатомически узкий таз», несмотря на то, что по данным обменной карты и индивидуальной карты беременной имело место уменьшение двух пельвиометрических размеров. Беременные с анатомически узким тазом должны родоразрешаться в родовспомогательном учреждении 2-го уровня.

Также на амбулаторном этапе не проведена диагностика гестационного диабета в соответствии с действующим клиническим протоколом «Гестационный сахарный диабет: диагностика, лечение, послеродовое наблюдение».

Возникновение острой гипоксии плода во втором периоде родов, имевшее место в данном случае, было обусловлено возникшим осложнением родов - развитием клинически узкого таза, что произошло в условиях стационара (родильного дома). Между вышеуказанными нарушениями, допущенными в женской консультации и возникновением осложнений в родах, причинно-следственная связь отсутствует.

- При поступлении ФИО3 в родильное отделение ГАУЗ «Сабинская ЦРБ» не поставлен диагноз «анатомически узкий таз», в плане родов отсутствует функциональная опенка таза. Отсутствие во втором периоде родов диагноза «клинически узкий таз» привело к запоздалому переходу на абдоминальное родоразрешение (Кесарево сечение); запоздалый переход на абдоминальное родоразрешение при клинически узком тазе в данном случае является дефектом оказания медицинской помощи.

В данном случае, при клинически узком тазе запоздалый переход на Кесарево сечение обусловил длительное стояние головки плода в одной плоскости малого таза, что повлекло за собой острую внутриутробную гипоксию плода с последующим развитием смертельно-опасных осложнений - лейкомаляции головного мозга и генерализованной инфекции. Таким образом, между выявленным дефектом оказания медицинской помощи - запоздалым переходом на абдоминальное родоразрешение (Кесарево сечение) и последующим наступившим неблагоприятным исходом в виде смерти ребенка, имеется причинно-следственная связь.

- На этапе родильного отделения обращает на себя внимание некорректная первичная опенка состояния ребенка по шкале Апгар: на 1 минуте жизни тонус мышц был оценен на 1 балл, чего не может быть у ребенка с отсутствующим дыханием (т.е. оценка на 1 минуте была завышена); отсутствует оценка ребенка по шкале Апгар на 10 минуте, при том, что на 5 минуте он был оценен на 6 баллов, дыхание его было нерегулярным (1 балл) и реанимационные мероприятия продолжались. Некорректная первичная оценка состояния ребенка по шкале Апгар является недостатком оказания медицинской помощи. Между данным недостатком оказания медицинской помощи и неблагоприятным исходом в виде смерти ребенка, причинно-следственная связь отсутствует.

- На этапе неонатального (детского) отделения «ГАУЗ Сабинская ЦРБ» выявлены следующие дефекты оказания медицинской помощи ФИО1 (ребенку ФИО3):

необоснованное применение 100% кислорода;

введение адреналина при ЧСС более 100 ударов в минуту, применение препарата вне инструкции без оформления протокола;

инфузионная терапия с раствором натрия и без белка в первые дни жизни и с недостаточной энергетической нагрузкой;

-отсутствие подачи кислорода через маску, зафиксированной реаниматологом-консультантом;

отсутствие инструментальных и большей части лабораторных методов обследования;

отсутствие круглосуточного наблюдения за новорожденным ребенком, рожденным в асфиксии, с ухудшением состояния в динамике;

применение лекарственного препарата «Долак», не разрешенного к применению у детей до 16 лет;

применение диазепама без учета клинического состояния.

В возрасте 2 суток жизни ребенок переведен в ДРКБ Министерства здравоохранения республики Татарстан. На момент перевода состояние ребенка крайне тяжелое. Исследования, проведенные в день поступления, и клиническая картина указывают на течение септического процесса с полиорганной недостаточностью у ребенка с отеком головного мозга с ВЖК 3 степени, после тяжелой внутриутробной асфиксии. Тяжесть состояния новорожденного с последующей смертью мозга предопределили неблагоприятный прогноз и исход заболевания.

На этапе неонатального (детского) отделения «ГАУЗ Сабинская ЦРБ» полноценный лабораторно-инструментальный мониторинг ФИО1 (ребенка ФИО3) не производился; в этой связи высказаться о связи ухудшении здоровья ФИО1 на этапе неонатального (детского) отделения и выявленных дефектов оказания медицинской помощи, не представляется возможным.

Смерть ФИО1 (ребенка ФИО3) наступила в результате лейкомаляции головного мозга и генерализованной инфекции, как следствия гипоксии ребенка в родах. Медицинская помощь на этапе неонатального (детского) отделения «ГАУЗ Сабинская ЦРБ» оказывалась в послеродовом периоде; соответственно, выявленные дефекты оказания медицинской помощи ФИО1 (ребенку ФИО3) этапе неонатального (детского) отделения не имеют причинно-следственной связи с неблагоприятным исходом в виде смерти ребенка.

Оценивая указанное заключение экспертов, сравнивая соответствие заключения поставленным вопросам, определяя полноту заключения, его научную обоснованность и достоверность полученных выводов, суд приходит к выводу о том, что данное экспертное заключение в полной мере является допустимым и достоверным доказательством.

При этом суд учитывает компетентность экспертов в разрешении поставленных перед ними вопросов, их длительный стаж в экспертной работе, достаточность исследовательского материала, правильность методики исследования. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Все члены экспертной комиссии имеют высшее образование, а также ученую степень, значительный стаж работы в области медицины и судебно-медицинской экспертизы.

Экспертиза проведена на основании представленной комиссии экспертов медицинской документации, материалов уголовного дела, гистологического материала путем анализа, сопоставления с данными медицинской литературы, согласования экспертных выводов в процессе коллективного обсуждения.

Противоречий либо сомнений в правильности заключения, судом не усматривается. Оснований не доверять выводам экспертов у суда не имеется. 

Исходя из анализа исследованных доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что при оказании медицинской помощи ФИО3 сотрудниками ГАУЗ «Сабинская ЦРБ» были допущены множественные дефекты оказания медицинской помощи, как на этапе амбулаторного наблюдения беременной в женской консультации, так и на этапе родильного отделения, а также неонатального (детского) отделения. 

При этом, допущенные дефекты оказания медицинской помощи на этапе родильного отделения, выразившиеся в отсутствии во втором периоде родов диагноза «клинически узкий таз», что привело к запоздалому переходу на абдоминальное родоразрешение (Кесарево сечение), состоят в причинно-следственной связи с последующим наступившим неблагоприятным исходом в виде смерти ребенка.

Указанные обстоятельства являются безусловным основанием для компенсации морального вреда.

Вместе с тем, требования ФИО3 к ФИО6 о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат в виду следующего.

Согласно части 1 статьи 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В данном случае истице ФИО3 был причинен вред действиями ФИО6 при исполнении ею своих трудовых обязанностей, а потому ответственность по компенсации морального вреда за причиненный вред может нести только работодатель - ГАУЗ «Сабинская ЦРБ». 

В ходе судебного разбирательства также было установлено, что ранее – в 

<

дата изъята> ФИО3 обращалась с иском к ГАУЗ «Сабинская ЦРБ» о компенсации морального вреда. Определением Сабинского районного суда РТ от 

<

дата изъята> отказ от иска принят и производство по делу по иску ФИО3 к ГАУЗ «Сабинская ЦРБ» прекращено. Определение сторонами не обжаловалось и вступило в законную силу 

<

дата изъята>.

Однако это обстоятельство не имеет значения при разрешении вопроса об ответственности за вред ответчика ФИО6, поскольку действующее законодательство не предусматривает возможность взыскания вреда напрямую с работника, причинившего вред при исполнении своих трудовых обязанностей в любом случае, в том числе, и в случае прекращения производства по иску, направленному к работодателю.

При таком положении в иске ФИО3 к ФИО6 следует отказать.

В части требований ФИО3 к ГАУЗ «Сабинская ЦРБ» о компенсации морального вреда, причиненного вследствие ненадлежащего оказания медицинской помощи врачом ФИО9 на этапе ведения беременности в женской консультации, определением Советского районного суда г.Казани от 

<

дата изъята> производство по делу прекращено в соответствии с абзацем 3 статьи 220 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Согласно пункту 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Статьей 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрена обязанность лиц, ответственных за вред, вызванный смертью потерпевшего, возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

В основание исковых требований о возмещении имущественного ущерба ФИО3 в иске указывает, что ею были понесены материальные расходы на бензин (из Богатых ФИО12 в Казань) - 9684 рублей; подгузники (7 упаковок) - 3500 рублей; влажные салфетки - 360 рублей; молочко для тела - (2уп.) 500 рублей; продукты на поминальный обед - 19 800 рублей. 

Между тем, факт несения указанных расходов допустимыми доказательствами не подтверждается. Так, представленные суду чеки на бензин датированы 2018 годом, тогда как ребенок находился в ГАУЗ «ДРКБ МЗ РТ» в январе 2017 года. Необходимость поездок в Казань в 2018 году в связи с причинением истцам вреда ГАУЗ «Сабинская ЦРБ», не установлена.

В подтверждение несения расходов на подгузники, влажные салфетки, молочко для тела, суду представлены накладные, которые подтверждают лишь факт получения ФИО3 указанных средств от индивидуального предпринимателя ФИО13 Однако финансовых документов, подтверждающих оплату этих товаров (кассовый, либо товарный чек) суду не представлено. Кроме того, указанные гигиенические средства были приобретены для новорожденного ребенка его матерью, на которой лежит обязанность по его содержанию. Приобретение этих средств никак не связно с ненадлежащим оказанием медицинской помощи ФИО3 и ее ребенку ГАУЗ «Сабинская ЦРБ».

В подтверждение несения расходов на поминальный обед в размере 19 800 рублей истцом представлены такие же документы: накладные, свидетельствующие о получении продуктов у ИП ФИО13, без финансового документа, подтверждающего их оплату. 

Также в иске ФИО3 указывает, что после родов с болями в животе она обратилась в клинику ФИО2, где выяснилось, что у нее во время родов была повреждена шейка матки, и ей пришлось пройти лечение стоимостью 5000 рублей. 

В ходе судебного разбирательства суду не было представленного ни одного документа, не только подтверждающего причинно-следственную связь между ненадлежащим оказанием медицинской помощи ФИО3 ГАУЗ «Сабинская ЦРБ» и повреждении у нее шейки матки, но доказательств, свидетельствующих о самом существовании такого повреждения.

Обращение в медицинский кабинет ИП ФИО2 имело место в 2018 году - спустя год после родов. Из договора об оказании медицинских услуг от 

<

дата изъята> и акта выполненных работ от 

<

дата изъята> следует, что ФИО3 оказаны медицинские услуги на сумму 5000 рублей. Какая именно услуга оказана ФИО3, не указывается.

Поскольку допустимых и относимых доказательств, подтверждающих несение истцом расходов в связи ненадлежащим оказанием сотрудниками ГАУЗ «Сабинская ЦРБ» медицинской помощи, суду не представлено, оснований для удовлетворения требований ФИО3 о возмещении имущественного ущерба суд также не находит.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 4 Постановления от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснил, что объектом неправомерных посягательств являются по общему правилу любые нематериальные блага (права на них) вне зависимости от того, поименованы ли они в законе и упоминается ли соответствующий способ их защиты. Перечень нравственных страданий, являющихся основанием для реализации права на компенсацию морального вреда, не является исчерпывающим. Лицо, которому причинены нравственные страдания в связи с причинением вреда здоровью родственнику, приобретает самостоятельное право требования денежной компенсации морального вреда, не зависящее от аналогичного права лица, жизни и здоровью которого непосредственно причинен вред.

Согласно свидетельству о рождении IV-КБ 

<

номер изъят>, выданному ОЗАГС Сабинского муниципального района РТ 

<

дата изъята>, истец ФИО4 является отцом умершего ребенка ФИО1.

Суд соглашается с доводами иска о том, что действиями медицинского персонала ГАУЗ «Сабинская ЦРБ» ФИО4 причинены нравственные страдания, поскольку были нарушены его права на родственные и семейные связи, на семейную жизнь.

Оценивая степень причиненных истцу нравственных страданий в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи, а также степень причиненного как родителю морального вреда в результате смерти ребенка, суд принимает во внимание, что родительские чувства по отношении к детям являются общепринятыми и не подлежат доказыванию. Погибший ребенок являлся для истца первенцем, его утрата нанесла тяжелую травму, последствия которой продолжаются на протяжении уже более двух лет – беспокоят нарушения сна, апатия, чувство вины. Из консультации врача психотерапевта от 

<

дата изъята> следует, что ФИО4 страдает расстройством присобительных реакций и ему назначалось медикаментозное лечение.

С учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен вред, наступивших для истца неблагоприятных последствий, степени причиненных нравственных страданий, требований разумности и справедливости суд определяет размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика ГАУЗ «Сабинская ЦРБ» в пользу ФИО4 в 950 000 рублей в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи врачом ФИО6 на этапе родильного отделения, повлекшим смерть ребенка, и 50 000 рублей в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи новорожденной дочери истца ФИО1 в неонатальном (детском) отделении, а всего 1 000 000 рублей.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу статьей 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Для оказания юридической помощи по настоящему гражданскому делу истцы заключили договор оказания юридических услуг с ООО «ЮК «АПЕЛЛИЯ» 

<

номер изъят> от 

<

дата изъята>. Согласно квитанции за услуги ФИО3 и ФИО4 оплачено 50 000 рублей. Интересы истцов в судебных заседаниях представляли директор общества ФИО14 и сотрудник общества ФИО15, которым оформлена нотариальная доверенность.

Принимая во внимание сложность дела, степень участия представителя в судебном разбирательстве (подготовлено исковое заявление, ходатайство о содействии в сборе доказательств, возражения на ходатайство ответчика, вопросы для проведения судебной экспертизы, участие в четырех судебных заседаниях продолжительностью не менее одного часа каждое), с учетом частичного удовлетворения требований и руководствуясь принципом разумности, суд считает возможным взыскать с ответчика ГАУЗ «Сабинская ЦРБ» в пользу истца ФИО4 30 000 рублей в счет возмещения расходов, связанных с оплатой услуг представителя.

Истец при подаче искового заявления был освобожден от уплаты государственной пошлины на основании ст. 89 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и п. 3 ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации. В связи с этим на основании ст. 98, ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в местный бюджет с ответчика ГАУЗ «Сабинская ЦРБ» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

Руководствуясь статьями 194, 198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО3 к Государственному автономному учреждению здравоохранения "Сабинская центральная районная больница" о возмещении имущественного ущерба отказать.

В удовлетворении иска ФИО3 к ФИО6 о компенсации морального вреда отказать.

Иск ФИО4 к Государственному автономному учреждению здравоохранения "Сабинская центральная районная больница" о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения "Сабинская центральная районная больница" в пользу ФИО4 1 000 000 (один миллион) рублей в счет компенсации морального вреда и 30000 рублей (тридцать тысяч) в счет возмещения судебных расходов.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения "Сабинская центральная районная больница" в бюджет муниципального образования г.Казани государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Советский районный суд г. Казани.

Судья И.Е. Иванова