Дело № 2-4115/2018

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

«11» октября 2018 года

Пушкинский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Зиминой А.Е.

при секретаре Коробовой А.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, 3-м лицам: нотариусу Пушкинского нотариального округа Московской области ФИО3, Управлению Росреестра по Московской области о признании недействительным договора пожизненного содержания с иждивением, о применении последствий недействительности сделки, погашении регистрационной записи о праве,

установил:

Истец ФИО1 обратился в суд с требованиями о признании недействительным договора пожизненного содержания с иждивением, заключенного 06 октября 2016 года между ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, о передаче в собственность бесплатно ФИО2, квартиры по адреcy: 

<

адрес>; о применении последствий недействительности сделки - включении квартиры, расположенной по указанному адресу, в состав наследственной массы после смерти ФИО4, о погашении записи о государственной регистрации права ответчика ФИО2 на квартиру, расположенную по указанному адресу, внесенную в ЕГРН на основании договора пожизненного содержания с иждивением от 06 октября 2016 года.

В обоснование иска указано, что истец является сыном ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей в январе 2018 года. При жизни ФИО4 была собственником двухкомнатной квартиры по адресу: МО 

<

адрес>. После смерти ФИО4 истцу стало известно, что 06.10.2016г. между матерью и ответчицей ФИО2 был заключен договор пожизненного содержания с иждивением, заверенный нотариусом ФИО5, по условиям которого квартира передана ответчицы в собственность бесплатно, а она (ответчица) обязалась уплачивать в пользу ФИО4 ежемесячное содержание в размере 10 000 рублей. Истец считает договор не соответствующим законодательству, поскольку стоимость общего объема содержания в месяц по таким договорам не может быть менее нормы, установленной законом. Кроме того, ответчицей не исполнялась обязанность по уплате в пользу ФИО4 ежемесячного содержания. Мать истца ФИО4 получала стабильный доход в виде пенсии, была обеспечена всем необходимым, сыну о нуждаемости и о таком договоре не рассказывала. Истец считает, что ФИО2 воспользовалась престарелым возрастом ФИО4, ввела ее в заблуждение относительно последствий совершенной сделки по отчуждению квартиры и своей личности, обманным путем завладела квартирой. Истец так е полагает, что ФИО4 находилась в момент совершения сделки в таком состоянии, когда не была способна понимать значение своих действий и руководить ими. По изложенным основаниям последовало обращение в суд. Требования мотивированы положениями ст.ст.166-168, 177-179, 401, 601-602 ГК РФ.

В ходе судебного разбирательства истцом ФИО1 и его представителями было заявлено ходатайство о принятии уточненного иска, которое отклонено судом как не соответствующее условиям ст.39 ГПК РФ.

В итоговом судебном заседании истец и его представители первоначально заявленные требования поддержали в полном объеме, все обстоятельства, указанные в иске, подтвердили, с учетом возражений ответчика представили письменные пояснения по иску, в которых указали, что истец и его дочь заботились о ФИО4, приходили к ней в гости, помогали по хозяйству, при этом никто из них ФИО2 никогда не заставал, никакой помощи от нее ФИО4 не видел. Сама ФИО4 никому из родственников не говорила, что хочет произвести отчуждение квартиры в пользу третьих лиц, говорила, что хочет передать квартиру по наследству сыну. Срок исковой давности истец полагает не пропущенным, поскольку о спорном договоре истцу стало известно после смерти матери. Так же истец пояснил, что еще до 2016г. мать ему говорила, что ответчица просила ее оформить договор дарения, но она отказалась. Учитывая возраст матери на день заключения договора (90 лет), гипертонию, истец полагает, что уже это свидетельствует, что она не могла подписать такой договор либо не понимала последствий этого. Сам истец последний раз видел мать примерно 19-20 июля 2017г., на ее похоронах в январе 2018г. не присутствовал по состоянию здоровья. 

В судебном заседании ответчица ФИО2 и ее представители адвокат Ларина Т.Н. и по доверенности ФИО6 исковые требования не признали, поддержали письменные возражения на иск, в которых указали, что 06.10.2016г. между ФИО4 и ФИО2 был заключен договор пожизненного содержания с иждивением, удостоверенный нотариусом. До заключения договора между у ответчицы с ФИО4 сложились хорошие отношения, они являлись соседями по лестничной площадке, при этом ФИО2 с мужем часто помогали ФИО4, так как ее родственники появлялись у нее редко. В 2015г. ФИО4 составила завещание в пользу ФИО2 В сентябре 2016г. ФИО4 обратилась к ФИО2 с просьбой взять ее на полное содержание, за что она передаст квартиру. Также ФИО4 сказала, что она уже консультировалась по этому вопросу у нотариуса. После заключения договора ФИО4 продолжала проживать в своей квартире, а ФИО2 с мужем сделала в квартире косметический ремонт, купила новый диван, тумбочку, стиральную машину, холодильник, своевременно производила за квартиру необходимые платежи, убирала квартиру, стирала, покупала продукты питания, одежду, лекарства, средства гигиены, газеты, журналы. Общение ФИО2 с ФИО4 было близким и доверительным. 27.01.2016г. ФИО4 умерла. ФИО2 с мужем взяли на себя все расходы на ритуальные услуги, организовали поминки, известили о дате похорон родственников ФИО4, но ее сын ФИО1 (истец) не пришел. Каких-либо споров относительно оспариваемого истцом договора, в том числе объема его содержания, между ФИО4 и ФИО2 никогда не возникало. ФИО2 не вводила ФИО4 в заблуждение ни относительно последствий совершенной сделки, ни относительно своей личности, и не обманывала ее. ФИО4 была грамотным, образованным, начитанным человеком, все понимала, при заключении договора была способна понимать значение своих действий и руководить ими. 

Так же стороной ответчика заявлено о применении исковой давности ко всем требованиям иска, против применения которой сторона истца возражала, полагая при этом, что срок начал течь с момента, когда истец в 2018 стал оформлять свои наследственные права.

В связи со смертью указанного в иске нотариуса ФИО5 к участию в деле привлечена нотариус Пушкинского нотариального округа ФИО3, на временное хранение которой передан архив наследственных дел.

Представители 3-х лиц, не заявляющих самостоятельные требования, нотариуса г.Пушкино и Управления Росреестра по МО в суд не явились, о слушании дела извещены.

Выслушав стороны, их представителей, свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу ст. 209 ГК РФ 1. Собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. 2. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с ч. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу ч.1. ст.421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. 

Согласно ст. 432 ГК РФ 1. Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии со ст.601 ГК РФ 1. По договору пожизненного содержания с иждивением получатель ренты - гражданин передает принадлежащие ему жилой дом, квартиру, земельный участок или иную недвижимость в собственность плательщика ренты, который обязуется осуществлять пожизненное содержание с иждивением гражданина и (или) указанного им третьего лица (лиц). 2. К договору пожизненного содержания с иждивением применяются правила о пожизненной ренте, если иное не предусмотрено правилами настоящего параграфа.

Согласно ст.602 ГК РФ 1. Обязанность плательщика ренты по предоставлению содержания с иждивением может включать обеспечение потребностей в жилище, питании и одежде, а если этого требует состояние здоровья гражданина, также и уход за ним. Договором пожизненного содержания с иждивением может быть также предусмотрена оплата плательщиком ренты ритуальных услуг. 2. В договоре пожизненного содержания с иждивением должна быть определена стоимость всего объема содержания с иждивением. При этом стоимость общего объема содержания в месяц по договору пожизненного содержания с иждивением, предусматривающему отчуждение имущества бесплатно, не может быть менее двух установленных в соответствии с законом величин прожиточного минимума на душу населения в соответствующем субъекте Российской Федерации по месту нахождения имущества, являющегося предметом договора пожизненного содержания с иждивением, а при отсутствии в соответствующем субъекте Российской Федерации указанной величины не менее двух установленных в соответствии с законом величин прожиточного минимума на душу населения в целом по Российской Федерации.

В силу ст.605 ГК РФ 1. Обязательство пожизненного содержания с иждивением прекращается смертью получателя ренты. 2. При существенном нарушении плательщиком ренты своих обязательств получатель ренты вправе потребовать возврата недвижимого имущества, переданного в обеспечение пожизненного содержания, либо выплаты ему выкупной цены на условиях, установленных статьей 594 настоящего Кодекса. При этом плательщик ренты не вправе требовать компенсацию расходов, понесенных в связи с содержанием получателя ренты.

В ходе рассмотрения дела установлено, что истец ФИО1 является сыном ФИО4, что подтверждено документально.

27.01.2018 года ФИО4 умерла.

Истец обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства в качестве наследника первой очереди.

Ответчица ФИО2 являлась соседкой ФИО4

06.10.2016 года между ФИО4 и ФИО2 был заключен договор пожизненного содержания с иждивением, который оспаривается истцом по настоящему делу.

Согласно условий этого договора, ФИО4 передала бесплатно в собственность ФИО2 принадлежащую ФИО4 на праве собственности квартиру, расположенную по адресу: МО 

<

адрес>, состоящую из двух комнат общей площадью 45,60 кв.м. (п.1 договора), а ФИО2 получила от ФИО4 указанную квартиру на условиях пожизненного содержания с иждивением (п.4 договора) и обязалась пожизненно полностью содержать ФИО4, обеспечивая ее питанием, одеждой, уходом и необходимой помощью и сохранив за ней право бесплатного пожизненного пользования указанной квартирой (п.5 договора). 

Стоимость ежемесячного материального обеспечения (питания, одежды, ухода и необходимой помощи) определена сторонами в размере 10000 рублей (п.6 договора). 

В силу п.10 договора ФИО2 осуществляет за свой счет ремонт и эксплуатацию указанной квартиры. 

Как следует из текста договора, при его заключении ФИО4 гарантирует, что она действует не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях и настоящий договор не является для нее кабальной сделкой (п.7), и что до подписания настоящего договора указанная квартира никому другому не продана, не подарена, не заложена, не обременена правами третьих лиц, в споре и под арестом не состоит (п.13). 

При заключении договора сторонам разъяснены содержания статей 602, 604, 605 ГК РФ, что нашло отражение в п.11 договора.

Договор был удостоверен нотариусом Пушкинского нотариального округа ФИО5, подписан сторонами в ее присутствии, ею установлена личность сторон, проверена их дееспособность и принадлежность отчуждаемой квартиры ФИО4 

Право собственности ФИО2 на основании указанного договора зарегистрировано в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии 11.10.2016г. с одновременной регистрацией ипотеки в силу закона, данное обременение прекращается по смерти рентодателя.

Изложенное свидетельствует о соблюдении формы договора и возникновении с момента государственной регистрации прав и обязанностей у плательщика и получателя ренты.

Так, свидетель ФИО7 показала, что ФИО4, ФИО2, и она (свидетель) являлись соседями. ФИО4 умерла в январе 2018г. При ее жизни она (свидетель) достаточно тесно общалась, поскольку та проживала одна и свидетель вместе с другими соседками ей помогали, следили, чтобы все было нормально. Относительно заключенного между ФИО4 и ФИО2 договора может пояснить, что в 2016 ФИО4 спрашивала у нее (свидетеля) совета по поводу возможности заключить такой договор. При этом она пояснила, ни сын, ни другие родственники ей не помогают. Она (свидетель) сама об этом знает, так как при ежедневном общении с ФИО4 никого из родственников она у нее не видела. Также ФИО4 говорила, что ФИО2 с мужем ей очень хорошо помогают, в связи с чем она хочет заключить договор с ними. А затем через какое-то время ФИО4 сказала, что заключила такой договор ренты. После этого свидетель видела, как ФИО2 с мужем ухаживали за ФИО4, которая была довольна уходом, никаких жалоб или недовольства с ее стороны к ФИО2 не было. Свидетель отмечает, что ФИО4 была умным человеком, несмотря на возраст, читала, смотрела телевизор, рассказывала об этом. Никаких странностей в ее поведении не было. Похороны ФИО4 организовывали и оплачивали ФИО2 с мужем, пригласили всех на поминки, которые были очень достойные. Внучка ФИО4 – дочь истца тоже приходила, сын не пришел.

Свидетель ФИО8 показала суду, что ФИО4 знала давно, она ее соседка по дому, они часто и близко общались. Сына ФИО4 – истца - тоже знает, к матери он не ходил и ей не помогал, хотя та его очень любила, помогла ему оформить пенсию, но оправдывала его, говоря о том, что он болеет. ФИО2 так же знает, она их соседка и вместе с мужем помогала ФИО4 при ее жизни, ухаживала за ней. В 2015г. ФИО4 говорила ей (свидетелю) о завещании в пользу ФИО2, так как та ей во всем помогает, а родственники нет. Потом ФИО4 сказала ей (свидетелю), что заключила с ФИО2 договор ренты. Она (свидетель) с соседкой ФИО7 часто бывали у ФИО4, по ее просьбе смотрели, как за ней ухаживает ФИО2, которой ФИО4 была очень довольна, говорила о ней только хорошее, никогда никаких жалоб не высказывала. Она (свидетель) видела, что уход действительно был очень хорошим, достойным. Она (свидетель) радовалась за бабушку. ФИО4 была грамотной, начитанной, смотрела телевизор, читала газеты и журналы, обсуждала это и с ними и Я-выми. Странностей в ее поведении не было. Свидетель как-то звонила сыну ФИО4 – истцу, говорила, что надо навестить маму, но он не приходил. Похороны и поминки организовали и оплатили Я-вы, пригласили родственников ФИО4, соседей, внучка ФИО4 была, а сын не пришел.

Истец ставит вопрос о признании договора пожизненного содержания с иждивением недействительным на основании ст.ст.166-168, 177-179, 401, 601-602 ГК РФ. 

Согласно ст.166 ГК РФ 1. Сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 2. Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. 3. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Статьей 167 ГК предусмотрено, что 1. Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. 2. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии со ст. 168 ГК РФ 1. За исключением случаев, предусмотренных п.2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», наследники праве обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал.

Одним из оснований иска ФИО1 заявлено о несоответствии стоимости объема содержания с иждивением, определенного сторонами в оспариваемом договоре, требованиям ч.2 ст.602 ГК РФ. Также в качестве основания заявленных требований истец ссылается на неисполнение ответчицей договорных обязанностей по уплате в пользу ФИО4 ежемесячного содержания.

Суд отклоняет указанные доводы как несостоятельные в силу следующего.

Как установлено в ходе рассмотрения дела, мать истца ФИО4 при жизни с требованиями об изменении, расторжении либо признании договора ренты недействительным не обращалась.

Объяснения ответчицы ФИО2 в части исполнения ею договора и отсутствия каких-либо претензий к ней со стороны ФИО4 в полном объеме были подтверждены опрошенными по ее ходатайству свидетелями ФИО7 и ФИО8, оснований не доверять которым у суд не имеется. Показания свидетелей суд принимает как допустимые, относимые и достоверные показания, поскольку свидетели, предупрежденные судом по ст.ст.181,182 УК РФ, максимально объективно описали известные каждой из них лично события, связанные с заключением ФИО4 договора ренты и его последующим исполнением ФИО2

Таким образом, в ходе рассмотрения дела совокупностью представленных стороной ответчика доказательств установлено, что ФИО4, нуждаясь в помощи и уходе, заключила при соблюдении установленного порядка оформления договор с ФИО2, которая в полной мере исполняла свои обязательства по нему. Истцом указанные выше обстоятельства не опровергнуты. 

Вместе с тем, заявленные истцом в этой части иска доводы не имеют правового значения при разрешении данного дела, поскольку истец не являлся стороной оспариваемого договора, равно как и правообладателем отчужденного имущества.

Исходя из положений ч. 2 ст. 605 ГК РФ право требования возврата недвижимого имущества, переданного в обеспечение пожизненного содержания, либо выплаты выкупной цены на условиях, установленных ст.594 ГК РФ, принадлежит только получателю ренты. 

Кроме того, неисполнение обязательств по договору пожизненного содержания с иждивением может являться основанием к расторжению такого договора, а не к признанию его недействительным. Однако в силу ч. ст.605 ГК РФ обязательство пожизненного содержания с иждивением прекращается смертью получателя ренты, что само по себе исключает разрешение таких требований, если они не были заявлены рентодателем при жизни. 

При таких обстоятельствах оснований для признания оспариваемого договора недействительным по указанным истцом доводам этой части исковых требований не имеется.

Еще одним основанием заявленных требований является довод иска о введении ответчицей матери истца ФИО4 в заблуждение (в силу ее престарелого возраста) относительно последствий совершенной сделки по отчуждению квартиры и своей личности.

Отдельным основанием иска заявлено об обмане ФИО4 со стороны ответчицы при заключении договора ренты.

Согласно ст.178 ГК РФ 1. Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. 2. При наличии условий, предусмотренных п.1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку. 3. Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной. 

В соответствии со ст.179 ГК РФ 2. Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Доводы истца в этой части требований в нарушение ст.56 ГПК РФ, положения которой неоднократно разъяснялись сторонам по данному делу, не подтверждены достаточной совокупностью допустимых доказательств, фактически все они имеют характер предположений и носят субъективный характер.

Вместе с тем, по итогам опросы стороны ответчика и свидетелей установлено, что в силу возраста и состояния здоровья ФИО4, проживающая одна, нуждалась в посторонней помощи и бытовом уходе, в связи с оказанием такой помощи со стороны семьи ФИО2 в 2015г. составила завещание в пользу ФИО2, а в 2016г. заключила с ней договор пожизненного содержания с иждивением. Изложенные обстоятельства свидетельствуют о последовательности действий ФИО4 в отношениях с ФИО2 Кроме того, в оспариваемом истцом договоре указано, что текст договора прочитан, положения соответствующих статей сторона по договору разъяснены, дееспособность сторон нотариусом проверена.

При таких обстоятельствах условий для признания договора пожизненного содержания с иждивением недействительным, предусмотренных ст.ст.178, 179 ГК РФ, судом так же не установлено.

В качестве еще одного основания иска истец указывает на то, что его мать ФИО4 на момент заключения договора имела преклонный возраст (90 лет) и страдала гипертонией, что позволяет ему утверждать, что при заключении договора она находилась в таком состоянии, когда не была способна понимать значение своих действий и руководить ими. 

Согласно ст.177 ГК РФ 1. Сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии со ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ правосудие в Российской Федерации осуществляется на основании состязательности и равноправия сторон. В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Несмотря на неоднократные разъяснения судом сторонам требований приведенных норм права, возложение бремени доказывания с учетом категории заявленного судебного спора на истца, в том числе путем назначения по делу судебной медицинской экспертизы, истец и его представители достаточной совокупности допустимых доказательств обоснованности заявленных исковых требований не представили, каких-либо достоверных сведений о наличии у ФИО4 заболеваний, влияющих на способность понимать значение своих действий и руководить ими, при этом полагали возможным рассмотрение дела по существу по представленному суду объему доказательств.

Вместе с тем, из объяснений ответчицы и показаний свидетелей следует, что ФИО4 была грамотным, образованным человеком, любила смотреть телевизионные передачи, читала газеты и журналы, обсуждала полученную информацию с соседями. Так же из объяснений всех сторон следует, что ФИО4 пыталась понять, как ей лучше оформить отношения с ФИО2, какой именно сделкой, в том числе с точки зрения баланса интересов обеих сторон.

На адекватность поведения ФИО4 также указывается и нотариусом ФИО5, которой был удостоверен договор пожизненного содержания с иждивением, что отражено в тексте договора, из которого следует, что при его заключении ФИО4 гарантирует, что она действует не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях и настоящий договор не является для нее кабальной сделкой (п.7), при заключении договора сторонам были разъяснены содержания статей 602, 604, 605 ГК РФ, что нашло отражение в п.11 договора, стороны были способны понимать смысл и значение своих действий, в дееспособности не ограничены и не признаны недееспособными, о чем заявлено сторонами в присутствии нотариуса при подписании договора. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии достаточных доказательств того, что оспариваемая сделка имеет порок воли, в силу чего не находит оснований для применения к оспариваемой сделке положений ст.177 ГК РФ.

Относительно доводов сторон по заявлению ответчика о пропуске истцом срока исковой давности по указанным требованиям суд приходит к следующим выводам.

Как указано выше, истцом заявлены требования о признании недействительным договора пожизненного содержания с иждивением, заключенного 06.10.2016 года, по основаниям, предусмотренным ст.ст.168, 177, 178, 179 ГК РФ.

Согласно ст.195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с ч.2 ст.181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. 

В силу ч.1 ст.200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как следует из материалов дела, договор пожизненного содержания с иждивением был заключен ФИО4 06 октября 2016 года, следовательно, с этой даты исчисляется срок исковой давности по требованиям о признании данного договора недействительным по основаниям оспоримости. 

Иск заявлен 26.07.2018, то есть по истечении срока исковой давности.

Доводы истца о том, что срок давности начал течь с момента, когда он стал оформлять свои наследственные права, судом отклонены как не имеющие под собой правовой основы.

Статьей 201 ГК РФ предусмотрено, что перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

Согласно п.73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

В пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» указано, что по смыслу ст.201 ГК РФ переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления. В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном ст.200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. Таким образом, предъявление наследником после смерти наследодателя иска о признании недействительной совершенной им сделки, в случае, когда самим наследодателем сделка не оспаривалась, не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Иных доводов, влияющих на изложенные выводы суда, истцом не заявлено, в ходе рассмотрения дела в свете доводов иска и поступивших от ответчика возражений судом не установлено.

Требования иска о применении последствий недействительности сделки - включении квартиры, расположенной по указанному адресу, в состав наследственной массы после смерти ФИО4; о погашении записи о государственной регистрации права ответчика ФИО2 на квартиру, расположенную по указанному адресу, внесенную в ЕГРН на основании договора пожизненного содержания с иждивением от 06 октября 2016 года - являются производными, в связи с чем судом так же отклоняются.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, 3-м лицам: нотариусу Пушкинского нотариального округа Московской области ФИО3, Управлению Росреестра по Московской области о признании недействительным договора пожизненного содержания с иждивением, о применении последствий недействительности сделки, погашении регистрационной записи о праве оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Пушкинский городской суд Московской области в течение одного месяца со дня принятия мотивированного решения – 29.10.2018.

Судья: