Дело № 2-1766/2020

(УИД 78RS0020-01-2020-000439-07)

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

09.09.2020 года город Санкт-Петербург

Пушкинский районный суд города Санкт-Петербурга в составе председательствующего судьи Яхонтовой Н.С., при ведении протокола судебного заседания секретарем Николаевой Ю.А., с участием прокурора Саньковой М.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Дэнис Фарм Промоушн» о признании трудового договора бессрочным, приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработка за время вынужденного прогула, пособия по уходу за ребенком и компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику ООО «Дэнис Фарм Промоушн» о признании трудового договора бессрочным, приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработка за время вынужденного прогула, пособия по уходу за ребенком и компенсации морального вреда. 

В обоснование иска указано на то, что с 10.05.2017 г. по 08.01.2020 г. истец работала в ООО «Дэнис Фарм Промоушн» в должности медицинского представителя и старшего медицинского представителя на основании ряда срочных трудовых договоров: от 10.05.2017 г. в период с 10.05.2017 г. по 24.08.2017 г., от 18.09.2017 г. в период с 18.09.2017 г. по 02.08.2018 г., от 01.08.2018 г. в период с 01.08.2018 г. по 21.12.2018 г., от 16.01.2019 г. в период с 16.01.2019 г. по 31.03.2019 г. и от 01.04.2019 г. в период с 01.04.2019 г. по 08.01.2020 г. Таким образом, между сторонами неоднократно заключались трудовые договоры, при этом перечень должностных обязанностей истца согласно должностной инструкции с изменением должности не изменялся, а для заключения срочного трудового договора правовых оснований не имелось, текст трудовых договоров в нарушение требований ст. 57 ТК РФ не содержит причин, послуживших основаниями для заключения договоров на ограниченный срок, выполняемая истцом работа на основании перезаключаемых трудовых договоров не выходила за рамки обычной деятельности ответчика и не носила временный характер, в связи с чем трудовой договор от 01.04.2019 г. № 16/04/2019М должен быть признан заключенным на неопределенный срок, а истец, уволенная в связи с истечением срока его действия, подлежит восстановлению на работе. За период со дня увольнения с 09.01.2020 г. истец просит взыскать в ее пользу недополученный заработок исходя из среднедневного дохода в размере 1754 руб. 11 коп., указывает также, что с 06.08.2019 г. находилась в отпуске по беременности и родам, с 25.12.2019 г. по 14.02.2021 г. в ее пользу подлежит взысканию пособие по уходу за ребенком до достижения им 1,5 лет: за декабрь 2019 г. 4 059 руб. 23 коп., с января 2020 г. по январь 2021 г. в размере 17 976 руб. 71 коп. ежемесячно, с 01по 14 февраля 2021 г. 8 988 руб. 31 коп., а также просит взыскать с ответчика компенсацию причиненного морального вреда в размере 500 000 руб.

В судебное заседание истец ФИО1 явилась, заявленные исковые требования поддержала, пояснив, что при увольнении с нею был произведен полный расчет, все больничные были оплачены. Не согласившись с увольнением, она предъявила настоящий иск в суд, в связи с чем за оформлением социального пособия по уходу за ребенком не обращалась, состоит в браке, супруг работает и отпуск по уходу за ребенком не оформлял. В период работы у ответчика по истечении очередного срочного трудового договора все работники писали заявление на отпуск, отдыхали, затем вновь выходили на работу, выполняемая работа не менялась.

В судебном заседании 12.08.2020 г. истец пояснила также, что в апреле 2019 г. работодателю уже было известно о ее беременности, однако о том, что она будет после родов уволена, ей не сообщили, а в июне трудовой договор с ней был продлен, если бы она заранее знала, что ее уволят, искала бы другую работу. Ребенок родился ДД.ММ.ГГГГ г., отпуск по беременности и родам ей был предоставлен и оплачен. 

Представитель истца Загреба М.С. в судебном заседании исковые требования поддержал, пояснив, что по окончании отпуска по беременности и родам у истца возникло право на оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком. Срок на обращение в суд считает не пропущенным.

Представители ответчика ООО «Дэнис Фарм Промоушн» – ФИО2, ФИО3 в судебное заседание явились, иск не признали, просили применить пропущенный истцом срок обращения в суд. Ранее ответчиком представлены письменные возражения на иск. 

Представитель ответчика ФИО3 пояснила, что больничный лист истцу был продлен в связи со сложными родами, полностью оплачен, по окончании больничного истец была уволена, отпуск по уходу за ребенком ей не предоставлялся. Срочные трудовые договоры заключаются компанией для выполнения определенного контракта, содержать сотрудников в штате в ожидании следующего контракта ответчик не может себе позволить, о чем работнику было известно при заключении с нею срочного трудового договора, кроме того, организация является субъектом малого предпринимательства.

Выслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора Саньковой М.А., полагавшей иск подлежащим отклонению, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 состояла с ответчиком ООО «Дэнис Фарм Промоушн» в трудовых отношениях в период 2017-2020 г.г., занимая должности медицинского представителя и старшего медицинского представителя, а именно:

10.05.2017 г. сторонами был заключен трудовой договор № 11 сроком по 24.08.2017 г. на выполнение работником обязанностей медицинского представителя.

18.09.2017 г. сторонами заключен трудовой договор № 43/2017М сроком по 31.03.2018 г. на выполнение работником обязанностей медицинского представителя. 

26.03.2018 г. сторонами подписано дополнительное соглашение № 1 к договору № 43/2017М, срок его действия продлен до 30.06.2018 г., должность работника изменена на старшего медицинского представителя.

01.08.2018 г. сторонами заключен трудовой договор № 14/2018М сроком по 30.11.2018 г. на выполнение работником обязанностей медицинского представителя. 

26.11.2018 г. сторонами подписано дополнительное соглашение № 1 к договору № 14/2018М, срок его действия продлен до 21.12.2018 г.

16.01.2019 г. сторонами заключен трудовой договор № 14/2019М сроком по 31.03.2019 г. на выполнение работником обязанностей старшего медицинского представителя. 

01.04.2019 г. сторонами заключен трудовой договор о дистанционной работе № 16/04/2019М сроком по 30.06.2019 г. на выполнение работником обязанностей старшего медицинского представителя.

20.06.2019 г. сторонами подписано дополнительное соглашение № 1 к договору № 16/04/2019М, срок его действия продлен до окончания беременности работника.

Приказом ООО «Дэнис Фарм Промоушн» от 31.12.2019 г. № 90 ФИО1 уволена на основании п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ в связи с истечением срока трудового договора.

Из материалов дела также следует, что с 11.03.2019 г. ФИО1 стояла на учете в женской консультации по беременности, ДД.ММ.ГГГГ г. у нее родился ребенок ФИО4

Согласно представленным платежным документам и пояснениям обеих сторон, данным в ходе судебного разбирательства по делу, выданные истцу листки нетрудоспособности в связи с беременностью и родами были работодателем оплачены в полном объеме, по окончании листка нетрудоспособности издан оспариваемый приказ об увольнении ФИО1 за истечением срока трудового договора.

Рассматривая по существу заявленные истцом требования и оценивая правомерность заключения с нею трудового договора на определенный срок, суд руководствуется следующим.

Конституция Российской Федерации, провозглашая свободу труда и предоставляя каждому право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (статья 37, часть 1), закрепляет также, что материнство и детство, семья находятся под защитой государства (статья 38 часть 1), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1).

В соответствии со ст. 16 Трудового кодекса РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

В соответствии с ч. 1 ст. 58 Трудового кодекса РФ трудовые договоры могут заключаться: 1) на неопределенный срок; 2) на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Предусмотрев возможность заключения срочных трудовых договоров, законодатель вместе с тем ограничивает их применение: по общему правилу, такие договоры могут заключаться только в случаях, когда трудовые отношения с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения не могут быть установлены на неопределенный срок, а также в некоторых иных случаях, предусмотренных Трудовым кодексом РФ или иными федеральными законами; трудовой договор, заключенный на определенный срок при отсутствии достаточных к тому оснований, установленных судом, считается заключенным на неопределенный срок (части вторая и пятая статьи 58 Трудового кодекса РФ).

Так, согласно ст. 59 Трудового кодекса РФ срочный трудовой договор заключается:

на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, за которым в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором сохраняется место работы;

на время выполнения временных (до двух месяцев) работ;

для выполнения сезонных работ, когда в силу природных условий работа может производиться только в течение определенного периода (сезона);

с лицами, направляемыми на работу за границу;

для проведения работ, выходящих за рамки обычной деятельности работодателя (реконструкция, монтажные, пусконаладочные и другие работы), а также работ, связанных с заведомо временным (до одного года) расширением производства или объема оказываемых услуг;

с лицами, поступающими на работу в организации, созданные на заведомо определенный период или для выполнения заведомо определенной работы;

с лицами, принимаемыми для выполнения заведомо определенной работы в случаях, когда ее завершение не может быть определено конкретной датой;

для выполнения работ, непосредственно связанных с практикой, профессиональным обучением или дополнительным профессиональным образованием в форме стажировки;

в случаях избрания на определенный срок в состав выборного органа или на выборную должность на оплачиваемую работу, а также поступления на работу, связанную с непосредственным обеспечением деятельности членов избираемых органов или должностных лиц в органах государственной власти и органах местного самоуправления, в политических партиях и других общественных объединениях;

с лицами, направленными органами службы занятости населения на работы временного характера и общественные работы;

с гражданами, направленными для прохождения альтернативной гражданской службы;

в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

По соглашению сторон срочный трудовой договор может заключаться: с лицами, поступающими на работу к работодателям - субъектам малого предпринимательства (включая индивидуальных предпринимателей), численность работников которых не превышает 35 человек (в сфере розничной торговли и бытового обслуживания - 20 человек); с поступающими на работу пенсионерами по возрасту, а также с лицами, которым по состоянию здоровья в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, разрешена работа исключительно временного характера; с лицами, поступающими на работу в организации, расположенные в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, если это связано с переездом к месту работы; для проведения неотложных работ по предотвращению катастроф, аварий, несчастных случаев, эпидемий, эпизоотий, а также для устранения последствий указанных и других чрезвычайных обстоятельств; с лицами, избранными по конкурсу на замещение соответствующей должности, проведенному в порядке, установленном трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права; с творческими работниками средств массовой информации, организаций кинематографии, театров, театральных и концертных организаций, цирков и иными лицами, участвующими в создании и (или) исполнении (экспонировании) произведений, в соответствии с перечнями работ, профессий, должностей этих работников, утверждаемыми Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений; с руководителями, заместителями руководителей и главными бухгалтерами организаций, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности; с лицами, получающими образование по очной форме обучения; с членами экипажей морских судов, судов внутреннего плавания и судов смешанного (река - море) плавания, зарегистрированных в Российском международном реестре судов; с лицами, поступающими на работу по совместительству; в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Между тем, заключенный сторонами 01.04.2019 г. трудовой договор 

№ 16/04/2019М не содержит предусмотренного ст. 59 Трудового кодекса основания для установления ограниченного срока его действия, обстоятельства (причины), послужившие таким основанием, в договоре не указаны.

Ответчиком в ходе судебного разбирательства по настоящему делу было указано на то, что срочные трудовые договоры с работниками компания заключает в связи с расширением объема оказываемых услуг – при заключении соответствующего контракта с заказчиком, а также указано на наличие у общества статуса субъекта малого предпринимательства. Представитель ответчика пояснила в судебном заседании 12.08.2020 г., что основным видом деятельности общества является продвижение фармацевтической продукции, в компании может быть в работе одновременно несколько проектов (контрактов), при этом выполняемые истцом по должности медицинского представителя или старшего медицинского представителя должностные обязанности не менялись.

Конституционным Судом РФ 19.05.2020 г. было принято Постановление № 25-П «По делу о проверке конституционности абзаца восьмого части первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО5», которым абзац восьмой части первой статьи 59 Трудового кодекса РФ признан не противоречащим Конституции Российской Федерации в той мере, в какой он по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не предполагает заключения с работником срочного трудового договора (в том числе многократного заключения такого договора на выполнение работы по одной и той же должности (профессии, специальности) в целях обеспечения исполнения обязательств работодателя по заключенным им гражданско-правовым договорам об оказании услуг, относящихся к его уставной деятельности, а также последующего увольнения работника в связи с истечением срока трудового договора, если срочный характер трудовых отношений обусловлен исключительно ограниченным сроком действия указанных гражданско-правовых договоров.

Конституционным судом РФ в названном Постановлении указано, что в силу различий в экономическом положении работодателя и гражданина, поступающего на работу, реальные возможности каждого из них - как при выборе контрагента на рынке труда, так и при определении условий трудового договора - существенно различаются. Отсутствие у гражданина работы, нуждаемость его в средствах к существованию, общее состояние рынка труда, включая соотношение предложения и спроса на специалистов конкретной профессии или специальности, зачастую вынуждают гражданина соглашаться при приеме на работу на заведомо невыгодные для него условия, предлагаемые работодателем, в том числе ограничивающие длительность трудовых отношений определенным (как правило, весьма непродолжительным) сроком. Сказанное предполагает установление в законодательстве таких правовых мер, которые - исходя из необходимости обеспечения баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также справедливого согласования их законных интересов - были бы направлены на предоставление работнику как экономически более слабой стороне в трудовом правоотношении защиты от произвольного определения работодателем условий трудового договора, в том числе связанных со сроком его действия.

Законодательное ограничение случаев применения срочных трудовых договоров фактически направлено на предоставление работнику как экономически более слабой стороне в трудовом правоотношении защиты от произвольного определения работодателем срока действия трудового договора, что не только отвечает целям и задачам трудового законодательства, социальное предназначение которого заключается в преимущественной защите интересов работника, включая его конституционно-значимый интерес в стабильной занятости, но и согласуется с вытекающим из Конституции Российской Федерации (статья 17, часть 3) требованием соблюдения баланса конституционных прав и свобод работника и работодателя.

Такой подход согласуется и с позицией Международной организации труда, которая, в частности, в Конвенции от 22 июня 1982 года № 158 «О прекращении трудовых отношений по инициативе предпринимателя» (Российской Федерацией не ратифицирована) указала на необходимость закрепления мер, направленных на предотвращение использования договоров о найме на определенный срок (срочных трудовых договоров) в целях уклонения от предоставления работникам защиты, предусмотренной данной Конвенцией (пункт 3 статьи 2), а в принятой в ее развитие одноименной Рекомендации № 166 предложила ограничивать применение таких договоров именно теми случаями, в которых невозможность установления трудовых отношений на неопределенный срок обусловлена характером предстоящей работы, условиями ее выполнения или интересами самого работника (подпункт 2 «а» пункта 3).

Заключение срочного трудового договора по основанию, предусмотренному абзацем восьмым части первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации, будет правомерным лишь при условии, что работа, для выполнения которой заключается соответствующий трудовой договор, объективно носит конечный, и в этом смысле - срочный, характер, что, в свою очередь, исключает возможность продолжения трудовых отношений между сторонами данного договора после завершения указанной работы.

Если в качестве работодателя выступает организация, уставная деятельность которой предполагает оказание каких-либо услуг третьим лицам, то предметом трудовых договоров, заключаемых с работниками, привлекаемыми для исполнения обязательств работодателя перед заказчиками услуг, является выполнение работы по обусловленной характером соответствующих услуг трудовой функции. При этом надлежащее исполнение таким работодателем обязанности по предоставлению своим работникам работы, предусмотренной заключенными с ними трудовыми договорами, предполагает в числе прочего своевременное заключение им с иными участниками гражданского оборота договоров возмездного оказания услуг.

Между тем истечение срока действия отдельного договора возмездного оказания услуг, как правило, не свидетельствует ни о прекращении работодателем - исполнителем услуг своей уставной деятельности в целом, ни о завершении работы его работниками, обеспечивающими исполнение обязательств работодателя по такому гражданско-правовому договору, а потому и не освобождает работодателя от обязанности предоставить работникам работу в соответствии с трудовой функцией, предусмотренной заключенными с ними трудовыми договорами. В случае же невозможности предоставления указанным работникам такой работы и, как следствие, возникновения у них вынужденной приостановки работы работодатель обязан оплатить им время простоя в соответствии с законодательством (статья 157 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом в данной ситуации изменение условий заключенных с работниками трудовых договоров, а равно и увольнение работников возможны только по основаниям и в порядке, предусмотренным трудовым законодательством.

Таким образом, ограниченный срок действия гражданско-правовых договоров возмездного оказания услуг, заключенных работодателем с заказчиками соответствующих услуг, при продолжении осуществления им уставной деятельности сам по себе не предопределяет срочного характера работы, подлежащей выполнению работниками, обеспечивающими исполнение обязательств работодателя по таким гражданско-правовым договорам, не свидетельствует о невозможности установления трудовых отношений на неопределенный срок, а значит, и не может служить достаточным основанием для заключения срочных трудовых договоров с работниками, трудовая функция которых связана с исполнением соответствующих договорных обязательств, и их последующего увольнения в связи с истечением срока указанных трудовых договоров.

Иное обессмысливало бы законодательное ограничение случаев заключения срочных трудовых договоров, приводило бы к недопустимому игнорированию лежащего в основе трудовых правоотношений конституционно значимого интереса работника в стабильной занятости и при отсутствии обстоятельств, объективно препятствующих продолжению осуществления им работы по обусловленной заключенным с ним трудовым договором трудовой функции, влекло бы за собой необоснованное прекращение трудовых отношений и увольнение работника в упрощенном порядке без предоставления ему гарантий и компенсаций, направленных на смягчение негативных последствий, наступающих для гражданина в результате потери работы, а значит - и выходящее за рамки конституционно допустимых ограничений прав и свобод ущемление конституционного права каждого на свободное распоряжение своими способностями к труду, выбор рода деятельности и профессии (статья 37, часть 1; статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации).

Кроме того, увязывание срока заключенного с работником трудового договора со сроком действия заключенного работодателем с третьим лицом гражданско-правового договора возмездного оказания услуг фактически приводило бы к тому, что занятость работника ставилась бы в зависимость исключительно от результата согласованного волеизъявления работодателя и заказчика соответствующих услуг в отношении самого факта заключения между ними договора возмездного оказания услуг, срока его действия и пролонгации на новый срок. Тем самым работник был бы вынужден разделить с работодателем риски, сопутствующие осуществляемой работодателем экономической деятельности в сфере соответствующих услуг (в том числе связанные с колебанием спроса на эти услуги), что приводило бы к искажению существа трудовых отношений и нарушению баланса конституционных прав и свобод работника и работодателя.

С учетом приведенной правовой позиции Конституционного суда РФ судом отклоняются доводы ответчика о заключении обществом гражданско-правовых контрактов с заказчиками как основании для установления ограниченного срока действия трудового договора с работником и об экономической нецелесообразности для организации содержать в штате работника по истечении срока действия такого контракта, а также и доводы ответчика о его статусе субъекта малого предпринимательства. В соответствии с частью второй статьи 58 Трудового кодекса РФ в случаях, предусмотренных частью второй статьи 59 Кодекса, срочный трудовой договор может заключаться без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения по соглашению сторон, то есть если он заключен на основе добровольного согласия работника и работодателя. Вместе с тем, из материалов дела следует, что истец на день заключения трудового договора от 01.04.2019 г. стояла на учете по беременности, а заключенный с нею трудовой договор был впоследствии продлен, в связи с чем оснований полагать, что воля работника – более слабой стороны в трудовых отношениях – при заключении трудового договора была направлена именно на установление ограниченного срока его действия, не имеется, интересам работника такое условие договора не отвечает. Как уже указано судом, рекомендация Международной организации труда № 166, принятая 22 июня 1982 г., «О прекращении трудовых отношений по инициативе предпринимателя» предлагает ограничивать срочные трудовые договоры только случаями, когда необходимость их заключения основывается на характере предстоящей работы, условиях ее выполнения или интересах работника.

В п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» указано на то, что если срочный трудовой договор был заключен для выполнения определенной работы в случаях, когда ее завершение не может быть определено конкретной датой (абзац восьмой части первой статьи 59 ТК РФ), такой договор в силу части второй статьи 79 Кодекса прекращается по завершении этой работы. При установлении в ходе судебного разбирательства факта многократности заключения срочных трудовых договоров на непродолжительный срок для выполнения одной и той же трудовой функции суд вправе с учетом обстоятельств каждого дела признать трудовой договор заключенным на неопределенный срок.

Установив из письменных материалов дела и пояснений сторон, что между ФИО1 и ООО «Дэнис Фарм Промоушн» неоднократно заключались (продлевались) срочные трудовые договоры для выполнения одной и той же трудовой функции без наличия к тому предусмотренных законом оснований, суд признает заключенный между сторонами 01.04.2019 г. трудовой договор № 16/04/2019М заключенным на неопределенный срок, а приказ об увольнении ФИО1 за истечением срока его действия – незаконным.

Одновременно судом отклоняются доводы ответчика о пропуске истцом срока обращения в суд с требованиями о признании трудового договора бессрочным.

В соответствии со ст. 392 Трудового кодекса РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права,

Из материалов дела следует, что о нарушении своих трудовых прав истец узнала при увольнении 08.01.2020 г. за истечением срока трудового договора, который ранее работодателем продлевался, настоящий иск предъявлен ФИО1 в суд 31.01.2020 г., следовательно, установленный процессуальный срок ею не пропущен.

В силу положений ст. 394 Трудового кодекса РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

При таких обстоятельствах заявленные истцом требования о восстановлении на работе в должности медицинского представителя с 09.01.2020 г. также обоснованы и подлежат удовлетворению.

Вместе с тем, суд не находит оснований для взыскания в пользу истца среднего заработка за время вынужденного прогула, заявленного ею за тот же период, что и пособие по уходу за ребенком до достижения им 1,5 лет.

Из дела следует и сторонами не оспаривается, что в связи с рождением ДД.ММ.ГГГГ г. у ФИО1 ребенка, трудовую функцию на день увольнения она не осуществляла, в связи с восстановлением на работе на основании положений ст. 256 Трудового кодекса РФ об отпусках по уходу за ребенком и статей 11.1, 11.2 Федерального закона от 29.12.2006 г. № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» на работодателя возлагается обязанность выплачивать в пользу истца ежемесячное пособие по уходу за ребенком за период с 09.01.2020 г. до достижения ребенком 1,5 лет – 14.02.2021 г., а оснований для одновременного взыскания в пользу работника среднего заработка не имеется.

Произведенный истцом расчет ежемесячного пособия в размере 17 976 руб. 61 коп. судом проверен, ответчиком не оспаривался.

Требования истца о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению в силу абз. 9 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

В соответствии с п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ» размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Исходя из принципа разумности и справедливости, объема и характера нравственных страданий, причиненных истцу незаконным увольнением, конкретных обстоятельства данного дела, суд считает возможным определить размер компенсации морального вреда в размере 30 000 рублей.

Исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета 

Санкт-Петербурга в размере 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194–199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать заключенный 01.04.2019 года между ООО «Дэнис Фарм Промоушн» и ФИО1 трудовой договор № 16/04/2019М заключенным на неопределенный срок.

Признать незаконным приказ ООО «Дэнис Фарм Промоушн» № 90 от 31.12.2019 г. о прекращении (расторжении) трудового договора с работником ФИО1.

Восстановить ФИО1 на работе в ООО «Дэнис Фарм Промоушн» в должности медицинского представителя с 09.01.2020 года.

Обязать ООО «Дэнис Фарм Промоушн» выплачивать ФИО1 ежемесячное пособие по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет с 09.01.2020 г. по 14.02.2021 г. в размере 17 976 рублей 61 копейка в месяц.

Взыскать с ООО «Дэнис Фарм Промоушн» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей, в остальной части иска отказать.

Взыскать с ООО «Дэнис Фарм Промоушн» государственную пошлину в доход бюджета Санкт-Петербурга в размере 300 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд через Пушкинский районный суд города Санкт-Петербурга в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме. 

Решение в окончательной форме изготовлено 16.09.2020 г.

Председательствующий /подпись/ Н.С. Яхонтова