Дело № 2-577/2019 

27RS0020-01-2019-001525-45 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 августа 2019 года г. Николаевск-на-Амуре

Николаевский-на-Амуре городской суд Хабаровского края в составе председательствующего судьи Е.Н. Головиной,

с участием:

- помощника Николаевского-на-Амуре городского прокурора Кулаковой А.С.,

- истца ФИО6,

- представителя истца по письменному заявлению в порядке ч.6 ст.53 ГПК РФ, ФИО7,

при секретаре Исаченковой Н.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к Обществу с ограниченной ответственностью «НПМК» об установлении факта трудовых отношений с ООО «НПМК» с 25.02.2015 г., восстановлении на работе в должности водителя погрузчика с 06.07.2019 г., взыскании оплаты за время вынужденного прогула с 06.07.2019 г. по день вынесения решения суда, компенсации морального вреда в сумме 50 000 рублей, взыскании судебных расходов, 

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с вышеуказанными требованиями к ответчику, мотивируя это тем, что 01.08.2013 г. он был принят в ООО «Николаевская ПМК» на лесозаготовительный участок на должность водителя погрузчика, 01.05.2014 г. был переведен в обособленное подразделение ОО «Николаевское ПМК» на должность водителя погрузчика, где и продолжал работать до 02.07.2019 г., его постоянное место работы и осуществления трудовой функции был 

<

...>, 05.02.2019 г. истец сломал ногу и был на больничном листе до 02.07.2019 г., а когда вышел на работу, то мастер и начальник истца ФИО1 сказал, что он уволен, и чтобы истец подошел в отдел кадров и получил расчет (деньги за больничный лист), так как у него произошел конфликт с ФИО1 истец пришел в отдел кадров, она же по совместительству бухгалтер (кассир), к ФИО2., и она истцу выдана денежные средства, оплату больничного и трудовую книжку, получив трудовую книжку, истец увидел, что имеется запись № от 24.02.2015 г., где он значится уволенным от 24.02.2015 г. по п.3 ч.2 ст.77 ТК РФ по инициативе работника, т.е. по собственному желанию, истец никакого заявления не писал по собственному желанию никогда с тех пор, как устроился на работу, узнал, что он уволен по собственному деланию с 24.02.2015 г. только 02.07.2019 г., следовательно, работал на предприятии с 24.02.2015 г. без оформления, будучи уже уволенным, и на него не отчислялись пенсионные взносы, считает увольнение с 24.02.2015 г. незаконным, так как заявление на увольнение не писал, указал об этом только в июле 2019 г., все это время работал согласно трудового распорядка на полный рабочий день, за что получал заработную плату и расписывался в ведомостях. На основании изложенного просит суд признать приказ от 24.02.2015 г. № об увольнении истца по п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ, незаконным, восстановить его в прежней должности на прежнем месте работы, взыскать оплату вынужденного прогула за период с 02.07.2019 г. на дату рассмотрения дела судом, взыскать компенсацию морального вреда в сумме 50 000 рублей, установить факт трудовых отношений с ответчиком с 24.02.2015 г. по 02.07.2019 г., понудить ответчика произвести и перечислить в пенсионный фонд взносы за указанный период, взыскать судебные расходы в сумме 25 000 рублей.

В судебном заседании истец ранее заявленные исковые требования уточнил, в части ранее заявленных исковых требований о признании приказа от 24.02.2015 г. за № об увольнении истца по п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ и о понуждении работодателя произвести отчисления в пенсионный фонд, он отказывается, о чем им подано письменное заявление, поскольку как выяснилось в суде, уволен он был иным юридическим лицом, о чем даже не знал, а состоял в трудовых отношениях с другим юридическим лицом, название то же, которое и производило за него отчисления в пенсионный фонд, остальные требования поддерживает в полном объеме, по существу иска показал, что с 2013 г. работал на предприятии ООО «Николаевская ПМК», как точно называлось предприятие и какая у него была организационно-правовая форма, сказать не может, работал да и работал, заработную плату платили, затем его перевели в обособленное подразделение Николаевской ПМК и они переехали на ул. Гоголя, д.125, в новый гараж, это было в апреле 2015 г., где он продолжил работать в должности водителя погрузчика, подчинялся внутреннему трудовому распорядку, рабочий день у него был 8-ми часовой, с 09-00 утра и до 18-00 часов вечера, каждый день, 5-ти дневная рабочая неделя с двумя выходными днями – суббота и воскресенье, какие-то договора он подписывал у ответчика, но какие конкретно сказать не может, заработную плату ему выплачивали через кассу предприятия ФИО2. наличными денежными средствами, где он расписывался на белом листе бумаги, который не имел каких-либо надписей кроме графы с его фамилий, в данном листке имелась только его фамилия, заработную плату он получал ежемесячно в размере 35 000 рублей, ни больше, ни меньше, расчетные листки ему не выдавали, начальником у него был ФИО1., никакого заявления на увольнение он не писал, с 05.02.2019 г. он находился на больничном листе вплоть до 04.07.2019 г., больничные листы предоставлял ответчик, который ему производил также выплаты через кассу предприятия наличными денежными средствами, разными суммами от 30 000 до 32 0000 рублей, как ему пояснили, это 75% от заработка, затем 05.07.2019 г. он вышел на работу, к нему подошел его начальник ФИО1., с которым у него с утра случился небольшой конфликт из-за канистр с бензином, и сказал, чтобы истец шел в отдел кадров за расчетом и трудовой книжкой, он уволен, истец прошел в отдел кадров, получил расчет около 37 000 рублей, получил трудовую книжку, за получение трудовой книжки он нигде не расписывался, а когда он ее открыл, то сразу не увидел запись об увольнении, она была во вкладыше, где было указано, что он оказывается, уволен с 24.02.2015 г., что не соответствует действительности, он как работал у ответчика, так и продолжает работать, о том, что производилась какая-то реорганизация, он не знал, его работа носила постоянный характер, полноценный рабочий день с определенным графиком и режимом работы, поэтому он как состоял, так и состоит в трудовых отношениях с ответчиком, это подтверждается выпиской из его лицевого счета, выданной ему УПФ РФ в Николаевском районе, где учтены помесячно все его периоды работы. Наименование ответчика он написал в иске как думал, но ответчиком по делу является та организация, которая, начиная, с марта 2015 г. по конец 2018 г. производила отчисления на него в УПФ РФ, что он подтверждает выпиской по счету.

В судебном заседании представитель истца по письменному заявлению в порядке ч.6 ст.53 ГПК РФ, ФИО7, с объемом полномочий, отраженных в протоколе судебного заседания и письменном заявлении истца, иск своего доверителя полностью поддержал как по обстоятельствам иска, так и по тем основаниям, что истец изложил в судебном заседании.

В судебном заседании допрошенный в качестве свидетеля ФИО3. по существу иска показал, что работает в ПМК оператором пилы, по адресу места нахождения предприятия – ул. Гоголя, д.125, как правильно называется предприятие и какая у него организационно-правовая форма, он не знает, заключался ли с ним трудовой договор тоже не знает, с истцом он познакомился на работе по ул. Гоголя, д.125 в 2014, когда свидетель туда трудоустроился, работал истец с 2014 г. и по февраль 2019 г., пока не сломал ногу, каждый день, как и сам свидетель, т.е. с 09-00 часов до 18-00 часов с подчинением режиму рабочего времени, работали ежедневно, истец работал в должности водителя погрузчика, заработную плату получали наличными денежными средствами, но он получал ее у своего начальника Здор, который им эту зарплату привозил лично.

В судебном заседании допрошенный в качестве свидетеля ФИО4. по существу иска показал, что 6 лет назад работал на Николаевской ПМК, как правильно называлась организация и какая у нее была организационно-правовая форма, не знает, потом уволился, весной этого года снова трудоустроился на данное предприятие по ул. Гоголя, д.125, на данном предприятии работал до июля 2019 г. его отец, истец по делу, в должности оператора манипулятора, ежедневно ходил на работу, заработную плату истец получал наличными денежными средствами в размере от 20 000 до 25 000 рублей, не более.

В судебное заседание ответчик в лице представителя ООО «НПМК» не явились, извещены в надлежащем порядке о месте и времени рассмотрения дела, ими получено судебное извещение, а ранее и копия иска с приложенными к нему документами, в том числе и выписка из УПФ РФ в Николаевском районе, причин уважительности неявки в суд не представили, ранее направили письменные пояснение по делу, которые приобщены к материалам дела, в рамках которых указали, что в виду отдаленности явиться в суд не имеют возможности, исковые требования истца не признают, по отношению к которому работодателем не являются, но с ним имелось ранее два заключенных договора гражданско-правового характера (л.д.82-88,106).

На основании изложенного суд находит возможным рассмотреть данное гражданское дело в отсутствие ответчика ООО «НПМК» по имеющимся в деле материалам по правилам ч.3 ст.167 ГПК РФ.

Суд, выслушав истца, представителя истца, допросив свидетелей, выслушав заключение прокурора, полагавшего оставить разрешение заявленных требований на усмотрение суда, изучив материалы дела, письменные пояснения ответчика и приобщенные к материалам дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно положений ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключаемого ими трудового договора.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В силу ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии с ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех дней со дня фактического допущения к работе.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 3 п. 8 и в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу ч. 4 ст. 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель (или его уполномоченный представитель) обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из системного анализа норм трудового права, содержащихся в статьях 15, 16, 56, 57, 65 - 68 Трудового кодекса РФ, следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: личный характер прав и обязанностей работника; обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию; подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер (оплата производится за труд). Процедура и порядок приема работника на работу, включающие в себя оформление трудового договора в письменной форме с включением в него обязательных и необходимых сторонам дополнительных условий (о месте работы, трудовой функции работника, условиях оплаты труда, дате начала работы и т.д.) направлены на закрепление и возможность дальнейшего подтверждения как факта заключения трудового договора, так и условий, на которых он заключен.

Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

В судебном заседании установлено, что согласно записи в трудовой книжке истца № от ДД.ММ.ГГГГ имеется запись от 01.08.2013 г. Общества с ограниченной ответственностью «Николаевская передвижная механизированная колонна (ООО «Николаевская ПМК») о принятии истца на лесозаготовительный участок на должность водителя погрузчика на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ за № (л.д.15), затем имеется запись о переводе истца в обособленное подразделение ООО «Николаевская ПМК» на должность водителя погрузчика на основании приказа за № от 30.04.2014 г. (л.д.16), а затем внесена запись от 24.02.2015 г. об увольнении истца в связи с расторжением трудового договора по инициативе работника по п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ на основании приказа от 24.02.2015 г. за № 3617-ЛС, запись внесена инспектором ОК ФИО2., в графе «ознакомлен» - ФИО6 – подписи не имеется, т.е. истец с приказом не ознакомлен и записи об этом в трудовой книжке не имеется (л.д.16).

Как установил суд согласно штампа (печати) организации, последняя обозначена как ООО «Николаевская ПМК» с ИНН: 

<

***> (л.д.16).

Согласно выписки из ЕГРЮЛ по состоянию на 05.08.2019 г. в отношении ООО «Николаевская ПМК» судом установлено, что данное юридическое лицо было создано 07.05.2013 г. с ИНН: 

<

***>, однако 19.10.2015 г. данное юридическое лицо прекратило свою деятельность в связи с реорганизацией в форме присоединения на основании решения о реорганизации юридического лица б/н от 13.07.2015 г., передаточного акта от 13.07.2015 г., договора о присоединении от 13.07.2015 г., одним из учредителей данного юридического лица являлся ФИО1 (л.д.25-38).

Таким образом как установил суд работодатель истца, ранее вносившего в трудовую книжку истца запись как о приеме на работу, так и об увольнении истца, с 19.10.2015 г. прекратил свою деятельность как юридическое лицо в связи с реорганизацией путем присоединения, сведений о присоединении к какому юридическому лицу, в выписке ЕГРЮЛ, не имеется.

Согласно сведений о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица в отношении истца ФИО6, имеющего страховой номер индивидуального лицевого счета: 057-628-821-95 установлено, что за истца производилась уплата страховых взносов за периоды: 01.01.2015 – 24.02.2015 г. (совпадает с датой увольнения истца согласно записи в трудовой книжке) за 1 мес. 24 дня – Обществом с ограниченной ответственностью «Николаевская передвижная механизированная колонна»; за период с 01.03.2015 г. – 31.12.2015 г. за 0 г. 10 мес. 0 дн. произведена иным юридическим лицом - Обществом с ограниченной ответственностью «НПМК», при этом указано, что за данный период истцу начислено к выплате сумма в размере 114950,00 рублей, сумма начисленных страховых взносов составила – 18392,00 рублей; за период 01.01.2016 г. – 31.12.2016 г. за 1 г. 0 мес. 0 дн. произведена Обществом с ограниченной ответственностью «НПМК», при этом указано, что за данный период истцу начислено к выплате сумма в размере 137940,00 рублей, сумма начисленных страховых взносов составила – 22070,40 рублей; за период 01.01.2017 г. – 31.12.2017 г. – за 1,2,3,4 кварталы (1 г. 0 мес. 0 дн.) произведена Обществом с ограниченной ответственностью «НПМК», при этом указано, что за данный период истцу начислено к выплате сумма в размере 137940,00 рублей, сумма начисленных страховых взносов составила – 22070,40 рублей; за период 01.02.2018 г. – 31.12.2018 г. – 0 г. 11 мес. 0 дн. произведена Обществом с ограниченной ответственностью «НПМК», при этом указано, что за данный период истцу начислено к выплате сумма в размере 34485,00 рублей (4 квартал 2018 г.) и 91960,00 рублей (1,2,3 кварталы 2018 г.), сумма начисленных страховых взносов составила – 5517,60 рублей и 14713,6900 рублей соответственно (л.д.43-44).

За 2019 г. сведения в лицевом счете истца отсутствуют, что совпадает с его показаниями о нахождении последнего на больничном листе с февраля 2019 г. по июль 2019 г. включительно.

Таким образом как установил суд, ответчик в лице общества с ограниченной ответственностью «НПМК» ежемесячно за период с 01.03.2015 г. по 31.12.2018 г. производил выплату истцу в виде вознаграждения как застрахованному лицу, с которой уплачивал в пенсионный фонд страховые взносы также ежемесячно, поскольку в данной выписке учтены периоды работы истца у ответчика в календарном исчислении, в связи с чем стаж работы истца указан как 26 г. 4 мес. 20 дн., до 01.01.2015 г. стаж оставлял 22 г. 5 мес. 26 дн., т.е. истцу в страховой стаж зачислено еще 3 года 11 месяцев, т.е. период с 01.01.2015 г. по 31.12.2018 г. (3 года 11 месяцев), за который ответчиком ООО «НМПК» производились ежемесячно отчисления на страховые взносы за истца (л.д.43-44).

Согласно выписного эпикриза на истца КГБУЗ ККБ № 1 от 04.03.2019 г., истец в период времени с 11.02.2019 г. по 04.03.2019 г. находился на стационарном лечении в отделении травматологии и ортопедии с диагнозом: перелом лодыжки правой большеберцовой кости со смещением отломков, внутрисуставной перелом заднего края большеберцовой кости справа со смещением отломков, оскольчатый перелом латеральной лодыжки справа со смещение отломков, разрыв ДМБС, подвывих стопы снаружи, сзади, госпитализация была экстренная, ОМС, в связи с чем 19.02.2019 г. истцу произведена операция: открытая репозиция медиальной лодыжки МОС спицами, винтом и иные виды операции (л.д.46).

Согласно ответа Управления Пенсионного фонда РФ (государственное учреждение) в Николаевском районе Хабаровского края за № 2-14/99 от 08.08.2019 г. на запрос суда указано, что лицом, которое подавало сведения об истце в Пенсионный фонд РФ за период с 01.03.2015 г. по 31.12.2018 г. является общество с ограниченной ответственностью «НПМК», расположенное в городе Хабаровске по адресу: пер. Доступный, дом 13, офис 2, в связи с чем направляют суду выписку из ЕГРЮЛ в отношении указанного лица (л.д.64).

На л.д.65-68 Управление Пенсионного фонда РФ (государственное учреждение) в Николаевском районе Хабаровского края представило выписку в отношении указанного юридического лица – общества с ограниченной ответственностью «НПМК».

Согласно ответа общества с ограниченной ответственностью «НПМК» установлено, что истец с ответчиком в трудовых отношениях не состояли, в установленном законом порядке с заявлением о приеме на работу по трудовому договору истец к ним не обращался, приказ о его приеме на работу не издавался, трудовой договор не заключался, однако указанное лицо (истец) привлекалось для выполнения сезонных работ в качестве разнорабочего на основании гражданско-правовых договоров, что подтверждается договорами на выполнение работ (договор от 01.09.2018 г. и акт № 1 от 28.09.2018 г., договор № 191-ГП от 01.12.2018 г. и акт от 29.12.2018 г.), в связи с чем ими и произведены выплаты в пенсионный фонд, поскольку они облагаются страховыми взносами, в соответствии с записями, занесенными в трудовую книжку истца, копия которой ими была получена, истец состоял в трудовых отношения с ООО «Николаевская ПМК», ООО «НПМК» является иным юридическим лицом, с учетом изложенного, ответчик не имеет возможности предоставить суду запрашиваемые им документы о трудовой деятельности истца (л.д.82).

На л.д.83-88 ответчиком предоставлены договоры ГПХ, первый из них за № 191-ГПХ от 01.12.2018 г., заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «НПМК» и истцом о нижеследующем: заказчик (ответчик) поручает, а исполнитель (истец) принимает на себя обязательства выполнять услуги разнорабочего, срок работы: с 01.12.2018 г. по 31.12.2018 г., за выполненную работу заказчик обязуется оплатить исполнителю вознаграждение в размере 11 495,00 рублей, в том числе НДФЛ (л.д.83).

Аналогичный договор на тех же условиях и той же суммой вознаграждения – 11 495,00 рублей заключен ответчиком с истцом 01.09.2018 г. за №, срок договора указан с 01.09.2018 г. по 30.09.2018 г., как услуги разнорабочего (л.д.86).

Согласно выписки их ЕГРЮЛ по состоянию на 28.08.2019 г. в отношении общества с ограниченной ответственностью «НПМК» судом установлено, что данное юридическое лицо создано впервые 23.10.2014 г., имеет ИНН:: 

<

***> (отличный от ИНН ООО «Николаевская ПМК»), сведения о предшественнике в выписке отсутствуют, генеральный директор указан как ФИО5. (л.д.90-101).

Как следует из пункта 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданское законодательство в том числе определяет правовое положение участников гражданского оборота и регулирует договорные и иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников.

Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

По договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (пункт 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (статьи 702 - 729 Гражданского кодекса Российской Федерации) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739 Гражданского кодекса Российской Федерации), если это не противоречит статьям 779 - 782 этого кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг (статья 783 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу данных норм Гражданского кодекса Российской Федерации, договор возмездного оказания услуг заключается для выполнения исполнителем определенного задания заказчика, согласованного сторонами при заключении договора.

Целью договора возмездного оказания является не выполнение работы как таковой, а осуществление исполнителем действий или деятельности на основании индивидуально-конкретного задания к оговоренному сроку за обусловленную в договоре плату.

От договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

В силу части 2 статьи 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии с частью 1 статьи 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 ГПК РФ).

Основным критерием при разграничении трудового договора и договора о возмездном оказании услуг является: выполнение работы личным трудом и включение работника в производственную деятельность предприятия; подчинение работника внутреннему трудовому распорядку; выполнение работ определенного рода (трудовой функции), а не разового задания; гарантии социальной защищенности.

Во всех случаях, когда доказано, что гражданско-правовые договоры регулируют трудовые отношения, к ним должны применяться нормы трудового законодательства.

Кроме того, законом не предусмотрено, что факт работы и выполнение трудовых функций может подтверждаться только определенными доказательствами. Наличие трудовых отношений может быть подтверждено ссылками на любые доказательства. При рассмотрении дела суд может исходить из допустимости любых видов доказательств, указанных в пункте 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, пояснений истца и опрошенного свидетеля, до поступления на работу к ответчику ООО «НМПК» оформление отношений в виде заключения договора возмездного оказания услуг являлось инициативой работодателя, а не истца.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении № 597-О-О от 19.05.2009 г., суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. ст. 15, 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном названным Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (ч. 4 ст. 11 Трудового кодекса РФ).

В ст. 19.1 Трудового кодекса РФ установлено, что в случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. 

Неустранимые сомнения толкуются в пользу наличия трудовых отношений (ч. 4).

Если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном ч. ч. 1 - 3 названной статьи, были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей (ч. 5).

Из материалов дела следует, что истец был допущен к работе с ведома работодателя, соблюдал правила внутреннего трудового распорядка дня.

Судом из анализа материалов дела и пояснений ответчика установлено, что ими признается факт заключения с истцом двух гражданско-правовых договоров сроком действия с 01.09.2018 г. по 30.09.2018 г. и сроком действия с 01.12.2018 г. по 31.12.2018 г., в рамках которых ответчиком произведены отчисления взносов в пенсионный фонд для уплаты страховых взносов за истца, работавшего у ответчика по двум гражданско-правовым договорам.

Вместе с тем как установил суд из анализа сведений состояния индивидуального лицевого счета застрахованного лица (л.д.43-45), на истца данным ответчиком производились отчисления по уплате страховых взносов ежемесячно на протяжении длительного периода, а именно уже в период с 01.03.2015 г. по 31.12.2015 г. в сумме 5614,61 рублей, при этом указана продолжительность периодов работы - 0 г. 1 мес. 24 дн., с 01.01.2016 г. по 31.12.2016 г. в сумме 22070,40 рублей, при этом указана продолжительность работы – 1 г. 0 мес. 0 дн., в период с 01.01.2017 г. в сумме 22070,40 рублей, при этом продолжительность работы указана как 1 г. 0 мес. 0 дн., а также полностью за период с 01.02.2018 г. по 31.12.2018 г. (суммы за 1,2,3,4 кварталы) в размере 5517,60 рублей (за 4 квартал) и 14713,60 рублей (за 1,2,3 кварталы), при этом продолжительность работы указана как 0 г. 11 мес. 0 дн., что полностью опровергает позицию ответчика о том, что истец привлекался для работы по гражданско-правовым договорам дважды, поскольку если бы истец был только дважды привлечен к исполнению разовых услуг по двум гражданско-правовым договорам, у ответчика не возникала бы обязанность производить отчисления на уплату страховых взносов за истца в иные периоды, отличные от сроков выполнения работ по договорам ГПХ в сентябре 2018 г. (срок действия 01.09.2018 г. по 30.09.2018 г и в декабре 2018 г. (срок действия с 01.12.2018 г. по 31.12.2018 г.).

Это же доказывает, что именно с 01.03.2015 г. между истцом и ответчиком возникли правоотношения, а поскольку со стороны ответчика суду представлены гражданско-правовые договоры, заключенные с истцом только в 2018 г., соответственно с марта 2015 г. истец фактически был допущен ответчиком ООО «НПМК» к работе с его ведома и по поручению без оформления с ним в надлежащем порядке трудовых отношений.

Таким образом как установил суд между истцом и ответчиком в период с 01.03.2015 г. по 31.12.2018 г. установились длительные продолжающиеся отношения, в рамках которых за истца ответчиком ежемесячно производились отчисления в пенсионный фонд на уплату страховых взносов, стаж работы у ответчика согласно выписки из указанных сведений (л.д.43-45) составил 3 года 11 месяцев, за каждый из которых (месяцев, а в совокупности – 3 г. 11 мес.) ответчиком ежемесячно производились отчисления страховых взносов и учитываемых на лицевом счете застрахованного лица – истца.

Указанные обстоятельства свидетельствует о том, что фактически между истцом и ответчиком имели место быть трудовые отношения, при этом заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, при таких установленных судом обстоятельствах, не допускается.

Последовательно и длительное время допуская истца к выполнению определенной работы на протяжении непрерывно с 01.03.2015 г. по 31.12.2018 г., что следует их сведений (л.д.43-45), между истцом и ответчиком возникли трудовые отношения, поскольку истец был фактически (т.е. без оформления трудовых отношений договором), с ведома и по поручению работодателя допущен к работе для выполнения им определенной функции, что следует из его показаний, подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка, соблюдал режим рабочего времени, трудовая функция в должности водителя погрузчика у него не менялась, что также объективно подтверждено показаниями опрошенных свидетелей ФИО3. и ФИО4., оснований не доверять которым у суда не имеется, данные показания как истца, так и свидетелей подробны, мотивированы, противоречий между собой не имеют и объективно подтверждены сведениями, представленными пенсионным фондом в отношении истца о периодах работы и месте работы истца у ответчика, обратного ответчиком не доказано (люд.43-45).

В связи с чем суд полагает необходимым удовлетворить требование истца в части установления факта трудовых отношений между Обществом с ограниченной ответственностью «НПМК» и ФИО4 с 01.03.2015 г., поскольку из анализа материалов дела факт возникших трудовых отношения с 25.02.2015 г. судом не установлен, ранее истец был уволен приказом от 24.02.2015 г. иным юридическим лицом, не являющегося ООО «НПМК» как настоящий ответчик по делу. 

Разрешая требования истца о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, суд приходит к следующим выводам.

Основанием для восстановления работника на работе является незаконность увольнения (ст. 394 Трудового кодекса РФ). Оформление прекращения трудового договора производится путем издания соответствующего приказа (статья 84.1 Трудового кодекса РФ).

Поскольку гражданско-правовыми договорами от 01.12.2018 г. и от 01.09.2018 г., а также без оформления гражданско-правовых договоров в период с 01.03.2015 г. по 31.12.2015 г., с 01.01.2016 г. по 31.12.2016 г., 01.01.2017. по 31.12.2017 г., с 01.02.2018 г. по 31.12.2018 г.), фактически регулировались трудовые отношения между истцом и ответчиком, которые носили длящийся характер, однако приказ об увольнении работника издан не был, суд с учетом вышеприведенных положений закона приходит к выводу о том, что до настоящего времени трудовые отношения с ФИО6 не прекращены, в связи с чем требования о восстановлении на работе удовлетворению не подлежат. Вместе с тем на ответчика подлежит возложению обязанность заключить с истцом письменный бессрочный трудовой договор в должности водителя погрузчика, поскольку ответчик не опроверг допустимыми доказательствами, что истец не состоял с ним в длительных трудовых отношениях и не опроверг обстоятельства иска истца о его работе у ответчика именно в должности водителя погрузчика.

В соответствии с.1 ст.155 Трудового кодекса РФ при невыполнении норм труда, неисполнении трудовых (должностных) обязанностей по вине работодателя оплата труда производится в размере не ниже средней заработной платы работника, рассчитанной пропорционально фактически отработанному времени.

В соответствии со ст.234 Трудового кодекса РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы.

Как установил суд из анализа материалов дела, истец от работы не отстранялся, доказательства отказа ответчика предоставить работу с 06 июля 2019 года не представил, тогда как по смыслу ст.21 Трудового кодекса РФ работодатель выплачивает заработную плату за труд, и обязанность возместить неполученный работником заработок возникает по причине незаконного лишения возможности трудиться.

При указанных обстоятельствах исковые требования о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула удовлетворению не подлежат.

Вместе с тем с ответчика подлежит взысканию задолженность по заработной плате истца за период с 06.07.2019 г. по день вынесения решения суда, т.е. по 28.08.2019 г. включительно, так как истец признан решением суда состоящим в трудовых отношениях с ответчиком по настоящий период времени.

В судебном заседании истец пояснил, что его заработная плата ежемесячно составляла 35 000 рублей, однако данные обстоятельства ничем не подтверждены, более того опровергнуты показаниями свидетеля ФИО4, показавшего, что заработная плата истца составляла не более 20 000-25 000 рублей в месяц.

В связи с чем для расчета задолженности по заработной платы суд принимает ту сумму вознаграждения, которая выплачивалась истцу согласно сведениям пенсионного фонда (л.д.43-45).

Так, за полные 2016 г. и 2017 г. истцу начислено вознаграждение за год в размере 137940,00 рублей, при делении указанной суммы на 12 месяцев сумма составит 11 495 рублей (137940 : 12 мес. = 11 495,00 рублей), т.е. это та сумма вознаграждения, которая ранее указана в качестве суммы вознаграждения истцу в договорах ГПХ за сентябрь и декабрь 2018 г. и именно с указанной суммы вознаграждения за 12 месяцев ответчиком и произведена уплата страховых взносов.

Таким образом задолженность по заработной плате, подлежащая взысканию с ответчика составит 19446,04 рублей (расчет: 18 рабочих дней в июле 2019 г., начиная с 08.07.2019 г. (т.к. 06 и 07 июля – выходные) по пятидневной рабочей неделе, имеющейся у истца, 20 рабочих дней в августе на момент вынесения решения суда – 28.08.2019 г., итого 38 дней; июль: 11495 : 22 раб. дней в месяце = 522,50 х 18 дн. (неоплаченных ответчиком) = 9405 рублей, август: 11 495 : 23 рабочих дней в месяце = 499,78 руб. х 20 дн. = 9995,65, итого: 9995,65 + 9405,00 = 19400,65 рублей (либо расчет июль: 11495 х 18 : 22 = 94056 рублей, август: 11 495 х20 : 23 = 9995, 65 рублей, итого 19400,65 рублей).

Именно указанная сумма задолженности по заработной плате подлежит взысканию в пользу истца за период с 08.07.2019 г. по 28.08.2019 г. включительно, поскольку со стороны ответчика доказательств выплаты истцу заработной платы за указанный период времени, суду не предоставлено.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Разрешая требования о взыскании денежной компенсации морального вреда, учитывая допущенное ответчиком нарушение трудовых прав истца, характер и объем причиненных нравственных страданий, требования разумности и справедливости, суд полагает, что с общества с ограниченной ответственностью «НПМК» пользу ФИО6 подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 5 000 рублей.

В судебном заседании истец ранее заявленные исковые требования уточнил, отказавшись от требования о признании приказа об увольнении от 24.02.2015 г. № 3617-ЛС незаконным и обязании ответчика о перечислении в пенсионный фонд взносов, данный отказ принимается судом, поскольку не противоречит обстоятельствам дела и не нарушает чьих-либо прав, включая права истца и ответчика.

Истцом заявлено требование о взыскании в его пользу произведенных им судебных расходов на сумму 25 000 рублей.

Как следует из представленного соглашения от 16.07.2019 г. судом установлено, что ИП ФИО8, именуемая как исполнитель и истец как заказчик пришли к соглашению, что исполнитель обязуется оказать посредством привлечения ФИО7, юридические услуги по консультации без ограничения из количества на всем периоде рассмотрения гражданского дела, составление искового заявления к ООО «Николаевская ПМК» об установлении факта трудовых отношений, восстановлении на работе, взыскании оплаты за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, участие в судебных заседаниях суда первой инстанции без ограничения их количества (л.д.7,9).

Согласно квитанции ИП ФИО8 к приходному кассовому ордеру № 53 от 16.07.2019 г. от ФИО6 приняты денежные средства в сумме 25 000 рублей за консультацию, составление искового заявления, беседы в суде, участие в судебном заседании (л.д.7-8).

В силу положений п. 1 ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 ГПК РФ, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в частности: расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии с ч.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Право истца на представительство своих интересов закреплено положениями ст.54 ГПК РФ, которое истец реализовал в связи с отсутствием у него необходимой юридической квалификации, и для необходимости принятия его иска судебным органом последнему потребовался факт обращения к лицу, имеющему юридические познания в указанной области.

В соответствии с п.2 Постановления Пленума Верховного суда РФ № 1 от 21.01.2016 г. «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрение дела» указано, что расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем (далее также - истцы) в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления (далее также - иски) в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Указанные обстоятельства нашли свое подтверждение при рассмотрении дела в суде и последующего вынесения решения суда.

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (п.10 Постановления Пленума).

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ) (п.11).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ) (п.12).

При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п.13).

Таким образом для решения вопроса о разумности и обоснованности размера понесенных истцом судебных расходов необходимо учитывать объем дела и его сложность, характер возникшего спора, объем оказанной правовой помощи, непосредственное участие представителя истца в заседаниях суда и их количество.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17 июля 2007 года № 382-О-О обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Т.е. при разрешении вопроса о взыскании судебных расходов юридически значимым является установление связи указанных расходов с рассмотрением дела, их необходимости, разумности, исходя из цен, которые обычно устанавливаются за данные услуги.

Согласно правоприменительной практике Европейского суда по правам человека заявитель имеет право на компенсацию судебных расходов и издержек, если докажет, что они были понесены в действительности и по необходимости и являются разумными по количеству. Европейский суд исходит из того, что если дело велось через представителя, то предполагается, что у стороны в связи с этим возникли определенные расходы, и указанные расходы должны компенсироваться за счет проигравшей стороны в разумных пределах.

При этом разумные пределы расходов являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом обстоятельств дела, сложности и продолжительности судебного разбирательства, сложившегося в данной местности уровня оплаты услуг адвокатов (иных представителей) по представлению интересов доверителей в судебном процессе.

Как установлено судом из анализа материалов дела, исковое заявление предъявлено в суд 16.07.2019 г., решение суда вынесено 28.08.2019 г., при рассмотрении дела судом представитель истца ФИО6 – ФИО7 по его письменному ходатайству участвовал в рассмотрении дела три раза - при проведении подготовки 05.08.2019 г., в судебном заседании 15.08.2019 г. и в судебном заседании 28.08.2019 г., что следует из анализа материалов дела.

Объем материалов, представленных от истца ФИО6 в суд при предъявлении иска 16.07.2019 г. и впоследствии в судебное заседание являлся минимальным, но дело, исходя из характера возникших отношений и имеющейся доказательственной базы, являлось сложным.

В связи с чем в силу положений ст. ст. 98, 100 ГПК РФ суд приходит к выводу что заявитель имеет право на возмещение данных затрат, и с учетом установленных по делу обстоятельств, принимая во внимание продолжительность рассмотрения дела и сложность дела, ценность защищаемого права, объем произведенной представителем работы, а именно произведенная подготовка к подаче иска в суд в виде консультации по делу, подготовка искового заявления и участие представителя в порядке ст.54 ГПК РФ в 3-х судебных заседаниях, что подтверждено как представленным соглашением об оказании юридических услуг ИП ФИО8 посредством привлечения ее работника ФИО7 к исполнению данных обязательств от 16.07.2019 г., так и квитанцией об оплате стоимости услуг на сумму 25 000 рублей от 16.07.2019 г., с учетом принципа разумности и справедливости, полагает возможным удовлетворить понесенные истцом судебные издержки, указанная сумма не признается судом чрезмерной с учетом того, что исковые требования удовлетворены, что дает право истцу с учетом фактического несения истцом данных судебных расходов и требований разумности, право на компенсацию понесенных им затрат в сумме 25 000 рублей.

Внесение истцом в рамках соглашения от 16.07.2019 г. денежной суммы в размере 25 000 рублей не свидетельствует о незаконности требования истца о взыскании в его пользу понесенных по делу судебных расходов, поскольку ответчиком не представлено доказательств, ставящих под сомнение внесение денежных средств истцом 16.07.2019 г. в сумме 25 000 рублей, как произведенных в рамках ранее заключенного соглашения об оказании юридических услуг от 16.07.2019 г., кроме того в материалы дела ответчиком не представлено никаких доказательств чрезмерности заявленных судебных расходов ввиду иного размера цен, сложившихся по оплате подобных услуг на территории Николаевского района Хабаровского края, либо по каким-либо иным критериям.

В соответствии со ст.103 Гражданского процессуального кодекса РФ с Общества с ограниченной ответственностью «НМПК» подлежит взысканию в местный бюджет государственная пошлина в сумме 933,38 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО6 к Обществу с ограниченной ответственностью «НПМК» об установлении факта трудовых отношений с ООО «НПМК» с 25.02.2016 г., восстановлении на работе в должности оператора-манипулятора с 06.07.2019 г., взыскании оплаты за время вынужденного прогула с 06.07.2019 г. по день вынесения решения суда, компенсации морального вреда в сумме 50 000 рублей, взыскании судебных расходов, удовлетворить в части.

Установить факт трудовых отношений между Обществом с ограниченной ответственностью «НПМК» и ФИО6 с 01.03.2015 г. 

Возложить обязанность на Общество с ограниченной ответственностью «НПМК» заключить с ФИО6 бессрочный письменный трудовой договор, внести в трудовую книжку ФИО6 запись о приеме на работу 01 марта 2015 года в должности водителя погрузчика.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «НПМК» (ИНН/КПП: 

<

***>/272101001, ОГРН 

<

***>, дата регистрации юридического лица: 23.10.2014 г. в Инспекции Федеральной налоговой службы по Железнодорожному району г. Хабаровска, юридический адрес: 

<

...>) в пользу ФИО6 задолженность по заработной плате в размере 19446,04 рублей, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, а всего взыскать 24446 (двадцать четыре тысячи четыреста сорок шесть) рублей 04 (четыре) копеек.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «НПМК» (ИНН/КПП: 

<

***>/272101001, ОГРН 

<

***>, дата регистрации юридического лица: 23.10.2014 г. в Инспекции Федеральной налоговой службы по Железнодорожному району г. Хабаровска, юридический адрес: 

<

...>) в пользу ФИО6 судебные расходы в размере 25 000 (двадцать пять тысяч) 00 (ноль) копеек.

В удовлетворении исковых требований ФИО6 к Обществу с ограниченной ответственностью «НПМК» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула - отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «НПМК» (ИНН/КПП: 

<

***>/272101001, ОГРН 

<

***>, дата регистрации юридического лица: 23.10.2014 г. в Инспекции Федеральной налоговой службы по Железнодорожному району г. Хабаровска, юридический адрес: 

<

...>) в доход бюджета Николаевского муниципального района Хабаровского края государственную пошлину в размере 933 (девятьсот тридцать три) рублей 38 (тридцать восемь) копеек.

Решение может быть обжаловано в Хабаровский краевой суд через Николаевский-на-Амуре городской суд Хабаровского края в течение месяца с момента вынесения мотивированного решения суда.

Мотивированное решение суда изготовлено 30 августа 2019 года.

Судья Е.Н. Головина