дело № 12-192/2020

РЕШЕНИЕ

11 августа 2020 года г. Оренбург

Судья Оренбургского областного суда Пересыпкина Т.И., при секретаре Червонной А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление судьи Октябрьского районного суда г. Орска Оренбургской области от 1 июня 2020 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ, в отношении ФИО1, 

установил:

постановлением судьи Октябрьского районного суда г. Орска Оренбургской области от 1 июня 2020 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей без конфискации предмета административного правонарушения.

В жалобе, поданной в Оренбургский областной суд, ФИО1 просит об отмене судебного постановления. В обоснование жалобы указывает, что получив информацию из ролика, распространенного в закрытом чате в мессенджере Viber, он предпринял попытку проверить данную информацию. В информационной системе zakupki.gov.ru, обнаружил, что 27 марта 2020 года Оренбургской областью размещена информация о закупках аппаратов искусственной вентиляции легких на сумму более 59 000 000 рублей, так же он обнаружил множество более мелких лотов (закупки масок, халатов и перчаток), из чего сделал вывод, что информация, сообщенная в ролике, является достоверной. Поскольку заказчиком производилась закупка медицинского оборудования, ФИО1 сделал вывод о том, в достаточном количестве необходимых аппаратов искусственной вентиляции легких в больницах г. Орска в наличии не имелось, поэтому он не мог знать, что размещаемая им информация является заведомо недостоверной. Более того, зная, что изготовитель изначального ролика в мессенджере Viber имеет контракт с больницами города, следовательно, обладает внутренней информацией, ФИО1 не указал этого, сознательно занизив степень восприятия достоверности информации. Полагает, что у него умысел был направлен на предупреждение о надвигающейся угрозе большее число подписчиков. Он преследовал цель распространить информацию о нехватке средств индивидуальной защиты, чтобы его подписчики повлияли на сроки работы организаторов закупок, чтобы все прониклись серьезностью проблемы. Указывает, что до 2020 года субъектами административной ответственности по ст. 13.15 КоАП являлись прежде всего средства массовой информации. При назначении административного наказания судом не учтено, что у него на иждивении находятся двое несовершеннолетних детей и его вид деятельности, как индивидуального предпринимателя, считается пострадавшим в условиях пандемии.

Лица, участвующие в деле: ФИО1; старший УУП ОУУП и ПДН ОП № 1 МУ МВД России «Орское» Б., извещенные о дате, времени и месте рассмотрения настоящей жалобы, в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении рассмотрения дела не заявили, в связи с этим жалоба на постановление судьи районного суда рассмотрена без их участия. 

Изучив материалы дела об административном правонарушении, доводы жалобы, прихожу к следующим выводам.

Распространение в средствах массовой информации, а также в информационно-телекоммуникационных сетях заведомо недостоверной общественно значимой информации под видом достоверных сообщений, создавшее угрозу причинения вреда жизни и (или) здоровью граждан, имуществу, угрозу массового нарушения общественного порядка и (или) общественной безопасности либо угрозу создания помех функционированию или прекращения функционирования объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, кредитных организаций, объектов энергетики, промышленности или связи, если эти действия лица, распространяющего информацию, не содержат уголовно наказуемого деяния, влечет административную ответственность по ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ.

Из материалов дела следует, что 27 марта 2020 года в 15 часов 05 минут ФИО1, находясь по адресу: 

<

...> д. № кв. №, в социальной сети «Телеграмм» информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», используя абонентский номер телефона № под псевдонимом (название) в информационном сообществе (название), в нарушение п. 6 ст. 10 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 146-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», распространил заведомо недостоверную общественно значимую (в связи с угрозой распространения на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV)) информацию о том, что в больницах г. Орска Оренбургской области отсутствуют аппараты искусственной вентиляции легких (далее - аппараты ИВЛ), медицинские маски, защитные костюмы, способную вызвать панические настроения у граждан в период режима повышенной готовности, чем создал угрозу общественной безопасности, при этом его действия не содержат уголовно-наказуемого деяния.

Факт совершения ФИО1 административного правонарушения подтвержден материалами дела, в частности: протоколом об административном правонарушении; рапортами старшего УУП ОУУП и ПДН ОП № 1 МУ МВД России «Орское» Б.; рапортом начальника смены дежурной части МУ МВД России «Орское» С.; рапортом начальника ОИиОС УМВД России по Оренбургской области О.; рапортом о/у отдела «К» БСТМ УМВД России по Оренбургской области П.; протоколами осмотра помещений, территорий; скриншотами страниц социальной сети «Телеграмм» информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», информационного сообщества (название); ответом Министерства здравоохранения Оренбургской области; письменными объяснениями ФИО1 и иными материалами дела, которым дана оценка на предмет относимости, допустимости, достоверности и достаточности в соответствии с требованиями статьи 26.11 КоАП РФ.

При таких обстоятельствах действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ.

Доводы жалобы подлежат отклонению по следующим основаниям.

Статьей 29 Конституции РФ каждому гарантируется свобода мысли и слова, а также свобода массовой информации. Частью 4 ст. 15 Конституции РФ установлено, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Применительно к свободе массовой информации на территории Российской Федерации действует ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в соответствии с ч. 1 которой каждый человек имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения, получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ.

Вместе с тем в ч. 2 ст. 10 названной Конвенции указано, что осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия. При этом положения данной нормы должны толковаться в соответствии с правовой позицией Европейского Суда по правам человека, выраженной в его постановлениях.

Пунктом 5 ст. 29 Конституции РФ гарантируется свобода массовой информации и запрет цензуры, одновременно Закон Российской Федерации от 27 декабря 1991 года № 2124-1 «О средствах массовой информации» (далее – Закон о средствах массовой информации) запрещает злоупотребление свободой массовой информации. При этом запрет неравнозначен цензуре и направлен на защиту прав личности, общественных и государственных интересов от недостоверной информации.

В соответствии с п. 6 ст. 10 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» запрещается распространение информации, которая направлена на пропаганду войны, разжигание национальной, расовой или религиозной ненависти и вражды, а также иной информации, за распространение которой предусмотрена уголовная или административная ответственность.

Распространение информации - действия, направленные на получение информации неопределенным кругом лиц или передачу информации неопределенному кругу лиц (п. 9 ст. 2 указанного закона).

Статьей 2 Закона о средствах массовой информации определено, что под массовой информацией понимаются предназначенные для неограниченного круга лиц печатные, аудио-, аудиовизуальные и иные сообщения и материалы.

Федеральным законом от 18 марта 2019 года № 27-ФЗ «О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» ст. 13.15 КоАП РФ дополнена ч. 9 с целью создания механизма предупреждения и пресечения распространения в средствах массовой информации, а также в информационно-телекоммуникационных сетях недостоверной общественно значимой информации, распространяемой под видом достоверных сообщений, распространение которой создает угрозу государственной и общественной безопасности или наступления иных тяжких последствий, и будет способствовать выполнению средствами массовой информации своей основной функции предоставления обществу достоверной, полной и объективной информации.

Как усматривается из материалов дела, 27 марта 2020 года в 15 часов 05 минут в социальной сети «Телеграмм» информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в информационном сообществе (название) ФИО1 распространил под видом достоверного сообщения заведомо недостоверную общественно значимую информацию следующего содержания: ***. 

Указанную запись просмотрели 1600 человек (л.д. 30).

При этом обстоятельства распространения новой коронавирусной инфекции на территории Российской Федерации относятся к обстоятельствам, представляющим угрозу жизни и безопасности граждан, в целях применения ст. 207.1 УК РФ, ст. 13.15 КоАП РФ (ответ на вопрос 12 Обзора Верховного Суда РФ от 21 апреля 2020 года № 1).

В связи со сложившейся неблагоприятной обстановкой, связанной с распространением коронавирусной инфекции, информация о коронавирусной инфекции является общественно значимой.

Учитывая изложенное, обоснованность привлечения ФИО1 к административной ответственности по ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ сомнений не вызывает. 

Доводы заявителя являлись предметом тщательной проверки и оценки судом первой инстанции, обоснованно отклонены с приведением в постановлении судьи районного суда мотивов принятого решения. Оснований не согласиться с выводами судьи не имеется. 

Ссылка заявителя о том, что на сайте www.torgi.gоv.ru 27 марта 2020 года Оренбургской областью размещена информация о закупках аппаратов искусственной вентиляции легких на сумму более 59 000 000 рублей, а также масок, халатов и перчаток, из чего ФИО1 сделал вывод, что информация, сообщенная в ролике, является достоверной, не влечет удовлетворения жалобы. 

Вопреки доводам заявителя само по себе размещение информации о закупках медицинского оборудования и инвентаря не свидетельствует о ненадлежащем обеспечении медицинских работников средствами индивидуальной защиты и медицинских учреждений оборудованием в достаточном количестве. 

В материалах дела отсутствуют сведения о том, что ФИО1 предпринимались реальные действия по проверке достоверности размещаемой им информации. 

ФИО1, являясь пользователем социальной сети «Телеграмм» при регистрации согласился с условиями пользовательского соглашения, одним из которых пользователю запрещается использовать мессенджер для рассылки спама или обмана пользователей. В связи с чем именно на ФИО1, как пользователя мессенджера возложена обязанность по контролю за размещением именно достоверной информации. Факт размещения недостоверной информации, к которому на момент проверки был обеспечен доступ неограниченного круга лиц, свидетельствует о его массовом распространении. 

Доводы жалобы о суровости назначенного ФИО1 административного наказания, не свидетельствуют о наличии оснований для изменения судебного акта.

Из постановления следует, что при назначении ФИО1 наказания в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей судом учтены характер совершенного административного правонарушения, личность виновного, отсутствие обстоятельств отягчающих и смягчающих административную ответственность.

Оснований для снижения назначенного ФИО1 административного наказания, в том числе по доводам жалобы, не имеется, поскольку наказание ФИО1 назначено в минимальном размере, предусмотренном санкцией ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ.

Доводы жалобы не свидетельствуют о наличии исключительных обстоятельств, связанных с характером совершенного административного правонарушения и его последствиями, личностью и имущественным положением привлекаемого к административной ответственности физического лица.

В силу положений ч. 2 ст. 4.1.1 КоАП РФ административное наказание в виде административного штрафа не подлежит замене на предупреждение в случае совершения административного правонарушения, предусмотренного в том числе ст. 13.15 КоАП РФ. 

Вместе с тем, заявитель не лишен права обратиться с соответствующим заявлением о рассрочке, отсрочке назначенного наказания, в порядке статьи 31.5 КоАП РФ.

Несогласие заявителя с толкованием норм Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и законодательства, подлежащих применению в деле, не свидетельствуют о наличии правовых оснований к отмене постановленного по делу постановления, а потому не могут быть приняты во внимание.

Доводы жалобы заявителя не содержат правовых аргументов, ставящих под сомнение законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, поскольку направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств, которые были исследованы судьей районного суда при рассмотрении дела, и получили надлежащую правовую оценку, соответствующую требованиям ст. 26.11 КоАП РФ.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену постановления должностного лица и решения судьи районного суда, по делу не имеется.

Постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ, вынесено в пределах срока давности, установленного ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел.

Обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении, не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 30.6 - 30.8 КоАП РФ, судья

решил:

постановление судьи Октябрьского районного суда г. Орска Оренбургской области от 1 июня 2020 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ, в отношении ФИО1 оставить без изменения, а жалобу заявителя – без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу со дня его вынесения, но может быть обжаловано и (или) опротестовано в порядке, установленном ст. ст. 30.12 - 30.14 КоАП РФ, путем обращения с жалобой (протестом) в Шестой кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Оренбургского 

областного суда Т.И. Пересыпкина