Дело № 2-2447/2018 10 октября 2018 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Октябрьский районный суд г. Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи А.А. Токарь,

при секретаре А.М. Волковой,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФКУ «Военный комиссариат города Санкт-Петербурга» об установлении фактов совместного проживания, ведения общего хозяйства и нахождения на иждивении, обязании назначить пенсию по случаю потери кормильца, 

у с т а н о в и л:

Истица обратилась в Октябрьский районный суд Санкт-Петербурга, указав, что с 18.01.1975 состояла в зарегистрированном браке с ФИО2, который являлся пенсионером Министерства обороны РФ с 22.09.1993, с 1994 года постоянно совместно с ним проживала по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, вела общее хозяйство, супруги совместно распоряжались общими доходами, между тем, ФИО2 с целью оградить престарелую мать - собственницу квартиры по адресу: 

<

адрес>, от посягательства мошенников 27.02.2004 зарегистрировался в указанной квартире, продолжая фактически проживать постоянно совместно с истицей в квартире по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>.

19.11.2009 истице в связи с достижением пенсионного возраста пожизненно была назначена страховая пенсия по старости в размере 2 869 рублей 69 копеек, однако основным источником существования истицы была военная пенсия мужа, которая всегда в несколько раз превышала размер её социальной пенсии по старости. 01.06.2017 ФИО2 умер, на дату смерти страховая пенсия по старости истицы составляла 6 647 рублей 18 копеек, размер пенсии ФИО2 - 26 205 рублей 77 копеек, то есть 79% от общего дохода семьи, таким образом, пенсия ФИО2 являлась основным источником существования для истицы - нетрудоспособного пенсионера. Полагая эти обстоятельства достаточными для назначения пенсии по случаю потери кормильца, истица обратилась в Центр социального обеспечения ФКУ «Военный комиссариат Санкт-Петербурга» с соответствующим заявлением, приложив к нему пакет необходимых документов, но по результатам их рассмотрения истице в устной форме дано разъяснение о необходимости представить документ, подтверждающий нахождение на иждивении мужа. С целью подтверждения данного обстоятельства и права на получение пенсии по случаю кормильца истица с учётом последующих уточнений просила установить факт совместного проживания и ведения общего хозяйства истицы и ФИО2, факт нахождения на иждивении ФИО2 и обязать ответчика назначить ей пенсию по случаю потери кормильца с 01.07.2017 пожизненно.

Представитель ФКУ «Военный комиссариат города Санкт-Петербурга», не оспаривая фактов совместного проживания и ведения общего хозяйства истицы с умершим ФИО2, просил отказать в удовлетворении требований об установлении факта нахождения ФИО1 на иждивении ФИО2 и обязании назначить с 01.07.2017 пожизненно пенсию по случаю потери кормильца, ссылаясь на то, что в юридически значимый период, а именно 12 месяцев, предшествовавших смерти ФИО2, доходы истицы были незначительно меньше доходов умершего мужа, доля помощи, которая, по мнению ответчика, поступала от него истице составляла 13 рублей 86 копеек в месяц, являлась незначительной, следовательно, оснований полагать, что она находилась на иждивении умершего ФИО2 не имеется, кроме того, её ежемесячный самостоятельный доход превышал величину прожиточного минимума, установленного Правительством Санкт-Петербурга для пенсионеров в спорный период.

В судебное заседание истица и её представители явились, уточнённые требования поддержали в полном объёме.

Представитель ответчика в судебное заседание явился, просил в удовлетворении иска отказать.

Представитель ОПФ России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, привлечённый к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, уведомленный в соответствии с правилами, установленными ст. 113 ГПК РФ, в судебное заседание не явился, о причинах неявки суду не сообщил, не просил о рассмотрении дела в его отсутствие. Руководствуясь положениями ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав объяснения явившихся лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Истица с 18.01.1975 состояла в зарегистрированном браке с ФИО2, который с 22.09.1993 являлся пенсионером Министерства обороны Российской Федерации, 01.06.2017 ФИО2 умер (л.д. 10 - 12 том I). ФИО1 обратилась к ответчику с заявлением о назначении пенсии по случаю потери кормильца, получила устное разъяснение о необходимости подтверждения факта нахождения на иждивении умершего.

В соответствии с частью 1 и пунктом 2 части 2 статьи 264 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций, в том числе рассматривает дела об установлении факта нахождения на иждивении.

Суд устанавливает факты, имеющие юридическое значение только при невозможности получения заявителем в ином порядке надлежащих документов, удостоверяющих эти факты, или при невозможности восстановления утраченных документов (ст. 265 названного Кодекса).

Для установления факта нахождения лица на иждивении умершего пенсионера Министерства обороны РФ необходимы условия, предусмотренные со статьей 31 Закона Российской Федерации от 12.02.1993 N 4468-1 "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей", а именно: 1) он должен являться членом семьи умершего; 2) находиться на полном содержании или получать от него помощь, которая была для него постоянным и основным источником средств к существованию. 

Из материалов дела усматривается, что на 01.06.2017 (на дату смерти) ФИО2 получал пенсию за выслугу лет по линии Министерства обороны РФ в размере 26 205 рублей 77 копеек, страховую пенсию по старости в размере 3 716 рублей 13 копеек и социальную доплату к ней до прожиточного минимума неработающим гражданам в городе Москве в сумме 464 рубля 38 копеек, то есть его совокупный доход составлял 30 386 рублей 28 копеек в месяц (л.д. 15, 105, 197 том I).

ФИО1 на день смерти мужа являлась получателем страховой пенсии по старости в сумме 6 901 рубль 86 копеек, социальной выплаты пенсионерам в соответствии с п. 2 ст. 66 гл. 14 Социального кодекса Санкт-Петербурга в размере 3 686 рублей 29 копеек, а также заработной платы в сумме 45 505 рублей 45 копеек, при этом с её пенсии производились удержания на основании постановления судебного пристава-исполнителя ежемесячно в размере 3270 рублей 34 копейки, таким образом, её совокупный доход составлял 52 823 рубля 26 копеек в месяц (л.д. 152, 186, 193, 194 том I).

Как разъяснено в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 21 июня 1985 года N 9 "О судебной практики по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение", установление факта нахождения лица на иждивении умершего имеет значение, в том числе для возмещения вреда, если оказываемая помощь являлась для заявителя постоянным и основным источником средств к существованию. В тех случаях, когда заявитель имел заработок, получал стипендию, пенсию и т.п., необходимо выяснять, была ли помощь со стороны лица, предоставлявшего содержание, постоянным и основным источником средств к существованию заявителя.

При подсчёте совокупного дохода супругов за период 12 месяцев, предшествовавших смерти ФИО2, с 01.06.2016 по 01.06.2017, совокупный годовой доход ФИО2 составил 354 999 рублей 80 копеек, совокупный годовой доход истицы за этот же период составил даже с учётом ежемесячных удержаний - 354 666 рубля 99 копеек. Из изложенного следует, что доход ФИО2 в юридически значимый период не являлся постоянным и основным источником средств к существованию истицы, и на иждивении умершего мужа она не находилась. Доводы представителей истицы о том, что ФИО1 ранее, до трудоустройства в ГБДОУ Детский сад компенсирующего вида Адмиралтейского района, и получения заработной платы находилась на иждивении мужа, а также о том, что ФИО2, помимо социальной пенсии и пенсии за выслугу лет получал при жизни заработную плату суд отклоняет, поскольку доказательств в подтверждение того, что ФИО2 в период 12 месяцев до смерти работал и получал заработную плату в размере, составляющем основной доход семьи суду не представлено, при этом истица в этот период была трудоустроена, получала помимо пенсии и социальной выплаты заработную плату, то есть самостоятельно себя обеспечивала, иждивенкой не являлась.

Учитывая установленные в ходе судебного следствия обстоятельства, правовые основания для установления факта нахождения на иждивении умершего ФИО2 и обязании ответчика назначить ей пожизненно, начиная с 01.06.2017, пенсию по случаю потери кормильца отсутствуют, а её требования в указанной части подлежат отклонению.

Разрешая требования ФИО1 об установлении факта совместного проживания и ведения общего хозяйства с умершим ФИО2, суд принимает во внимание объяснения истицы, которые в силу ст. 55 ГПК РФ являются доказательствами по делу, о том, что она совместно с мужем и тремя детьми с 1994 года проживала в квартире по адресу: Санкт-Петербург пер Макаренко, д. 15/147, кв. 29, не взирая на отсутствие регистрации ФИО2 по данному адресу, считает эти объяснения истицы правдивыми. Кроме того, факт совместного проживания в вышеуказанной квартире и ведения общего хозяйства истицы и её умершего супруга подтвердили допрошенные в качестве свидетелей ФИО3, ФИО4 и ФИО5, показавших, что ФИО6 проживали совместно, растили и воспитывали детей, а впоследствии заботились о внуках, вели общее хозяйство, заботились друг о друге.

Оснований не доверять показаниям допрошенных свидетелей у суда не имеется, поскольку они последовательны, не противоречат иным собранным по делу доказательствам, свидетели не имеют заинтересованности в исходе дела, предупреждены об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 УК РФ, за дачу заведомо ложных показаний. 

Принимая во внимание, что ответчиком факт совместного проживания и ведения общего хозяйства ФИО1 и ФИО2 не опровергнут, суд считает необходимым требования в части установления факта совместного проживания и ведения общего хозяйства истицы и уё умершего мужа удовлетворить.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Установить факт совместного проживания и ведения общего хозяйства ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего 01.06.2017.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня составления судом мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через суд, вынесший решение.

Мотивированное решение составлено 08.11.2018.

Судья: (подпись)