Дело № 12-51/2020

РЕШЕНИЕ

24 сентября 2020 года г. Горно-Алтайск

Судья Верховного Суда Республики Алтай Плотникова М.В., рассмотрев в судебном заседании жалобу потерпевшего ФИО3 

<

В.Р.>, жалобу должностного лица, составившего протокол - инспектора ГИАЗ ОР ДПС ГИБДД МВД по Республике ФИО4 

<

А.В.> на постановление судьи Майминского районного суда Республики Алтай от 

<

дата> по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.24 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации в отношении ФИО1, 

УСТАНОВИЛ:

Постановлением Майминского районного суда Республики Алтай от 

<

дата> производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации (далее – КоАП РФ) за отсутствием состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ. 

Не согласившись с указанным постановлением, ФИО3 обратился в Верховный суд Республики Алтай с жалобой, в которой просил постановление отменить, указывая, что суд исключил из числа доказательств заключение судебно-медицинской экспертизы от 

<

дата> №, заключение автотехнической экспертизы от 

<

дата> №. К показаниям свидетеля ФИО2 суд отнесся критически, указав, что они опровергаются полностью имеющимися доказательствами. Также указал, что он двигался на автомобиле «

<

данные изъяты> со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>. При объезде впереди стоящего автомобиля 

<

данные изъяты> предварительно убедившись в безопасности маневра, включил указатель левого поворота, выехал на полосу встречного движения и увидел встречный автомобиль «

<

данные изъяты> которого до этого не было. Во избежание столкновения с встречным автомобилем, действовал в условиях крайней необходимости, выехал за пределы проезжей части в левый кювет, где допустил наезд на снежный вал. Вернуться на свою полосу не мог, так как там находился автомобиль 

<

данные изъяты> и дорожные рабочие. Водитель встречного автомобиля «

<

данные изъяты> двигался с превышением безопасной скорости, увидев автомобиль на своей полосе не принял должных мер к снижению скорости вплоть до остановки, продолжил движение без снижения скорости, неверно оценил дорожную ситуацию и в нарушение требований п. 10.1 ПДД РФ изменил траекторию движения своего автомобиля, повернув вправо. В нарушение требований п. 9.9 ПДД РФ выехал на правую обочину, по ходу своего движения, продолжил движение и допустил наезд на его автомобиль. Экспертизой подтверждено, что ему причинены телесные повреждения и они расцениваются как повлекшие легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья на срок до 21 дня включительно. Суд, исключая заключение данной экспертизы и заключение автотехнической экспертизы от 

<

дата> № указал, что они получены с нарушением закона, при назначении указанных экспертиз нарушены права ФИО1, предусмотренные ч. 4 ст. 26.4, ст. 25.1, ст. 25.2 КоАП РФ. При этом судом не указано, что аналогично нарушены права ФИО3, предусмотренные ст. 25.2, 26.4 КоАП РФ, как потерпевшего по делу. Показания свидетеля ФИО2 исключены необоснованно, они опровергаются лишь показаниями свидетеля ФИО1, являющегося супругом ФИО1 Экспертом установлено, что в момент выезда «

<

данные изъяты>» на полосу встречного движения, расстояние между автомобилями было не более 96 м. Водитель автомобиля «

<

данные изъяты> располагал технической возможностью предотвратить столкновение путем продолжения движения в пределах проезжей части.

Также не согласился с указанным постановлением инспектор ГИАЗ ОР ДПС ГИБДД МВД по Республике Алтай ФИО4, который в жалобе указал, что решение незаконно, необоснованно и подлежит отмене в связи с нарушением норм материального права. В основу решения положен вывод о том, что нарушен порядок проведения экспертизы, что повлекло недопустимость указанного доказательства, тогда как результаты экспертиз являются основополагающими для правильной квалификации действий лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении. А также то, что в действиях ФИО1 отсутствует нарушение п. 10.1 ПДД РФ, с чем также согласиться нельзя и нельзя признать такие выводы правильными. Право окончательной юридической квалификации действий (бездействия) лица, КоАП РФ относит к полномочиям судьи. При возникших сомнениях в выводах эксперта или законности экспертизы в части её получения и назначения, суд имел возможность назначить судебную экспертизу, руководствуясь ст. 2.4 КоАП РФ. Вывод о том, что в постановлении о назначении экспертиз не содержится подписи о разъяснении прав и обязанностей ФИО1, предусмотренных ст. 25.1, 25.2 КоАП РФ, не могли быть приняты судом, так как постановления о назначении экспертиз не составлялись. Также КоАП РФ не предусмотрена обязанность под роспись знакомить участников с данными статьями при назначении экспертизы в определении о назначении экспертизы. С доводами о лишении ФИО1 прав, предусмотренных ст. 26.4 КоАП РФ, также нельзя согласиться, поскольку она могла воспользоваться своими правами и при ознакомлении с определениями о назначении экспертиз и заключениями экспертов, однако, ходатайств об этом не заявляла. Проведение экспертиз было поручено не конкретному эксперту, а БУЗ РА «Бюро судебно-медицинской экспертизы». До момента составления протокола по делу об административном правонарушении по ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ, участники были ознакомлены с определениями о назначении экспертиз и с заключениями экспертов, что подтверждается их подписями в данных документах, где также каких-либо ходатайств и возражений по поводу проведенных экспертиз не заявлено, а также им были разъяснены права, предусмотренные ст.ст. 17.9, 25.1, 25.2, 26.4 КоАП РФ. Ознакомить под роспись участников ДТП с определениями о назначении экспертиз не представлялось возможным, поскольку из-за ситуации с коронавирусом введен режим самоизоляции и запрет на посещение, в связи с чем участники ДТП уведомлялись о назначении экспертиз посредством телефонной связи, им были оглашены все поставленные на разрешение экспертом вопросы. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять все возможные меры к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства. В заключении экспертов № и № указано, что при условии движения автомобиля Хонда со скоростью 70 км/ч водитель мог предотвратить столкновение с автомобилем Тойота, дав ему возможность выйти за пределы полосы своего движения. То есть располагал технической возможностью предотвратить столкновение, при условии прямолинейного движения, то есть в пределах своей проезжей части (даже без торможения) до момента, когда автомобиль Хонда достигнет линии движения автомобиля Тойота. Из объяснений ФИО1 следует, что она уходила от столкновения на обочину, в кювет. В материалах дела имеются достаточные сведения, подтверждающие нарушение водителем ФИО1 п. 10.1 ПДД РФ. 

Исследовав материалы дела об административном правонарушении, доводы жалобы, заслушав потерпевшего ФИО3 и его защитника Адеева А.А., инспектора ФИО4, поддержавших доводы жалоб, прихожу к следующему выводу. 

Из материалов дела об административном правонарушении следует, что 

<

дата> инспектором ГИАЗ ОР ДПС ГИБДД МВД по РА в отношении ФИО1 составлен протокол по делу об административном правонарушении, согласно которому 

<

дата> в 15 час. на 0 км.+700 м. автодороги 

<

данные изъяты>», ФИО1 управляла автомобилем «

<

данные изъяты>, со стороны 

<

адрес> в направлении к 

<

адрес>. При возникновении опасности для движения в виде выехавшего на ее полосу движения автомобиля «

<

данные изъяты>, под управлением ФИО3, не приняла все возможные меры к снижению скорости, вплоть до остановки своего транспортного средства, применив маневрирование в направлении к автомобилю «

<

данные изъяты>», в результате чего допустила с ним столкновение, в правом по ходу движения кювете, тем самым нарушив п. 1.3, 10.1 ПДД РФ. 

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы от 

<

дата> № ФИО3 в результате ДТП причинен легкий вред здоровью, тем самым ФИО1 нарушила п. 1.5 ПДД РФ, то есть совершила административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ.

Майминским районным судом установлено, что судебно-медицинская экспертиза назначалась должностным лицом 

<

дата>; 

<

дата> им назначена автотехническая экспертиза. С определениями о назначении экспертиз ФИО1 ознакомлена 

<

дата> 

Согласно части 4 статьи 26.4 КоАП РФ до направления определения о назначении экспертизы для исполнения должностное лицо, в производстве которого находится дело об административном правонарушении, обязано ознакомить с ним лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, и потерпевшего, разъяснить им права, в том числе право заявлять отвод эксперту, право просить о привлечении в качестве эксперта указанных ими лиц, право ставить вопросы для дачи на них ответов в заключение эксперта. 

Вместе с тем сведения о том, что участники производства по делу об административном правонарушении были ознакомлены с указанными определениями, данные о том, что им разъяснились права, в том числе право заявлять отвод эксперту, право просить о привлечении в качестве эксперта указанных ими лиц, право ставить вопросы для дачи на них ответов в заключении эксперта, в материалах дела отсутствуют. 

Таким образом, районный суд обоснованно пришел к выводу о том, что при производстве и рассмотрении данного дела существенно нарушены права лица, в отношении которого ведется дело об административном правонарушении, при назначении экспертизы, и полученные заключения экспертов от 

<

дата> №, от 

<

дата> № являются недопустимыми доказательствами по делу, потому не могут быть использованы в качестве доказательств. 

Однако вывод судьи об отсутствии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, является преждевременным. 

Согласно ст. 24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях является, в том числе всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение каждого дела, разрешение его в соответствии с законом.

В соответствии со статьей 26.1 КоАП Российской Федерации по делу об административном правонарушении выяснению подлежат наличие события административного правонарушения, виновность лица в совершении административного правонарушения и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. 

Состав правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ, является материальным, следовательно, в первую очередь должно быть установлено, имел ли место сам факт правонарушения, то есть наличие события административного правонарушения, под которым понимается предусмотренное КоАП РФ противоправное деяние и наступившие последствия.

Одним из источников сведений о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих наличие состава административного правонарушения, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, является заключение эксперта (ст. 26.2 КоАП РФ). 

В соответствии с ч. 1 ст. 26.4 КоАП РФ, в случаях, если при производстве по делу об административном правонарушении возникает необходимость в использовании специальных познаний в науке, технике, искусстве или ремесле, судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, выносит определение о назначении экспертизы.

Судом не учтено, что согласно п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» право окончательной юридической квалификации действий (бездействия) лица КоАП РФ относит к полномочиям судьи.

При возникших сомнениях в выводах эксперта или законности экспертизы суд имел возможность назначить судебную экспертизу, руководствуясь ст. 26.4 КоАП РФ. 

Принимавшие участие в деле потерпевший ФИО3, его защитник Адеев А.А., инспектор ГИБДД ФИО4 пояснили, что вопрос о назначении экспертизы при рассмотрении дела на обсуждение сторон не выносился, ходатайств о назначении экспертизы не заявлялось, поскольку, мнение лиц, участвующих в рассмотрении дела об административном правонарушении, об исключении уже имеющихся в деле заключений экспертов, не выяснялось. 

Таким образом, требования статей 24.1 и 26.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях о всестороннем, полном и объективном выяснении обстоятельств дела при рассмотрении настоящего дела об административном правонарушении соблюдены не были.

В п. 4 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ закреплена возможность отмены постановления и возвращении дела на новое рассмотрение судье, в орган, должностному лицу, правомочным рассмотреть дело, в случаях существенного нарушения процессуальных требований, предусмотренных настоящим Кодексом, если это не позволило всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Поскольку установленный ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел срок давности привлечения к административной ответственности не истек, дело подлежит направлению на новое рассмотрение, в ходе которого необходимо учесть вышеизложенное. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ, судья

РЕШИЛ:

Жалобу ФИО3 

<

В.Р.>, жалобу инспектора ГИАЗ ОР ДПС ГИБДД МВД по Республике ФИО4 

<

А.В.> на постановление судьи Майминского районного суда Республики Алтай от 

<

дата> по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.24 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации в отношении ФИО1, удовлетворить. 

Постановление судьи Майминского районного суда Республики Алтай от 

<

дата> по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.24 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации в отношении ФИО1 отменить. 

Настоящее дело возвратить в суд на новое рассмотрение. 

Судья Верховного Суда

Республики Алтай М.В. Плотникова