Дело № 1-43/20 (78RS0014-01-2019-009111-95)

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Санкт-Петербург 30 января 2020 года.

Московский районный суд города Санкт-Петербурга в составе: 

председательствующего судьи В.В. Ковалёвой,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Московского района города Санкт-Петербурга Ю.Е. Никулкиной,

при секретарях – О.А. Максимюк, Ф.А. Азимовой

подсудимого ФИО22,

его защитника – адвоката И.А. Алексеева,

подсудимого ФИО21,

его защитника – адвоката А.И. Щербакова, 

подсудимого Д.М.о. ФИО23,

его защитника - адвоката А.С. Стрепетова, 

рассмотрев материалы уголовного дела №1-43/20 в отношении: 

ФИО22, 

<

данные изъяты> судимого:

25 декабря 2017 года приговором Невского районного суда г. Санкт-Петербурга по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 1 году 9 месяцам лишения свободы, условно, с испытательным сроком на 2 года, содержавшегося под стражей с 16 июля 2016 года по 13 марта 2017 года, 

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, 

ФИО21, 

<

данные изъяты>, не судимого, 

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, 

ФИО23, 

<

данные изъяты>, не судимого:

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, 

Установил:

ФИО22, ФИО21, ФИО23 каждый совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, а именно: 

ФИО22 не позднее 19 часов 00 минут 30 апреля 2019 года, имея корыстный умысел на совершение тайного хищения чужого имущества, вступил в преступный сговор с ФИО21 и Д.М.о. ФИО23 на совершение кражи автомобиля «Киа Soul PS» (Киа ФИО24) государственный регистрационный знак №. Преступная группа характеризовалась распределением преступных ролей, слаженностью, координацией и конспирацией преступных действий между соучастниками, наличием материально-технического обеспечения преступной деятельности, планом и механизмом совершения преступления. Во исполнение единого преступного умысла, направленного на хищение указанного автомобиля и дальнейшее распоряжением им по своему усмотрению, из корыстных побуждений, в период времени с 19 часов 00 минут 30 апреля 2019 года до 21 часа 30 минут 02 мая 2019 года, находясь у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге, согласно заранее достигнутых друг с другом договоренностей и распределению ролей, полагая, что за их действиями никто не наблюдает, с помощью заранее заготовленных инструментов и приспособлений для вскрытия замков и дверей автомобилей, неустановленным способом совместными действиями открыли автомобиль «Киа Soul PS» (Киа ФИО24) государственный регистрационный знак №, стоимостью 650 000 рублей, принадлежащий ФИО2 и припаркованный по вышеуказанному адресу, после чего неустановленным способом запустили двигатель указанного автомобиля, начали движение, скрылись с места преступления и передвигались на похищенном автомобиле по г. Санкт – Петербургу и Ленинградской области. С целью конспирации своих действий, сокрытия преступления от собственника и иных лиц, в неустановленном месте по пути следования сняли с похищенного автомобиля регистрационные знаки, установив подменные регистрационные знаки «№». При этом, согласно заранее распределённым ролям, ФИО21, являясь одним из активных участников группы, являлся водителем похищаемого автомобиля, то есть непосредственным исполнителем преступления, ФИО22, поддерживая сотовую связь с ФИО21, являлся координатором действий последнего, находился в автомобиле сопровождения, контролировал действия ФИО21, давал указания и поручения по маршруту следования от места преступления. В это время Д.М.о. ФИО23, согласно отведённой ему роли, находился за рулём автомобиля сопровождения, следил за обстановкой, контролировал и координировал действия участников группы, обеспечивал непрерывный процесс хищения автомобиля с целью недопущения срыва запланированного преступления со стороны собственника и иных лиц. В продолжение общего преступного умысла, ФИО22 совместно с ФИО21 и Д.М.о. ФИО23 поместили похищенный автомобиль на платную автомобильную стоянку, расположенную по адресу: 

<

...> таким образом, тайно похитили принадлежащий ФИО2 вышеуказанный автомобиль, распорядились похищенным по своему усмотрению, причинив потерпевшей своими совместными и слаженными действиями материальный ущерб в крупном размере на сумму 650 000 рублей.

При этом лично ФИО22 вступил в преступный сговор с ФИО21 и Д.М.о. ФИО23 на совершение тайного хищения чужого имущества, в соответствии с распределением ролей в период времени с 19 часов 00 минут 30 апреля 2019 года до 21 часа 30 минут 02 мая 2019 года, находясь у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге из корыстных побуждений, тайно похитил автомобиль «Киа Soul PS» (Киа ФИО24) государственный регистрационный знак №, стоимостью 650 000 рублей, принадлежащий ФИО2, скрылся с похищенным с места преступления, поддерживал сотовую связь с ФИО21, являлся координатором действий последнего, находился в автомобиле сопровождения, контролировал действия ФИО21, давал указания и поручения по маршруту следования от места преступления, причинил ФИО2 своими действиями материальный ущерб в крупном размере на сумму 650 000 рублей.

При этом лично ФИО21 вступил в преступный сговор с ФИО22 и Д.М.о. ФИО23 на совершение тайного хищения чужого имущества, в соответствии с распределением ролей в период времени с 19 часов 00 минут 30 апреля 2019 до 21 часа 30 минут 02 мая 2019 года, находясь у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге из корыстных побуждений, тайно похитил автомобиль «Киа Soul PS» (Киа ФИО24) государственный регистрационный знак №, стоимостью 650 000 рублей, принадлежащий ФИО2, скрылся с похищенным с места преступления, поддерживал сотовую связь с ФИО22, являлся водителем похищаемого автомобиля, то есть непосредственным исполнителем преступления, исполнял указания и поручения ФИО22 по маршруту следования от места преступления, с целью сокрытия преступления от собственника и иных лиц заменил на похищенном автомобиле регистрационные знаки, поместил похищенный автомобиль на платную автомобильную стоянку, значительно удалённую от места преступления, причинил ФИО2 своими действиями материальный ущерб в крупном размере на сумму 650 000 рублей.

При этом лично Д.М.о. ФИО23 вступил в преступный сговор с ФИО22 и ФИО21 на совершение тайного хищения чужого имущества, в соответствии с распределением ролей в период времени с 19 часов 00 минут 30 апреля 2019 года до 21 часа 30 минут 02 мая 2019 года, находясь у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге из корыстных побуждений, тайно похитил автомобиль «Киа Soul PS» (Киа ФИО24) государственный регистрационный знак №, стоимостью 650 000 рублей, принадлежащий ФИО2, скрылся с похищенным с места преступления, находился за рулём автомобиля сопровождения, следил за обстановкой, контролировал и координировал действия участников группы, обеспечивал непрерывный процесс хищения автомобиля с целью недопущения срыва запланированного преступления со стороны собственника и иных лиц, причинил ФИО2 своими действиями материальный ущерб в крупном размере на сумму 650 000 рублей. 

Они же, ФИО22, ФИО21, ФИО23 каждый совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, а именно:

ФИО22 не позднее 14 часов 00 минут 03 мая 2019 года, имея корыстный умысел на совершение тайного хищения чужого имущества, вступил в преступный сговор с ФИО21 и Д.М.о. ФИО23 на совершение кражи автомобиля «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак №. Преступная группа характеризовалась распределением преступных ролей, слаженностью, координацией и конспирацией преступных действий между соучастниками, наличием материально-технического обеспечения преступной деятельности, планом и механизмом совершения преступления. Во исполнение единого преступного умысла, направленного на хищение указанного автомобиля и дальнейшее распоряжением им по своему усмотрению, из корыстных побуждений, в период времени с 14 часов 00 минут 03 мая 2019 года до 13 часов 00 минут 04 мая 2019 года, находясь у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге, согласно заранее достигнутых друг с другом договоренностей и распределению ролей, полагая, что за их действиями никто не наблюдает, с помощью заранее заготовленных инструментов и приспособлений для вскрытия замков и дверей автомобилей, неустановленным способом совместными действиями открыли автомобиль «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак №, стоимостью 700 000 рублей, принадлежащий ФИО4 и припаркованный по вышеуказанному адресу, после чего неустановленным способом запустили двигатель указанного автомобиля, начали движение, скрылись с места преступления и передвигались на похищенном автомобиле по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области. С целью конспирации своих действий, сокрытия преступления от собственника и иных лиц, в неустановленном месте по пути следования сняли с похищенного автомобиля регистрационные знаки, установив подменные регистрационные знаки «№». При этом, согласно заранее распределённым ролям, ФИО21, являясь одним из активных участников группы, являлся водителем похищаемого автомобиля, то есть непосредственным исполнителем преступления, ФИО22, поддерживая сотовую связь с ФИО21, являлся координатором действий последнего, находился в автомобиле сопровождения, контролировал действия ФИО21, давал указания и поручения по маршруту следования от места преступления. В это время Д.М.о. ФИО23, согласно отведённой ему роли, находился за рулём автомобиля сопровождения, следил за обстановкой, контролировал и координировал действия участников группы, обеспечивал непрерывный процесс хищения автомобиля с целью недопущения срыва запланированного преступления со стороны собственника и иных лиц. В продолжение общего преступного умысла, ФИО22 совместно с ФИО21 и Д.М.о. ФИО23 распорядились похищенным по своему усмотрению, таким образом тайно похитили принадлежащий ФИО4 вышеуказанный автомобиль, причинив потерпевшему своими совместными и слаженными действиями у материальный ущерб в крупном размере на сумму 700 000 рублей. 

При этом лично ФИО22 вступил в преступный сговор с ФИО21 и Д.М.о. ФИО23 на совершение тайного хищения чужого имущества, в соответствии с распределением ролей в период времени с 14 часов 00 минут 03 мая 2019 года до 13 часов 00 минут 04 мая 2019 года, находясь у 

<

адрес> в г. Санкт – Петербурге из корыстных побуждений, тайно похитил автомобиль «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак №, стоимостью 700 000 рублей, принадлежащий ФИО4, скрылся с похищенным с места преступления, поддерживал сотовую связь с ФИО21, являлся координатором действий последнего, находился в автомобиле сопровождения, контролировал действия ФИО21, давал указания и поручения по маршруту следования от места преступления, причинил ФИО4 своими действиями материальный ущерб в крупном размере на сумму 700 000 рублей.

При этом лично ФИО21 вступил в преступный сговор с ФИО22 и Д.М.о. ФИО23 на совершение тайного хищения чужого имущества, в соответствии с распределением ролей в период времени с 14 часов 00 минут 03 мая 2019 года до 13 часов 00 минут 04 мая 2019 года, находясь у 

<

адрес> в г. Санкт – Петербурге из корыстных побуждений, тайно похитил автомобиль «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак №, стоимостью 700 000 рублей, принадлежащий ФИО4, скрылся с похищенным с места преступления, поддерживал сотовую связь с ФИО22, являлся водителем похищаемого автомобиля, то есть непосредственным исполнителем преступления, исполнял указания и поручения ФИО22 по маршруту следования от места преступления, с целью сокрытия преступления от собственника и иных лиц заменил на похищенном автомобиле регистрационные знаки, причинил ФИО4 своими действиями материальный ущерб в крупном размере на сумму 700 000 рублей.

При этом лично Д.М.о. ФИО23 вступил в преступный сговор с ФИО22 и ФИО21 на совершение тайного хищения чужого имущества, в соответствии с распределением ролей в период времени с 14 часов 00 минут 03 мая 2019 года до 13 часов 00 минут 04 мая 2019 года, находясь у 

<

адрес> в г. Санкт – Петербурге из корыстных побуждений, тайно похитил автомобиль «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак №, стоимостью 700 000 рублей, принадлежащий ФИО4, скрылся с похищенным с места преступления, находился за рулём автомобиля сопровождения, следил за обстановкой, контролировал и координировал действия участников группы, обеспечивал непрерывный процесс хищения автомобиля, с целью недопущения срыва запланированного преступления со стороны собственника и иных лиц, причинил ФИО4 своими действиями материальный ущерб в крупном размере на сумму 700 000 рублей.

Они же, ФИО22, ФИО21, ФИО23 каждый совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, а именно:

ФИО22 не позднее 16 часов 00 минут 19 мая 2019 года имея корыстный умысел на совершение тайного хищения чужого имущества, вступил в преступный сговор с ФИО21 и Д.М.о. ФИО23 на совершение кражи автомобиля «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак №. Преступная группа характеризовалась распределением преступных ролей, слаженностью, координацией и конспирацией преступных действий между соучастниками, наличием материально-технического обеспечения преступной деятельности, планом и механизмом совершения преступления. Во исполнение единого преступного умысла, направленного на хищение указанного автомобиля и дальнейшее распоряжением им по своему усмотрению, из корыстных побуждений, в период времени с 16 часов 00 минут 19 мая 2019 года до 07 часов 46 минут 20 мая 2019 года, находясь у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге, согласно заранее достигнутых друг с другом договоренностей и распределению ролей, полагая, что за их действиями никто не наблюдает, с помощью заранее заготовленных инструментов и приспособлений для вскрытия замков и дверей автомобилей, неустановленным способом совместными действиями открыли автомобиль «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак №, стоимостью 782 300 рублей, принадлежащий ФИО3 и припаркованный по вышеуказанному адресу, после чего неустановленным способом запустили двигатель указанного автомобиля, начали движение, скрылись с места преступления и передвигались на похищенном автомобиле по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области. С целью конспирации своих действий, сокрытия преступления от собственника и иных лиц, в неустановленном месте по пути следования сняли с похищенного автомобиля регистрационные знаки, установив подменные регистрационные знаки «№». При этом, согласно заранее распределённым ролям, ФИО21, являясь одним из активных участников группы, являлся водителем похищаемого автомобиля, то есть непосредственным исполнителем преступления, ФИО22 поддерживая сотовую связь с ФИО21, являлся координатором действий последнего, находился в автомобиле сопровождения, контролировал действия ФИО21, давал указания и поручения по маршруту следования от места преступления. В это время Д.М.о. ФИО23, согласно отведённой ему роли, находился за рулём автомобиля сопровождения, следил за обстановкой, контролировал и координировал действия участников группы, обеспечивал непрерывный процесс хищения автомобиля с целью недопущения срыва запланированного преступления со стороны собственника и иных лиц. В продолжение общего преступного умысла, ФИО22 совместно с ФИО21 и Д.М.о. ФИО23 поместили похищенный автомобиль на платную автомобильную стоянку, расположенную по адресу: 

<

...> таким образом, тайно похитили принадлежащий ФИО3 вышеуказанный автомобиль, распорядились похищенным по своему усмотрению, причинив потерпевшей своими совместными и слаженными действиями материальный ущерб в крупном размере на сумму 782 300 рублей.

При этом лично ФИО22 вступил в преступный сговор с ФИО21 и Д.М.о ФИО23 на совершение тайного хищения чужого имущества, в соответствии с распределением ролей в период времени с 16 часов 00 минут 19 мая 2019 года до 07 часов 46 минут 20 мая 2019 года, находясь у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге из корыстных побуждений, тайно похитил автомобиль «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак №, стоимостью 782 300 рублей, принадлежащий ФИО3, скрылся с похищенным с места преступления, поддерживал сотовую связь с ФИО21, являлся координатором действий последнего, находился в автомобиле сопровождения, контролировал действия ФИО21, давал указания и поручения по маршруту следования от места преступления, причинил ФИО3 своими действиями материальный ущерб в крупном размере на сумму 782 300 рублей.

При этом лично ФИО21 вступил в преступный сговор с ФИО22 и Д.М.о. ФИО23 на совершение тайного хищения чужого имущества, в соответствии с распределением ролей в период времени с 16 часов 00 минут 19 мая 2019 года до 07 часов 46 минут 20 мая 2019 года, находясь у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге из корыстных побуждений, тайно похитил автомобиль «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак №, стоимостью 782 300 рублей, принадлежащий ФИО3, скрылся с похищенным с места преступления, поддерживал сотовую связь с ФИО22, являлся водителем похищаемого автомобиля, то есть непосредственным исполнителем преступления, исполнял указания и поручения ФИО22 по маршруту следования от места преступления, с целью сокрытия преступления от собственника и иных лиц заменил на похищенном автомобиле регистрационные знаки, поместил похищенный автомобиль на платную автомобильную стоянку, значительно удалённую от места преступления, причинил ФИО3 своими действиями материальный ущерб в крупном размере на сумму 782 300 рублей.

При этом лично Д.М.о. ФИО23 вступил в преступный сговор с ФИО22 и ФИО21 на совершение тайного хищения чужого имущества, в соответствии с распределением ролей в период времени с 16 часов 00 минут 19 мая 2019 года до 07 часов 46 минут 20 мая 2019 года, находясь у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге из корыстных побуждений, тайно похитил автомобиль «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак №, стоимостью 782 300 рублей, принадлежащий ФИО3, скрылся с похищенным с места преступления, находился за рулём автомобиля сопровождения, следил за обстановкой, контролировал и координировал действия участников группы, обеспечивал непрерывный процесс хищения автомобиля с целью недопущения срыва запланированного преступления со стороны собственника и иных лиц, причинил ФИО3 своими действиями материальный ущерб в крупном размере на сумму 782 300 рублей

Они же, ФИО22, ФИО21, ФИО23 каждый совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, а именно:

ФИО22 не позднее 18 часов 30 минут 22 мая 2019 года имея корыстный умысел на совершение тайного хищения чужого имущества, вступил в преступный сговор с ФИО21 и Д.М.о. ФИО23 на совершение кражи автомобиля «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак №. Преступная группа характеризовалась распределением преступных ролей, слаженностью, координацией и конспирацией преступных действий между соучастниками, наличием материально-технического обеспечения преступной деятельности, планом и механизмом совершения преступления. Во исполнение единого преступного умысла, направленного на хищение указанного автомобиля и дальнейшее распоряжением им по своему усмотрению, из корыстных побуждений, в период времени с 18 часов 30 минут 22 мая 2019 года до 07 часов 00 минут 23 мая 2019 года, находясь у 

<

адрес>. в г. Санкт – Петербурге, согласно заранее достигнутых друг с другом договоренностей и распределению ролей, полагая, что за их действиями никто не наблюдает, с помощью заранее заготовленных инструментов и приспособлений для вскрытия замков и дверей автомобилей, неустановленным способом совместными действиями открыли автомобиль «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак №, стоимостью 800 000 рублей, принадлежащий ФИО5, припаркованный по вышеуказанному адресу, после чего неустановленным способом запустили двигатель указанного автомобиля, начали движение, скрылись с места преступления и передвигались на похищенном автомобиле по г. Санкт – Петербургу и Ленинградской области. С целью конспирации своих действий, сокрытия преступления от собственника и иных лиц, в неустановленном месте по пути следования сняли с похищенного автомобиля регистрационные знаки, установив подменные регистрационные знаки «№». При этом, согласно заранее распределённым ролям, ФИО21, являясь одним из активных участников группы, являлся водителем похищаемого автомобиля, то есть непосредственным исполнителем преступления, ФИО22 и Д.М.о. ФИО23, поддерживая сотовую связь с ФИО21, являлись координаторами действий последнего, находились в автомобиле сопровождения, контролировали действия ФИО21, давали указания и поручения до фактического момента хищения и при движении по маршруту следования от места преступления. В то же время Д.М.о. ФИО23, согласно отведённой ему роли, находился за рулём автомобиля сопровождения, следил за обстановкой, контролировал и координировал действия участников группы, обеспечивал непрерывный процесс хищения автомобиля с целью недопущения срыва запланированного преступления со стороны собственника и иных лиц. В продолжение общего преступного умысла, ФИО22 совместно с ФИО21 и Д.М.о. ФИО23 поместили похищенный автомобиль на платную автомобильную стоянку, расположенную по адресу: 

<

...> таким образом тайно похитили принадлежащий ФИО5 вышеуказанный автомобиль, распорядились похищенным по своему усмотрению, причинив потерпевшему своими совместными и слаженными действиями материальный ущерб в крупном размере на сумму 800 000 рублей.

При этом лично ФИО22 вступил в преступный сговор с ФИО21 и Д.М.о. ФИО23 на совершение тайного хищения чужого имущества, в соответствии с распределением ролей в период времени с 18 часов 30 минут 22 мая 2019 года до 07 часов 00 минут 23 мая 2019 года, находясь у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге из корыстных побуждений, тайно похитил автомобиль «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак №, стоимостью 800 000 рублей, принадлежащий ФИО5, скрылся с похищенным с места преступления, поддерживал сотовую связь с ФИО21, являлся координатором действий последнего, находился в автомобиле сопровождения, контролировал действия ФИО21, давал указания и поручения по маршруту следования от места преступления, причинил ФИО5 своими действиями материальный ущерб в крупном размере на сумму 800 000 рублей. 

При этом лично ФИО21 вступил в преступный сговор с ФИО22 и Д.М.о. ФИО23 на совершение тайного хищения чужого имущества, в соответствии с распределением ролей в период времени с 18 часов 30 минут 22 мая 2019 года до 07 часов 00 минут 23 мая 2019 года, находясь у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге из корыстных побуждений, тайно похитил автомобиль «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак №, стоимостью 800 000 рублей, принадлежащий ФИО5, скрылся с похищенным с места преступления, поддерживал сотовую связь с ФИО22 и Д.М.о. ФИО23, являлся водителем похищаемого автомобиля, то есть непосредственным исполнителем преступления, исполнял указания и поручения Д.М.о. ФИО23 и ФИО22 по маршруту следования от места преступления, с целью сокрытия преступления от собственника и иных лиц заменил на похищенном автомобиле регистрационные знаки, поместил похищенный автомобиль на платную автомобильную стоянку, значительно удалённую от места преступления, причинил ФИО5 своими действиями материальный ущерб в крупном размере на сумму 800 000 рублей.

При этом лично Д.М.о. ФИО23 вступил в преступный сговор с ФИО22 и ФИО21 на совершение тайного хищения чужого имущества, в соответствии с распределением ролей в период времени с 18 часов 30 минут 22 мая 2019 года до 07 часов 00 минут 23 мая 2019 года, находясь у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге из корыстных побуждений, тайно похитил автомобиль «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак №, стоимостью 800 000 рублей, принадлежащий ФИО5, скрылся с похищенным с места преступления, находился за рулём автомобиля сопровождения, поддерживал сотовую связь с ФИО21, давал последнему указания и поручения до фактического момента хищения и при движении по маршруту следования от места преступления, следил за обстановкой, контролировал и координировал действия участников группы, обеспечивал непрерывный процесс хищения автомобиля с целью недопущения срыва запланированного преступления со стороны собственника и иных лиц, причинил ФИО5 своими действиями материальный ущерб в крупном размере на сумму 800 000 рублей.

Они же, ФИО22, ФИО21, ФИО23 каждый совершил покушение, то есть умышленные действия непосредственное направленные на совершение преступления - кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от них обстоятельствам, а именно:

ФИО22 не позднее 23 часов 08 минут 04 июня 2019 года имея корыстный умысел на совершение тайного хищения чужого имущества, вступил в преступный сговор с ФИО21 и Д.М.о. ФИО23 на совершение кражи автомобиля «Kia Sportage» (Киа Спортейдж) государственный регистрационный знак №. Преступная группа характеризовалась распределением преступных ролей, слаженностью, координацией и конспирацией преступных действий между соучастниками, наличием материально-технического обеспечения преступной деятельности, планом и механизмом совершения преступления. Во исполнение единого преступного умысла, направленного на хищение указанного автомобиля и дальнейшее распоряжением им по своему усмотрению, из корыстных побуждений, в период времени с 23 часов 08 минут 04 июня 2019 года до 00 часов 30 минут 05 июня 2019 года, находясь у 

<

адрес> в г. Санкт – Петербурге, согласно заранее достигнутых друг с другом договоренностей и распределению ролей, полагая, что за их действиями никто не наблюдает, с помощью заранее заготовленных инструментов и приспособлений для вскрытия замков и дверей автомобилей, неустановленным способом совместными действиями открыли автомобиль «Kia Sportage» (Киа Спортейдж) государственный регистрационный знак №, стоимостью 943 000 рублей, с находящимися в нём сумкой с набором автомобилиста, стоимостью 2 000 рублей, пледом, стоимостью 500 рублей, аптечкой автомобильной, стоимостью 500 рублей, иконой, сервисной книжкой, страховым полисом ОСАГО, материальной ценности не представляющими, принадлежащий ФИО1 и припаркованный по вышеуказанному адресу, после чего при помощи блока управления двигателем автомобилей типа «Kia Sportage» (Киа Спортейдж) с скорректированным программным обеспечением и возможностью несанкционированного (без чипа авторизации штатного ключа от автомобиля) запуска двигателей автомобилей такого типа, запустили двигатель указанного автомобиля, начали движение, скрылись с места преступления и передвигались на похищенном автомобиле по г. Санкт – Петербургу и Ленинградской области. С целью конспирации своих действий, сокрытия преступления от собственника и иных лиц, по пути следования, во дворе д.6 по ул. Тельмана в г. Санкт-Петербурге, сняли с похищенного автомобиля регистрационные знаки, установив подменные регистрационные знаки «№». При этом, согласно заранее распределённым ролям, ФИО21, являясь одним из активных участников группы, являлся водителем похищаемого автомобиля, то есть непосредственным исполнителем преступления, ФИО22 и Д.М.о. ФИО23, поддерживая сотовую связь с ФИО21, являлись координаторами действий последнего, находились в автомобиле сопровождения, контролировали действия ФИО21, давали указания и поручения до фактического момента хищения и при движении по маршруту следования от места преступления. В то же время Д.М.о. ФИО23, согласно отведённой ему роли, находился за рулём автомобиля сопровождения, следил за обстановкой, контролировал и координировал действия участников группы, обеспечивал непрерывный процесс хищения автомобиля с целью недопущения срыва запланированного преступления со стороны собственника и иных лиц. В продолжение общего преступного умысла, ФИО22 совместно с ФИО21 и Д.М.о. ФИО23 поместили похищенный автомобиль на платную автомобильную стоянку, расположенную по адресу: 

<

...> таким образом выполнив умышленные действия непосредственно направленные на совершение тайного хищения принадлежащего ФИО1 вышеуказанного автомобиля с находящимися в нём имуществом, намереваясь распорядиться похищенным по своему усмотрению и причинить потерпевшему своими совместными и слаженными действиями материальный ущерб в крупном размере на общую сумму 946 000 рублей, при этом довести преступление до конца не смогли по независящим от них обстоятельствам, поскольку ФИО22, ФИО21 и Д.М.о. ФИО23 были задержаны сотрудниками полиции в ходе проведенных оперативно-розыскных мероприятий. 

При этом лично он ФИО22 вступил в преступный сговор с ФИО21 и Д.М.о. ФИО23 на совершение тайного хищения чужого имущества, в соответствии с распределением ролей в период времени с 23 часов 08 минут 04 июня 2019 года до 00 часов 30 минут 05 июня 2019 года, находясь у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге из корыстных побуждений, намеревался тайно похитить автомобиль «Kia Sportage» (Киа Спортейдж) государственный регистрационный знак №, стоимостью 943 000 рублей, с находящимися в нём имуществом на общую сумму 3 000 рублей, принадлежащий ФИО1, поддерживал сотовую связь с ФИО21, являлся координатором действий последнего, находился в автомобиле сопровождения, контролировал действия ФИО21, давал указания и поручения по маршруту следования от места преступления, с целью сокрытия преступления от собственника и иных лиц заменил на похищенном автомобиле регистрационные знаки, намеревался причинить ФИО1 своими действиями материальный ущерб в крупном размере на сумму 946 000 рублей, однако преступление до конца не довел по независящим от него обстоятельствам, поскольку был задержан сотрудниками полиции.

При этом лично ФИО21 вступил в преступный сговор с ФИО22 и Д.М.о. ФИО23 на совершение тайного хищения чужого имущества, в соответствии с распределением ролей в период времени с 23 часов 08 минут 04 июня 2019 года до 00 часов 30 минут 05 июня 2019 года, находясь у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге из корыстных побуждений, намеревался тайно похитить автомобиль «Kia Sportage» (Киа Спортейдж) государственный регистрационный знак №, стоимостью 943 000 рублей, с находящимися в нём имуществом на общую сумму 3 000 рублей, принадлежащий ФИО1, поддерживал сотовую связь с ФИО22 и Д.М.о. ФИО23, являлся водителем похищаемого автомобиля, то есть непосредственным исполнителем преступления, исполнял указания и поручения Д.М.о. ФИО23 и ФИО22 при движении по маршруту следования от места преступления, с целью сокрытия преступления от собственника и иных лиц заменил на похищенном автомобиле регистрационные знаки, поместил похищенный автомобиль на платную автомобильную стоянку, значительно удалённую от места преступления, намереваясь причинить ФИО1 своими действиями материальный ущерб в крупном размере на сумму 946 000 рублей, однако преступление до конца не довел по независящим от него обстоятельствам, поскольку был задержан сотрудниками полиции.

При этом, лично Д.М.о. ФИО23 вступил в преступный сговор с ФИО22 и ФИО21 на совершение тайного хищения чужого имущества, в соответствии с распределением ролей в период времени с 23 часов 08 минут 04 июня 2019 года до 00 часов 30 минут 05 июня 2019 года, находясь у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге из корыстных побуждений, намеревался тайно похитить автомобиль «Kia Sportage» (Киа Спортейдж) государственный регистрационный знак №, стоимостью 943 000 рублей, с находящимися в нём имуществом на общую сумму 3 000 рублей, принадлежащий ФИО1, находился за рулём автомобиля сопровождения, поддерживал сотовую связь с ФИО21, давал последнему указания и поручения до фактического момента хищения и при движении по маршруту следования от места преступления, следил за обстановкой, контролировал и координировал действия участников группы, обеспечивал непрерывный процесс хищения автомобиля с целью недопущения срыва запланированного преступления со стороны собственника и иных лиц, намеревался причинить ФИО1 своими действиями материальный ущерб в крупном размере на сумму 946 000 рублей, однако преступление до конца не довел по независящим от него обстоятельствам, поскольку был задержан сотрудниками полиции.

Подсудимый ФИО22 в судебном заседании вину в совершении каждого преступления по изложенному объему обвинения признал полностью, подтвердив, что в отношении автомашин ФИО2, ФИО4, ФИО3, ФИО5 и ФИО1 каждый раз преступления совершены были по одному механизму, а именно встречаясь в установленные следствием даты с ФИО21 и Д.М.о. ФИО23, передвигаясь на автомашине под управлением Д.М.о. ФИО23, произвольно выбирался автомобиль для хищения, после чего он, ФИО22, размещал в выбранном автомобиле специальное оборудование, позволяющее запустить двигатель, после чего ФИО21 запускал двигатель, после чего в процессе следования устанавливал подменные номера, и две машины – похищенная и машина сопровождения, следовали на стоянку во Всеволожском районе. При этом он, ФИО22, следовал в автомашине с ФИО23, постоянно поддерживая связь с ФИО21 по телефону, которого информировал об окружающей обстановке. После размещения автомашин, от места стояки все уезжали на автомашине под управлением Д.М.о. ФИО23. Реализация похищенных автомашин осуществлялась неизвестными ему, ФИО22, лицами через несколько дней после хищения. 

Подсудимый ФИО21 в судебном заседании вину в совершении каждого преступления по изложенному объему обвинения признал полностью, подтвердив, что в отношении автомашин ФИО2, ФИО4, ФИО3, ФИО5 и ФИО1 каждый раз преступления совершены были по одному механизму, а именно встречаясь в установленные следствием даты с ФИО22 и Д.М.о. ФИО23, передвигаясь на автомашине под управлением Д.М.о. ФИО23, произвольно выбирался автомобиль для хищения, после чего ФИО22 размещал в выбранном автомобиле специальное оборудование, позволяющее запустить двигатель, после чего он, ФИО21, запускал двигатель, после чего в процессе следования устанавливал подменные номера, и две машины – похищенная и машина сопровождения, следовали на стоянку во Всеволожском районе. При этом ФИО22 следовал в автомашине с ФИО23, постоянно поддерживая связь с ним, ФИО21, по телефону, информируя об окружающей обстановке. После размещения автомашин, от места стояки все уезжали на автомашине под управлением Д.М.о. ФИО23. Реализация похищенных автомашин осуществлялась неизвестными ему, ФИО21, лицами через несколько дней после хищения. 

Подсудимый Д.М.о. ФИО23 в судебном заседании вину в совершении преступлений в отношении имущества ФИО5 и ФИО1 признал полностью, подтвердив, в отношении указанных автомашин, он, Д.М.о. ФИО23, подвозил ФИО22 и ФИО21 к местам хищения, после чего следовал к стоянке во Всеволожском районе, где ФИО21 оставлял похищенные автомашины, а он, Д.М.о. ФИО23, отвозил всех участников преступления обратно в Санкт-Петербург. При этом Д.М.о. ФИО23, отрицал свою причастность к совершению преступлений в отношении имущества ФИО2, ФИО4 и ФИО3, сообщив однако об отсутствии у ФИО22 и ФИО21 оснований для его оговора. 

Помимо изложенной позиции подсудимых ФИО22 и ФИО21, и вопреки позиции подсудимого Д.М.о. ФИО23 вина каждого в совершении преступлений при изложенных судом обстоятельствах подтверждается совокупностью собранных и исследованных доказательств.

По преступлению в отношении имущества ФИО2:

Иным документом - протоколом принятия устного заявления о преступлении от ФИО2, в котором она просит привлечь к уголовной ответственности неизвестных лиц, которые в период времени с 19 часов 00 минут 30 апреля 2019 года до 21 часа 30 минут 02 мая 2019 года, находясь у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге, тайно похитили принадлежащий ей автомобиль «Киа Soul PS» (Киа ФИО24) государственный регистрационный знак №, стоимостью 650 000 рублей (т. 4 л.д. 74-75); 

Показаниями потерпевшей ФИО2 в судебном заседании, из которых следует, что её собственности имелся автомобиль «Киа Soul PS» (Киа ФИО24) государственный регистрационный знак №, который она приобрела в 2015 года за 850 000 рублей. Она, ФИО2, припарковала свой автомобиль у 

<

адрес> г.Санкт-Петербурге, закрыла его, поставила на сигнализацию и пошла домой. 04 мая 2019 года, подойдя к месту парковки обнаружила отсутствие автомашины, после чего обратилась в полицию; 

Иным документом - товарной накладной №0001772 от 30 декабря 2015 года, согласно которой стоимость «Киа Soul PS» (Киа ФИО24) государственный регистрационный знак № на момент покупки ФИО2 составляла 814 900 рублей (т. 4 л.д. 89);

Показаниями специалиста ФИО13 в судебном заседании, из которых следует, что указанная ФИО2 на период 30 апреля 2019 года – 04 мая 2019 года стоимость похищенного автомобиля в сумме 650 000 рулей не является завышенной и соответствует средней рыночной стоимости данного имущества на дату совершения преступления; 

Протоколом осмотра места происшествия от 04 мая 2019 года, согласно которому с участием ФИО2 осмотрен участок местности у 

<

адрес> в г. Санкт - Петербурге, установлено место хищения автомобиля «Киа Soul PS» (Киа ФИО24) государственный регистрационный знак № (т. 4 л.д. 90-93); 

Показаниями свидетеля ФИО10 в судебном заседании, из которых следует, что он является старшим оперуполномоченным 8 отдела ОРЧ (УР) №2 ГУ МВД России по г. СПб и ЛО, специализируется на раскрытии краж автомототранспорта. Начиная с марта 2019 года им, ФИО10, разрабатывалась преступная группа, специализирующаяся на хищении автомобилей марки «Киа» в г. Санкт-Петербурге и Ленинградской области, состоящая из трёх молодых человек. В ходе проведенных оперативно-розыскных мероприятий, было установлено, что при каждом хищении автомашин следует машина сопровождения, которая как было установлено арендовалась в одном случае непосредственно ФИО22. Таким образом, был установлен ФИО22, как лицо, причастное к совершению хищений автомашин. В ходе оперативно-розыскных мероприятий также был установлены ФИО21 и Д.М.о. ФИО23, как лица, также причастные к совершению хищений автомашин. При этом было установлено, что маршруты движения ФИО22 согласно детализации переговоров и машины сопровождения полностью совпадают, как между собой, так и соответствуют местам совершенных хищений автомашин. Исходя из маршрута следования машины сопровождения, была установлена стоянка в Кудрово, на которую в даты совершения хищений размещались похищенные автомашины на подменных номерах, которые зафиксированы камерами видеонаблюдения. Механизмы совершения преступлений и личности ФИО22, ФИО21, Д.М.о. ФИО23 были установлены весной 2019 года, однако места их жительства были установлены к июню 2019 года, после чего было принято решение о проведении оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение», результатом которого явилось задержание ФИО22, ФИО21, Д.М.о. ФИО23 при совершении им преступления. Кроме того свидетель пояснил, что в отношении подсудимых также проводилось оперативно-розыскное мероприятие «прослушивание телефонных переговоров»; 

Показаниями свидетеля ФИО14 в судебном заседании, из которых следует, что он зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, предоставляя автомашины в аренду. Арендуемые автомобили снабжены GPS маяками, в связи с чем возможно отследить их перемещение. Одним из его клиентов являлся ФИО22, а также ФИО20, которым был арендован в марте 2019 года автомобиль «Киа Рио» государственный регистрационный знак №, который был возвращён 07 мая 2019 года. Маршрут передвижения данного автомобиля был им, ФИО14 предоставлен правоохранительным органам; 

Показаниями свидетеля ФИО9 в судебном заседании, из которых следует, что он работает в должности охранника автостоянки, расположенной по адресу: 

<

...>. Сведения о размещаемых автомобилях отражаются в журнале, который он, ФИО9, предоставлял органам предварительного следствия; 

Показаниями свидетеля ФИО16, данными им в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что в апреле 2019 года он приобрел автомобиль «Киа Сид» государственный регистрационный знак №, который он предоставил в аренду знакомому ФИО22 (т. 2 л.д. 57-59); 

Протоколом осмотра предметов от 29 июля 2019 года, согласно которому осмотрен журнал учёта автотранспорта автомобильной стоянки, расположенной по адресу: 

<

...>. В ходе осмотра журнала установлена запись №4607 от 03 мая 2019 года, согласно которой лицом, представившимся как «Николаев» 03 мая 2019 года на стоянку помещён автомобиль «Киа» государственный регистрационный знак № сроком на 3 суток с оплатой 450 рублей (т. 2 л.д. 231-240). Осмотренный журнал на основании постановления следователя признан вещественным доказательством и приобщен к уголовному делу (т. 2 л.д. 241-242); 

Иным документом - сведениями АС «КПА», согласно которым автомобиль «Киа Соул», принадлежащий ФИО2, на подменных номерах «№» фиксировался камерами в 21 час 30 минут 02 мая 2019 года на въезде в г. Кудрово в сопровождении автомобиля «Киа Рио» государственный регистрационный знак № с символикой «Яндекс.Такси», арендованный ФИО20, являющегося родственником Д.М.о. ФИО23. 05 мая 2019 года автомобиль «Киа Соул», принадлежащий ФИО2, на подменных номерах «№» фиксировался камерами в 17 часов 47 минут на Аннинском шоссе. В это же время там же фиксировался автомобиль «Киа Сид» государственный регистрационный знак №, находящийся в постоянном пользовании ФИО22 (т. 2 л.д. 103-106), предоставленными в ответ на поручение следователя (т. 2 л.д. 99-107) с предоставлением договора аренды (т. 2 л.д. 132-139);

Иным документом - трекером передвижения автомобиля «Киа Рио» государственный регистрационный знак № за 02 мая 2019 года, согласно которому маршрут передвижения данного автомобиля совпадает как с местом и датой хищения автомашины ФИО2, а также размещение похищенного автомобиля в Кудрово (т. 2 л.д. 142-176); 

Протоколом осмотра места происшествия от 05 июня 2019 года, согласно которому у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге с участием Д.М.о. ФИО23 осмотрен автомобиль «Киа Сид» государственный регистрационный знак №, в ходе осмотра места происшествия изъяты мобильный телефон «Нокиа» 

<

***> №, мобильный телефон «Нокиа» 

<

***> – №, металлическая свертка диаметром 10 мм для замка зажигания, набор биток (насадок) из 10 предметов, отвертка плоская, угловой ключ, для шестигранника диаметром 10 мм, пассатижи складные металлические, ключ-трещотка, под четырёхугольную насадку, шесть насадок четырёхугольных для ключа, под шестиугольные насадки различного размеров «8» «10» «12» «13» «14» и один переходник под четырехугольник (т. 1 л.д. 51-55)

Протоколом осмотра предметов (документов) от 16 июня 2019 года, согласно которому осмотрены объекты изъятые в ходе осмотра места происшествия 05 июня 2019 года по адресу: г.Санкт-Петербург, 

<

адрес>, в частности были получены детализации телефонных соединений за даты совершения преступлений (т. 1 л.д. 243-251); На основании постановления следователя осмотренные предметы признаны вещественными доказательствами и приобщены к уголовному делу; 

Иными документами - протоколом соединений между абонентами (абонентскими устройствами) из ООО «Т2 Мобайл» (оператор сотовой связи «Теле2»), содержащим детализацию соединений абонентских устройств, изъятых в ходе задержания подсудимых (т. 3 л.д. 7-18); 

Протоколом осмотра предметов (документов) от 24 августа 2019 года, согласно которому осмотрен протокол соединений между абонентами (абонентскими устройствами) с идентификационными номерами 

<

***> – № и 

<

***> – №. В ходе осмотра детализации за 02 мая 2019 года установлен ряд соединений абонентских устройств с 

<

***> – № и 

<

***> – №, а именно: в 20:33 и 20:34 в районе действия базовой станции по адресу: г. Санкт – Петербург, 

<

адрес>, в непосредственной близости от места совершения хищения автомобиля ФИО2, в 21:22 и 21:23 в районе действия базовой станции по адресу: г. Санкт – Петербург, 

<

адрес>, по пути к месту парковки похищенного автомобиля и последующие соединения в 21:42 в районе действия базовой станции по адресу: ЛО, 

<

...> в непосредственной близости от места парковки на стоянке после хищения автомобиля. Активные соединения происходили между абонентами № и №, находящимися в районе действия одной и той же базовой станции (т. 3 л.д. 19-24). Осмотренные документы на основании постановления следователя признаны вещественными доказательствами и приобщены к уголовному делу.

По преступлению в отношении имущества ФИО4

Иным документом - протоколом принятия устного заявления о преступлении от ФИО4 от 04 мая 2019 года, в котором он просит привлечь к уголовной ответственности неизвестного, который в период времени с 14 часов 00 минут 03 мая 2019 года до 13 часов 00 минут 04 мая 2019 года, находясь у 

<

адрес> в г. Санкт – Петербурге, тайно похитил принадлежащий ему автомобиль «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак №, стоимостью 700 000 рублей (т. 3 л.д. 246); 

Показаниями потерпевшего ФИО4 в судебном заседании, из которых следует, что в его собственности имелся автомобиль «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак №, который он приобрел в 2014 года за 740 000 рублей. Он, ФИО4, припарковал свой автомобиль у 

<

адрес> в г.Санкт-Петербурге, 04 мая 2019 года около 14 часа 00 минут он, ФИО4, обнаружил, что автомобиль отсутствует на том месте где он его оставил, после чего вызвал сотрудников полиции. Автомобиль ФИО4 оценил в 700 000 рублей;

Иным документом - товарной накладной №148-323-1-651 от 20 мая 2014 года, согласно которой стоимость автомобиля «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак № на момент его приобретения ФИО4 составляла 739 900 рублей (т. 4 л.д. 8); 

Показаниями специалиста ФИО13 в судебном заседании, из которых следует, что указанная ФИО4 на период 03 мая 2019 года – 04 мая 2019 года стоимость похищенного автомобиля в сумме 700 000 рулей не является завышенной и соответствует средней рыночной стоимости данного имущества на дату совершения преступления; 

Протоколом осмотра места происшествия от 04 мая 2019 года, согласно которому с участием ФИО4 осмотрен участок местности у 

<

адрес> в г. Санкт – Петербурге, установлено место хищения автомашины (т.4 л.д.11-14);

Показаниями свидетеля ФИО10 в судебном заседании, содержание которых приведено при изложении доказательств по преступлению в отношении имущества ФИО2; 

Показаниями свидетеля ФИО14 в судебном заседании, содержание которых приведено при изложении доказательств по преступлению в отношении имущества ФИО2; 

Иным документом - сведениями АС «КПА», согласно которым автомобиль «Киа Соул», принадлежащий ФИО4, на подменных номерах «№» фиксировался камерами в 00:03 04 мая 2019 года 

<

адрес>. В это же время там же фиксировался автомобиль «Киа Рио» государственный регистрационный знак № с символикой «Яндекс.Такси», арендованный родственником Д.М.о. ФИО23 (т. 2 л.д. 107-108); 

Иным документом - трекером передвижения автомобиля «Киа Рио» государственный регистрационный знак № за 03 и 04 мая 2019 года, согласно которому маршрут передвижения данного автомобиля совпадает местом и датой хищения автомашина ФИО4 (т.2 л.д.177-224), предоставленными в ответ на поручение следователя (т. 2 л.д. 99-107) с предоставлением договора аренды (т. 2 л.д. 132-139);

Протоколом осмотра места происшествия от 05 июня 2019 года, содержание которого приведено при изложении доказательств по преступлению в отношении имущества ФИО2 (т.1 л.д.51-55);

Протоколом осмотра предметов (документов) от 16 июня 2019 года, содержание которого приведено при изложении доказательств по преступлению в отношении имущества ФИО2 (т.1 л.д.243-246). Осмотренные предметы признаны вещественными доказательствами; 

Иными документами - протоколом соединений между абонентами (абонентскими устройствами) из ООО «Т2 Мобайл» (т.3 л.д.7-18);

Протоколом осмотра предметов (документов) от 23 августа 2019 года, согласно которому осмотрен протокол соединений между абонентами (абонентскими устройствами) из ООО «Т2 Мобайл» (оператор сотовой связи «Теле2»). Осмотром установлено, что протокол содержит детализацию вызовов абонентских устройств с идентификационными номерами 

<

***> – № и 

<

***> – №. В ходе осмотра детализации за 03.05.2019 установлен ряд соединений абонентских устройств с 

<

***> – № и 

<

***> – №, а именно: в 23:27, 23:32, 00:09 04.05.2019 в районе действия базовых станций по адресам: г. Санкт – Петербург, 

<

адрес> что в непосредственной близости от места совершения хищения автомобиля ФИО4. При этом маршрут передвижения совпадает с трекером передвижения арендованного автомобиля сопровождения «Киа Рио» государственный регистрационный знак №. Активные соединения происходили между абонентами № и №, находящимися в районе действия одной и той же базовой станции (т.3 л.д.19-22). Осмотренные документы признаны вещественными доказательствами; 

По преступлению в отношении имущества ФИО3:

Иным документом - протоколом принятия устного заявления о преступлении от ФИО3 от 20 мая 2019 года, в котором она просит привлечь к уголовной ответственности неизвестных лиц, которые в период времени с 16 часов 00 минут 19 мая 2019 года до 07 часов 46 минут 20 мая 2019 года, находясь у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге, тайно похитили принадлежащий ей автомобиль «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак №, стоимостью 812 000 рублей, чем причинили ей материальный ущерб на указанную сумму (т. 4 л.д. 169); 

Показаниями потерпевшей ФИО3 в судебном заседании, из которых следует, что в её собственности имелся автомобиль «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак №, который был приобретен в 2014 года за 812 000 рублей. 19 мая 2019 года она, ФИО3, указанный автомобиль припарковала около 

<

адрес> в Санкт-Петербурге. 20 мая 2019 года около 07 часов 45 минут её, ФИО3, супруг проходил мимо места парковки автомобиля, где обнаружил его отсутствие, после чего она обратилась в полицию. Потерпевшая ФИО3 в судебном заседании снизила стоимость похищенного автомобиля до 782 300 рублей, объяснив это необоснованным включением в стоимость комплекта колес, которые не были похищены; 

Иным документом - счётом на оплату №АЧ-06254 от 29 ноября 2014 года, согласно которому стоимость автомобиля «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак № на момент его приобретения ФИО3 составляла 782 300 рублей (т. 4 л.д. 181); 

Показаниями специалиста ФИО13 в судебном заседании, из которых следует, что указанная ФИО3 на период 19 мая 2019 года – 20 мая 2019 года стоимость похищенного автомобиля в сумме 782 300 рулей не является завышенной и соответствует средней рыночной стоимости данного имущества на дату совершения преступления; 

Протоколом осмотра места происшествия от 20 мая 2019 года, согласно которому с участием ФИО3 осмотрен участок местности у 

<

адрес> в г. Санкт – Петербурге, установлено место хищения автомашины«Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак № (т. 4 л.д. 184-186); 

Показаниями свидетеля ФИО10 в судебном заседании, содержание которых приведено при изложении доказательств по преступлению в отношении имущества ФИО2; 

Показаниями свидетеля ФИО9 в судебном заседании, содержание которых приведено при изложении доказательств по преступлению в отношении имущества ФИО2; 

Показаниями свидетеля ФИО16, данными им в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, содержание которых приведено при изложении доказательств по преступлению в отношении имущества ФИО2 (т. 2 л.д. 57-59)

Протоколом осмотра предметов (документов) от 29 июля 2019 года, согласно которому осмотрен журнал учёта автотранспорта автомобильной стоянки, расположенной по адресу: 

<

...>. В ходе осмотра журнала установлена запись №5062 от 19 мая 2019 года, согласно которой лицом, представившимся как «Николаев» 19 мая 2019 года на стоянку помещён автомобиль «Киа» государственный регистрационный знак № сроком на 3 суток с оплатой 450 рублей (т. 2 л.д. 231-240). Осмотренный журнал признан вещественным доказательством; 

Иным документом - сведениями АС «КПА», согласно которым автомобиль «Киа Соул» государственный регистрационный знак № фиксировался камерами в 22:40 19 мая 2019 года на 

<

адрес> г. Санкт-Петербурге. В это же время в том же месте фиксировался автомобиль «Киа Сид» государственный регистрационный знак №, находящийся в пользовании ФИО22. Этот же автомобиль фиксировался камерами в 23:02 19 мая 2019 года на въезде в г. Кудрово. 20 мая 2019 года автомобили «Киа Соул» на подменном номере № и автомобиль «Киа Сид» государственный регистрационный знак №, находящийся в пользовании ФИО22, зафиксированы камерами в 21 час 08 минут на ЗСД при переезде из г. Кудрово (т. 2 л.д. 109-113), предоставленными в ответ на поручение следователя (т. 2 л.д. 99-107); 

Протоколом осмотра места происшествия от 05 июня 2019 года, содержание которого приведено при изложении доказательств по преступлению в отношении имущества ФИО2 (т.1 л.д.51-55);

Протоколом осмотра предметов (документов) от 16 июня 2019 года, содержание которого приведено при изложении доказательств по преступлению в отношении имущества ФИО2 (т.1 л.д.243-246). Осмотренные предметы признаны вещественными доказательствами; 

Иными документами - протоколом соединений между абонентами (абонентскими устройствами) из ООО «Т2 Мобайл» (т.3 л.д.7-18);

Протоколом осмотра предметов (документов) от 24 августа 2019 года, согласно которому осмотрен протокол соединений между абонентами (абонентскими устройствами) из ООО «Т2 Мобайл». Осмотром установлено, что протокол содержит детализацию вызовов абонентских устройств с идентификационными номерами 

<

***> – № и 

<

***> – №. В ходе осмотра детализации за 19 мая 2019 года установлен ряд соединений абонентских устройств с 

<

***> – № и 

<

***> – №, а именно: в 22:23 в районе действия базовой станции по адресу: г. Санкт – Петербург, 

<

адрес>, в непосредственной близости от места совершения хищения автомобиля ФИО3, в 20:28 и 20:30 20 мая 2019 года в районе действия базовой станции по адресу: 

<

адрес>, в непосредственной близости от места парковки на стоянке после хищения автомобиля. При этом активные соединения происходили между абонентами № и №, находящимися в районе действия одной и той же базовой станции (т.3 л.д.19-22). Осмотренный протокол признан вещественным доказательством; 

По преступлению в отношении имущества ФИО5:

Иным документом - протоколом принятия устного заявления о преступлении от ФИО5 от 23 мая 2019 года, в котором он просит привлечь к уголовной ответственности неизвестного, который в период времени с 18 часов 30 минут 22 мая 2019 года до 07 часов 00 минут 23 мая 2019 года, находясь у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге, тайно похитил принадлежащий ему автомобиль «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак №, стоимостью 800 000 рублей, чем причинили ему материальный ущерб на указанную сумму (т. 5 л.д. 7); 

Показаниями потерпевшего ФИО5 в судебном заседании, из которых следует, что в его собственности имеется автомобиль «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак №, который он приобрел за 900 000 рублей. 22 мая 2019 года указанный автомобиль был припаркован около 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге. В 07 часов 00 минут 23 мая 2019 года, он, ФИО5, обнаружил отсутствие автомобиля, после чего обратился в полицию. На дату хищения ФИО5 оценил автомобиль на сумму 800 000 рублей, одновременно указав, что автомашина ему возвращена в ходе предварительного следствия; 

Иным документом - договором купли-продажи №АБ8-1922 от 25 апреля 2018 года, согласно которому стоимость автомобиля «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак № на момент его покупки ФИО5 составляла 921 900 рублей (т. 5 л.д. 22-26); 

Протоколом осмотра места происшествия от 23 мая 2019 года, согласно которому с участием ФИО5 осмотрен участок местности у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге, установлено место хищения автомашины«Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) государственный регистрационный знак № (т. 5 л.д. 27-28); 

Показаниями свидетеля ФИО10 в судебном заседании, содержание которых приведено при изложении доказательств по преступлению в отношении имущества ФИО2; 

Показаниями свидетеля ФИО9 в судебном заседании, содержание которых приведено при изложении доказательств по преступлению в отношении имущества ФИО2; 

Показаниями свидетеля ФИО16, данными им в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, содержание которых приведено при изложении доказательств по преступлению в отношении имущества ФИО2 (т.2 л.д.57-59); 

Протоколом осмотра предметов (документов) от 29 июля 2019 года, согласно которому осмотрен журнал учёта автотранспорта автомобильной стоянки, расположенной по адресу: 

<

...>. Осмотром установлено наличие записи №5140 от 22 мая 2019 года, согласно которой лицом, представившимся как «Николаев» 22 мая 2019 года на стоянку помещён автомобиль «Киа» государственный регистрационный знак № сроком на 3 суток с оплатой 450 рублей. Далее установлена запись №5217 от 26 мая 2019 года, согласно которой лицом, представившимся как «Николаев» 26 мая 2019 года со стоянки забран автомобиль «Киа» государственный регистрационный знак № с оплатой 150 рублей за простой с 25 мая 2019 года (т. 2 л.д. 231-240); 

Иными документами - сведениями АС «КПА», согласно которым автомобиль «Киа Соул» государственный регистрационный знак № фиксировался камерами в 23:45 22 мая 2019 года на 

<

адрес> и в 00:23 23 мая 2019 года на въезде в г. Кудрово, с заменой номера на «№». В этих же местах, в это же время фиксировался автомобиль «Киа Сид» государственный регистрационный знак №, находящийся в пользовании ФИО22. 26 мая 2019 года в одно и то же время камерой, расположенной на ЗСД зафиксированы автомобили «Киа Соул» государственный регистрационный знак № и автомобиль «Киа Сид» государственный регистрационный знак №, находящийся в пользовании ФИО22 при переезде из Кудрово (т. 2 л.д. 114-119) предоставленными в ответ на поручение следователя (т. 2 л.д. 99-107); 

Протоколом осмотра места происшествия от 05 июня 2019 года, содержание которого приведено при изложении доказательств по преступлению совершенному в отношении имущества ФИО2 (т.1 л.д.51-55); 

Протоколом осмотра предметов (документов) от 16 июня 2019 года, содержание которого приведено при изложении доказательств по преступлению в отношении имущества ФИО2 (т.1 л.д.243-246). Осмотренные предметы признаны вещественными доказательствами; 

Иными документами - протоколом соединений между абонентами (абонентскими устройствами) из ООО «Т2 Мобайл» (т.3 л.д.7-18); 

Протоколом осмотра предметов (документов) от 24 августа 2019 года, согласно которому осмотрен протокол соединений между абонентами (абонентскими устройствами) из ООО «Т2 Мобайл» (оператор сотовой связи «Теле2»). Осмотром установлено, что протокол представляет собой детализацию вызовов абонентских устройств с идентификационными номерами 

<

***> – № и 

<

***> – №. В ходе осмотра детализации за 22 мая 2019 года установлен ряд соединений абонентских устройств с 

<

***> – № и 

<

***> – №, а именно: в 23:30 и 23:36 в районе действия базовых станций по адресам: г. Санкт – Петербург, 

<

адрес> в непосредственной близости от места совершения хищения автомобиля ФИО5, в 17:05 26 мая 2019 года в районе действия базовой станции по адресу: 

<

адрес>, в непосредственной близости от места парковки на стоянке после хищения автомобиля. При этом активные соединения происходили между абонентами № и №, находящимися в районе действия одной и той же базовой станции (т.3 л.д.19-24); 

Иным документом - постановлением от 17 сентября 2019 года о представлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд, которым в СУ УМВД России по Московскому району г. Санкт-Петербурга из УУР ГУ МВД России по г. СПб и ЛО переданы рассекреченные результаты оперативно-розыскной деятельности в отношении ФИО22, ФИО21 и Д.М.о. ФИО23, в частности два CD-R диска с аудио записями разговоров подсудимых за период с 22 мая 2019 года по 05 июня 2019 года в ходе проведения ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров», а равно судебные решения, на основании которых было проведено оперативно-розыскное мероприятие, и стенограммы разговоров (т. 3 л.д. 33-35, 36-37, 38-39, 40, 41-61, 62-63); 

Протоколом осмотра предметов (документов) от 26 сентября 2019 года, согласно которому произведен осмотр двух дисков, установлено наличие переговоров ФИО22, ФИО21, Д.М.о. ФИО23 22 мая 2019 года и 26 мая 2019 года в процессе совершения хищения автомашины ФИО5 (т. 3 л.д. 64-69). Осмотренные предметы признаны вещественными доказательствами и приобщены к уголовному делу. В судебном заседании вещественные доказательства исследованы, подсудимые ФИО22, ФИО21, Д.М.о. ФИО23 подтвердили, что именно они явились участниками зафиксированных диалогов, которые велись 22 и 26 мая 2019 года, в частности в момент хищения автомашины ФИО5 и перемещения его на стоянку в Кудрово. 

Иным документом - рапортом инспектора ОБ №3 ДПС ГИБДД ГУ МВД России по г. СПб и ЛО из которого следует, что по адресу: г. Санкт – Петербург № обнаружен автомобиль «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул), идентификационные знаки которого вызывают сомнения в подлинности. Автомобиль доставлен к 4 отделу полиции ОМВД России по Пушкинскому району г. Санкт-Петербурге (т. 5 л.д. 50); 

Протоколом осмотра места происшествия от 13 июня 2019 года, согласно которому осмотрен автомобиль «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул), находящийся у 4 отдела полиции ОМВД России по Пушкинскому району г. Санкт-Петербурга. В ходе осмотра установлено, что на штатных местах автомобиля закреплены пластины знаков «№», идентификационный номер выполнен как «№» (т. 5 л.д. 52-54);

Заключением автотехнической экспертизы №8/Э/247-19 от 18 июня 2019 года, из выводов которого следует, что идентификационный номер представленного на экспертизу автомобиля «KIA Soul» подвергался изменению путём демонтажа заводской таблички с последующей установкой на её месте таблички с вторичными обозначениями («№»), а также сокрытия идентификационной маркировки путём её окраски. Первичный идентификационный номер имеет следующее содержание: «№». Идентификационный номер «№» представленного автомобиля, присвоенный при первичной сборке изготовителем машинокомплекта, является первичным и изменению, в том числе путём замены маркируемого элемента кузова, не подвергался. Маркировка (в том числе номер) двигателя, установленного на представленном автомобиле, подвергалась частичному уничтожению путём удаления слоя металла с поверхности маркировочной площадки на значительную глубину. Ранее маркировка имела следующее содержание: «???? ??851464». Согласно обнаруженной табличке, первичные обозначения двигателя имели следующее содержание: «№» (т. 5 л.д. 66-69);

Заключением экспертизы №9/Э/1385-19 от 26 сентября 2019 года, из выводов которого следует, что пластины государственных регистрационных знаков «№» соответствуют требованиям ГОСТа Р 50577-93, изготовлены на производстве, обеспечивающем выпуск данной продукции (т. 5 л.д. 98-100); 

Протоколом осмотра предметов (документов) от 26 сентября 2019 года, согласно которому осмотрены две пластины государственного регистрационного знака №, после произведенной экспертизы (т. 5 л.д. 106-109). Осмотренные предметы на основании постановления следователя признаны вещественными доказательствами.

По преступлению в отношении имущества ФИО1:

Иным документом - протоколом принятия устного заявления о преступлении от ФИО1 от 05 июня 2019 года, в котором он просит привлечь к уголовной ответственности неизвестных лиц, которые в период времени с 19 часов 00 минут 04 июня 2019 года до 01 часов 50 минут 05 июня 2019 года, находясь у 

<

адрес> в г. Санкт – Петербурге, тайно похитили принадлежащий ему автомобиль «Kia Sportage» (Киа Спортейдж) государственный регистрационный знак №, стоимостью 1 200 000 рублей, чем причинили ему материальный ущерб на указанную сумму (т. 1 л.д. 23); 

Протоколом осмотра места происшествия от 05 июня 2019 года, согласно которому осмотрен участок местности у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге, установлено место хищения автомашины «Kia Sportage» (Киа Спортейдж) государственный регистрационный знак № (т. 1 л.д. 24-27);

Показаниями потерпевшего ФИО1 в судебном заседании, из которых следует, что в его собственности имеется автомобиль «Kia Sportage» (Киа Спортейдж) государственный регистрационный знак №. Данный автомобиль он приобрел в декабре 2014 года за 1 200 000 рублей. Вечером 04 июня 2019 года он, ФИО1, припарковал автомобиль по адресу: 

<

адрес>. В ночь с 4 на 5 июня 2019 года ему, ФИО1 позвонили сотрудники полиции и сообщили, что автомашина похищена и она действительно отсутствовала на месте парковки. После этого он, ФИО1, написал заявление о преступлении и проследовал с сотрудниками полиции в Кудрово Ленинградской области, где и обнаружил свой автомобиль с другими регистрационными знаками. Учитывая заключение специалиста, потерпевший ФИО1 не оспорил оценку автомашины на дату хищения в сумме 943 000 рублей и подтвердил её, кроме того указал, что в автомашине находилось его имущество на общую сумму 3 000 рублей; 

Иным документом - рапортом старшего оперуполномоченного по ОВД 8 отдела ОРЧ (УР) №2 ГУ МВД России по г. СПб и ЛО ФИО10 о проведенном оперативно-розыскном мероприятии «наблюдение», предоставленном на основании постановления от 16 августа 2019 года (т. 1 л.д. 43-44), из которого следует, что 8 отделом ОРЧ (УР) № 2 ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области на основании ч.6 ст.6 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» проведено ОРМ «наблюдение» в отношении ФИО22, ФИО21 и Д.М.о. ФИО23. Оперативно-розыскное мероприятие - наблюдение осуществлялось в период времени с 04 июня 2019 года по 05 июня 2019 года на территории г. Санкт-Петербурга. Наблюдение исходя из рапорта осуществлялось непрерывно, и рапортом зафиксировано, что 04 июня 2019 года в 17:50 ФИО22 и ФИО21 вышли из дома проживания по адресу: 

<

адрес>, сели в автомобиль «Киа Сид» государственный регистрационный знак №, и в 18:46 проехали во двор дома 

<

адрес>, где встретились с Д.М.о. ФИО23, после чего последний сел за руль вышеуказанного автомобиля. Далее они совместно проехали на территорию Красносельского района г. Санкт-Петербурга, где стали объезжать улицы и дворовую территорию, после чего проехали на территорию Кировского района г. Санкт-Петербурга. Около 21:20 они вернулись на территорию Московского района, где продолжили объезжать дворовую территорию. Около 22:20 они перестали хаотично перемещаться по территории Московского района и целенаправленно проследовали в Невский район, где в 22:42 подъехали к заброшенному дому по адресу: 

<

...>. В 22:46 они выехали от вышеуказанного адреса и проследовали во двор 

<

адрес>., где в 23:00 Д.М.о. ФИО23 вышел из автомобиля и прошел в подъезд своего дома. В 23:04 Д.М.о. ФИО23 вышел из дома, при себе имел полиэтиленовый пакет темного цвета, который положил на заднее сиденье автомобиля «Киа Сид», после чего сел за руль и в 23:08 проехал во двор дома 

<

адрес>, затем подъехал к 

<

адрес>, где в 23:11 ФИО22 и ФИО21 вышли из автомобиля и проследовали во двор вышеуказанного дома 65 к. 11, а Д.М.о. ФИО23 выехал на пр. Космонавтов, доехал до ул. Звездной, развернулся и встал возле 

<

адрес> напротив въезда во двор 

<

адрес>, где стал наблюдать за окружающей обстановкой. ФИО22 и ФИО21 прошли во двор, где остановились возле автомобиля «Киа Спортейдж» государственный регистрационный знак № коричневого цвета и стали его осматривать. После чего ФИО21 подошел к водительской двери автомобиля, произвел какие-то манипуляции, после чего открыл водительскую дверь и сел за руль автомобиля. В это же время ФИО22 открыл капот автомобиля и стал осуществлять манипуляции в моторном отсеке, при этом достав какой-то предмет из наплечной сумки находящейся при нем, после чего закрыл капот автомобиля и пошел в сторону 

<

адрес>, перешел дорогу и сел в автомобиль «Киа Сид», который начал движение. После чего в 23:17 со двора дома на 

<

адрес> выехал вышеуказанный автомобиль «Киа Спортейдж», за рулем которого находился ФИО21 и проследовал за автомобилем «Киа Сид» на небольшом расстоянии по маршруту: 

<

адрес>. Обе автомашины проехали во двор 

<

адрес>, где ФИО22 вышел из автомобиля «Киа Сид», при себе у него находились государственные регистрационные знаки от автомобиля и совместно с ФИО21 заменили их на автомобиле «Киа Спортейдж», установив, как позже выяснилось при выезде со двора, номер №. В 23:44 оба автомобиля выехали со двора, «Киа Сид» выехал первым, и проехали по маршруту: 

<

адрес>. В 23:59 автомобиль «Киа Спортейдж» проехал на территорию платной автостоянки, расположенной по адресу: Кудрово ул. Ленинградская д. 7А, а автомобиль «Киа Сид» остановился у д. 7 к. 3 по Ленинградской ул. Около 00:11 из автомобиля «Киа Сид» вышел ФИО22 при себе имел сумку прямоугольной формы, прошел к мусорной урне, расположенной у д. 7 к. 3 по вышеуказанной ул., где положил сумку в урну, после чего вернулся в автомобиль «Киа Сид». В это же время ФИО21 находясь на территории платной автостоянки поставил похищенный «Киа Спортейдж» на парковочное место, после чего продолжительное время находился в салоне автомобиля. Далее, он вышел из автомобиля, открыл капот и начал производить манипуляции в моторном отсеке, после чего прошел на пост охраны, и, в течение минуты покинул территорию автостоянки. В 00:20 ФИО21 вышел с территории автомобильной стоянки и сел на заднее сиденье «Киа Сид», после чего они проследовали по маршруту ул. Ленинградская, ул. Центральная, Кудровский проезд, ул. Якутская, ул. Крыленко, где в 00:30 у 

<

адрес>, по подозрению в совершении преступления были задержаны ФИО22, ФИО21 и Д.М.о. ФИО23 (т. 1 л.д. 45-47); 

Иным документом – рапортом об обнаружении признаков преступления, из которого следует, что 05 июня 2019 года в 75 отдел полиции поступило сообщение о том, что 05 июня 2019 года в 00 часов 30 минут напротив 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурга остановлен автомобиль «Киа Сид» государственный регистрационный знак №, в котором находились ФИО22, ФИО21, Д.М.о. ФИО23, которые задержаны по подозрению в совершении кражи автомашины «Kia Sportage» (Киа Спортейдж) государственный регистрационный знак № (т. 1 л.д. 50); 

Протоколом осмотра места происшествия от 05 июня 2019 года, содержание которого приведено при изложении доказательств по преступлению в отношении имущества ФИО2 (т.1 л.д.51-55); 

Протоколом осмотра места происшествия от 05 июня 2019 года, согласно которому с участием ФИО1 и ФИО21 осмотрен автомобиль «Kia Sportage» (Киа Спортейдж) с установленными на нём подменными пластинами знаков «№», припаркованный на автомобильной стоянке, расположенной по адресу: 

<

...>. В ходе осмотра установлено, что в моторном отсеке машины сняты клеммы с блока управления двигателя. В ходе осмотра установлено отсутствие сумки с набором автомобилиста в багажнике автомобиля, установлено наличие пледа. Участвующий в осмотре ФИО21 пояснил, что именно он поставил осматриваемый автомобиль на данную стоянку, похитив его на одной из улиц Московского р-на г. СПб, а также сам снял клеммы с блока управления двигателем автомашины. В ходе осмотра изъяты идентификационные следы, а также две пластины государственного регистрационного знака «№» (т. 1 л.д. 64-72); 

Протоколом осмотра места происшествия от 05 июня 2019 года, согласно которому осмотрена урна у д.7 по ул. Ленинградская в г. Кудрово Ленинградской области. В ходе осмотра в урне обнаружена и изъята сумка бордового цвета с надписью «Набор автомобилиста» (т. 1 л.д. 73-76); 

Протоколом осмотра предметов (документов) от 20 июня 2019 года, согласно которому с участием ФИО1 осмотрена изъятая в ходе осмотра места происшествия 05 июня 2019 года сумка автомобилиста, принадлежность которой потерпевший подтвердил в ходе осмотра (т. 1 л.д. 85-86); 

Протоколом осмотра предметов (документов) от 20 июня 2019 года, согласно которому осмотрен автомобиль Киа Спортейдж» (Kia Sportage) государственный регистрационный знак № VIN - № (т. 1 л.д. 82-84). Осмотренные предметы признаны вещественными доказательствами, приобщены к уголовному делу, переданы потерпевшему ФИО1 на ответственное хранение; 

Заключением трасологической экспертизы №27/Э/783-19 от 20 июня 2019 года, из выводов которого следует, что на эмульсионной поверхности дактилоплёнки, изъятой в ходе осмотра места происшествия – осмотра автомашины Киа Спортейдж имеются два следа 2 и 3 низа подошвы обуви одного типа, которые могли быть образованы низом подошв обуви ФИО21 (т. 1 л.д. 113-117); 

Заключением трасологической экспертизы №27/Э/780-19 от 19 июня 2019 года, из выводов которого следует, что пластины государственного регистрационного знака № соответствуют требованиям ГОСТа Р 50577-93, изготовлены способом штамповки (т. 1 л.д. 176-178); 

Протоколом осмотра предметов (документов) от 16 июня 2019 года, содержание которого приведено при изложении доказательств по преступлению в отношении имущества ФИО2 (т.1 л.д.243-246). Осмотренные предметы признаны вещественными доказательствами; 

Заключением трасологической экспертизы №27/Э/860-19 от 16 июля 2019 года, из выводов которого следует, что на эмульсионных поверхностях 2 липких лент, изъятых при осмотре места происшествия от 05 июня 2019 года по адресу: 

<

...> имеются два следа, пригодные для установления групповой принадлежности следообразующего объекта, которые могли быть образованы перчатками, представленными на исследование, изъятыми 05 июня 2019 года из автомобиля «Киа Сид» государственный регистрационный знак № в ходе осмотра места происшествия (т. 1 л.д. 148-151); 

Протоколом осмотра предметов (документов) от 12 августа 2019 года, согласно которому осмотрены идентификационные следы и предметы, изъятые в ходе осмотра места происшествия 05 июня 2019 года после произведенных экспертиз (т. 1 л.д. 209-215). Осмотренные предметы на основании постановления следователя признаны вещественными доказательствами; 

Протоколом обыска от 05 июня 2019 года, согласно которому в жилище ФИО22 по адресу: 

<

адрес> обнаружены: электронный блок управления двигателем «Киа», выполнен из металла серебристого цвета, часть выполнена из пластика черного цвета для подключения клемм. Блок имеет следы эксплуатации, на блоке имеется заводская наклейка с указанием данных «Kia №», свертка для замка зажигания, выполненная из металла, с технологическим углублением схожим по форме с ключом зажигания, гаечный ключ, выполненный из металла, с гравировкой фирмы «Практика», оборудованный пассатижами с одной из сторон (т. 1 л.д. 238-240); 

Показаниями свидетеля ФИО7 в судебном заседании, из которых следует, что он работает оперуполномоченным 8 отдела ОРЧ (УР) №2 ГУ МВД России по г. СПб и ЛО, в связи с чем ему было поручено после задержания ФИО22 произвести обыск по месту его жительства. Обыск был произведен в присутствии непосредственно ФИО22, которым были добровольно выданы интересующие следствие предметы, с участием двух понятых, сопровождался составлением протокола, правильность содержания которого участники удостоверили своими подписями; 

Заключением технической экспертизы №№09/19/1762 от 11 сентября 2019 года, из выводов которого следует, что устройство с маркировкой «Hyundai Continental №», представляет собой устройство для обеспечения возможности несанкционированного (без чипа авторизации штатного ключа от автомобиля) запуска двигателей автомобилей «Киа Спортейдж» и «Хендай Ай икс 35». Устройство с маркировкой «КІА №», представляет собой устройство для обеспечении возможности несанкционированного (без чипа авторизации штатного ключа от автомобиля) запуска двигателей автомобилей «Киа Сиид». Представленные на экспертизу устройства предназначены для обеспечения возможности хищения автомобилей: «Киа Спортейдж», «Хундай Ай икс 35» и «Киа Сиид». Подключение устройство штатным образом к бортовой сети автомобиля является обязательным условием запуска и работы двигателя автомобиля (т. 2 л.д. 26-29); 

Протоколом осмотра предметов (документов) от 25 сентября 2019 года, согласно которому осмотрены блоки управления, изъятые в ходе обыска по месту жительства ФИО22, после произведенной экспертизы (т. 2 л.д. 48-53). Осмотренные предметы на основании постановления следователя признаны вещественными доказательствами и приобщены к уголовному делу (т. 2 л.д. 54-55); 

Показаниями свидетеля ФИО16, данными им в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, содержание которых приведено при изложении доказательств по преступления в отношении имущества ФИО2 (т.2 л.д.57-59)

Показаниями свидетеля ФИО9 в судебном заседании, содержание которых приведено при изложении доказательств по преступлению в отношении имущества ФИО2; 

Иными документами - протоколами соединений между абонентами (абонентскими устройствами) из ООО «Т2 Мобайл» (т.3 л.д.7-18); 

Протоколом осмотра предметов (документов) от 24 августа 2019 года, согласно которому осмотрен протокол соединений между абонентами (абонентскими устройствами) из ООО «Т2 Мобайл» (оператор сотовой связи «Теле2»). Осмотренный документ представляет собой детализацию вызовов абонентских устройств с идентификационными номерами 

<

***> – № и 

<

***> – №. Осмотром представленной информации о соединениях установлено, что указанные абонентские устройства в расследуемый период времени, то есть в период с 04.06.2019 по 05.06.2019 находились в местах активных действий при совершении преступления, активно перемещались по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области. О данных фактах свидетельствуют соединения в 22:31 04.06.2019 в районе действия базовой станции по адресу: г. Санкт – Петербург, 

<

адрес> в непосредственной близости от места совершения хищения автомобиля ФИО1, в 23:12 в районе действия базовой станции по адресу: г. Санкт – Петербург, 

<

адрес>, также в непосредственной близости от места совершения хищения автомобиля ФИО1, в 23:33 в районе действия базовой станции по адресу: г. Санкт – Петербург, ул. Бабушкина д.36 к.1, по пути к месту парковки похищенного автомобиля и последующие соединения в 00:01 05.06.2019, 00:17 в районе действия базовой станции по адресу: ЛО, 

<

...> в непосредственной близости от места парковки на стоянке после хищения автомобиля ФИО1. При этом большая часть соединений происходила между абонентами № и №, находящимися в районе действия одной и той же базовой станции (т. 3 л.д. 19-24). Осмотренные документы на основании постановления следователя признаны вещественными доказательствами и приобщены к уголовному делу; 

Иным документом - постановлением от 17 сентября 2019 года о представлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд, которым в СУ УМВД России по Московскому району г. Санкт-Петербурга из УУР ГУ МВД России по г. СПб и ЛО переданы рассекреченные результаты оперативно-розыскной деятельности в отношении ФИО22, ФИО21 и Д.М.о. ФИО23, в частности два CD-R диска с аудио записями разговоров подсудимых за период с 22 мая 2019 года по 05 июня 2019 года в ходе проведения ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров», а равно судебные решения, на основании которых было проведено оперативно-розыскное мероприятие, и стенограммы разговоров (т. 3 л.д. 33-35, 36-37, 38-39, 40, 41-61, 62-63); 

Протоколом осмотра предметов (документов) от 26 сентября 2019 года, согласно которому произведен осмотр двух дисков, установлено наличие переговоров ФИО22, ФИО21, Д.М.о. ФИО23 04 июня 2019 года и 05 июня 2019 года в процессе совершения хищения автомашины ФИО1 (т. 3 л.д. 64-69). Осмотренные предметы признаны вещественными доказательствами и приобщены к уголовному делу. В судебном заседании вещественные доказательства исследованы, подсудимые ФИО22, ФИО21, Д.М.о. ФИО23 подтвердили, что именно они явились участниками зафиксированных диалогов, которые велись 04 и 05 июня 2019 года, в частности в момент хищения автомашины ФИО1 и перемещения его на стоянку в Кудрово. 

Показаниями свидетеля ФИО10 в судебном заседании из которых следует, что он является старшим оперуполномоченным 8 отдела ОРЧ (УР) №2 ГУ МВД России по г. СПб и ЛО, специализируется на раскрытии краж автомототранспорта. Осуществляя оперативно-розыскные мероприятия в отношении группы, специализирующейся на хищении автомобилей марки «Киа» в г. Санкт-Петербурге, к началу июня 2019 года были установлены места жительства всех трех фигурантов, в связи с чем было проведено «наблюдение», в ходе которого при совершении хищения автомашины КиаСпортейдж 4-5 июня 2019 года ФИО22, ФИО21 и Д.М.о. ФИО23 были задержаны; 

Показаниями свидетеля ФИО8 в судебном заседании, из которых следует, что он является старшим оперуполномоченным 8 отдела ОРЧ (УР) №2 ГУ МВД России по г. СПб и ЛО. В июне 2019 года он, ФИО8, был привлечен к оперативной разработке ФИО10 в отношении группы лиц, похищающих автомашины Киа. Его, ФИО8, роль заключалась в непосредственном задержании автомашины, на которой следовали подсудимые, в частности он лично задерживал ФИО21; 

Показаниями свидетеля ФИО11, данными им в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что он работает оперуполномоченным 8 отдела ОРЧ (УР) №2 ГУ МВД России по г. СПб и ЛО. Данный отдел специализируется на раскрытии хищения автотранспорта. С марта 2019 года сотрудниками отдела разрабатывалась группа лиц, занимающаяся хищением автомобилей марки «Киа» на территории г. Санкт – Петербурга. В ходе проведённых ОРМ было установлено, что к совершению преступлений причастны ФИО22, ФИО21, и Д.М.о. ФИО23. Так в ходе работы в отношении данных лиц проводились оперативно-розыскные мероприятия «Прослушивание телефонных переговоров» и «Наблюдение». По результатам проведённых мероприятий было принято решение о задержании данной группы, поскольку последнее преступление – хищение автомобиля «Киа Спортейдж» на территории Московского района произошло под наблюдением сотрудников полиции. После хищения указанный автомобиль был перегнан похитителями в г. Кудрово, где на подменных номерах был оставлен на платной стоянке. Разговоры похитителей, ведущиеся между ними при совершении преступления, записывались, поскольку проводилось прослушивание их телефонов. Автомобилем сопровождения при совершении данного преступления являлся «Киа Сид», находящийся в пользовании ФИО22. После того, как указанные лица припарковали похищенный автомобиль в г. Кудрово, на автомашине ФИО22 они выехали в Невский район Санкт-Петербурга и около 

<

адрес> в 00 часов 30 минут 05 июня 2019 года автомобиль «Киа Сид» под управлением Д.М.о. ФИО23 был остановлен сотрудниками 8 отдела ОРЧ, а находящиеся в остановленном автомобиле ФИО22, ФИО21 и Д.М.о. ФИО23 были задержаны по подозрению в совершении преступления. Лично он, ФИО11, совместно с ФИО12 задержал Д.М.о. ФИО23. Далее на место задержания была вызвана следственно-оперативная группа с целью осмотра задержанного автомобиля, по приезду которой с участием понятых был проведен осмотр автомобиля (т. 2 л.д. 77-79). 

Изложенные доказательства судом проверены, оцениваются как объективные, допустимые, достоверные, а в своей совокупности являются достаточными для признания вины ФИО22, ФИО21, Д.М.о. ФИО23 в совершении каждого преступления доказанной. 

Суд оценивает показания потерпевших ФИО2, ФИО4, ФИО3, ФИО5, ФИО1, свидетелей ФИО10, ФИО14, ФИО9, ФИО16, ФИО7, ФИО8, ФИО11 допустимыми и достоверными, поскольку показания указанных лиц непротиворечивы, взаимно согласуются как между собой, так и с письменными доказательствами. Кроме того, суд принимает во внимание, что ранее указанные лица, за исключением ФИО16, с подсудимыми знакомы не были, неприязненных отношений не имели, оснований для оговора ФИО22, ФИО21, Д.М.о. ФИО23 со стороны указанных лиц защитой не представлено, и судом не установлено. Аналогичный вывод следует сделать и в отношении свидетеля ФИО16, который подтвердив факт личного знакомства с ФИО22, не сообщал о наличии конфликтных либо неприязненных отношений, что свидетельствует об отсутствии оснований для оговора, в частности подсудимого ФИО22, при этом суд принимает во внимание, что обстоятельства использования автомашины ФИО16, в том числе ФИО22, объективно подтверждаются обстоятельствами задержания подсудимых. 

Принимая в качестве доказательства показания свидетелей ФИО16 и ФИО11, данные ими в ходе предварительного следствия суд учитывает, что данные лица извещались о дате и месте судебного заседания, не явились, показания свидетелей оглашены по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, при согласии стороны защиты, при отсутствии вопросов к указанным свидетеля у сторон. Протоколы допросов ФИО16 и ФИО11 составлены в соответствии с требованиями УПК РФ, в ходе которых свидетели в установленном порядке предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. 

Каждым потерпевшим после установления факта похищения их имущества, было подано соответствующее заявление в правоохранительные органы. 

Так заявление о совершенном преступлении является первоначальным обращением гражданина в правоохранительные органы при установлении факта нарушения его права и содержащее сведения о признаках уголовно наказуемого деяния. Имея первоначальную форму, заявление о преступлении является в соответствии с требованиями УПК РФ поводом к проведению легальной процессуальной деятельности направленной либо на возбуждение уголовного дела, либо на решение об отказе в его возбуждении. 

Как следует из представленных материалов, каждое заявление было предметом проверки. В каждом случае в отношении каждого факта хищения составлен протокол осмотра места происшествия, которым зафиксирован факт хищения автомашин, принадлежащих потерпевшим в указанное ими время и по указанным ими адресам. 

Кроме того, протоколы осмотра мест происшествия составлены и по факту осмотров автомашины ФИО1 и автомашины, на которой были задержаны подсудимые. 

Судом не установлено оснований не доверять каждому протоколу осмотра места происшествия, поскольку в соответствии с исследованными материалами каждый протокол составлен в соответствии с требованиями УПК РФ, при этом процедура проведения осмотра в каждом случае соответствовала требованиям ст.177 УПК РФ. 

Судом не установлено оснований не доверять показаниям каждого потерпевшего в части вида похищенного имущества и его стоимости. При этом суд принимает во внимание, что в отношении каждого автомобиля потерпевшими представлены документы, подтверждающие право собственности на похищенное имущество с указанием его стоимости. При этом стоимость автомашин потерпевших ФИО2, ФИО4, ФИО3, как соответствующие рыночным и не являющиеся завышенными подтвердил в судебном заседании допрошенный специалист ФИО13. При этом судом не установлено оснований не доверять показаниям специалиста, учитывая представленные им документы на право осуществлять оценочную деятельность движимого имущества, а равно производство технической экспертизы транспортных средств. В отношении стоимости автомашины ФИО5 споров у сторон не имелось, в отношении стоимости автомашины ФИО1, стороной защиты было представлено заключение специалиста, с которым согласился потерпевший, и которая сторона обвинения не оспорила. 

Стороной защиты после исследования показаний специалиста ФИО13 критика относительно размера причиненного преступлениями ущерба в отношении каждого потерпевшего не высказывалась. 

Судом не установлено оснований для критической оценки произведенных по уголовному делу экспертиз, при этом суд принимает во внимание, что каждая экспертиза проведена на основании постановления следователя, экспертом – специалистом в определённой области знаний, надлежащим образом предупрежденным об уголовной ответственности. Принятые судом в качестве доказательства экспертные заключения полностью соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ.

Оценивая результаты произведенных оперативно-розыскных мероприятий в отношении ФИО22, ФИО21, Д.М.о. ФИО23, предоставленные органам предварительного расследования, допустимыми доказательствами, суд также принимает во внимание, что «прослушивание телефонных переговоров» и «наблюдение» в отношении подсудимых осуществлялись для решения задач, определенных в ст. 2 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности", а именно в целях выявления, пресечения и раскрытия преступления, а также выявления и установление лиц, его совершающего и совершившего. 

При этом правоохранительные органы имели основания к производству указанного оперативно-розыскного мероприятия в соответствии со ст. 7 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности", к которым в том числе относятся наличие возбужденного уголовного дела, а равно ставшие известными органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, а также о лицах, его подготавливающих, совершающих или совершивших.

Условия, императивно закрепленные в ст. 8 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности" соблюдены в полном объеме, в частности прослушивание телефонных переговоров производилось на основании решений суда. 

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что сотрудники правоохранительных органов действовали законно, объем и характер действий в отношении ФИО22, ФИО21, Д.М.о. ФИО23 определялся задачами, которые сформулированы перед ними действующим законодательством РФ. 

Принимая в качестве доказательства иные документы, в частности предоставленные потерпевшими, подтверждающие право собственности на автомашины, суд исходит из того, что иные документы допускаются в качестве доказательства, если изложенные в них сведения имеют значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию, что и установлено в отношении документов потерпевших. Одновременно суд учитывает и правомочие потерпевшего в части возможности представления доказательств. 

Аналогичный вывод следует сделать в отношении сведений АС «КПА», трекеров передвижения автомашины, которые содержат сведения соответствующие требованиям ст. 84 УПК РФ. Кроме того, суд учитывает, что предоставлены они органом, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность в ответ на отдельное поручение следователя, в форме рапорта, что соответствует инструкции о порядке предоставления результатов оперативно-розыскной деятельности при выполнения поручения следователя по уголовным делам и материалам проверки сообщений о преступлениях, находящимся в их производстве.

Представленный стороной обвинения протокол обыска по месту жительства ФИО22 и протоколы осмотра предметов (документов) не поставлены стороной защиты под сомнение, оснований для процессуальной критики указанных протоколов следственных действий, судом не установлено. 

В ходе судебного заседания подсудимые ФИО22 и ФИО21 подтвердили свою причастность и причастность подсудимого Д.М.о. ФИО23 к инкриминируемым преступлениям при установленных судом обстоятельствах. 

Подсудимый Д.М.о. ФИО23 в судебном заседании в качестве окончательной позиции заявил о признании своей вины по преступлениям в отношении имущества ФИО5 и ФИО1 при изложенных в обвинении обстоятельствах, отрицая собственную причастность к совершению преступлений в отношении имущества ФИО2, ФИО4 и ФИО3.

Следует отметить, что позиция подсудимых в динамике последовательно менялась в ходе судебного заседания во взаимосвязи с исследованием представленными стороной обвинения доказательствами. Изначально при изложении предъявленного обвинения подсудимыми ФИО22 и ФИО21 была подтверждена своя причастность исключительно к совершению преступления 04-05 июня 2019 года, впоследствии как ФИО22, так и ФИО21 было выражено согласие с каждым инкриминируемым преступлением, заявлено о признании вины и раскаянии в содеянном. При этом подсудимыми был отражен общий алгоритм каждого совершенного преступления, состав участников в отношении хищения автомашин каждого из потерпевших. Кроме того, ФИО22 было указано на отсутствие в настоящее время возможности детализировать процесс каждого совершенного преступления, в связи с идентичным алгоритмом и давностью событий. 

Позиция Д.М.о. ФИО23 также последовательно изменялась, первоначально заявив о непризнании своей вины в совершении всех преступлений, после представления доказательств стороной обвинения Д.М.о. ФИО23 подтвердил свою причастность и вину в совершению инкриминируемых преступлений в отношении имущества ФИО5 и ФИО1, впоследствии декларативно признав вину в совершении каждого преступления, в последнем судебном заседании вновь заняв позицию признания вины исключительной в совершении преступлений в отношении имущества ФИО5 и ФИО1. 

Показания как ФИО22, так и ФИО21, подтвердивших свою причастность и причастность Д.М.о. ФИО23 к совершению каждого преступления в соответствии с требованиями ст. 86 УПК РФ явились предметом проверки и нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства. Равно как и позиция Д.М.о. ФИО23, представленная им как окончательная была предметом проверки в ходе судебного разбирательства и нашла свое подтверждение в части. 

Так показания ФИО22 и ФИО21 о совершении ими совместно с Д.М.о. ФИО23 преступления в отношении имущества ФИО2 полностью подтверждаются показаниями потерпевшей, протоколом осмотра места происшествия и протоколом принятия от неё заявления о преступлении, которыми установлен факт хищения у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге автомашины «Киа ФИО24», государственный регистрационный знак № в период с 30 апреля 2019 года по 02 мая 2019 года. Маршрут следования похищенной автомашины от места хищения в дату совершения преступления до стоянки в Кудрово подтверждается сведениями предоставленными автоматизированной системой «Контроль за передвижением автотранспорта», в соответствии с которыми в одних и тех же координатах 02 мая 2019 года с разницей в три минуты зафиксирована автомашина «Киа ФИО24» на номерах №, и автомашина Кио Рио номер №, арендованный родственником Д.М.о. ФИО23, что подтвердил свидетель ФИО14. При этом именно номерной знак № в качестве подменного использовался также при совершении хищений имущества ФИО15 и ФИО5. 

Кроме того, по мобильным телефонам, изъятым в ходе осмотра места происшествия, а именно автомашины ФИО22 в день задержания изъяты два мобильных телефона, по 

<

***> которых получены сведения об используемых данными устройствами сим-карт с детализацией звонков, в частности за 02 мая 2019 года. Принадлежность изъятых мобильных телефонов и факт их использования непосредственно подсудимыми подтверждается протоколом указанного осмотра места происшествия, а равно результатами оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров». 

Протоколом осмотра и непосредственно протоколами телефонных соединений подтверждается, что в изъятых при задержании подсудимых мобильных телефонах использовались сим-карты с номерами № и №, и именно между указанными абонентами при движении в зоне одних и тех же базовых станций велись переговоры в процессе следования по маршруту от 

<

адрес>, то есть места жительства ФИО22 и ФИО21, с перемещением к 

<

адрес>, то есть месту хищения автомашины потерпевшей, от которого абоненты проследовали в Кудрово Всеволожского района Ленинградской области. При этом время нахождения абонентов в период с 21.42 02 мая 2019 года в п. Кудрово, и в 22.31 03 мая 2019 года на 

<

адрес> полностью соответствует «контролю передвижения автотранспорта», как направление движения похищенного автомашины ФИО2 и машины сопровождения в сторону п. Кудрово, где и размещена автомашина с номерами №, согласно осмотренному журналу.

Кроме того, маршрут автомашины Кио Рио номер № в соответствии с трекером передвижения полностью соответствует маршруту исходя из детализации телефонных переговоров от 

<

адрес>, с перемещением к 

<

адрес>, от которого абоненты проследовали в Кудрово Всеволожского района Ленинградской области, а также «контроля передвижения автотранспорта». 

Данные обстоятельства в полной мере подтверждаются показаниями свидетелей ФИО10, ФИО14, ФИО9 протоколами осмотра документов и иными документами, представленными в ответ на поручение следователя. 

Таким образом, совокупностью собранных и исследованных доказательств подтверждается, что в период с 30 апреля 2019 года по 02 мая 2019 года именно ФИО22, ФИО21, Д.М.о. ФИО23 при использовании изъятых при задержании мобильных устройств, поддерживая связь между похищенным автомобилем с подменными номерами, которые использовались соучастниками впоследствии неоднократно, похитили автомашину, принадлежащую ФИО2, которую после непосредственного хищения переместили на стоянку в п. Кудрово, с использованием автомашины сопровождения, арендованной родственником Д.М.о. ФИО23 и под управлением непосредственно Д.М.о. ФИО23. Совершение указанных действий иными лицами при установлении тождества маршрутов следования с использованием различных по объему сведений зафиксированных различными техническими устройствами, по мнению суда, исключено. 

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что показания ФИО22 и ФИО21 в части признания каждым вины в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах в отношении имущества ФИО2 являются достоверными, подтверждаются совокупностью собранных и исследованных доказательств, в связи с чем на основании ч. 2 ст. 77 УПК РФ суд принимает их в качестве доказательства по уголовному делу. При этом судом не установлено оснований как для самооговора ФИО22 и ФИО21, учитывая обоснование ими ранее избранной правовой позиции как тактики защиты и изменение её под влиянием исследованных доказательств, что, по мнению суда, учитывая ранее изложенные выводы объективно, так и оснований для оговора Д.М.о. ФИО23.

Так показания ФИО22 и ФИО21 о совершении ими совместно с Д.М.о. ФИО23 преступления в отношении имущества ФИО4 полностью подтверждаются показаниями потерпевшего, протоколом осмотра места происшествия и протоколом принятия от него заявления о преступлении, которыми установлен факт хищения у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге автомашины «Киа ФИО24», государственный регистрационный знак № в период с 03 по 04 мая 2019 года. Маршрут следования похищенной автомашины от места хищения в дату совершения преступления подтверждается сведениями предоставленными автоматизированной системой «Контроль за передвижением автотранспорта», в соответствии с которыми в одних и тех же координатах 04 мая 2019 года с разницей в три минуты зафиксирована автомашина «Киа ФИО24» на номерах №, и автомашина Кио Рио номер №, арендованный родственником Д.М.о. ФИО23, что подтвердил свидетель ФИО14. 

Кроме того, по мобильным телефонам, изъятым в ходе осмотра места происшествия, а именно автомашины ФИО22 в день задержания изъяты два мобильных телефона, по 

<

***> которых получены сведения об используемых данными устройствами сим-карт с детализацией звонков, в частности за 3-4 мая 2019 года. Принадлежность изъятых мобильных телефонов и факт их использования непосредственно подсудимыми подтверждается протоколом указанного осмотра места происшествия, а равно результатами оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров». 

Протоколом осмотра и непосредственно протоколами телефонных соединений подтверждается, что в изъятых при задержании подсудимых мобильных телефонах использовались сим-карты с номерами № и №, и именно между указанными абонентами при движении в зоне одних и тех же базовых станций велись переговоры в процессе следования по маршруту от 

<

адрес>, то есть места жительства ФИО22 и ФИО21, с перемещением к ул. Звездной, то есть месту близкому к месту хищения автомашины потерпевшего, от которого абоненты проследовали в Кудрово Всеволожского района Ленинградской области. 

Кроме того, маршрут автомашины Кио Рио номер № в соответствии с трекером передвижения полностью соответствует маршруту подсудимых исходя из детализации телефонных переговоров, а также «контроля передвижения автотранспорта». 

Данные обстоятельства в полной мере подтверждаются показаниями свидетелей ФИО10, ФИО14, ФИО9 протоколами осмотра документов и иными документами, представленными в ответ на поручение следователя. 

Таким образом, совокупностью собранных и исследованных доказательств подтверждается, что в период с 03 по 04 мая 2019 года именно ФИО22, ФИО21, Д.М.о. ФИО23 при использовании изъятых при задержании мобильных устройств, поддерживая связь между похищенным автомобилем с подменными номерами, похитили автомашину, принадлежащую ФИО4, которую после непосредственного хищения переместили в п. Кудрово, с использованием автомашины сопровождения под управлением Д.М.о. ФИО23, арендованной его родственником. Совершение указанных действий иными лицами при установлении тождества маршрутов следования с использованием различных по объему сведений зафиксированных различными техническими устройствами, по мнению суда, исключено. 

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что показания ФИО22 и ФИО21 в части признания каждым вины в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах в отношении имущества ФИО4 являются достоверными, подтверждаются совокупностью собранных и исследованных доказательств, в связи с чем на основании ч. 2 ст. 77 УПК РФ суд принимает их в качестве доказательства по уголовному делу. При этом судом не установлено оснований как для самооговора ФИО22 и ФИО21, учитывая обоснование ими ранее избранной правовой позиции как тактики защиты и изменение её под влиянием исследованных доказательств, что, по мнению суда, учитывая ранее изложенные выводы объективно, так и оснований для оговора Д.М.о. ФИО23.

Так показания ФИО22 и ФИО21 о совершении ими совместно с Д.М.о. ФИО23 преступления в отношении имущества ФИО3 полностью подтверждаются показаниями и потерпевшей, протоколом осмотра места происшествия и протоколом принятия от неё заявления о преступлении, которыми установлен факт хищения у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге автомашины «Киа ФИО24», государственный регистрационный знак № в период с 19по 20 мая 2019 года. Маршрут следования похищенной автомашины от места хищения в дату совершения преступления до стоянки в Кудрово подтверждается сведениями предоставленными автоматизированной системой «Контроль за передвижением автотранспорта», в соответствии с которыми в одних и тех же координатах 19 мая 2019 года с разницей в 30 секунд зафиксирована автомашина «Киа ФИО24» первоначально на номере №, а впоследствии на номерах №, и автомашина Кио Сид номер №, который находился в пользовании ФИО22, что и подтвердил свидетель ФИО16. При этом именно номерной знак № в качестве подменного использовался также при совершении хищений имущества ФИО2 и ФИО5. 

Кроме того, по мобильным телефонам, изъятым в ходе осмотра места происшествия, а именно автомашины ФИО22 в день задержания изъяты два мобильных телефона, по 

<

***> которых получены сведения об используемых данными устройствами сим-карт с детализацией звонков, в частности за 19-20 мая 2019 года. Принадлежность изъятых мобильных телефонов и факт их использования непосредственно подсудимыми, как указывалось выше, подтверждается протоколом указанного осмотра места происшествия, а равно результатами оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров». 

Протоколом осмотра и непосредственно протоколами телефонных соединений подтверждается, что в изъятых при задержании подсудимых мобильных телефонах использовались сим-карты с номерами № и №, и именно между указанными абонентами при движении в зоне одних и тех же базовых станций велись переговоры в процессе следования по маршруту от 

<

адрес>, то есть месту хищения автомашины потерпевшей, от которого абоненты проследовали в Кудрово Всеволожского района Ленинградской области. При этом время нахождения абонентов 20 мая 2019 года полностью соответствует «контролю передвижения автотранспорта», как направление движения похищенного автомашины ФИО3 с номерами № и машины сопровождения, находившейся в пользовании ФИО22. 

Данные обстоятельства в полной мере подтверждаются показаниями свидетелей ФИО10, ФИО16, ФИО9 протоколами осмотра документов и иными документами, представленными в ответ на поручение следователя. 

Таким образом, совокупностью собранных и исследованных доказательств подтверждается, что в период с 19 по 20 мая 2019 года именно ФИО22, ФИО21, Д.М.о. ФИО23 при использовании изъятых при задержании мобильных устройств, поддерживая связь между похищенным автомобилем с подменными номерами, которые использовались соучастниками впоследствии неоднократно, похитили автомашину, принадлежащую ФИО3, которую после непосредственного хищения переместили на стоянку в п. Кудрово, с использованием автомашины сопровождения, находящейся в пользовании ФИО22 под непосредственным управлением Д.М.о. ФИО23. Совершение указанных действий иными лицами при установлении тождества маршрутов следования с использованием различных по объему сведений зафиксированных различными техническими устройствами, по мнению суда, исключено. 

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что показания ФИО22 и ФИО21 в части признания каждым вины в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах в отношении имущества ФИО3 являются достоверными, подтверждаются совокупностью собранных и исследованных доказательств, в связи с чем на основании ч. 2 ст. 77 УПК РФ суд принимает их в качестве доказательства по уголовному делу. При этом судом не установлено оснований как для самооговора ФИО22 и ФИО21, как указывалось выше, так и оснований для оговора Д.М.о. ФИО23.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что позиция Д.М.о. ФИО23 о его непричастности к совершению преступлений в отношении имущества ФИО2, ФИО4 и ФИО3 полностью опровергнута в судебном заседании совокупностью собранных и исследованных доказательств. 

Доводы стороны защиты подсудимого Д.М.о. ФИО23 не имея критики представленных и принятых судом доказательств, сводятся к их недостаточности. 

Вопреки доводам стороны защиты, по мнению суда, вина Д.М. о. ФИО23 в совершении указанных преступлений полностью доказана показаниями свидетеля ФИО14 об аренде автомашины родственником подсудимого ФИО23, именно в отношении которого и были проведены оперативно-розыскные мероприятия, и в соответствии с показаниями свидетеля ФИО10 причастность родственника подсудимого не нашла своего подтверждения, при этом в качестве соучастника ФИО22 и ФИО21 и был установлен Д.М.о. ФИО23, в отношении которого также проведены оперативно-розыскные мероприятия, результатом которых явилось задержание в частности Д.М.о. ФИО23 при совершении преступления при установленном судом алгоритме их совершений. В равной степени вина Д.М.о. ФИО23 подтверждает и результатами оперативно-розыскных мероприятий в их динамике во взаимосвязи с показаниями свидетеля ФИО10, протоколами следственных действий, а равно показаниями подсудимых ФИО22 и ФИО21, оценка которым приведена выше. При этом суд учитывает отсутствие оснований для оговора Д.М.о. ФИО23 со стороны указанных лиц, что подтвердил сам Д.М.о. ФИО23, а равно отсутствие правовой заинтересованности, поскольку сам факт участия Д.М.о. ФИО23 не влияет на юридическую квалификацию их действий. 

Кроме того, не влияет на вывод суда о доказанности вины Д.М.о. Мамедова довод стороны защиты об отсутствии допроса ФИО20, при этом суд учитывает, как показания ФИО10 в части не подтверждения причастности ФИО20, а равно то обстоятельство, что ФИО20 является родственником подсудимого Д.М.о. ФИО23 и сторона защиты не была лишена возможности заявить ходатайство о допросе данного лица на соответствующей стадии судебного разбирательства. 

Изложенную совокупность доказательств суд признает достаточной для признания вины Д.М.о. Мамедова доказанной в совершении преступлений в отношении ФИО2, ФИО4, ФИО3. Одновременно суд учитывает и установленную роль подсудимого Д.М.о. ФИО23, которая сводилась к наблюдению в каждом случае за окружающей обстановкой, а равно управлением автомашиной сопровождения. Именно данными обстоятельствами и обусловлено изъятие именно двух мобильных телефонов 05 июня 2019 года, а равно именно соединения данных двух устройств при совершении преступлений в отношении ФИО2, ФИО4, ФИО3, что, вопреки позиции стороны защиты, не свидетельствует об отсутствии доказательств причастности Д.М.о. ФИО23 к совершению данных преступлений, а подтверждает установленный алгоритм совершения каждого преступления одними и теми же лицами. Использование двух мобильных устройств тремя соучастниками подтверждается прослушанными результатами ПТП, из которых следует, что в необходимых случаях одно из устройств передавалось Д.М.о. ФИО23. 

При таких обстоятельствах, суд признает показания подсудимого Д.М.о. ФИО23 в части его отрицания своей причастности к совершению преступлений в отношении имущества ФИО2, ФИО4 и ФИО3 недостоверной, обусловленной тактикой защиты. Учитывая изложенный вывод суда о доказанности вины Д.М.о. ФИО23, высказанная им в судебном заседании 25 декабря 2019 года позиция о признании вины, подлежит учету при назначении наказания. 

Показания ФИО22 и ФИО21, Д.М.о. ФИО23 каждого о совершении ими совместно преступления в отношении имущества ФИО5 полностью подтверждаются показаниями потерпевшего, протоколом осмотра места происшествия и протоколом принятия от него заявления о преступлении, которыми установлен факт хищения у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге автомашины «Киа ФИО24», государственный регистрационный знак № в период с 22 по 23 мая 2019 года. Маршрут следования похищенной автомашины от места хищения в дату совершения преступления до стоянки в Кудрово подтверждается сведениями предоставленными автоматизированной системой «Контроль за передвижением автотранспорта», в соответствии с которыми в одних и тех же координатах 23 мая 2019 года в разницей в три минуты зафиксирована автомашина «Киа ФИО24» на номерах №, в процессе следования на номере № и автомашина Кио Сид номер №, находящийся в пользовании у ФИО22, что подтвердил свидетель ФИО16. При этом именно номерной знак № в качестве подменного использовался также при совершении хищений имущества ФИО15 и ФИО2. 

Кроме того, по мобильным телефонам, изъятым в ходе осмотра места происшествия, а именно автомашины ФИО22 в день задержания изъяты два мобильных телефона, по 

<

***> которых получены сведения об используемых данными устройствами сим-карт с детализацией звонков, в частности за 22-26 мая 2019 года. Принадлежность изъятых мобильных телефонов и факт их использования непосредственно подсудимыми подтверждается протоколом указанного осмотра места происшествия, а равно результатами оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров», с зафиксированными диалогами каждого подсудимого. 

Протоколом осмотра и непосредственно протоколами телефонных соединений подтверждается, что в изъятых при задержании подсудимых мобильных телефонах использовались сим-карты с номерами № и №, и именно между указанными абонентами при движении в зоне одних и тех же базовых станций велись переговоры в процессе следования по маршруту от 

<

адрес>, то есть места хищения автомашины ФИО5 к 

<

адрес>, то есть места жительства ФИО22 и ФИО21, с перемещением в Кудрово Всеволожского района Ленинградской области, где и размещена автомашина с номерами №, согласно осмотренному журналу.

Данные обстоятельства в полной мере подтверждаются показаниями свидетелей ФИО10, ФИО16, ФИО9 протоколами осмотра документов, результатами оперативно-розыскной деятельности и иными документами, представленными в ответ на поручение следователя. 

Таким образом, совокупностью собранных и исследованных доказательств подтверждается, что в период с 22 по 23 мая 2019 года именно ФИО22, ФИО21, Д.М.о. ФИО23 при использовании изъятых при задержании мобильных устройств, поддерживая связь между похищенным автомобилем с подменными номерами, которые использовались соучастниками неоднократно, похитили автомашину, принадлежащую ФИО5, которую после непосредственного хищения переместили на стоянку в п. Кудрово, с использованием автомашины сопровождения, находившейся в пользовании ФИО22 под непосредственным управлением Д.М.о. ФИО23. Совершение указанных действий иными лицами при установлении тождества маршрутов следования с использованием различных по объему сведений зафиксированных различными техническими устройствами, по мнению суда, исключено. 

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что показания ФИО22, ФИО21, Д.М.о. ФИО23 в части признания каждым вины в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах в отношении имущества ФИО5 являются достоверными, подтверждаются совокупностью собранных и исследованных доказательств, в связи с чем на основании ч. 2 ст. 77 УПК РФ суд принимает их в качестве доказательства по уголовному делу. При этом судом не установлено оснований как для самооговора ФИО22, ФИО21, Д.М.о. ФИО23, так и оснований для оговора друг друга.

Показания ФИО22 и ФИО21, Д.М.о. ФИО23 каждого о совершении ими совместно преступления в отношении имущества ФИО1 полностью подтверждаются показаниями и потерпевшего, протоколом осмотра места происшествия и протоколом принятия от него заявления о преступлении, которыми установлен факт хищения у 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге автомашины «Киа Спортейдж», государственный регистрационный знак № в период с 04 по 05 июня 2019 года. Маршрут следования похищенной автомашины от места хищения в дату совершения преступления до стоянки в Кудрово подтверждается сведениями предоставленными результатами оперативно-розыскной деятельности, в частности «прослушиванием телефонных переговоров, которыми детализировано зафиксированы действия соучастников в процессе хищения, а равно аналогичными результатами «наблюдения», протоколами осмотра места происшествия, результатами которых явилось как обнаружение автомашины ФИО1 на стоянке в Кудрово, так и обнаружение и изъятие у подсудимых средств связи. Последовательные действия подсудимых при совершении данного преступления подтверждаются и показаниями свидетелей ФИО10, ФИО7, ФИО8 и ФИО11. Кроме того, показания подсудимых в полной мере подтверждаются заключениями произведенных экспертиз во взаимосвязи с протоколами осмотра и обыска. Кроме того, протоколом осмотра и непосредственно протоколами телефонных соединений подтверждается, что в изъятых при задержании подсудимых мобильных телефонах использовались сим-карты с номерами № и №, и именно между указанными абонентами при движении в зоне одних и тех же базовых станций велись переговоры в процессе следования по маршруту от 

<

адрес>, то есть места в непосредственной близости от места хищения автомашины ФИО1 с перемещением в Кудрово Всеволожского района Ленинградской области, где и размещена автомашина с номерами №, при осмотре которой внутри автомашины обнаружены номера №.

Таким образом, совокупностью собранных и исследованных доказательств подтверждается, что в период с 04 по 05 июня 2019 года именно ФИО22, ФИО21, Д.М.о. ФИО23 при использовании изъятых при задержании мобильных устройств, поддерживая связь между похищенным автомобилем с подменными номерами, совершили умышленные действия, непосредственно направленные на хищение автомашины ФИО1, которую после непосредственного хищения переместили на стоянку в п. Кудрово, с использованием автомашины сопровождения, находившейся в пользовании ФИО22, где все соучастники и были задержаны. Совершение указанных действий иными лицами по мнению суда, исключено. 

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что показания ФИО22, ФИО21, Д.М.о. ФИО23 в части признания каждым вины в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах в отношении имущества ФИО17 являются достоверными, подтверждаются совокупностью собранных и исследованных доказательств, в связи с чем на основании ч. 2 ст. 77 УПК РФ суд принимает их в качестве доказательства по уголовному делу. При этом судом не установлено оснований как для самооговора ФИО22, ФИО21, Д.М.о. ФИО23, так и оснований для оговора друг друга.

На основании изложенного суд приходит к выводу о доказанности вины ФИО22, ФИО21, Д.М.о. ФИО23 в совершении пяти преступлений на основе совокупности собранных и исследованных доказательств, оценка которым приведена выше.

Таким образом, обстоятельства дела свидетельствуют, что ФИО22, ФИО21, Д.М.о. ФИО23 каждый последовательно совершил 5 тайных хищений чужого имущества, в каждом случае в крупном размере, группой лиц по предварительному сговору. 

В соответствии с примечанием к ст. 158 УК РФ крупным размером признается стоимость имущества, превышающая 250 000 рублей, что и установлено в ходе судебного заседания в отношении стоимости имущества каждого потерпевшего. 

Вместе с тем, следует отметить, что по преступлению в отношении имущества ФИО15 подсудимым инкриминировалось причинение ущерба в размере 812 000 рублей. В судебном заседании потерпевшей было указано не необходимость исключения стоимости комплекта колес, которые не были похищены, соответственно сумма причиненного ущерба снижена до 782 300 рублей, обоснованность данной суммы подтверждена в судебном заседании показаниями специалиста. При таких обстоятельствах суд считает установленным причинение ущерба ФИО15 в сумме 732 300 рублей, и в данной части объем обвинения подсудимых подлежит уменьшению.

В равной степени подлежит уменьшению объем предъявленного подсудимым обвинения в части стоимости имущества потерпевшего ФИО1, при этом суд учитывает представленное стороной защиты заключение специалиста, которое не оспорено стороной обвинения и поддержано потерпевшим. При таких обстоятельствах суд считает установленным причинение ущерба ФИО1 на общую сумму 946 000 рублей, что послужило основанием к обоснованному выводу государственного обвинения в судебных прениях о необходимости исключения по данному преступлению квалифицирующего признака совершение хищения в особо крупном размере, поскольку он соответствует крупному. 

По каждому преступлению каждому подсудимому инкриминировалось с целью сокрытия преступления от собственника и иных лиц знамена на похищенных автомашинах регистрационных номеров. Показаниями подсудимых ФИО27 и ФИО22 установлено, что данные манипуляции осуществлялись ФИО27, а по преступлению в отношении имущества ФИО1 ФИО21 и ФИО22, что следует из акта наблюдения. При таких обстоятельствах, действия по замене государственных регистрационных знаков подлежат исключению из объема обвинения подсудимого Д.М.о. ФИО23, а равно по преступлениям в отношении ФИО2, ФИО4, ФИО3, ФИО5 – из объема обвинения ФИО22. 

Вместе с тем, в судебном заседании установлено, что каждое преступление было совершено подсудимыми группой лиц по предварительному сговору, о чем свидетельствует как распределение ролей, так и личная корыстная заинтересованность каждого подсудимого. При этом суд учитывает, что каждое преступление было совершено в короткий промежуток времени, что свидетельствует о наличии тщательной подготовки. В пользу данного вывода свидетельствует наличие и использование подменных номеров для похищенных автомашин, использование номеров телефонов зарегистрированных на иных лиц, сопровождение похищенных автомашин дополнительным транспортном, что в каждом случае было направлено на сокрытие преступления. Согласно прослушанным переговорам подсудимых роль и степень участия каждого определялась исходя из навыков и возможностей каждого и являлась неотъемлемым условием для достижения единого преступного результата и цели.

Одновременно суд учитывает, что уголовная ответственность за кражу совершенную группой лиц по предварительному сговору, наступает и в тех случаях, когда согласно предварительной договоренности между соучастниками непосредственное изъятие имущества осуществляет один из них. При этом суд учитывает, что как указывалось выше действия каждого и ФИО22, и ФИО21 и Д.М.о. ФИО23 был направлены на достижение единого преступного результата. 

Кроме того, подсудимым ФИО22, ФИО21, Д.М.о. ФИО23 по преступлению в отношении имущества ФИО1 инкриминировалось, с учетом квалификации предложенной государственным обвинителем, совершение оконченного хищения в крупном размере, группой лиц по предварительному сговору. 

Вместе с тем, кража считается оконченными преступлением, если имущество изъято и виновный имеет реальную возможность им пользоваться или распоряжаться по своему усмотрению (например, обратить похищенное имущество в свою пользу или в пользу других лиц, распорядиться им с корыстной целью иным образом).

В судебном заседании установлено, что наблюдение сотрудниками правоохранительных органов за подсудимыми 04 июня 2019 года велось непрерывно, в том числе на стадии когда происходило непосредственное изъятие имущества ФИО1, что свидетельствует о том, что подсудимые не имели реальной возможности пользоваться и распоряжаться похищенным имуществом, что свидетельствует о наличии в действиях подсудимых покушения на хищение имущества ФИО1. Дальнейшее проведение оперативно-розыскного мероприятия имело своей целью закрепление алгоритма совершения преступления подсудимыми в полном объеме оперативным путем, и не свидетельствует о наличии в действиях подсудимых по данному преступления оконченного состава. 

На основании изложенного, суд действия подсудимого ФИО22 квалифицирует по преступлению в отношении имущества потерпевшей ФИО2 по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере; по преступлению в отношении имущества ФИО4 по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере; по преступлению в отношении имущества ФИО3 по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере; по преступлению в отношении имущества ФИО5 по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере; по преступлению в отношении имущества ФИО1 по ч. 3 ст. 30 п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как покушение, то есть умышленные действия непосредственное направленные на совершение преступления - кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.

На основании изложенного, суд действия подсудимого ФИО21 квалифицирует по преступлению в отношении имущества потерпевшей ФИО2 по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере; по преступлению в отношении имущества ФИО4 по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере; по преступлению в отношении имущества ФИО3 по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере; по преступлению в отношении имущества ФИО5 по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере; по преступлению в отношении имущества ФИО1 по ч. 3 ст. 30 п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как покушение, то есть умышленные действия непосредственное направленные на совершение преступления - кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.

На основании изложенного, суд действия подсудимого Д.М.о. ФИО23 квалифицирует по преступлению в отношении имущества потерпевшей ФИО2 по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере; по преступлению в отношении имущества ФИО4 по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере; по преступлению в отношении имущества ФИО3 по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере; по преступлению в отношении имущества ФИО5 по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере; по преступлению в отношении имущества ФИО1 по ч. 3 ст. 30 п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как покушение, то есть умышленные действия непосредственное направленные на совершение преступления - кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.

При определении вида и размера наказания подсудимым ФИО22, ФИО21 и Д.М.о. ФИО23 за каждое преступление суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности каждого подсудимого, обстоятельства, влияющие на назначение наказания, а также влияние назначенного наказания на исправление каждого осужденного и на условия жизни его семьи.

Подсудимый ФИО22 совершил 5 умышленных преступлений, относящиеся к категории тяжких, против собственности.

Принимая во внимание заключение судебно-психиатрической экспертизы № 3735.1089.1 от 08 июля 2019 года, суд признает ФИО22 вменяемым, подлежащим уголовной ответственности за содеянное. 

В качестве данных о личности подсудимого, суд принимает во внимание, что ФИО22 ранее судим, на учете в психоневрологическом диспансере, в наркологическом кабинете на учете не состоит, осуществлял трудовую деятельность, в настоящее время представлены гарантийные письма его последующего трудоустройства, воспитывался без родительской опеки, оказывал поддержку близким родственникам, в судебном заседании подсудимого ФИО22 с положительной стороны охарактеризовала супруга – ФИО18. 

В соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающим наказание обстоятельством по каждому преступлению суд признает наличие у ФИО22 малолетнего ребенка, что основано на показаниях ФИО39, о его участии в воспитании и содержании её малолетнего ребенка. 

В соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающего наказание обстоятельства по преступлениям, предусмотренным п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ суд признает активное способствование расследованию указанных преступлений и изобличению соучастников, что основано на показаниях ФИО22 принятых в качестве доказательства по уголовному делу. 

Одновременно судом не установлено достаточных оснований к признанию аналогичного смягчающего обстоятельства по преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 30 п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, учитывая объем документированной информации по данному преступлению, а равно повод и основание к задержанию подсудимого, то есть непосредственно на месте преступления по подозрению в его совершении.

Кроме того, судом не установлено достаточных оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством п. «д» ч. 1 ст. 61 УК РФ, при этом суд учитывает, что на момент совершения преступлений подсудимый являлся трудоспособным, имеющим доход при отсутствии препятствий к увеличению дохода правомерным путем. 

В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, в качестве смягчающих наказание обстоятельства по каждому преступлению, суд признает раскаяние ФИО22 в содеянном и признание вины, данные о его состоянии здоровья, мнение потерпевшим, не настаивавших на строгом наказании. 

Отягчающих наказание обстоятельств в соответствии со ст. 63 УК РФ судом не установлено. 

С учетом тяжести содеянного, данных о личности подсудимого, требований ч. 1 ст. 62 УК РФ по каждому преступлению, предусмотренному п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, а также требований ч. 3 ст. 66 УК РФ по преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 30 п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, принимая во внимание, что ФИО22 последовательно совершил значительное количество преступлений против собственности в короткий период времени, суд приходит к выводу, что цели уголовного наказания направленные одновременно на исправление осужденного и на восстановление справедливости будут достигнуты путем назначения ФИО22 наказание за каждое преступление исключительно в виде лишения свободы. 

Принимая во внимание, обстоятельства, смягчающее наказание подсудимого, кроме того учитывая материальное положение подсудимого, суд приходит к выводу, о возможности назначить наказание за каждое преступление не на продолжительный срок и без назначения дополнительного наказания в виде штрафа и ограничения свободы. 

Кроме того, учитывая, что ФИО22 совершены преступления, относящиеся к категории тяжких, наказание ФИО22 должно быть назначено в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний.

Принимая во внимание, что преступления совершены ФИО22 в период условного осуждения по приговору Невского районного суда города Санкт-Петербурга от 25 декабря 2017 года, условное осуждение на основании ч. 5 ст. 74 УК РФ подлежит отмене, а окончательное наказание назначению в соответствии с требованиями ст. 70 УК РФ. 

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ для отбытия наказания ФИО22 необходимо назначить исправительную колонию общего режима.

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности указанных преступлений, для применения ст. 64 УК РФ, назначения более мягкого вида наказания, изменения категорий преступлений, судом не установлено. Кроме того, судом не установлено достаточных оснований для применения ст. 73 УК РФ, при этом учитывая длительность периода совершаемых преступлений и их множественность, суд приходит к выводу, что исправление подсудимого ФИО22 невозможно без его изоляции от общества, одновременно суд принимает во внимание требования п. «в» ч. 1 ст. 73 УК РФ. 

Подсудимый ФИО21 совершил 5 умышленных преступлений, относящиеся к категории тяжких, против собственности.

Принимая во внимание заключение судебно-психиатрической экспертизы № 445/2282 от 12 сентября 2019 года, суд признает ФИО21 вменяемым, подлежащим уголовной ответственности за содеянное. 

В качестве данных о личности подсудимого, суд принимает во внимание, что ФИО21 ранее не судим, на учете в психоневрологическом диспансере, в наркологическом кабинете на учете по месту жительства не состоит, состоял на соответствующем учете по месту регистрации, осуществлял трудовую деятельность, в настоящее время представлены гарантийные письма его последующего трудоустройства, воспитывался в сложной семейной ситуации. 

В соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающего наказание обстоятельства по преступлениям, предусмотренным п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ суд признает активное способствование расследованию указанных преступлений и изобличению соучастников, что основано на показаниях ФИО21 принятых в качестве доказательства по уголовному делу. 

Одновременно судом не установлено достаточных оснований к признанию аналогичного смягчающего обстоятельства по преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 30 п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, учитывая объем документированной информации по данному преступлению, а равно повод и основание к задержанию подсудимого, то есть непосредственно на месте преступления по подозрению в его совершении.

Кроме того, судом не установлено достаточных оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством п. «д» ч. 1 ст. 61 УК РФ, при этом суд учитывает, что на момент совершения преступлений подсудимый являлся трудоспособным, имеющим доход при отсутствии препятствий к увеличению дохода правомерным путем. 

В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, в качестве смягчающих наказание обстоятельства по каждому преступлению, суд признает раскаяние ФИО21 в содеянном и признание вины, данные о его состоянии здоровья, наличие заболеваний, мнение потерпевших, не настаивавших на строгом наказании. 

Отягчающих наказание обстоятельств в соответствии со ст. 63 УК РФ судом не установлено. 

С учетом тяжести содеянного, данных о личности подсудимого, требований ч. 1 ст. 62 УК РФ по каждому преступлению, предусмотренному п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, а также требований ч. 3 ст. 66 УК РФ по преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 30 п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, принимая во внимание, что ФИО21 последовательно совершил значительное количество преступлений против собственности в короткий период времени, суд приходит к выводу, что цели уголовного наказания направленные одновременно на исправление осужденного и на восстановление справедливости будут достигнуты путем назначения ФИО21 наказание за каждое преступление исключительно в виде лишения свободы. 

Принимая во внимание, обстоятельства, смягчающее наказание подсудимого, кроме того учитывая материальное положение подсудимого, суд приходит к выводу, о возможности назначить наказание за каждое преступление не на продолжительный срок и без назначения дополнительного наказания в виде штрафа и ограничения свободы. 

Кроме того, учитывая, что ФИО21 совершены преступления, относящиеся к категории тяжких, окончательное наказание ФИО21 должно быть назначено в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ для отбытия наказания ФИО21 необходимо назначить исправительную колонию общего режима.

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности указанных преступлений, для применения ст. 64 УК РФ, назначения более мягкого вида наказания, изменения категорий преступлений, судом не установлено. Кроме того, судом не установлено достаточных оснований для применения ст. 73 УК РФ, при этом учитывая длительность периода совершаемых преступлений и их множественность, суд приходит к выводу, что исправление подсудимого ФИО21 невозможно без его изоляции от общества. 

Подсудимый Д.М.о. ФИО23 совершил 5 умышленных преступлений, относящиеся к категории тяжких, против собственности.

Принимая во внимание заключение судебно-психиатрической экспертизы № 3843.1125.1 от 12 июля 2019 года, суд признает Д.М.о. ФИО23 вменяемым, подлежащим уголовной ответственности за содеянное. 

В качестве данных о личности подсудимого, суд принимает во внимание, что Д.М.о. ФИО23 ранее не судим, на учете в психоневрологическом диспансере, в наркологическом кабинете на учете не состоит, осуществлял трудовую деятельность, в настоящее время представлены гарантийные письма его последующего трудоустройства, оказывал поддержку близким родственникам, в судебном заседании подсудимого Д.М.о. ФИО23 с положительной стороны охарактеризовал родственник – ФИО38. 

В соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающего наказание обстоятельства по преступлению, предусмотренному п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ в отношении потерпевшего ФИО5 суд признает активное способствование расследованию указанного преступления и изобличению соучастников, что основано на показаниях Д.М.о. ФИО23 принятых в качестве доказательства по уголовному делу. 

Одновременно судом не установлено достаточных оснований к признанию аналогичного смягчающего обстоятельства по преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 30 п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, учитывая объем документированной информации по данному преступлению, а равно повод и основание к задержанию подсудимого, то есть непосредственно на месте преступления по подозрению в его совершении.

Кроме того, вопреки позиции стороны защиты судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о возможности признания смягчающим наказание обстоятельств п. «а» ч. 1 ст. 61 УК РФ, учитывая, что Д.М.о. ФИО23 совершены тяжкие преступления.

Кроме того, вопреки позиции стороны защиты судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о возможности признания смягчающим наказание обстоятельств п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, принимая во внимание декларативное заявление в данной части, не имеющему ни обоснования, ни подтверждения. 

В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, в качестве смягчающих наказание обстоятельства по каждому преступлению, суд признает раскаяние Д.М.о. ФИО23 в содеянном и признание вины, что основано как его показаниях, так и позиции, которая должна быть учтена с учетом установленных судом обстоятельства, данные о его состоянии здоровья, мнение потерпевших, не настаивавших на строгом наказании. 

Отягчающих наказание обстоятельств в соответствии со ст. 63 УК РФ судом не установлено. 

С учетом тяжести содеянного, данных о личности подсудимого, требований ч. 1 ст. 62 УК РФ по преступлению в отношении ФИО5, а также требований ч. 3 ст. 66 УК РФ по преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 30 п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, принимая во внимание, что Д.М.о. ФИО23 последовательно совершил значительное количество преступлений против собственности в короткий период времени, суд приходит к выводу, что цели уголовного наказания направленные одновременно на исправление осужденного и на восстановление справедливости будут достигнуты путем назначения Д.М.о. ФИО23 наказание за каждое преступление исключительно в виде лишения свободы. 

Принимая во внимание, обстоятельства, смягчающее наказание подсудимого, кроме того учитывая материальное положение подсудимого, а равно его роль в каждом совершенном преступлении, суд приходит к выводу, о возможности назначить наказание за каждое преступление не на продолжительный срок и без назначения дополнительного наказания штрафа и ограничения свободы. 

Кроме того, учитывая, что Д.М.о. ФИО23 совершены преступления, относящиеся к категории тяжких, наказание Д.М.о. ФИО23 должно быть назначено в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ для отбытия наказания Д.М.о. ФИО23 необходимо назначить исправительную колонию общего режима.

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности указанных преступлений, для применения ст. 64 УК РФ, назначения более мягкого вида наказания, изменения категорий преступлений, судом не установлено. Кроме того, судом не установлено достаточных оснований для применения ст. 73 УК РФ, при этом учитывая длительность периода совершаемых преступлений и их множественность, суд приходит к выводу, что исправление подсудимого Д.М.о. ФИО23 невозможно без его изоляции от общества. 

В ходе судебного разбирательства потерпевшими ФИО2, ФИО4 и ФИО3 заявлены гражданские иски о возмещении ущерба причиненного преступлением соответственно в размере 650 000 рублей, 700 000 рублей, 782 300 рублей.

Подсудимые и гражданские ответчики ФИО22 и ФИО21 заявленные гражданские иски признали по праву и размеру, высказали намерение возмещать причиненный ущерб.

Подсудимый Д.М.о. ФИО23 возражал против заявленных гражданских исков, указывая на свою непричастность к указанным преступлениям. 

Вопреки позиции подсудимого Д.М.о. ФИО23 и учитывая позиции подсудимых ФИО22 и ФИО21, судом установлено причинение ущерба каждому потерпевшему в указанном размере в результате совместных противоправных действий каждого подсудимого, в связи с чем заявленные иски подлежат удовлетворению в полном объеме, путем взыскания с ФИО22, ФИО21 и Д.М.о. ФИО23 в солидарном порядке. 

Вещественные доказательства, вещи принадлежащие участникам уголовного производства, в соответствии с п. 3 ч. 3 ст. 81 УПК РФ подлежат возвращению законным владельцам.

Вещественные доказательства – инструменты, идентификационные следы, блоки управления, пластины государственных регистрационных знаков в соответствии с пп. 1, 3 ч. 3 ст. 81 УПК РФ, подлежат уничтожению.

Вещественное доказательство – диски, протокол соединений на основании п. 5 ч. 3 ст. 81 УПК РФ подлежит хранению при материалах уголовного дела.

Вещественное доказательство – бланк водительского удостоверения, подлежит хранению до разрешения выделенного уголовного дела.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 296-299 УПК РФ, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО22, виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, ч. 3 ст. 30 п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ и назначить наказание: 

по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по преступлению в отношении потерпевшей ФИО2) в виде лишения свободы на срок 01 год 08 месяцев;

по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по преступлению в отношении потерпевшего ФИО4) в виде лишения свободы на срок 01 год 08 месяцев;

по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по преступлению в отношении потерпевшей ФИО3) в виде лишения свободы на срок 01 год 08 месяцев;

по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по преступлению в отношении потерпевшего ФИО5) в виде лишения свободы на срок 01 год 08 месяцев;

по ч. 3 ст. 30 п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по преступлению в отношении потерпевшего ФИО1) в виде лишения свободы на срок 01 год 07 месяцев;

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности совершенных преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний ФИО22 назначить наказание в виде лишения свободы на срок 03 года 08 месяцев.

На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров, к назначенному наказанию частично присоединить неотбытое наказание по приговору Невского районного суда города Санкт-Петербурга от 25 декабря 2017 года, отменив условное осуждение – в виде 06 месяцев лишения свободы.

Окончательно ФИО22 назначить наказание в виде лишения свободы на срок 04 (ЧЕТЫРЕ) года 02 (ДВА) месяца с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. 

Меру пресечения ФИО22 в виде заключения под стражу – не изменять. 

Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть ФИО22 в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима время содержания под стражей по настоящему уголовному делу с 05 июня 2019 года до дня вступления приговора в законную силу. 

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть ФИО22 в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима время содержания под стражей по приговору Невского районного суда Санкт-Петербурга от 25 декабря 2017 года - с 16 июля 2016 года по 13 марта 2017 года. 

Признать ФИО21, виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, ч. 3 ст. 30 п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ и назначить наказание: 

по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по преступлению в отношении потерпевшей ФИО2) в виде лишения свободы на срок 01 год 08 месяцев;

по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по преступлению в отношении потерпевшего ФИО4) в виде лишения свободы на срок 01 год 08 месяцев;

по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по преступлению в отношении потерпевшей ФИО3) в виде лишения свободы на срок 01 год 08 месяцев;

по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по преступлению в отношении потерпевшего ФИО5) в виде лишения свободы на срок 01 год 08 месяцев;

по ч. 3 ст. 30 п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по преступлению в отношении потерпевшего ФИО1) в виде лишения свободы на срок 01 год 07 месяцев;

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности совершенных преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний ФИО21 назначить наказание в виде лишения свободы на срок 03 года 08 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. 

Меру пресечения ФИО21 в виде заключения под стражу – не изменять. 

Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть ФИО21 в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима время содержания под стражей по настоящему уголовному делу с 05 июня 2019 года до дня вступления приговора в законную силу. 

Признать ФИО23, виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, ч. 3 ст. 30 п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ и назначить наказание: 

по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по преступлению в отношении потерпевшей ФИО2) в виде лишения свободы на срок 01 год 10 месяцев;

по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по преступлению в отношении потерпевшего ФИО4) в виде лишения свободы на срок 01 год 10 месяцев;

по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по преступлению в отношении потерпевшей ФИО3) в виде лишения свободы на срок 01 год 10 месяцев;

по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по преступлению в отношении потерпевшего ФИО5) в виде лишения свободы на срок 01 год 08 месяцев;

по ч. 3 ст. 30 п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по преступлению в отношении потерпевшего ФИО1) в виде лишения свободы на срок 01 год 07 месяцев;

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности совершенных преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний Д.М.о. ФИО23 назначить наказание в виде лишения свободы на срок 03 года 08 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. 

Меру пресечения Д.М.о. ФИО23 в виде заключения под стражу – не изменять. 

Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть Д.М.о. ФИО23 в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима время содержания под стражей по настоящему уголовному делу с 05 июня 2019 года до дня вступления приговора в законную силу. 

Гражданский иск, заявленный потерпевшей ФИО2 – удовлетворить. Взыскать с ФИО22, ФИО21 и ФИО23 солидарно в пользу ФИО2 в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением 650 000 (шестьсот пятьдесят тысяч) рублей.

Гражданский иск, заявленный потерпевшим ФИО4 – удовлетворить. Взыскать с ФИО22, ФИО21 и ФИО23 солидарно в пользу ФИО4 в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением 700 000 (семьсот тысяч) рублей.

Гражданский иск, заявленный потерпевшей ФИО3 – удовлетворить. Взыскать с ФИО22, ФИО21 и ФИО23 солидарно в пользу ФИО3 в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением 782 300 (семьсот восемьдесят две тысячи триста) рублей.

Вещественное доказательство - журнал учёта автотранспорта автомобильной стоянки, переданный на ответственное хранение ФИО9, ему возвратить после вступления приговора в законную силу, сняв ограничения.

Вещественные доказательства - металлическую свертку, набор биток (насадок) из 10 предметов, отвертку плоскую, угловой ключ, для шестигранника диаметром 10 мм, пассатижи складные металлические, ключ-трещотка, под четырёхугольную насадку, шесть насадок четырёхугольных для ключа, под шестиугольные насадки различного размеров «8» «10» «12» «13» «14» и один переходник под четырехугольник, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств УМВД России по Московскому району г. СПб по квитанции №002763 серия В от 24 сентября 2019 года – уничтожить после вступления приговора в законную силу.

Вещественное доказательство - протокол соединений между абонентами (абонентскими устройствами) – хранить при материалах уголовного дела.

Вещественные доказательства - мобильный телефон «Нокиа» кнопочный, 

<

***> – №, с сим-картой «Теле2» №, мобильный телефон «Нокиа» кнопочный, 

<

***> – №, с сим-картой «Теле2» №, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств УМВД России по Московскому району г. СПб по квитанции № – возвратить ФИО21 после вступления приговора в законную силу.

Вещественные доказательства - два CD-R диска с аудиозаписями – хранить при материалах уголовного дела.

Вещественное доказательство - автомобиль «КИА PS (SOUL)», СТС №, 1 ключ зажигания, переданные на ответственное хранение ФИО5 – ему возвратить, сняв ограничения.

Вещественные доказательства - две металлические пластины государственных регистрационных знаков «№», хранящиеся в камере хранения УМВД России по Московскому району г.Санкт-Петербурга по квитанции № – передать после вступления приговора в законную силу в МРЭО ГИБДД № 3 для решения вопроса об утилизации. 

Вещественные доказательства - автомобиль «Киа Спортейдж» (Kia Sportage) номер № VIN - №, плед красного цвета, сумка бордового цвета с «набором автомобилиста», ПТС №, СТС №, два ключа зажигания, переданные на ответственное хранение потерпевшему ФИО1 – ему возвратить, сняв ограничения. Вещественные доказательства - дактилоплёнку (т.1 л.д.216-218), хранить при материалах уголовного дела.

Вещественные доказательство - две металлические пластины государственных регистрационных знаков «№», хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств УМВД России по Московскому району г. СПб по квитанции №002763 от 24 сентября 2019 года - передать после вступления приговора в законную силу в МРЭО ГИБДД № 3 для решения вопроса об утилизации. 

Вещественные доказательства - две пары текстильных рабочих перчаток черного цвета, две липки ленты со следами материи, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств УМВД России по Московскому району г. СПб по квитанции № – уничтожить после вступления приговора в законную силу.

Вещественные доказательства - блок управления двигателем «Hyundai Continental №» и блок управления двигателем «КІА №», находящийся в заклеенной, опечатанной картонной коробке, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств УМВД России по Московскому району г. СПб по квитанции № – уничтожить после вступления приговора в законную силу.

Вещественные доказательства - сим карта «Билайн» №, слот-рамка из под сим-карты «Теле2» №, лист бумаги с записями VIN номеров автомобилей, сим-карта сотового оператора «МТС» №, памяти «СмартБай» объемом 2 gb, карта памяти «СмартБай» 32 gb, кроссовки черного цвета «Пума», жилетка черного цвета «Рибок», пара текстильный рабочих перчаток серого цвета, свертка диаметром 10 мм для замка зажигания, комбинированный гаечный ключ с пассатижами, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств УМВД России по Московскому району г. СПб по квитанции № – уничтожить после вступления приговора в законную силу.

Вещественное доказательство - поддельный бланк водительского удостоверения № на имя ФИО19, хранящийся в камере хранения вещественных доказательств УМВД России по Московскому району г. СПб по квитанции № – хранить до разрешения выделенных материалов.

Вещественное доказательство - три светлые даткилопленки с микрочастицами, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств УМВД России по Московскому району г. СПб по квитанции № – уничтожить после вступления приговора в законную силу.

Вещественные доказательства - ПТС № СТС № от автомашины «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) номер №, хранящиеся при материалах уголовного дела – возвратить ФИО4 после вступления приговора в законную силу. 

Вещественное доказательство - 1 ключ зажигания, переданный на ответственное хранение потерпевшему ФИО4, ему возвратить после вступления приговора в законную силу. 

Вещественное доказательство - ПТС №, СТС № от «Киа Soul PS» (Киа ФИО24) номер №, хранящиеся при уголовному делу – возвратить ФИО2 после вступления приговора в законную силу.

Вещественное доказательство - - 2 ключа зажигания от «Киа Soul PS» (Киа ФИО24) номер №, переданные на ответственное хранение ФИО2, ей возвратить, сняв ограничения. 

Вещественное доказательство - ПТС №, СТС № от автомашины «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) номер №, хранящиеся при уголовному делу, возвратить ФИО3 после вступления приговора в законную силу.

Вещественное доказательство - 2 ключа зажигания от «Киа PS (Soul)» (ФИО25 Соул) номер №, переданные на ответственное хранение ФИО3, ей возвратить, сняв ограничения. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда в течение 10 суток со дня его провозглашения, осужденными, содержащимися под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы или представления, осужденные вправе ходатайствовать о своём участии и участии защитника в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем необходимо указать в апелляционной жалобе, либо возражениях на жалобы иных участников процесса.

Председательствующий: подпись В.В. Ковалёва